Азиатские новеллы и дорамы 15К+;количество слов: 37548
автор: Eide

Среди миров, в сиянии светил

саммари: Доктор Мэн Яо в поисках работы устраивается на грузовой звездолет «Ба Ся». Экипаж звездолета производит на него неизгладимое впечатление.
примечания: Названия «Ба Ся» и «Гу Су» намеренно написаны раздельно. За иллюстрации спасибо Aihito
предупреждения: альтернативная анатомия; ксеносимбиоз
Действующие лица:
Мэн Яо — врач в поисках работы

Команда грузового звездолета «Ба Ся»
Не Минцзюэ — командир
Лань Сичэнь (имя при рождении — Лань Хуань) — старший помощник
Лань Ванцзи (имя при рождении — Лань Чжань) — его младший брат, навигатор
Вэй Усянь (имя при рождении — Вэй Ин) — пилот
Вэнь Нин — бортмеханик

Главы колоний
Цзинь Гуаншань — глава колонии Ланьлин
Цзян Ваньин (имя при рождении — Цзян Чэн) — глава колонии Юньмэн, названый брат Вэй Усяня
Не Хуайсан — глава колонии Цинхэ, младший брат Не Минцзюэ
Лань Цижэнь — глава колонии Гу Су, дядя Лань Сичэня и Лань Ванцзи

Команда транспортного звездолета «Фусюэ»
Сюэ Ян — пилот
Сун Лань (имя при рождении — Сун Цзычэнь) — бортинженер

Прочие
Цзинь Цзысюань — сын Цзинь Гуаншаня
Цзинь Цзысюнь — племянник Цзинь Гуаншаня, двоюродный брат Цзинь Цзысюаня
Цзян Яньли — жена Цзинь Цзысюаня, сестра Цзян Ваньина и Вэй Усяня
Сяо Синчэнь — друг Сун Ланя





Глава 1. Знакомство с экипажем

Мэн Яо смотрел на «Ба Ся» из окна торговой галереи космопорта на Илине. Она не была похожа на обычную грузовую баржу — слишком массивная, слишком бронированная. Ощетинившаяся орудиями. Опасная. Мэн Яо позволил себе криво улыбнуться: адмирал Не Минцзюэ, должно быть, растоптал в пыль собственную гордость, превращая личный боевой корабль в грузовое судно.

Великий Не Минцзюэ, легенда межгалактической войны с Империей симбионтов Вэнь. Уже четыре года, как персона нон-грата в Центре Поднебесной галактики. Сразу после войны, пять лет назад, только две крупные колонии, Цинхэ и Гу Су, воспротивились вооруженной экспансии колонии Ланьлин и ее сторонников на другие части Поднебесной. Глава Ланьлин Цзинь Гуаншань напирал на нехватку ресурсов после изнуряющей войны, на расширение сфер влияния, он даже имел бесстыдство намекать на помощь периферийным колониям в техническом прогрессе. Адмирал Не Минцзюэ, глава Цинхэ, обвинил Цзинь Гуаншаня в стремлении занять место уничтоженных тиранов-Вэней. Его поддержал Лань Цинхэн, глава Гу Су. Спор длился почти год, в итоге Цзинь Гуаншань где подкупом, где угрозами склонил на свою сторону глав более мелких колоний. Слава Не Минцзюэ к тому времени несколько поблекла, и он был объявлен мятежником. Казнь в память о заслугах заменили пожизненным изгнанием: Цзинь Гуаншань не рискнул отдать приказ об убийстве героя войны. Не Минцзюэ запрещалось приближаться к Центру Поднебесной, посещать планеты колонии Цинхэ и контактировать с братом, Не Хуайсаном. Тот был слабовольным и ветреным юношей, почти подростком, и легко подпал под влияние Цзинь Гуаншаня. В итоге Не Хуайсан был назначен главой колонии Цинхэ вместо брата, не имея ни малейших способностей к управлению и всецело полагаясь на советы Цзинь Гуаншаня.

Обвинения против Лань Цинхэна были не настолько серьезными, к тому же он всегда пользовался огромным уважением в Совете Галактики и считался образцом добродетели, так что на него всего лишь был наложен запрет покидать планеты колонии Гу Су. Не имея возможности действовать в лоб, Цзинь Гуаншань отомстил Лань Цинхэну через его сыновей: Лань Сичэню и Лань Ванцзи, служившим в Галактическом флоте, устав запрещал общаться с государственным преступником и посещать мятежную колонию. Братья со скандалом уволились с военной службы и пошли под трибунал. Лань Цинхэн скончался, как говорили, не пережив позора. Его место занял брат — Лань Цижэнь. А Сичэнь и Ванцзи примкнули к Не Минцзюэ и были объявлены вне закона.

Теперь боевые крейсеры Ланьлин стояли у каждой планеты центральных колоний и на границах периферии. Надо отдать должное Цзинь Гуаншаню, помня о бесславном закате Империи Вэнь, он избрал достаточно демократичный стиль управления: не давил другие планеты налогами, оставил видимость Совета Галактики, предпочитал избавляться от несогласных тайно, без излишней демонстрации боевой мощи и щедро раздавал взятки. Благо ресурсов теперь хватало.

Не Минцзюэ занимался грузоперевозками на задворках Поднебесной в компании Лань и прочих изгоев, и про него стали забывать. Но примерно год назад начались недовольные шепотки. Откуда дул ветер, было неизвестно, но неожиданно реформы Цзинь Гуаншаня не получили одобрения Совета Галактики, вскрылись нарушения финансовых договоренностей, грузы, шедшие из колонии Ланьлин на периферию, начали теряться. И хоть все это были мелкие укусы, но их неожиданно накопилось достаточно для того, чтобы репутация Цзинь Гуаншаня несколько пошатнулась. Кто-то даже начал поговаривать, что старина Не Минцзюэ был в свое время не так уж и неправ…

— Доброго времени суток! — К Мэн Яо подкатил информационный робот, вырвав его из глубокой задумчивости. — Командир Не дает разрешение господину Мэн Яо на визит грузовой баржи «Ба Ся». Господину Мэн Яо надлежит проследовать в блок номер пять.

Мэн Яо выпрямился и изогнул губы в легкой приятной улыбке. Что ж, теперь его выход.

Планета Илин не имела полезных ископаемых и была непригодна для жизни, но находилась на пересечении торговых маршрутов между колониями периферии. Здесь был построен космопорт с искусственной атмосферой. Здание его было приземистым и серым, делилось на торговый и административный корпуса. Мэн Яо уже четверо суток находился в этом богами забытом месте, ожидая допуска на «Ба Ся». Хорошо, что жизнь научила его терпению.

Неторопливо ступая по искусственному настилу летного поля, он дошел до пятого блока и замер перед кораблем, на который тем временем шла погрузка каких-то металлических ящиков. Вблизи «Ба Ся» выглядела еще более массивной и устрашающей. По хребту Мэн Яо пробежал холодок, но он только выше поднял голову, давая себя рассмотреть корабельным камерам. Наконец пневмодверь с шипением раскрылась, и перед ним опустился широкий трап. На верху трапа, расставив ноги и сложив руки за спиной, высился сам командир Не. Он смерил Мэн Яо тяжелым, будто физически ощутимым взглядом и после паузы приказал:

— Поднимайтесь, доктор Мэн.

Тот поклонился, давая себе время перевести дух. Профайлы, которые он изучил перед визитом, совершенно не подготовили его к подавляющей харизме Не Минцзюэ.

Вблизи выяснилось, что Мэн Яо едва достает ему макушкой до плеч. Он запрокинул голову и приветливо улыбнулся прямо в суровое смуглое лицо.

— Мэн Яо благодарит за приглашение, командир Не.

Тот приподнял бровь — Мэн Яо знал, что улыбка придает ему очень невинный вид, — и, бросив: «Прошу за мной», — широким шагом направился по коридору в глубь корабля.

Чтобы не отставать, Мэн Яо пришлось всю дорогу за ним практически бежать. Внутри «Ба Ся» была ярко освещена и, несмотря на оливковый со стальным отливом цвет стен — намек на родовые цвета клана Не, — не производила такого гнетущего впечатления, как снаружи. Коридоры на корабле были весьма извилистыми — видимо, чтобы затруднить потенциальный штурм, так что, если бы не эйдетическая память, Мэн Яо бы давно запутался.

В кают-компанию Не Минцзюэ ворвался так же стремительно, ни на мгновение не замедлив шаг, и Мэн Яо успел заметить, как один из сидящих там мужчин быстро скинул ноги с общего стола и принял пристойную позу.

— В следующий раз я тебе их оторву, — пообещал Не Минцзюэ, но без особой строгости, явно привычный к подобному поведению.

— Простите, командир, больше не повторится. — Провинившийся посмотрел на него очень честными глазами.

Либо на этом корабле отсутствовала дисциплина, либо летчику-асу Вэй Усяню позволялось и не такое. Мэн Яо кинул на него быстрый взгляд. Имя Вэй Усяня наводило ужас на Империю Вэнь во время войны, хотя тому едва исполнилось девятнадцать. После победы вся Поднебесная была готова носить героя на руках, пока про него не выяснился некий таинственный, но неприглядный факт. Тогда от него отвернулся даже названый брат — молодой глава колонии Юньмэн Цзян Ваньин. Пару лет про Вэй Усяня не было слышно ничего, а потом он объявился на корабле Не Минцзюэ. Пристанище отверженных, усмехнулся про себя Яо.

Рядом с Вэй Усянем в своем кресле неподвижно застыл Лань Ванцзи, младший из братьев Лань. Даже спустя четыре года его летная униформа имела белый цвет — в знак траура по отцу и, видимо, по военной карьере. Его лицо было чересчур безэмоциональным, хоть и прекрасным, как у всех из Гу Су. Результат естественной селекции: планеты колонии отличались суровым климатом, были покрыты горами и ледяными озерами, слабые здоровьем первые поселенцы там просто не выжили. И до сих пор в Гу Су проповедовали культ аскетизма и постоянных тренировок тела и духа. Некоторые считали, что жители Гу Су — сверхлюди. Мэн Яо был отчасти с этим согласен: он сталкивался с несколькими за свою жизнь, и, кроме железного здоровья, все они отличались редкой порядочностью, граничащей с наивным идеализмом.

Больше в кают-компании никого не было. Мэн Яо сделал пару шагов от входа и поклонился.

— Мэн Яо приветствует мастера Вэя и второго мастера Лань. — Не имело смысла притворяться, что он о них ничего не слышал.

— Ого, какие манеры! — тут же прокомментировал Вэй Усянь. — Со времен Империи такого не видел! Лань Чжань, ты должен оценить!

Улыбка Мэн Яо не дрогнула. Но он мысленно сделал себе пометку внимательнее наблюдать за Вэй Усянем: тот мог оказаться опаснее, чем он ожидал, читая профайл. Не Минцзюэ сел во главе общего стола и поднял ладонь. Вэй Усянь тут же откинулся на спинку стула, сделав вид, что потерял интерес к разговору. Мэн Яо заметил, что его плечо при этом тесно прижалось к плечу Лань Ванцзи, а тот и не подумал отодвигаться.

— Доктор Мэн, буду откровенен, — начал Не Минцзюэ, — ваше резюме впечатляет, да и желающих служить врачом на моем корабле не так много. Но вы указали, что во время войны работали интерном в госпитале одной из планет колонии Цишань. Вы служили Вэням?

Мэн Яо знал, что с этим пунктом могут возникнуть проблемы, но специально не стал его убирать из резюме. Он пока не понимал, какими именно связями располагает Не Минцзюэ и не раскопает ли тот нужную информацию самостоятельно. А оправдать сокрытие такой важной детали своей биографии стало бы в разы сложнее, чем упомянуть ее сразу. К тому же позорная служба Вэням была отличным объяснением, почему такой блестящий специалист, как Мэн Яо, искал работу у опального адмирала, а не в частных госпиталях Центра Поднебесной. А уж о том, чтобы у Не Минцзюэ больше не было кандидатур на должность корабельного врача, Мэн Яо позаботился заранее.

— Моя семья из Юньпина, это маленькая планетка в колонии Юньмэн, — начал он, опуская глаза будто в смущении. — Я всегда мечтал стать врачом. В Империи Вэнь всегда были лучшие медицинские университеты. Вы понимаете, из-за… необходимости симбиоза, человеческую анатомию и физиологию они изучали на неизмеримо более высоком уровне, чем в остальных колониях. Я подал прошение об интернатуре при госпитале Цишань еще до войны и до войны же в нее поступил. И там же узнал про захват колонии Юньмэн, про все эти зверства… Я мог бы гордо уйти из госпиталя, чтобы меня объявили предателем Империи и казнили, но я предпочел остаться…

Тут Мэн Яо от волнения потерял голос. Он прерывисто вздохнул, откашлялся и поднял на командира Не взгляд, полный внутреннего достоинства и при этом такой искренней боли, таких сожалений, каких тому наверняка не случалось наблюдать за всю жизнь.

— …У нас был периферийный госпиталь, я знал, что Вэни не станут туда отправлять своих раненых, что к нам, скорее всего, будут попадать пленные, и думал, что смогу хоть чем-то помочь, хоть кого-то спасти…

К тому же он тогда отлично понимал, что такой практики ему больше нигде не удастся найти. На глазах Мэн Яо блеснули слезы. Не Минцзюэ нахмурился еще больше, но сейчас в нем осуждение явно боролось с сочувствием. Вэй Усянь не ерничал и думал о чем-то невеселом. Лань Ванцзи не изменился в лице.

Ну что же, на случай, если ему не поверят, Мэн Яо приберег запасной вариант. Правда, он рассчитывал на присутствие всех членов экипажа…

— Командир, погрузка завершена, — раздался позади него мягкий низкий голос. — Все ящики на месте.

Мэн Яо обернулся. В дверях стоял высокий мужчина в белой униформе, неуловимо похожий на Лань Ванцзи. Его старший брат, Лань Сичэнь.

Лицо Не Минцзюэ при взгляде на того слегка разгладилось, он приветливо махнул рукой.

— Спасибо, Сичэнь, заходи. Это доктор Мэн Яо.

— Первый мастер Лань, — пробормотал Мэн Яо, кланяясь и уже мысленно готовя речь, как Лань Сичэнь шагнул вперед и, поймав его за локти, заставил выпрямиться.

— Здравствуйте, доктор Мэн! — Лицо его просияло от удивления и радости. — Вы меня не помните? Я не думал, что вы… что вас еще когда-нибудь встречу!

Мэн Яо отстраненно порадовался, что его вариант не захотел быть запасным. Еще он подумал, что пять лет назад Лань Сичэнь был ранен, ослаблен и находился на грани истощения. И что никакие голоснимки не передавали такого сокрушительного сочетания красоты и обаяния.

— Конечно, Мэн Яо помнит, — призвав на помощь все свое немалое самообладание, улыбнулся он. Пожалуй, он давно так искренне не улыбался. — Как поживает первый мастер Лань?

— Отлично, сердце работает как часы. — Лань Сичэнь обласкал — другого слова было не подобрать — взглядом его лицо и тут же, будто спохватившись, отставил от стола одно из свободных кресел и, коснувшись ладони Мэн Яо теплыми пальцами, пригласил: — Пожалуйста, присаживайтесь.

Это было совершенно ненормально. Жизнь не готовила Мэн Яо к такому сердечному отношению. Он почти беспомощно оглянулся — на лицах Не Минцзюэ и Вэй Усяня было написано то же удивление, что он ощущал сам, лицо Лань Ванцзи ничего не выражало.

— Да, присаживайтесь, — буркнул в итоге Не Минцзюэ. — Сичэнь, я так понимаю, вы знакомы?

— Доктор Мэн спас мне жизнь, когда меня сбили над Цишань, помнишь, я рассказывал? Не выдал властям, скрывал у себя, прооперировал и самоотверженно ухаживал, пока я полностью не выздоровел. Сожалею, я не узнал тогда его имени…

Полностью выздоровел? Из подпольной клиники, куда его притащил Мэн Яо, Лань Сичэнь ушел, как только смог самостоятельно подняться на ноги после операции на сердце. Не желая, по его словам, подвергать опасности персонал и пациентов. А потом в полуживом состоянии ухитрился угнать истребитель Вэней и удрать с планеты. Мэн Яо, конечно, рассчитывал на благодарность, но он был готов к тому, что придется долго напоминать о себе и о спасении, а не к тому, что его осыплют признательностью и представят чуть ли не героем. А самым ужасным было то, что он не мог решить, хорошо ли, что действительность превзошла его самые смелые ожидания, или нет.

Глава 2. Секреты

Мэн Яо в очередной раз прошелся по медицинскому отсеку, проверяя, что все сканеры, инструменты и препараты экстренной помощи находятся на своих местах, и удовлетворенно вздохнул. Он уже десять дней считался полноправным членом экипажа «Ба Ся». И, пока корабль готовился к очередному рейсу, развил бурную деятельность, чтобы примелькаться и стать таким же привычным, как декоративная ваза в виде фэнтезийного быка в углу кают-компании. После ярого поручительства Лань Сичэня кандидатуру Мэн Яо со скрипом поддержали все. Даже Лань Ванцзи вышел из своего коматоза и заявил, что лучшего специалиста им все равно не найти.

Не Минцзюэ после недолгих уговоров разрешил Мэн Яо переделать медотсек под свои нужды — большая часть оборудования в нем безнадежно устарела — и даже одобрительно хмыкнул, увидев результат. Мэн Яо вынужден был признать, что эта скупая похвала оказалась ему приятна.

В списке экипажа теперь значились: командир Не Минцзюэ, старший помощник Лань Сичэнь, пилот Вэй Усянь, навигатор Лань Ванцзи, врач Мэн Яо и бортмеханик Вэнь Нин. Увидев последнюю фамилию, Мэн Яо на секунду замер. Он и не предполагал, что это… существо обладает собственным разумом в той мере, что может считаться отдельным членом экипажа.

Мэн Яо задумчиво погладил пальцем одно из последних своих приобретений, которое Лань Сичэнь с большим трудом добыл ему на черном рынке через третьи руки, и решил, что пора приступать к своим непосредственным обязанностям. До отлета оставалась всего пара дней.

Вэй Усянь обнаружился в навигационной рубке. Они с неизменным Лань Ванцзи изучали голограмму, по которой быстро мелькали координаты и трехмерные модели межпланетных маршрутов. Лань Ванцзи сидел с совершенно прямой спиной и, кажется, не моргал, а Вэй Усянь привалился к его боку, по-свойски уложив голову на плечо. Мэн Яо успел привыкнуть к такому зрелищу. Эти двое вели себя, как глубоко влюбленные друг в друга люди, но при этом не трахались, или Мэн Яо ничего не понимал в человеческой натуре. Он даже в некотором роде сочувствовал. Но их незавидное положение открывало такие богатые возможности для манипуляций, что аж дух захватывало.

— Мастер Вэй, — откашлявшись, позвал он. Без поклонов и прочего высокого этикета: Не Минцзюэ приказным тоном заявил, что не потерпит имперских замашек на своем корабле. — Я вчера отправил вам на комм просьбу зайти в медотсек для обязательного осмотра. Не сочтите за назойливость, но вы ее получали?

Вэй Усянь слегка пригнул голову, как провинившийся ученик, и извернулся, чтобы спрятаться за Лань Ванцзи. Из-за плеча того теперь виднелся только один смеющийся глаз.

— А можно, не я первый? — заканючил прославленный герой войны.

Мэн Яо терпеливо улыбнулся.

— Командир Не и первый мастер Лань заняты в администрации космопорта, в их отсутствие дежурным на корабле остается второй мастер Лань. Прошу прощения, но сейчас для осмотра свободен только мастер Вэй.

— А почему дежурный Лань Чжань? Я тоже ответственный! Лань Чжань, сходи передо мной, ну пожалуйста!

Мэн Яо подозревал, что вся эта комедия разыгрывается только потому, что Вэй Усяню лень вставать с удобного кресла.

— Хорошо, — покладисто согласился он. — Вы пойдете вторым.

— После Лань Чжаня? А можно мне присутствовать? — оживился Вэй Усянь. Лань Ванцзи повернулся и смерил Мэн Яо нечитаемым взглядом.

— После Вэнь Нина, — с приятной улыбкой ответил тот.

Вэй Усянь удивленно поднял брови и выпрямился.

— А вы молодец, доктор Мэн, — сообщил он с кривой ухмылкой. — И давно вы в курсе? Это вам Лань Сичэнь сказал?

— Я понял, как только увидел список членов экипажа, — пояснил Мэн Яо.

— И правда, сложить два и два не так и сложно, — пробормотал Вэй Усянь, почесав нос.

Он наконец встал с кресла и, потянувшись, похлопал Лань Ванцзи по плечу.

— Я пошел. Прислушивайся, возможно, я буду громко звать на помощь.

— Бестолочь, — ответил Лань Ванцзи ровно.

Мэн Яо за это время немного успел изучить его небогатую мимику и безэмоциональную манеру разговора, поэтому не удивился, когда Вэй Усянь в ответ улыбнулся, будто получил лучший в жизни комплимент.

— Вперед, доктор Мэн! — Вэй Усянь вразвалочку прошел мимо Мэн Яо и уже из коридора выкрикнул: — Лань Чжань, не хулигань тут без меня!

— Второй мастер Лань, — кивнул на прощание Мэн Яо и, получив в ответ микроскопический наклон головы, поспешил за Вэй Усянем.

— А вы тут отлично все устроили, доктор Мэн. — Пока Мэн Яо, отвернувшись, обрабатывал руки антисептиком и натягивал тончайшие бионические перчатки, которые увеличивали чувствительность пальцев, Вэй Усянь за его спиной шуршал униформой. — Наш предыдущий врач уволилась с корабля вместе с бортмехаником. Она неожиданно получила наследство и решила, что всю жизнь хотела создать семью. Надеюсь, вы не собираетесь поступать так же? А то торчать на планетах, пока не найдем нового врача, ужасно тоскливо. Я, кстати, готов!

Не таким уж и неожиданным было то наследство, подумал Мэн Яо.

— Не волнуйтесь, мастер Вэй. — Он обернулся и внимательно оглядел того с головы до ног. Вэй Усянь был высоким, худощавым, с неявно выраженной мускулатурой и, кроме шрама на груди, напоминающего стилизованное солнце, не имел никаких внешних повреждений кожных покровов. — Ваш бортмеханик не в моем вкусе. Шрам вас не беспокоит? Ложитесь в сканирующий модуль, пожалуйста.

— Ай-яй-яй, вы еще даже не познакомились с Вэнь Нином, а уже его обижаете! — Вэй Усянь ухватился ладонями за крышку модуля и ловко нырнул внутрь ногами вперед. Там он принялся вертеться и устраиваться, не затыкаясь ни на секунду, хотя теперь его от собеседника отделяло стекло. — А он, между прочим, очень чувствительный и ранимый. Шрам не болит.

— Мастер Вэй, будьте добры просунуть руки в пазы сбоку, спасибо. — Мэн Яо вызвал голографический пульт модуля и принялся выстраивать последовательность сканирования. — Сейчас вы почувствуете легкий укол, это будет взят анализ крови. Для остальных манипуляций от вас потребуется всего лишь спокойно лежать.

— Ну хорошо, Вэй Нин отпадает… Ай, укололо! — Видимо, лежать спокойно для Вэй Усяня не означало молча. — Лань Чжань тоже…

— И почему же? — следя за экраном, решил включиться в игру Мэн Яо. Все равно приходилось выслушивать весь этот бред. — Весьма достойный мужчина, приятной внешности. Не болтливый.

— Только не говорите, что вам нравится Лань Чжань! — громко рассмеялся Вэй Усянь. На экране сканера его пульс слегка скакнул. — Нет-нет, доктор Мэн, даже не дышите в его сторону. Он занят. Совсем занят. Полностью.

— Как скажете, мастер Вэй, — ответил Яо тоном, каким успокаивают маленьких детей.

Тот некоторое время молчал, а потом снова не выдержал:

— Значит, и я отпадаю, потому что, во-первых, болтливый, во-вторых, тоже занят, так что ни-ни, доктор Мэн, я против адюльтеров!

«Только если буду подыхать в канаве», — подумал про себя Мэн Яо.

— …и Лань Сичэнь отпадает, он тоже любит поговорить, — между тем продолжал Вэй Усянь. — Значит, остается кто? Командир Не? А что, он тоже достойный мужчина приятной внешности! И разговаривает только по делу!

Мэн Яо вызвал в памяти твердое, будто вырезанное из дерева лицо, выбритые виски, широкую спину, по которой спускался не по уставу длинный хвост черных волос. Такая связь, конечно, была бы ему полезна и облегчила задачу. И, возможно, она не оказалась бы неприятной. Мэн Яо задумчиво отвел глаза от экрана сканера, и тут же его взгляд как магнитом притянул триптих, подаренный Лань Сичэнем «на новоселье». Три картины изображали смену трех сезонов на планетах Гу Су. Они служили единственным украшением медотсека, но этого было достаточно. Тонкая прозрачная живопись, чистые нежные цвета, невероятная глубина изображения: иногда Мэн Яо казалось, что если долго смотреть на эти картины, можно провалиться в них, как в омут, но оторвать взгляд было почти невозможно.

— …какой смысл сбегать! — выдернул его из грез громкий голос Вэй Усяня.

Тот, видимо, все это время продолжал рассуждать о матримониальных планах отдельно взятого врача.

— Сканирование закончено, благодарю вас, мастер Вэй, — уже не думая о приличиях прервал его Мэн Яо. Он чувствовал огромную усталость и невольно проникся уважением к масштабам терпения Лань Ванцзи. — Вы совершенно здоровы, учитывая все обстоятельства. Официально даю вам разрешение на полет.

— Вот и славно. — Вэй Усянь так же легко выбрался из сканера и покрутил запястьями, разминая мышцы. — Можно одеваться?

Мэн Яо поднял брови в вежливом удивлении:

— Я рассчитывал сейчас проверить и состояние мастера Вэня, если, конечно, у вас нет возражений. Как я понимаю, со времени… инцидента, он не проходил медосмотр?

Вэй Усянь сложил руки на груди и впервые посмотрел на Мэн Яо с чем-то похожим на уважение.

— А вы в курсе их физиологии?

— Я работал в госпитале Цишань, — напомнил Мэн Яо. — Конечно, я в курсе.

Он подошел к сканеру, которым так восхищался еще час назад, и провел ладонью по гладкому корпусу. Черный металл засветился кнопками управления.

— Это имперское оборудование, первый мастер Лань был так любезен, что достал его с одного из заброшенных складов. Я умею с ним обращаться.

Вэй Усянь сузил глаза, и Мэн Яо вновь посетило неприятное ощущение, что он гораздо опаснее, чем кажется. Но тут же подвижное лицо осветила широкая улыбка.

— Что ж, попробуем! Не бойтесь его, он очень тихий и спокойный, отличный парень!

С этими словами Вэй Усянь опустился прямо на пол и закрыл глаза. Мэн Яо невольно отступил на шаг. По телу Вэй Усяня прошла дрожь, шрам на груди вспух, на нем сначала появились черные маслянистые капли, потом они будто выплеснулись наружу мощным потоком, который в итоге растекся по всему телу Вэй Усяня. Белое, живое, человеческое только что тело оказалось будто облито черной жижей. Того, кто был Вэй Усянем, тряхнуло пару раз. Затем поток устремился к его рту и хлынул внутрь. Через пару бесконечных минут на полу вновь сидел обнаженный человек. А потом он поднял голову и взглянул на Мэн Яо совершенно черным глазами без белков.

— Д-добрый день, д-доктор М-мэн, — тихо и застенчиво поздоровался Вэнь Нин, симбионт.

Глава 3. Обещания

Когда Вэни прибыли на своих кораблях в Поднебесную, почти двести лет назад, спасаясь от угасания собственной звезды, только немногие осознали их реальную опасность. Взамен на симбиоз Вэни обещали долгожительство, исцеление от смертельных болезней, отращивание потерянных конечностей и даже восстановление поврежденной психики. И они действительно исполняли все обещанное. Реклама у них была поставлена на высшем уровне, и увечные, умирающие, психически больные люди потянулись к ним со всей Галактики. Соседствовать всю жизнь с чужим организмом в одном теле казалось не такой высокой платой за полное выздоровление. Вэни ни от кого не отказывались, ни от младенцев, ни от стариков. Ни от преступников. Симбионты основали свою колонию на доселе непригодных к жизни планетах, построили там города с высоким уровнем жизни и технического развития и с распростертыми объятиями принимали иммигрантов.

А потом поток желающих лучшей жизни в симбиозе начал иссякать. Выяснилось, что для здоровья симбионта ему требуется быть активным в теле носителя как минимум треть от времени совместного существования. Что симбионты могут насильно перехватывать контроль над телом, а не только с согласия носителя. И что обернуть процесс симбиоза вспять, отделить человека от симбионта, невозможно. По крайней мере не с имеющимся уровнем человеческой медицины.

Вэни были бесполыми и продолжали размножаться, отпочковываясь от общей «матки», Правителя-Солнце, но носителей им хватать перестало. Без носителя симбионт мог существовать только в капсуле со специальным раствором, сходным по составу с океаном их родной планеты, и жизнью это назвать было нельзя.

Мало-помалу Вэни начали интервенцию. Первыми они захватили небольшие колонии, но постепенно расширяли влияние, пока не превратились в огромную империю. Тут крупные колонии спохватились, и объявили Империи Вэнь войну. Война эта была невероятно жестокой и кровопролитной и длилась почти два года, пока Вэй Усянь не прорвался через защитные щиты планеты Цишань, колыбели Империи, и не разбомбил дворец Правителя-Солнце Вэнь Жоханя вместе с ним и его приближенными. Симбионты, лишившись своего родителя и не успев получить нового, не могли больше размножаться и постепенно были уничтожены.

Последним в живых остался, очевидно, Вэнь Нин. И он каким-то образом оказался в теле Вэй Усяня, да еще вышеназванный Вэй Усянь наотрез отказался избавляться от паразита, хотя к тому времени человеческая медицина нашла способ это сделать. Правда, с неизбежной гибелью симбионта.

«Недаром Цзян Ваньин хочет уничтожить названого брата, — подумал Мэн Яо, глядя в черные глаза симбионта. — Вэни практически стерли с лица земли его родину, убили родителей, а Вэй Усянь защищает убийцу».

Он мягко улыбнулся и протянул руку в перчатке:

— Поднимайтесь, мастер Вэнь. Позвольте помочь вам лечь в сканер.

Вэнь Нин смущенно покраснел — румянец очень странно смотрелся на щеках бесстыдника Вэй Усяня — и согласно кивнул. Тут в дверь медотсека громко и требовательно постучали.

— Эт-то, н-наверное, в-второй м-мастер Лань, — пробормотал Вэнь Нин, тут же скукожившись и потянув на себя с тумбы униформу Вэй Усяня.

— Ах, я понимаю. — Мэн Яо одернул врачебный сьют и пошел открывать.

За дверью действительно стоял Лань Ванцзи. Должно быть, искин корабля сообщил ему об изменении жизненных показателей Вэй Усяня.

— Второй мастер Лань? — В улыбке Мэн Яо читалось вежливое удивление. — Что-то случилось?

Лань Ванцзи кинул взгляд поверх его головы на Вэнь Нина, и лицо его слегка затвердело.

— Я останусь здесь, — сообщил он, сделав шаг вперед.

Все складывалось идеально. Мэн Яо не двинулся с места, все так же перегораживая ему путь, но в его улыбке появилось сожаление.

— Прошу простить, второй мастер Лань, но я вынужден блюсти врачебную тайну и без согласия пациента не могу этого допустить.

— Я с-согласен, — поспешно отозвался Вэнь Нин за его спиной. — М-мастер В-вэй т-тоже. З-здравствуйте, в-второй м-мастер Лань.

Лань Ванцзи деревянно ему кивнул. Мэн Яо вздохнул, будто сдаваясь, и отошел от двери.

— Будьте добры присесть за мой стол, второй мастер Лань, — попросил он и вернулся к пациенту.

Тот успел накинуть на себя черную летную куртку и неловко запахнуть ее на груди. Мэн Яо наклонился, подхватил его под локоть и помог подняться. Мышцы плохо слушались Вэнь Нина, так что он с признательностью оперся о подставленную руку и, шаркая ногами, прошел к сканеру. Закрывая Вэнь Нина спиной от взгляда Лань Ванцзи, Мэн Яо снял с него куртку и уложил его в ложе аппарата. Стекло с шипением закрылось, по нему побежали светящиеся точки карты сканирования.

— Все в порядке, мастер Вэнь? — поинтересовался Мэн Яо, вызывая пульт управления аппаратом.

— В-все х-х-х…, — Вэнь Нин сглотнул. — Д-да.

Мэн Яо послал ему ободряющую улыбку и сосредоточился на экране сканера. Вэнь Нин ему понравился гораздо больше Вэй Усяня. Но его мнения явно не разделял Лань Ванцзи: Мэн Яо спиной чувствовал тяжесть его взгляда.

Некоторое время в медотсеке было слышно только тихое попискивание сканера и шелест корабельной вентиляции. Наконец Мэн Яо отключил сканер и, слегка нахмурив брови, отодвинул стекло.

— Как часто вы берете на себя контроль этим телом, мастер Вэнь? — спросил он строго.

Вэнь Нин бросил испуганный взгляд в сторону Лань Ванцзи:

— М-мне х-хватает…

Мэн Яо вздохнул и успокаивающе сжал его плечо.

— Не волнуйтесь, пожалуйста, здесь нет правильного ответа. Но мне нужна точная информация.

— П-пару р-раз в н-н-неделю, — пробормотал Вэнь Нин, краснея, и тут же поспешил добавить: — К-когда т-требуется р-ремонт, то ч-чаще. Но в ост-остальное в-время я м-могу и р-реже!

Мэн Яо покачал головой и сжал пальцами переносицу.

— А что т-такое? — взволнованно спросил Вэнь Нин.

Лань Ванцзи встал со своего места и подошел ближе.

— Вы ведь симбионт, — с мягким упреком ответил Мэн Яо. — Чтобы поддерживать свое здоровье в приемлемом состоянии, вы должны получать тело носителя не меньше, чем на несколько часов каждый день.

Вэнь Нин побледнел.

— Что это значит? — холодно спросил Лань Ванцзи.

— Это значит, что мастер Вэнь находится на грани гибели. — Мэн Яо глубоко вздохнул и сжал ладонь Вэнь Нина в своей, уловив краем глаза, как дернулись пальцы Лань Ванцзи, будто в попытке его остановить. — При таком режиме, боюсь, вы не проживете дольше полугода. Простите.

Но Вэнь Нин, казалось, не слишком расстроился. Кинув быстрый взгляд на Лань Ванцзи, он деликатно вытащил свою ладонь из руки Мэн Яо и улыбнулся:

— Эт-то н-ничего, я и т-так п-прожил д-дольше, ч-чем м-мне п-полагалось, д-доктор Мэн. Н-не р-растраивайтесь.

