Азиатские новеллы и дорамы 3-15К;количество слов: 5879

Тест драйв на богах

саммари: — Да, — ответил Е Сю, — только представь, как бы все обрадовались, если бы я не пошел?
— Ты прав. Надо было идти.
примечания: Фик был написан на ФБ-2020 для команды Аватара короля
предупреждения: Осторожно, зона, полная интернет-мемасиков, чужих боянов и шуток про второе место (нет, не надоело)
«Слава „Славе“» была известна на всю страну. Если в эфир попадал обычный игрок, то становился популярным, как про. Если же в эфир попадал про, то становился популярным как…

— Четырехкратный чемпион. — Ли Бохай, представитель «Славы „Славе“» улыбнулся и ненавязчиво подтолкнул к Цзялэ контракт. Цзялэ толкнул его назад.

— Там ведь не будет Е Цю?

Ли Бохай улыбнулся, широко и неискренне.

— Зачем нам какой-то Е Цю, когда к нам придет сам Чжан Цзялэ?

Хуан Шаотянь бы на этом месте напыжился от гордости… но не повелся бы. Никто бы на такое не повелся.

— Е Цю точно не будет?

— Нет.

— Впишите в контракт.

— Уже.

— А…

— В новой версии. Мелким шрифтом. По совету бога Чжан Синьцзе, — пояснил Ли Бохай в ответ на подозрительный взгляд Цзялэ.

— Хм.

Чжан Цзялэ отыскал нужное место: мелким, муравьиным шрифтом там и вправду было написано что-то такое. Подозрительность взревела как пожарная сирена.

— Секундочку. — Он оставил Ли Бохая наедине с банкой холодного кофе и пошел искать Чжан Синьцзе. Тот нашелся в тренировочном зале и безмятежно пил чай, глядя, как Хань Вэньцин отрабатывает кувырки под водой.

— Я быстро, — пообещал Цзялэ, и хмурые складки на лбу у Ханя немного разгладились. Ого, подумал Цзялэ, но вслух сказал: — “Слава “Славе”, договор, Е Цю и мелкий шрифт.

— Не благодари, — сказал Синьцзе.

Цзялэ задумался.

Блядь.

Вернулся к контракту, изучил написанное мелким шрифтом. Прикинул шансы на появление Е Сю — интересно, кого они пытались наебать этими играми с фамилией? Еще раз посмотрел на Ли Бохая — тот улыбался уже натянуто и даже как будто немного вспотел.

Положа руку на сердце, вероятность, что Е Сю появится на ток-шоу, стремилась к нулю. Хотя бы потому, что во всем Китае не осталось настолько ебанутых журналистов, которые стали бы с ним работать по доброй воле. Хотя с Е Сю ни в чем нельзя быть уверенным. Но должно же Цзялэ повезти хотя бы в такой малости?

Вспоминать, почему он на все это согласился, прямо сейчас не хотелось. Во всем был виноват финал чемпионата мира. Цзялэ яростно подергал себя за хвостик и порвал резинку.

Он с некоторой мстительностью потянул еще немного время, а потом быстро расписался в положенных местах, смахивая с глаз рассыпавшиеся пряди. Ли Бохай долго кланялся, а потом на нетвердых ногах убрался прочь, оставив Цзялэ размышлять — почему именно он? А не, скажем, Фан Жуй, Юй Вэньчжоу или вообще Тан Хао.

— Ты из нас всех самый красивый, — сообщил Синьцзе, когда Цзялэ вернулся в тренировочную и поделился недоумением.

— Самый красивый у нас Цзэкай, — меланхолично ответил Цзялэ.

— Ты второй по красоте, — поправился Синьцзе, а Хань закашлялся. Цзялэ кинул в него мышкой.

— Меня все ненавидят, — сообщил он, ловя мышку, которую Хань метнул ему обратно. — Все. От вас особенно не ожидал.

— Серьезно? — удивился Синьцзе.

Пришлось признаться:

— Нет. Моя вера в людей умерла еще на первом сервере.

— Это всего один раз, — проговорил Хань, но Цзялэ пессимистично покачал головой. Все так говорят. А потом обнаруживаешь себя черт знает где, черт знает с кем и черт знает зачем. Он дернул себя за хвостик. Может, обрезать?

— Может, тебе понравится, — предположил Синьцзе.

— Нет, — сказал Хань.

— Нет, — согласился Синьцзе.

— Моя собственная команда, — вздохнул Цзялэ. — Кто там хоть будет.

— Зрители, — сказал Хань.

— Никаких про-игроков, — сказал вслед за ним Синьцзе.

Вот блядь, подумал Цзялэ. Но отступать было поздно. Да и не хотелось.

К эфиру он готовился тщательно: искал футболку с изображением себя. Правда, это было несколько…

— Чересчур, — отметил Синьцзе, все так же безмятежно прихлебывая свой чай. — Но попытка хорошая.

За спиной у него виднелся открытый про-чат, бурливший смайлами и всяким непотребством.

— На кого ставят? — спросил Цзялэ, не мог не спросить.

Синьцзе еле заметно улыбнулся.

— Скажем так, ты второй фаворит.

Бросить в него было нечем, и Цзялэ ушел.

В студию он явился за полчаса до назначенного срока и, выглянув на сцену, присвистнул. Ивентами его было не удивить, но этот, юбилейный, обещал быть просто роскошным. На сцене гоняли виды Небесной сферы на новом, революционном движке. Эффект полного присутствия.

Паранойя в Цзялэ подняла голову.

— Что мне нужно будет делать? — спросил он у ассистентки продюсера, стараясь не морщиться, пока его лицо нежно обхаживали кисточками со всех сторон.

— Выжить, бог Чжан, — поклонилась та.

