Переводы 3-15К;количество слов: 3446

Ностальгия

саммари: Вырваться из-под власти ада – прекрасно, быть с Азирафаэль – потрясающе. Но иногда Кроули скучает по некоторым порочным искушениям.
У Азирафаэль есть парочка идей.
автор оригинала: mountagrue
название оригинала: Nostalgia
предупреждения: ООС, БДСМ, Групповой секс, Нецензурная лексика, Гет
В этой абсолютно тихой комнате Кроули почти не на чем было сосредоточиться. Повязка на глазах оставляла ей лишь ощущения — воздуха, холодившего нагое тело, гладкого пола под согнутыми коленями и ее горящего в предвкушении клитора. Она делала размеренные вдохи, позволив себе задержаться в этом самом моменте — в одной лишь человеческой коже, абсолютно обнаженной, не считая толстого кожаного ошейника вокруг шеи; со скрещенными за спиной руками. Так, как ей приказали.
Наконец дверь отворилась и она услышала, как внутрь зашло неопределенное количество людей. Низкое жужжание мужских голосов разбавлялось редкими смешками. Она поежилась, заново осознавая свою наготу, свои раздвинутые бедра, потяжелевшую грудь с торчащими от прохладного воздуха сосками.
— Джентльмены, попрошу вашего внимания.
Шепотки быстро прекратились, сменившись четким стуком каблуков Азирафаэль по полу, смолкнувшим где-то у Кроули за спиной.
— Ее стоп-слово — «яблоко». Я буду периодически проверять, все ли ей нравится, вам же этого делать не стоит. Пока вы не услышите «яблоко», она...
Азирафаэль дернула Кроули за волосы, обнажая ее шею, и наклонилась, чтобы жестко ущипнуть за сосок.
—...Лишь резиновая кукла для ваших игр. У нее нет другого имени, кроме шлюхи, бляди, суки и прочих. У нее нет воли, ее желания не важны. Она не человек, а лишь набор дырок. Все понятно?
Прозвучал нестройный хор: "Да, мэм". Кроули сглотнула и неуловимым движением прижалась головой к костяшкам пальцев Азирафаэль. В ответ она получила слабое поглаживание большим пальцем за ухом.
— Тогда вы можете приступать. Кончайте куда хотите — более того, я вполне поддерживаю идею того, чтобы вы сделали ее как можно более грязной. Вот маркер для подсчета того, как именно и сколько раз вы ее поимели. Если я захочу, чтобы вы унизили ее каким-либо определенным способом, я проинструктирую вас.
Черт, она уже так сильно потекла. Навык Азирафаэль в «грязных разговорчиках» был одним из величайших сюрпризов, когда они впервые начали... Делать то, чем они сейчас занимались. Самые мерзкие фразы вылетали из этого прекрасного рта так легко, как будто ангел заказывала десерт в Ритце. Кроули планировала однажды кончить только от одного этого голоса. Но не сегодня.
Сегодня она могла лишь чувствовать жар приближающихся к ней мужских тел. Один встал сзади. Очень близко. Он опустился на колени? Да, его руки, лаская, обхватили ее грудь, а горячее дыхание обожгло ухо.
— Что же нам делать с новой игрушкой, а, парни?
Откуда-то сверху отозвался другой голос:
— Похоже, все, что захотим, — он потянул за ошейник, рассматривая висящую на нем бирку. — Смотри-ка, тут написано «используй меня».
Первый хмыкнул, убрал руку и просунул ее Кроули между ног, скользнул пальцами по половым губам и собрал с них смазку. Спустя мгновение те же пальцы он сунул ей в рот, мимолетно заставив почувствовать на языке собственный вкус, а потом пропихнул так глубоко, что Кроули начала давиться. Вообще-то она далеко не всегда оснащала свое тело рвотным рефлексом, но некоторый дискомфорт сейчас был уместен, помогал задать нужный тон. Кроули закашлялась и, обеими руками схватившись за его предплечья, начала слабо вырываться.
— В тебе все еще жива жажда сопротивления, сука? — весело спросил он, вытащил пальцы из ее рта и сжал запястье. — Присоединяйтесь, парни, а не стойте без дела.