Мэн Яо подавил желание закатить глаза. На этом корабле даже робот-полотер, должно быть, источал благородство и самопожертвование.

— Ох, — пробормотал Вэнь Нин. — М-мастер В-вэй х-хочет в-вернуться. Д-до с-свидания, д-доктор М-мэн.

И, прежде чем Мэн Яо успел возразить, его глаза закрылись, а изо рта хлынула уже знакомая жижа. Когда последняя черная капля впиталась в шрам, Лань Ванцзи быстро шагнул к сканеру и, поддерживая Вэй Усяня под спину, помог тому сесть.

— Что это за разговор про смерть через полгода? — резко спросил Вэй Усянь, вытерев рот.

— Показания сканера неутешительны. — Мэн Яо махнул рукой на экран. Все равно в этой комнате никто, кроме него, не мог бы разобрать результаты. — Симбионт не получает необходимой энергии и медленно умирает. Сколько он уже поддерживает такой режим существования? Пять лет? Чудо, что он прожил так долго.

— Что можно сделать? Есть выход? Чаще его выпускать? В принципе, и Лань Чжань, и Лань Сичэнь, и даже командир Не могу меня заменять.

— Боюсь, чтобы его восстановить, вам придется длительное время оставаться гостем в собственном теле. Возможно, несколько месяцев. Если бы вы были смертельно больны или изувечены, симбионт мог бы питаться болезнью или взаимодействовать с внешним миром через ваш недостающий орган и восполнить энергию быстрее. Но вы — к счастью — совершенно здоровы, мастер Вэй, поэтому я пока не вижу другого выхода.

Вэй Усянь побледнел, Лань Ванцзи склонился над ним, будто оберегая.

— Мне очень жаль. — Мэн Яо в волнении переплел пальцы, выходя из роли профессионала. — Я поищу другие варианты.

— Я не могу позволить ему так умереть, — перебил его Вэй Усянь. — Вы знаете, как он ко мне перешел? Я попал в плен к Вэням и просидел там четыре проклятых месяца. Уже в конце войны, когда было ясно, что союзники побеждают. И меня спасла сестра Вэнь Нина, буквально вытащила с того света, вылечила, дала корабль. И единственное, что попросила, — взять с собой ее брата, у которого случилось отторжение носителя. Чтобы хоть брат выжил в этой проклятой мясорубке. Я слишком ей обязан и больше никак не могу вернуть долг. Мне что, ногу отрезать? Или удалить почку?

— Мне жаль, — повторил Мэн Яо, опуская глаза. Нет, в чужом благородстве все же были свои плюсы. И тут же будто спохватился: — Но каким образом вам пересадили чужого симбионта? После отторжения он должен был погибнуть.

Вэй Усянь казался сбитым с толку сменой разговора.

— Не знаю… — пробормотал он медленно. — Никогда не задумывался. Вэнь Цин как-то ухитрилась.

— Вэнь Цин? — переспросил Мэн Яо недоверчиво. — Профессор Вэнь Цин? Это она — сестра Вэнь Нина?

— Да, — поднял голову Вэй Усянь. — В смысле его носитель был братом ее носителя. Вы про нее слышали?

— Еще бы! — с энтузиазмом воскликнул Мэн Яо. — Я читал ее труды по пересадке симбионта, но они были всего лишь теоретическими выкладками, не подтвержденными практикой. Ах, как интересно!

Вэй Усянь переглянулся с Лань Ванцзи, потом оба синхронно обратили к нему полные надежды взгляды, и Мэн Яо всей кожей почувствовал, как его авторитет взлетел до небес. Это было прекрасное ощущение.

Тут двери в медотсек разошлись в стороны и на пороге возник хмурый Не Минцзюэ.

— Что за собрание? — поинтересовался он. — Другого места не нашли? Ванцзи, ты не на посту.

Лань Ванцзи тут же встал и вытянулся в струнку.

— Простите, командир Не. Я оставил вместо себя искин и включил сигнальную систему.

— Да уж, я заметил, — проворчал Не Минцзюэ. — Усянь, почему ты раздет? Что у вас тут за групповуха?

— Присоединяйтесь, командир Не! — тут же заорал Вэй Усянь. — Думаю, кое-кто в этой комнате будет не против!

Мэн Яо как никогда был близок к смертоубийству. Он поднялся с извиняющейся улыбкой:

— Прошу прощения, командир Не. Осмотр мастера Вэя несколько затянулся из-за непредвиденных обстоятельств. Это полностью моя вина. Думаю, через пять минут экипаж сможет вернуться к выполнению служебных обязанностей.

— Я надеюсь. — Взгляд Не Минцзюэ несколько смягчился. — Вы двое! Через пять минут чтобы были в рубке.

— Слушаюсь! — ответили те хором.

Как только дверь за командиром закрылась, Вэй Усянь выскочил из сканера и принялся спешно натягивать униформу. Лань Ванцзи, помедлив, отвернулся.

— Я попробую поискать файлы профессора Вэнь Цин, — заверил их Мэн Яо. — Возможно, они не были уничтожены. Посмотрим, что можно будет сделать.

Не то чтобы ему долго пришлось бы искать. Каждый иероглиф, каждая схема надежно хранились в его памяти, но он, естественно, не собирался в этом признаваться.

Вэй Усянь, одевшись, сжал его обе ладони в своих и потряс:

— Если вы найдете способ помочь Вэнь Нину, доктор Мэн, я буду у вас в неоплатном долгу.

Лань Ванцзи оторвал взгляд от их сцепленных рук и серьезно кивнул:

— Я тоже.

Глава 4. Пробный камень

Лань Ванцзи на медосмотр явился точно в назначенное время. Впрочем, Мэн Яо в этом не сомневался: он уже успел понять, что они с братом жили по расписанию. Аккуратно и почти беззвучно сложив униформу на тумбе — Мэн Яо услышал только глухой стук семейного церемониального браслета, — Лань Ванцзи замер возле смотрового стола, вытянув руки по швам и устремив неподвижный взгляд вдаль. Ни дать ни взять мраморная статуя, холодная и прекрасная. И Мэн Яо совершенно не ожидал обнаружить на спине этого образца совершенства гипертрофические рубцы. Это было странно. Обычно из эстетических соображений от таких спешили избавляться. Он включил налобный фонарь и нагнулся рассмотреть поближе. Возможно, это был какой-то специфический шрам? Как только его дыхание коснулось спины Лань Ванцзи, тот сделал шаг вперед. Видимо, не терпел чужих прикосновений.

— Прошу простить за бестактное замечание, второй мастер Лань. — Мэн Яо обошел его, чтобы со смущенной улыбкой посмотреть в лицо. — Но шрамы легко можно свести.

— Нет, — ответил Лань Ванцзи, даже не повернув головы.

Вся дипломатичность в их семье досталась, очевидно, старшему брату. А эти отметины явно скрывали интересную историю. Мэн Яо опустил глаза и повел рукой в сторону сканера.

— Еще раз прошу прощения у второго мастера Лань. Соблаговолите, пожалуйста, лечь.

Лань Ванцзи был идеальным пациентом: во время сканирования он, кажется, спал. Но при этом Мэн Яо почувствовал небывалое облегчение, когда за высокой белой фигурой закрылась дверь медотсека.

Через полчаса должен был прийти Лань Сичэнь, и Мэн Яо поймал себя на том, что улыбается. Старший из братьев Лань был как прозрачная озерная вода: одно его присутствие омывало спокойствием и очищало мысли. Тогда, пять лет назад, Мэн Яо очень рисковал, помогая одному из лучших пилотов Союзников, за голову которого в Империи была назначена награда. Но польза перевешивала риск: Вэни уже начали терять военные позиции, и иметь в должниках сына главы крупной колонии очень бы пригодилось в будущем. Мэн Яо прикрыл глаза, вспоминая, как увидел крушение вражеского истребителя над разрушенным снарядами районом города и поспешил туда в поисках медикаментов — их можно было выгодно сбыть на черном рынке, только надо было успеть раньше остальных желающих. Стройное изломанное тело в бело-голубой летной униформе Гу Су сияло среди черных развалин здания упавшей звездой, и Мэн Яо тогда потянуло на этот свет, будто мотылька.

Он так ушел в свои мысли, что едва не подпрыгнул, когда на пороге медотсека возник Не Минцзюэ.

— Сичэнь пока занят, — пояснил он, проходя на середину кабинета. — Попросил меня поменяться очередностью, чтобы вас не задерживать.

Мэн Яо поспешил скрыть замешательство за приветливой улыбкой. Он все еще трепетал перед командиром Не, хотя тот, не считая холодного приема, относился к нему совершенно ровно. Но оступиться перед ним оказалось бы равносильно самоубийству, так что испытывать неимоверное нервное напряжение было простительно.

— Благодарю за доброту, командир Не. Прошу вас, раздевайтесь, я пока помою руки.

Давая себе время подготовиться, он тщательно протер ладони антисептиком, натянул на них перчатки и повернулся. И тут же уперся взглядом в широкую смуглую грудь с выпуклыми мышцами. Командир Не явно уделял силовым тренировкам больше времени, чем Лань Ванцзи или Вэй Усянь. Либо быстрее набирал мышечную массу. Его высокая фигура подавляла и в униформе, без нее же он казался реинкарнацией бога войны Гуань Гуна. На смуглой спине и плечах выделялись светлые тонкие полоски шрамов, но Мэн Яо скорее откусил бы себе язык, чем предложил их убрать. Он невольно вспомнил, как думал о варианте соблазнения командира Не. И порадовался, что решил от него отказаться. Неизвестно, выжил бы он в такой связи или нет. Мэн Яо окинул взглядом сильные плечи и сощурился.

— Если это не слишком затруднительно, не мог бы командир Не убрать волосы вперед? — попросил он.

Тот молча послушался, открывая затылок. Мышцы там, на профессиональный взгляд Мэн Яо, были более напряжены, чем это считалось здоровым.

— Благодарю вас, командир Не. Прошу лечь в сканер.

Он почти слышал треск усиленной конструкции аппарата, когда Не Минцзюэ укладывал туда свое мощное тело.

— Вас не беспокоят головные боли, командир? — спросил Мэн Яо, включая сканер.

— Бывает, — после паузы ответил тот. — Это фамильное. Что-то с сосудами.

— Ах, понятно. — Мэн Яо пробежался пальцами по кнопкам пульта управления. — Сейчас посмотрим. Кстати, у вас перенапряжение мышц плечевого пояса и, очевидно, зажаты артерии. Я пропишу инъекции и курс упражнений. Еще от головной боли помогает отсутствие стрессовых факторов.

— И как вы меня от них собираетесь избавлять? — с иронией поинтересовался Не Минцзюэ. — Я не дам себя пичкать успокоительными. И никаких инъекций.

«Будет сложно», — подумал Мэн Яо.

— Ох, тогда, возможно, медитации, расслабляющий массаж. Боюсь, иначе головная боль будет только прогрессировать. Я бы, конечно, порекомендовал операцию, но период восстановления после нее может занять до месяца. Если вы выделите время…

— Обойдусь, — отрезал Не Минцзюэ. — Пока справлялся, не вижу срочности. Если скрутит, буду медитировать и принимать ванны с пеной, или что вы там советовали.

— Конечно, — поспешил согласиться Мэн Яо. Командир Не был не чужд самоиронии, кто бы мог подумать. — В любом случае регулярные обследования выявят, если ваше состояние начнет ухудшаться.

— Прекрасно, — буркнул Не Минцзюэ.

После его ухода Мэн Яо долго умывался ледяной водой. Все прошло гладко, первый шаг сделан. Он поймал в зеркале свой чересчур пристальный взгляд и расслабил мышцы лица, вернув ему благожелательное выражение. Но оно все равно показалось ему недостаточно убедительным. Он распустил короткий хвост, в который обычно собирал волосы, чтобы выглядеть более профессионально, и взлохматил челку. Вид у него тут же стал по-мальчишески задорным и очаровательным. Так-то лучше. День был слишком напряженным, ему физически надо было проветриться.

Но, выйдя из медотсека, он тут же наткнулся на Лань Сичэня, который с ласковой улыбкой направлялся в его сторону.

— Добрый вечер, доктор Мэн! Минцзюэ предупредил, что вы освободились. Или, может быть, мне прийти позже?

— Нет, что вы! — Мэн Яо почувствовал, как расслабляются плечи. — Я просто решил размять ноги. Конечно, входите, первый мастер Лань.

Тот улыбнулся шире и прошел мимо него в медотсек, обдав свежим запахом ветивера.

Мэн Яо в очередной раз принялся мыть руки.

— Вы так ловко расставили здесь все оборудование! — В мягком голосе Лань Сичэня было слышно искреннее восхищение. — Не думал, что медицинский кабинет может казаться таким уютным. И повесили мои картины! Сожалею, что не мог прийти раньше, помочь с обустройством: перед отлетом всегда слишком много хлопот.

— Я заметил, что вы часто пропускаете общую трапезу, — укорил его Мэн Яо с улыбкой. — Как ваш врач, советую не превращать это в привычку. К тому же не думаю, что перестановка мебели — обязанность старшего помощника: у первого мастера Лань наверняка есть более важные дела.

— Но мне о стольком хочется с вами поговорить! — с тихим смехом ответил Лань Сичэнь. — Где вы были все эти годы, что с вами случилось? Я пытался наводить справки, но без имени, да еще в послевоенной неразберихе, я не смог найти даже упоминания того госпиталя. Я готов.

Как уже понял Мэн Яо, у Лань Сичэня был довольно общительный характер, но, учитывая зацикленность Вэй Усяня и Лань Ванцзи друг на друге, в собеседники ему доставался только командир Не, а с тем было сложно вести непринужденную беседу. Что ж, Мэн Яо был готов стать ему задушевным другом. Он с улыбкой повернулся. И застыл, на миг растеряв вбитое с детства умение держать себя в руках. Если Лань Ванцзи казался мраморной статуей, то живая красота его старшего брата ошеломляла. Его тело было сильным, гармоничным, гладким. Оно казалось теплым даже на расстоянии двух шагов. А самым притягательным был взгляд — на Мэн Яо никогда не смотрели с таким тихим удовольствием, так внимательно, будто осязали нежными ладонями. Мэн Яо моргнул, и на губах Лань Сичэня расцвела улыбка.

— Вам очень идет такой образ, — заметил он.

А может быть, и не только другом. Мэн Яо стрельнул в него глазами из-под ресниц и тут же принял скромный и деловой вид.

— Благодарю, первый мастер Лань. Будьте добры повернуться.

На теле Лань Сичэня был только один шрам — точечный рубец в месте, где лазерный скальпель Мэн Яо разрезал его грудь. Будто метка. Мэн Яо отступил на шаг и сжал дрогнувшие пальцы в кулак.

Сканирование показало, что Лань Сичэнь совершенно, даже как-то ненормально здоров. Впрочем, как и его брат. В Гу Су и правда жили сверхлюди. А Мэн Яо мог гордиться своими талантами хирурга.

— Мне пора, — с сожалением сказал Лань Сичэнь, застегивая на запястье церемониальный браслет. Мэн Яо дал себе зарок в будущем рассмотреть эту легендарную вещицу получше. — К счастью, вылет уже послезавтра, и появится больше свободного времени.

— Очень на это надеюсь, первый мастер Лань, — улыбнулся в ответ Мэн Яо с тщательно выверенной долей кокетства.

Тот скользнул взглядом по его лицу, легко вздохнул и пошел к дверям.

— Ах, я забыл спросить, — будто спохватившись, позвал его Мэн Яо. Лань Сичэнь с готовностью обернулся. — Перед отлетом мне бы хотелось отблагодарить уважаемых членов экипажа за такое невероятное доверие. Может быть, первый мастер Лань знает, какими блюдами я могу всех порадовать?

— Это, право, не обязательно, — удивился Лань Сичэнь. — Вы сами ценнейшая находка для нас.

Мэн Яо едва не покраснел от удовольствия и, чтобы это скрыть, слегка опустил голову.

— Мне было бы приятно, первый мастер Лань.

— Что ж, — улыбнулся тот, — легче всего угодить Вэй Усяню — он любит очень острые мясные блюда. Честно говоря, не знаю, сможете ли вы найти на Илине что-то настолько огненное. Мы с Ванцзи неприхотливы. Все, что вы предложите, будет прекрасно. А командир Не… — Он на мгновение задумался и тут же просиял. — Знаете, я видел в одном из торговых павильонов сладости с Цинхэ. Минцзюэ никогда не признается, но думаю, он будет не прочь получить такой привет из дома.

Отлично, просто отлично!

— Мэн Яо не знает, как благодарить первого мастера Лань. — Мэн Яо склонился в глубоком церемониальном поклоне. Ему показалось, что в данный момент это было бы уместно.

Но Лань Сичэнь вновь поймал его за локти, не давая завершить движение.

— Что вы, к чему такой официоз! Я был рад помочь советом. Если еще что-то понадобится, не стесняйтесь обращаться.

Он слегка погладил пальцами предплечья Яо и, кивнув на прощанье, удалился.

Глава 5. Налаживание связей

— Ого, откуда это?! — с восторгом воскликнул Вэй Усянь, войдя в кают-компанию и увидев разложенные на столе угощения.

Мэн Яо с утра оббегал весь торговый павильон и успел не только купить к обеду необходимое, но и накрыть общий стол. Скальной породы на Илине было с избытком, ее тут использовали для изготовления посуды, чтобы не тратиться на импорт других материалов, и блюда на вынос продавали прямо в ней. Мэн Яо любил все делать красиво, а черные горшочки очень выгодно смотрелись на оливковой столешнице. В декоративной бычьей вазе теперь красовался искусственный хворост, а на одной из стен висела подаренная для этих целей картина Лань Сичэня: среди водопадов и исполинских деревьев вилась длинная каменная лестница, и по ней к скрытой облаками горной вершине поднимались две белые фигуры.

Не Минцзюэ дернул бровью, обозрев перемены в интерьере, и повернулся к Мэн Яо:

— Ваших рук дело?

Тот с улыбкой склонил голову.

— Я очень рад стать частью экипажа такого прекрасного корабля, и в благодарность мне бы хотелось угостить уважаемого командира Не, первого мастера Лань, второго мастера Лань и мастера Вэй скромным обедом. — Тут он поднял глаза и с легкой неуверенностью продолжил: — Надеюсь, я не нарушил обычаи, принятые на «Ба Ся». Если же это произошло, прошу покорнейше простить.

— Все нормально, — отмахнулся Не Минцзюэ. — Сичэнь, ты был в курсе?

Лань Сичэнь кивнул, скрывая улыбку.

— По моему мнению, кают-компания еще никогда не выглядела такой обжитой. Благодарю за хлопоты, доктор Мэн.

Вэй Усянь толкнул локтем Лань Ванцзи и закатил глаза.

— Командир Не, прошу садиться, — спохватился Мэн Яо.

Стоило Не Минцзюэ занять свое место, как Вэй Усянь подскочил к столу и принялся один за другим открывать все горшочки, пока в очередном не наткнулся на ярко-красное густое варево. Он склонился над ним, почти сунув внутрь нос, и расплылся в улыбке.

— Да это же «Дыхание дракона»! Где вы его достали? Я даже не знал, что его можно найти на Илине. Оно для меня? Или вы тоже любите поострей?

— Конечно для вас, мастер Вэй, — слегка поклонился Мэн Яо. — Могу потом поделиться адресом.

— Эх, где же вы были раньше! — пробормотал Вэй Усянь, усаживаясь и подвигая к себе горшочек. — Завтра все равно улетаем.

Лань Ванцзи с отсутствующим выражением лица сел рядом и, если Мэн Яо правильно понял, тоже был готов записывать адрес.

— Лань Чжань, а это, похоже, тебе. — Вэй Усянь быстро подвинул ему один из открытых горшочков. — Смотри, рис, овощи… Ух ты, настоящая репа! И никакого мяса и специй.

— Прекрасный выбор, доктор Мэн, — поблагодарил Лань Сичэнь за обоих братьев. Лань Ванцзи только согласно склонил голову.

— Да, отличный, спасибо! — с энтузиазмом жуя, поддержал Вэй Усянь. — Не знаю, кому вы принесли жертву, чтобы все это достать, но она явно не была напрасной!

Не Минцзюэ тоже казался довольным, он сосредоточенно ел свое мясо в кисло-сладком соусе (натуральное! Хорошо, что проблем с деньгами у Мэн Яо пока не было) и время от времени, не желая отвлекаться от работы, бросал взгляд в комм. Вроде бы все прошло гладко. Мэн Яо тайком перевел дух и подвинул к себе горшочек лапши с овощами в пряном соусе.

После обеда он поймал Не Минцзюэ почти в дверях и с улыбкой, полной неловкости и надежды, протянул тому заранее припасенную коробочку.

— Прошу принять скромный дар, командир Не. Я не знал, какое блюдо вам придется по вкусу, но первый мастер Лань был так добр, что подсказал, где можно найти эти сладости. Надеюсь, предложить их вам — не слишком большая вольность с моей стороны?

Не Минцзюэ бросил взгляд на упаковку, разглядел торговую эмблему Цинхэ, и его лицо слегка дрогнуло.

— Благодарю, доктор Мэн. — Он взял коробку. — И хватит церемоний, никто вам за лишнее слово голову не откусит.

Мэн Яо удивленно моргнул и выдавил нерешительную улыбку, но командир Не уже вышел.

— Минцзюэ прав, — заметил, подходя, Лань Сичэнь. — Вы такой же член экипажа, как и все мы. Мне бы тоже хотелось, чтобы вы чувствовали себя свободнее.

— Спасибо, первый мастер Лань, я постараюсь, — улыбнулся Мэн Яо.

Лань Сичэнь тронул его за локоть.

— Если вы сейчас не заняты, прогуляемся по летному полю? У меня есть полчаса до прибытия следующего груза.

— С удовольствием! — ни капли не покривил душой Мэн Яо.

Они сошли с трапа и неторопливо направились вокруг корабля. Поле было ярко освещено, небо терялось в свете прожекторов.

— На той картине, что сейчас висит в кают-компании, — начал Мэн Яо, — тоже изображена Гу Су?

Лань Сичэнь печально улыбнулся.

— Да, это дорога в «Облачные глубины». Наше имение. Стилизация, конечно. На самом деле на месте лестницы там фуникулер. Но в детстве мы с братом часто представляли, как было бы интересно пешком подниматься по ступенькам, иметь время на созерцание этой красоты.

— Но вы, наверное, можете вернуться? — поколебавшись, спросил Мэн Яо. — Прошло столько лет, если попросить амнистию…

— И бросить «Ба Ся»? Предать Минцзюэ? — Лань Сичэнь прикрыл глаза. — И Ванцзи ни за что не согласится расстаться с Усянем, когда они наконец…

Он прервал себя и с явным усилием вернул на лицо улыбку.

— Это слишком болезненная тема, доктор Мэн, давайте прибережем ее для другого раза.

— Конечно, первый мастер Лань. — Мэн Яо, подумав, обвел рукой летное поле. — Как хорошо, что на Илине искусственная атмосфера, правда? А то мы бы сейчас были атакованы москитами.

Лань Сичэнь от неожиданности расхохотался.

— И правда, вы обнаружили очень весомое достоинство этой планеты. Думаю, стоит его упомянуть в путеводителях.

— Тогда сюда хлынут переселенцы с Юньмэн, — серьезно кивнул Мэн Яо и поежился с преувеличенным отвращением. — Вы бы знали, сколько живности на тамошних озерах и болотах!

— Я и забыл, что вы с Усянем почти земляки. — Лань Сичэнь покачал головой. — Но, боюсь, ему не легче вспоминать родину, чем нам с Ванцзи.

— Да, я слышал, что у главы Цзян непростой характер, — дипломатично согласился Мэн Яо.

Ему не довелось встречать Цзян Ваньина, но однажды он слышал, как отец охарактеризовал того как «в жопу ужаленного своими москитами мальчишку» за упрямство и непримиримость. В противостоянии глав Не и Цзинь тот ухитрился удержать абсолютный нейтралитет несмотря на то, что его сестра уже тогда была невестой Цзысюаня, наследника Цзинь Гуаншаня. Но после войны колония Юньмэн быстро нарастила небывалую военную мощь, хотя была почти полностью разрушена. И с ней, а особенно с ее флотом, приходилось считаться. Флагман адмирала Цзяна, «Цзыдянь», был уникальным по своей скорости и боевой силе крейсером, и его хорошо знали даже в удаленных уголках Галактики. Когда-то Цзян Ваньин гонялся за названым братом по всей периферии Поднебесной. Потом, правда, перестал. То ли махнул на него рукой, то ли решил, что рядом с Не Минцзюэ тот все равно быстро подохнет.

— Они с Усянем оба слишком упрямы, — вздохнул Лань Сичэнь. — Но, впрочем, не нам об этом судить.

Тут к пятому блоку подплыла гравиплатформа с очередными металлическими ящиками, и лицо Лань Сичэня разочарованно вытянулось.

— Боюсь, это тот самый груз, — сказал он и обернулся к Мэн Яо. — Мне надо его принять.

— Конечно, не буду вас отвлекать, первый мастер Лань. — Тот понятливо сделал шаг назад.

Лань Сичэнь протянул ему руку:

— Я думаю, вы вполне можете звать меня по имени.

Мэн Яо осторожно коснулся ее своей.

— Это честь для меня. — Он будто поколебался, а потом закончил со слегка кокетливой улыбкой: — До встречи, Сичэнь-гэ?

Лань Сичэнь рассмеялся и, на секунду сжав его пальцы, кивнул:

— До встречи, А-Яо.

Глава 6. Помощь

Мэн Яо готовился ко сну. Перед отлетом надо было хорошенько выспаться — он ужасно переносил гиперпространственные прыжки. И тут в дверь раздался деликатный стук. Это было неожиданно. Кому он мог понадобиться вне медотсека? Разве что…

— Показать посетителя, — скомандовал он.

На входном мониторе он с удивлением увидел Вэй Усяня. Вот уж чьего визита он ожидал бы в последнюю очередь. Накинув на плечи куртку от сьюта, он открыл дверь и сразу понял, что ошибся. На самом деле перед входом мялся Вэнь Нин.

— Мастер Вэнь, что-то случилось, вы плохо себя чувствуете? — спросил Мэн Яо с долей тревоги.

— Н-нет, н-нет, д-доктор М-мэн, п-простите, — поспешно заверил тот. — Я иду ос-осматривать «Б-ба Ся» п-перед п-п-полетом, п-пока м-мастер В-вэй с-спит.

— И вы хотели что-то узнать у меня без его ведома, — понятливо кивнул Мэн Яо.

Вэнь Нин виновато втянул голову в плечи.

— Д-да, ес-если у в-вас есть в-время…

— Конечно. — Пускать Вэнь Нина в свою каюту он совершенно не собирался, поэтому указал рукой на соседнюю дверь, ведущую в медотсек. — Пройдемте?

— С-спасибо. — Несмотря на тяжелую походку и общую неповоротливость, Вэнь Нин все же мог передвигаться самостоятельно — видимо, слабость после захвата тела длилась у него только первые несколько минут.

В медотсеке Мэн Яо провел рукой по сенсорной панели. Из стены выдвинулись два кресла, он указал на одно из них, а сам сел рядом.

— Что вас беспокоит, мастер Вэнь?

Тот опустил голову и сцепил руки на коленях, собираясь с мыслями.

— Я х-хотел с-спросить… Если я ум-умру, м-мастер Вэй п-пострадает?

Мэн Яо мимолетно удивился, что с этим вопросом к нему пришел не Лань Ванцзи. Хотя, возможно, тот решил проявить тактичность.

— Если в тот момент вы будете контролировать его тело, то да. Я сожалею.

Вэнь Нин поднял на него испуганные черные глаза.

— А ес-если не б-буду?

— Если не будете, то эти шрамы, — он протянул руку и почти коснулся груди Вэнь Нина, — переродятся в доброкачественное образование, их можно будет удалить без последствий.

— Т-тогда в-все в п-п-порядке, — улыбнулся Вэнь Нин. И, опершись рукой о стену, с трудом поднялся. — С-спасибо, д-доктор М-мэн.

— Не торопитесь себя хоронить, мастер Вэнь. — Мэн Яо ободряюще сжал его плечо. — Я слышал, на Яншане, куда мы летим, информационная сеть шире, чем на Илине. Возможно, я смогу получить доступ к данным центра Поднебесной и найти если не сами работы вашей сестры, то отсылки на них в чужих научных статьях.

Вэнь Нин с усилием сложил перед собой вытянутые руки и низко поклонился.

— Б-благодарю в-вас, д-доктор М-мэн.

Вспомнив манеры Лань Сичэня, Мэн Яо подхватил Вэнь Нина под локти и заставил выпрямиться.

— Не стоит, мастер Вэнь, моя обязанность — следить за здоровьем всех членов экипажа, правда ведь? — добродушно улыбнулся он. — Доверьтесь мне.

Когда Вэнь Нин ушаркал прочь, Мэн Яо вымыл руки и вернулся к себе. Если не форсировать события, этому жертвенному дураку может прийти в голову избавить своего прекрасного мастера Вэя от обузы и самоубиться. Как только «Ба Ся» прибудет на Яншань, следует предупредить кое-кого об изменении сроков. Он внутренне поморщился. Была бы его воля, он бы обошелся без помощников.

Перед самым отлетом Лань Сичэнь заглянул в медотсек и пригласил его на командный мостик.

— «Ба Ся» раньше была боевым кораблем, — пояснил он. — Конструкцией несколько отличается от гражданского: командный центр окружен дополнительным антигравитационным полем, чтобы, попав в сражение, члены экипажа могли без потерь выдержать несколько прыжков подряд. Так что давление чувствуется не так сильно.

— Очень продуманно, — с энтузиазмом похвалил Мэн Яо. Он раньше летал в основном на транспортниках и грузовых баржах, поэтому, заранее предчувствуя, как его будет штормить, отказался от завтрака.

Его присутствие на мостике ни у кого не вызвало удивления: командир Не кивнул в приветствии, Вэй Усянь с энтузиазмом помахал, а Лань Ванцзи слегка опустил ресницы.

Мэн Яо уселся в кресло по левую руку от Лань Сичэня и постарался расслабиться. Наконец голос искина заявил, что корабль готов к отлету, и Не Минцзюэ скомандовал старт.

На грани слышимости загудели двигатели, Мэн Яо вцепился в подлокотники кресла и прикрыл глаза, стараясь дышать глубоко и ровно. Однажды ему пришлось перенести три прыжка подряд на древней торговой посудине, а затем, обливаясь потом и едва сдерживая рвотные позывы, перейти через стыковочный коридор на корабль отца, чтобы передать тому чип с кое-какими данными. В благодарность он получил выговор за опоздание и ненадлежащий вид. А потом ему нетерпеливо приказали убираться обратно и в течение получаса исчезнуть с орбиты: отец спешил на день рождения наследника и не собирался задерживаться ни на минуту. Как он вернулся на свое судно и потерял сознание во время очередного прыжка, Мэн Яо предпочитал не вспоминать. Для остальных членов экипажа этот эпизод еще долго был поводом для веселых шуток.

— А-Яо, — на его судорожно сжатые пальцы легла теплая ладонь Лань Сичэня, — мы пересекли орбиту. Сейчас будем прыгать.

Мэн Яо знал, что его лицо разом потеряло все краски, и попробовал улыбнуться. Он презирал собственное тело за слабость, но никакие тренировки и медикаменты не помогали справиться с унизительной реакцией на перегрузки. Лань Сичэнь скользнул по нему обеспокоенным взглядом и переплел их пальцы. Запястья Мэн Яо коснулся церемониальный браслет, согретый теплом его тела.

— Сичэнь-гэ, я слышал, что браслеты семьи Лань имеют сакральное значение, — заметил он хриплым голосом, чтобы хоть как-то отвлечься. — Но никто не уточнял какое. Очень красивая вещь.

Браслет был выточен из гладкого полупрозрачного камня с белыми прожилками, которые свивались в причудливые узоры.

— Их делают из скальной породы, которую можно найти только в окрестностях «Облачных глубин», — негромко объяснил Лань Сичэнь. — Этот минерал по твердости сравним с алмазом, а браслет символизирует нерушимую верность и чистоту помыслов.

Он помедлил, и Мэн Яо поднял глаза. Взгляд Лань Сичэня был устремлен на брата.

— Их принято дарить своим избранникам или избранницам. Ванцзи хотел отдать его Усяню, но тот не принял.

— Из-за симбионта? — так же тихо спросил Мэн Яо.

— Да, — кивнул Лань Сичэнь. И почти до боли сжал его пальцы. — А-Яо, если тебе и правда удастся их разделить, благодарности нашей семьи не будет предела.

«Она была бы гораздо весомее, если бы вы оба не были изгоями», — подумал про себя Мэн Яо.

— А что за рубцы на спине у второго мастера Лань? — задал он давно интересующий его вопрос, раз Лань Сичэнь был в настроении делиться семейными тайнами. И, будто спохватившись, добавил: — Прости, Сичэнь-гэ, если я лезу не в свое дело. Но даже я, врач, никогда не видел таких шрамов.

— Ох! — Сичэнь вновь кинул взгляд на брата. — Это очень печальная история. Ванцзи с Усянем дружили еще с академии, вместе летали во время войны. Они были одной из самых талантливых двоек пилот-навигатор. А потом случилось нападение на Юньмэн… Отец и мать Цзян Ваньина, приемные родители Усяня, тогда погибли. И это была страшная смерть. А в него будто вселился демон. Его вылеты с каждым разом становились все рискованнее, Ванцзи пытался его урезонить и в итоге однажды просто отказался лететь.

Лань Сичэнь рассеянно погладил костяшки руки Мэн Яо, которая на фоне его крупной длиннопалой ладони казалась особенно маленькой и хрупкой, и снова сжал в своей. Мэн Яо почувствовал, как его желудок ухнул куда-то вниз, но не собирался отвлекаться и пропускать хоть слово.

— Брат надеялся, что Усянь передумает, но вместо этого тот полетел один. И попал в плен. Ванцзи тогда… — Лань Сичэнь прикусил губу, — был не в лучшем состоянии. Он несколько недель день за днем вылетал на вражескую территорию в поисках Усяня. А потом его подбили. К счастью, он успел дотянуть звездолет до нашей базы, и уже там… Это шрамы от кусков обшивки его «Бичэня». Он до сих пор винит себя и в пленении Усяня, и в потере личного истребителя.

Мэн Яо многое мог бы сказать о Вэй Усяне, Лань Ванцзи и их совместном благородном идиотизме, но, естественно, не собирался. Лицо Лань Сичэня, казалось, потускнело от воспоминаний, и Мэн Яо накрыл свободной рукой их сцепленные ладони.

— Сичэнь-гэ, твой брат жив и здоров, и мастер Вэй тоже, это все давно в прошлом, — мягко напомнил он.