— В смысле, в матчах?

— И в матчах тоже.

Самые черные подозрения Цзялэ превратились в уверенность.

Ну ладно, подумал он, еще посмотрим, кто кого. Строго говоря, его даже не наебали — чисто технически Е Сю уже не являлся про-игроком. И сейчас этот простой обыватель чинно сидел в кресле для гостей — рядом стояло такое же — в футболке с изображением…

Цзялэ понял, что сейчас взорвется. И только мысль о том, что это доставит удовольствие Е Сю, помогла взять себя в руки. Он пересек студию, наполненную светом, беготней и воплями, уселся в кресло рядом и сказал:

— Крутая футболка. — С живота Е Сю на него смотрело его собственное, Цзялэ, лицо. Возможно, это были футболки из одной партии. — Знал, что нравлюсь тебе.

— Как всегда второй, — сообщил Е Сю снисходительно. — Пораньше выходить не пробовал?

— Иди нахуй, — с нескрываемым удовольствием послал его Цзялэ. — Что ты здесь делаешь? Ты же в отставке.

— Узнал, что здесь будешь ты.

— Ну да, ну да, — покивал Цзялэ. Вытащить Е Сю из “Славы” мог только очередной про-матч, закончившиеся сигареты и новости о предстоящем ивенте. Подождите-ка…

Е Сю в это время огорченно смотрел на табличку, где было крупно написано “Не курить”. Цзялэ подавил порыв сорвать табличку и выбросить ее подальше. Е Сю взрослый человек, захочет — сделает это сам. Цзялэ вернулся к причинам, по которым Е Сю мог здесь оказаться. Значит ли это, что матчи будут на новых картах? Или против новых боссов?..

— Люблю смотреть на три вещи, — сказал Е Сю, — как течет вода, как ты проигрываешь очередной финал и как действует твоя мысль.

Так.

Цзялэ будет выше этого.

— Вода-то чем перед тобой провинилась, — проворчал он.

— Ха-ха, — засмеялся Е Сю.

“Пидорас”, — мысленно добавил Цзялэ и показал факи с двух рук. Где-то в стороне щелкнула вспышка, раздалась сдавленная ругань, короткие звуки драки, и помещение вновь наполнилось ровным гомоном ведущей подготовку к эфиру студии.

Цзялэ представил, как в завтрашних таблоидах начинает циркулировать отобранная и проданная из-под полы фотка: он, факи и Е Сю, и словно вживую услышал голос замкапитана: “Немного чересчур. Но попытка хорошая”. Старина Хань, наверное, просто похлопает его по спине. “Пидорас, да” — будет написано у него на лице, хотя вслух он, конечно, ничего не скажет.

Е Сю смотрел на Цзялэ и ухмылялся. Цзялэ подчеркнуто посмотрел на табличку “Не курить” и тоже ухмыльнулся.

— Да ладно, — хмыкнул Е Сю. — Ты можешь лучше. Давай, постарайся.

Цзялэ мечтательно вздохнул и бросил длинный, призывный взгляд в сторону таблички. Е Сю насупился.

Делать больше и вправду было нечего, и какое-то время они просто сидели молча. Изредка к ним подбегали гримерша, ассистентка продюсера, сам продюсер, непонятные люди со студии. Наконец подошел какой-то мужик в белоснежном костюме и с таким количеством грима, что вполне мог на самом деле оказаться девушкой.

— Фейерверк! — воскликнул мужик, потирая руки. — Нам нужен настоящий фейерверк! Бог Чжан, надежда на вас!

Е Сю он подчеркнуто игнорировал, украдкой вытирая пот.

Мужик сразу не понравился Цзялэ.

— Это кто? — спросил он у Е Сю.

— Где?

— Вот, — Цзялэ ткнул пальцем в мужика.

— А я откуда знаю? — возмутился Е Сю.

— Ты пришел раньше меня, ни на что не годный ты засранец. Мог бы выяснить.

— Я надевал свою новую футболку, — Е Сю аж выпрямился в кресле от негодования, вид у него был разгневанный и праведный.

Цзялэ только закатил глаза. Как будто это кто-то посчитает за оправдание. Дома надо было надевать.

— Она у тебя что, с кринолином?

— Меня зовут Вэй Таохань, и я буду вашим ведущим, — перебил их мужик.

Как некультурно. Цзялэ сердечно улыбнулся, пока ведущий кланялся и бурно, неискренне радовался их приходу. Новенький, что ли? Впрочем, учитывая, что они пригласили Е Сю, приходилось признать — у китайской киберспортивной журналистики есть яйца.

И, подождите… У них что, будет прямой эфир? Серьезно? Прямой эфир с Е Сю? Цзялэ пришел в восторг.

Е Сю достал из пачки сигарету, сунул в рот, но зажигать не стал.

— Полумеры, — съязвил Цзялэ. — Не знал, что ты настолько размяк.

— Вот-вот, — посопел Е Сю, — старайся дальше. Уже почти обидно.

Цзялэ скрестил руки и отвернулся. Он не будет улыбаться. Не будет. Еще чего не хватало.

— Так что насчет фейерверков? — вспомнил Цзялэ и повернулся к мужику. — Вам было мало Е Сю в прошедшем сезоне?

У мужика сделалось такое лицо, как будто ему надо прямо сейчас к маме. Даже интересно, на что он рассчитывал.

До начала эфира оставались считанные минуты, им еще раз проверили грим и отдали последние указания.

— Фейерверк! — произнес одними губами ведущий и повернулся к камере: — Всем привет! С вами “Слава “Славе””, и сегодня нас ждет нечто божественное! Даже дважды божественное!

Цзялэ улыбнулся камере, Е Сю только лениво передвинул сигарету в другой угол рта.

