Олдскул 15К+;количество слов: 40341
автор: Doctor Aizen
бета: Terra Celtika

На удачу

саммари: Популярный спортсмен получает неожиданный подарок и решает выяснить от кого он. Плохая идея
предупреждения: смерть второстепенных персонажей

Новая квартира была хороша. Всем, кроме беговой дорожки.
Вернее, отсутствия беговой дорожки.
А ведь Базз Би уже все практически устроил: нашел в интернете подходящую модель, расчистил под нее место на лоджии и уже почти договорился о доставке, как в последний момент между ним и здоровым образом жизни встала квартирная хозяйка.
Базз Би провел самые бесполезные полчаса в своей жизни за попытками убедить госпожу Исиду, что дорожка не поцарапает ее драгоценный паркет, не оставит без электричества весь дом и район и «грохотать, лишая соседей законного отдыха после рабочего дня, тоже не будет». Он зачитывал ей отзывы из интернета и даже зачем-то показывал свои награды — вот мол, я спортсмен, у меня режим.
Госпожа Исида качала головой и растягивала в улыбке тонкие губы.
— Меня мало интересует, что пишут в сети. В двух кварталах отсюда есть прекрасный парк. Тренировки на воздухе гораздо полезнее для здоровья.
— В моем доме будешь жить по моим правилам, богатенький говнюк, — услышал Базз Би и сдался. Хотя мог бы помахать договором, где ничего не говорилось про беговую дорожку, или напомнить, что до парка полчаса быстрым шагом, а ему уже в семь нужно сидеть на первой лекции.
На хрен.
Будет ложиться и вставать на час раньше, от этого еще ни один студент не умер, и он не умрет.
Придирчивый Базз Би искал жилье почти месяц, отмел больше двадцати предложений и наверняка угодил в черный список ко всем местным риэлторам, но нашел-таки вариант, который — за вычетом несимпатичной госпожи Исиды — устроил его полностью. Квартира была светлой и просторной, с высокими потолками и свежим ремонтом, адекватными соседями, а самое главное — прямо за стенами этого дома город заканчивался и начинался лес. Последнее привело Базз Би в такой восторг, что он моментом согласился на неоправданно высокую арендную плату.
В «Ванденрейхе» ценили своего звездного амбассадора и на гонорарах не экономили.
— И кстати, — продолжила госпожа Исида, — должна сразу предупредить, что если вы планируете жить вдвоем, это стоит других денег. И вам следовало предупредить, что вы с девушкой.
Появившаяся в дверях Трис выразительно изобразила, как ее тошнит в напольную вазу. Ваза была подарком на новоселье от их бабушки, который Базз Би принял со всей почтительностью, потому что куда в большом городе без вазы.
— Та девушка — моя сестра. Она помогает мне с переездом, потому что кодекс братьев гласит: если у вас есть сестры, их надо угнетать.
— Халк таскать, — Трис качнула вазой.
Госпожа Исида выразительно посмотрела на ее зеленые волосы, словно выискивая рога, выдала нейтрально-неодобрительное «Хорошего проживания» и ушла.
— Спорим, когда я съеду, она тут все обрызгает святой водой, — проворчал Базз Би. Пепел беговой дорожки все еще стучал в его сердце.
Трисс придвинула вазу к стене и задумчиво потрогала круглый бок носком ботинка.
— Я могу ее случайно расколоть. Надо?
— Оставь, — распорядился Базз Би. — Вот брошу большой спорт и буду из нее пиво хлебать.
Бросать, по крайней мере в ближайшие лет пять, он не собирался, даже наоборот — планировал доказать всему миру, кто тут бог и звезда. И у него вроде начало получаться: два миллиона подписчиков в инстаграме, незнакомые люди, подходившие с просьбой о селфи, контракт с Ванденрейхом. Жизнь была хороша.
По квартире прокатился дверной звонок, и Базз Би радостно встрепенулся.
— О, пиццу принесли.
Принесли не пиццу. Принесли плотный белый конверт без каких-либо опознавательных знаков. Курьер — хмурая девушка в огромных наушниках — сунула его в руки Базз Би и исчезла быстрее, чем он спросил, где расписаться.
— А я знаю фильм ужасов, который начинался так же, — Трис с улыбкой толкнула Базз Би плечом, — открывай, может, там портал в параллельный мир.
— Или первый счет за электричество, — Базз Би на всякий случай прощупал конверт — внутри ощущался какой-то маленький плотный предмет с неровными краями — и разорвал его пополам.
Предметом оказалась подвеска (золотая? медная?): заключенный в кольцо прямоугольник, покрытый сетью изломанных линий. Базз Би на секунду показалось, что он держит в руках кусок паутины, сплетенной самым пьяным на свете пауком.
К украшению прилагалась карточка со смутно знакомым логотипом с одной стороны и небольшим текстом с закосом под кельтские руны с другой.
— Амулет «Сплетенные любовники», — трагическим голосом прочитал Базз Би и закатил глаза к потолку. Трис захихикала, прикрывая рот ладонью, — для нашедшей друг друга пары. Способствует улаживанию конфликтов, «размывая» их во многих направлениях. Хорошо носить на себе или разместить дома в углу любви Кунь. Какой пиздец, а?
Поклонники и раньше присылали странное: подушка в форме собственной головы до сих пор снилась Базз Би в кошмарных снах, три ахатины доживали свой век у Цан Ду, а шляпа-зонт радовала ребенка предыдущих соседей. Мир полон ебанутых людей.
— Слууушай, — Трис подбросила амулет и поймала его на ладонь, — а ты ведь никому не давал новый адрес, да?
Базз Би кивнул. В глубине души он готовился к тому, что ведьма Исида в последний момент решит, что он недостоин ее Приличного Дома Для Приличных Людей. Морочить друзьям голову не хотелось. Выглядеть идиотом в их глазах — тоже.
— Думаешь, это предыдущий жилец заказал? — уточнил Базз Би. — Ну дела, и где его искать теперь?
Можно было поинтересоваться контактами у госпожи Исиды — для порядка, ну или спросить, где в этой квартире угол Кунь — чтобы поржать. Но Базз Би уже сейчас страстно желал свести их общение к лаконичному «Оплатил» раз в месяц, и что-то подсказывало ему, что это взаимно.
Трисс пожала плечами.
