РПС 3-15К;количество слов: 3708

Совместимость Быка и Козы: два рогатых упрямца

саммари: «Влюбившись по-настоящему, Коза вполне способна прогибаться под своего партнера. Она будет счастлива оказаться под покровительством столь сильного и уверенного мужчины».
Ибо, впервые за съемку взявший в руки телефон, прочитал сообщение трижды и только после этого закрыл рот.
В оповещениях было видно сообщение, но Ибо никак не мог посмотреть витчат. Фанчжоу поправляла ему макияж, параллельно общаясь по телефону, чему он был только рад — она была разговорчивой сверх меры, и иногда становилось слишком тяжело ее выносить, но когда она разговаривала с кем-то другим… что ж, Ибо был готов это пережить. Хотя Хань-гэ уже посматривал в его сторону, будто раздумывал, надо ли его спасать.

Съемка в этот день была сложной, и когда они закончили, хотелось, чтобы его больше никто не беспокоил, но на экране было видно сообщение от Сяо Чжаня. Ибо глубоко вздохнул, пытаясь сдержать радость: он успел соскучится, хотя и двух дней не прошло, как они разъехались со съемок.

Сяо Чжань писал, что скучает по команде, съемкам, и очень хочет назад на площадку «Неукротимого». Ибо предпочел бы видеть другое, поэтому закрыл сообщение, не дочитав его. Телефон жег руки, и Ибо сам на себя был зол. Он хотел написать ответ, но также хотел, чтобы Сяо Чжань говорил, что скучает только по нему. Никогда прежде он не испытывал такого огромного желания полностью присвоить себе человека, и это по настоящему пугало. Сяо Чжань ни одним словом, ни одним взглядом не давал понять, что мог бы ответить на эти чувства взаимностью, несмотря на все их перепалки и дуракаваляния. Ибо каждый раз приходилось одергивать себя, но он все хуже и хуже контролировал собственное тело, которое предавало: то он положит руку почти на шею, то снова почти схватит его в охапку. Это все стало так привычно, что стафф и другие актеры уже не обращали внимание, и Ибо каждый раз задерживал руки дольше, сжимал крепче и очень боялся, что в какой-то из дней просто не выдержит.

Вряд ли Сяо Чжаня обрадует желание друга и партнера по съемкам украсть его себе, это только Лань Чжаню можно было хотеть увезти Вэй Усяня в Облачные Глубины и спрятать.

Ибо снова открыл сообщение только ночью, перед тем, как лечь спать.

«Ничего страшного не случится, если Чжань-гэ немного поскучает», — написал Ибо на это, поставив в конце эмодзи с рожками. Шутки и подколы спасали его, когда становилось совсем невыносимо держать чувства в себе.

«Злой лао Ван», — тут же пришёл ответ, будто Сяо Чжань также держал в руках телефон и ждал ответ.

«Справедливый… ведь я тоже скучаю по Чжань-гэ, это мировое равновесие», — написал Ибо, но перед отправкой исправил «я» на «команда».

В ответ прилетел грустный эмодзи, после чего они почти десять минут перекидывались мемами и шутками, пока Ибо не вырубился на половине сообщения.

Утром он был зол на себя, что хотя бы не пожелал Сяо Чжаню хорошей ночи, потому что, не дождавшись от Ибо ответа, именно это тот и написал.

Весь день он был недоволен, и его даже спросили, не случилось ли чего? Ибо только пожал плечами, понимая, что не может сформулировать суть. Он… просто злился, что не может разговаривать с Сяо Чжанем, шутить и пить его чай. Злился, что его нет рядом. И поэтому не радовали ни работа, ни люди, ни даже кот, которого притащили на съёмку. Немного стало легче, когда телефон пиликнул сообщением, и на экране высветилось «Сяо Чжань»

«Ибо, тебе свойственна романтика?» — было в сообщение, и Ибо чуть не уронил телефон. Он заблокировал экран, а потом разблокировал его и снова посмотрел на сообщение, которое никуда не исчезло.

Что нужно было написать в ответ? «Чжань-гэ хочет романтики?» или «Чжань-гэ похитили, и он таким образом пытается об этом сказать?». Для Ибо оба этих варианта сейчас звучали одинаково правдоподобно. Но пока он раздумывал, пришло еще одно сообщение:

«Гороскоп говорит, что нет. А ты что скажешь?»