— Буууууууууу!!! — раздался такой оглушительный шум, что у Цзялэ заложило уши. Он посмотрел в зал с уважением — “Тирания” что, выкупила все билеты?

— Бууууууууууу!! — еще более громкое и энергичное гудение перекрыло фанатов “Тирании”. Среди всего этого рева раздавались одинокие “Будь ты проклят!” и “Вернись!”.

Е Сю помахал рукой. Выглядел он при этом немного как задрот и много как самый настоящий бог, недостижимый и плевать хотевший на мирское. Цзялэ поразмыслил и тоже помахал. Проклятья стали громче.

“Пидорасы”, — с нежностью подумал Цзялэ. А потом снова подумал.

— Е Сю, можешь ответить на один вопрос?

Ведущий насторожился, Е Сю тоже.

— Почему на твои встречи ходят фанаты “Тирании”?

— Скучают по мне? — предположил Е Сю. — Кто еще мог хорошенько вздрючить старину Ханя?

Цзялэ задумчиво покивал. В этом что-то было. Его бывшие фанаты перековали свою любовь в ненависть. Возможно, у Е Сю с фантами “Тирании” обратный процесс, они так долго ненавидели его, что полюбили?

Он очнулся, когда понял, что в студии царит тишина. Из зрительского зала не было слышно даже шороха. Он что, рассуждал вслух?

Цзялэ поднял глаза. Е Сю смотрел на него с восторгом и уважением, а ведущий — с каким-то священным ужасом. Цзялэ пожал плечами. Они же не могут вырезать из эфира эту часть, верно? Он снова помахал, на этот раз фанатам “Тирании”. Те ему поддерживающе похлопали и совсем немного осуждающе посвистели.

Е Сю пошевелился, достал потрепанный черный блокнот и карандашом поставил в нем крестик.

— Бог Чжан Цзялэ, — ведущий явно взял себя в руки и принялся за дело, — ты знал, что сегодня в студии с тобой будет бог Е?

— Нет, — сказал Цзялэ. Ведущий помрачнел: ответ был вежливый, но скучный, совершенно точно не фейерверк. — Кто в здравом уме вообще мог его пригласить?

У ведущего было лицо человека, который тоже не понимал, кто в здравом уме мог пригласить Е Сю.

А Е Сю тихо засмеялся.

— Что? — недовольно проворчал Цзялэ. — Не нравится, отвечай сам.

Ведущий откашлялся.

— Да, в прошедшем сезоне нашей братии доставалось, — подтвердил он слабым голосом. — Но нельзя не признать, что все выступления бога Е были для нас сложными, но интересными. Это был вызов! — воскликнул он.

— А, так вам адреналина не хватает? — догадался Е Сю.

— Нет! — торопливо произнес ведущий. — Зато у нас острая нехватка пикантных историй. Бог Чжан, вы часом не хотите рассказать что-нибудь эдакое про бога Е?

Цзялэ сделал вид, что не понял, к чему тот клонит.

— Эдакое это какое?

— Чтобы фанаты “Тирании” порадовались, — ведущий улыбался как настоящий представитель китайской киберспортивной журналистики, весь прошлый год стонавшей от Е Сю.

— Ну… — Цзялэ задумался. — Так сразу и не скажешь. Хотя… Вспомнил!

— Да? Да?! — ведущий аж засветился от предвкушения и вытянул шею.

— Собственный клуб выгнал его в ночь зимой без шапки и запасных трусов.

В зале раздались возмущенные крики “Бу-у-у-у!”, “Сдохни! Просто сдохни!” и “Капитан Очевидность!”

— Мы знаем, бог Чжан, — кисло сказал ведущий. — А есть что-нибудь эээ, менее известное? Или более новое?

— Но фанатов “Тирании” этот факт радует так же, как в первый день, — справедливо заметил Цзялэ. — Мне ли об этом не знать.

“Бу-у-у!” — отозвались на это фанаты “Тирании”. “Сдохните!”, “Сдохните уже!”, “Сдохните оба!” Сквозь гневные крики едва пробился отчаянный одинокий вопль “Ну-у верни-ись!”

— А ты, бог Е? — улыбка у ведущего была бледная, но он держался. — Есть что рассказать о боге Чжане?

Е Сю задумался:

— Когда он собирается использовать ледяную пулю, то всегда дожидается отката оглушающей, а до этого взрывает последовательно не менее пяти гранат. Если сделать поправку на солнечный свет и отражение солнечных лучей от водной поверхности, то можно довольно точно предсказать момент использования хаотичного грома.

Цзялэ онемел от возмущения, а ведущий деловито уточнил:

— Бог Е, вам не кажется, что это не очень честно — раскрывать секреты мастерства товарищей по сборной всему миру?

Е Сю пожал плечами:

— Про-игроки рано или поздно заметили бы. Лэлэ должен учиться новым трюкам, — наставительно добавил он.

Цзялэ закрыл лицо рукой. Что за хуйню несет этот придурок, какое еще отражение от водной поверхности? Нахуя пять гранат, у них кулдаун четверть секунды? Столько вопросов, и ни одного ответа. Ведущий кивал с очень умным лицом, и Цзялэ наполнился сочувствием.

— Что ж, — с ноткой некоторого превосходства сказал ведущий, — бог Чжан, теперь, когда Е Сю раскрыл один из ваших секретов, будете как-то перестраивать игру?

Сочувствие моментально испарилось.

— Разумеется, — серьезно ответил Цзялэ. — Мне придется сделать это, думаю, как вариант задействовать гранату-искатель сразу после отложенного взрыва.

Е Сю закашлялся чуть ли не до слез и показал Цзялэ большой палец.