— Или эта растяпа в наушниках перепутала квартиры. Сейчас получит по кумполу от начальства и вернется, через два-три…
В домофон зазвонили.
— …ну, или так, — подытожила Трис, вернула, как показалось Базз Би, с легким сожалением амулет и ушла в гостиную.
Он снял трубку и сурово сказал.
— Конверт мы уже вскрыли. Упаковку тоже. Не наш косяк.
— Ребятки, мне без разницы, кого вы там вскрыли, я просто развожу пиццу, — ответил после небольшой паузы бодрый мужской голос, — вы на каком этаже?
*
После третьего стакана рома в голове образовалось некоторое количество разноцветной ваты и Базз Би прикрыл глаза, растягивая этот момент. Выпивал он теперь очень редко, потому что спорт и учеба требовали ясной головы. На Рождество, на их общий с Трис день рождения и по Очень Важным Поводам, но не чаще раза в квартал.
На очередное новоселье Хьюберт даже подарил ему интерьерный плакат: три официантки Октоберфеста одна другой симпатичней, шесть литровых кружек пива и надпись «Пьют все, кроме тебя». Базз Би принял подарок со всей учтивостью и пообещал страшно отомстить.
Девушка в наушниках, конечно же, не вернулась. Базз Би с Трис успели повесить объявление на первом этаже у лифта и написали в чатик соседей. Там их пригласили на барбекю, посоветовали круглосуточный магазин и попытались всучить котят. Хозяин амулета не объявился, и Базз Би это полностью устроило. Нет, он скорее поджег бы себе волосы, чем надел эту хрень, но вот Трис она понравилась.
Когда они ходили за ромом, она повесила амулет на запястье, соорудив из цепочки двойной браслет, а дома полезла было на сайт магазина, но Базз Би заметил и пресек.
— Забирай. Если хозяин чухнется — дам ему денег. А если это все же мне, тогда вообще никаких проблем.
В конце концов, в этом году он оставил ее без подарка — не специально, конечно. Просто приехал с очередных сборов уставший как собака, рванул в ресторан сразу из аэропорта и, естественно, задрых в такси. В итоге при нем остался букет — пионово-лавандовое облако, собранное заботливыми руками молоденькой флористки, а дико дорогая и модная куртка-авиатор укатила в новую жизнь — куда-то в сторону Олдтауна.
Базз Би сейчас отчасти чувствовал себя сволочью-таксистом, а с другой стороны… Ладно, если что — заплатит в два, в три раза больше. Сестер надо радовать, а то ведь никогда не знаешь, когда у тебя дома образуется лишняя ваза.
— Уверен? — с сомнением посмотрела на него Трис — успокаивала совесть, — а объявление зачем вешали?
Базз Би стянул из коробки последний кусок пиццы — ну и плевать, что остыла — и растянулся на полу.
— Как повесили, так и снимем, — сказал он потолку, — все равно никаких углов Кунь на горизонте пока не маячит.
Последние (чего уж там, они же первые) серьезные отношения в жизни Базз Би закончились полгода назад. Без драм и трагедий, просто откатились обратно к дружбе, и он не торопился завязывать новые. Во-первых, не было времени: то, что не съедала учеба, подъедали тренировки, во-вторых, нового парня Базз Би собирался искать так же обстоятельно, как и квартиру, чтобы если не на всю жизнь, то хотя бы лет на пять. Высокого, без тараканов в голове и с обалденным чувством стиля. Обязательно с красивыми руками.
Трисс завозилась, устраиваясь рядом. Вытянула руку, полюбовавшись амулетом. А потом немножко поломала Базз Би мозг.
— А что Ренджи? Тогда, в караоке, ты говорил, что у вас вроде как химия.
Базз Би честно покопался в памяти. В караоке он был, это да. Два раза с Трисс и Хьюбертом и один раз с Цан Ду, но только не с мужиком, имени которого не мог вспомнить. Караоке — это личное.
— Какой Ренджи? — осторожно уточнил он.
Трис пихнула его вбок.
— Ну парень с военной кафедры. Мы с ним подрались на посвящении, а потом ты сказал, что у него клевые брови, а он — что у меня отличная прическа, а потом мы все пошли пить. Или не Ренджи… Да нет, точно Ренджи.
— А я говорил, что надо было брать пиво, — Базз Би уклонился от карательного локтя и стал загибать пальцы. — Я не дрался на посвящении, там вообще было тухло, как на утреннике. Я знать не знаю никакого Ренджи. И химия у меня в последнее время только в прямом смысле: каждую вторую пятницу месяца, северное крыло, двести пятая аудитория, профессор Гранц. Опоздаешь — выебет весь мозг.
— Ах так, — Трис резко выпрямилась и зашарила взглядом по комнате, — кинь в меня телефон, вон он на куртке. Да не в прямом смысле, балбес, я его только вчера купила! Где тут галерея.
Заинтригованный Базз Би навис над ее плечом, наблюдая, как на широком экране — это же надо, ходит с такой лопатой, он бы не смог, — сменяют друг друга фотографии. Трис с подругами, котик, какая-то церковь, еще котик, Дарт Вейдер раздает листовки перед торговым центром, двойная радуга над городом — Базз Би тоже ее видел из окна аудитории, снова котик, а вот и караоке-бар — и они втроем на фоне стены, расписанной цитатами из известных песен девяностых.
Интересно.
— Вот, смотри, — Базз коснулся экрана, — это я. Это ты. А это Хью — у нас с ним нет никакой химии, потому что он мой лучший друг и мудак при этом. А этот твой Ренджи, наверное, фотографирует.
Трис сбросила его руку — сильно, но беззлобно. Дурацкий амулет окарябал Базз Би запястье.
Может, он не обычный был — волшебный. Может, Трис, как в «белизне», начала видеть привидений?
— Ничего не понимаю, — она потерла фотографию с таким ожесточением, будто рассчитывала, что через нее сейчас проступит другая. Базз Би решил, что с него хватит.
— Давай спать. Мне завтра, — он покосился на часы, — мне сегодня на пары к одиннадцати.
Ренджи.
Что за имя такое дурацкое — Ренджи?
*
Перед сном, как это обычно и бывает в жизни, у него вдруг заработали мозги и он вспомнил. Про логотип, магазин и амулет.
Базз Би подтянул к себе смартфон, накрылся с головой одеялом, чтобы не разбудить Трис, и открыл фейсбук.