«Чжань-гэ читает мой гороскоп?» — спросил Ибо, чувствуя, как сердце бухает где-то в горле. Он не мог понять, зачем нужно было читать его гороскоп, если… ну, если не интересоваться его характером, и тем, романтичный ли он.

«Мама прислала мне сообщение, что хочет познакомить меня с дочерью какой-то из ее подруг, и объясняет это тем, что мы идеально подходим по гороскопу», — пришло следующее сообщение от Сяо Чжаня, и Ибо почувствовал, как внутри него начинается ураган.

— Что?

— Ибо? — спросил Хань-гэ с переднего сидения, и Ибо только мотнул головой, сжимая губы. То есть, Чжань-гэ написал ему, чтобы рассказать про какую-то девчонку? Это было так несправедливо, что хотелось выйти из машины и пройтись пешком, что Ибо бы и сделал, если бы не сидел в самом конце салона. Вместо этого он стукнул кулаком по сиденью, заблокировал и уронил телефон рядом, и отвернулся к окну, чувствуя, как внутри плещется негодование вперемешку с ревностью и обидой.

Телефон тренькнул снова, но Ибо не обратил на него внимание, оставляя лежать на сиденье, даже не пытаясь прочитать сообщение или хотя бы включить музыку. Наушники в ушах давали ему возможность сделать вид, что он слушает музыку, и не участвовать в разговоре.

Разблокировал телефон он только поздно вечером в номере.

«Она верит во все это, и я думал сначала просто отказаться, а потом подумал, что надо сказать, что у меня уже есть друг, который хорошо мне подходит».

«Тут, например, сказано, что Быки не романтичны, но всегда думают, что говорят, и фраз на ветер не бросают. Это похоже на тебя».

«И что Быки уверены в своих силах и не боятся демонстрировать это окружающим. Очень похоже».

«Лао Ван?»

«Ибо?»

«Что-то случилось?»

Ибо уставился на сообщения, пытаясь побороть внутри радость от слов «есть друг, который хорошо мне подходит». Это был просто гороскоп, и не стоило так сильно реагировать на эти слова, но Сяо Чжань называл его уверенным, и считал, что он не бросает слов на ветер. Это было приятно.

«Ибо, пожалуйста, у тебя все в порядке?»

«Да. Сяо-лаоши волнуется обо мне?»

«Конечно, я волнуюсь, ты так резко замолчал».

«Я не знал, что сказать — никогда не уделял такого внимания гороскопам».

В ответ ему пришел стикер со смеющимся кроликом, который действительно напоминал Сяо Чжаня, когда он начинал смеяться. Ибо выдохнул, ощущая, как распутался мрачный узел, связавший его чувства. Сяо Чжань так же писал о каких-то глупостях, присылал стикеры и больше не говорил ни о каких посторонних девчонках.

***

«Влюбившись по-настоящему, Коза вполне способна прогибаться под своего партнера. Она будет счастлива оказаться под покровительством столь сильного и уверенного мужчины».

Ибо, впервые за съемку взявший в руки телефон, прочитал сообщение трижды и только после этого закрыл рот. Последний раз про гороскоп Сяо Чжань писал позавчера, и Ибо был уверен, что тему они закрыли. А теперь смотрел на сообщение и чувствовал, как начинают гореть уши. Сяо Чжань же не.. он не мог это написать!

«Вот это похоже на правду» — пришло следом.

Ибо смотрел на сообщение и понятие не имел, что стоит на это ответить. Нельзя же написать «Чжань-гэ, это предложение?». Но телефон не остался молчаливым, и следом пришло следующее сообщение:

«Когда я влюбляюсь, я действительно подстраиваюсь», — написал Сяо Чжань, и Ибо перестал слышать окружающую действительность. Он почему-то подумал о том, как Сяо Чжань стал брать больше чая или как быстро подстроился под навязчивое внимание Ибо, с которым последний ничего не мог сделать. Сейчас же Ибо отдавал себе отчет, что все надумывает, и ничего такого Сяо Чжань ввиду не имел, но память подкидывала все больше и больше моментов, где Сяо Чжань уступал или шел навстречу, и внутри Ибо от этого расцветала радость.

«Сказано, что в отношениях Бык-Коза последняя будет ценить избранника, способного ее обеспечить и позволяющего заниматься любимым хобби. Лао Ван, ты будешь позволять заниматься любимым хобби?»