— Бог Е, — встрепенулся ведущий, — вы считаете, эта тактика будет иметь успех?

— Первое время — определенно. Такое вряд ли будет кто-то ожидать. Но потом ее эффективность тоже снизится.

После того, как все перестанут ржать, подумал Цзялэ и вспомнил слова Ханя: это всего один раз Вздохнул — тут и одного раза за глаза. — Труп. Ты труп, как только мне дадут в руки мышку и клавиатуру, — сказал Цзялэ. — Ну, если тебе не стыдно пинать бедного, вышедшего в отставку старика… — сказал Е Сю. — Если это намек на фору, то хрен.

— Быть жадным — плохо.

— Сдохни? — почти культурно попросил Цзялэ..

— И-и-и мы прервемся на рекламу! — вклинился ведущий. — Оставайтесь с нами, и мы увидим, чем закончится это противостояние на совершенно новой карте “Славы”. Только для настоящих поклонников бесстыдства! — ведущий подмигнул в камеру. — Я хотел сказать “Славы”.

Вообще количество рекламных пауз угнетало. Такое ощущение, что канал решил ободрать как липку всех спонсоров, какие только пришли в голову. Перерывы сменялись блиц-опросами, Е Сю ловко лавировал между трэш-толком, выдачей крупиц информации о сборной и периодически изображал из себя дурачка, который не понимает, чего от него хотят.

Цзялэ в какой-то момент даже задумался, не рассказать ли, что Е Сю носит трусы в зеленый цветочек на оранжевом поле, но решил приберечь это на самый крайний случай. Совесть его не мучила. Почему Е Сю можно нести хуйню про его игру, а Цзялэ про его трусы — нельзя? Можно.

Эфир шел своим чередом, ведущий поинтересовался, как это было — приглашение в сборную, и Цзялэ начал вспоминать.

— Хань Вэньцин отказался сразу, а когда обратились ко мне…

— Подожди, тебя что, позвали в сборную вторым?

— Заткнись. Тебя вообще последним.

— Последний — это первый с конца. Я первый. А ты как обычно.

— Иногда я хочу его убить., — пожаловался Цзялэ ведущему. Вид у того был сочувствующий. Похоже, режиссер этой передачи — свой человек, по крайней мере ведущему до сих пор не объяснил, что уважаемые члены сборной по “Славе” несли невероятную хуйню. Вполне возможно, он тоже хочет полюбоваться на заголовки газет с секретными техниками Цзялэ.

— Понимаю, — покивал ведущий. — С Е Сю сложно играть?

— Отвратительно.

— Тогда, может, поделитесь, бог Чжан, откуда идут истоки вашей нелюбви к совместной игре. Может быть, был какой-то неприятный опыт?

Цзялэ изо всех сил напряг память и вспомнил, как этого мужика зовут.

— Ведущий Вэй, как вы относитесь к сексу с мужчиной? Вам нравится?

— Что? — с его лица сошла краска. — С чего вдруг такой вопрос? Отрицательно отношусь.

— А что так, ведущий Вэй? Был неприятный опыт?

— Реклама! — рявкнул режиссер со своего насеста, и все снова забегали.

Е Сю лежал на скрещенных руках, плечи тряслись, и он тихо хрюкал. Проржавшись, он поднял смеющиеся глаза и пристыдил Цзялэ:

— Нет в тебе жалости.

— А в тебе есть? — удивился Цзялэ. — Эти люди бессмертные, не переживай. Они пригласили в прямой эфир тебя.

— Это они зря, — согласился Е Сю.

— Уверен, они это сделали из вежливости и жалости к твоим преклонным годам, — заметил Цзялэ. — С твоей стороны было очень некультурно соглашаться.

— Да, — ответил Е Сю, — только представь, как бы все обрадовались, если бы я не пошел?

— Ты прав. Надо было идти.

Они переглянулись с пониманием.

— Так что, — Цзялэ с благодарностью принял от ассистента чашку с удивительно ароматным чаем и даже прикрыл глаза ото удовольствия, — думаешь, нам сегодня обломится?

— Думаю, да, — Е Сю серьезно кивнул. — Если нет, то это будут самые бездарно потраченные часы моей жизни.

— Ну, чай здесь неплох, — справедливо заметил Цзялэ, делая глоток. Съемочная группа нервно переговаривалась, кто-то куда-то звонил. Цзялэ на миг малодушно подумал, что их прямо сейчас выгонят взашей. А потом подсмотрел статистику аудитории на одном из мониторов и понял, что их не то что не выгонят, а, скорее, прикуют цепями к столу.

Е Сю покосился на чашку у Цзялэ в руках, потом на надпись “Не курить” и страдальчески свел брови. Цзялэ некоторое время с наслаждением наблюдал за душевными метаниями, а потом подтолкнул ему чай.

— Да возьми уже с собой, придурок, — и нет, никакой нежности в его голосе не было. Просто Е Сю действительно идиот.

Цзялэ вздохнул, глядя в удаляющуюся сутулую спину. Подумал, не пойти ли вместе с ним, но стало лень.

Пока Е Сю курил, Цзялэ листал про-чат, подставлял лицо гримеру и скучал. В чате делали ставки, как скоро их обоих выгонят из студии. Цзялэ молча кинул скриншот со статистикой с официального сайта канала и закрыл чат.

Совещание в дальнем углу студии закончилось с приходом очередного костюма. Костюм казался смутно знаком. Костюм резко покачал головой, и Цзялэ его узнал.

Фан Шицянь. Давно не виделись — и еще бы столько же. Пальцы сами набрали комбинацию из шквала атак. Цзялэ в свое время одинаково ненавидел играть что против Кордицепса, что против Стража ветра. По слухам, после отставки Фан Шицянь устроился в компанию-разработчика, и это было логичное продолжение карьеры такого бесстыдного пидораса как он.