Аккаунт он завел в прошлом году, чтобы вступить в группу «Силберна» и подписаться на Неймара, Месси и Роналду. Примерно тогда же он задумался о татуировке и начал искать интересные эскизы. Реклама того магазина набросилась на него из ленты в виде поста с этим самым амулетом. Базз Би перешел по ссылке, отметил для себя пару интересных рисунков и репостнул рекламу себе на страницу с подписью «Кажется, это подойдет».
Потом он долго искал салон, потом Трис сказала, что набить тату может любой дурак при деньгах и без фантазии, потом… наверняка было какое-то еще «потом», но к идее разукрасить кожу Базз Би остыл, да и к фейсбуку тоже.
А запись осталась. И под ней стояло четыре лайка — один от магазина (Базз Би похвалил их маркетолога), два от шапочных знакомых, не пропускавших ни одного редкого поста, и последний от какого-то (какой-то) JgH.
Заинтригованный Базз Би помедитировал немного на странный ник и пошел в гости.
Страничка была или казалась заброшенной. В профиле пусто, оформление — стандартная обложка из галереи, а в альбоме фотографии какого-то особняка — наверное, владелец (владелица?), как и Базз, тоже любил сохранять всякое, только тащился по старинной архитектуре. Особняк, даже скорее маленький замок, несмотря на некоторую запущенность, выглядел роскошно. Даже фамильное поместье Блэков выглядело рядом с ним загородным домом. Базз Би порядочно залип на остроконечных ажурных башенках и сложной мозаике фасада, поэтому даже вздрогнул, когда на последней фотографии обнаружился человек.
Юноша чуть младше Базз Би — светлые волосы, густая челка и можно-я-уже-пойду лицо — сидел на ступеньках перед входом и без улыбки смотрел в камеру. К таким декорациям просто обязаны прилагаться камзол и шпага, но на юноше были обычная клетчатая рубашка и джинсы.
Базз Би обшарил его взглядом. Длинные волосы у мужиков — вот чего он никогда не понимал. А светловолосый разве что ступеньки не подметал своим хаером.
Или подметал?
Базз Би попробовал увеличить фотографию — а вот хрен, снимали, похоже, на тапок.
Он задумчиво вышел из галереи и уставился на пустую страницу. Почему-то представилось, как этот парень из особняка появляется на пороге его современной квартиры, смотрит отстраненным взглядом и без всякого выражения произносит: «У вас есть кое-что мое». Хотя фотосессия наверняка постановочная, а JgH — пишущая фанфики о вампирах школьница, отсюда и дурацкий ник. Трис тоже интересничала, когда ей было двенадцать.
Базз Би очнулся, когда палец потянулся к кнопке «написать сообщение».
— Херней занимаешься, — сурово сказал он и свернул браузер.
Сон придавил его голову к подушке уже через несколько минут.
*
Базз Би проспал. Четырех часов до рассвета телефону хватило, чтобы почти полностью разрядиться, а Трис ушла рано утром, оставив ключи в почтовом ящике, — Базз Би взял на заметку сделать запасной комплект, только сначала поинтересоваться у госпожи Исиды, не нарушает ли он какое-то правило Приличного Дома Для Приличных Людей.
Или ну на фиг, в договоре вроде ничего не говорилось про ключи, а что не запрещено, то разрешено.
Сообщение пришло, когда он выскочил на улицу, приглаживая волосы и пытаясь попасть руками в лямки рюкзака.
«Я пока не снимала объявление. Ты звони, если что, ага?»
Базз Би вспомнил свой ночной рейд на фейсбук и уверенно ответил:
«Да не придет никто».
В ответ прилетело: «В смысле?», щедро дополненное удивленными смайликами.
«Позже, блин!» — торопливо напечатал Базз Би и побежал за отъезжающим автобусом.
В аудиторию он ворвался за минуту до начала лекции. Расположившийся на первом ряду Хьюберт закатил глаза и указал на место рядом с собой. Базз Би уронил на скамью рюкзак, а потом себя и воткнул сдохший телефон в пауэрбанк.
Автобус все-таки уехал и пришлось пробежаться. Шесть остановок, девять — Базз Би сверился с фитнес-браслетом, девять с половиной километров, а он даже не запыхался. Красавчик!
— Как спалось в новых апартаментах? — поинтересовался Хьюберт.
— Нормально, только кто-то уже знает адрес. И хозяйка ведьма, — все-таки пожаловался Базз Би. — Иди, говорит, Баззард Блэк, в парк, хрен тебе, а не беговая дорожка. И твой плакат я выкинул.
— А ты сказал, что через полгода у тебя важные соревнования? И что ты поспорил, что если не возьмешь золото, то побежишь голым вокруг общаги?
Базз Би ухмыльнулся. Первое, минимум третье место на всех соревнованиях, особенно международных — так было прописано в контракте с Ванденрейхом, иначе привет, штраф, то есть депремирование. Так что призрачный шанс очутиться на улице с голой жопой все-таки существовал. Впрочем, Базз не собирался вылетать из первой тройки. А точнее — нацелился на первое место.
— Вот прямо сейчас позвоню и расскажу, — беззлобно огрызнулся он, — а то ей, конечно, не похуй.
Хьюберт побарабанил ручкой по столу, всем своим видом демонстрируя, что понимает, но сочувствовать не собирается.
Впрочем, госпожа Исида и маячившие на горизонте соревнования — ничего особенного, сколько их уже было, беспокоили Базз Би меньше всего на свете.
Беспокоило другое.
— Знаешь парня по имени Абарай Ренджи? — небрежно поинтересовался он.
В отличие от него, Хьюберт легко сходился с самыми разными людьми и оброс друзьями и приятелями еще с курсов. Вроде бы у него были знакомые даже в ректорате.
— Абарая Ренджи? — повторил Хьюберт. В принципе, все было ясно по его тону, но Базз Би решил идти до конца.
— Он с юридического. У него татуировки, — что там еще говорила Трис, — и клевые брови, вот.
Про караоке Базз Би благоразумно промолчал.
— Абирама Реддер.
— Чего-чего? — заморгал Базз Би. Абирама Реддер он знал. Стильными бровями там и не пахло.
— С татуировками и с юридического только Абирама Реддер, — пояснил Хьюберт, — Абараев не знаю. А что случилось, ты втюрился?