Лань Сичэнь поднял на него глаза, задержал взгляд на щеке, где, как он знал, при улыбке видна ямочка, и вздохнул.

— Да, ты прав, А-Яо. Я еще никому не рассказывал эту историю и сейчас словно пережил тот ужас еще раз. — Он провел рукой по лицу, будто стирая с него горе, и неожиданно лукаво улыбнулся: — А ты пережил гиперпрыжок.

Мэн Яо даже дернулся от изумления — и правда, Вэй Усянь потягивался, сидя в кресле, и в чем-то со смехом убеждал Лань Ванцзи, Не Минцзюэ явно собирался покинуть мостик, а он, Мэн Яо, даже не заметил, как корабль пролетел через гиперпространство.

Лань Сичэнь рассмеялся, видя выражение его лица, и поднялся с кресла.

— Пойдем, надо размять ноги, до Яншаня еще часов пять пути.

Мэн Яо принял протянутую руку, вставая.

— Сичэнь-гэ мастерски умеет рассказывать истории. — Он в восхищении покачал головой. — Я склоняюсь перед твоим талантом.

— Эй, доктор Мэн, как вам полет с таким прекрасным пилотом, как я? — неожиданно встрял Вэй Усянь. Лань Ванцзи едва слышно обозвал его хвастуном, на что Вэй Усянь улыбнулся еще шире. — И с таким прекрасным навигатором, как Лань Чжань, конечно!

— Благодарю, мастер Вэй, это и правда был самый легкий прыжок в моей жизни, вас не зря называют Первым Асом Поднебесной.

Вэй Усянь раздулся от гордости.

— Ну еще бы! Да и места для поцелуев вы с Сичэнем отлично выбрали! Что?! Лань Чжань, хватит драться, лучше бы научился так же комплименты говорить!

Лань Сичэнь на миг прикрыл глаза, потом, тронув Мэн Яо за плечо, повел его на выход с командного мостика.

За пять часов они обошли жилой уровень корабля, пообедали — Мэн Яо от облегчения, что не испытывает ни тошноты, ни головокружения, съел две порции — и заглянули в трюм, доверху забитый контейнерами.

— Как я рад, что дела у «Ба Ся» идут превосходно! — с восторгом заметил Мэн Яо, разглядывая разноцветные торговые эмблемы. — Когда я искал место работы, то не верил отзывам о частной фирме с незапятнанной репутацией. Таких не бывает в грузоперевозках, думал я. Но теперь вижу, что позорно ошибался.

— Это все заслуга Минцзюэ, — улыбнулся Лань Сичэнь. — Он безукоризненно честен и никогда не идет на сомнительные сделки.

— Сичэнь-гэ скромничает, — поцокал языком Мэн Яо. — Всем известно, кто именно совесть этого экипажа.

В целом полет прошел превосходно. Мэн Яо решил счесть это добрым знаком.

Глава 7. Круги на воде

Яншань была небольшой дружелюбной планеткой с пригодным для дыхания атмосферным составом и единственным крупным городом, который больше напоминал гигантский рынок под открытым небом. Не Минцзюэ с Лань Сичэнем остались на таможне регистрировать товар, Вэй Усянь с Лань Ванцзи отправились на поиски какой-то едальни с хорошими отзывами, а у Мэн Яо были свои дела. В одном из торговых кварталов он нашел лавку, по виду ничем не примечательную, получил у хозяина экранируемый комм и, купив какую-то местную сдобу, сел в тени под развесистым цветочным деревом, как обычный турист. Из предосторожности он не мог хранить в своем комме на «Ба Ся» никакие компрометирующие данные, поэтому всю полученную информацию приходилось держать в памяти, что было довольно утомительно. Когда он отчитался куратору о своем прогрессе в «деле Не Минцзюэ» и закончил перечислять названия планет и колоний, у которых командир получал заказы (Мэн Яо не смог узнать только пару торговых эмблем на контейнерах и просто приложил их описание), день перевалил за половину. Поколебавшись, Мэн Яо все же отправил сообщение помощнику об изменениях в планах. В ответ пришла голограмма с анимированной обезьяной, совершавшей непристойные телодвижения. Мэн Яо вздохнул и нажал на комме кнопку ликвидации данных.

Размяв шею, он решил прогуляться по торговым рядам. Приобрел пару безделушек, перекусил. Заглянул в аптеку, взял несколько новых программ для сканера, записав покупку на счет командира Не.

В небе над площадью города висели огромные экраны, транслирующие в основном межпланетные новости и рекламу. Мэн Яо поднял голову — передавали репортаж с какого-то очередного заседания Галактического совета. Звук у изображения отсутствовал, но тем занятнее было наблюдать за самим представлением. Во главе Совета сидел и что-то вещал роскошный и сверкающий золотым шитьем Цзинь Гуаншань. По правую руку от него хмурился глава Юньмэн Цзян Ваньин, по левую — спрятавшись за кокетливым веером, клевал носом глава Цинхэ Не Хуайсан. Вот Цзинь Гуаншань закончил речь, величественно повернулся к последнему и что-то спросил. Не Хуайсан вскинулся с испугом, неловко взмахнул руками, столкнув на пол пиалу с водой, полез за нею под стол, вылез с полыхающими щеками, сложил и разложил веер и, наконец, опустив глаза, что-то пробормотал. «Не знаю, глава Цзинь, а что посоветуете?» — прочитал по его губам Мэн Яо. За спиной кто-то рассмеялся: «Обожаю смотреть заседания из-за этого клоуна». Как брат великого Не Минцзюэ получился таким непутевым, оставалось загадкой для всей Поднебесной. Мэн Яо отвернулся от экрана. Включать этот эпизод в трансляцию было, конечно, жестоко.

Быстро темнело, и он решил, что пора возвращаться. Он начал проталкиваться через толпу на площади, как вдруг чьи-то грубые руки схватили его и толкнули в закуток между запертыми лавками. Он быстро развернулся и вжался спиной в стену, нащупывая на поясе импульсник. Оружие Вэней, которое не опознавали детекторы, было запрещено в Поднебесной, но выручало его не раз. Нападавших оказалось человек пять. Они стояли спиной к свету, и лиц он разглядеть не мог.

— Смотрите-ка, и правда он, — заржал кто-то голос. — И что же шлюха Вэней делает на такой приличной планете?

— Вы меня с кем-то путаете, — попытался возразить он с робкой улыбкой, но уже понимал, что все напрасно: у говорившего был слишком уверенный тон.

— Ну что вы, до-октор Мэн Яо, — с мерзкой интонацией протянул другой голос. — Разве мы бы спутали такого уважаемого человека с кем-то другим?

— Моя печенка до сих пор тебя вспоминает, сученыш, — вмешался третий голос, женский, — та, что сгнила от твоего дерьма!

Они были как свора диких собак, трусливые поодиночке, но вместе готовые загрызть слабого. Мэн Яо их узнал.

— Линцзяо, это ты? — с озабоченным видом спросил он. — Что ты такое говоришь? В чем я перед тобой виноват?

— Что?! — заорала Линцзяо, делая шаг вперед. — А ты вспомни, тварь, как сдал нас, а? И не просто сдал!..

Мэн Яо, стараясь двигаться незаметно, сжал в руке импульсник.

— Отошли от него! — раздался тут свирепый рык. — Быстро!

Нападавшие развернулись и невольно попятились — силуэт командира Не казался особенно гигантским на фоне освещенной площади.

— А это еще кто? — с показной бравадой выкрикнула Линцзяо.

— Не Минцзюэ… — узнал кто-то одновременно с ней.

— Командир Не, вы знаете, кто это? Он служил у Вэней и… — нашелся среди шавок один смельчак.

— Я знаю, — оборвал его Не Минцзюэ. — Сейчас доктор Мэн работает на меня. Всем ясно?

Идти против командира Не не хотел никто из них. Ворча под нос ругательства, они по дуге обошли грозную фигуру и растворились в ночи. Мэн Яо спрятал импульсник обратно в потайной карман на поясе и незаметно вытер вспотевшую ладонь о брюки. Он чувствовал себя странно. Появление Не Минцзюэ все несколько усложняло.

— Ну и во что ты успел ввязаться? — требовательно спросил тот, не утруждая себя вежливостью.

— Я ничего не делал! — Мэн Яо стиснул пальцами край сьюта и с мольбой посмотрел вверх, в поблескивающие в темноте глаза. — Я был на площади, никого не трогал! Я даже не понял, откуда они взялись и что им надо.

— Очевидно, это твои старые знакомые, — нетерпеливо прервал его Не Минцзюэ. — Кто они? О чем говорили?

— Командир Не, я не зна… — Не Минцзюэ шагнул вперед, стиснул его плечи, приподнял над землей и хорошенько встряхнул.

— Выкладывай! И не мямли!

Мэн Яо на секунду онемел от такого обращения, и тут до него дошло. Он был невысоким, узкоплечим, с тонкими чертами лица и выразительными глазами. Того же типажа, что и Не Хуайсан. Он только что интуитивно повел себя, как Не Хуайсан. Не Минцзюэ не мог не видеть ту трансляцию, и, возможно, тревога за брата вылилась в такой вот странный импринтинг. Мэн Яо придал лицу еще более растерянное и испуганное выражение и неловко всплеснул руками.

— Это были контрабандисты, командир. Я когда-то спасся с Цишань на их корабле. Отдал им в оплату все свои сбережения! Лечил во время полета! А они все равно насмехались надо мной за… за прошлое. Могли толкнуть, ударить, унизить.

— Что они там несли про предательство? — Пальцы Не Минцзюэ до боли сжались на его плечах, но Мэн Яо даже не поморщился, только выдавил беспомощную улыбку.

— Я испугался, что они не выполнят наших договоренностей, что потребуют еще денег, которых у меня не было! И я… мне пришлось привлечь к ним внимание патрульного крейсера. Но сами были виноваты: везли в трюмах контрабанду с Цишань, иначе их бы не стали задерживать.

Правда, сначала он пустил в вентиляцию кают-компании нервно-паралитический газ. Но этого Мэн Яо уточнять не стал. Не Мицзюэ наконец отпустил его плечи и с раздраженно выдохнул:

— И много у тебя таких знакомых?

— Больше нет, я выучил урок, — поспешно заверил его Мэн Яо, а то Не Минцзюэ еще, чего доброго, решит, что его нельзя выпускать с корабля. — Это какое-то дурацкое совпадение.

— У тебя слишком бурное прошлое, — покачал головой Не Минцзюэ. — Впредь либо ходи с кем-то из команды, либо носи оружие.

— Благодарю, командир. — Мэн Яо согнулся в поклоне. Он решил не напоминать Не Минцзюэ, что много лет как-то справлялся в одиночку, это разрушило бы образ.

— И прекрати кланяться! — Тот развернулся и, кинув через плечо «За мной!», направился прочь.

Мэн Яо поспешил за ним. Кажется, грозы он избежал.

Уже в своей каюте он прокрутил в памяти всю сцену и задумался. Какова была вероятность, что на первой же планете, которую он посетит с экипажем «Ба Ся», его встретит такой вот привет из прошлого? Мэн Яо не верил в совпадения. Его могли серьезно покалечить. К тому же, если бы он умолчал, как собирался, о своей работе на Вэней, то после этого эпизода его бы вышибли с корабля пинком. Кто мог этого добиваться?

После ужина Лань Сичэнь, по традиции, предложил ему прогуляться.

— Я весь день провел то на таможне, то за разгрузкой, — устало улыбнулся он. — Уже в глазах рябит от накладных. Пойдем в оранжерею есть мороженое? Усянь его очень хвалил.

Оранжерея космопорта была единственной достопримечательностью Яншаня, и администрация явно не жалела на нее ресурсов. Они неторопливо прошли мимо пруда с юнмэньскими лотосами, мимо роскошного сада пионов с Ланьлина, мимо цветущей яблони с крошечной малонаселенной планетки И.

— Минцзюэ рассказал мне о сегодняшнем происшествии, — начал Лань Сичэнь, когда они взяли мороженое в павильоне рядом с орхидеями Гу Су. — Как ты?

— Все в порядке, Сичэнь-гэ, — улыбнулся Мэн Яо, — благодарю за заботу.

Сичэнь покачал головой.

— Если бы Минцзюэ не находился поблизости, когда получил твой чек из аптеки, и не пошел тебя искать, ты мог бы серьезно пострадать. На завтра у меня назначена встреча с консулом Яншаня, если ты сообщишь имена обидчиков, мы не оставим их безнаказанными.

Мэн Яо едва не стало дурно от этой перспективы. Он мягко коснулся руки Лань Сичэня.

— Что ты, не стоит утруждаться! Я уверен, что это была ошибка, к тому же теперь все знают, что я под защитой командира Не.

Лань Сичэнь тут же взял его ладонь и положил себе на сгиб локтя. Причем совершенно естественным жестом, очевидно не отдавая себе отчета в том, что делает. Рука об руку они перешли из цветочного корпуса оранжереи в огромную галерею с раскидистыми кустарниками, лианами и какими-то папоротниками. Воздух здесь был более жарким и влажным, и Мэн Яо мгновенно взмок под сьютом. Пришлось спешно доедать мороженое, пока оно окончательно не растаяло. Лань Сичэнь же явно не испытывал никаких неудобств.

— Несправедливо, что тебя до сих пор попрекают прошлым, хотя до войны на Империю Вэнь работало большинство планет. Ты блестящий специалист и достоин того, чтобы тебя носили на руках. Возмутительно, что кто-то мог использовать твои таланты врача, при этом принижая как человека.

Наверное, если бы на месте Мэн Яо был Лань Сичэнь, никому бы и в голову не пришло вспоминать это трижды проклятое прошлое. Но такое чувство собственного достоинства мог иметь только человек, с детства воспитанный в достатке и уважении, а не тот, кому постоянно приходилось доказывать свою полезность, чтобы получить хлеб и кров, и при этом выслушивать обвинения в никчемности.

— Ты слишком добр, Сичэнь-гэ. — Как ни умел Мэн Яо держать лицо, он не рискнул бы сейчас поднять глаза.

Тот, сам того не зная, ударил в больное место. Но ничего, когда Мэн Яо разделается с этим заданием, когда получит то, к чему так долго стремился, никто не посмеет назвать его «шлюхой Вэней».

Он почувствовал, как по виску скатилась капля пота, и потянулся, чтобы ее смахнуть, но Лань Сичэнь уже вытащил из кармана сьюта белоснежный платок. Наверняка с монограммой.

— А-Яо, позволь мне? — попросил он.

Мэн Яо поднял голову и повернул к нему лицо. Кадык на шее Лань Сичэня отчетливо дернулся. Он нежно промокнул платком его виски, лоб, а потом, поколебавшись, верхнюю губу. Мэн Яо поймал его взгляд. Он очень ясно понимал, что хватит одного слова, чтобы Лань Сичэнь отступил и ни намеком не показал больше своего интереса. И при этом остался верным и полезным другом. Мэн Яо никогда не думал, что чужое благородство может возбуждать. Он поймал ладонь Лань Сичэня в свою и, выгнув шею, прикоснулся платком к коже под подбородком. Чужие пальцы под его прикосновением мелко подрагивали.

— Спасибо за заботу, гэгэ, — негромко сказал Мэн Яо и мягко, поощряюще улыбнулся.

— А-Яо… — с явным восхищением прошептал Лань Сичэнь, медленно склонил прекрасное лицо, и Мэн Яо достаточно было чуть-чуть податься вперед, чтобы прохладные губы накрыли его.

Циничная часть натуры Мэн Яо на миг пожалела, что в этой галерее не летают бабочки: они были бы сейчас к месту.

А потом одна большая ладонь обхватила его затылок, вторая — легла на пояс, и Лань Сичэнь с низким стоном прижал его к себе. Мэн Яо никогда не целовали — так. Деликатно и при этом с такой жадностью, будто мечтали о нем много лет и не верили, что наконец получили. Оторвавшись от губ Мэн Яо, Лань Сичэнь покрыл поцелуями его щеки, уголки глаз, подбородок, слегка прикусил кожу под ухом, и Мэн Яо невольно прогнулся ему навстречу, подставляясь и чувствуя, как от возбуждения начинает терять ясность мысли, чего с ним никогда не случалось. Он заставил Лань Сичэня поднять лицо и впился ртом в губы, раздвигая их языком, посасывая, кусая с внезапно проснувшейся жадностью, наслаждаясь чужими голодными стонами.

Когда они наконец оторвались друг от друга — по инициативе Лань Сичэня, что было еще одним тревожным знаком, — лицо Мэн Яо пылало, сьют пропитался потом и неприятно лип к телу, а брюки казались мучительно тесными. Рядом, опершись рукой о стену, тяжело дышал Лань Сичэнь, который в кои-то веки не выглядел сверхчеловеком да еще щеголял ссадиной на нижней губе. От его, Мэн Яо, укуса. Он едва не влепил себе оплеуху.

— Мне кажется, тут не самая подходящая обстановка для… продолжения, — хрипло заметил Лань Сичэнь.

— Не говоря уже о камерах, — согласился Мэн Яо, старательно контролируя голос.





К счастью, обратный путь до «Ба Ся» слегка охладил его голову. К тому же Лань Сичэнь имел вид человека, находящегося от самого себя в глубоком шоке, и практически не отвечал на попытки завязать беседу. Он довел Мэн Яо до каюты, ласково и рассеянно коснулся на прощание его плеча и удалился.

Мэн Яо долго мылся под душем. Потом вытянулся на койке и сложил руки на груди. Нужно было собраться с мыслями и продумать стратегию. И как-то свыкнуться с фактом, что он был готов бездумно трахнуться с кем-то прямо под раскидистым инопланетным кустом.

Глава 8. Первая волна

Мэн Яо только успел продрать глаза и умыться, как в дверь каюты постучали. Будто специально подгадали время. Он приказал показать посетителя — что же, в случае Лань Сичэня, возможно, так оно и было. Мэн Яо взлохматил волосы и покусал губы, чтобы они казались поярче, поправил пижаму. Она была из скользкого текстиля, который слегка лип к телу и не чувствовался на коже.

Лань Сичэнь выглядел неважно по сравнению с собой обычным: лицо его было бледным, под глазами залегли тени от недосыпа, а глаза смотрели печально и серьезно. Похоже, он всю ночь переживал экзистенциальный кризис. Мэн Яо приветливо и немного смущенно улыбнулся и отошел в сторону.

— Заходи, пожалуйста, Сичэнь-гэ, и прости меня за такой вид, я сейчас переоденусь.

— Это мне следует извиняться за ранний визит. — Лань Сичэнь остановился в центре каюты, заложив руки за спину. — Я хотел объясниться до завтрака, но сейчас вижу, что повел себя беспардонно, не предупредив заранее.

— Вовсе нет. — Чтобы соблюсти видимость приличий, Мэн Яо накинул куртку от сьюта.  — Помнится, ты сам говорил, что между нами не должно быть условностей?

Он дразняще улыбнулся, склонив голову к плечу, и взгляд Лань Сичэня тут же опустился на его открытую шею, потом, будто против воли хозяина, ниже, на пижамную майку, и еще ниже, в итоге остановившись на босых ногах. Лань Сичэнь с видимым усилием сглотнул.

— Я из-за этого и пришел, — признался он. — А-Яо, мне кажется, что с тех пор, как ты появился, я только и делаю, что тебе навязываюсь. Я вижу, что мое общество
тебе не неприятно. Но при этом понимаю, что из деликатности или нежелания обидеть ты мог не дать мне понять, если я слишком давлю или тороплюсь. Мы с тобой никогда не обсуждали… личное. Я боюсь, что вчера был слишком несдержан.

Мэн Яо взял на заметку, что у Лань Сичэня отличная интуиция. К счастью, тот сделал абсолютно неверные выводы из его колебаний, приняв расчетливость за деликатность. Типичная ошибка высоконравственных натур. Мэн Яо выдержал паузу, глядя на него из-под ресниц, а потом вздохнул:

— Я сожалею, Сичэнь-гэ…

По лицу Лань Сичэня прошла судорога. Он склонил голову:

— Прости, А-Яо, я…

— Сожалею, что ты не был вчера и вполовину так несдержан, как мне бы хотелось, — перебил его Мэн Яо и нежно улыбнулся. — Гэгэ, ну что ты говоришь? Никто в здравом уме не заподозрит тебя в навязчивости.

Он шагнул ближе, протянул руку к ссадине на губе Лань Сичэня, дразня не-прикосновением.

— А вот на мне лежит вина за то, что на официальном обеде первый мастер Лань будет не таким безупречным, как все ожидают.

Тот прикрыл глаза и тихо рассмеялся. Потом поймал ладонь Мэн Яо и прижался к ней губами. Это было неожиданно возбуждающе.

— Прости, — пробормотал Лань Сичэнь еще раз. — Я в твоем присутствии просто теряю голову. Мне все время хочется к тебе прикасаться.

Мэн Яо позволил себе покраснеть от удовольствия.

— Я тебе доверяю, гэгэ, — хрипловато ответил он. — Можешь делать, что пожелаешь.

Он вытащил пальцы из ладони Лань Сичэня и обвел ими высокие скулы, волевой подбородок, коснулся губ, ловя влажное прерывистое дыхание. Лань Сичэнь, не отрывая от него глаз, склонился ближе, его горячие руки легли на пояс, смяли ткань, притянули к сильному телу. Материал пижамных штанов был слишком тонким,, и, подавшись вперед бедрами, Мэн Яо почувствовал и жесткие края форменного сьюта, и каменную твердость под ним. Лань Сичэнь сглотнул, на его виске вздулись вены, руки заскользили вверх по телу Мэн Яо, снимая майку, отбросили ее прочь. А потом он присел, подхватил Мэн Яо под зад, будто тот ничего не весил, и в два шага донес до койки. А уложив, приласкал подрагивающими от напряжения ладонями лицо, шею, ключицы, грудь, будто запоминая, впитывая ощущения. Затем одним движением стащил с него брюки. Под его пожирающим взглядом тело Мэн Яо покрылось мурашками.

— Гэгэ, позволь мне тебя раздеть, — попросил он срывающимся голосом, желая выторговать себе передышку.

Не ответив, Лань Сичэнь опустился перед его койкой на одно колено, сорвал с себя куртку, оставшись в белоснежной нижней майке, облегающей его как вторая кожа. Мэн Яо облизнулся и нетерпеливо потянул за нее, чтобы снять ко всем демонам. Лань Сичэнь навис над ним, обдавая свежим запахом ветивера и жаром возбужденного тела, и наконец коснулся губ в бережном, бесконечно нежном поцелуе. Под руками Мэн Яо его обнаженные плечи ходили ходуном от с трудом сдерживаемой силы, и тот не выдержал, застонал и, затащив его к себе на постель, повалил на спину.

— Дразнишь, гэгэ, — прошипел он, не осознавая, каким опасным стал его взгляд.

Лань Сичэнь притянул его ближе, обнял щеку ладонью, провел большим пальцем по губам.

— Ты такой хрупкий, — прерывисто прошептал он. — Я боюсь навредить.

Мэн Яо сладко улыбнулся, расстегнул на нем форменные брюки и вытащил тяжелый, горячий член. Лань Сичэня подбросило на койке, он долго мучительно застонал. Тогда Мэн Яо наклонился и взял его в рот. У него был не слишком богатый опыт, но он точно никогда не испытывал такого удовлетворения, как сейчас, когда этот сильный, красивый человек дрожал в его власти, когда длинные ласковые пальцы зарывались в его волосы, слегка направляя, хотя легко могли смять и принудить к подчинению. Лань Сичэнь стонал почти непрерывно, а в конце закричал в голос, и Мэн Яо едва успел убрать голову, когда член в его рту напрягся и принялся раз за разом выплескивать семя.

А потом, повинуясь заботливым рукам, он пересел на грудь Лань Сичэня и до боли прикусил кулак, когда его собственный член оказался в тесном, влажном и очень жадном рту. Мэн Яо кончил буквально через пару мгновений, беззвучно содрогаясь всем телом, и без сил свернулся под теплым, тяжело дышащим боком, окруженный запахом спермы, мускуса и ветивера.

В кают-компанию они явились позже всех, даже позже Вэй Усяня, который зевал над своей тарелкой со сбалансированным, но почти безвкусным корабельным завтраком. Не Минцзюэ уже закончил есть и, судя по стоическому выражению лица, пил успокаивающий сбор из кореньев с нескольких разных планет, который ему где-то достал Лань Сичэнь. При этом от последних достижений фармацевтики он упорно отказывался. Мэн Яо этот факт очень бесил.

Лань Ванцзи поднял голову, перевел взгляд с Лань Сичэня на Мэн Яо, негромко сказал:

— Доброе утро, — и вновь уткнулся в планшет, по которому быстро бежали столбцы иероглифов.

Вэй Усянь, поднявший уже руку в приветствии, почему-то замер, посмотрел на Лань Ванцзи, потом снова на них, выпрямился, комично вздернул брови, разомкнул губы… Лань Ванцзи молниеносно подхватил палочками белковый шарик с тарелки и сунул ему в приоткрытый рот. Пока Вэй Усянь с обиженным лицом жевал, Мэн Яо отметил для себя несколько фактов. Первый — Лань Ванцзи, несмотря на свою отрешенность, был чрезвычайно наблюдателен. Второй — они с Вэй Усянем общались на почти телепатическом уровне. Третий — чтобы понять, не обуревают ли второго мастера Лань эмоции, следует смотреть на кончики его ушей. В данный момент на них таял нежный оттенок малинового.

Лань Сичэнь, в свою очередь, казался совершенно безмятежным. Он спокойно сел со своей порцией напротив брата, отодвинул стул для Мэн Яо и, тепло улыбнувшись ему, погрузился в очередную рабочую беседу с командиром Не. Мэн Яо скромно и с достоинством опустился рядом с ним и сделал вид, что не замечает повисшего в воздухе большого знака вопроса. На месте Лань Сичэня, несколько лет наблюдавшего за милованием брата с Вэй Усянем, он чувствовал бы себя отомщенным.

После загрузки новых сканирующих программ Мэн Яо решил еще раз прогуляться в город, все равно следующий день будет занять предполетными осмотрами. Но на выходе из корабля его поймал Не Минцзюэ и приказал следовать за ним. Они неожиданно пришли в арсенальную каюту корабля.

— Бери. — Видимо, командир решил окончательно отбросить условности в обращении.

Мэн Яо нелогично почувствовал себя польщенным. Он с сомнением посмотрел на протянутый ему стандартный бластер модели СШ-91. Тот был достаточно эффективным в ближнем бою, но имел плохой показатель кучности стрельбы. К тому же он с непривычки очень оттягивал руку. Мэн Яо такие терпеть не мог. Глядя, как он держит оружие, командир Не только покачал головой и забрал бластер обратно. Он еще раз смерил Мэн Яо взглядом, пробежал глазами по стойкам с арсеналом и в итоге приказал:

— «Ба Ся, вызвать сюда Лань Ванцзи.

Мэн Яо с неудовольствием понял, что ему все-таки собираются выдать пару сопровождающих.

— Командир Не, — улыбнулся он в замешательстве, — при всем уважении, мне кажется, я помешаю досугу второго мастера Лань и мастера Вэя.

— Да? И чем же? — рассеянно бросил Не Минцзюэ, возвращая бластер на место.

Мэн Яо испытал желание хлопнуть себя по лбу. Факт четвертый: либо командир Не не обращает внимания на личную жизнь экипажа, либо имеет своеобразное чувство юмора.

К его удивлению, Лань Ванцзи выслушал приказ взять его с собой в город без признаков недовольства. Только предупредил, что они отправляются через полчаса и будут ждать на сходе с трапа.

Причину такой покладистости Мэн Яо понял через две секунды после того, как к ним присоединился: глаза Вэй Усяня горели нехорошим огнем.

— Доктор Мэн, — заявил он, когда они втроем забрались в аэрокар до центра Яншаня, — вы понимаете, что я обязан вас спросить?

— О чем же, мастер Вэй? — приятно улыбнулся Мэн Яо.

— Не беспокойтесь, интимные подробности меня не интересуют, я не Лань Чжань. — Он кинул на того смеющийся взгляд, но, не получив в ответ никакой реакции, с разочарованным видом повернулся обратно. — Какие у вас намерения в отношении Лань Сичэня?

— Ах, — Мэн Яо захлопал глазами, будто шокированный вопросом, и тут же надел маску холодной вежливости, — боюсь, это касается только меня и первого мастера Ланя.

Вэй Усянь наклонился ближе, опершись локтем о согнутое колено, и покачал пальцем перед его носом.

— Нет-нет, доктор Мэн, вы неверно понимаете ситуацию. Если бы это был, например, командир Не, мы бы не беспокоились. Ну удивились бы: он все же по женщинам. Но вы связались с нашим Лань Сичэнем, это уже другой разговор.

Мэн Яо бросил быстрый взгляд на Лань Ванцзи. Тот, отвернув лицо, смотрел в окно на проносящиеся мимо рекламные голограммы и слегка хмурился. Но своего дружка не прерывал. Мэн Яо понял, что это провокация. Причем такая грубая, что могла задеть разве что подростка.

— Простите, мастер Вэй, — он отодвинул чужой палец от лица, — но мне кажется бестактным обсуждать человека за его спиной. Не думаю, что первый мастер Лань будет доволен вашим вмешательством.

— Мы обсуждаем не Лань Сичэня, а вас, — ничуть не смутился Вэй Усянь. — И никак не за спиной.

Аэрокар завис над стоянкой возле главной площади и начал плавно опускаться.

— Еще раз простите, но я не хочу больше говорить на эту тему, — отрезал Мэн Яо и, дождавшись, когда двери распахнутся, вылетел на площадь.

— Эй, доктор!.. — донеслось ему вслед, но он даже не оглянулся.

Счастливо избавившись от надзора, он заглянул в уже знакомую лавку, приобрел там для вида коробку конфет и получил новый комм. Описав в сообщении недавний инцидент, дал указание проверить нападавших и их источники финансирования. Потом открыл письмо от помощника. Тот уведомлял, что готов прибыть в назначенное место через две недели. На этот раз анимированная обезьяна радостно била в барабаны. Мэн Яо без всякой жалости уничтожил данные на комме.

— Доктор Мэн! — раздалось у него за спиной. — Вот вы где! Ну и куда вы удрали? Командир Не с нас всех шкуру спустит!

Вэй Усянь направился к его столику и, остановившись в двух шагах, слегка поклонился.

— Прошу прощения за тот допрос. У меня не было намерения вас оскорблять.

— Ну что вы, — улыбнулся Мэн Яо. — Ваше беспокойство понятно. Это я сожалею, что вспылил.

Он протянул Вэй Усяню коробку конфет.

— В знак примирения.

— С ликером! — воскликнул тот с восторгом. — Вот это да! Спасибо! Лань Чжаню понравится! Он сейчас ищет вас на другой стороне рынка. У вас есть еще дела в городе?

— Нет, я совершенно свободен.

— Тогда пойдемте с нами, поищем приличную забегаловку, Сичэнь закончит свои визиты через пару часов, позовем его тоже.

Предложение мира и одновременно возможность понаблюдать за Лань Сичэнем и его новым подозрительным любовником в приватной обстановке — Мэн Яо оценил тактический ход. Но он знал, чем отвлечь внимание этой парочки от своей персоны. Улыбнувшись с долей смущения, он кивнул:

— Благодарю за приглашение, мастер Вэй.

Глава 9. Волнение

Они в итоге пробродили по городу почти полтора часа, пока не нашли трактир, удовлетворяющий взыскательному вкусу мастера Вэя. По дороге тот комментировал все увиденное, делился анекдотами времен Начала Колонизации, заглядывал в лавки со всякой ерундой, ничего при этом не покупая, и в итоге страшно надоел Мэн Яо. Когда они наконец сели за низкие псевдоисторические столики и принялись выбирать блюда (к счастью, меню здесь было современное голографическое, без анахронизмов), ему казалось, что его голова гремит, набитая огромным количеством бесполезных слов. Самое страшное, что Лань Ванцзи весь этот поток сознания, похоже, запоминал.

К счастью, как только они сделали заказ — сет из десяти дежурных блюд, все равно названия ни одному из них ничего не говорили, — полупрозрачный парящий экран, который отделял их столик от основного зала, отодвинулся и к ним присоединился Лань Сичэнь. Обруч, сжимавший лоб Мэн Яо, тут же исчез, и приветливая полуулыбка наконец-то перестала ощущаться приклеенной. Лань Сичэнь поддернул брюки и опустился рядом с ним на циновку, ловко сложив бесконечные ноги.

— Добрый вечер. — Его спокойный голос звучал таким контрастом с трескотней Вэй Усяня, что Мэн Яо захотелось закрыть глаза от удовольствия. — Какая замечательная идея, Усянь, Ванцзи, спасибо, что пригласили нас.

Мэн Яо нашел под столом его ладонь и слегка пожал. Пальцы Лань Сичэня тут же сплелись с его.

— Мы решили, что почти не общаемся в неформальной обстановке, — заявил Вэй Усянь, по привычке привалившись плечом к Лань Ванцзи. — А доктор Мэн уже так хорошо вписался в наш экипаж, что хотелось бы узнать его получше.

— Моя скромная персона не заслуживает подобного внимания, — со смехом покачал головой Мэн Яо, — но я бесконечно благодарен за теплый прием, который вы мне оказали. На краю Поднебесной не ожидаешь встретить такую доброту.

Что самое смешное, он не кривил душой. Не Минцзюэ был либо гением рекрутинга, либо любимцем божества удачи Эбису. Иначе как объяснялось, что костяк его команды состоял сплошь из достойнейших людей? Это, безусловно, очень облегчало задачу Мэн Яо, но обескураживало и казалось подозрительным.

— Да-да, очень теплый, — пробурчал Вэй Усянь себе под нос, но тему развивать не стал. Видимо, хватило совести не задевать Лань Сичэня всерьез.

Но тот молча улыбнулся и, в последний раз погладив ладонь Мэн Яо, вытащил руку из-под стола: принесли освежающие салфетки.

— Что ж, доктор Мэн, может, расскажете, кто ваша семья, чем увлекаетесь, где летали и все такое? — Вэй Усянь подпер подбородок одной ладонью, а пальцами второй руки задумчиво повертел туда-сюда браслет на запястье Лань Ванцзи. — Я вот люблю поиграть в стрелялки и поесть, Лань Чжань — читать, Сичэнь… — Он сделал паузу.

— …прекрасно рисует, — закончил за него Мэн Яо и взглянул на Лань Сичэня.

Тот улыбнулся и опустил ресницы, принимая комплимент. Мэн Яо решил, что надо научиться этому выражению лица: смотрелось очень благородно.

— К сожалению, я рисую не так часто, как хотелось бы, — заметил Лань Сичэнь. — В основном не хватает времени.

— Первый мастер Лань слишком много работает, — покачал головой Мэн Яо. — Надеюсь, у вас будет возможность больше отдыхать.