Значит, их с Е Сю действительно ждет что-то интересное. Кончики пальцев потеплели в предвкушении.

“Перерыв”, — просигналил режиссер для Цзялэ, и тот расслабился, глянул в расписание. Сейчас будет шоу новых технологий, где зрителям расскажут, на что способен новый демонстрационный движок. Самому Цзялэ это было не очень интересно, чужие бои он предпочитал изучать в записи с камеры, но зрителям нравилось.

Е Сю вернулся, тихо сел на свое место и наклонился к Цзялэ, показывая взглядом на Шицяня, который продолжал говорить с режиссером.

— Плохо дело, — покивал Цзялэ, — нас ждет необъятных размеров жопа.

Ликование в собственном голосе решительно противоречило словам. У Е Сю тоже блестели глаза.

— Бог Е, бог Чжан, пора, — подбежала к ним помощница продюсера и, кланяясь едва ли не на каждом шагу, повела Цзялэ к устроенному на одном конце студии игровому месту. Кто-то еще точно так же вел Е Сю.

— И-и-и… три-два-раз, и мы наконец готовы к уникальному событию, — кто-то из персонала студии сделал отмашку, и к Цзялэ подскочил ведущий. Глаз у него все еще дергался, но на губах играла принужденная улыбка: замечание Цзялэ он не забыл (и при случае наверняка за него подосрет, точнее, попытается), но киберспорт требовал новой жертвы на алтарь, и ведущему Вэю не оставалось ничего, кроме как пожертвовать собой. — Такого вы еще никогда не видели! Тест-драйв на богах! Абсолютно новые, совершенно уникальные нововведения, которые доступны всем нам прямо здесь и сейчас. Компания-разработчик приветствует вас всех и надеется, что вы по достоинству оцените грядущее обновление!

— Бог Чжан, прошу, ваши мышь и клавиатура. Бог Е вон там. Приступайте, — прошептал один из ассистентов, пока ведущий разливался соловьем.

— Я-то приступлю, но что, он уже вас настолько допек? — притворно посочувствовал Цзялэ. — У нас тут вообще-то боссы.

В устремленном на него взгляде ассистента была написана откровенная неприязнь.

— Бог Е, — окликнул он Е Сю. — У вас тоже есть клавиатура и мышь.

Е Сю кивнул.

— И-и-и раз-два… И-и-и вот оно, того, чего мы все так долго ждали! — ведущий махнул себе за спину, где на огромном, во всю стену дисплее виднелся незнакомый Цзялэ по “Славе” пейзаж и их с Е Сю персонажи, стоящие как два придурка. — Новая локация, созданная разработчиками “Славы” в рамках большого обновления специально для Небесной Сферы! Новая карта — руины заброшенного города! — новые мобы и, может, даже… — ведущий выдержал многозначительную паузу. — Новые боссы. И все это мы увидим прямо сейчас… Ну, или не увидим, если боги Чжан и Е и вправду поубивают друг друга.

Надежду в голосе ему так и не удалось замаскировать. А Цзялэ осторожно взял карту аккаунта, которую ему принесли на серебристом, отражающем бесконечные огни софитов, подносе. Такая знакомая, потертая от частого использования.

Ослепительная сотня цветов в полной боевой выкладке.

Цзялэ искренне надеялся, что клуб все это дело хотя бы застраховал.

Он посмотрел на персонажа Е Сю. Стоящий неспециализированный персонаж был в “Славе” всего один. Моментальное узнавание ёкнуло где-то в груди, а Мрачный лорд отсалютовал Сотне цветов и замер в героической позе — это было бы до смешного нелепо у любого другого. Но не у Е Сю, с его какофонией из снаряжения. Иногда Цзялэ подозревал, что Е Сю — цветоаномалист.

Он бы даже первоуровневым клериком выглядел бы воинственно и круто, подумал Цзялэ с невольной и непрошенной нежностью.

— Иииии, — голос ведущего легко накрыл оглушительный шум зала, — разработчик представляет уникальную возможность участникам, — он сделал театральную паузу, и весь зал затих. — Весь полученный лут из всех убитых монстров забрать себе! Как вы думаете, это стоит того, чтобы постараться и успеть зачистить локацию первым?

Если здесь Фан Шицянь, то последнее, что их должно беспокоить, — это соперничество друг с другом.

От Е Сю его отделяла прозрачная перегородка, и Цзялэ проартикулировал: “Пополам”, на что Е Сю мгновенно показал большой палец. В чат же локации Цзялэ быстро написал:

— Тебе лучше не попадаться на моем пути, весь лут будет мой.

— Мечтай-мечтай, — мгновенно ответил Е Сю. — Пока я думаю, надрать тебе задницу сразу или пока живи.

— Вот и я никак выбрать не могу.

— Сколько вообще длится эта передача?

— Не знаю. Никогда ее не смотрел.

— И я. Но вряд ли долго. Давай прошвырнемся по руинам, а отодрать тебя я и на тренировке смогу.

— На этот раз я брошу перед откатом оглушающей пули шесть гранат, так и знай.

Ответом ему был валяющийся от смеха смайлик.

Карта оказалась крошечной. Это была первая жопа, которую приготовили им организаторы. Не настолько, чтобы толкаться локтями, но достаточно маленькая, чтобы иметь совсем мало места для маневра. Этой картой разработчики здорово ограничили возможности персонажей.

Бок-о-бок они зашагали по улицам разрушенного города. Цзялэ играл в “Славу” уже почти десять лет, но никогда не уставал любоваться ее видами, ее локациями, ее разрушенным, сметанным на живую нитку магии миром, еле пережившим катаклизм.