Больше шагов вокруг, больше тяжелого дыхания. Больше ладоней, сжимающих запястья и вытягивающих ее руки в стороны. Оставляющих ее открытой и беззащитной. Она услышала, как звякнула пряжка ремня, а в следующее мгновение между половых губ скользнул чей-то огромный горячий член и начал неторопливо тереться о них. Кроули представила, как он растянет ее, и в предвкушении облизнула губы. Еще пара членов ткнулись ей в руки, а мужчины, что держали ее за запястья, сжали ее ладони вокруг, создавая еще два отверстия для ебли.
Мужчина, стоявший спереди, шагнул к ней, одной рукой схватил за ошейник, а другой надавил на челюсть, заставив широко открыть рот. В следующее мгновение он протолкнул туда член. Он сделал несколько пробных движений по языку, а затем схватил ее за волосы и начал продавливать его в горло, снова заставив Кроули задыхаться и давиться. В очередной раз он вошел так глубоко, что ее нос уткнулся ему в пах. Он невыносимо долго рисовал маркером на ее лбу линию — ее тело начало биться за кислород, словно она в нем нуждалась. А парень сзади так лениво поглаживал своим длинным твердым членом ее мокрое влагалище, словно никуда не торопился, как будто лично у него весь день был свободен для того, чтобы использовать ее как угодно.
— Никак не можешь определиться, Саймон? — голос Азирафаэль звучал расслабленно и весело. — Ну, выбери же дырку, любую. Ее вагина — высший пилотаж. Хотя, правда, в этом что-то есть — дразнить ее, пока она не начнет умолять.
Где-то позади Кроули Саймон низко хмыкнул.
— Я лишь предвкушаю, госпожа. Судя по тому, как эта пизда пускает слюни на мой член, ваша шлюха тоже довольна.
— Я же говорила, что ее наслаждение — не ваше дело, — рявкнула Азирафаэль. — Вы здесь только для того, чтобы со всей безжалостностью пользоваться ею. Валяйте.
— Да, госпожа, — откликнулся Саймон. Он с силой сжал бедра Кроули, поднял ее на ноги и нереально глубоко вошел в нее.
Пока Саймон раздирал Кроули сзади, спереди ее болезненные крики заглушал член во рту. Она еле стояла, прогнувшись в пояснице, поддерживаемая лишь членами внутри нее и руками, сжимающими бедра и запястья.
— Да, это уже больше похоже на то, что нужно, — сказала Азирафаэль, пока мужчины принялись раскачивать безвольное тело Кроули туда-сюда, трахая ее в рот, вагину и руки, совершенно не заботясь при этом о ее комфорте. Вот же блядство, она так сильно возбудилась.
Парень, трахающий ее глотку, кончил, заполнив ее рот спермой. Вытащив член, он подался вперед и провел им по ее щекам и шее, покрывая лицо горячей липкой жидкостью. Он выпустил из рук ее волосы и отступил. На секунду Кроули повисла на члене Саймона почти вверх тормашками. Тот, не задумываясь, вновь подхватил ее своими неумолимыми руками, впился в бедра, прижал ближе к себе и продолжил втрахиваться в ее вагину в каком-то ужасающем темпе. Еще один мужчина подошел к ней спереди, подтащил ее за ошейник и засунул член ей в глотку. Она застонала и всхлипнула, по лицу покатились слезы. Было даже приятно вот так отпустить себя, не задумываясь о том, сложится ли все, как надо. Азирафаэль держала этих мужчин в железных рукавицах, никого из них вовсе не приходилось соблазнять, и Кроули просто могла позволить всему случиться.
А вот и сама Азирафаэль, по всей видимости, закончила молча рассматривать изнасилование своей любовницы и, цокая каблуками, подошла ближе.
— Дорогая, ты так хорошо все принимаешь, — прозвучал ее голос, заглушив стоны и звуки шлепков кожу о кожу, — как будто ты была создана для этого — для того, чтобы принять в себя дюжину членов. Ты хочешь кончить?
— Нгх, — немного язвительно ответила Кроули.
Азирафаэль захихикала:
— Что ж, если ты все еще можешь говорить таким тоном, то ты недостаточно возбуждена. Саймон, если ты уже близок, то можешь кончить в нее. Иначе — вытаскивай сейчас же.
Саймон проворчал, но перестал трахать ее и отступил, оставив на бедре одну руку. Внезапно Кроули почувствовала на своем клиторе и анусе смазанные чем-то пальцы, без сомнения принадлежавшие Азирафаэль. Кроули застонала, заглушаемая членом в глотке, пока Азирафаэль методично растягивала ее и раздразнивала клитор только для того, чтобы довести прямо до грани, а затем ущипнула за него так сильно, что убила подступающий оргазм.