Лань Сичэнь удивленно на него взглянул, прикоснулся к предплечью, и Мэн Яо поспешил исправиться:

— У тебя, Сичэнь-гэ.

Краем глаза он заметил, как Вэй Усянь с мерзким выражением лица спародировал «Сичэнь-гэ», но при этом слегка потерся мизинцем о мизинец Лань Ванцзи. У того дрогнул уголок рта, и у Мэн Яо аж зубы заныли от мгновенно повисшего между ними сексуального напряжения. Что ж, момент был более чем подходящим.

— Что касается моего досуга, — он улыбнулся Вэй Усяню, — думаю, могу вас порадовать. Я нашел кое-какие упоминания работ профессора Вэнь Цинь и даже несколько примеров цитирования из них. Думаю, мне понадобится около месяца, чтобы разобраться, как извлечь симбионта без опасности для вас обоих. Придется провести необходимые расчеты, разработать тесты и тому подобное. Но в успехе я практически уверен.

Вэй Усянь побледнел как мел, сьют на его груди отчетливо запульсировал, а у Лань Ванцзи под пальцами треснула столешница. «Все-таки не настоящее дерево», — подумал про себя Мэн Яо и поднял взгляд. Лань Сичэнь стискивал его руку, а в его глазах отражался не Мэн Яо, человек сомнительного прошлого и неясных перспектив, а по меньшей мере герой Поднебесной. И почему-то от этого становилось страшно.

Вкуса блюд не запомнил никто. Лань Сичэнь пытался завязать вежливый разговор, но посередине очередного его замечания о погоде Вэй Усянь бросил палочки и, не извинившись, выскочил из трактира. Лань Ванцзи, отрывисто кивнув брату и Мэн Яо, тут же отправился за ним.

— Возможно, мне стоило приберечь новость для более подходящей обстановки, — с расстроенным видом сказал Мэн Яо. — Объявить ее хотя бы на корабле.

— Думаю, все прошло прекрасно. — Лань Сичэнь приобнял его за плечи. — Для них это настоящее потрясение: иногда появление надежды сложнее перенести, чем ее отсутствие. Мне кажется, оба давно смирились, что проведут жизнь бок о бок, а не… вместе. Первые недели, когда Ванцзи только нашел Усяня после всех событий и привел на «Ба Ся», на них было страшно смотреть. В изгнании, в одиночестве Усянь пустился во все тяжкие, и обратный путь для него оказался очень труден. Но поддержка Ванцзи, их связь… Ох, лучше мне замолчать, а то я будто цитирую любовные новеллы.

Но Мэн Яо давно понял, что Лань Сичэнь слишком романтичен. Кто бы мог подумать? Он опустил голову на удобно подставленное плечо и поднял лицо вверх.

— Полагаю, нам тоже пора, гэгэ.

Губы Лань Сичэня приоткрылись, кончиками пальцев он легко коснулся щеки Мэн Яо, пробежал по ресницам, опустился на подбородок.

— А-Яо, жестоко с твоей стороны так на меня смотреть в общественном месте, — хрипло заметил он.

— Тогда, может быть, вернемся на кора… — Договорить Мэн Яо не успел — рот Лань Сичэня смял его, горячий язык скользнул между губ, а руки крепко прижали к груди.

Мэн Яо очнулся от деликатного покашливания над головой. Он обнаружил себя сидящим верхом на коленях Лань Сичэня, хотя совершенно не заметил, когда успел на них забраться.

— Молодые господа, если вы пожелаете, то… э-э-э… на втором этаже есть свободные кабинеты. — Молоденькая официантка старательно отводила взгляд, собирая со стола посуду.

Мэн Яо тайком вытер рот и попытался подняться на дрожащие ноги. Это у него получилось не с первого раза, и, судя по судорожному вздоху Лань Сичэня, тот сполна ощутил его ерзанья.

— Да, мы… пожалуй, воспользуемся. — Он оправил сьют и тут же неуверенно обернулся к Лань Сичэню: — Ты не против?

Тот с видимым трудом разогнулся и кивнул, не доверяя своему голосу, на его висках поблескивали капли пота.

— Двести четвертая комната, я запишу на ваш счет, — поклонилась официантка.

Они за долю секунды взлетели на второй этаж на пневмолифте, дверь заперлась за ними с тихим писком, и тут же сильные руки приподняли Мэн Яо и вжали в стену. Комнату освещали только огни рекламы из окна, и он ловил взглядом очертания скулы, подбородка, длинной шеи, когда жадные губы целовали его горло, зубы чуть царапали нежную кожу над кадыком, а от горячего дыхания по телу пробегали мурашки. Он проглотил стоны и стиснул ногами талию Лань Сичэня, прижимаясь пахом к животу, а задом потираясь о твердый член.

Но кончать в белье Лань Сичэнь, видимо, не хотел. Мэн Яо отлепило от стены, и в следующий миг под его лопатками прогнулась кровать, а сверху навалилось тяжелое тело. Его ноги будто сами собой согнулись и обхватили чужую спину.

— Надо раздеться, гэгэ, — прошептал он. — И поискать… нужное.

Лань Сичэнь застыл, поднял голову, в полумраке Мэн Яо разглядел его нахмуренные в непонимании брови.

— Ах, да, — пробормотал тот. Должно быть, от приложенных умственных усилий придя в себя. И медленно начал подниматься. — Наверное, в ванной?

Мэн Яо притянул его обратно.

— Проведи рукой по панели над кроватью.

Как он и предполагал, из стены выехала полка со всем необходимым. Стандартное оснащение подобных «кабинетов». Лань Сичэнь вытащил первый попавшийся тюбик и бросил его рядом на покрывало. Мэн Яо понадеялся, что тот без ароматизаторов.

Дальше они в четыре руки лихорадочно раздевали сначала его, потом Лань Сичэня, целовались, терлись друг о друга, не в силах оторваться, грудь к груди, бедра к бедрам, и в какой-то момент Мэн Яо не выдержал, перевернулся, раздвинув ноги.

— Давай, гэгэ, — прошептал он непослушным голосом.

Пальцы Лань Сичэня были деликатными, уверенными и невозможно длинными, и у Мэн Яо закатывались глаза, когда они двигались внутри, так глубоко и мучительно приятно. По телу от возбуждения проходили судороги, дыхание Лань Сичэня над ухом было прерывистым, а с его волос на подушку капал пот. Когда Мэн Яо уже был готов плюнуть на свой образ и обматерить любовника за сверхъестественное терпение, тот наконец поднял его бедра, подложил под них подушку и вошел внутрь, сразу до конца. Мэн Яо подавился стоном. Его глаза едва не вылезли из орбит, поясница прогнулась, а ноги разъехались в стороны. Он и забыл, какой Лань Сичэнь был большой. Тот невероятным усилием остановился, успокаивающе погладил его по бедру, пробормотал в волосы:

— Прости! Я… я… — и начал медленно выходить.

— Не смей, — прошипел Мэн Яо и вцепился зубами в его предплечье.

Лань Сичэнь глухо застонал, его бедра двинулись вперед, и Мэн Яо перестал соображать. Остались только ощущения — жгучих поцелуев в шею и плечи, влажного языка на мочке уха, ласковой ладони поверх его пальцев и жесткого, неумолимо распирающего члена внутри.

Когда Мэн Яо очнулся, во рту у него был привкус крови, в теле после оргазма не осталось ни одной косточки, а от крика Лань Сичэня все еще звенело в ушах. Он медленно разжал челюсти и ткнулся носом в обнимающую его руку. Просить прощения не было сил, да и не хотелось. Лань Сичэнь потерся лбом о его волосы и, с трудом приподнявшись, вытащил член.

— Как ты? — спросил он тихо.

Мэн Яо приоткрыл один глаз и посмотрел на него с сытым блаженством.

— Как довольная медуза, — еле ворочая языком, признался он.

Лань Сичэнь тихо рассмеялся и прижался губами к его щеке.

— Значит, тут одна довольная медуза и одна влюбленная.

Мэн Яо оцепенел. Но Лань Сичэнь этого не заметил. Он накинул на них обоих покрывало, закрыл глаза и тут же задремал.

«Как ты можешь?! — хотелось закричать Мэн Яо, глядя в его умиротворенное лицо. — Мы знакомы две недели, ты меня совсем не знаешь, как ты можешь в таком признаваться? Почему ты не боишься, что я это использую? Твой отец умер из-за чужих интриг, твоего лучшего друга едва не убили, вас с братом сделали париями — как ты ухитрился ничему не научился?! Что ты за существо такое?!»

Он протянул ладонь к чужой щеке, будто хотел проверить, живой ли человек лежит рядом, но сжал ее в кулак и убрал, так и не коснувшись. В конце концов, это было не важно.

Глава 10. Гарпуны

В следующие недели у экипажа прибавилось хлопот. Не Минцзюэ, Вэй Усянь и Лань Ванцзи искали замену пилоту и бортмеханику, потому что Мэн Яо при всем желании не мог спрогнозировать, сколько будет проходить реабилитация после отделения симбионта. Лань Сичэнь и Мэн Яо, вооружившись техническими требованиями из записей Вэнь Цинь, пытались достать для Вэнь Нина капсулу и составляющие для питательного раствора. И все это осложнялось тем, что у «Ба Ся» неожиданно отвалилось несколько крупных контрактов на перевозки: приходилось спешно искать новые. Желающих работать на опального командира и так было не слишком много, а из-за слухов, что дела у того идут неважно, кандидатов можно было и вовсе пересчитать по пальцам. К тому же профессиональный уровень их оставлял желать лучшего: одного из них командир Не едва не пинками спустил с трапа. Все это угнетающе действовало на дух экипажа: Не Минцзюэ все чаще массировал виски, и даже на светлое чело Лань Сичэня порой набегала тень.

Планета И — очередная планета в один город, — на которую они доставили заказ, была известна только благодаря фабрике топливных реакторов для бытовых роботов. Производство считалось очень вредным, поэтому планета была малонаселена. На космодроме, кроме «Ба Ся», стояли всего три корабля, причем один из них — мелкий транспортник — находился в ремонтных доках.

Путеводитель сообщал, что возле города И разбит чудесный яблоневый сад. Мэн Яо подозревал, что эти яблони уже давно мутировали и генетически мало напоминали изначальные, но голографии и правда были впечатляющими. Поэтому они с Лань Сичэнем договорились встретиться после неизбежного визита того в администрацию космопорта и полюбоваться видами.

Низкий купол искусственной атмосферы переливался радужными цветами из-за сильной интерференции, и нежные полупрозрачные лепестки «яблонь» на его фоне подрагивали совершенно завораживающе.

— Тебе стоит это нарисовать, — сказал Мэн Яо.

Они стояли на смотровой площадке прямо над яблоневым садом, Лань Сичэнь мягко приобнимал его за плечи, и он впитывал этот миг полного спокойствия, будто аккумулируя в себе энергию.

— Слишком тревожная получится картина, — ответил Лань Сичэнь. — Хотя зрелище, безусловно, прекрасное.

Мэн Яо повернулся к нему.

— Мне жаль, что ты так беспокоишься из-за операции, из-за заказов, из-за… происходящего. Хотел бы я тебя от этого оградить.

Ирония момента от него не ускользнула, но слова при том были совершенно искренними.

— А-Яо, одно твое присутствие придает мне сил. — Лань Сичэнь обвил его руками и привлек ближе к себе. — Я и не думал, что за такое короткое время смогу с кем-то настолько сблизиться.

После той ночи Лань Сичэнь не говорил прямо о своих чувствах, но у братьев Лань, видимо, в крови было заложено умение показывать их одним движением брови. Мэн Яо оказался окружен взглядами, прикосновениями, деликатной заботой. Он никогда не получал столько безраздельного внимания и порой боялся, что откусил больше, чем сумеет проглотить.

Лань Сичэнь склонился к нему, поцеловал нежно и неторопливо, просто наслаждаясь ощущениями, и Мэн Яо позволил, прильнул к груди, обнял в ответ за талию. И на мгновение будто услышал, как метроном в его голове отсчитывает секунды.

У Лань Сичэня запиликал комм.

— Это Минцзюэ. — Со вздохом он оторвался от Мэн Яо и принял вызов.

— Да, командир?

— Сичэнь, ты нужен на корабле. Доктор с тобой? — Когда Не Минцзюэ первый раз в обращении объединил их с Лань Сичэнем местоимением «вы», Мэн Яо от неожиданности едва не провалился сквозь обшивку корабля.

— Да, А-Яо рядом.

— Приезжайте оба. К нам тут неожиданно пожаловали кандидаты на место пилота и бортмеханика. Думаю, тебе стоит взглянуть.

— Кандидаты? Здесь? — удивился Лань Сичэнь. — Конечно, через полчаса будем.

Метроном гулко ударил в последний раз и затих.

— Возвращаемся? — улыбнулся Мэн Яо.

— Да. — Лань Сичэнь вздохнул и поправил воротник сьюта. — Судя по тону Минцзюэ, на этот раз кто-то стоящий.

В кают-компании было людно. Лицо командира Не сохраняло скептическое выражение, Вэй Усянь улыбался от уха до уха, Лань Ванцзи выглядел слегка недовольным. Напротив них сидели двое людей — оба в черной униформе. Один, помоложе и пониже ростом, с увлечением водил пальцами по прозрачному экран авиасимулятора, а второй застыл рядом каменным изваянием.

«А это еще кто?» — с зарождающейся тревогой подумал Мэн Яо. Он отстал от Лань Сичэня на шаг, чтобы иметь возможность из-за его плеча оценить ситуацию.

— Добрый вечер! — поздоровался тот. — Командир Не, что мы пропустили?

На этом «мы» глаза младшего из кандидатов оторвались от авиасимулятора и скользнули по Лань Сичэню, а следом — по Мэн Яо, не упустив ни одной детали. Мэн Яо приятно ему улыбнулся.

Выяснилось, что двое неизвестных — пилот Сюэ Ян и бортинженер Сун Лань — экипаж того самого мелкого транспортника, «Фусюэ». Их корабль давно нуждался в ремонте: гипердвигатель сломался в самый неподходящий момент, и, хотя Сун Лань — более высокий из членов экипажа — сумел кое-как справиться с поломкой, в доках космопорта И «Фусюэ» застрял надолго.

— Мы торчим тут уже неделю, — поделился словоохотливый Сюэ Ян, остервенело тыча в экран, — ждем деталей. А в эту дыру ни хрена никто не летает. Видать, еще месяц надо ждать. — Он наконец закончил с тестовым заданием и победно отправил экран Вэй Усяню. — И тут слышим, что «Ба Ся» ищут пилота и бортмеханика. И вот они мы! Временный контракт — то, что надо! И со скуки не помрем, и галакт-юаней заработаем, может, на «Фусюэ» каких-нибудь полезных приблуд поставим.

— Откуда вы взялись? — Сюэ Ян, по-видимому, не слишком нравился командиру Не.

Что было неудивительно. Он, при всем своем обаянии, не производил впечатления достойного человека. И к тому же не озаботился прислать резюме.

— У вас есть какие-нибудь рекомендации? — с улыбкой перевел Лань Сичэнь.

— Да не, мы сами по себе. Мы ж калеки. — Сюэ Ян стянул с руки перчатку и продемонстрировал бионический протез. — В Центре нам никуда не приткнуться. Братец Сун так вообще инвалид. Без языка и без куска мозга. Но мастер что надо. Не верите — можете на наш корабль посмотреть: если бы не братец, тот бы еще в полете развалился.

— Подождите, — встрепенулся Вэй Усянь. — Сун Лань, я же слышал это имя! Мастер Сун, вы не с «Байсюэ»?

Сун Лань повернулся к Вэй Усяню. У него было строгое, несколько изможденное лицо, темные волосы и пустые глаза. Мэн Яо наконец разглядел крошечный чип-транслятор в его гортани.

— Добрый вечер! К сожалению, у меня повреждена память, я не могу ответить на ваш вопрос, — произнес вежливый искусственный голос.

Но Вэй Усянь уже принялся копаться в межпланетной информационной сетке.

— Точно! — воскликнул он. — Сун Лань, бортинженер, единственный спасшийся член экипажа «Байсюэ».

Коммы запиликали уведомлениями о пересланной статье. Мэн Яо тоже ее открыл, хотя в этом не было нужды, он прекрасно знал ту историю. По официальной версии, через год после окончания войны дрейфующая медицинская лаборатория «Байсюэ» наткнулась на корабль, подающий сигнал бедствия. На том корабле обнаружилось несколько капсул с симбионтами — видимо, это последние Вэни решили спастись бегством. Капсулы были перенесены на «Байсюэ» для изучения. В итоге тела всех членов экипажа оказались захвачены симбионтами. Выжил только Сун Лань, который ухитрился сбежать с корабля на спасательном модуле и подать сигнал бедствия. Сам он при этом тоже оказался заражен, но сумел отравить симбионта, едва себя не погубив. Когда их нашли, издыхающего симбионта пришлось извлекать в экстренном порядке, операция прошла не очень удачно, Сун Лань лишился языка и повредил некоторые доли мозга. Насколько помнил Мэн Яо медицинские детали, бионический язык так и не прижился. Корабль «Байсюэ» был взорван патрульным крейсером колонии Ланьлин из соображений безопасности.

Реальные же события отличались от официально известных в нескольких существенных деталях. Например, нигде не упоминалось, что вторым пилотом на «Байсюэ» был Сюэ Ян.

В кают-компании повисло угрюмое молчание. Мало кто представлял, через что должен был пройти Сун Лань, и смотреть на него было довольно тяжко.

— Не хотите воды? Мастер Сун, мастер Сюэ? — отмер Лань Сичэнь.

— Было бы кстати! — оживился Сюэ Ян. — Спасибо, мастер!

— Лань Сичэнь, — представился тот с улыбкой. — Старший помощник.

Он налил воды в две пиалы и передал их гостям. Сун Лань механически выпил, сказал:

— Благодарю.

А Сюэ Ян, забирая пиалу из рук Лань Сичэня, оглядел его с беззастенчивым любопытством.

— Я про вас слышал, — заявил он, бросив на Мэн Яо короткий смеющийся взгляд. Тот безмятежно посмотрел в ответ. — Вы же этот… наследник колонии из Большой четверки? Гу Су?

В Большую четверку входили Ланьлин, Юньмэн, Цинхэ и Гу Су. Лань Сичэнь вежливо поднял брови.

— Мы с братом из Гу Су, но по поводу наследника ваши сведения, боюсь, устарели.

Сюэ Ян протянул что-то вроде «вон оно как!» и присосался к воде.

— Судя по тестам, мастер Сюэ — отличный пилот, — вмешался Вэй Усянь. — Хотя и любит летать на пределе нагрузки.

— Ну так быстрее. Прыгать легче, — пожал плечами тот. — Но я могу и пожалеть пассажиров, как скажете.

Командир Не побарабанил пальцами по столу. Он тоже видел тесты и тоже понимал, что уровень пилотирования Сюэ Яна если не сравним с мастерством Вэй Усяня, то близок к нему.

— Пусть Вэнь Нин проверит состояние «Фусюэ», — наконец вынес он вердикт. — А мастеру Суну сначала необходимо пройти осмотр у доктора Мэна. Прошу простить за прямоту.

— Конечно-конечно. — Сюэ Ян приобнял Сун Ланя за плечи. Тот никак не отреагировал, а глаза Лань Ванцзи на долю секунды сузились. — Братец Сун не будет против.

— Мы вылетаем завтра после десятого цикла, — сообщил Не Минцзюэ. — До этого буду ждать результатов.

— Слушаюсь, командир, — ответили Вэй Усянь и Мэн Яо в унисон.

Тот встал и направился к выходу, показывая, что собрание окончено. Мэн Яо следил за ним взглядом и поэтому заметил, что, оказавшись за дверью, командир Не бессознательным жестом вскинул руку к виску.

Глава 11. Пиранья

— Когда мастеру Суну удобно пройти осмотр? — обратился Мэн Яо к неподвижному Сун Ланю.

— Это вы — доктор Мэн, да? — белозубо улыбнулся Сюэ Ян. У него было открытое привлекательное лицо и лохматая шевелюра. — С братцем лучше договариваться через меня. У него атр… аф… короче, отсутствие эмоций и желаний. Зато хорошо выполняет команды, и разжевывать не надо, если что.

— Конечно, мастер Сюэ, — вежливо кивнул Мэн Яо. — Если вы с мастером Суном сейчас свободны?..

— Да мы неделю, как свободны, — жизнерадостно отозвался Сюэ Ян. — Сейчас — так сейчас. — Он обернулся к Сун Ланю. — Братец, мы пойдем с доктором Мэном, хорошо? Это вот он. — Он ткнул Мэн Яо пальцем в плечо. — Будешь делать, что прикажет.

— Хорошо. — Сун Лань плавно поднялся — моторные функции у него явно не пострадали — и выжидающе уставился на Мэн Яо.

Тут Сюэ Яна окликнул Вэй Усянь, и, пока они договаривались о визите на «Фусюэ», Лань Сичэнь отозвал Мэн Яо в сторону:

— А-Яо, у Минцзюэ с утра сильные головные боли, — сказал он негромко. — Я наделся, что к вечеру они пройдут, но, похоже, легче не стало. Ты не мог бы ему как-то помочь? Сам он ни за что не попросит.

Мэн Яо осуждающе покачал головой.

— И зачем этому человеку врач на корабле? Конечно, зайду, Сичэнь-гэ.

Лань Сичэнь с благодарной улыбкой сжал его плечо.

— Мы готовы, доктор Мэн, — окликнул Сюэ Ян.

Мэн Яо даже не надо было на него смотреть  — по тону было понятно, что тот едва сдерживается, чтобы не начать хохотать, как чокнутая обезьяна.

— Прошу за мной, — любезно ответил он, махнув рукой.

Дождавшись, когда дверь медотсека закроется за ними тремя, Мэн Яо приказал:

— «Ба Ся», мастер Сюэ и мастер Сун не состоят в экипаже, по нормам галактического права осмотр засекречен. Запись изображения и звука вести запрещено вплоть до отменяющего приказа.

— Слушаюсь, доктор Мэн Яо, — ответил голос искина.

Сюэ Ян насмешливо поднял брови, вытащил из-за пазухи небольшой диск и прилепил его к стене. По диску побежали световые сигналы. Мэн Яо узнал универсальную глушилку.

— На всякий случай, — прокомментировал Сюэ Ян и прислонился к двери, сложив руки на груди. — А братец Сун все равно не слушает, если к нему не обратиться напрямую. Привет-привет, А-Яо, давно не виделись, все такое.

Мэн Яо подавил вздох. Если бы ему дали право выбора, он ни за что не остановил бы его на Сюэ Яне. Тот был социопатом. Официально — личностью с асоциальным расстройством. Для него не существовало принципов, норм морали, ничего, кроме собственных желаний. Зато, пообещав ему желаемое, можно было получить идеального исполнителя. В данный момент Сюэ Яну нужны были деньги. Как понял Мэн Яо из обмолвок, тот собирался шнырять по всей Поднебесной в поисках какой-то ценной вещи, а это требовало немалых ресурсов. Но, хотя кое-кто и считал, что обещанием щедрой оплаты держит Сюэ Яна на коротком поводке, Мэн Яо знал, насколько тот непредсказуем, и предпочел бы работать с более ординарными помощниками. Но кто когда-нибудь считался с его мнением?

— Насколько я помню, мастер Сюэ, тебя должна была сопровождать сестрица А-Цин. Неужели за время полета она так мутировала? — с мягкой улыбкой он указал на столбом стоящего Сун Ланя.

— А-Цин слишком обнаглела, — отмахнулся Сюэ Ян, — я от нее избавился. Не убил, — он важно воздел палец к небу, подражая их общему знакомому, — я знаю, что нельзя привлекать внимание. Накачал кое-чем, она уже наверняка сама скопытилась, смерть от передоза, все невинно.

Мэн Яо тяжело вздохнул. Чтобы вернуть себе душевное равновесие, он повернулся к Сун Ланю:

— Мастер Сун, раздевайтесь, пожалуйста.

Повинуясь команде, Сун Лань снял одежду, аккуратно, по-военному, сложил ее и вытянулся, уронив руки вдоль туловища. Он был очень высоким, почти как командир Не, жилистым, но чересчур худым. Шрам от симбионта покрывали келоидные рубцы, которые сильно стягивали кожу на груди. Как и предполагал Мэн Яо, этот человек был обычным пушечным мясом.

— Ложитесь в сканер, мастер Сун.

— Да и потом, — продолжил Сюэ Ян, не обращая внимания на его недовольство, — гляди, как все ловко вышло. Ах, мастер Сун, ах, бедный калека, у такого и рекомендации спрашивать неудобно!

Тут он был отчасти прав.

— Ты дергаешь тигра за усы, — терпеливо ответил Мэн Яо. — Историю «Байсюэ» не следует вспоминать лишний раз. Я думал, от всех выживших давно избавились.

— Ну братец Сун все равно не считается, — пожал плечами Сюэ Ян.

И не будь Мэн Яо настолько внимателен, он бы не заметил, как на секунду напряглась его челюсть. Интересно.

Четыре года назад Цзинь Гуаншань был одержим идеей создать своих, ручных симбионтов. Генетический материал Вэней тщательно собирался и изучался учеными «Байсюэ». Все было строго засекречено, конечно. Насколько знал Мэн Яо, даже на «Байсюэ» только единицы были в курсе, что именно выращивается в их лаборатории. А потом что-то пошло не так. Эксперимент был прерван на середине, паразитические организмы захватили тела пассажиров. Сюэ Ян, который должен был в случае форс-мажора устранить экипаж и взять на себя управление кораблем, едва спасся. Он сбежал с «Байсюэ», прихватив с собой бессознательного Сун Ланя, и подал сигнал патрульному крейсеру. Улики были рассеяны по всему космосу, а программа свернута.

Участие Сюэ Яна, естественно, не упоминалось ни в одном деле. Когда Мэн Яо в свое время читал отчеты, ему казалось, что спасение Сун Ланя было затеяно лишь для того, чтобы изящно подкинуть экспертизе фальшивый черный ящик. Но теперь, глядя на длинную фигуру в сканере, он начал подозревать, что должна была быть и другая, более важная для Сюэ Яна причина.

Сканирование показало травму лобно-височных долей мозга, гортани, отсутствие двух моляров с левой стороны и общее недоедание. В целом не так плохо, как он думал. Видимо, у Сун Ланя изначально было превосходное здоровье.

— Зубов его тоже симбионт лишил? — поинтересовался Мэн Яо.

— До чего же ты занудный, а! — пожаловался Сюэ Ян. — Я был немного зол на него вначале. Но теперь все хорошо, мы отлично ладим. — Он подошел к сканеру и постучал пальцем по стеклу. Сун Лань перевел на него безучастный взгляд. — Правда ведь, братец?

— Насколько отлично? — спросил Мэн Яо.

Сюэ Ян обернулся к нему, широко распахнув глаза, и пролепетал с придыханием:

— Что за намеки, доктор Мэн? Я добропорядочный юноша, держу свое тело в чистоте! — Он вернул лицу нормальное выражение и фыркнул: — На хера мне этот обрубок? Скажи-ка лучше, Лань Сичэнь тебя уже трахает или ты все еще водишь его за хуй?

— Одно другому не мешает, правда? — сладко улыбнулся Мэн Яо.

Он не собирался реагировать. Двадцатитрехлетний Сюэ Ян большую часть времени вел себя, как подросток в пубертате. Мэн Яо в двадцать шесть уже казался себе стариком.

— Одевайтесь, мастер Сун, — обратился он к Сун Ланю.

Сюэ Ян потянулся.

— Ну так что, кто здесь самый опасный? — спросил он. — Этот симбионт?

— Вэнь Нин и мухи не обидит, — ответил Мэн Яо. — К тому же большую часть времени спит. С остальными будь настороже, они гораздо умнее, чем тебе кажется. И не задирай командира Не.

— Ну на командира, — Сюэ Ян с издевкой выделил обращение, — ты у нас должен найти управу, если что. Мое дело маленькое. Буду пай-мальчиком.

Он кинул взгляд на комм.

— Мне пора знакомиться с этим Вэнь Нином. Надеюсь, мы друг другу понравимся.

Сняв со стены глушилку, он свистнул Сун Ланя. Мэн Яо молча открыл дверь. За ней уже терпеливо ждали Лань Ванцзи и Вэй… нет, уже Вэнь Нин в низко надвинутой на глаза форменной фуражке.

После приветствий и аханий со стороны Сюэ Яна, они отбыли на «Фусюэ». А Мэн Яо в задумчивости прикусил губу. Сюэ Ян, похоже, держал Сун Ланя при себе все эти годы. Почему ему вдруг понадобилось рисковать и вытаскивать того из дыры, где он его прятал? Чем таким уникальным было это задание? И тут же себе ответил: симбионтом. Сюэ Ян знал, что Мэн Яо собирается проводить операцию, и заменить А-Цин Сун Ланем собрался в последний момент, иначе Мэн Яо бы сообщили. Он хотел вселить симбионта в Сун Ланя? Чтобы вылечить? Сун Лань не выглядел человеком, о котором хоть сколько-нибудь заботились. Тогда что? Ах! Мэн Яо медленно улыбнулся. Сюэ Ян хочет его починить ради одной цели. Вернуть его память. Очень, очень интересно. И похоже, кое-кто собрался вести двойную игру.

Глава 12. Ожидание

— Сичэнь прислал? — мрачно спросил Не Минцзюэ, открыв дверь своей каюты.

Он был в нательной майке и форменных штанах, но при этом умудрялся выглядеть более опасным, чем обычно.

Мэн Яо развел руками.

— Вам надо было самому ко мне подойти, командир, — сказал он с мягким упреком.

— Пройдет, — отрезал тот и хотел закрыть дверь, но Мэн Яо уже проскользнул в каюту.

— Позвольте мне решать как врачу. — Стараясь сохранять твердый, но ласковый тон, он поднял на командира большие глаза и пару раз взмахнул ресницами. — Очень сложно смотреть на ваши мучения, зная, что могу их облегчить.

Не Минцзюэ дернул бровями и потер висок.

— Ты опять про инъекции? — проворчал он, впрочем, довольно миролюбиво.

— Они были бы эффективнее всего, — вздохнул Мэн Яо. — Вам нужно расслабить шейно-воротниковую зону. Но, — он поднял руки, будто сдаваясь, — раз вы против, давайте попробуем массаж.

— Массаж? — скептически повторил Не Минцзюэ.

— Да, — кивнул Мэн Яо и поспешил объяснить, пока в голову тому не пришло что-то неуместное: — На мне будут бионические перчатки, увеличивающие нажим, поэтому если командир Не считает, что у меня не хватит сил…

Не Минцзюэ прервал его коротким жестом и явно едва сдержался, чтобы снова не тронуть висок.

— Значит, массаж. — Он прошагал к вешалке за курткой, а Мэн Яо украдкой огляделся.

Он еще не бывал в капитанской каюте. На первый взгляд она казалась совершенно безликой: аккуратно застеленная кровать, стол с панелью управления и кресло перед ним — вот и весь интерьер. Единственным украшением была голография над столом: на заднем плане — Не Минцзюэ, моложе и с выражением бесконечного терпения на лице, на переднем — совсем юный Не Хуайсан, радостно улыбающийся в объектив, сложив пальцы в сердечко. Мэн Яо отвел взгляд. Кому-то можно быть никчемным и избалованным и получать любовь за просто так, а другим надо из кожи вон лезть, чтобы его считали хотя бы полезным.

Они с командиром вернулись в медотсек. Пока Мэн Яо готовился, тот улегся на массажный стол лицом вниз, положив голову на согнутые руки. За несколько осмотров Мэн Яо успел изучить эту спину в подробностях, но еще ни разу не касался. Мышцы под его пальцами были натянуты как канаты, и без помощи бионики он бы даже ухватить ни одну не смог. Согревая, разминая мощные плечи, он невольно поражался их силе. Хотя, казалось бы, после Лань Сичэня его сложно удивить. Тело Не Минцзюэ было таким же твердым и неуступчивым, как его хозяин: с Мэн Яо сошло семь потов, пока ему наконец удалось немного смягчить эту каменную глыбу, снять с нее дикое напряжение. Когда смуглая кожа под его руками уже горела, он осторожной ладонью убрал с дороги волосы командира и занялся его шеей. Пальцы прошлись по затылку, нажимая акупунктурные точки, помяли вдоль трапециевидной мышцы и переместились на голову, осторожно массируя виски и лоб. О том, что боль наконец отступила, он понял по короткому выдоху Не Минцзюэ и тому, как опустились его плечи. Мэн Яо перевел дух и накрыл их медицинским греющим одеялом. Его собственные пальцы до того скрючило от перенапряжения, что он с трудом сжал-разжал кулаки, разгоняя кровь.

— Спасибо, — пробормотал Не Минцзюэ.

— Я рад, что смог помочь. — Мэн Яо постарался, чтобы в голосе была слышна улыбка. — Надеюсь, эффект от массажа продлится подольше.

Не Минцзюэ неопределенно хмыкнул. Мэн Яо продолжил, будто осененный идеей:

— Может, вам не инъекции попробовать, а капсулы? Они, конечно, не так эффективны…

— Хорошо. Скажешь Сичэню название, пусть купит, — прервал его Не Минцзюэ.

Параноик, как и предполагал Мэн Яо.

— Конечно, командир, — кивнул он. Наконец-то. С этим можно было работать.

Когда тот ушел, Мэн Яо принял душ, но все равно не чувствовал в себе достаточно умиротворения, чтобы лечь спать. Оказывается, он себя разбаловал за этот месяц, сейчас притворство бродило в крови, как яд. Подумав, он не стал возвращаться к себе, а повернул в противоположное крыло корабля. Положил ладонь на панель возле знакомой двери, та открылась: Лань Сичэнь с первой же ночи дал ему доступ в каюту.

— А-Яо? — Тот проснулся при его появлении и приподнялся на кровати. — Что-то случилось?

— Соскучился, гэгэ. Прости, если разбудил.

— Я только рад. Иди ко мне. — Лань Сичень протянул ему руку, и Мэн Яо скользнул к нему в объятия, уселся верхом, опустил голову на плечо. От свежего запаха ветивера тут же стало легче дышать.

Длинные пальцы зарылись в его волосы на затылке, принялись поглаживать, от чего по телу пробежали мурашки удовольствия. Второй рукой Лань Сичэнь придвинул его ближе к себе, в сонное тепло. Мэн Яо обнял его крепче, сжал коленями бедра и коснулся губами шеи прямо над пульсом, чувствуя мерное биение.