Хотелось написать: все, что сделает Сяо Чжаня счастливым. Он мог делать все, что пожелает, потому что — откуда-то Ибо это точно знал — сам бы никогда не попросил в ответ что-то возмутительное, например, выкинуть лего, или перестать ездить на мотоцикле, а все остальное Ибо бы позволил делать.

«А еще, что Бык будет очень ревновать. Это так?»

Ибо вспомнил, как два дня назад ревновал к команде «Неукротимого», и автоматически написал «да», после чего Сяо Чжань завалил его радостными эмодзи.

«Лао Ван такой щедрый! Или это было про ревность?»

Ибо спрятал лицо в ладонях, пытаясь успокоится до того, как закончится перерыв и его снова позовут в фотозону. Уши у него горели, сердце бухало в горле, и ничего не помогало, ведь они с Сяо Чжанем обсуждали свои гипотетические отношения, пусть и со стороны совместимости их гороскопа.

Ибо оставалось терпеть и радоваться, что за ним давно закрепилась репутация не очень общительного человека, потому что сейчас при всем желании ни с кем общаться он бы не смог.

***

«Представляешь, они пишут, что что в быту педантичному Быку трудно мириться с неряшливостью и беспечностью Козы. Поклеп и клевета, я не неряшливый!»

Увидев сообщение, Ибо не выдержал и фыркнул. Все вокруг говорили, что он ужасающий аккуратист, хотя самому Ибо так никогда не казалось — вечно недоставало времени, чтобы навести полный порядок дома. Но он видел, как Сяо Чжань раскладывает вещи в номере, и уже знал, что его бы это не раздражало. Ибо упал на кровать, держа перед лицом телефон, быстро нашел последний понравившийся мем* и отправил его. Сяо Чжань, сообразивший, что это поддержка, прислал эмодзис кроликом, который смотрит на тебя влюбленными глазами.

«Я верю, что Чжань-гэ аккуратный».

И снова в чате появился кролик с влюбленными глазами. Если бы Ибо задумался, то не смог бы сказать, в какой момент их общение превратилось в постоянный и бесконечный флирт, а — главное — почему Сяо Чжань не собирается это прерывать.

«Коза может почерпнуть от друга знания, как ставить цели и добиваться их. Лао Ван поделится знаниями?» — пришло еще одно сообщение, но Ибо не стал отвечать, глядя на пометку, что Сяо Чжань что-то еще печатает. — «Я написал маме абсолютную правду — мне никто не нужен, потому что у меня уже есть Ван Ибо».

Ибо почувствовал, как у него сердце подпрыгнуло и забилось быстрее. Хотелось позвонить и спросить, понимает ли Сяо Чжань, что пишет? Но Ибо боялся, что это испортит отношения между ними и съемки окажутся под угрозой.

Нет, кого он обманывал: он боялся услышать ответ, и чуть ли не впервые с подросткового возраста откладывал решение вопроса, а не кидался в него с головой.

«Чжань-гэ разве не знал этого сразу?» — вместо звонка написал Ибо.

«Знал, ведь никто не может быть лучше Ван Ибо».

***

«Постель для этих знаков место, где они смогут улаживать все свои конфликты».

Ибо собирал вещи, так как уже сегодня утром у него был самолет назад, а теперь тупо смотрел на пришедшее сообщение. Дальше не было ни эмодзи, ни какой-то шутки, и Ибо физически чувствовал, как у него остановился мыслительный процесс.

«Чжань-гэ», — написал он и не нашелся, что сказать дальше. Чжань-гэ, не шути так? Чжань-гэ, ты сводишь меня с ума? Чжань-гэ, сейчас я готов с тобой поссориться?

Это все могло быть затянувшейся шуткой, которую Ибо просто воспринимал слишком близко к сердцу? А как было не принимать, если человек, в которого ты влюбился с первого взгляда и о котором постоянно думаешь, пишет тебе такие сообщения?

Так и не придумав, что же ответить, Ибо стер начало сообщения, поставил будильник на телефоне и заблокировал его. Ещё нужно было собрать до конца вещи и поспать хотя бы пару часов до самолета. Однако, когда он лег, в голове так и продолжало крутиться последнее сообщение.

***

Утром, пока такси везло его в аэропорт, Ибо послал в ответ Сяо Чжаню смеющийся эмодзии просто подписал «вот как», и уже хотел отложить телефон — было очень рано — когда пришло сообщение в ответ:

«Значительно укрепит семейные отношения совместный бизнес, общее дело».