Базз Би рассказал. С Хьюбертом вообще было удобно говорить просто странное и неудобное — Базз Би даже репетировал на нем «выход из шкафа» перед тем, как признаться благородному и древнему семейству Блэков, что у него есть парень и его зовут Цан Ду. Хьюберт тогда очень выразительно изображал, как падает в обморок от негодования, и каким-то удивительным образом на душе становилось спокойнее.
Они познакомились на подготовительных курсах, вместе провалили вступительные экзамены: Базз Би мировую литературу, а Хью — экономику, вместе оказались в спортивной секции и вместе загремели в госпиталь, когда в едущий на сборы автобус врезался какой-то пьяный ублюдок на Мазде.
Базз Би уже не первый раз задумывался о том, что тогда, на литературе, ему чертовски повезло. Поступи он в тот год, и ничего бы не было: ни медалей, ни Хьюберта, ни Ванденрейха.
Или нет, с Хьюбертом они бы все равно сдружились, но спортивную карьеру Базз Би бы точно закопал под учебниками.
Забавная штука — удача.
— Знаешь, что я думаю, — задумчиво протянул Хьюберт, когда Базз Би закончил, — если сестра придумывает тебе воображаемых мужиков — это звоночек.
— Пора найти настоящего? — зачем-то уточнил Базз Би. — Остепениться, взять кредит на дом…
—…завести собаку.
— Двух собак и попугая, — дополнил Базз Би. С задних рядов зашикали, но без особого энтузиазма. — Пожениться в Лас-Вегасе, обрасти бытом, уйти из большого спорта и уступить пальму первенства своему талантливому другу. Такой у тебя план?
Конечно, они были соперниками. Пару раз Хью даже отбирал у него первое место. Базз Би не особо-то и переживал: все правильно, в большом спорте каждый сам за себя.
К тому же, так было интересней.
— Вообще-то, — зевнул Хьюберт, — я планировал приплатить какому-нибудь наркоману, чтобы он прирезал тебя в подворотне. Но твой вариант тоже ничего. Я тут, понимаешь ли, обнаружил, что у меня нет знакомых наркоманов. Кстати, ты выкинул сковородку?
Базз Би рассмеялся и показал ему средний палец.
— На каждого психа не напасешься.
Нет, он и в самом деле планировал устроить личную жизнь, даже зарегистрировался на паре сайтов и… Не то чтобы там собирались странные люди. Откровенно ебанутых было всего двое: первый при знакомстве спросил Базза, до скольки лет мать кормила его грудью; второй, оказавшийся основателем и первым лидером ордена «Это наша земля», долго и красочно рассказывал о жителях планеты Фаэтон, существование которой отрицает правительство, управляя человечеством через тефлоновые сковородки. Базз Би пообещал избавиться от всех сковородок, пожертвовал в фонд борьбы с инопланетянами десять долларов и кинул номер основателя в черный список.
Остальные были…ну, были. С общими интересами, с приятной внешностью, с хорошей фигурой. Иногда с красивыми руками. С кем-то он даже трахался. И все же чего-то не хватало, той самой пресловутой искры.
— В задницу интернет, — сказала однажды Трис, и кажется, она была права, — посмотри по сторонам. Вокруг полно нормальных живых людей.
Базз Би заскользил взглядом по аудитории. Не то чтобы его привлекал кто-то из однокурсников… Во-первых, это было табу, во-вторых, более-менее подходящий под требования Хисаги явно играл за другую лигу. Но впереди маячило полтора часа увлекательной (нет) лекции по стилистике, китайский пауэрбанк зарядил телефон всего на два процента, а из окна открывался захватывающий вид на стену соседнего корпуса, всегда искушавшую Базз Би отсутствием граффити.
Лекция была совмещенной, причем на несколько потоков сразу. Здесь была Бамбиетта Бастербайн — опять забралась на задний ряд и залипла в планшет; Нэллиэль с экономического — кто бы уже сказал ей, что помадой красят губы, а не глаза; Амано с экономического — надо же, встал к первой паре, и — Базз Би словно что-то ударило в затылок — он тоже был здесь.
Парень с фейсбука.

*

Он был на пару лет старше, чем на той фотографии, и отрастил густую челку. Клетчатую рубашку сменил белый пиджак с серебряной звездой на лацкане. Базз считал его слишком выпендрежным, поэтому в первый же день случайно постирал с цветными вещами. Но парню с фейсбука он шел.
— А вот про этого расскажи, белобрысого. Я его раньше не видел.
Хьюберт вытащил из ушей наушники и небрежно обернулся. Вот сейчас он спросит «Какого белобрысого», и выяснится, что Базз Би тоже обзавелся способностью видеть несуществующих парней.
— Его зовут Юграм Хашвальт. Он вообще особо не отсвечивает. Учится вроде как на юридическом, живет в общежитии, хотя легко мог бы снять себе целый дом в Олдтауне. У него богатые предки.
Базз Би кивнул. Носить белый пиджак с гербом Силберна было не только престижно, но и очень дорого. Были какие-то социальные программы, но в основном здесь учились те, кому в принципе не грозила необходимость работать.
Трис, которой предстояло поступать в следующем году, уже решила, что откроет свою гостиницу для животных. Совсем неудивительно, учитывая ее привычку обниматься с каждой встречной дворнягой, а Базз… ну, у Базза пока был Ванденрейх.
— И?
— Он задрот.
— Ииии? — поощрительно глянул на него Базз. К любому задроту прилагалось какое-нибудь заслуживающее если не интереса, то хотя бы уважения «и»: Эс вон цитировал священное писание аж на четырех языках. На немецком уж точно — Базз проверял!
— И ты торчишь ему зажигалку. Давно еще, со вступительных экзаменов.
— А денег не торчу? — уточнил Базз. Курить он бросил как раз перед экзаменами, потому и психовал тогда в два раза больше, чем планировал, особенно перед литературой. Повода особо не было: из обширного списка непрочитанным остался разве что «Остров пингвинов». Базз подозревал, что история про аббата, окрестившего пингвинов вместо людей, просто не может быть плохой, но времени на нее…
И тут Базз Би вспомнил.
Да, это было перед экзаменом по литературе, когда он мчался по лестнице на нужный этаж и практически снес одного из своих будущих однокурсников. Тот в последний момент уцепился за перила, но без потерь не обошлось: из кармана рубашки выскользнула зажигалка и упала в лестничный колодец.