Они сидели так, почти не двигаясь, только предвкушая близость, пока Мэн Яо не поймал себя на том, что прижимается все теснее, чтобы потереться пахом. Его зад проехался по члену, и Лань Сичэнь, тихо охнув, повернул голову, поцеловал его в ямочку на щеке и еще раз, слегка прихватывая губами кожу, забрался ладонями под куртку, под нательную майку, погладил вдоль талии. Мэн Яо прогнулся, и одна рука Лань Сичэня скользнула в его брюки, обхватила ягодицу, указательный палец тронул дырку. Мэн Яо невольно вздрогнул: та была слишком чувствительной после предыдущей ночи. Как врач Мэн Яо не одобрял ежедневный анальный секс, но порой невозможно было удержаться. Лань Сичэнь убрал палец.

— Верни обратно, — прошипел Мэн Яо ему на ухо. — Просто… побольше смазки, гэгэ.

— И помедленнее, — согласно выдохнул тот.

Мэн Яо запретил себе краснеть. Он раз за разом срывался, покрывая тело Лань Сичэня укусами и царапинами, будто стараясь влезть ему под кожу, и бесился из-за того, что тот ухитрялся держать себя в руках, даже когда от возбуждения не мог и слова вымолвить.

За прошедшие полтора месяца Лань Сичэнь успел прекрасно изучить его тело, и теперь чуткие пальцы так ласкали его внутри, что у Мэн Яо разъезжались колени и дрожали бедра, когда он пытался на них насадиться. Лань Сичэнь поддерживал его одной рукой под спину, а Мэн Яо сжимал зубы, спрятав лицо у него на плече, и почти повисал на сильных плечах. Потом пальцы пропали, и он едва сдержался, чтобы позорно не заскулить, но его подняли и посадили на горячий твердый член. Тот скользнул внутрь сразу до корня, и Мэн Яо пробрала дрожь. Он откинул голову, до крови прокусив губу, анус пекло, но боль настолько мешалась с удовольствием, что только взвинчивала возбуждение.

— Тише, тише, — бормотал Лань Сичэнь у него над ухом, железные руки не давали двигаться так резко, как ему бы хотелось, и Мэн Яо, изнывая от невозможности утолить терзающий его голод, впился зубами в будто специально подставленную длинную шею.

Лань Сичэнь зашипел от боли, его ладонь опустилась на затылок Мэн Яо, пытаясь успокоить. Зато бедра резко вздернулись, и у Мэн Яо глаза закатились от прошившего его мучительного удовольствия. Он разжал зубы, и тогда Лань Сичэнь медленно из него вышел. Он едва не пришел в ярость, но его скрутили и уткнули лицом в покрывало. Удерживая в крепких объятиях, Лань Сичэнь снова толкнулся в него и продолжил двигаться с безжалостной медлительностью, и ему от бессилия оставалось только грызть подушку. Оргазм накатил неотвратимой волной, он никогда еще не кончал так долго и так бурно. Крик Лань Сичэня заглушило покрывало.

Потом Мэн Яо растянулся на его длинном теле и лениво лизнул место укуса.

— Прости, гэгэ, — покаялся он, стараясь звучать не слишком довольно, но Лань Сичэнь улыбнулся и погладил его по спине.

— Я рад, что со мной наедине ты можешь не думать о сдержанности.

«А меня это пугает», — мрачно подумал Мэн Яо, но лишь кокетливо взмахнул ресницами.

— Гэгэ, ты пытаешься вознестись раньше времени? С таким терпением ты станешь самым почитаемым божеством.

На лицо Лань Сичэня на краткое мгновение будто набежала тень, или так показалось в полутьме. Но он мягко притянул Мэн Яо к себе и поцеловал в лоб.

— Не говори так, — пробормотал он и прикрыл глаза.

Мэн Яо устроился в его объятиях и задумался. Может ли быть, что он переборщил с лестью? Лань Сичэнь иногда поражал своей наивностью, а порой в нем просыпалось какое-то сверхъестественное чутье, и Мэн Яо казалось, что его видят насквозь. Или ему самому все тяжелее было притворяться перед Лань Сичэнем и он начал допускать промахи? Придется несколько скорректировать поведение. Он будет искренним, насколько это возможно. В конце концов за правдой легче скрыть ложь.

Глава 13. Прошлое

Когда Мэн Яо вошел в кают-компанию, там уже завтракали командир Не и Сюэ Ян с Сун Ланем. Выяснилось, что Вэнь Нин накануне очень высоко оценил квалификацию Сун Ланя, командир Не одобрил обе новые кандидатуры, и Сюэ Ян решил переселиться на «Ба Ся» как можно раньше, чтобы успеть устроиться до отлета.

Все это он поведал, беспечно размахивая палочками и уже чувствуя себя как дома. Сюэ Ян вообще поразительно легко умел устраиваться — очень полезная черта для ребенка, выросшего в приюте. В четырнадцать его оттуда выкинули за антисоциальное поведение, но он не стал унывать, каким-то чудом ухитрился долететь до колонии Ланьлин и поступить в кадетский летный корпус. Там он раскрыл свой талант пилота и укрепил репутацию психопата, был замечен самим Цзинь Гуаншанем и в восемнадцать поступил к нему на службу. После трагедии «Байсюэ» он на год пропал, потом вернулся с протезом и без гроша в кармане и с тех пор время от времени выполнял для Цзинь Гуаншаня разную работу.

Сун Лань безучастно жевал свои белково-углеводные шарики, и на миг Мэн Яо увидел в нем и Сюэ Яне, будто в кривом зеркале, отражение Вэй Усяня и Лань Ванцзи. Но что же все-таки связывало этих двоих?

Тут в кают-компанию прибыли вышеупомянутые Вэй Усянь с Лань Ванцзи, и разговор переключился на приготовления к отлету.

— Усянь, после завтрака Вэнь Нин пусть покажет мастеру Суну инженерный отсек, — приказал в итоге командир Не и повернулся к Сюэ Яну, — а вы без мастера Вэя не подходите к командному центру.

Мэн Яо в очередной раз подумал, что ему самому очень повезло с покровительством Лань Сичэня: встреть он такое же недоверие, как Сюэ Ян, пришлось бы гораздо сложнее. Но тот совершенно не волновался — из-за отсутствующего инстинкта самосохранения, как подозревал Мэн Яо.

— Конечно-конечно, командир Не. — Сюэ Ян широко улыбнулся. — Я вообще тихий: когда от меня ничего не требуется, лежу себе, играю в стрелялки, никому не надоедаю.

— В какие? — тут же заинтересовался Вэй Усянь. Ах да, он ведь тоже был заядлым игроком!

— «Путь гордого бессмертного космодесантника», — с горящими глазами ответил Сюэ Ян. — Я на тридцать четвертом уровне. Вы играли?

— Пф-ф! — Вэй Усянь раздулся от гордости, но пренебрежительно махнул рукой. — Я на восьмидесятом. Ник «Старейшина».

Сюэ Ян на миг потерял дар речи, впервые на памяти Мэн Яо. На его лице отразилось благоговение, он встал и низко поклонился:

— Учитель Вэй, возьмите меня в рейд!

Тот покровительственно похлопал его по плечу. Похоже, эти два болтуна уже ухитрились спеться. Лань Ванцзи явно внутренне закатил глаза.

Лань Сичэнь пришел в кают-компанию, когда все уже заканчивали завтракать, — он выскользнул из постели в безбожную рань, оставив в ней досыпающего Мэн Яо, и опять занялся погрузкой. Мэн Яо взглянул на него и внутренне подобрался.

Остальные успели привыкнуть к зрелищу Лань Сичэня с бактогелем на шее, Сюэ Ян же со стуком поставил на пол ножки стула, на котором до этого раскачивался, делясь с Вэй Усянем какими-то игровыми тактиками, и на лице его отразился хищный восторг.

— Доктор Мэн, а вы пациентов не жалеете… — начал он.

— Пока есть время, пройдите медицинский осмотр, мастер Сюэ, — прервал его командир Не и, повернувшись к Мэн Яо, заявил: — Я до отлета буду у себя.

Похоже, Не Минцзюэ только что проявил невероятную для себя тактичность и не только поставил на место Сюэ Яна, но и пообещал Мэн Яо защиту, если тому вздумается его обидеть. Никто, кроме матери, не пекся о душевном равновесии Мэн Яо, пока он не попал на «Ба Ся». Если бы он мог, посмеялся бы над такой иронией.

— Ты ведь понимаешь, что не сможешь сам подселить симбионта в Сун Ланя? — мягко спросил Мэн Яо, когда за ними с Сюэ Яном закрылась дверь медотсека.

Тот выразительно показал глазами на потолок.

— Не беспокойся, все еще действует предыдущий приказ, и до прямой команды запись не будет включена. — Мэн Яо отвернулся, чтобы помыть руки. — Можешь раздеваться.

Неожиданно по его спине скользнула наглая ладонь и сжала ягодицу.

— Ты перед Не Минцзюэ тоже ноги раздвигаешь? — промурлыкал Сюэ Ян ему на ухо. — Думаешь, папочке понравится?

Мэн Яо выпрямился.

— Ты не мог бы убрать руку? — попросил он вежливо. — Уверен, папочка был бы в восторге. И, кстати, твоя попытка перевести разговор провалилась.

Сюэ Ян фыркнул, но отошел. Раздался шелест одежды.

— Допер все же. Хотя тут любой дебил бы допер. Какая тебе разница, в капсулу его совать или в человека? В человека даже лучше: приживется, и легче транспортировать. Кое-кто со мной согласился, кстати говоря. А этот Вэнь Нин — блаженный кретин: если ему долго твердить о страданиях бедного Сун Ланя, он сам наверняка с радостью ринется его спасать.

Кое-кто, скорее всего, хотел узнать, что же в действительности произошло тогда на «Байсюэ». Мэн Яо не сомневался, что этому кое-кому было все равно, каким образом задание выполнится, его интересовал только результат. Мэн Яо, в свою очередь, постоянно приходилось подстраиваться под изменяющиеся обстоятельства и рисковать жизнью, пытаясь исправить чужие промахи. И все ради зыбкого обещания. Мэн Яо почувствовал, как в нем опять поднимается давно и тщательно подавляемая злоба. Пора было продумать запасной план.

— А Сун Лань? — поинтересовался он, поворачиваясь. — Ты уверен, что он не открутит тебе голову, как все вспомнит? Зная тебя, друг мой, вероятность этого очень высока.

Ресницы Сюэ Яна чуть дрогнули, и неожиданно дернулся член. Мэн Яо поднял бровь.

— С Сун Ланем я разберусь, — низко и угрожающе ответил тот. — Мне дали универсальное седативное. Потом верну братца вам, можете делать, что хотите. Ты мне поможешь или нет?

Мэн Яо обошел его, рассматривая: тело Сюэ Яна было сухощавым, компактным и, кроме отсутствующей кисти, не имело никаких повреждений. Тот нетерпеливо дернул лопатками.

— Помогу. — Мэн Яо кивнул на сканер. — Залезай. Но имей в виду, командиру Не ты не нравишься, не нарывайся. Сиди в каюте с игрушками, как и обещал.

— Да, как ты, в жопу без мыла влезть я не умею, — с сожалением ответил Сюэ Ян и добавил без перехода: — Если кинешь, найду из-под земли, выжгу глаза и вырежу твой змеиный язык.

Мэн Яо не сомневался, что так оно и будет. Он мило улыбнулся Сюэ Яну, тот отзеркалил его улыбку. Несмотря на все конфликты, понимали они друг друга отлично.

После осмотра Мэн Яо постучал в каюту Не Минцзюэ.

— Я хотел поблагодарить вас, командир, — сказал он с застенчивой улыбкой, — но уверен, мастер Сюэ не хотел никого обидеть, он просто еще юн и не научился держать себя в руках.

— Ты слишком со всеми любезничаешь, — помолчав, ответил тот. — Надо уметь идти на конфликт и постоять за себя.

«Легко говорить, если ты ростом под два метра и имеешь бицепсы шириной с дерево, — подумал Мэн Яо. — Или родился наследником главы колонии».

— Боюсь, такой уж у меня характер, — ответил он со вздохом. — Когда в любой момент могут ткнуть в лицо прошлым, неоткуда взяться гордости.

— Не прибедняйся, — отрезал Не Минцзюэ. — После прилета буду учить тебя рукопашной.

— Я был бы счастлив, — поклонился Мэн Яо, не сдержавшись.

Пусть физические данные у него были более чем средние и, скорее всего, им просто вытрут пол, уроки борьбы от самого командира Не лишними не будут. Потом ему пришло в голову, что, если Не Минцзюэ так же активно заботился о брате, неудивительно, что тот вырос никудышным просто из чувства противоречия.

Во время отлета Сюэ Ян сидел рядом с Вэй Усянем и внимательно изучал его манеру пилотирования. По другую сторону, как обычно, застыл Лань Ванцзи. Сун Лань раскладывал маджонг на планшете — для тренировки внимания; он мог заниматься этим часами. А Мэн Яо, по уже сложившейся традиции, переплел руки с Лань Сичэнем. Раньше момент прыжка ассоциировался у него с лихорадкой, тошнотой, унижением, теперь же они с Лань Сичэнем проводили это время за разговорами, ни одному не надо было никуда бежать, и Мэн Яо с удивлением понимал, что почти ждет очередного отвратительного перелета.

— Расскажи о себе, — попросил Лань Сичэнь, поглаживая его пальцы. И тут же добавил с улыбкой: — Обещаю, что дальше меня не пойдет, чем бы ты ни поделился.

Мэн Яо опустил ресницы. Несложно было предугадать, что Лань Сичэнь заметит его стремление избежать разговоров о прошлом. Но, чтобы его не оттолкнуть, Мэн Яо и сам решил быть откровеннее.

— Я родился на Юньпине, — начал он, — мать воспитывала меня одна. Она была актрисой в нашем местном театре. Мы жили небогато, а потом она заболела. Очень серьезно. Я… — Он горько усмехнулся. — Не поверишь, я пытался уговорить ее эмигрировать на Цишань, но она отказалась, не хотела меня покидать, мне было тогда четырнадцать, и… может, оно и к лучшему.

По крайней мере мама умерла у него на руках, а не была уничтожена союзниками.

Лань Сичэнь поднес его руку к губам и поцеловал. Мэн Яо не мог выдержать сочувствия на его лице и отвернулся.

— К счастью, я был уже достаточно взрослый, чтобы поступить в наше медицинское училище. При предыдущем главе колонии Юньмэн выделяли довольно много квот на бесплатное образование.

Мама хотела, чтобы он учился и потом смог поехать к отцу и получить работу в Центре Поднебесной. И он по вечерам вкалывал как проклятый: на стипендию было не прожить. К счастью, еще во время болезни мамы он привык работать. И конечно, за шанс бесплатно обучаться в Цишань он ухватился двумя руками и до сих пор не жалел, даже если это пятном лежало на его репутации.

— А другие родственники? Тебе не помогали? — спросил Лань Сичэнь.

Мэн Яо едва не фыркнул. Когда мама заболела, он написал отцу, попросил денег на лечение, но ответа не получил. Потом отец отнекивался, что не помнил никакого письма, и Мэн Яо ему поверил: что тому было до мимолетного курортного увлечения на маленькой планетке? Что до остальных…

— Родственники со стороны матери сами были очень стеснены в средствах, — ответил он. — Сичэнь-гэ, на периферии не слишком хорошо с работой, ты ведь сам это видишь. Никому не нужны нахлебники. — Он выдохнул и улыбнулся. — Я привык справляться в одиночку. Зато если бы не все обстоятельства, не познакомился бы с тобой. Так что в итоге все к лучшему.

— Жаль, что ты родился не в Гу Су. — Лань Сичэнь сжал его руку. — Или не приехал к нам учиться. У нас львиная часть бюджета вкладывается в обучение.

— Что теперь гадать? — Мэн Яо пожал плечами. И лукаво взмахнул ресницами: — А какое было детство у будущего главы колонии?

Лань Сичэнь с тихим смехом покачал головой и снова поцеловал его ладонь.

— Не таким роскошным, как тебе кажется. У матери с отцом были натянутые отношения, из-за этого ей редко разрешали с нами видеться. Отец был занят, нас с братом в основном воспитывал дядя. Он прекрасный человек, но очень строгих правил. Я, конечно, не знаю, что такое нуждаться в деньгах, но, А-Яо, могу понять, как тебе было тяжело без моральной поддержки. У меня есть Ванцзи, а ты остался совсем один…

Мэн Яо сомневался, что от Лань Ванцзи можно получить существенную моральную поддержку: он скорее светил отраженным светом, чем грел сам. Но, может, таким цельным натурам, как Лань Сичэнь или Вэй Усянь, этого достаточно?

— Зато теперь у меня есть ты, гэгэ, правда? — Он думал спросить шутливо и кокетливо, но «Ба Ся» в этот момент как раз прыгнула, его желудок привычно ухнул вниз, и интонация вышла слегка просящей.

И почему улыбка Лань Сичэня всегда была такой невыносимо понимающей?

— Конечно, А-Яо. И я, и Минцзюэ, и Ванцзи с Усянем, хоть они и держатся особняком, и даже Вэнь Нин, тот души в тебе не чает.

— Спасибо, гэгэ, — опустил глаза Мэн Яо. — Я каждый день благодарю Небеса за это.

«Интересно, с какой скоростью вы все от меня отвернетесь?» — подумал он в то же время и поспешил сменить тему:

— А что же дальше? Ты учился в летной академии Гу Су?

Лань Сичэнь сжал его ладонь и отпустил.

— Да, вместе с Минцзюэ, тот был на два курса старше. Ох, ты бы знал, каким он тогда был взрывным! — с ноткой ностальгии ответил Лань Сичэнь. — Даже учителя его опасались. Но мы как-то ухитрились подружиться.

Еще бы, сам Лань Сичэнь был спокойным, как вода, и, видимо, уже в юности умел гасить темперамент Не Минцзюэ.

— А потом война, и… остальное ты знаешь. Если бы не смерть отца, никто не смог бы предугадать, как все повернулось. Я до сих пор чувствую огромную вину, что не был рядом с ним в то время.

«И к счастью, — подумал Мэн Яо, — а то тебе бы тоже пришлось «умереть от горя».

— Отличный прыжок, учитель Вэй! — воскликнул Сюэ Ян, прервав их разговор. — Я понял вашу тактику. Теперь, может, поиграем?

— Предлагаю сначала всем поужинать, — объявил Лань Сичэнь с улыбкой. — Я захватил с И коробочки с лапшой, не придется есть паек.

— А конфет не захватили, случайно? — спросил вдруг Сюэ Ян с хитрым видом.

— Конфеты точно найдутся, — рассмеялся Лань Сичэнь.

— Тогда — ужин! — И Сюэ Ян первым поскакал на выход.

Что ж, вполне возможно, роль подростка для него была действительно самой выигрышной.

Глава 14. Штиль

Следующий месяц пролетел на редкость спокойно — верный признак того, что вот-вот наступит время перемен. Не Минцзюэ исправно принимал капсулы, которые ему прописал Мэн Яо, головные боли стали мучить его гораздо реже, и к массажу он прибегал всего пару раз. Так что несмотря на то, что ситуация с заказами становилась все напряженнее, а маршруты доставки все сложнее, настрой экипажа оставался бодрым. Капсула с раствором для симбионта была почти готова.

А вот сексуальное напряжение между Вэй Усянем и Лань Ванцзи можно было уже резать ножом. Даже Сюэ Ян, на что тот был бесчувственным бревном, когда дело касалось чужих эмоций, временами мрачнел, глядя на них. Впереди ждал перерыв между контрактами, в который было решено провести операцию, и, видимо, осознав, что вскоре вечное присутствие Вэнь Нина перестанет мешать им всласть потрахаться, парочка начала искрить от нетерпения. Мэн Яо один раз увидел, как они занимаются спаррингом: командир Не посчитал, что он должен больше времени уделять своей физической форме, и заставил его через день ходить в спортзал корабля, — и с тех пор старался выбрать другое время для тренировок. Зрелище было непристойнее, чем самое разнузданное порно. Он подозревал, что они с Лань Сичэнем только подливали масла в огонь. Они старались выкраивать возможности быть вместе. То Мэн Яо присутствовал при погрузке, то Лань Сичэнь заходил в медотсек, рисовал на планшете, пока Мэн Яо калибровал программу сканирования или ставил фармакологические опыты. Вэй Усянь пару раз заставал их за поцелуями, фыркал и сбегал, даже не поупражнявшись в остроумии. Лань Ванцзи же вообще обходил по широкой дуге.

«Ощущение, что это не звездолет, а космический бордель, — прокомментировал как-то Сюэ Ян. — Может, мне замутить с командиром Не? А то тут с вами, блядями, монахом себя чувствуешь».

Что думал о гормональной буре на своем корабле искомый командир, было неизвестно. Но пыль он из Мэн Яо выбивал от души. Первые две недели тот почти уползал с матов, и Лань Сичэнь, ласково посмеиваясь, помогал ему делать растяжку, разминал деревянные и орущие от боли мышцы и отвлекал разными приятными способами. Мэн Яо всегда считал себя ловким и умелым бойцом, но против мастерства в сочетании с грубой физической силой он ничего не мог поделать.

В очередной раз, когда Не Минцзюэ учил Мэн Яо делать подсечки, от которых тот почти перестал чувствовать голени и подозревал, что придется извести тонну бактогеля, к тренировке решил присоединиться Лань Сичэнь. Обычно из-за своей вечной занятости он практиковался в боевых искусствах рано утром с учебными киборгами или Лань Ванцзи.

Мэн Яо как раз валялся на матах, распластавшись, как юньмэнская лягушка, и пытаясь вдохнуть воздух, когда в поле его зрения возникло до последней черточки знакомое прекрасное лицо и сильные руки помогли принять сидячее положение.

— Минцзюэ, — вздохнул Лань Сичэнь. — Предлагаю вам сделать перерыв, на А-Яо уже живого места нет.

— Зато я вижу прогресс, — пожал плечами командир Не. — И нечего его жалеть. Нас в академии никто не жалел, это часть обучения.

Лань Сичэнь только покачал головой и протянул Мэн Яо бутылку с водой. Тот взял трясущимися руками и, прилагая неимоверные усилия, смог-таки поднести ко рту.

— Спасибо, Сичэнь-гэ, — прошелестел он.

Погладив его по плечу, Лань Сичэнь поднялся. Мэн Яо только тогда обратил внимание, что он одет в спортивное компрессионное трико, подобное тому, что носил командир Не, только у того оно было графитово-зеленого цвета, а у Лань Сичэня — светло-голубое. На Мэн Яо даже самая эластичная одежда немного болталась, зато у этих двоих она облегала каждую литую мышцу, волнующе подчеркивала все интересные изгибы, и не будь Мэн Яо на каждой тренировке так сосредоточен на выживании, точно представал бы перед своим «учителем» в неподобающем виде. Он согнул колени и прижал их к груди.

— Окажешь мне честь, брат Минцзюэ? — поклонился Лань Сичэнь. Очевидно, благородно решив принять огонь на себя.

Командир Не явно обрадовался.

— Это для меня будет честью, брат Сичэнь, — вернул он поклон.

Мэн Яо на всякий случай отполз к стене.

Бой был… очень красивым. Не Минцзюэ прекратил сдерживаться и, как никогда, стал напоминать смертельно опасную машину, его удары были четкими, быстрыми и такими мощными, что, казалось, каждое нападение приводит в движение воздушную волну. Но Лань Сичэнь ухитрялся уходить из-под атак, ставить скользящие блоки, которые не останавливали удары, но гасили их силу. Его контратаки, возможно, были не таким сокрушительными, но неожиданными и хитропродуманными, так что Не Минцзюэ не раз приходилось разворачиваться из немыслимого положения, чтобы их отбить. Они явно отлично знали технику друг друга, и Мэн Яо, который не мог отвести от них глаз, неожиданно почувствовал жгучую ревность. Очередным приемом Не Минцзюэ поймал Лань Сичэня в полузахват, тот выскользнул изящным текучим движением, послав противнику короткую дразнящую улыбку, и это выглядело настолько чувственно, что у Мэн Яо от злости кровь отлила от лица. Ему начало казаться, что их бедра находятся слишком близко друг к другу, что они все ищут повод, чтобы прижаться и потереться, что ладони Не Минцзюэ уже не бьют, а практически ласкают предплечья и спину Лань Сичэня… Как они смеют! Это было его, Мэн Яо, даже если на короткое время, наконец-то только его! Он зажмурился. Подобные мысли уже смахивали на помешательство. В следующий момент Не Минцзюэ удалось уронить Лань Сичэня на маты и прижать всем телом, скрутив руки в болезненном захвате. Потом он поднял совершенно счастливое лицо и нашел глазами Мэн Яо.

— Видел? — спросил он, со свистом переводя дыхание. — Эту подсечку я тебе тут битый час показывал.

Лань Сичэнь под ним затрясся от хохота.

— Учитель Минцзюэ, слезьте, пожалуйста, мне больно смеяться, — простонал он.

И Мэн Яо очнулся. Он и правда сошел с ума. К счастью, мышцы успели немного отдохнуть, так что он смог встать и с вежливой улыбкой согнуться в поклоне.

— Спасибо за урок, командир Не.

Лань Сичэнь тоже поднялся, повел плечами, слегка поморщившись от боли. Они с Не Минцзюэ, потные, но до неприличия довольные, вновь друг другу поклонились:

— Благодарю за бой.

Мэн Яо, не в силах больше выносить это зрелище, подошел ближе и со скромной улыбкой вложил пальцы в ладонь Лань Сичэня.

— Я получил огромное удовольствие, наблюдая за столь опытными противниками, — сказал он, глядя тому прямо в глаза.

Зрачки Лань Сичэня расширились.

— Я забираю А-Яо на сегодня, прости, Минцзюэ, — повернулся он к командиру Не. Тот только отмахнулся.

Душ они приняли в каюте Лань Сичэня. К сожалению, вдвоем в тесную кабинку было не влезть, но, когда Мэн Яо, распаренный и возбужденный, несмотря на боль во всем теле, вывалился из душевой, Лань Сичэнь уже ждал его в постели.

На его длинном гладком теле кое-где уже наливались гематомы, и Мэн Яо решил их все перецеловать, будто мог этим стереть чужие отметины. Плечо, предплечье, левое подреберье, бедро, голени, Не Минцзюэ совершенно не жалел своего старшего помощника. Мэн Яо почувствовал, как в нем вновь поднимается это нелепое собственническое чувство. Когда он начал целовать и покусывать внутреннюю сторону бедра, подбираясь к паху, Лань Сичэнь гортанно застонал и раскинул ноги в стороны. И Мэн Яо понял, как сможет заглушить неуместную ревность. Он скользнул выше, облизал мошонку Лань Сичэня, тот подался к нему пахом, еще шире разводя колени, но вместо того, чтобы взять в рот, Мэн Яо провел языком вниз и коснулся входа. Лань Сичэнь замер, потом его ноги согнулись и прижались к груди.

— Гэгэ, — прошептал Мэн Яо с восхищением и благодарностью.

Они никогда не обсуждали, кто будет сверху: Мэн Яо любил принимать, а Лань Сичэнь — отдавать, и до сих пор им в голову не приходило это изменить.

— Сейчас. — Мэн Яо быстро открыл смазку и склонился над Лань Сичэнем, покрывая поцелуями шею, ключицы, твердый подбородок. — Ты такой красивый, гэгэ, — шептал он между поцелуями, — больно смотреть.

— А-Яо, — стонал тот в ответ, насаживаясь на его пальцы, — мой нежный, мой прекрасный, ах!..

Мэн Яо толкнулся в него и едва не кончил: Лань Сичэнь внутри был очень тесным, горячим, податливым. Он совершенно не зажимался, отдавая себя с безоговорочным доверием. И Мэн Яо не выдержал: он начал стонать, сначала тихо, потом все громче, весь годами выстроенный контроль наконец рухнул, и он, уже не соображая, вбивался в раскрытое под ним тело все сильнее, будто стараясь завоевать, забрать себе без остатка. Если бы кто-то сейчас увидел его, то не узнал, таким обнаженным было его лицо, таким неприкрытым обожанием светились глаза. Кончая, он почти кричал. Он рухнул на Лань Сичэня, животом чувствуя его горячий напряженный член, но не имея сил пошевелиться. Усталость будто придавила его сверху каменной плитой.

— Сейчас, — прошептал он непослушными губами, — сейчас, гэгэ…

Но Лань Сичэнь уже выскользнул из-под него, повернул на бок, большая ладонь ласково, но требовательно легла на его щеку, палец провел по губам, подбородку, и Мэн Яо покорно открыл рот. Мокрый от смазки член скользнул в него, прямо в расслабленное горло. Лань Сичэнь громко застонал и кончил через пару движений, продолжая удерживать его лицо.

Потом они лежали обнявшись, и Лань Сичэнь поглаживал его спину, волосы, все не желая выпускать из рук.

— Тебе нравится ведущая роль? — спросил он задумчиво. — Я не против, ты никогда не говорил, что…

— Я предпочитаю быть снизу, — нежась под его ласками, ответил Мэн Яо, — просто сейчас было подходящее настроение.

Лань Сичэнь помолчал, а потом фыркнул от смеха:

— Тебе незачем ревновать к Минцзюэ, он никогда не смотрел ни на одного мужчину и тем более не стал бы на меня, мы почти братья.

«Ключевое слово — почти», — недовольно подумал Мэн Яо. Сичэнь опять смог прочитать его. Но отнекиваться было уже поздно. Он вжался лицом в шею Лань Сичэню и игриво проворчал:

— Мне сложно понять, как на тебя можно не смотреть, гэгэ, так что прости эту глупую ревность.

— Мне даже приятно, — признался Лань Сичэнь и поцеловал его в лоб. — Но могу пообещать, что для меня есть только ты. И всегда был, с первой встречи.

Месяца два назад сделать ответное признание было бы так легко, но сейчас Мэн Яо понял, что запутался и слова не идут с языка. Он закрыл глаза. Он просто очень устал.

Глава 15. Риф

— Мне не нравится это дело, — категорично заявил командир Не. Они с Лань Сичэнем, как обычно, обсуждали работу.

«Ба Ся» только что доставила груз из каких-то скоропортящихся продуктов на орбитальную станцию Сяньлэ (очень рискованное предприятие, в случае задержки пришлось бы выплачивать огромную неустойку, но, увы, перебирать контрактами им не приходилось), и ее экипаж решил пообедать там же. Теперь они сидели за столиком в открытой галерее прямо напротив панорамного окна с видом на открытый космос. Зрелище было потрясающим: все командные и жилые отсеки на «Ба Ся» располагались внутри корпуса за дополнительным защитным контуром, поэтому никаких окон там, естественно, не предполагалось, в отличие от, например, круизных звездолетов.

Вэй Усянь взял на десерт мороженое и с совершенно счастливым видом его пожирал, не переставая болтать с Сюэ Яном о предстоящем «рейде». Видимо, они говорили об игре. Лань Ванцзи казался не слишком довольным, поэтому в отместку время от времени воровал у Вэй Усяня из креманки мороженое, из-за чего тот отвлекался от разговора и начинал с ним препираться.

Сун Лань что-то изучал на планшете, Мэн Яо любовался звездами, прижимаясь коленом к колену Лань Сичэня, и не забывал прислушиваться к их с командиром обсуждению.

Требовалось посреди необитаемой планеты Луаньцзан найти грузовой бот, забрать с него ящики и отвезти на склад ближайшей планеты  — Илин. Заказчик обещал, что на орбите Луаньцзан должен ловиться сигнал маячка с места крушения бота, но сама планета не зря была необитаемой, несмотря на условно-пригодную атмосферу: она имела очень сильное магнитное поле, и электронные приборы над ее поверхностью начинали сходить с ума.

— Слишком большой риск, — согласился Лань Сичэнь. — Но мне даже интересно, что такого ценного перевозил этот бот, если за его доставку готовы платить подобные деньги?

Сумма контракта и правда была впечатляющей. С учетом незавидного финансового положения «Ба Ся» так и вдвойне, поэтому командир все медлил, взвешивая за и против.

— А нельзя как-то это поле обдурить? — вдруг отвлекся от занимательной беседы Сюэ Ян. — Эй, братец Сун, что думаешь?

Сун Лань поднял голову от планшета и равнодушно на него уставился. Но после того, как ему объяснили проблему, он неожиданно предложил выход:

— На «Ба Ся» установлено защитное поле от атак магнитно-лучевых пушек. При включении оно нейтрализует внешнее магнитное воздействие. Поле находится в рабочем состоянии, но требует значительных топливных расходов, — произнес его вежливый искусственный голос.

— Вот это да! — обрадовался Вэй Усянь. — Мастер Сун, не зря Вэнь Нин от вас в таком восторге! То есть мы включаем защиту, садимся, отключаем ее, находим этой тухлый груз, забираем на корабль, включаем защиту и улетаем. Проще простого!

Мэн Яо подозревал, что тот в душе сильно комплексует из-за дополнительных хлопот, которые доставляет командиру Не будущей операцией. Чего только стоили траты на двух новых членов экипажа! Наверняка он бы даже без приборов за ценным грузом слетал, будь в том нужда.

— Сичэнь, согласуй с заказчиком дополнительные затраты на топливо, — распорядился Не Минцзюэ. — Тогда полетим на Луаньцзан.

На экранах галереи показывали сюжет об открытии очередного игорного дома в колонии Цинхэ, мелькало лицо Не Хуайсана, и он отвлекся. На этом разговор о работе был завершен.

— М-мастер С-сун — б-блестящий с-специалист, — поделился Вэнь Нин с Мэн Яо на очередном осмотре. — М-мы с н-ним м-много б-беседуем, он ч-чудесный! Т-так ж-жаль, что из-за б-болезни он не м-может н-найти р-работу в Ц-центре Г-галактики!

«Много беседуем», видимо, означало, что Вэнь Нин трещит без умолку, а Сун Лань его слушает. Или не слушает. Несмотря на заикание и невероятную застенчивость, Вэнь Нин хватался за любую возможность поговорить — еще бы, если обычно ему часами приходилось молчать.

— А вы не думали, что могли бы ему помочь, мастер Вэнь? — спросил Мэн Яо.

Вэнь Нин опустил голову.

— Д-думал, — прошептал он едва слышно. — Эт-то оч-чень п-плохо, да?

— Это совершенно естественно для… личности с таким добрым сердцем, — улыбнулся Мэн Яо.

— Это было бы жестоко, — неожиданно твердо возразил Вэнь Нин и вздохнул: — Он п-предпочел от-травиться, ч-чем ос-статься в с-симбиозе. А с-сейчас у н-него н-нет с-свободы в-воли. И п-предложить ему т-такое — з-значит н-не ув-важать его ж-желания.

Мэн Яо на секунду опешил. Он как-то не ожидал, что инопланетный симбионт будет более человечным, чем окружающие его люди. Вот тебе и простофиля Вэнь Нин.

— Вы очень порядочны, мастер Вэнь, — заметил он. — Но, возможно, мы долго будем искать вам подходящего носителя. Простите за неутешительный прогноз.