Ибо только закатил глаза, ухмыляясь:

«У нас самое общее из дел, которое можно придумать», — напечатал он, и получил в ответ голосовое сообщение.

«Лао Ван так скептичен! А многие друзья нашей семьи действительно полагаются на гороскоп в принятии важных решений, и часто это им действительно помогает».

Ибо прослушал сообщение трижды, прежде чем до него дошел смысл. В первый момент, когда в наушниках только зазвучал голос Сяо Чжаня, он завис, Сяо Чжань явно был взволнован и говорил быстрее обычного, но Ибо почти не обратил на это внимание — он так соскучился по нему, так бы хотел его увидеть прямо сейчас, что это приносило почти физический дискомфорт.

В аэропорту он не смог ответить, пытаясь скрыться от фанатов, а во время полета снова несколько раз переслушивал сообщение и перенабирал ответ.

«Чжань-гэ же знает, что в нашей сфере ничего не дается просто так, и никакой гроскоп при этом не поможет».

«Фу, Ибо, есть же не только работа»

Ибо с трудом остановил себя от того, чтобы ответить «работа и ты», потому что сейчас ничего больше его не волновало.

***
Съемочная площадка выглядела как обычно: очень деловой и занятой стафф, слишком серьезный мальчик-хлопушка и натянутый синий фон: готовили снимать сцену в храме Гуаньинь. Сбоку нашёлся серьезный, даже мрачный Сяо Чжань, уткнувшийся в свой текст и не обращающий внимание ни на что вокруг. Ибо с трудом смог подавить панику, поднимающуюся внутри: нужно было вести себя как обычно, поэтому он уселся рядом с Сяо Чжанем, пихнув его плечом.

— Чжань-гэ такой занятой!

Сяо Чжань очевидно вздрогнул, и Ибо закаменел. Он не сделал ничего такого и точно был уверен, что ещё не успел спалиться после этих сообщений… да он и приехал только час назад!

— Это лао Ван пока что слишком свободный, — ответил Сяо Чжань, не поднимая глаз. Ситуация становилась все напряженнее, и Ибо не придумал ничего лучше, чем снова пихнуть его в плечо. Сяо Чжань посмотрел удивленно, а потом улыбнулся, как любил Ибо — не только ртом, но и глазами, и будто всем собой. Он был такой красивый в эти моменты. — Мог бы хотя бы сделать вид, что занят.

И все будто было как обычно: они дурачились, мешая окружающим, и замечательно отыгрывали сцены, Ибо забирал у Сяо Чжаня чай и показывал старые селфи. Как будто и не было этих смущающих сообщений, и как будто Ибо не сходил с ума все то время, пока был на других съемках.

***

Телефон пиликнул сообщением, и Ибо, только что вышедший из душа, увидел, что оно от Сяо Чжаня. Который мог бы зайти, а не посылать очередной мем!

«В любовных отношениях Бык не любит выражать свои чувства слишком ярко и страстно. Более того, он совершенно не романтичен и сердится, когда от него требуют бесконечных признаний в любви. По его мнению, о любви не стоит много говорить, где люди любят друг друга и так все понятно».

«А это — правда?»

Ибо уставился на телефон и чуть не рванул к Сяо Чжаню как был, в полотенце, но въевшаяся под кожу паранойя остановила лучше здравого смысла. Хотелось припереть провокатора к стенке и заставить объяснить, что это все значит и зачем? Ибо больше не мог терзаться предположениями, хотелось расставить все по местам.

Когда-то давно Хань-гэ рассказывал, что его от импульсивных поступков, особенно во время ссор с женой, спасает остановиться и дышать на восемь счетов, как в йоге. Ибо простоял так около минуты, и только полностью успокоившись, открыл глаза.

Сяо Чжаню было не уйти от разговора.

***

«Сексуальные отношения между Быком и Козой, чаще всего напоминают фейерверк. Правда, они не сразу смогут понять, как доставить удовольствие своему партнеру, так как хоть и чутки, но очень невнимательны друг к другу».

Ибо отправил сообщение, прежде чем выйти из номера. Это было первое сообщение с гороскопом от него, и сейчас его интересовал вопрос: так же у Сяо Чжаня холодели пальцы от испуга предыдущие недели? Потому что у Ибо было ощущение, что когда он нажал кнопку отправки, то вместе с этим выключил и свое сердце.

Сяо Чжань распахнул дверь, даже не уточнив, кто там, и Ибо на задворках сознания разозлился этому, ведь нельзя быть таким беспечным. Они застыли друг напротив друга, и Сяо Чжань выглядел слегка испуганным, что не должно было заставлять Ибо нервничать, но почему-то заставляло.