— Вот, блин, — Базз Би прошиб холодный пот, — пятый этаж, однако. В смысле, извини.
Владелец зажигалки — незнакомый светловолосый парень — поморщился, растирая пострадавшее при столкновении плечо.
— Ничего страшного. Ведь это она упала, а не я.
— Ага, — Базз Би согласно втянул воздух, — как ты вкусно пахнешь, блин!
— Да? — вежливо уточнил светловолосый, и в его глазах мелькнуло замешательство. Базз Би замахал руками.
— Я просто уже месяц как не курю, а ты… Филлип Моррис темно-синие, так?
— Премиум, — улыбнулся светловолосый, — попробуй поджечь фильтр и курить с другого конца — сразу отобьет все желание.
— Да я вроде справляюсь, — Базз Би посмотрел на часы, — слушай, я бы спустился и достал твою зажигалку, но у меня через пять минут экзамен.
Светловолосый покачал головой.
— У меня есть еще. Желаю вытащить счастливый билет.
Вытащил ли Базз Би «Остров пингвинов»? Конечно, да.
Вспомнил ли он про зажигалку? Разумеется, нет.
Базз Би вынырнул из воспоминаний и обнаружил, что парень с фейсбука, он же парень, который курит Филип Моррис, в свою очередь смотрит на него — с вежливым недоумением. Неудивительно, что Базз его не запомнил: он был совсем обычный, разве что волосы, хотя вон у Нодта тоже волосы.
Базз Би попялился ради приличия на его соседа, потом на Бамбиетту, развернулся назад, включил смартфон и напечатал:
«Кажется, нашел».
«Кого?»
«Того, кто прислал хрень».
«Подробности!!! Как ты узнал? Девушка или парень?»
«Парень».
«У него красивые руки?»
Пришлось уронить ручку и обернуться еще раз. Юграм Хашвальт что-то сосредоточенно писал в тетради — Базз Би видел только густую челку и острый подбородок.
«Мне отсюда не видно. Но у него светлые волосы. И Хью говорит, что он задрот».
«Твой Хью сам задрот. Да просто пришли фото!»
«Я тут на лекции сижу на минутку».
«Ты организовал прямой эфир из анатомички, и тебе ничего за это не было».
Базз Би возмущенно втянул воздух.
«Мне за тот эфир страницу заблокировали на две недели, хотя господин Шульц даже не попал в кадр. А еще триста человек отписалось, и от Аскина потом пришлось выслушивать. Тебе напомнить, как Аскин умеет трахать мозг?»
«Сам трахайся со своим Аскином. Лучше скажи, как ты узнал? Про амулет?»
Этот простой вопрос немного вернул Базз Би в реальность. А чего он и в самом деле так завелся? Из-за лайка в фейсбуке?
«По большому счету пока догадки», — написал он и свернул мессенджер за секунду до недовольного:
— Мистер Блэк, мисс Бастербайн, уберите свои гаджеты или идите с ними в коридор.
До конца лекции он больше не оборачивался.
*
Домой Базз Би вернулся за полночь: сначала тренировка, потом Аскин попросил заехать обсудить новый ролик, потом позвонила Трис и спросила, не хочет ли он поужинать где-нибудь в городе.
Квартира встретила темнотой и тишиной. Базз Би принял душ, плюхнулся в кровать и достал смартфон.
Новости. И почта. И поставить будильник на семь, а лучше на полседьмого. Именно это он и собирался сделать, а вместо этого опять зашел в фейсбук, точнее, страница так и висела открытой в браузере. Нажал на «подписаться», а потом на «написать».
«Jgh — ваш новый друг на Фейсбуке, — высветилось в окне чата, — поприветствуйте его».
— Как скажешь, — согласился Базз Би и написал: «Привет».
И вздрогнул, когда телефон тренькнул ответным:
«Привет».
Базз Би подобрался. Над следующей фразой он особо не задумывался. Играть в таинственность совершенно не хотелось, зато очень хотелось спать.
«Это ты прислал ту кельтскую фигню?»
И снова ответ пришел почти сразу.
«Тебе понравилось?»
Аватара у JgH не было, а вот та фотография… Базз Би на всякий случай проверил — фотография была на месте.
Он завозился, поудобнее устраиваясь в подушках. Допустим, сон немножко подождет.
«Ничего. Особенно про угол Кунь. Сам придумал?»
На этот раз JgH некоторое время молчал. Должно быть, угол и его поставил в тупик.
«Полагаю, у них очень странный маркетолог».
Базз Би невольно улыбнулся. В конце концов, именно так все и начинались все его знакомства: «Привет, отличное фото, в профиле указано, что ты любишь Тарантино. «Омерзительная восьмерка» так себе, а тот фильм про Голливуд еще не смотрел, знаешь тот бар в конце Уинтер стрит, Лас Ночес, да, это тот, в котором все стены в масках».
Это была простая схема и она работала в основном потому, что человек по ту сторону экрана не был сталкером.
Базз Би перекинул телефон из одной руки в другую. У всех знаменитостей есть назойливые фанаты, самое плохое, что можно сделать — это поощрять их интерес. Надо заблокировать этого JgH прямо сейчас.
Только вот когда бог раздавал инстинкт самосохранения, Базз Би стоял в очереди за приключениями на жопу, и уж там ему отвесили с горкой.
«И чем обязан?»
«Это просто подарок. Считай меня своим личным Святым Николаусом».
Базз Би ухмыльнулся: ишь ты. Хорошо, что не полуночный человек.
«Как угодно, только не надо вваливаться ко мне в рождественскую ночь. Если испачкаешь сажей ковер, квартирная хозяйка его выкинет с моим трупом внутри».
Он пожалел об этом сообщении через секунду после того, как нажал кнопку «отправить». Про ковер было лишнее. И про госпожу Исиду.
Непонятно, как много вообще знает этот JgH. Или все-таки Юграм Хашвальт.
Базз Би опять нашел фотографию. Вгляделся. Да, на сто процентов он. На девяносто пять, если делать скидку на качество.
«Легко, ты же уже получил свой подарок».
И Базз Би вспомнил о самом важном вопросе, который нужно было задать в самом начале беседы.
«Как ты узнал адрес?»
Вариантов, в принципе, было много. Он мог оказаться одним из риэлторов. Знакомым госпожи Исиды. Или даже соседом по лестничной клетке. Но все они казались притянутыми за уши.