Стоп! Они замерли одновременно. Вот так сразу? Цзялэ водил камерой, пытаясь понять, что его зацепило. Вот оно! Они с Е Сю двинулись, замерли, прислушиваясь к звукам “Славы”. Граната? Слишком быстро, они мало что поймут. Он осторожно взвел курок, активируя скилл.

— Хороший выбор, — прошептал Е Сю, а Ледяная пуля полетела, переливаясь в косых солнечных лучах голубоватым морозным блеском.

А потом исчезла.

Не взорвалась. не врезалась в препятствие, не была скрыта игрой теней и света, как это частенько случалось в “Славе”. Просто исчезла.

Раздался мелодичный звон, и над головами развернулся лидерборд, состоящий из двух строчек:

Ослепительная сотня цветов — 120 очков
Мрачный лорд — 0 очков

В “подвале” лидерборда вспыхнула бегущая строка: “Поздравляем Ослепительную сотню цветов с первым достижением! Вы обнаружили пространственную аномалию”. Далекий хлопок был едва слышным.

Е Сю с интересом хмыкнул, снял с плеча зонт и крутанул его. Зонт распался на винтовку и механическую коробку, а от коробки, тоненько зажужжав, полетел механический глаз, округло поблескивая глянцевым боком. Глаз долетел до точки, где исчезла пуля, немного покружил и двинулся вперед. А потом тоже исчез.

Цзялэ поднял голову от монитора — лицо у Е Сю казалось озадаченным.

— Лэлэ, — торжественно вдруг сказал Е Сю, и Цзялэ как можно внушительнее ответил:

— Нет.

— У тебя уникальная возможности побыть первым, — ничуть не смутился Е Сю. — Когда еще представится такой шанс.

— Конечно-конечно, уже бегу.

— Смотри, все просто, ты идешь на разведку, возможно даже собираешь лут, возвращаешься.

— Сходи-ка ты, — Цзялэ запнулся, вспомнив размер штрафа за мат в прямом эфире, — ...сам погуляй.

По земле тихонечко ковылял маленький искатель. А за ним — еще один. Мрачный лорд мог выпускать до трех искателей одновременно, и Цзялэ с интересом смотрел на это шоу. А потом кинул гранату. Огненный цветок расцвел болезненно-яркой, отпечатавшейся на сетчатке вспышкой. Но в этот момент на долю секунды в воздухе вырисовался дрожащий контур... проема? прохода? треугольника? Но что было важнее, снизу контур резко сужался, до одной точки.

Цзялэ оказался быстрее — просто потому что Е Сю, скорее всего, не полностью закрылся от вспышки. Бросок — забрать, — и в инвентаре появился новый предмет. Со стучащим сердцем Цзялэ развернул окно на весь экран.

Охуеть. Он молча свернул экран, потом снова развернул. Если это то, о чем он думает, если это то… Маунтов они от разработчиков не дождутся, Цзялэ это давно понял. Но это. Если он хотя бы немного разбирался в “Славе” (а Цзялэ немного разбирался в “Славе”), то это портативный программируемый телепорт.

Первый уровень, стояла пометка в инвентаре. В описании шел ряд цифр, координаты. Нет, точно охуеть.

— Я смотрю, ты в кои-то веки первый, — зависть в голосе Е Сю прозвучала райской музыкой, а Цзялэ даже не стал посылать его нахрен.

— Ничего-ничего, возможно, тебе тоже повезет, — радостно утешил он. У Е Сю сделалось такое несчастное лицо, что Цзялэ подавил порыв подойти и погладить по голове.

Лидерборд обновился, сейчас у Цзялэ была одна тысяча сто двадцать очков, а система поздравила с очередным достижением: “Вы нашли первый личный портал”.

Они двинулись дальше. Теперь Е Сю с удвоенным вниманием крутил камерой.

— Почему здесь ни одного монстра? — недовольно сопел он. — Как тут вообще можно зарабатывать очки, разработчики предвзято ко мне относятся, — с жаром заключил он и остановился.

Цзялэ мог бы открыть Е Сю глаза — что очень многие относятся к нему предвзято. Но совсем не в том смысле, про который думал Е Сю. Но не стал этого делать, некоторым полезно побыть в роли неудачников.

Цзялэ постоянно крутил телепорт, перекладывая его из одного слота в другой и любуясь описанием. Даже когда они с Е Сю аккуратно и неторопливо осматривали кусты в поисках — ну хоть чего-нибудь, — Цзялэ не мог перестать возиться со своей новой игрушкой.

Показался другой конец карты, она была даже меньше, чем думал Цзялэ. Изумрудная трава под ногами разбегалась полосами, в проплешинах черной земли кучно росли мелкие желтые цветы.

Ну и где же обещанные боссы, за лут с которых они с Е Сю должны были поубивать друг друга? Цзялэ почувствовал взгляд — Е Сю смотрел на него поверх стекла, и пришлось закатить глаза — за кого он его, в конце концов, принимает, за Фан Жуя?

А через миг земля взорвалась. Тысячи сверкающих лезвий взметнулись к небу, и Цзялэ врубил воздушный огонь, наугад швырнул гранату — просто понять, ощутить тварь под ними. Взвинтил АПМ, уходя от повреждений, когда земля поднялась одним огромным бугром, и их с Мрачным лордом нагнала еще одна волна лезвий — на этот раз с отталкивающим эффектом.

Плохо. Им с Е Сю надо двигаться в другую сторону. Цзялэ крутанул камеру — Мрачный лорд держался одной рукой за крылья ротора, в другой у него был цветочек.