— Впустишь?

Сяо Чжань будто очнулся и посторонился, пропуская Ибо внутрь. Он явно недавно бегал — в углу на стуле лежала спортивная форма, а волосы все еще были немного влажные после душа — и не знал, куда себя деть от неловкости. Ибо почувствовал, как внутри него разрастается счастье и уверенность, потому что он знал Сяо Чжаня, и тот бы не выглядел так, если бы просто шутил.

— Извини, я только недавно из душа, надо.. надо кинуть вещи в стирку.

Ибо смотрел в спину Сяо Чжаня и не мог сдержать счастливой улыбки от осознания, что тот просто сбежал. Когда тот вернулся в комнату, то выглядел спокойным, явно что-то там себе надумавшим и закрывшимся стеной. Но Ибо не собирался давать ему возможность отгородиться:

— Разберемся, как доставить удовольствие партнеру? — спросил он и чуть не рассмеялся, увидев, как у Сяо Чжаня по-мультяшному округляются глаза от удивления. — Раз лао Сяо так волнуют гороскопы и то, насколько они правдивы.

— Ну тут все должно быть просто? Массаж, прелюдии, эрогенные зоны, — хрипло ответил Сяо Чжань, заставляя Ибо улыбаться шире. Было видно, как у него расширились зрачки, как он смотрел на губы Ибо, пусть и всего секунду.

— Массаж? — уточнил Ибо, шагнув вперед и положив руку Сяо Чжаню на загривок. Тот откинул голову на ладонь так быстро и легко, а потом еще и прикрыл глаза, когда Ибо стал легко массировать ему шею. Совершенно расслабившись, Сяо Чжань выглядел таким умопомрачительным, что Ибо не удержался. — Чжань-гэ такой красивый.

В ответ он услышал ехидное фырканье, которое сменилось придушенным сладким выдохом, стоило Ибо сильнее нажать, разминая. На затылке была точка — Ибо знал, что если на нее надавить, то ощущения станут еще острее, но сначала он царапнул это место своими короткими ногтями, и в следующий момент Сяо Чжань неожиданно оказался в его объятиях со всеми своими длинными прекрасными конечностями. Он приглушенно выдохнул в плечо и рассмеялся:

— Прости, слишком чувствительно.

— О, нашел! — Ибо ухмылялся как сумасшедший, придерживая Сяо Чжаня за талию, и радовался, что нашел место, от прикосновения к которому у Сяо Чжаня в прямом смысле подкашивались ноги. Объятие ощущалось так хорошо и правильно, что выпускать его из рук не хотелось.

— Это нечестно, лао Ван, — тихо проговорил ему в ухо Сяо Чжань, от чего кожа пошла мурашками. Когда Сяо Чжань следом лизнул мочку, Ибо будто в кипяток разом окунули.

Он все еще не мог поверить, что все происходило по-настоящему, поэтому аккуратно и неторопливо водил ладонями по спине, запоминая и слушая немного рваные вдохи и выдохи Сяо Чжаня. Спина была божественна, но Ибо остановился на талии, с трудом поборов в себе желание попробовать обхватить ее пальцами. Сяо Чжань был тонкокостным и выглядел хрупко, и Ибо каждый раз хотелось его спрятать и защитить, хотя он как никто знал, что Сяо Чжань в защитниках не нуждается.

— Почему?

— Ты теперь знаешь мое слабое место, а я твое — нет.

Ибо хотелось сказать: «как это не знаешь, это ты?» — но это точно бы было слишком прямолинейно. Он все еще не был уверен, что его обычная манера идти в лоб полностью принята Сяо Чжанем, но пока тот ничего ему не говорил.

— Ищи, — ухмыльнулся он, и в следующий момент Сяо Чжань мстительно прикусил мочку его уха. Ибо ощутимо вздрогнул, зашипев, и Сяо Чжань зализал укушенное место.

Это все происходило по-настоящему, не во сне и не в бреду! Он обнимал Сяо Чжаня, прижимая ближе и пока что не очень понимая, что хочет делать дальше: трогать, целовать, что-то ещё?

Сяо Чжань решил сам: потянулся губами ко рту, целуя, и Ибо ухнул в ощущения, потеряв связь с действительностью. Осталось только тёплое тело в руках и ощущение желанного рта. Если бы Ибо мог сформулировать мысли, спросил бы — почему Сяо Чжань такой сладкий.