«Я же святой Николаус», — напомнил JgH, и Базз Би впервые за весь разговор почувствовал легкое раздражение.
«Знаешь, преследовать людей — это нихрена не смешно. И даже немножко незаконно», — последнее сообщение он, после недолгих размышлений, стер. К черту, он же не школьница.
«Это ведь ты мне пишешь», — напомнил JgH. Базз Би мог поклясться, что он сейчас ухмыляется.
«Чтобы узнать, как ты узнал адрес, — предложил он, хотя уже знал — ни хрена этот святой Николай не расколется. — Скажи, и я отстану».
«Я понимаю, как это выглядит. Но тебе не нужно бояться меня».
Это не звучало угрозой, но в голове у Базз Би щелкнуло…
«А кого-то надо?»
На этот раз JgH завис так надолго, что экран успел погаснуть, а Базз Би — свернуть мессенджер, включить фоном какой-то сериал от Нетфликс и заснуть.
Сообщение от JgH он прочитал только утром.
«Уже никого, — писал тот. — Ты ведь получил амулет».

*

Телефон ожил, когда Базз Би варил кофе. Отвлекаться не хотелось, но имперский марш был настроен на определенного человека, и пропускать его звонки было опасно для здоровья.
— Привет, Кэндис! — он прижал трубку плечом и снял турку с огня за секунду до того, как над ней поднялась шапка. — Чего как?
— Мы с Кирге в пробке. Все дороги стоят, видимо, в центре высадились инопланетяне и дали жителям два часа, чтобы свалить из города.
— Спасибо, что держишь в курсе, — Базз Би бросил взгляд на календарь — блядь, сегодня же четверг, — то есть жду с нетерпением.
— Можешь не притворяться, что не забыл про съемки, но у тебя полчаса, чтобы убрать срач. И не дай бог в кадр, как в прошлый раз, попадет хоть один твой долбаный носок, я тебя…
— …связь чего-то барахлит, до встречи, — Базз Би положил трубку, в два глотка выпил кофе и пошел наводить порядок.
Началось это все полтора года назад, когда на пороге аудитории его схватила за рукав Бамбиетта Бастербайн.
— Слушай, тебя там какой-то мужик ждет в пятьсот двенадцатой. Барро в курсе, сказал — иди.
Базз Би насторожился. «Вы умираете, вы уже умерли — вот две уважительные причины пропускать мои лекции» — любил повторять профессор Барро.
Интересно.
— Что за мужик, и чего ему надо?
— Не знаю. На нем не написано, прикинь, — усмехнулась Бамбиетта и замахала кому-то в конце коридора.
А Базз Би практически метнулся в пятьсот двенадцатую. Случись что с родителями, ему бы уже позвонили, с Трис он разговаривал десять минут назад, проблем с законом не было, правда, в прошлом месяце он потерял паспорт. Забавно, если его нашли рядом с чьим-то трупом. Точнее, ни хрена не забавно.
В аудитории его дожидался мужчина чуть младше отца. Высокий, худой, с нелепой челкой.
Вряд ли он служил в полиции — ну, или где-то в мире существовал участок, где сотрудникам вместе с табельным оружием выдавали лоферы Армани. Базз Би пригляделся — ишь ты, еще и из последней коллекции.
Он прикрыл дверь.
— Если вы искали Баззарда Блэка, так это я. Какое у вас ко мне дело?
— Аскин Накк ле Вар, — мужчина протянул руку. Во второй он сжимал стакан дешевого растворимого кофе из автомата на первом этаже, — фамилию вы все равно не выговорите. Поэтому можно просто Аскин. Я хочу предложить вам сотрудничество.
Вот оно что. Базз Би подтянул к себе стул и сел. Стоило ему выиграть пару серьезных забегов и засветиться на спортивных каналах, как предложения посыпались горой. Чипсы, бады, белье, ионизаторы воды, матрасы с датчиками движения, будь они неладны — матрасами Хьюберт подъебывал его еще недели три.
До сегодняшнего дня все эти бизнесмены с трусами и таблетками донимали Базз Би исключительно через директ, ну или звонили. Он сменил несколько номеров и научился посылать на хрен на китайском и испанском — и это был единственный профит.
Этот Аскин, судя по часам и ботинкам, явно занимался чем-то посерьезнее ионизаторов. Впрочем, именно на такой хрени часто делались большие деньги.
— Слушайте, — вздохнул Базз Би, — Я бегаю, потому что мне это нравится, а не потому что хочу рассказывать людям, что им есть, пить или носить. И эти ваши ролики про «скажи наркотикам нет» тоже не моя тема.
Тут он почти не соврал: популярность грела душу, но больше всего ему нравилось побеждать. Это чувство стоило всего на свете.
— Не хотите использовать свою популярность, чтобы как-то повлиять на неокрепшие детские умы? — всплеснул руками этот Аскин, хотя представитель социального фонда из него был, как из Абирамы балерина. — А как же долг перед обществом?
Базз Би пожал плечами. У него карточка донора, он охотно участвовал в благотворительных забегах и не собирался вставать на пути у естественного отбора. Один такой юный и неокрепший однажды напал на Трис — повезло, что у нее был шокер и она успела его достать. Повезло, если подумать, и самому Баззу: если бы он тогда был рядом — сидел бы сейчас в другом месте и разговаривал с ней раз в месяц через экран из пуленепробиваемого стекла.
— Сейчас в тренде глобальное потепление, — Базз Би встал. — Давайте еще раз — я ничего не рекламирую, мне это не нужно. Слышали про бензоколонки «Блэк Стар»?
Нефтяную империю отца в качестве аргумента в споре он упоминал примерно никогда. Просто разговор начал понемногу утомлять, а еще ожил телефон в кармане куртки, и Базз Би углядел в этом перст судьбы.
Аскин отхлебнул из стакана, поморщился и отодвинул его в сторону.
— Автомат в холле нужно вывезти на полигон и сжечь. Он опасен для человечества, — пожаловался он. — Разумеется, я слышал о вашем семейном бизнесе. А вы когда-нибудь слышали о Ванденрейхе?
Его тон неуловимо изменился, стал серьезным и даже немного торжественным, как будто он звал Базз Би на священную войну.
Ванденрейх.
Базз Би медленно опустился обратно. Потом вытащил телефон и не глядя сбросил звонок. И только потом спросил:
— Вы это серьезно сейчас?