Вэнь Нин прикусил губу и ссутулил плечи, будто пытаясь спрятаться. А потом неожиданно пробормотал:

— Д-доктор М-мэн, в-вы не м-могли бы н-называть м-меня по им-мени? Ес-сли вы не п-п-против. — К концу предложения он робко взглянул на Мэн Яо умоляющими черными глазами.

Для симбионтов социальные связи значили в разы больше, чем для людей, вспомнил Мэн Яо. Неудивительно, что перед лицом неизвестности симбионт старался найти в них успокоение.

— Конечно, А-Нин. — Он постарался скопировать заботливую интонацию Лань Сичэня.

Тот сразу же просиял.

— М-меня так т-только с-сестра н-называла. С-спасибо, д-доктор М-мэн!

Похоже, вдобавок к старшему брату у Мэн Яо появился еще и младший. Почему-то к горлу подкатила горечь. Он с трудом сглотнул и отвернулся: каким бы лицемером он ни был, улыбнуться в ответ не получилось.

На этот раз гиперпрыжок выполнял Сюэ Ян, для тренировки. И Мэн Яо это сразу почувствовал. Даже присутствие Лань Сичэня его не отвлекло. После окончания прыжка он нетвердо поднялся на ноги и, пошатываясь, бросился к ближайшему санузлу.

Лань Сичэнь дождался, когда он выйдет, и тут же обнял.

— Как ты, А-Яо? — спросил он, с тревогой вглядываясь в его влажное после умывания лицо. — Позволь помочь дойти до каюты.

— Все в порядке, гэгэ, — ответил Мэн Яо. — Полеты с мастером Вэем меня разбаловали, обычно я реагирую именно так. Прости меня за эту позорную слабость.

— Напротив, — Лань Сичэнь прижал его к себе крепче, и Мэн Яо благодарно уткнулся гудящим лбом ему в плечо, — меня восхищает твоя выдержка. Тебе станет легче, если прогуляешься снаружи после того, как приземлимся? До Луаньцзан около часа пути, и воздух на ней пригоден для дыхания.

«Наверное, все было бы сложнее, не будь Лань Сичэнь таким… Лань Сичэнем», — подумал Мэн Яо. Или проще.

— Спасибо, гэгэ, мне кажется, это и правда поможет.

На орбите Луаньцзан «Ба Ся» окутало темное защитное поле — Мэн Яо видел на внешних мониторах. Корабль загудел и немного сбросил скорость.

— Приборы в порядке, — отрапортовал Вэй Усянь.

— Садимся, — кивнул командир Не.

К просьбе Лань Сичэня выпустить доктора Мэн на воздух Не Минцзюэ отнесся без энтузиазма, но разрешил, наказав не отходить от корабля далеко. К счастью, сигнал маячка был достаточно отчетливым, и после того, как они сели, рухнувший грузовой бот оказался в пределах видимости.

Планета Луаньцзан была совершенно черной — покрытой растрескавшейся застывшей лавой, поэтому на ней почти ничего не росло.

— Берегись хищников, — приказал Не Минцзюэ, когда они с Лань Сичэнем взяли с собой погрузочную гравиплатформу и направились к месту крушения бота. Остальной экипаж должен был следить за приборами и в случае сбоя сразу же докладывать.

Мэн Яо согласно кивнул и незаметно коснулся пояса с импульсником. На Луаньцзан водились какие-то большие рептилии, которые питались местными грызунами и червями. Те, в свою очередь, ухитрялись находить пищу среди кусков застывшей лавы, а воду — в слоях почвы.

Когда командир Не и Лань Сичэнь скрылись из виду, Мэн Яо, понадеявшись, что Сюэ Ян отвлекает остальных, направился следом. Его путь лежал к острому гребню скалы, чуть в стороне от места крушения бота. Стараясь не очень шуршать ботинками по каменистой почве, он обошел скалу и осторожно выглянул из-за нее. По заданию, тут должен был стоять очередной грузовой ящик с бота, на сей раз — с сигнальным контуром. Следовало его активировать, чтобы при следующем гиперпрыжке он начал подавать сигнал ближайшим патрульным крейсерам. Командира Не ждал бы неприятный разговор с властями: в документах колонии Ланьлин этот ящик числился пропавшим при доставке на периферийные планеты. Какой удар по репутации!

Похожий по описанию груз там действительно стоял. Мэн Яо потянулся к панели активации и заметил, что его рука подрагивает. «Нашел время телиться! — разозлился он на себя. — Подбери сопли и действуй!» Он провел пальцами по панели, выбрал нужную цветовую комбинацию. Раздался тоненький писк.

— Что ты делаешь?! — вдруг рявкнул за спиной знакомый голос.

Мэн Яо едва не подпрыгнул и обернулся, его сердце испуганно заколотилось — командир Не смотрел на него с подозрением и разгорающимся гневом.

Глава 16. Рептилии

— Я… Командир Не, мне стало интересно… Я не знаю, — залепетал Мэн Яо, быстро моргая и судорожно пытаясь придумать оправдания.

— Не ври мне! — зарычал тот, и у Мэн Яо волосы на загривке поднялись дыбом. — Что ты там включил?!

— Я не вру, я просто посмотрел! — Мэн Яо отступил на шаг и вдруг краем глаза заметил на скале движение. — Сзади!

Не Минцзюэ молниеносно обернулся, но с уступа на него уже прыгнуло гибкое длинное тело и вцепилось в плечо. Здешние рептилии не встречали людей и ничего не боялись. От сильнейшего толчка командир Не упал назад, спиной на груду камней, и закричал от боли и ярости. Тварь была с метр длиной, плотная, черная, вся состоящая из зубов и мускулов. Она облепила свою добычу конечностями и явно не собиралась отпускать. Время замерло, Мэн Яо ясно увидел смертельную хватку зубастой челюсти на шее командира Не, его руку, царапающую бедро в попытке нащупать бластер, запрокинутое, белое от боли лицо… Все могло прекратиться прямо здесь и сейчас. И это было бы идеальным решением проблемы. Налитые кровью глаза встретились с его, и Мэн Яо, выхватив импульсник, выстрелил.

Рептилия разлетелась ошметками мяса и костей. Не Минцзюэ ударной волной вновь вжало в камни. Мэн Яо бросился к нему, на ходу вытаскивая из пояса ленту бактопластыря.

— Командир, не шевелитесь, я сейчас. — В защитных перчатках, хоть и тонких, было несподручно осматривать рану, и, падая на колени возле раненого, он быстро их стащил.

— Чем ты стрелял? — проскрежетал тот сквозь стиснутые зубы и попытался подняться. И тут же замер, охнув и прижав ладонь к левой стороне груди.

— Полежите спокойно, пожалуйста. — Стараясь не смотреть ему в лицо, Мэн Яо отодвинул воротник его сьюта, открывая шею, — ключичная мышца оказалась прокушена до кости. Проклятая тварь инстинктивно нашла самое слабое место. Еще чуть-чуть, и задело бы яремную вену.

— Убери руки! — Придя в себя, Не Минцзюэ пихнул его в плечо, и Мэн Яо от неожиданности упал на задницу.

— Минцзюэ?! — раздался встревоженный голос, и из-за скалы выбежал Лань Сичэнь. Его лицо побледнело от ужаса. — А-Яо? Что случилось?

— На командира напал здешний хищник, — глядя на него огромными, полными слез глазами, ответил Мэн Яо. — Я его убил, а командир не дает себе помочь.

Лань Сичэнь нахмурился, но в два шага оказался рядом и протянул руку. Мэн Яо без слов вложил в нее бактопластырь.

— Минцзюэ, позволь мне, — попросил Лань Сичэнь. Тот закатил глаза и подставил шею.

— Это не каприз, — процедил он, сверля Мэн Яо гневным взглядом. Тот обиженно и непонимающе поднял брови, позволив одной слезинке скатиться из уголка глаза. — Твоему любовнику нельзя доверять.

— А-Яо, ты в порядке? — Убедившись, что гелевая полоска надежно стягивает края раны и кровь не льется, Лань Сичэнь повернулся к Мэн Яо и привлек его к себе, коснулся прохладной ладонью лба. — Ты не ранен?

— Ты слышал, что я сказал?! — возмутился Не Минцзюэ, с трудом вставая.

— Я уверен, что произошло недоразумение, — мягко ответил Лань Сичэнь, тоже поднимаясь. Он подставил плечо командиру Не и обхватил его за пояс. — Предлагаю не спешить и обсудить все на корабле. Здесь не время и не место.

— Отдай оружие. — Командир Не протянул руку, и Мэн Яо поспешно вложил в нее импульсник. Притворяться смысла не имело. Командир Не повертел его и сплюнул. — Дерьмо Вэней, так я и думал! Сичэнь, этот ящик тоже берем с собой. Разберемся, что с ним не так.

Видимо, Не Минцзюэ чувствовал себя совсем плохо, потому что не проронил ни слова за то время, пока они дошли до гравиплатформы с нужным грузом — большой продолговатой капсулой, напоминающей спасательную, — положили командира туда же, вернулись за ящиком и отправились обратно к кораблю. По дороге Лань Сичэнь бросал обеспокоенные взгляды на сидящего рядом Мэн Яо, а тот не поднимал глаз и лихорадочно пытался придумать объяснение всему случившемуся. Если сигнальный контур попытаются разомкнуть, он самоуничтожится вместе с ящиком, за это можно было быть спокойным. Но как объяснить свое появление рядом с проклятым грузом? А знание кода? В крайнем случае он решил ничего не объяснять, напирать на совпадение и взывать к чувству благодарности. Он до сих пор не мог сам себе объяснить, почему выстрелил так рано. Уничтожить тварь можно было минутой позже, и этого бы хватило, чтобы его задание было завершено. Сюэ Ян живот со смеху надорвет, мрачно подумал он.

У трапа их уже встречали Лань Ванцзи и Сун Лань. Видимо, второго взяли в качестве грубой силы. За месяц на «Ба Ся» он окреп, поздоровел, а благодаря постоянным физическим упражнениям обзавелся завидными мышцами. Ему поручили отбуксировать гравиплатформу в грузовой отсек и не спускать глаз с подозрительного ящика. Лань Ванцзи помог брату довести командира Не до медотсека. Мэн Яо, стараясь держать себя скромно, но с достоинством, пошел следом.

— Что случилось? — спросил Лань Ванцзи, когда они сгрузили командира на смотровой стол и принялись освобождать от сьюта. Тот скрипел зубами и пытался помогать.

Мэн Яо вымыл руки, надел перчатки и вытащил из кабинета инъектор и тейп-аппарат. Линию обороны надо было выстраивать очень-очень аккуратно.

— Мне стало интересно рассмотреть пейзаж Луаньцзан, — поторопился объяснить он, зная по опыту, что первая версия события подсознательно вызывает больше доверия, чем последующие. — Мы ведь вряд ли попадем сюда еще раз. И я отправился к командиру Не и первому мастеру Ланю, то есть Сичэню-гэ, — спохватился он, — но по дороге, боюсь, немного забрал в сторону.

Он подошел поближе к Не Минцзюэ и продемонстрировал ему инъектор:

— Нужно вколоть вам регенератор и барьерный препарат, командир, — сказал он строгим голосом, но с отчаянным выражением лица, — неизвестно, что было в слюне той твари.

— Продолжай, — уронил тот и отвернулся. Мэн Яо расстроенно прикусил губу и приложил инъектор к его шее.

— Простите, что нарушил ваш приказ не отходить от корабля, — ответил он с тяжелым вздохом. — Я решил, что здешняя фауна боится людей. Я так виноват!

— Что это за ящик? — перебил его Не Минцзюэ. — Как ты его включил?

— Я не знаю, командир, клянусь вам! — Он вскинул глаза на Лань Сичэня, взглядом ища поддержки. Тот, нахмурившись, смотрел на командира. — Я автоматически коснулся панели, и она вдруг среагировала!

— Удивительно совпадение! — прорычал Не Минцзюе. — Как по заказу!

Мэн Яо мученически вздохнул, но промыл ему рану на шее от крови и принялся ловко стягивать тейп-аппаратом. Это была совсем новая машинка, последняя разработка Института медицины и фармакологии Ланьлина, наркоз подавался вместе со сшивающим материалом, что позволяло экономить время. Мэн Яо использовал ее на Не Минцзюэ даже с каким-то мстительным удовольствием.

— И давно ты носишь с собой импульсник Вэней? — Тот оттолкнул его руки, как только с раной было покончено. — В лицо мне врал, притворялся слабым и беззащитным! Если бы я тогда не вмешался, ты бы всех своих бывший дружков по стенке размазал?

Мэн Яо выронил тейп-аппарат, тот разлетелся на детали, и он опустился на пол, чтобы дрожащими руками начать их собирать, сердце стучало как бешеное.

— Не Минцзюэ! — вдруг громыхнул Лань Сичэнь. Да так, что Мэн Яо невольно вжал голову в плечи. — Твои обвинения бездоказательны! За это время мы не видели от А-Яо ничего, кроме доброты и бескорыстия! Ты оскорбляешь человека…

— Бездоказательны?! — рявкнул в ответ командир Не, перебивая его. — Ты про него ничего не знаешь! Как ловко он стал всем полезен!

Неожиданно Мэн Яо подняли с пола. Лань Ванцзи с каменным выражением лица потянул его за плечо к выходу.

— Посидите у себя, — сказал он. — Я уберу.

Он вывел Мэн Яо в коридор. Крики за их спиной только набрали громкость.

— Я бы не хотел, чтобы первый мастер Лань ссорился из-за меня с командиром, — горько вздохнул Мэн Яо. — Может, мне стоило бы остаться и объясниться?

Но Лань Ванцзи молча довел его до каюты и проследил, чтобы он вошел.

— За вами зайдут. — Лань Ванцзи поколебался, потом добавил: — Разберемся.

И Мэн Яо остался в одиночестве. Он умылся, переоделся и принялся собирать вещи. Следовало подготовиться.

Лань Сичэнь пришел примерно через час. Лицо его было бледным от переживаний, но достаточно спокойным. Едва войдя в каюту, он взял ладони Мэн Яо в свои.

— Прости, что тебе пришлось стать свидетелем некрасивой сцены, А-Яо. Минцзюэ обычно старается сдерживаться, но сейчас из-за ранения и всей этой нервотрепки с контрактами… Мы подозреваем, что кто-то крадет информацию о наших заказах, но пока не можем найти, кто.

— И конечно, командир Не решил, что это я. — Мэн Яо отвел взгляд и отступил на шаг назад, высвобождаясь. — Я ведь работал на Вэней, недостоин доверия.

Лицо Лань Сичэня расстроенно вытянулось.

— Минцзюэ, он… временами слишком категоричен и упрям. Пожалуйста, не принимай близко к сердцу, я уверен, что он уже сожалеет о своей вспышке. Он к тебе привязался, так что переживает еще сильнее. Мастер Сун сейчас разбирается с устройством ящика, думаю, все скоро разрешится.

Мэн Яо сомневался, что Не Минцзюэ будет так уж переживать, если решит свернуть ему шею.

— А ты мне доверяешь, гэгэ? — с робкой надеждой обернулся он к Лань Сичэню.

— Конечно. — Тот без колебаний притянул его в объятия. — Даже если не принимать во внимание наши отношения… Откуда тебе знать про заказы? И зачем так заботиться о нас обо всех? А насчет импульсника Вэней… Я рад, что ты его с собой носишь — боюсь, даже Минцзюэ не справился бы с той тварью.

Он взял лицо Мэн Яо в ладони, ласково погладил по щекам.

— Жаль, что ты скрывал оружие, но уверен, у тебя были на то причины. — Он посмотрел ему прямо в глаза. — Если тебе нужна помощь или защита, ты всегда можешь обратиться ко мне. У нас за эти годы появились кое-какие связи, думаю, мы все сумеем решить.

— Ты слишком добр, гэгэ, — прошептал Мэн Яо в его губы. — Я за тебя боюсь.

Их поцелуй был сладким, таким сладким, будто в нем не было отравы.

Комм Лань Сичэня пиликнул.

— Это командир, — сообщил он, выпрямляясь. — Пойдем в инженерный отсек.

Там собрались все, кроме Сюэ Яна — его оставили следить за приборами. Вэй Усянь не выдержал, прибежал вслед за Лань Ванцзи.

— Ну что там? — нетерпеливо спросил он Сун Ланя.

Тот держал в руке сигнальный контур, снятый с ящика. Мэн Яо прикусил губу, чувствуя, как по спине ползет капелька пота. Почему ящик не самоуничтожился?! Он кинул взгляд на полку с лазерными инструментами. Возможно, он успеет что-то схватить? Сун Лань провел рукой по панели управления, послышался уже знакомый тихий писк.

— Функция данного устройства — издавать звуки, — поведал он. — Схожие со звуками здешних грызунов. Больше она ничего не делает.

— Что? — удивился Вэй Усянь. — А зачем? — Он потер нос. — А! Это привлекает хищников!

— Приманка, — мрачно заключил Не Минцзюэ. — Кто бы ни включил панель, стал бы мишенью здешних тварей.

У Мэн Яо на мгновение закружилась голова. Он тяжело оперся о стол и тут же почувствовал на плече руку Лань Сичэня.

— Кто-то хотел меня убить? — слабо спросил он.

— Ни ху… ого! — прокомментировал Вэй Усянь. — Мастер Сун, а эта штука была закодирована?

— Да, отпечатками пальцев доктора Мэна, — бесстрастно ответил тот.

Мэн Яо потерял сознание.

Глава 17. Крюк

Он очнулся от укола в сгиб локтя. По телу разливалось приятное тепло — он узнал действие стимулятора. На лоб легла прохладная ладонь.

— А-Яо, как ты? — спросил Лань Сичэнь.

— Все в порядке, гэгэ, — прошептал он.

Рядом громко прочистили горло. Мэн Яо распахнул глаза. Он лежал на постели Лань Сичэня, тот сидел рядом и держал его за предплечье. Свет в каюте был приглушен, а в двух шагах от койки высился Не Минцзюэ, скрестив руки на груди.

— Пришел в себя? — спросил тот, и, к счастью, в его тоне больше не было слышно гнева.

Мэн Яо тут же привстал на постели.

— Да, командир Не, благодарю. Прошу прощения за неудобство. — Лань Сичэнь поддержал его под плечи, помог подняться.

— На Илине ни шагу из корабля. Ни шагу! — приказал Не Минцзюэ. Выглядел он нормально — видимо, регенератор подействовал и рана перестала беспокоить. — А теперь, не увиливая, признайся, кто желает тебе смерти. Те контрабандисты? Кто за ними стоит?

Хорошо хоть, Не Минцзюэ не решил, что он сам подстроил себе ловушку, какой бы идиотской ни была эта теория.

— Командир, я не увиливаю. — Мэн Яо слез с койки, нащупал руку Лань Сичэня и крепко ее сжал. — Клянусь, я не знаю, кто хочет меня убить. Кому я нужен?

— На хера ты таскал с собой запрещенное оружие?! — рявкнул Не Минцзюэ. — Такой скрытный тип, как ты, — и так рисковать?! — Он глубоко вздохнул, помассировал виски. — Сичэнь, допроси ты его, а то я ненароком пришибу. А он мне все же жизнь спас.

Наверное, если бы пневмодверью можно было хлопнуть, командир Не вышел бы из каюты с грохотом.

— Отлет завтра утром, — кинул он уже из коридора.

— Сичэнь-гэ, я не могу придумать, кто бы это мог быть! — Мэн Яо с отчаянием повернулся к тому. И в кои-то веки он был абсолютно искренен. — На меня никогда не покушались!

— Мы разберемся. — Лань Сичэнь стиснул его ладонь. — Отследим владельца груза, запросим последние маршруты через Луаньцзан. Надо было еще тогда предупредить консула. А-Яо, прошу тебя, отнесись серьезно к этой угрозе. Скажи мне имена нападавших.

Упорствовать в такой момент было бы глупо, да и, скорее всего, тех уже устранили.

— Гэгэ, неужели я заслуживаю такой ненависти? — Мэн Яо поднял на Лань Сичэня несчастный взгляд. — Неужели прошлое так и будет меня преследовать? Я надеялся, что здесь, на «Ба Ся», смогу начать с чистого листа. Но, по-видимому, я вас не достоин. И будет лучше мне… покинуть корабль после операции для мастера Вэя.

— Что? — недоверчиво спросил Лань Сичэнь. И только тут Мэн Яо заметил его запавшие глаза, искусанные губы, бледность. Он так сильно переживал? Спокойный и уравновешенный Лань Сичэнь? — Что ты говоришь, А-Яо?

— Я не собираюсь подвергать вас опасности, — пояснил Мэн Яо, вглядываясь в его лицо. — Сейчас из-за меня пострадал командир Не. А в будущем? Если это будешь ты? Или твой брат?

— Куда ты пойдешь — один? — Лань Сичэнь схватил его за предплечья, сжал железными пальцами. — А-Яо, я только что чуть не потерял тебя. Ты думаешь, я тебя отпущу? После покушения?

— Гэгэ, ты ведь понимаешь, что так будет лучше, — мягко ответил Мэн Яо. — К тому же, если что-то случится, я сразу же окажусь виноватым, ты сам видел…

— Нет, — неожиданно жестко отрезал Лань Сичэнь, — я не дам тебе погибнуть из-за чьих-то домыслов! Я подниму все связи, если понадобится, пойду на поклон к дяде или Цзян Ваньину — мы неплохо ладили.

— Ох, гэгэ, — вздохнул Мэн Яо и потянулся к нему. И хотя он собирался в будущем использовать попранную гордость как повод уйти, не вызывая подозрений, в тот момент у него не хватило духу настаивать.

Лицо Лань Сичэня исказилось от отчаяния. Он крепко обнял Мэн Яо, прижал к себе, целуя лицо, шею, ключицы, сдергивая с него одежду поспешными, нехарактерно резкими движениями. Его руки дрожали, дыхание было прерывистым, загнанным. Мэн Яо поймал его расфокусированный, чумной взгляд и со сладким ужасом понял, что хваленая выдержка все-таки оставила Лань Сичэня. Тот валял его по всей койке, целовал, облизывал, покусывал, стискивал так, что хрустели ребра, будто хотел стать с ним единым целым. И все это молча, без единого стона, зато Мэн Яо начал всхлипывать от обрушившихся на него ощущений. Потом Лань Сичэнь накрыл его собой, схватил оба запястья одной рукой, прижал их к постели и вошел. Мэн Яо потянулся к нему всем телом, обнял ногами спину и закричал, и кричал все то время, пока тот его трахал, ему казалось, что он не выдержит, что это слишком — слишком мучительно, слишком хорошо, слишком ярко… Было невыносимым так полно, так откровенно кому-то принадлежать. Он выгнулся в оргазме, так и не прикоснувшись к члену, а Лань Сичэнь от этого зрелища совершенно обезумел. Мэн Яо даже на миг испугался, что он его порвет. Когда Лань Сичэнь кончил и сполз с него, зажмурившись, сжав челюсти, но не издав ни звука, Мэн Яо себя чувствовал так, будто побывал в кольцах огромного питона. Даже с учетом действия стимулятора было тяжело выдержать слетевшего с катушек первого мастера Ланя.

Когда тот открыл глаза, взгляд его уже был ясным, хотя и печальным.

— Кажется, я заразился от тебя любовью к укусам. — Лань Сичэнь задумчиво и несколько виновато погладил кончиками пальцев его шею. Наверняка там остались засосы.

— Я скажу тебе все фамилии, которые смогу вспомнить, — ответил Мэн Яо, устало опуская ресницы. — Но сомневаюсь, что мои старые знакомые были настолько хитры.

Лань Сичэнь отвел с его лба потные волосы.

— Я тебя люблю. И буду защищать, чего бы мне это ни стоило.

Мэн Яо вздрогнул, а потом едва не рассмеялся. Он мог себя поздравить: добился признания в любви от такого человека, как Лань Сичэнь, и не имел возможности ни на мгновение в него поверить. Столь жестоко жизнь над ним еще не издевалась.

— Спасибо, гэгэ, — ответил он.

Как он и думал, Сюэ Ян не упустил возможности над ним поиздеваться. Причем устроил целое шоу: показывал на него пальцем, хватался за живот, бил себя ладонями по коленям. Мэн Яо безучастно наблюдал и ждал, когда ему надоест.

— Если бы Не Минцзюэ помер сейчас, неизвестно, насколько задержалась бы операция и получилось ли бы ее сделать, — сумел вставить Мэн Яо между очередными приступами демонического хохота Сюэ Яна. — Интереснее тут, кто узнал про груз, успел поменять его, да еще и сделать мишенью именно меня.

— Может, кое-кому ты наконец надоел? — успокоился наконец Сюэ Ян. — Столько времени тут торчишь, и все без толку.

— Смысла нет, — отрезал Мэн Яо. — Моя смерть сейчас ему ничего не даст. Но это кто-то либо из ближайшего окружения, либо с очень хорошими связями.

Он потер лоб. Приказ не сходить с корабля на Илине оказался совершенно некстати, но ослушаться командира Не сейчас было бы неблагоразумно.

— Я не смогу послать отчет на Илине, — признался он неохотно. — Изложишь сам всю ситуацию. Меня уже раз подставляли. Пусть ищут утечку лучше.

Сюэ Ян снова предсказуемо развеселился.

— Да ты неудачник, дружок! Смотрю, сиятельный Лань тебе все мозги вытрахал. Тянешь небось, потому что с его членом расстаться не можешь.

Мэн Яо утомленно прикрыл глаза от этой пошлости. Но Сюэ Ян все не унимался:

— Хочу рядом оказаться и посмотреть, как он тебя на помойку выкинет, когда все узнает. Этих порядочных ковырни — внутри будет все то же дерьмо.

— А то ты встречал хоть одного порядочного человека в своей жизни! — не удержался Мэн Яо, хотя вступать в перепалки с Сюэ Яном было себе дороже.

Тот резко выбросил вперед бионическую руку и до боли сжал его щеки.

— Давай ты заткнешься? А то я порву тебе рот от одной милой ямочки до другой.

Мэн Яо медленно высвободил лицо.

— В мои намерения не входило тебя оскорблять, — ответил он, хлопнув ресницами. — Я всего лишь поддержал нашу дружескую беседу.

Но Сюэ Ян уже пришел в себя.

— Я предупредил! — Он задорно улыбнулся и помахал рукой. — Если спровоцируешь — пеняй на себя.

Когда он вышел, Мэн Яо потер щеки. Очевидно, у Сюэ Яна сработал какой-то психологический триггер. Знать бы еще на что.

На Илин они прилетели без происшествий. Мэн Яо перечислил командиру Не фамилии нескольких контрабандистов, и разговор на этом был закрыт. Он не обольщался, что его рассказ об увеселительной прогулке возле рокового груза полностью приняли на веру, но разобраться с непосредственной угрозой было пока важнее.

На планете предполагалось пробыть четыре дня. Верный приказу не покидать «Ба Ся», Мэн Яо проводил время, снова и снова разделяя симбионта и носителя на смоделированной им виртуальной модели, экспериментируя с лекарственными составами, гоняя за ингредиентами в аптеки Илина всех, кто попадался под руку. Чаще других добровольцем вызывался Лань Ванцзи. После того как за покупками сходил Вэй Усянь, который по ошибке отдал Мэн Яо тюбик смазки вместе с препаратами по списку, а потом в присутствии Лань Ванцзи потребовал его обратно (Мэн Яо предполагал, что он сделал это специально), тот взял на себя обязанность при каждом походе в город интересоваться, не нужно ли доктору Мэну еще какое-нибудь лекарство. Операцию планировали провести на Баошань — крупной планете с хорошим медицинским центром. Да, в медотсеке «Ба Ся» все оборудование было готово и настроено, но Мэн Яо категорически потребовал подстраховки на случай неудачи.

Что касается груза, как признался Лань Сичэнь, на Илине про него никто ничего не знал, накладные от заказчика получены не были и, если бы не аванс, можно было бы считать, что этот контракт всем приснился.

— На таможне эту капсулу не принимают, за пределы космопорта ее не вывезти, на поле оставлять нельзя: крупногабаритный мусор. Попробуем избавиться от нее на Баошань. Обратимся к консулу, возможно, по его базе можно будет узнать, кому она принадлежит.

Сун Лань, обследовавший капсулу, заявил, что никакой опасности она не представляла — стандартная спасательная модель. При этом открыть ее не получалось: требовался код или хотя бы панель для его ввода.

— Может, новости посмотрим? — предложил Сюэ Ян на третий день, когда весь экипаж собрался на ужин. Его улыбка была такой радостной, что Мэн Яо сразу заподозрил неладное.

— Обойдемся без пропаганды, — недовольно фыркнул Вэй Усянь.

— Но, учитель Вэй, я сегодня в торговом центре краем глаза зацепил один выпуск, и вроде бы он касался вашей семьи, — невинно захлопал глазами Сюэ Ян.

Лицо Вэй Усяня затвердело. Он включил экран на стене кают-компании. После блока рекламы шли новости. И в одной из первых показали помпезный ужин в «Башне золотой чешуи» — резиденции клана Цзинь. Глава клана Цзинь Гуаншань поднимал тост в честь своего наследника, Цзинь Цзысюаня, новоиспеченного директора Центра медицины и фармакологии Ланьлина. Лицо того, как показалось Мэн Яо, было не слишком довольным. Зато Не Хуайсан рукоплескал изо всех сил, и даже Цзян Ваньин одобрительно кивал. Яньли, жена Цзысюаня, с улыбкой сжала его руку, а трехлетний сын, Цзинь Лин, которому было плевать на праздник, с решительным видом утащил с его тарелки виноградину. Совершенная идиллия.

— Фу, это про моего зятя! Павлин надутый! — сказал Вэй Усянь.

Мэн Яо опустил глаза в миску, рассматривая острую лапшу с овощами, свое любимое блюдо — Лань Сичэнь побаловал. Почему-то есть не хотелось.

— Сичэнь-гэ, я сейчас вернусь, — шепнул ему Мэн Яо. — Забыл, что у меня остались сладости, пойду принесу.

Выходя, он услышал за собой торопливые шаги и, вздохнув, повернул к медотсеку.

— Ну что, отшлепали тебя? — со злорадным удовольствием протянул Сюэ Ян, как только за ними закрылась дверь. — Папочка зол из-за провала операции и наказал сынка-неудачника? Или ты думал, тебе и правда отдадут директорское кресло, когда есть другой сын, лучше и законнее?

Вообще-то Мэн Яо был таким наивным кретином, что действительно так думал. В конце концов, он столько лет убивался ради этой должности. Но теперь что? Ему показали, чего он на самом деле стоит? Что он пустое место? В своем невероятном высокомерии Цзинь Гуаншань не подумал, что эта демонстрация отцовского недовольства будет воспринята не как наказание, а как предательство?

Мэн Яо сделал несколько глубоких вдохов и с улыбкой повернулся к Сюэ Яну.

— Операция еще не окончена, ведь так? Думаю, все еще можно исправить.

Сюэ Ян только расхохотался.

— Ты бы видел свое лицо! С тобой рядом никаких развлечений не надо.

Мэн Яо и сам чувствовал себя посмешищем. Он улыбнулся еще шире.

Глава 18. Приманка

Баошань находилась недалеко от Центра Поднебесной, в планетарной системе, граничащей с колонией Юньмэн. Полет туда от Илина занимал четыре дня и два прыжка. Лань Ванцзи перестал отходить от Вэй Усяня, они, кажется, в кои-то веки начали спать в одной каюте. Зато днем в кают-компании иногда появлялся Вэнь Нин. Лань Сичэнь обязательно старался включать того в разговор, и даже командир Не пару раз задал какие-то технические вопросы, а Вэнь Нин охотно и подробно на них отвечал. А потом шел давать последние наставления Сун Ланю, с которым, как это ни удивительно, сумел сдружиться.

Не Минцзюэ отменил их с Мэн Яо тренировки, но Лань Сичэнь поспешил того успокоить, сказав, что командир в принципе сейчас меньше тренируется: не до конца восстановился после нападения рептилии и чувствует нагрузку на сердце. Мэн Яо ответил, что при осмотре ничего не заметил, и посоветовал командиру поберечь себя.

Накануне второго прыжка, когда Мэн Яо в очередной раз проверял оборудование и совершенствовал тесты для системы сканирования, в медотсек практически ворвался возбужденный Вэнь Нин.

— Д-доктор М-мэн! — начал он с порога. — П-пойдемте, б-быстрее! Т-там ч-ч-человек!

Он даже схватил Мэн Яо за рукав и потянул за собой.

— Где человек? — удивился тот. — А-Нин, о чем ты?

— В к-капсуле! — Вэнь Нин нетерпеливо тащил его вперед. — Л-лань-г-гэ смог ее от-открыть! Он п-пошел за к-команд-диром!

Мэн Яо настолько опешил, что без возражений добежал до инженерного отсека. Посреди него стояла черная капсула с распахнутой крышкой. Он подошел ближе, с замиранием сердца заглянул внутрь. Под прозрачным защитным куполом в темном анабиотическом растворе и правда лежал человек.

В отсек вбежали остальные члены экипажа, кроме Сюэ Яна: тот свободное время проводил в своей «стрелялке», пытаясь побить рекорд Вэй Усяня. Все сгрудились вокруг капсулы. Мэн Яо пару раз имел дело с анабиотическим оборудованием, так что без колебаний коснулся панели управления на куполе — тот осветился. Человек оказался молодым мужчиной, темноволосым, с изящными чертами лица, бровями вразлет и закрытыми глазами. Он был одет в белый медицинский сьют, что казалось странным: обычно в анабиоз погружали обнаженными. Возможно, кто-то действовал впопыхах.

— Интересно, — нарушил молчания Не Минцзюэ, — и кого это нам подбросили? Доктор Мэн, он жив?

Тот вызвал экран с показаниями жизнедеятельности организма в анабиозе. Прочитал их и, вздрогнув, приблизил лицо к куполу. Так и есть: из-под воротника сьюта виднелись грубые, давно зажившие рубцы.

— Жив, командир. На выход из анабиоза потребуется не меньше суток — у него было ранение грудной клетки с обширной кровопотерей. Ткани регенерировали, но нужно реанимационное оборудование.

— А к-кто это? — спросил Вэнь Нин.

— К сожалению, пока он в растворе, понять невозможно, — ответил Мэн Яо. — Анабиозное оборудование не снимает отпечатки пальцев и не распознает рисунок роговицы. — И добавил на всякий случай: — Лично я первый раз его вижу.

— Уверен? — повернулся к нему Не Минцзюэ. — С учетом того, что его подкинуло то же лицо, что устроило на тебя ловушку, этот человек должен быть связан с тобой.

Мэн Яо еще раз добросовестно осмотрел спящего красавца.

— Он врач, — указал он на очевидное. — Но я не знаком со всеми врачами Поднебесной.

Командир Не раздраженно вздохнул.