Кроули захныкала.
— Так, — сказала Азирафаэль, — теперь, Саймон, садись здесь. Фредди, вытащи-ка хер из ее рта на секунду, у меня видение.
— Ой, ну только если у тебя видение, — сказала Кроули, как только ее рот освободился.
Фредди отвесил ей пощечину.
— Твоя госпожа ясно дала знать, что у шлюх здесь нет своего мнения.
— Спасибо, Фредди, — самодовольно пропела Азирафаэль. — За это я позволю тебе первым кончить в ее киску. Так, вы двое, поднимите ее сюда.
Чьи-то руки взяли ее за бедра и плечи, а потом куда-то перенесли. Кроули не имела ни малейшего понятия, где она, пока они не опустили ее вниз, и в минимально подготовленный анус не толкнулась твердая головка. Ох, блядь, это Саймон? Он был достаточно большой, чтобы как следует растянуть ее вагину. Черт, похоже, это и правда он. Кроули начала задыхаться и хныкать, когда ее полностью опустили Саймону на колени. Его член был непозволительно огромен для ее задницы.
— Идеально, — промурлыкала Азирафаэль. — Теперь ты, сядь здесь и держи ее ноги раздвинутыми. Да, вот так. Остальные выстраиваются в очередь за Фредди. Я хочу, чтобы ее влагалище наполнилось таким количеством спермы, которое только возможно. Если вы, конечно, сможете это организовать.
— Ох, блядь, — простонала Кроули, заработав еще одну пощечину. В ушах все еще звенело, когда Фредди легко скользнул в нее. Он не терял времени даром — жестко и быстро вколачивался в ее раскрытую вагину, и меньше чем через минуту, застонав, в последний раз вошел невероятно глубоко и остановился. Кроули чувствовала, как горячие струи наполняют ее, и беспомощно извивалась, стараясь добиться хоть какого-то трения.
— Не сейчас, — послышался голос Азирафаэль. — Ты кончишь, только когда я буду готова к этому.
Фредди хмыкнул и вышел из нее.
— Вы хотите, чтобы я дал ей еще одну пощечину, госпожа? — спросил он, оставляя метку на ее бедре.
— О да, хочу. Сможешь сделать пару сильных шлепков по сиськам?
— С удовольствием, — отозвался Фредди и нанес два звонких удара прямо по соскам, заставив Кроули взвыть.
А потом был еще член, и еще один, и еще, и еще, и каждый из них сопровождался холодным прикосновением маркера к ее бедру, подсчитывающем уровень ее деградации. Кто-то был нетерпелив — по всей видимости, они начали вставать на что-то типа банкетки, на которой сидел Саймон, и таким образом получали доступ к ее рту.
Еще больше отметин на лбу, больше спермы на лице и груди в те моменты, когда она уже была просто не способна сглатывать. Остальные стояли вокруг и смотрели, ждали своей очереди, смеялись и комментировали все ее движения, то, как тряслись ее сиськи и насколько грязной шлюхой она была. Иногда она чувствовала, что маркер задерживался гораздо дольше, чем требовалось для того, чтобы вывести простую линию — похоже, они писали все те слова, которыми ее называли.
Несколько раз Азирафаэль приходилось останавливать процесс — когда она чувствовала, что Кроули вот-вот сорвется в оргазм. Азирафаэль делала ей больно — ненадолго отодвигая приближающуюся волну. Иногда Кроули чувствовала на себе ее руки, но чаще та просто показывала, где надо ущипнуть, шлепнуть или укусить. Потом ебля продолжалась до тех пор, пока сперма не начала потоками вытекать из влагалища, а она сама не превратилась в хнычущую лужу. В конце концов Саймон кончил ей в задницу, но Азирафаэль на этом не остановилась — прочертив линию на ее левой ягодице, она поставила на место Саймона кого-то другого, на члене которого Кроули продолжала сидеть, пока ее трахали в остальные дырки. Из-за повязки она все еще не знала, сколько было людей вокруг, и как долго будет длиться это мучение. Позволит ли Азирафаэль ей кончить, когда они все ее вытрахают? Или позже у нее запланированы какие-то новые пытки?