Лет пять назад их соседей ограбили мигранты, и отец серьезно озаботился проблемой безопасности. Однажды утром к ним приехали молчаливые люди в белых комбинезонах и установили по всему коттеджу камеры и антипожарные датчики. Со временем Базз начал замечать везде — в метро, в торговых центрах, в лифтах и автобусах. Девиз «Ванденрейх Инкорпорейтед» — «Мы хотим, чтобы вы жили в безопасном мире» — звучал из каждого утюга, а их штаб-квартира в Силиконовой Долине занимала целый квартал, по улицам которого сновали беспилотные автомобили. Когда Базз Би учился в средней школе, его класс возили туда на экскурсию.
Тогда они занимались только системами безопасности, но совсем недавно Базз Би наткнулся на ролик, где три небольших робота, похожих на того пузатого дроида из новых Звездных Войн, тушили охваченное огнем трехэтажное здание. И не особо удивился, когда увидел в конце знакомый логотип.
Аскин посмотрел на стакан, как персонажи «Белизны» смотрели на космических демонов, прежде чем их уничтожить.
— Я уже чувствую, как растворяется мой желудок. Разумеется, я серьезно.
— Я про Ванденрейх, — терпеливо уточнил Базз Би.
— Ах, это. Да. Но речь не о разовом сотрудничестве, нам нужен человек, который будет представлять компанию в социальных сетях и не только. Бренд-амбассадор, если угодно. Молодой талантливый юноша, которого любит публика.
Базз Би молчал. Конечно, зарабатывать на жизнь, кривляясь в инстаграме, это не дело. Он уже подкинул отцу один повод для инфаркта, когда признался, что спит с мужчинами, хватит. Но это было совсем другое.
Ванденрейх вышел на мировой рынок систем безопасности в рекордно короткие сроки, поглотив таких гигантов, как «Лас Ночес», «Готей-13» и «КингСпейс», и к началу 2019 года вошел в сотню самых дорогих мировых брендов, — так рассказывали им на экномике.
Они были крутыми ребятами. И они выбрали его, потому что он тоже крутой.
— Мне… — Базз Би не нашелся с ответом и все еще боролся с желанием спросить: «А речь точно идет обо мне, а не о каком-то другом Баззарде Блэке?» Хотя обычно он не страдал скромностью.
— Вам, разумеется, нужно подумать, а вашему семейному юристу — все проверить. Понимаю. Давайте так, я сброшу вам на почту типовой контракт, а в этот четверг мы встретимся еще раз и обсудим правки, если они будут. Или у вас планы?
В четверг у Базз Би было четыре пары, а потом он собирался забрать из ремонта ноутбук и встретиться с риэлтором.
— Никаких планов, — сказал он.
В четверг он приехал в офис и сказал, что согласен.
Аскин выглядел довольным, хотя, судя по всему, он не ожидал другого ответа.
— Прежде чем мы ударим по рукам… Директор Яхве очень высоко ценит репутацию бренда, — он наклонился к Базз Би через стол и спросил с участливостью хорошего друга или очень недешевого психоаналитика: — Мне нужно о чем-то знать?
Базз Би откинулся в кресле. Он готовился к этому вопросу. Хотя не сомневался, что в Ванденрейхе уже знали, в какой позе он уснул прошлой ночью и что ел сегодня на завтрак.
— Я гей. Я не кричу об этом на каждом углу и не бегаю с радужным флагом, но и не скрываюсь. И когда у меня кто-то появится… я не буду говорить, что это мой друг или дальний родственник, с которым мы снимаем комнату, потому что так дешевле.
— И это очень хорошо. Честность — лучшая политика, правда? — Аскин расцвел улыбкой, а до Базз Би наконец дошло.
— Есть препараты, которые мы принимаем на дальних дистанциях, чтобы защитить сердце, — сказал он, — но это легальный препарат, в запрещенном списке WADA его нет. Теперь можно мне спросить? Почему я? Вы же любого могли купить. Звезду, олимпийского чемпиона, с медалями и все такое.
Аскин пошевелил какие-то бумаги на столе. По его разгладившемуся лицу было видно, что тема допинга закрыта.
— Ванденрейх тоже когда-то был простым стартапом. Пять сотрудников, офис из двух комнат, одна из которых склад. Поэтому мы искали человека, который сделал себя сам. С нуля. Ну, и если совсем откровенно: мы рассматривали троих. Один из сотрудников настоял на вашей кандидатуре.
— Ух ты, — присвистнул Базз Би. Внутри неприятно царапнуло, как в детстве, когда Трис по секрету рассказала, что мама только делает вид, что не может их найти, после чего выигрывать у нее в прятки стало неинтересно. — И кто у вас такой добрый? Пришлю ему бутылку.
Аскин покачал головой.
— Увы, у нас сухой закон.
Досада сошла на нет, как только Базз Би подписал контракт. Домой он шел, насвистывая мелодию из заставки «Белизны» и улыбаясь случайным прохожим.
Съемки заняли два часа, в которые можно было уместить целую вечность, — Базз Би давно подозревал, что у Кэндис есть маховик времени.
Базз, встань сюда, нет, сюда, почему у тебя камера говорит на китайском, ты что, не переключил интерфейс, давайте перетащим диван к стене, так больше света, надо как-то показать, что датчик движения не реагирует на животных, в смысле, где взять собаку, ты что, не дружишь с соседями?
Сейчас Базз Би допивал третью чашку кофе, Кирге упаковывал свою аппаратуру — он никому не доверял это священное действо, а Кэндис лежала в кресле, просматривая материал.
— Что-то из этого точно понравится Аскину. Или пусть на хрен снимает сам.
— Можно не надо, — Базз Би затянул вокруг шеи невидимую петлю и выразительно посмотрел на часы, — и кстати, я ни на что не намекаю, но мне пора в институт.
— Если соберешься за пять минут, можем тебя подвезти, — предложила Кэндис. Когда она была довольна проделанной работой, она превращалась в мать Терезу, — нам все равно еще заезжать в офис, сделаем небольшой крюк.
— Тогда я за рюкзаком, — обрадовался Базз Би.
На машине до института минут пять, успеет перехватить бургер в кафетерии.
Маячивший в потенциальном будущем бургер исчерпал лимит его везения, потому что у лифта они все трое наткнулись на госпожу Исиду. Та как раз выходила из кабины, излучая недовольство, как случайно оказавшаяся на Прайде монашка.