Если он его сейчас начнет показательно нюхать, Цзялэ сам его угробит. Пидорас. Нашел время цветы собирать. Цветок в руках Е Сю вдруг извернулся, раскрыл пасть, полную зубов, и вцепился в руку.

Отравится, бедняга.

Бугор с землей снова дрогнул, потом другой раз, третий, встал на четыре кривые лапы-присоски и взревел. Вот только Рева тут не хватало. А Мрачного лорда уже несло к твари. Он вскинул зонт, складывая лопасти, и через мгновение с его фигуры стекла светящаяся сфера, отменяя действие Рева.

А земля продолжала бугриться, кусты и деревья ломались, выворачиваясь корнями. Цзялэ вспомнил подлое лицо Фан Шицяня. Вся эта сраная карта была боссом! Вот как можно быть таким пидорасом? И они просчитались.

Или нет?

Е Сю сыпал навыками, летящими между стальных лезвий. Сейчас они напоминали гриву дикобраза — ну, издалека, во всяком случае. Босс неуклюже раскачивался на месте, не делая попыток двинуться, и Цзялэ снова прикинул расстояние.

Информация на лидерборде обновлялась с огромной скоростью, Мрачный лорд и Ослепительная сотня цветов менялись местами с частотой раз в секунду, на экран сыпались подсказки — о количестве дамага и эффектах от той или иной атаки.

И в этот момент на экраны рухнула заставка с надписью “реклама”, плотные стены кабинки уехали вверх, и Цзялэ аж отшатнулся от монитора.

Оказывается, пока они играли, вокруг их столов сгрудили камеры, на сцене застыла величественная голографическапя проекция их боя: Мрачный лорд в опасной близости от лезвий-игл размером с Мрачного лорда каждая, Цзялэ сбоку, атакующий гранатами. Один из взрывов расцвел тысячью лепестков огня.

— Друзья мои, пока идет реклама, у нас есть отличная возможность задать нашим гостям несколько вопросов. И — первый из них, — ведущий сделал торжественную паузу, за время которой Цзялэ успел просчитать три связки координат для своей новой игрушки. — Бог Чжан Цзялэ, бог Е Сю — почему вы не объединились в команду?

Повисла пауза. Е Сю почесал в затылке.

— Каждый из вас надеется забрать весь лут? — продолжал любопытствовать ведущий.

— Мы забыли, — сказал Е Сю.

Снова воцарилась пауза.

— Понятно, — ответил ведущий. — Это боги, друзья мои, с их воистину божественными ответами.

Кажется, китайская киберспортивная журналистика не только отрастила себе яйца, но и какой-никакой сарказм. Если они продолжат так же усердно (пытаться) пинать Е Сю, лет через десять Цзялэ даже сможет их уважать.

Впрочем, этот блиц оказался не таким плохим. Что боги думают о боссе, какие у них предположения о скиллах, как планируют уничтожать и возможно ли это. Что в рамках “Славы” означает возможность неограниченного перемещения на длительные расстояния, и что произошло в сборной между Чжан Цзялэ и Е Сю.

Если ведущий пытался так усыпить их бдительность, то это зря. Вся сборная давно научилась мастерски сливать этот вопрос. Шаотяню его, например, уже больше никогда не задавали, Вэньчжоу — тоже. Фан Жуй, Тан Хао и Сунь Сян после вопроса делали такие тупые лица, что было вообще странно, как они мышку мимо уха не проносят.

Цзялэ дипломатично промолчал. Е Сю старший, вот пусть и отдувается.

Пауза затягивалась, пока не стало ясно, что на этот вопрос отвечать никто не будет. И Е Сю на него не будет отвечать особенно.

На большом экране вспыхнул обратный отсчет: “Продолжение боя через десять… девять… восемь… секунд”, и они с Е Сю сбежали на свои места.

Цзялэ успел переглянуться с Е Сю, подняв вопросительно бровь, — и тот, поразмыслив, кивнул. Отлично, тогда продолжаем работать над все тем же планом.

Через пять минут они выяснили, что кулдаун у лезвий — три минуты, у Рева — полторы, еще босс обладает кучей магических атак со свойствами, похожими на атаки ведьм, и самое главное — у него обнаружилась атака огромным, толстым, словно вековое дерево, хвостом — при этом невероятно гибким. Все атаки были АОЕ, и судя по тому, с какой силой рассекал воздух хвост, при прямом попадании это была мгновенная смерть.

Поливать атаками издалека было отличной идеей, если не считать, что босс занимал собой почти всю карту, здоровье босса потихоньку убывало, а Цзялэ все больше беспокоился — все пока шло слишком гладко, не может же быть такого, чтобы это оказался просто тупой, большой босс с кучей злоебучих атак…

Взрыв Цзялэ заметил за миллисекунду до того, как спина босса сдетонировала, и над картой поднялась стена пламени.

Тот самый шанс. Цзялэ, сражавшийся с Е Сю спиной к спине, использовал пинок — и буквально швырнул Мрачного лорда в сторону столба пламени, и тут же использовал кувырок.

Прохождение через портал на экране отобразилось в виде размытой радуги. Ослепительная сотня цветов влетел в усиленно хиляющегося Мрачного лорда и сбил его с ног. Позади, точнее, впереди, потому что портал выбросил их к точке появления на карте, грохотал самый настоящий камнепад.

— Что это было? — с некоторой претензией спросил Е Сю. Над Мрачным лордом вился дымок, и сам он выглядел как трубочист.

— Спроси у Фан Шицяня, это же твой друг, — возмутился Цзялэ.

— Этот пидорас мне не друг, — рассердился Е Сю, — я чуть не умер.

— Какая неожиданность. — Цзялэ изучал изрядно потрепанный бар здоровья. Мрачный лорд кинул в него лечением, и бар немного пополнился. — Говно ты, а не хил, — вдохнул Цзялэ.