Кроули парила в безвременной дымке похоти, где каждую секунду казалось, что вот-вот случится оргазм, постоянно раскачиваясь на его краю. Азирафаэль прервала ее транс:
— Так, парни, можете прерваться и немного привести себя в порядок. В соседней комнате есть закуски. Я немного послежу за нашей шлюхой.
Ее еще немного потаскали, а затем она обнаружила, что стоит на коленях перед Азирафаэль, которая нежно стянула повязку на тот бардак, в который превратились волосы Кроули. После такого долгого пребывания в темноте, казалось, что она посмотрела на солнце — на кремовую кожу ее ангела, большую красивую грудь, едва сдерживаемую белым кожаным корсетом, такими же сапогами по колено и чокером. Она явно трогала себя, наблюдая за тем, как используют Кроули — ее клитор был твердым и торчал между половых губ, поблескивающих от естественной смазки. Кроули облизала губы.
— Ты хочешь вылизать меня, моя дорогая шлюха? — нежно спросила Азирафаэль.
— Пожалуйста, — прохрипела Кроули.
Азирафаэль насмешливо поджала губы:
— Ох, даже не знаю, ты такая грязная! Только посмотри на себя, дорогуша.
Кроули взглянула на свое голое тело и вздрогнула, понимая, что она и впрямь была чрезвычайно грязная. На ней был ошейник, надетый Азирафаэль, тоже белый, чтобы сочетался с ее одеждой. Все тело ниже ошейника было покрыто свежими отметинами и синяками, сперма размазалась по всей груди и вытекала из ее влагалища прямо по ляжкам. Следы от маркера были повсюду — на левой груди "СУКА", на правой — "ШЛЮХА", на животе — "ДЫРКА ДЛЯ ЕБЛИ" и "ВСТАВЬ ЧЛЕН СЮДА" со стрелкой, указывающей на ее использованную, набухшую вульву. Счетчик на правом бедре показывал, что уже восемь людей оттрахали ее вагину, а на левом было написано "ТРЯПКА ДЛЯ КОНЧИ" и "РАБА ДЛЯ ЧЛЕНОВ", и снова "СУКА", хотя Кроули была слишком взвинчена, чтобы сейчас язвить насчет тупого повтора.
— О да, — промурлыкала Азирафаэль. — Не пойми меня превратно, моя сладкая шлюха, ты выглядишь просто восхитительно, когда так испорчена. Мне нравится, насколько красная твоя вульва, она как будто стыдится того, сколько членов в себя сейчас приняла. Мне бы очень даже понравилось, если бы ты обтерлась о мои сапоги, зарывшись лицом между моих ног, но что я буду делать, если ты оставишь свою грязь на моей чистой белой коже?
— Я вычищу все, я вылижу все, я обещаю, — с отчаянием проговорила Кроули.
Азирафаэль улыбнулась широкой хищной улыбкой и сказала:
— Звучит прекрасно, любовь моя. Подойди же.
Со стоном облегчения Кроули подползла на коленях между раздвинутых ног Азирафаэль и буквально нырнула туда, обхватывая губами прекрасный набухший клитор и начиная его посасывать. Она так долго находилась на грани, что сейчас ей больше хотелось потрогать свою жену, чем кончить, но когда Азирафаэль со вздохом откинулась назад и просунула одну заточенную в кожу ступню Кроули между ног, это было сравнимо разве что с ударом молнии. Кроули замычала, уткнувшись лицом в пах Азирафаэль, и неловко начала трахать ее ногу. Облизывая и посасывая, потираясь своим заезженным клитором о гладкую кожу ботинка, она совершенно не обращая внимания на выпуклости и холодные металлические бляшки.
— Да, вот так, — выдохнула Азирафаэль. — Такой прекрасный грязный рот; я готова кончить, глядя на тебя. Так жарко, ох, Кроули!
Кроули захныкала, продолжила лизать — она знала, что Азирафаэль сейчас может кончить как минимум дважды, — и тереться о ботинок. Вверх, вниз, вверх, вниз… Она была так близко…
— Ты хочешь кончить, моя дорогая? — хрипло спросила Азирафаэль.
— Пожалуйста, — простонала Кроули прямо в ее клитор.
— Будь осторожна со своими желаниями, — вздрогнула Азирафаэль, почувствовав приближение новой волны оргазма. — Ты будешь делать это так до-о-ох!..