Как они очутились на кровати, Ибо слегка пропустил, только отметил, что теперь удобнее положить руки на задницу Сяо Чжаня, которая ощущалась так хорошо. В ответ на поглаживания, Сяо Чжань легко постанывал, продолжая целовать.

— Слишком долго.

— Что? — попытался вынырнуть из горячего марева Ибо, но даже не успел испугаться, что Сяо Чжаню что-то не понравилось.

— Слишком долго этого хотел, — хрипло и серьезно ответил Сяо Чжань. Он был взъерошенный и шальной.

— Так долго хотел и дразнил? — неожиданно для себя, обиженно заявил Ибо. Сяо Чжань покраснел резко до кончиков волос и уткнулся Ибо в плечо лбом, пряча лицо.

— Не мог…

— Что?

— Ибо.

Ибо чувствовал, как его сильнее и сильнее захватывает восторг.

— Лао Сяо волновался, отправляя мне первое сообщение? Переживал, как я отреагирую? Чувствовал, как холодеют пальцы от нервов, да?

Сяо Чжань выпрямился и возмущенно стукнул его в плечо. Лицо у него было покрасневшее, смущенное и немного злое, и Ибо уже знал, что следующее, что он скажет, будет что-то колкое.

— Как будто не видел, как я на тебя реагирую, и не мог предположить, что я буду так же переживать, что всё это значит и зачем ты это делаешь.

Сяо Чжань захлопнул рот, прежде чем успел что-то сказать, и уставился на Ибо. Они были такими дурными все это время, переживая понапрасну, и сейчас Ибо только счастливо расхохотался, после чего подмял Сяо Чжаня под себя и поцеловал куда придется: в бровь, в скулу, в родинку под губой — наконец-то! А Сяо Чжань держался за его плечи, будто боялся упасть, а потом судорожно вздохнул, откидывая голову. Ибо с удовольствием поцеловал его в шею, в сладкое место за ухом, от прикосновения к которому пошли мурашки. Сяо Чжань высоко вздыхал, прижимая голову Ибо ближе, требуя внимания к себе, и от этого кружилась голова.

Раньше Ибо не думал, что поцелуи могут доставлять столько удовольствия — много раз приходилось изображать чувства на съемках, и это стало настолько привычным, что Ибо перестал ждать приятных ощущений, и сейчас все казалось будто насыщеннее по ярче, острее. Особенно когда Сяо Чжань смотрел на него вот этим поплывшим, ошалевшим взглядом. Хотелось прижать его собой к кровати и залюбить до потери сознания, и Ибо с восторгом понял, что может так и сделать.

Сяо Чжань довольно улыбнулся, когда Ибо прижал его собой к постели.

— Мог бы сказать…

— Ты же хотел сам искать? — улыбнулся он, заставляя Ибо окончательно потерять голову.

Ибо всегда любил споры и выходить из них победителем, а сейчас, когда Сяо Чжань напомнил ему про вызов, с особым удовольствием решил доказать, что найдет все слабые места Сяо Чжаня.

Только он не рассчитал, что ему тоже будет срывать крышу, когда Сяо Чжань, если на него навалиться, станет так сладко постанывать от каждого движения. Или что так сильно накроет, пока он будет ласкать его чудесные волосатые икры. Раньше бы Ибо сказал, что это точно не может понравиться, но Сяо Чжань так высоко смеялся от щекотки и краснел, требуя прекратить, что Ибо не мог остановится. Ему нравились и волосатые ноги, и чудесная задница, идеально помещающаяся в ладонях, и то, как Сяо Чжань запрокидывал голову и низко стонал, пока кончал ему в кулак, и даже собственные руки в чужой сперме.

Ему нравилось обнимать его, не отпуская от себя далеко.

— Обманули в итоге, — заявил Сяо Чжань, и в ответ на вопросительный взгляд, продолжил, ехидно улыбаясь — Ты очень внимательный любовник, даже слишком.

Ибо рассмеялся, и Сяо Чжань нежно поцеловал его в уголок губ.

— Люблю, когда ты смеешься.

— Говорят, что как гремлин.

— Ну да.

Ибо снова рассмеялся: кое в чем гороскопы все же не врали. Сяо Чжань будет говорить ему про любовь, а Ибо — ее доказывать действиями, а не словами.

Такой расклад его полностью устраивал.
цитировать