— С другой стороны, — Мрачный лорд изучал бьющегося в припадке “уничтожу все живое” босса, — мы потестили портал.

— Эту тварь не берет ничто.

— А если.. — они подняли головы и посмотрели друг на друга. Оставалась одна часть тела, которую они еще не обрабатывали массированным огнем.

Толстые колонны-ноги на присосках. Они крепко держались за землю, словно тянули из нее соки.

Мрачный лорд крутанул зонтом, раскладывая его в пушку лаунчера, Ослепительная сотня цветов вскинул пистолет, и они снова нырнули в портал.

За пять минут они отработали технику — полировали ноги, отрывая их от земли, после ульты ныряли в портал, пережидали камнепад, который становился все слабее, повторить, и так по кругу.

Цзялэ подозревал, что после этого боя возможности порталов будут сильно ограничены, по крайней мере, он бы точно ограничил. Возможно, он сам в душе немного разработчик и пидорас.

И когда босс вошел в состояние красной крови, они уже настолько приноровились уворачиваться от его атак, что добивали на автомате.

И во время шквала последней атаки, когда монитор вспыхивал колючими шарами взрывов, фигура Мрачного лорда металась между сверкающих лезвий, круша, оглушая, уворачиваясь и полируя взрывами, Цзялэ замер пальцами на клавиатуре, запоминая этот момент.

Слишком красиво, чтобы забрать его себе.

Мрачный лорд засветился, подлечиваясь, а потом обрушил последнюю атаку на развороченную спину босса.

Мир вокруг замер, сошелся в одной точке, а потом босс рассыпался туманом, сотканным из серебристой паутины, опал на выжженную, взломанную землю и пропал, оставив после себя солидную горку лута.

Цзялэ подвел Ослепительную сотню цветов ближе, и они встали бок о бок с Мрачным лордом.

— Как всегда второй, — тихо засмеялся Е Сю, и его голос в наушниках звучал необыкновенно мягко.

— После тебя, — усмехнулся Цзялэ. — Готов идти на жертвы, старость надо уважать. Опять же, — начал рассуждать он, — вот не позволил бы убить босса, ты бы меня из сборной выгнал.

— Я такой, — покивал Е Сю и поделил лут.

Стены кабинки дрогнули и поехали вверх. Цзялэ снял наушники и вздрогнул — рев в зале стоял такой, что дрожал потолок.

Он помнил расписание. Бой был последней частью шоу, после него — пресс-конференция, но, кажется, что-то пошло не так.

И на экране режиссера зажглось дополнительное время. Ныли запястья, тянуло спину, а Е Сю совершенно явно хотел курить, — но эти люди просили всего пять минут, и он готов был им дать. В конце концов, журналисты тоже любили “Славу”.

— И последний вопрос, бог Е, бог Чжан. Означает ли это, что слухи о вашем конфликте после финала чемпионата мира несколько преувеличены?

— Нет конечно, — серьезно ответил Е Сю. — Вы посмотрите на этого человека, я снял с него проклятье, позволил выиграть чемпионат, а он решил уйти из сборной. Конечно, у нас был очень серьезный конфликт.

Е Сю тогда на него — ну да, просто орал. И это слышали все, включая журналистов, пролетающих мимо уток, мышей и констебля на углу Пятой и Третьей авеню.

Журналисты в этом перечне особенно расстраивали. Хуже уток. И даже хуже констебля, который принял их за заблудившихся китайских туристов и настойчиво пытался направить в посольство.

***

— Даже не понимаю, чего ты ждал от этого шоу, — они стояли втроем — Е Сю, Цзялэ и Фан Шицянь. Е Сю молча курил, Цзялэ изнывал от желания тестировать свои новые игрушки. Из босса ему досталось две единицы серебряного снаряжения и еще один портал.

— Посмотреть, как тяжело будет обычным игрокам, — Шицянь тоже курил и выглядел при этом приличным человеком, а не разработчиком.

— Но почему мы-то? — Цзялэ было просто очень интересно. Версия с красотой конечно хороша, но мы все взрослые люди.

— Да я просто хотел посмотреть на вас двоих в связке, — Шицянь выбросил окурок и проводил его полет задумчивым взглядом. — Люблю, когда вы играете вместе. Красиво.

— Вот ты пидорас, — вздохнул Цзялэ.

Шицянь пожал плечами:

— Должны же у моего положения быть хоть какие-то привилегии. Что ж, я пошел. Удачи.

Цзялэ и Е Сю еще некоторое время смотрели ему вслед — знакомая фигура в незнакомом сером костюме, а потом Е Сю тоже выбросил окурок.

— Ко мне? — спросил он.

Цзялэ кивнул.

И только когда они зашли в пустую пекинскую квартиру Е Сю, позволил себе уткнуться в него, вдыхая запах сигарет и согреваясь об идущее от Е Сю тепло.

Тот чемпионат был судьбоносным во всех смыслах. Но журналистам об этом знать совершенно не обязательно.
Ptitca2020.10.02 21:23
Прекрасные дебилы! Люблю таких)))) Хоть и не мой пейринг, но все равно: обнять и ржать)))))
Puhospinka2020.10.07 15:17
Ptitca, спасибо большое! Да, отношениях этих двоих в каноне - два дебила это сила ))
Bacca2020.12.07 22:25
Читала какоридж, нифига непонятно но совершенно охуенно и оторваться невозможно)))
И конец шикарный. И язык, есть просто бриллиантовые фразочки
Puhospinka2021.06.19 14:39
Baccaя не тормоз! я не тормоз! ))
спасибо большое, мы с соавтором очень рады ♥
Читайте наш канон хехе
цитировать