— Значит, сдадим его в госпиталь на Баошань, — вынес он вердикт. — Надеюсь, там нас не будет ждать обвинение в похищении человека. Пусть лежит в инженерном. — Он обернулся к Сун Ланю. — Мастер Сун, если его состояние начнет меняться, сразу сообщать мне и доктору Мэну.

— Слушаюсь, — ответил Сун Лань.

Лань Сичэнь покачал головой.

— Наш корабль в последнее время стал объектом пристального внимания. Интересно, чем мы это заслужили?

Лань Ванцзи поднял на него взгляд.

— Думаешь, это из-за проблем в Ланьлин? — спросил Лань Сичэнь, и Мэн Яо тут же обратился в слух.

Но Лань Ванцзи лишь чуть дрогнул ресницами в его сторону и пожал плечами. Ясно, при Мэн Яо он говорить не собирался. Похоже, они знали достаточно о проблемах в Ланьлин, и, возможно, подозрения Цзинь Гуаншаня о подрывной деятельности «Ба Ся» были небеспочвенными. Это следовало бы проверить.

— Единственный плюс всей этой истории с подкинутым анабиозником — что он красивый, — заявил за ужином Вэй Усянь. И тут же добавил: — Не такой красивый, как Лань Чжань, конечно, но согласитесь, его красота сразу окружает сюжет романтическим ореолом!

— Не неси чушь, — мрачно ответил командир Не. — Ты говоришь, как мой брат: тот тоже вечно отвлекался на птичек, цветочки и прочую дребедень.

— Хуайсан — знаток прекрасного! — наставительно поднял палец Вэй Усянь. — Помню, показывал он мне один сайт…

Лань Ванцзи повернул к нему голову.

— Я ведь тебе тоже показывал! — обрадовался Вэй Усянь. — Там было такое…

Он показал руками, что там было. Мэн Яо решил, что не хочет этого знать.

— Что за анабиозник? — вдруг поднял голову от миски Сюэ Ян.

— А, ты же не в курсе, — тут же переключился на него Вэй Усянь. — Мастеру Суну удалось открыть капсулу, и там оказался прекрасный мужчина в анабиозе. Готовый сюжет для квеста.

Сюэ Ян неудачно вдохнул и закашлялся.

— Это была спасательная капсула с человеком? — переспросил он сипло.

— Угу. Пойди взгляни на него. Как ты ухитрился все пропустить?

Он не успел договорить, как Сюэ Ян сорвался с места и сбежал из кают-компании. Вэй Усянь фыркнул:

— Порывистый какой юноша, — и потянулся за добавкой.

Мэн Яо подавил желание пойти следом: не следовало привлекать к Сюэ Яну лишнего внимания. Но такая сильная реакция была подозрительной. Возможно, на этот раз ловушка была расставлена не на Мэн Яо? Но тогда их неизвестный недруг обладал поистине устрашающей осведомленностью.

Они с Лань Сичэнем шли к каютам, когда на комм Мэн Яо пришел сигнал из медотсека.

— Кто-то пытается туда попасть, — встревоженно сообщил он.

На полу возле медотсека они обнаружили Сюэ Яна, и выглядел тот отвратительно — весь дрожащий, в слезах, соплях и следах рвоты.

— Мастер Сюэ, что с вами случилось?! — Лань Сичэнь кинулся к нему и подхватил под спину, помогая подняться. — Вы отравились?

— Наверное, — пробормотал Сюэ Ян, стуча зубами. — Дайте лекарство.

Мэн Яо поспешно открыл дверь медотсека, и они затащили Сюэ Яна внутрь, уложили на смотровой стол.

— Сичэнь-гэ, я займусь им, — с ласковой заботой сказал Мэн Яо. — Спасибо за помощь.

— Не уходите! — Сюэ Ян схватил ладонь Лань Сичэня и прижался к ней лицом. — Мне очень плохо…

«Вот подлец! — мысленно восхитился Мэн Яо. — Знает же, что я буду его допрашивать, и тянет время».
Лань Сичэнь растерянно погладил Сюэ Яна по голове. Мэн Яо остро захотелось свернуть тому шею. Он набрал в инъектор лекарство и с большей силой, чем это было необходимо, прижал к его предплечью. Лань Сичэнь тем временем принялся вытирать лицо Сюэ Яна влажными салфетками. Тот бросил на него странный взгляд, но безмолвно принял заботу. Мэн Яо встретился с Сюэ Яном глазами. Если он правильно понял, они с Лань Сичэнем только что стали свидетелями самой настоящей истерики. Теперь он уже не сомневался в том, что анабиозник был старым знакомым Сюэ Яна. Очень важным знакомым. Когда тот заснул, они положили его на одну из коек в медотсеке, и Мэн Яо запер дверь.

Он вернулся утром, дождавшись, когда Лань Сичэнь уйдет в спортзал. Сюэ Ян сидел на койке и крутил в руках лазерный скальпель.

— Кто это? — с мягкой улыбкой спросил Мэн Яо.

Сюэ Ян вытянул губы трубочкой и постучал пальцем по подбородку.

— Ты о ком?

Мэн Яо вздохнул.

— Давай опустим ту часть разговора, где я обещаю разузнать все через наших общих знакомых, а ты грозишь вырвать мне язык и выколоть глаза, потому что хочешь сохранить его личность в тайне. Кто это, А-Ян?

Тот сверкнул глазами, но в конце концов откинулся на кровати, сдаваясь.

— Ну-у… Его зовут Сяо Синчэнь.

— И кто такой Сяо Синчэнь? — терпеливо спросил Мэн Яо.

— Мой знакомый. — Сюэ Ян издевательски оскалился.

Мэн Яо покачал головой.

— Позволь, я сам себе отвечу? Ты годами что-то искал… Эту самую капсулу, так ведь? Теперь она практически упала тебе в руки, и ты в панике, потому что Сяо Синчэнь про тебя знает что-то, что не должно становиться достоянием общественности. Потому что боишься, что он скажет… — Он очень внимательно следил за выражением лица Сюэ Яна и поймал момент, когда оно немного расслабилось. — Ах, потому что боишься за него. Порядочный человек на твоем пути? Кто бы мог подумать, А-Ян.

— Если с его головы упадет хоть волос, я выпотрошу Лань Сичэня и заставлю тебя сожрать его кишки, — прошипел тот.

— Ну что ты, почему я должен желать вреда Сяо Синчэню? Я ведь про него ничего не знаю. — Мэн Яо склонил голову к плечу. — Его поиски были как-то связаны с провалами в памяти Сун Ланя, так? — и щелкнул пальцами. — Он тоже с «Байсюэ»? Один из генетиков?

Он успел вовремя отступить, и скальпель пролетел мимо него, врезался в стену, а следом кинулся Сюэ Ян. Мэн Яо мысленно поблагодарил уроки Не Минцзюэ, когда сумел уклониться от смертельного удара и отпрыгнуть за смотровой стол.

— Думаю, мы будем друг другу полезны, А-Ян. — Они кружили вокруг стола, как два хищника, и Сюэ Ян следил за ним прищуренным глазами, готовя следующее нападение. — Ты ведь сам видишь, что я в опале. Поддержишь меня — я помогу тебе его спрятать. Если убьешь — не выйдешь из медотсека живым. Искин оповещает об изменении жизненных показателей членов экипажа.

Сюэ Ян остановился, смерил его взглядом и медленно улыбнулся широкой, немного безумной улыбкой.

— Что это ты придумал? Ах, сученыш! Решил шантажировать папашу? Мне нравится!

Мэн Яо бы тоже нравилось. Если бы теперь он не зависел от такого непредсказуемого существа, как Сюэ Ян.

Глава 19. Водоворот

На Баошань было раннее утро, снаружи корабля моросило. Мэн Яо вдохнул свежий воздух с запахом дождя, топлива и летного настила, подставил ладонь под капли. Они прилетели накануне, командир Не с Лань Сичэнем отвезли капсулу с анабиозником в центральный госпиталь имени Баошань Саньжэнь и оплатили там реанимационную палату для Вэй Усяня на случай, если что-то пойдет не так.

Мэн Яо назначил операцию на утро: Вэй Усянь, которого за день до операции лишили ужина, ныл и капризничал, скрывая огромное беспокойство, и ужасно ему надоел. Сейчас он пытался очистить голову от посторонних мыслей, но они все равно мешались и не хотели исчезать.

За ним и Сюэ Яном кто-то пристально следил. Этот кто-то знал их прошлое и имел практически неограниченные финансовые возможности. К тому же этот кто-то был человеком изобретательным, довольно жестоким и с фантазией. Нападения начались, когда Мэн Яо устроился на «Ба Ся». Он привлек внимание именно этим? Кто-то защищал экипаж «Ба Ся»? При этом следил за логистикой корабля, имел доступ к данным о заказах и очень боялся себя раскрыть. Кто-то, кто был в курсе разработок «Байсюэ». Но откуда этот неизвестный мог знать, что Сюэ Ян в исступлении ищет своего Сяо Синчэня?

На ладонь упала тяжелая капля, разбилась на брызги. Мэн Яо вздохнул. А-Цин, помощница Сюэ Яна. Она была рядом с Сюэ Яном все эти годы поисков, а тот не отличался молчаливостью. Видимо, девчонка все-таки осталась жива.

Итак, состоятельный, имеющий связи с Ланьлин и экипажем «Ба Ся». Кто бы это мог быть? Цзян Ваньин? По словам отца, Мэн Яо представлял того кем-то вроде бледной копии Не Минцзюэ. Но командир Не не стал бы действовать хитро. Возможно, подобное мнение о Цзян Ваньине было ошибочным? Или за ним стоял кто-то еще? Например, Цзинь Цзысюань. Мэн Яо покачал головой. Нет, он встречал Цзинь Цзысюаня, тот был слишком надменен для закулисных игр. Лань Цижэнь? Никогда, если дядя хоть немного походил на племянников. Не Хуайсан? Даже думать об этом было смешно.

На плечи Мэн Яо легли знакомые руки.

— Все готово. — Лань Сичэнь поцеловал его в макушку. — Усянь переодевается. Я буду тебе ассистировать, Ванцзи — дежурить возле двери на случай, если что-то понадобится.

— Спасибо, гэгэ. — Мэн Яо обернулся. Операция должна пройти идеально, ему жизненно необходима преданность этих людей. Он приподнялся на носках и поцеловал Лань Сичэня в губы. — На удачу.

Тот улыбнулся.

— Я в тебе уверен.

Когда они вошли в операционную, Вэй Усянь крепко, всем телом прижимался к Лань Ванцзи, а тот обнимал его так, будто хотел спрятать от мира.

— Думаю, операция займет часов шесть. — Мэн Яо отвернулся помыть руки. — Второй мастер Лань, подготовьте за это время побольше питьевой воды, пожалуйста.

За его спиной раздался шелест, нервный вздох, скрип операционной камеры — это Вэй Усянь в нее наконец укладывался.

— Хорошо, — после паузы ответил от двери Лань Ванцзи. — Что-то еще?

Мэн Яо повернулся. Вэй Усянь вдруг приподнялся в камере и позвал:

— Лань Чжань!

Тот перевел на него взгляд. На его лице, казалось, жили только глаза.

— Я тебя люблю, Лань Чжань! — Вэй Усянь ослепительно улыбнулся.

— Я тебя тоже люблю, Вэй Ин. — Мэн Яо и не знал, что эти глаза могут быть настолько выразительными.

Лань Ванцзи кивнул, сжал кулаки и вылетел за дверь. Вэй Усянь приложил руку к сердцу и лег обратно.

— Фух, как это сложно, оказывается, — заявил он.

Лань Сичэнь коснулся его плеча.

— Я думаю, у вас еще будет время привыкнуть, — сказал он.

— Ну уж нет, я еще не скоро снова решусь! — Вэй Усянь поерзал и зажмурился. — До встречи через шесть часов?

— До встречи, мастер Вэй, — улыбнулся Мэн Яо и подал команду закрытия операционной камеры. Она наполнилась усыпляющим газом, черты лица Вэй Усяня тут же расслабились, и он обмяк.

— Готов? — обернулся Мэн Яо к Лань Сичэню. Тот кивнул, придвинул ближе высокую кювету с питательным раствором для симбионта.

Мэн Яо глубоко вздохнул, поместил руки в операционные манипуляторы. Над грудью Вэй Усяня зажегся огонек лазера: операция началась.

Он вытаскивал симбионта почти четыре часа по разработанной заранее матрице. А потом еще три — сшивал ткани, сосуды, ставил на место нервные окончания и впрыскивал регенерирующие растворы. Вэнь Нин бултыхался в кювете черной сферой и иногда вытягивал в воздух ложноножки. Его показатели были стабильны.

Через семь часов Мэн Яо в последний раз посмотрел на экран с диаграммой состояния Вэй Усяня, убедился, что тот в порядке, и без сил опустился на пол, стаскивая с лица сканирующие очки.

Лань Сичэнь тут же сунул ему в рот трубочку глюкозно-протеинового коктейля. Мэн Яо благодарно кивнул.

Получив разрешение войти, Лань Ванцзи ринулся к камере с Вэй Усянем и прижал к ней ладони.

— Операция прошла успешно, — прохрипел Мэн Яо ему в колено, не имея сил поднять голову. — Наркоз рассчитан еще часа на два.

Лань Ванцзи отошел на шаг, а потом низко, церемонно поклонился, сложив перед собой вытянутые руки.

— Благодарю, — сказал он.

Мэн Яо устало ему улыбнулся. Тут из коридора послышался зычный голос командира Не:

— Он ранен, Ванцзи, иди сюда!

— Кто ранен? — Лань Сичэнь помог Мэн Яо подняться.

Через пару секунд командир Не с Лань Ванцзи втолкнули в операционную гравиносилки с Сун Ланем, и даже на первый взгляд было понятно, что тот не жилец: его грудная клетка была разворочена и обожжена.

«Ах ты, психованный ты идиот!», — с бессильной яростью подумал Мэн Яо. Он вколол Сун Ланю регенерирующий раствор и кинулся мыть руки.

— В сканер его. Сичэнь-гэ, помоги, пожалуйста.

— Конечно, А-Яо. — Тот переодел на нем одноразовый халат, поменял шапочку и протер лицо.

— Характер ранения несовместим с жизнью, — кивнул Мэн Яо на экран сканера. Но по количеству красных секторов на диаграмме всем и так это было понятно. — Мне очень жаль.

Вэнь Нин взмахнул торчащей из раствора ложноножкой и взволнованно ударился о стенку кюветы: симбионты чувствовали запах крови. Лань Сичэнь посмотрел на него, переглянулся с братом.

— Симбиоз его спасет? — хмуро нарушил молчание Не Минцзюэ.

— Можно попробовать. — Мэн Яо вспомнил разговор с Вэнь Нином и понадеялся, что его инстинкты будут сильнее воспитания. — Кладите его на операционный стол, пожалуйста.

Братья уложили Сун Ланя, освободили от одежды, Мэн Яо прицепил к его запястью монитор. Потом осторожно, манипуляторами, выловил Вэнь Нина из кюветы и поместил прямо на рану. Черная жижа запульсировала, пошла пузырями, ложноножки постепенно начали расползаться по обожженной поверхности, будто ее ощупывая. Зрелище было довольно мерзким. Так, сантиметр за сантиметром, симбионт покрыл все тело Сун Ланя. На уровне раны жижа пошла рябью. Мэн Яо склонился, чтобы лучше рассмотреть, и едва слышно ахнул: даже невооруженным глазом было заметно, как медленно, но непреклонно регенерируют живые ткани. Он ни разу еще не видел воочию подобного чуда. Для университетской практики использовались трехмерные модели.

— «Ба Ся», запись макросъемкой, — приказал он. На основе этого материала можно было написать целую научную работу!

— Требуется подтверждение включения записи для мастера Сун Ланя, — объявил искин.

— Подтверждаю, — нетерпеливо ответил он.

Над головой озадаченно хмыкнули, но он не придал этому значения.

— А долго так будет продолжаться? — поинтересовался Не Минцзюэ.

Мэн Яо нехотя оторвался от захватывающего зрелища и проверил монитор состояния.

— От двух до пяти часов, — ответил он. — Зависит от совместимости симбионта с носителем. Вероятность отторжения низкая.

— А как это случилось? — спохватился Лань Сичэнь.

— На «Ба Ся» поступил сигнал о его ранении, — ответил командир Не. — Я отправился искать, еле нашел: его заманили в слепую зону космопорта. Уже сообщил властям. Скоро приедет городская стража.

— А кто стрелял? Куда он уходил с корабля? — удивился Лань Сичэнь.

Командир собирался ответить, но тут его комм запиликал. Извинившись, он вышел из медотсека.

— Его увел Сюэ Ян, — внезапно ответил Лань Ванцзи.

— Но тот не был ранен, так? — Лань Сичэнь нахмурился, а Мэн Яо на секунду прикрыл глаза.

Долбаный параноик бросил ему Сун Ланя, как кость. Но для твердых доказательств одного увечного бортмеханика с симбионтом внутри будет явно недостаточно. Следовало вколоть психопату яд, пока была возможность.

— Кто-то украл из палаты нашего анабиозника, — сообщил Не Минцзюэ. Мэн Яо отстраненно подивился, как быстро с легкой руки Вэй Усяня к тому пристало прозвище. — Его только-только реанимировали.

— И кем он оказался? — тяжело вздохнул Лань Сичэнь. Мэн Яо его понимал: такой переизбыток информации было нелегко усвоить за короткое время.

— Некто доктор Сяо Синчэнь, — прочитал командир с комма. — Первый раз слышу.

— А где Сюэ Ян? — спросил Лань Сичэнь.

Мэн Яо начал разоблачаться. Усталость навалилась на плечи, хотелось свернуться на кровати и заснуть в привычном запахе ветивера.

— Я тоже подозреваю Сюэ Яна, — мрачно сообщил Не Минцзюэ и, дернув щекой, коснулся левой стороны груди. — Его исчезновение слишком уж совпало с пробуждением анабиозника. Вот почему нам подкинули эту капсулу. Наверняка его нанял наш таинственный заказчик.

Лань Сичэнь неожиданно побледнел.

— И он все это время был рядом с А-Яо, — пробормотал он в смятении.

— Мы с ним почти не общались, Сичэнь-гэ, — слабо улыбнулся Мэн Яо. — Он мне ничего не сделал.

Лань Сичэнь покачал головой.

— Допросим этого Сун Ланя, когда очнется, — угрюмо заключил командир Не. — Ванцзи, останешься здесь.

— Да, командир, — ответил тот.

Мэн Яо едва не фыркнул: до пробуждения Вэй Усяня его и так клещами из медотсека было бы не вытянуть.

— «Ба Ся», закрыть все двери, установить защитный периметр. Запретить Сюэ Яну доступ на корабль. При его приближении — предупреждать. — Наконец Не Минцзюэ обратил внимание на Мэн Яо. Окинул его долгим взглядом и кивнул. — Ты хорошо поработал. Отдыхай.

— Спасибо, командир, — слегка поклонился тот, испытывая лишь желание побыть в одиночестве и подумать. У него не осталось союзников, следовало менять стратегию.

Глава 20. Глубокие воды

Мэн Яо проспал почти три часа. Как это бывает после дневного сна, голову будто набили ватой. Умывшись и выпив полкувшина воды, он пошел к своим пациентам. В медотсеке на этот раз было многолюдно. Вэй Усянь полулежал на койке. Его затылок и грудь были заклеены бактопластырем, но в целом он выглядел достаточно бодрым. Лань Ванцзи застыл рядом непробиваемой стеной между ним и Сун Ланем. Но тот не обращал на них никакого внимания. Он сидел на своей кровати с прямой спиной и вид имел очень достойный, несмотря на чудовищные усилия, с которыми выталкивал из себя слова новым языком через восстановленную гортань. На его обнаженном теле не было уже ни следа ранений, кроме метки симбионта. Командир Не и Лань Сичэнь не сводили с него глаз. Когда Мэн Яо вошел, Сун Лань как раз рассказывал, что почти ни на что не обращал внимания все годы, пока был травмирован, и вряд ли сможет вспомнить, чем занимался Сюэ Ян и на кого работал. Речь его была очень медленной, почти нечленораздельной, из нее был понятен скорее общий смысл, а не отдельные слова, но он разговаривал!

— Добрый день! — поздоровался Мэн Яо. — Прошу прощения, могу ли я осмотреть пациентов?

Глаза всех присутствующих обратились на него, и в них он прочел уважение, восхищение, благодарность. Здесь его не считали «шлюхой Вэней», и это было даже приятнее, чем он думал. Пожалуй, если осторожно разыграть свою партию, союзников он себе все-таки найдет.

Вэнь Нин, как пояснил Сун Лань, спал, слишком утомленный регенерацией, и его решили потревожить позже.

— Результаты вашей диагностики потрясающие, — порадовал Мэн Яо Вэй Усяня. — Думаю, если вы продолжите так быстро восстанавливаться, через полгода сможете летать.

— Полгода?! — воскликнул тот. Мэн Яо решил, что он начнет возмущаться, но Вэй Усянь вместо этого завопил так громко, чтобы его наверняка услышали в коридоре. — Лань Чжань! Через полгода я снова полечу!

Потом он с сияющей улыбкой повернулся к Мэн Яо и спросил, понизив голос:

— А сексом когда можно будет заняться?

К счастью, сообщать Лань Ванцзи во всю мощь своих легких, что «смотреть по состоянию, но не раньше, чем через месяц», он не стал.

Сун Лань оказался тихоней. Или ему мешало присутствие Лань Сичэня, который, видимо, решил больше не оставлять Мэн Яо наедине с чужаками.

— Нейронные связи в вашем мозге еще восстанавливаются, — сказал Сун Ланю Мэн Яо. — Возможно, вы будете что-то вспоминать, но лучше не напрягаться, воспоминания вернутся сами. — Он поколебался. — Простите, что пришлось пойти на такие крайние меры. Иначе вас было не спасти.

— Я помню Вэнь Нина. — Взгляд Сун Ланя потеплел. Он произнес это, как «понню внына», но Мэн Яо его понял. — В теле мастера Вэя. И я слышал его сейчас, во время регенерации. Он не паразит, не тварь, как тот, предыдущий. Я рад, что могу помочь ему в ответ.

«Еще один из этих, — подумал про себя Мэн Яо. — Сун Лань отлично впишется в команду благородных героев».

Лань Сичэнь принес обоим пациентам одежду и пригласил в кают-компанию, раз уж доктор Мэн утверждал, что им не обязательно постоянно находиться в медотсеке.

Мэн Яо, который последние десять часов держался на глюкозной смеси и воде, положил себе целую тарелку шариков корабельного пайка и, сев около Лань Сичэня, с удовольствием принялся за еду.

— Расскажите все с самого начала, мастер Сун, — приказал командир Не. — Сюэ Ян опасен, но у нас нет оснований натравливать на него городские власти: вас в качестве жертвы мы уже предъявить не можем. Раз уж пока остаемся на планете, поищем его сами. Любая информация будет полезна.

Сун Лань кивнул, выпил воды и начал говорить. Чем дольше он говорил, тем разборчивее становилась его речь. А рассказ его получился впечатляющим.

Сяо Синчэнь с Сун Ланем родились на одной планете и дружили еще со школы, хотя Сун Лань был старше на несколько лет. После академии сначала Сун Лань устроился на «Байсюэ» бортинженером, а затем туда же в исследовательскую команду попал и доктор Сяо Синчэнь. До войны дела лаборатории шли хорошо, а после — ее финансирование резко сократилось, коллектив боялся роспуска. И тогда руководство получило частный контракт, который оплачивался очень щедро, но требовал строгой секретности и выделенной команды ученых. Сяо Синчэнь в эту команду не попал, как потом выяснилось, из-за слишком высоких моральных качеств. В то же время на «Байсюэ» наняли новых членов экипажа, и одним из них стал второй пилот Сюэ Ян.

На этом месте Сун Лань прервался, чтобы откашляться и попить воды. Но какую бы жалость ни испытывали к нему слушатели, никто не решился предложить ему передохнуть.

Сюэ Ян очень не понравился Сун Ланю, он был слишком непредсказуемым и агрессивным, но Сяо Синчэнь неожиданно и сильно им увлекся. А Сюэ Ян в ответ вцепился в него клещом. «Еще бы!, — подумал Мэн Яо. — Мерзавец всегда был обаятельным, а в девятнадцать еще и хорошеньким, как куколка. И, судя по тому, что я видел, с «порядочного» доктора Сяо тоже хоть картины рисуй». Отношения между Сун Ланем и Сяо Синчэнем в тот период натянулись. Сун Лань считал, что связь с Сюэ Яном слишком нездорова: тот был манипулятором и любителем эмоционального шантажа, но Сяо Синчэнь упрямо верил, что это защитная реакция недолюбленного в детстве человека, и пытался добротой и лаской залечить гипотетические душевные раны Сюэ Яна. Ни к чему хорошему это, конечно, привести не могло, они ссорились все чаще и чаще, и однажды ссора закончилась катастрофой. Сяо Синчэнь ввалился в каюту Сун Ланя, белый от шока, и, поминутно срываясь в истерику, рассказал, что на «Байсюэ» проводят эксперименты с симбионтами. И что он видел лабораторные образцы. Кто ему их показывал, было абсолютно ясно.

«Наверняка Сюэ Ян решил побольнее ударить любовника-чистоплюя», — подумал Мэн Яо, подливая Сун Ланю еще воды.

Сун Лань, кое-как успокоив Сяо Синчэня и убедившись, что тот заснул, пошел разбираться с Сюэ Яном и этими опытами. Они подрались, в разгар драки неожиданно сработала лабораторная сигнализация. Когда они примчались на ее вой, выяснилось, что Сяо Синчэнь в полубезумии уничтожает лабораторные образцы. Его схватила охрана, начала избивать, и Сюэ Ян пришел в дикое бешенство. Он стал вылавливать из кювет полусформировавшихся паразитов и швырять их в толпу. Потом Сун Лань помнил панику, давку, он попытался остановить толпу, и его ею просто смело. Когда он очнулся, с трещиной в ребрах, травмой головы и вывихом плеча, «Байсюэ» была больше похожа на пристанище одержимых.

— Сработал социальный инстинкт симбионтов, — вставил Мэн Яо. — Видимо, паразиты, получив контроль над носителями, начали «заражать» оставшимися образцами всех, кто попадался под руку, выстраивая подобие социальных связей.

Сун Лань бросился искать Сяо Синчэня и нашел его в медотсеке, истекающего кровью. Тот тоже оказался заражен, но, должно быть, экземпляр ему достался малоподвижный, потому что не смог сразу захватить контроль над телом. И Сяо Синчэнь успел сам себе его удалить.

Не имея ни малейших познаний в медицине, Сун Лань сделал единственное, что смог придумать в тот момент, — положил друга в анабиозную камеру, благо их ему доводилось чинить. Тогда уже было понятно, что со станции надо бежать, и Сун Лань поместил камеру в спасательную капсулу, ввел первые пришедшие на ум координаты — их с Сяо Синчэнем родной планеты — и отправил ее в открытый космос. Вот только голова у него к тому времени почти не соображала, и он не подумал, что спасательная капсула не умеет прыгать через гиперпространство. Сюэ Ян обнаружил его там же в ангаре и догадался, что произошло. Он избил ослабевшего Сун Ланя до потери сознания, требуя выдать координаты, затем привел в себя и заразил симбионтом. Сам Сюэ Ян был в защитном костюме, поэтому паразиты до него не добрались.

— Дальше память начинает меня подводить, — закончил Сун Лань и, опершись локтями о стол, спрятал лицо в ладонях.

— Дерьмо, — с чувством резюмировал Вэй Усянь. — А кто потом вас вытащил? И как вы отравили симбионта? А! — Он привычным уже движением потер нос. — Это тоже сделал Сюэ Ян. Наверняка ради координат.

— У меня нет слов, чтобы выразить свое сочувствие, — сказал Лань Сичэнь. — Мастер Сун, примите наши глубокие соболезнования и прошу извинить за этот допрос.

— Интересно, почему на спасательной капсуле не было указания, что она с «Байсюэ»? — спросил Вэй Усянь и тут же сам себе ответил: — Потому что это была не та капсула. Наш заказчик ее поменял. Но зачем?

«Потому что, если бы на таможне Илина всплыла капсула с «Байсюэ», кое-кто наплевал бы на всю стратегию и уничтожил «Ба Ся» в открытом космосе. А это в планы нашего «друга» совершенно не входит», — подумал Мэн Яо.

— И почему тот, кто связан с Сюэ Яном, решил напасть на доктора Мэна? — не унимался Вэй Усянь. — Доктор Мэн, а вы случайно не работали на «Байсюэ»?

— Нет. — Мэн Яо улыбнулся, будто оценив шутку. — Меня только три года назад выпустили из карантинной зоны, где я находился после бегства с Цишань.

— И кто проводил эксперименты? — задал Лань Сичэнь главный вопрос.

Вэй Усянь переглянулся с Лань Ванцзи. Тот кивнул.

— Это как раз понятно, — ответил Вэй Усянь. — Чей крейсер взорвал «Байсюэ»?

— И придумал легенду про нападение корабля симбионтов, — закончил Лань Сичэнь. — Колония Ланьлин.

«Наконец-то», — подумал Мэн Яо.

— Сюэ Яна надо найти раньше остальных, — тяжело проронил Не Минцзюэ в заключение. — Мы с Сичэнем займемся этим с завтрашнего дня. Ванцзи, корабль на тебе.

Тот благодарно склонил голову.

— Что-то я ослаб, — заявил вдруг Вэй Усянь, картинно приложив ладонь ко лбу. — Лань Чжань, не проводишь меня?

— В медотсек, — напомнил Мэн Яо.

У Вэй Усяня сделался такой вид, будто только присутствие остальных удерживает его от неприличного жеста.

— Гэгэ, будь осторожен с Сюэ Яном, — попросил Мэн Яо, когда они уже лежали в постели обнявшись. Оба так устали, что на секс просто не было сил. — Судя по всему, он непредсказуемый психопат.

— Не беспокойся. — Лань Сичэнь нежно очертил пальцами его лицо. — Мастер Сун тоже вызвался пойти с нами. Думаю, втроем мы справимся.

Мэн Яо всерьез подумывал, не сымитировать ли ему с утра приступ желудочных колик, чтобы не позволить Лань Сичэню уйти, но оставил эту мысль. Как выяснилось при операции, тот знал кое-какие азы медицины, а нагромождать одну ложь на другую в данный момент было бы нецелесообразно. Зная командира Не, Мэн Яо понимал, что тот все равно полезет на передовую, а значит, риск для Лань Сичэня был не так велик. Зато от трех противников Сюэ Ян скорее всего попытается сбежать, оставив своего Сяо Синчэня, чтобы потом можно было за ним вернуться. Что Мэн Яо вполне устраивало.

Перед уходом «группы захвата» Лань Ванцзи неожиданно позвал брата в медотсек — поговорить с Вэй Усянем. Лань Сичэнь вышел оттуда посмурневшим, со складкой между бровями. Мэн Яо встревожился и пожалел, что не сможет посмотреть запись их разговора: доступ к журналу был только у командира Не.

На прощание Лань Сичэнь сжал его плечо, кивнул брату, и они с Не Минцзюэ и Сун Ланем отбыли.

К вечеру Вэй Усянь заявил, что ему надоело сидеть в медотсеке и он возвращается к себе в каюту. Мэн Яо обследовал его в очередной раз, вколол регенератор и, наказав Лань Ванцзи строго следить за его состоянием, отпустил.

Теперь у Мэн Яо наконец появилось время продумать свою легенду и подчистить следы. Он побывал в каюте Лань Сичэня, вынес оттуда заодно свою пижаму, кинул в стирку. Простерилизовал пробирки в лаборатории, сгреб и выкинул ненужные препараты, прибрал в своей каюте. Ему оставалось только ждать.

Ожидание, к сожалению, затягивалось. Хорошо хоть, Лань Сичэнь регулярно отчитывался о том, как продвигаются поиски.

Прошло почти четверо суток. Первым о возвращении доложил искин, разразившийся глубокой ночью сразу серией оповещений. Командир Не, старший помощник Лань и бортмеханик Сун появились на территории космопорта. Командир Не ранен. Приближается мастер Сюэ Ян. Мастер Сюэ Ян ранен и без сознания. Мэн Яо кинулся готовить оборудование, Лан Ванцзи подхватил гравиносилки и понесся ко входу в космопорт.

На корабль поднялись шесть человек. Лань Сичэнь управлял носилками с бессознательным Сюэ Яном, Лань Ванцзи — поддерживал командира Не, который порывался идти сам, а Сун Лань с непередаваемым выражением лица вел под руку человека, в котором Мэн Яо узнал Сяо Синчэня.

В следующие часы Мэн Яо не успевал присесть. У Сюэ Яна оказалась раздроблена правая рука так, что на ней практически не держались мышцы, а от костей остались лишь осколки. Пришлось ампутировать ее целиком. Потом его обкололи регенерирующими препаратами и приковали к койке силовыми наручниками.

Не Минцзюэ получил несколько ранений в торс. К счастью, на нем была легкая броня, и раны оказались не слишком глубокими. К тому же нижний слой брони прилип к ранам, препятствуя потере крови. Мэн Яо прочистил раны, зашил их, вколол регенератор и отправил командира Не спать.

Сяо Синчэнь был очень слаб, едва говорил, у него пока еще не восстановилось зрение. Но в обязательной госпитализации он больше не нуждался. Лань Сичэнь под руководством Мэн Яо вколол ему целый стимулирующий коктейль, а потом Сун Лань увел его в каюту отдыхать.

На Лань Сичэне и Сун Лане, к счастью, не было ни царапины.

— Тебе тоже надо отдохнуть, Сичэнь-гэ. — Мэн Яо ласково погладил его по голове, перебирая гладкие прядки. — Я подежурю рядом с Сюэ Яном.

— Боюсь, я пока не смогу заснуть. — Лань Сичэнь выглядел каким-то потухшим. Видимо, сказалось беспокойство за командира. — Иди в кровать, я тебя разбужу, если понадобится.

Мэн Яо поцеловал его в едва шевельнувшиеся губы и послушался. От подушки Лань Сичэня уже почти не пахло ветивером, но Мэн Яо все равно зарылся в нее лицом.

Он проснулся от прикосновения к плечу. Открыл глаза, нежно улыбнулся и потянулся к Лань Сичэню, но натолкнулся на его взгляд и застыл. Он еще никогда не видел у того таких мертвых глаз.

— Что случилось? — севшим от тревоги голосом, спросил Мэн Яо. — Что-то с командиром? Несчастье?

Лань Сичэнь медленно, тяжело поднял руку и показал ему стеклянную баночку с несколькими капсулами на дне.

— Мэн Яо, объясни, пожалуйста, как в лекарстве Минцзюэ от головной боли оказался яд?

Глава 21. Крушение

У Мэн Яо на секунду так свело желудок, будто в него плеснули кислоту. Зато мысли заработали с небывалой четкостью. Он вылез из постели и принялся неторопливо одеваться.