Азирафаэль сдвинулась и ткнула острый мыс туфли Кроули в промежность, просунув его слегка внутрь. Пряжка потерлась о клитор раз, другой и… вот и он. Кроули пронзительно крикнула, содрогнулась и скорчилась прямо на ангельской ступне, зажав ее своими бедрами.
— Прекрасно, — прошептала Азирафаэль, наклонившись, чтобы вернуть повязку на глаза. Мужчины возвращались в комнату. — А теперь слижи это все, сука, — усмехнувшись, добавила она.
Азирафаэль схватила Кроули за воротник и подтащила ее к туфле.
Кроули всхлипнула, но подчинилась. Она не знала, где именно испачкала туфлю, поэтому пришлось вылизать ее полностью, давясь горьким вкусом спермы до тех пор, пока он полностью не исчез.
Внезапно она почувствовала сильные руки на своей заднице. Они раздвинули ее бедра и раскрыли растраханный анус.
— Если вы не возражаете, госпожа, — сказал расслабленный мужской голос. — Прямо сейчас я бы хотел выебать вашу шлюху в жопу.
— Развлекайся, дорогой, — самодовольно отозвалась Азирафаэль. — Возможно, она все еще приятная и тугая, не то, что ее пизда, не так ли?
Мужчина позади не терял времени даром — он с низким стоном вошел сразу на всю длину.
— Совершенно верно, госпожа, — хмыкнул он, методично толкаясь в Кроули. — Думаю, что теперь придется брать эту киску по двое. А иначе никакого веселья — после нас она стала такой неряшливой и растянутой.
Кроули застонала прямо в теплую кожу Азирафаэлевой туфли; язык зацепился за пряжку, когда она представила, как сжимается ее влагалище сразу на двух членах. Мужчина сзади хмыкнул и шлепнул ее по заднице. А потом начал трахать долгими и ровными движениями. Он схватился за воротник и с его помощью тянул Кроули на свой член.
Азирафаэль засмеялась тоже:
— Это фантастическая идея, но я смею полагать, что знаю, как сузить ее для тебя. Представляете, эта шлюха не могла протянуть без оргазма, пока вас не было.
— Мне посрать, — выдохнул мужчина. — Я знаю, что ей нравится, чтоб ей вставляли, она может кончать или не кончать, как пожелает.
— Ох, но дело не в том, чего она пожелает, — промурлыкала Азирафаэль. — Нет, нет. Теперь, раз уж мы перешли эту черту, я настаиваю на том, чтобы она кончала до тех пор, пока она уже не сможет этого выдержать. А потом еще пару раз. К слову об этом...
Кроули почувствовала, как ботинок под ее языком сдвинулся: Азирафаэль наклонилась в сторону. Затем последовал щелчок и тихий вибрирующий звук. Азириафаэль склонилась над ней так низко, что ее грудь коснулась спины Кроули, и это означало, что она дотянется до... Вот черт. Она прижала широкий выгнутый вибратор к клитору Кроули. Наверняка это один из тех, у которых есть длинная ручка, и от которых можно кончить меньше, чем за минуту.
Получив только один оргазм за, казалось, целые часы, во время которых она постоянно находилась на грани, с членом, увечащим ее задницу, с привкусом своей же грязи на языке, с ошейником, мешающим дышать ровно, и сосками Азирафаэль, мягко касающимися ее кожи, пока она сноровисто управлялась с игрушкой... Кроули начала кончать практически тотчас же. Должно быть, мужчина, трахающий ее, почувствовал, как сокращаются ее мышцы, — он ускорился и простонал, заполняя ее задницу кончой. Вытаскивая, он пару раз ударил ее по заднице, а затем добавил еще одну линию к счетчику на ягодице.
— Кто следующий? — пропела Азирафаэль, не отпуская вибратор. — Как вы могли заметить, чья-то грязная пизда умудрилась протечь и залить спермой мне весь ботинок. Она будет стоять на четвереньках и чистить меня какое-то время, поэтому воспользуйтесь возможностью хорошенько выебать ее в зад.
— Да, мэм, — сказал кто-то и обхватил бедра Кроули.
Она кончила снова, как только он вошел в нее. Затем последовал все более и более туманный период облизывания, ерзания, кончания и ебли. К тому времени, когда и Кроули, и Азирафаэль были удовлетворены состоянием сапога, ее клитор болел и казалось, что из ее задницы вытекает больше спермы, чем из влагалища. Азирафаэль поднялась: и это стало прекрасной передышкой от вибратора, и поставила ногу в своем теперь уже чистом ботинке прямо на поясницу Кроули.
— Лицом вниз, задницей вверх, пожалуйста, — проинструктировала она, а затем прижала Кроули ногой еще до того, как та успела сама опуститься вниз.
Она лежала так, с щекой, прижатой к полу, пока кто-то продолжал трахать ее. Когда он вытащил, она почувствовала тонкие пальцы Азирафаэль на своем бедре. Она поежилась, ощущая, как прохладный кончик металлической пробки проскальзывает внутрь, задерживая всю кончу внутри.
— Что ж, мальчики, — сказала Азирафаэль. — Мы дали ее вагине передохнуть, теперь посмотрим, как много членов она сможет в себя принять за раз. Если вы только что были в ее заднице, а теперь считаете, что можете трахнуть ее в вагину, будьте душечками и сбегайте подмыться. А пока что... Ты и ты, подойдите, пожалуйста.
Кроули застонала. Ей теперь что, вставать еще для этого? Ее ноги превратились в желе.
Но, конечно же, Азирафаэль все продумала. Несколько пар рук подняли Кроули и расположили между двумя мужскими телами — спина прижата к широкой груди, а колени повисли на чьих-то локтях. Кроули откинулась на чужое плечо, как только они начали насаживать ее на себя.
Это могло стать вершиной ее декаданса, а она ведь тусовалась с Марией Антуанеттой.
— Ох, дорогая, как я могла забыть? — прошептала Азирафаэль.
Еще один клик, и пробка в ее заднице начала вибрировать.
— Ох, блядь, вот дерьмо. Я не могу… — стонала Кроули.
— Что эти любезные молодые люди говорили о мнениях, дорогая? — успокаивающе спросила Азирафаэль.
— У шлюх... их… нет… — с трудом выдохнула Кроули, когда зажавшие ее мужчины начали толкаться во влагалище. Тот, что стоял сзади, грубо сжимал ее грудь обеими руками, а парень спереди удерживал на весу, раздвинув ягодицы, и время от времени давил на вибрирующую пробку.
— Правильно, — проворковала Азирафаэль. — И это значит, что не тебе решать, что ты можешь, а что — нет. Я хочу, чтобы ты кончила на этих двух херах как маленькая похотливая дрянь, которой ты и являешься. И ты знаешь, я всегда получаю то, что хочу.
— Блядь, блядь, пожалуйста, — захныкала Кроули.
— Ну конечно, дорогая, — сказала Азирафаэль и протянула руку с вибратором обратно к клитору Кроули. Он не двигался в том же ритме, что и пробка в ее заднице, но, казалось, что ощущения от них в совокупности с двумя членами, продолжающими настойчиво выебывать ее, вращались по какой-то бешеной спирали, поднимая Кроули все выше и выше. Она не успела привыкнуть к этому, как уже скатывалась вниз на волне очередного оргазма, отчаянно мотая головой и рыдая. Но безумие не прекращалось.
К тому моменту, когда Азирафаэль решила, что с нее достаточно, — после шести членов и порядка пяти оргазмов, — Кроули уверилась в том, что в течение как минимум недели в ее теле не будет работать ни единый мускул. Она пришла в себя, лежа на длинном матрасе; голова покоилась на ангельских коленях, а сама Азирафаэль рассеянно перебирала ее мокрые волосы и прощалась с мужчинами, участвовавшими в недавней сцене. Как только они вышли, Азирафаэль сняла повязку с ее лица и поцеловала в лоб.
— Ты здесь, любовь моя, — прошептала она. — Я рада снова видеть твои глаза. Как ты себя чувствуешь?
Кроули сладко застонала.
— Основательно выебанной, ангел. Ты превзошла себя.
Азирафаэль выглядела полностью довольной собой.
— Так, получается, все нормально? Похоже на то, что ты делала раньше?
Кроули пришлось приложить титаническое усилие, чтобы поднять руку. Она ласково провела ладонью по щеке Азирафаэль.
— Любовь моя, — прошептала она. — Лучше. Конечно, это было лучше, ангел. Ведь теперь рядом была ты.
цитировать