— Сичэнь-гэ, — сказал он вежливо, — ты не мог бы пояснить? Боюсь, я не слишком хорошо тебя понял.

Лань Сичэнь прикрыл глаза и встал.

— Это лекарство, которое я взял из каюты командира Не, — ответил он без всякого выражения. — Я сделал его химический анализ в твоей лаборатории. В состав добавлено активное вещество, которое влияет на сердечно-сосудистую систему. Через сколько недель у Минцзюэ произойдет инфаркт? Или уже дней?

Мэн Яо поднял на него взгляд, полный боли. По его расчетам командир Не должен быть допить отравленную партию еще две недели назад. А в новую он ничего не добавлял. Беда с этими недисциплинированными пациентами.

— И ты считаешь, что именно я его отравил, гэгэ? Почему?

— Потому что я хорошо знаю формулу этого вещества, — ответил Лань Сичэнь. — И смог его синтезировать из сырья, что нашел в лаборатории.

— Не знал, что ты химик, гэгэ, — ответил Мэн Яо. — И мне нечего на это возразить: в моей лаборатории можно синтезировать много ядов.

— Таким же был убит мой отец, — оборвал его Лань Сичэнь. — И тем же способом. Только он принимал лекарство не от головной боли, а от депрессии. Мы заказали частное расследование, я изучал документы и в свое время многому научился.

У Мэн Яо подкосились ноги, он почти рухнул на кровать.

— Ты думаешь, я убил твоего отца?

— Нет, — после паузы ответил Лань Сичэнь. — Ты тогда был на карантине. Но это мог сделать твой хозяин.

Мэн Яо криво усмехнулся.

— Я отравитель, у меня есть хозяин. В чем еще ты меня обвинишь, гэгэ?

— Не называй меня так. — В первый раз в безжизненном голосе Лань Сичэня прорезался гнев. — Я знаю, что ты умеешь играть на эмоциях, но прошу, прекрати. Тебе сейчас поможет только искренность.

— Поможет? — переспросил Мэн Яо горько. — Ты разве уже не вынес мне приговор, не дав и слова сказать в свое оправдание? Какой сейчас прок в моей искренности?

Лань Сичэнь сделал к нему шаг, его лицо на миг исказилось в муке, но тут же снова заледенело.

— Останови действие яда, — сказал он. — Вылечи Минцзюэ, и я тебя поддержу.

Мэн Яо расхохотался. Он знал, что его смех больше похож на истерику, но даже не пытался его прекратить. Лань Сичэнь отвесил ему пощечину. Это было настолько неожиданно, настолько… дико, что он застыл, прижав ладонь к горящей щеке, и неверяще уставился на Лань Сичэня. Тот сжал ударившую руку в кулак. На его лицо было страшно смотреть.

— А если ты просчитался, гэгэ? — тихо спросил Мэн Яо. — Если я не делал яд, ничего не знаю о его составе, не могу создать противоядие? Если настоящий отравитель уже находится далеко-далеко, пока ты тут меня обличаешь?

— Тогда я тоже умру, — ответил тот.

Мэн Яо непонимающе вскинул голову. А Лань Сичэнь задрал рукав сьюта и продемонстрировал ему след от инъекции.

— Я ввел себе яд, который синтезировал, — произнес он с абсолютным спокойствием. — И сделал сканирование, чтобы удостовериться, что не ошибся с обвинениями, прежде чем прийти к тебе.

Мэн Яо застыл. Ему казалось, что моргни он — и рассыплется на куски. Он не мог оторвать глаз от маленькой точки укола, и постепенно его начала бить дрожь.

— Что ты наделал? — прошептал он непослушными прыгающим губами. — Что ты натворил, Лань Сичэнь?

В его голове мелькнула мысль, что это может быть проверка, но тут дверь распахнулась, и в каюту влетел Лань Ванцзи с перекошенным паникой лицом. Он кинулся к брату, схватил его за руку.

— Зачем?! — выкрикнул он.

От охватившего его смертельного ужаса Мэн Яо сполз с кровати на колени, оперся руками о пол, чувствуя, как желудок скручивают спазмы.

— Как ты мог на меня такое взвалить?! — выдавил он.

— Прости, Ванцзи, — сказал Лань Сичэнь.

Через несколько мгновений на голову Мэн Яо легла знакомая рука:

— И ты прости. Но я не мог поступить иначе.

Мэн Яо схватился за эту руку, поднялся с трудом, будто старик.

— Пойдем, — сказал он. — Похоже, ты никому из нас не оставил выбора.

Лань Ванцзи вытащил бластер. Они втроем дошли до медотсека. Там было тихо, только попискивал монитор на запястье Сюэ Яна. Мэн Яо залез в холодильную камеру, достал из нее пробирки с мутной белой жидкостью.

— Сколько ты себе ввел? — спросил он, ни на кого не глядя.

— Три миллилитра, — ответил Лань Сичэнь.

Мэн Яо так сильно вздрогнул, что едва все не выронил.

— Чтобы наверняка, да, Лань Сичэнь? — Он набрал инъектором препарат из двух пробирок. — Дай мне руку.

Лань Ванцзи встал между ними.

— Брат? — спросил он.

— Пожалуйста, доверься мне, Ванцзи, — мягко попросил Лань Сичэнь и задрал рукав.

Мэн Яо сделал ему инъекцию и без сил опустился на стул.

— Ты меня убил, Лань Сичэнь, — прошептал он.

Тот не ответил. Он прицепил к себе ручной монитор и провел сканирование. После чего, покачнувшись, сполз по стене на пол. Лань Ванцзи тут же кинулся к нему, но Лань Сичэнь его остановил.

— Все в порядке, Ванцзи, — сказал он. — Подействовало. — Потом поднял голову и посмотрел на Мэн Яо со спокойной уверенностью. — У тебя был заранее приготовлен антидот. Я тебе помог, А-Яо.

— Сичэнь, ты рехнулся?! — Ладонь командира Не с треском опустилась на столешницу. — Ты соображал, что творил?! Этот стервец врал нам почти полгода, а ты ему доверил свою жизнь?! Весь мозг в член стек?!

Лань Сичэнь стоял навытяжку, сложив руки за спиной, и смотрел прямо на Не Минцзюэ.

— Командир Не, пожалуйста, разрешите вколоть вам антидот, а потом можете хоть душу из меня вытрясти.

— Ты мне тут не выкай! — разъярился Не Минцзюэ еще больше. — Я от любого мог бы ожидать такого безрассудства, даже от Ванцзи, но не от тебя!

— Эй! — возмущенно пробормотал Вэй Усянь.

Мэн Яо стоял позади Лань Сичэня, также навытяжку, и смотрел в пол. Пока все складывалось неплохо: он был жив, командир Не не разорвал его на месте голыми руками, услышав про отравление, хотя явно был к тому близок.

— Прошу тебя, брат Минцзюэ, — тихо сказал Лань Сичэнь. — В последний раз сделай, как я говорю, потом я приведу свои доводы.

— Дерьмо собачье! — выплюнул командир Не, резко задрал рукав и приложил к предплечью инъектор. Потом отбросил его, как ядовитую змею. — Ну, я слушаю. Как ты вообще понял про отравление?

Атмосфера в кают-компании слегка разрядилась. Лань Сичэнь переступил с ноги на ногу.

— Перед тем, как мы отправились на поиски Сюэ Яна, Усянь мне рассказал, что как-то заметил в комме доктора Мэна чье-то сообщение с анимированной обезьяной, — сказал он. — Он тогда посмеялся, что кто-то до сих пор использует эти идиотские эмодзи, и забыл об этом. А потом они начали ходить в виртуальные рейды с Сюэ Яном, и тот постоянно иллюстрировал свои высказывания эмодзи с обезьянами.

Мэн Яо прикрыл глаза. Обезьяны. Его вычислили из-за мерзких обезьян.

— У мастера Вэя очень острое зрение, — сказал он с кривой усмешкой. Он вспомнил, когда тот мог увидеть обезьяну в его комме — на Яншане.

— Я ведь бывший пилот истребителя, — пожал плечами Вэй Усянь и продолжил за Лань Сичэнем: — Я еще удивился такому совпадению. Но, с другой стороны, мало ли обезьян? А потом вы оказались косвенно связаны с Сюэ Яном этим грузом с Луаньцзан. А еще Лань Ванцзи сказал, что вы не ведете запись осмотров Сюэ Яна и мастера Суна. Как-то многовато совпадений набралось.

Да, тут он еще раз прокололся. После операции он был в таком невменяемом состоянии, что не вспомнил об отключенной записи и невольно обратил на нее лишнее внимание.

— Помнишь, когда мы гнались за Сюэ Яном, — обратился Лань Сичэнь к Не Минцзюэ, — тот над тобой поиздевался, спросив, дескать, «сердечко не беспокоит»? И ведь тебе после бега действительно стало плохо с сердцем, поэтому ты и пропустил его выстрелы, я прав?

Не Минцзюэ нахмурился и не удостоил его ответом. Лань Сичэнь вздохнул.

— Я вспомнил смерть отца. Ведь все до сих пор считают, что он умер от инфаркта. Уже тогда я заподозрил, что тебя могут травить. Признаю, я хотел думать, что это Сюэ Ян. Но мы все ели пищу из одного агрегата, пили воду из одного водопровода, у него не было доступа к твоей комнате. Как бы он к тебе подступился? Зато ты единственный регулярно принимал лекарство. Которое я тебе покупал, которое лежало в моей каюте, пока я тебе его не отдавал, и к которому, кроме меня, имел доступ только один человек. — Он обернулся к Мэн Яо. — Ты травил моего друга моими же руками. Когда я это понял… — Он прикрыл глаза и глубоко вздохнул, успокаиваясь. — К счастью, ты выпил не все капсулы из последней баночки, поэтому я смог проверить их состав. Остальное вы уже знаете.

— Но как ты ухитрился заставить меня пить это проклятое лекарство? — Командир Не пришпилил Мэн Яо взглядом к полу. — У меня сильнее начала болеть голова, но почему? Я из твоих рук ничего не… — Он замолк. — Ах ты, змея! Сладости с Цинхэ. А я, идиот, еще их растягивал, чтобы хватило подольше.

— Так вас подослали по-тихому убить командира, доктор Мэн? — поинтересовался Вэй Усянь. — Или чехарда с заказами тоже ваших рук дело? Но как вы ухитрились?

— У меня эйдетическая память, — ответил Мэн Яо и холодно улыбнулся. — Я запоминал торговые штемпели на грузах и передавал информацию о них дальше.

Лань Сичэнь опустил голову. «Да, гэгэ, я опять использовал тебя», — с мстительной горечью подумал Мэн Яо.

— Вот это да! — присвистнул Вэй Усянь. — А дальше — это кому? На кого вы работаете?

Лань Сичэнь повернулся к нему. Мэн Яо посмотрел в его темные, такие теплые прежде глаза, и рискнул.

— На Цзинь Гуаншаня. — И добавил: — Я его незаконный сын.

На лице Лань Сичэня появилось бесконечное удивление.

— Сюэ Ян тоже человек Цзинь Гуаншаня? — спросил Не Минцзюэ.

— Да. Он должен был помочь мне улететь вместе с симбионтом.

— Цзинь Гуаншаню нужен Вэнь Нин? — неожиданно вмешался Сун Лань, вставая. — Для чего? Продолжать опыты?!

Сидящий рядом Сяо Синчэнь на ощупь коснулся его рукава, и Сун Лань сел обратно. Не Минцзюэ сощурился.

— А кто подстроил тебе ловушку и подбросил нам доктора Сяо? — спросил он.

— Я бы сам хотел это узнать, — пожал плечами Мэн Яо. — Видимо, кто-то из ваших тайных союзников. Но точно не Цзинь Гуаншань.

При этих словах Вэй Усянь вздрогнул и переглянулся с Лань Ванцзи.

— Не Цзинь Гуаншань, говоришь… Какое у тебя было задание? И что он обещал? — процедил Не Минцзюэ. — Деньги?

— Я должен был помочь разрушить вашу репутацию, чтобы ни у кого не возникло сомнения в сердечном приступе. И да, привезти симбионта для изучения, — ответил Мэн Яо. — За это меня обещали взять в клан Цзинь. И назначить на пост директора Центра медицины и фармакологии Ланьлина.

— Тот, что отдали надутому павлину? — фыркнул Вэй Усянь. — Вот незадача!

— Ты продешевил, — уронил Не Минцзюэ. — В эту семейку даже за доплату соваться не стоит.

— Согласен! — закивал Вэй Усянь. — Да уж, доктор Мэн, вы нас как-то разочаровали.

— Неужели? — ядовито улыбнулся Мэн Яо. Ему надоело сдерживаться. — Теперь, когда я сделал вам операцию и больше не нужен, меня можно пнуть? Забыть про обещание быть передо мной в неоплатном долгу, а, мастер Вэй? Второй мастер Лань?

— Вы собирались забрать Вэнь Нина! — сверкнул глазами Вэй Усянь. — О каком долге может идти речь?!

— А-Яо прав, — вдруг подал голос Лань Сичэнь. — Какие бы цели он ни преследовал, что получилось в итоге? Минцзюэ, он спас тебе жизнь, хотя по всему выходило, что выгоднее было бы оставить тебя на растерзание той твари. Он тебя травил, но зачем тогда приготовил заранее антидот? И он спас жизнь мастеру Суну, дав Вэнь Нину нового носителя, хотя Сюэ Ян тогда сбежал и в случае чего А-Яо легче было бы исчезнуть и ждать нового пилота с небольшим симбионтом, чем со взрослым сознательным человеком. И, Усянь, я видел, как А-Яо готовился к операции, как самоотверженно он вел себя во время нее. Он сделал все, чтобы ты остался живым и дееспособным. И за это лично я буду ему вовеки благодарен.

Мэн Яо потерял дар речи. «О боги! — подумал он, чувствуя, как в душе что-то обрывается. — Я ведь его люблю».

— Брат Сичэнь, не обижайся, но ты еще более сумасшедший, чем Лань Чжань, — заявил Вэй Усянь. — А если бы доктор Мэн не отдал антидот? Вы бы с командиром оба погибли?

— На Баошань хороший госпиталь, — отозвался Лань Сичэнь. — Минцзюэ бы помогли. Но я был уверен в А-Яо.

У командира Не сделалось такое лицо, будто он хотел взять своего старшего помощника за шиворот и хорошенько потрясти.

Мэн Яо сжал кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладони.

— Я признаю свою вину, — сказал он. — Но мне всю жизнь приходилось полагаться только на себя. Я думал, что найду поддержку у родного отца, а он превратил меня в шпиона, в свою марионетку. — Он перевел дух. — Я собирался уйти. Исправить содеянное. Рассказать вам все, что знаю. А знаю я немало.

Плечи Лань Сичэня слегка расслабились.

— Ты будешь давать показания против Цзинь Гуаншаня? — спросил он.

— Буду.

— И мы с Цзычэнем будем. И Сюэ Ян, — прошелестел вдруг Сяо Синчэнь. — Пожалуйста, разрешите мне с ним поговорить.

Не Минцзюэ обвел присутствующих тяжелым взглядом. Задержал его на Мэн Яо.

— С такими союзниками нам и врагов не надо, — заключил он.

Эпилог

В следующие дни на корабле воцарилась атмосфера легкого абсурда. Или театральной постановки. Мэн Яо вернулся к роли вежливого и предупредительного врача, без устали радеющего о здоровье своих пациентов. Благодаря его заботе Вэй Усянь, Сяо Синчэнь и Сюэ Ян на спринтерской скорости шли на поправку, а Не Минцзюэ забыл о своих ранения уже через день. При этом с самим Мэн Яо обитатели «Ба Ся» держались неестественно, явно не зная, какую линию поведения выбрать. Единственным исключением был Сюэ Ян, который, изнывая от скуки в ожидании нового бионического протеза, искренне всех ненавидел и изводил. Кроме Сяо Синчэня, с которого сдувал пылинки. Сяо Синчэнь же, помня в буквальном смысле как вчера, чем закончились их прошлые отношения, сводил на нет все его поползновения. Это было бы даже смешно, если бы Мэн Яо не сознавал, что находится с Сюэ Яном в одинаковом положении.

Он каждый день добросовестно передавал Лань Сичэню секреты Ланьлина и с тоской ждал этих встреч, потому что лишился иной возможности оставаться с ним наедине. Привыкший к регулярному сексу и постоянному ласковому вниманию, Мэн Яо иногда на стенку лез от невозможности получить ни того, ни другого. Он не был идиотом и понимал, что разбил Лань Сичэню сердце, но не вестись на знакомое ощущение присутствия, на запах ветивера был не в состоянии. Как-то раз, ругая себя за глупость, Мэн Яо приложил руку к дверной панели каюты Лань Сичэня, но та, естественно, не открылась.

Остальное складывалось удачнее, чем он предполагал. Если отбросить эмоции, он добился именно того, что планировал. И даже более быстрым способом. Против него имелись только косвенные доказательства, разбирательство могло длиться годами. И это его вынужденные союзники понимали, так что он, в отличие от того же Сюэ Яна, вполне мог торговаться. С другой стороны, он пока предпочитал этого не делать. Не стоило усложнять и так напряженную ситуацию, ему необходимо было если не их расположение, то хотя бы поддержка. Личность таинственного недруга сильно его беспокоила. Мэн Яо не сомневался, что, погибни Не Минцзюэ, он сам недолго оставался бы в живых. Теперь же он не представлял для экипажа опасности и был одним из ключевых свидетелей в деле против империи Цзинь Гуаншаня. Так что мог чувствовать себя в относительной безопасности.

С другой стороны, этот самый недруг приложил немало сил, чтобы собрать в одном месте всех оставшихся в живых свидетелей катастрофы «Байсюэ», и Мэн Яо не сомневался, что тот готов вот-вот себя показать. Наверняка обвинение Цзинь Гуаншаня в планировании биологической войны окажется ключевым. Но и в «Башне золотой чешуи» тоже не идиоты сидели. Мэн Яо многое бы отдал, чтобы узнать, какая закулисная война ведется сейчас в Центре Поднебесной.

Эта возможность представилась ему даже быстрее, чем он думал, когда в космопорт Баошань прибыл нарядный и сверкающий боевой крейсер Ланьлина «Суйхуа». Кое-кто даже не думал скрываться. Правда, по голосвязи командира Не вызвал, ко всеобщему удивлению, не Цзинь Гуаншань, а его племянник, Цзинь Цзысюнь. С ним рядом сидел растерянный Не Хуайсан и явно не понимал, как оказался в таком обществе. Увидев брата, он помахал тому дрожащей рукой и опустил глаза. «Кто бы мог подумать?» — с долей восхищения удивился Мэн Яо. Похоже, он погорячился, когда отказывал «Башне золотой чешуи» в наличии идиотов.

— Не Минцзюэ, — надменно заявил Цзинь Цзысюань, — мы ждем вас через час на «Суйхуа». Нам нужны Мэн Яо, Сюэ Ян и Сяо Синчэнь.

Значит, о чудесном воскрешении уже знали и на Ланьлине. Не Минцзюэ, до того не сводивший с брата тяжелого взгляда, посмотрел на Цзинь Цзысюня и опасно сузил глаза.

— А вы кто такой? — вмешался Вэй Усянь. — Привет, братец Не!

— Привет, братец Вэй! — Не Хуайсан слабо ему кивнул и спрятался за своим неизменным веером.

Цзинь Цзысюнь от возмущения потерял дар речи.

— Цзинь Цзысюнь, племянник главы Ланьлина, — пришел ему на помощь Мэн Яо. — Добрый день, братец Цзысюнь! Отец знает, что вы здесь?

Тот бросил на него презрительный взгляд и не удостоил ответом. Похоже, его прилет был результатом самодеятельности. Или же умелой манипуляции.

— Вы меня слышали? — переспросил он командира Не. — Даю вам час. И никто не пострадает. Иначе пеняйте на себя.

Он со значением посмотрел вбок, на Не Хуайсана. Тот растерянно на него таращился. А потом вдруг понял:

— Что ты?.. Что ты, братец Цзысюнь, что ты такое говоришь?! Ты меня за этим сюда привез? Не думаю, что старший брат…

— Старший брат до сих пор держит в каюте твою голографию, — с победной ухмылкой заявил Цзинь Цзысюнь. — Не упрямьтесь, Не Минцзюэ. Через час.

И он отключился. Мэн Яо, стараясь оставаться незаметным, отступил за спину Лань Сичэня.

В следующее мгновение того отнесло в сторону, а неодолимая сила протащила Мэн Яо по полу и впечатала в стену. Он больно приложился о нее затылком и зажмурился в ожидании удара. Которого не последовало.

— Сичэнь, отпусти меня! — В рычании Не Минцзюэ почти не распознавалась человеческая речь. — Небеса свидетели, я и так долго терпел!

Мэн Яо приоткрыл глаза. Лань Сичэнь, прилагая неимоверные усилия, удерживал воздетый кулак командира.

— Минцзюэ, прошу тебя! — В мягком голосе Лань Сичэня было слышно нешуточное беспокойство. — Ты его покалечишь.

— И правда, командир, — вмешался Вэй Усянь. — Нам еще вести его на «Суйхуа». А у меня появилась кое-какая идея.

Мэн Яо с облегчением перевел дух. Идея, как выяснилось, была очень рискованная, но другой никто предложить не мог. Надеяться на власти Баошань не приходилось: независимые планеты не вмешивались в дела крупных колоний.

Командир Не вызвал «Суйхуа» и непререкаемым тоном потребовал время до утра, сославшись на тяжелое ранение Сюэ Яна. Они с Цзинь Цзысюнем начали торговаться, пока тот, кинув взгляд куда-то за пределы экрана, не кивнул согласно и поспешно не прервал связь. Мэн Яо показалось, что на заднем плане были слышны приглушенные рыдания Не Хуайсана.

«Суйхуа» выглядела очень величественно, и Мэн Яо подходил к ней даже с некоторым трепетом. Они — командир Не, Лань Сичэнь, везущий на носилках Сюэ Яна, который старательно притворялся умирающим, Сяо Синчэнь, Вэй Усянь, Лань Ванцзи и Мэн Яо — поднялись по трапу и очутились в грузовом ангаре. Вэй Усянь бросил быстрый взгляд на комм и нахмурился.

Напротив входа стояли Цзинь Цзысюнь и Не Хуайсан, которого поддерживал в вертикальном положении вооруженный солдат, вдоль стен выстроились еще пятеро.

Цзинь Цзысюнь поднял руку. Мэн Яо, слегка поклонившись, поспешил к нему. Лань Сичэнь дернулся, чтобы его остановить — в их плане этого не было, — но на его сьюте тут же появились красные точки световых прицелов. Входные пневмодвери начали с шипением закрываться.

Тут в воздухе раздался громоподобный удар, пространство над «Суйхуа» затрещало, разошлось, и в небе, окруженный пурпурным сиянием защитного поля, появился огромный боевой крейсер. Только «Цзыдянь» имел техническую возможность совершать гиперпрыжки прямо к поверхности планеты.

— Наконец-то! — прокомментировали одновременно Вэй Усянь и Не Хуайсан.

Цзинь Цзысюнь в ярости повернулся к последнему, дернул на себя, выхватывая бластер. Не дав себе времени на раздумья, Мэн Яо рыбкой скользнул по полу, идеально сделал сложную подсечку и, сбив Не Хуайсана с ног, накрыл его собой. Прямо перед его лицом мелькнули расширенные от изумления совершенно ясные глаза, а спину прошила дикая боль.

— А-Яо! — страшно закричал Лань Сичэнь.

— Говорит адмирал Цзян с мостика галактического крейсера «Цзыдянь», — прогремел на все летное поле холодный голос. — Цзинь Цзысюнь, бросайте оружие и сдавайтесь.

— Да что вы себе позволяете!.. — начал Цзинь Цзысюнь, но его перебили:

— Цзысюнь, отец арестован, не усугубляй и так тяжелое положение, сдавайся. — Мэн Яо, несмотря на гул в голове, узнал искаженный громкой связью голос Цзинь Цзысюаня и с облегчением потерял сознание.

Очнулся он от оглушительного ора прямо над ухом. Орали все еще по громкой связи.

— Вэй Усянь, еще раз заставишь так срочно мчаться к себе на помощь, я тебе ноги лазером перережу!

— Эй, а почему ты Хуайсана не ругаешь? — возмущался неподалеку ничуть не устрашенный Вэй Усянь.

— Не переводи разговор, твою мать!

— А-Яо! — Мэн Яо лежал на животе и не видел Лань Сичэня, но хорошо мог представить его бледное встревоженное лицо. — Я нашел в твоем поясе регенератор и вколол, все будет хорошо!

— Спасибо, гэгэ! — прошептал Мэн Яо.

— …мог бы и не гонять меня по всей Галактике! — продолжал спорить с небом Вэй Усянь.

— Я тебя защищал, идиот! За тобой охотилась половина Поднебесной! — огрызался в ответ Цзян Ваньин на всю Баошань, ничуть не стесняясь.

— Зачем тогда выставлял с Юньмэна?!

— Потому что не мог рисковать репутацией из-за твоего ослиного упрямства! Ты хоть представляешь, сколько тогда на мне висело кредитов?!

Отношения в семье Цзян поистине были запутанными. Мэн Яо встретил забытье даже с некоторым облегчением.

В очередной раз он пришел в себя уже на койке в медотсеке «Ба Ся». Он попытался перевернуться, но был слишком слаб. Тут по полу прошелестели легкие шаги, и Мэн Яо помогли принять более удобную позу. Он поднял глаза — на него приветливо смотрел Не Хуайсан.

— Благодарю, глава Не, — прохрипел Мэн Яо сухим горлом.

— Не стоит, не стоит. — Не Хуайсан протянул ему стакан с водой, помог сделать глоток. — Мне несложно.

— Не отравлено? — спросил Мэн Яо.

Не Хуайсан приятно улыбнулся.

— Ну что вы, доктор Мэн, я ведь обязан вам жизнью как-никак. — Он легко вздохнул и присел рядом на койку. Похлопал Мэн Яо по руке. — Вы так эффектно меня спасли.

И явно произвел этим впечатление на Не Минцзюэ, понял Мэн Яо. А значит, добился своего. Ребра до сих пор фантомно ныли от соприкосновения с защитной броней под дорогими многослойными тряпками Не Хуайсана.

— Надеюсь, мы в расчете? — спросил Мэн Яо.

Лицо Не Хуайсана на миг опасно заострилось, но тут же вновь приняло благодушное выражение.

— Если больше никогда не попадетесь на нашем с братом пути, то да. — Он провел пальцем по плечу Мэн Яо. Того передернуло. — Иначе я разотру вас в порошок, даже если для этого придется переступить через Лань Сичэня.

— Договорились, глава Не, — склонил голову Мэн Яо.

Дверь медотсека распахнулась, и внутрь заглянул высокий человек с жестким лицом, одетый в фиолетовую военную униформу.

— Хуайсан, ты что тут забыл? Пойдем уже. — Цзян Ваньин поманил того рукой, не удостоив Мэн Яо даже кивком.

— Конечно, Чэн-Чэн, иду-иду, — тут же вскочил Не Хуайсан и порхнул к двери, на прощание сердечно помахав Мэн Яо.

Оставшись один, тот прижал ладонь к сердцу, чувствуя, как быстро оно колотится.

Следующим посетителем, к счастью, оказался Лань Сичэнь. Он проверил состояние Мэн Яо, присел рядом и осторожно притянул его к себе. Мэн Яо со стыдом почувствовал, что готов разрыдаться от облегчения. К сожалению, долго наслаждаться знакомыми объятиями ему не дали.

— Да ты с ума сошел! — раздался от входа возмущенный голос командира Не. — Сичэнь, ты ничему не учишься? Этого мерзавца надо судить, а не обжиматься с ним! Я передам Цзян Ваньину и Хуайсану… Что ты делаешь?!

Мэн Яо заинтересованно приоткрыл глаза.

— Дай руку, А-Яо, — попросил Лань Сичэнь.

Тот повиновался, как под гипнозом. Вокруг его запястья защелкнулся церемониальный браслет. Мэн Яо судорожно вздохнул.

— Доктор Мэн Яо теперь — ответственность семьи Лань, — твердо сказал Лань Сичэнь и добавил со вздохом: — Прости, Минцзюэ.

Тот, страшно выругавшись, вылетел из медотсека. Мэн Яо задумчиво повертел на руке браслет. Сердце сладко сжималось.

— Я хочу, чтобы эти несчастья остались лишь в воспоминаниях, — сказал Лань Сичэнь. — Хочу, чтобы у тебя был шанс показать всем, как ты талантлив. Чтобы твоя история началась с чистого листа, без груза прошлого.

— Поцелуй меня, гэгэ, — попросил Мэн Яо, поднимая голову.

Лань Сичэнь коснулся его губ раз, другой, слегка приласкал языком и со вздохом прервал поцелуй.

— Я тебя люблю, — Мэн Яо закрыл глаза, прижался к нему крепче. — Ты сможешь меня простить?

— Не торопись, А-Яо, — ответил тот, потерся щекой о его волосы. — Мне сначала надо узнать тебя. Главное — ты жив, так что все возможно.

Keruna2020.10.01 00:17
Долго я шла к этому тексту, собираясь прочесть его на разных ресурсах. Наконец, - прочитала здесь. И это совершенно потрясающе! Абсолютный восторг! Спасибо вам огромное за эту историю. За персонажей, за сюжет. За полученное удовольствие. )
Eide2020.10.01 00:59
Keruna, спасибо большое! Ужасно приятно )) значит, не зря принесла! )))
Sherazade2020.10.01 14:51
Красиво получилось переложение "Магистра" на космооперу!

И свой сюжет задорный, при всех отсылках к канону - выглядит достаточно самостоятельным и цельным. Было приятно почитать.
Персонажи здорово поданы, вроде и похожие на канон, а вроде и с поправками на альтернативный сеттинг. Им легко сочувствовать, легко проникнуться симпатией.
Порадовал и ваш юмор, и прописывание деталей сеттинга - космоопера удалась, местами аж родным-любимым "Firefly" пахло ) Да и вообще, есть свое обаяние в историях о том, как в корабле, бороздящем очередные просторы, собирается слегка безумная компания со сложными взаимоотношениями. И вы на этом обаянии отлично сыграли!

И даже при том, что я далеко не фанат сияо... половину обычных вопросов к пейрингу сняли совсем другие обстоятельства, в которых все происходит, половину - то, что роман персонажей четко вплетен в общую историю. Без него интригу и ее развязку, вы тоже сложили бы, наверно, если б захотели, но уже иначе. А чтоб именно так - роман оказался нужен, из песни слова не выкинешь )
Пожалуй, только одно и оставило некоторое удивление - выглядящее несколько внезапным начало романа. Не то что бы вовсе ничего не предвещало, но как-то кажется, что оно сразу и вдруг. Но потом разворачивается сюжет, захватывает внимание собой и становится уже не до этого удивления )
Зато итог отдельно порадовал. И тем, какой получилась история с противоядием и совсем финальным - "Мне сначала надо узнать тебя, но все возможно". Красиво все-таки.
Eide2020.10.01 17:05
Sherazade, спасибо за такой подробный отзыв! Очень приятно! ))
Порадовал и ваш юмор, и прописывание деталей сеттинга - космоопера удалась, местами аж родным-любимым "Firefly" пахло
Да, Firefly сама обожаю, и идея "отбросов в космосе" давно не давала покоя )))

А чтоб именно так - роман оказался нужен, из песни слова не выкинешь
Это очень, очень увесистый комплимент! Спасибо вам за него огромное! ))

выглядящее несколько внезапным начало романа
размазала мысль ))По моей задумке, Сичэнь человек очень романтичный, и его до глубины души потрясло, что Яо тогда спас. Так что Яо для него был окружен таким романтическим ореолом, а тут он его еще раз встретил, и все эти большие глаза-ямочки-очарование конечно сразу его сразили ))) Ну и плюс Яо такой полезный, такой талантливый. В общем, Сичэнь очень сильно увлекся, еще и отсутствие нормального секса наложилось, простите за прозу, поэтому его так штырило)))) Если в тексте это не очень видно, то это, конечно, мой промах))
Sherazade2020.10.02 10:23
Eide,
идея "отбросов в космосе" давно не давала покоя )))
Здорово, что вы за нее взялись )

размазанный ответ )
Может, промах, а может и нет. Я не поручусь за свою объективность )
Если бы речь шла о пейринге, к которому я хотя бы нейтральна - возможно, мне с головой хватило бы раскиданных по тексту отсылок к истории их знакомства, как обоснования, откуда что взялось. Как и того, что почему бы двум взрослым людям не хотеть секса, если препятствий к этому никаких нет.
А что Сичэнь довольно романтичен и к людям в целом настроен по умолчанию дружелюбно, если только они не сделали что-то конкретно не то... это в тексте как раз легко считывается )
корень_зла2020.10.06 12:20
Отличный фик! Отличные Сияо! Всё отлично! Спасибо, мне очень понравилось)))
Eide2020.10.06 15:03
корень_зла, спасибо вам! Очень приятно))
Achenne2020.10.28 18:39
Вот все-таки "Магистр" в целом не низашол, но именно космическая аушка замечательна, лучше канона, по-моему :D
Eide2020.10.28 20:50
Achenne
Ты мне очень льстишь🤣 но спасибо!
Water2020.11.04 13:36
Жалковатое название. Не в том смысле, что слова плохо сказаны, сказаны-то они хорошо, да не вами.

Жалко выглядит.
Adminадмин2020.11.04 14:24
Water, предупреждение за спам. При продолжении аккаунт будет заблокирован.

Keishiko2020.11.15 10:59
Ещё раз перечитала и получила то же море удовольствия от того, какие они все здесь клёвые ) И как Мэн Яо удержан на грани, когда он вроде бы канонный, но точка невозврата ещё не пройдена и есть шанс развернуться на светлую сторону.
Eide2020.11.15 15:18
Keishiko спасибо огромное! ♥️ Да, вовремя попал в хорошую компанию, не то что в каноне))
Сладкая жопка Яо2020.11.27 13:19
Я обычно не люблю AU, но эту прочитал на одном дыхании, вот, решил зарегаться чтобы проголосовать. Спасибо, я перечитаю еще не раз.

Но как ты ухитрился заставить меня пить это проклятое лекарство? — Командир Не пришпилил Мэн Яо взглядом к полу. — У меня сильнее начала болеть голова, но почему? Я из твоих рук ничего не… — Он замолк. — Ах ты, змея! Сладости с Цинхэ. А я, идиот, еще их растягивал, чтобы хватило подольше.

Змея 😍 Отличные характеры, в точку, в AU такое бывает редко.
Арт составляющая тоже на высоте!
Eide2020.11.27 21:18
Сладкая жопка Яо
Отличный ник 🤣
Спасибо! Самая большая похвала, что читают, несмотря на нелюбовь к ау♥️
цитировать