Базз Би начал подозревать, что это обычное ее состояние.
— Доброе утро? — попытался он.
— Мы тебя ждем внизу, — Кэндис запихнула Кирге в лифт и нажала на кнопку, оставив Базз Би один на один с раздувающим ноздри драконом.
— Не знаю, какого рода кино вы снимали, — холода в голосе госпожи Исида хватило бы, чтобы выстудить здание, — но это ведь было не в моей квартире, правда?
— Эээ… — Базз Би почесал в затылке. Он собирался ее предупредить, правда. Ну как минимум запланировал звонок, а потом его что-то отвлекло. Гадство. — Послушайте, это ролик для моего инстаграма. Он про беспроводную домашнюю камеру.
— Камеру? — переспросила госпожа Исида. В группе Базз Би было несколько экоактивистов, которые таким же тоном произносили слово «Пластик».
— С датчиком движения, — обреченно пробормотал Базз Би, — не реагирует на домашних животных, не требует проводов, есть микрофон и слот под карту памяти, вам не надо такую? За внуками там наблюдать или за кошкой. Хотите подарю?
В конце концов, почему нет. На его счету скопилось столько бонусных баллов, что хватило бы на охранную систему для целого завода — с модулями видеоаналитики и системой контроля доступа.
— Как интересно, — голос госпожи Исиды лучился снисходительностью. — Вы живете здесь меньше месяца и уже решили, что среди соседей есть воры. Или вам кто-то угрожает?
Базз Би выпрямился. JgH, его таинственный знакомый с фейсбука, больше не писал, не слал подарков и никак не проявлял себя. Хашвальт… Хашвальта Базз Би пару раз видел на совместных лекциях и один раз в кафетерии. Хватило бы простого нейтрального «Привет», и Базз Би припер бы его к стенке, требуя объяснить, какого хрена вообще, но Хашвальт даже не смотрел в его сторону.
— Нет, мне никто не угрожает, я просто фанат видеонаблюдения.
— Тогда вам известно, что для установки камеры нужно разрешение всех ваших соседей по лестничной площадке.
— Нет, если камера только в квартире, — на автомате ответил Базз Би. Он собаку съел в спорах с ярыми противниками видеонаблюдения: излучение от камер вредит мозгу, камеры — это признак тоталитарного государства, через камеры за нами следит правительство. У него была брошюра по работе с возражениями, которую дотошный Аскин заставил выучить наизусть и устроил небольшой экзамен. — Все пучком, я наблюдаю за своим имуществом.
— Так-так-так? — изогнула бровь госпожа Исида.
— Ну, то есть за вашим, — быстро исправился Базз Би, — и за своей вазой. Вы ее видели вообще, за такую убить можно. Я бы точно убил, если бы у меня такой не было.
— Вот как мы поступим, господин Блэк, — перебила его госпожа Исида, — вы воздержитесь от публикации видео, которое было снято в моем доме. Без моего на то разрешения. В противном случае вы с вашей вазой отправитесь искать новое жилье. Если вы рассчитывали на особое отношение благодаря своему …звездному статусу, то его не будет…
— Слушайте, — Базз Би длинно вздохнул. Никогда в жизни ему не приходилось искать общий язык с настолько душными людьми, — у меня контракт. С Ванденрейхом. Когда у меня соревнования — я выступаю в майке с логотипом. Когда у них выходит какой-то гаджет — я рассказываю про него в инстаграме. Меня никто не преследует. Мне никто не угрожает. И моя съемочная группа не поцарапала паркет в вашей квартире. Извините, что я вас не предупредил.
— …а сейчас, — продолжила госпожа Исида, — вы пойдете и выключите эту камеру.
Базз Би закусил щеку и перечислил в уме фамилии всех американских президентов от Вашингтона до Трампа и наоборот.
Это не помогло.
— Ну, она сначала решила, что мы снимаем порнуху, а когда я сказал про камеру, вообще как с цепи сорвалась. И велела удалить видео. Я говорю, слушайте, я немножко знаменитость, мне самому на хрен не надо светить в соцсетях свой адрес, никто и не поймет, что это ваша квартира, а она… такими взглядами аппендицит вырезать можно.
Базз Би набрал Трис, как только выскочил из машины. К счастью, у нее был перерыв и она сказала «жалуйся».
И Базз Би жаловался.
— Аскину звонил? Что он говорит?
— Звонил, — Базз Би толкнул двери и приложил пропуск к индикатору. — Сказал ничего страшного, арендуем студию и отснимемся еще раз. А вот Кэндис орала всю дорогу. Я так не могу. Я уйду жить в вазу, только вот найду подходящий мост и уйду. Буду как тролль — питаться случайными путниками.
— Ты же понимаешь, что, по-хорошему, она права, — с Трис всегда можно было рассчитывать на откровенность. — Такие вещи нужно согласовывать. Если бы кто-то без спроса начал снимать мое жилье и выкладывать в сеть, я бы и не так орала. И не тычь ты ей в глаза своей популярностью. Она, может, боится, что твои поклонницы будут дежурить в подъезде и писать на стенах.
— Мои — не будут, — отрезал Базз Би. У него и в самом деле был свой фан-клуб, не такой ебанутый и шумный, как у одного русского фигуриста, но тоже состоявший в основном из школьниц. У Базз Би с этими школьницами было джентльменское соглашение: селфи и автографы — пожалуйста, в любых количествах, но только на мероприятиях. Не надо караулить его у института и присылать свои фото в нижнем белье тоже не надо.
— Это я знаю, — Трис чем-то захрустела, Базз Би вспомнил, что так и не купил бургер, — а она не знает.
— Ты вообще на чьей стороне?
Трис рассмеялась.
— Конечно, я на стороне своего бедного старшего брата, которого несправедливо обидела злая женщина. Хочешь, переезжай ко мне? Найдешь вариант попроще, без леса за окном, зато никто не будет мотать нервы.
Базз Би на секунду соблазнился, а потом прикинул объем предстоящего головняка: опять таскаться по всему городу, общаться с арендодателями, отшивать агентов, перевозить шмотки.
Нет. У него сессия. И соревнования.
— Я сейчас хочу кому-нибудь втащить и… да блин! — Базз Би ускорил шаг — до начала лекции оставалось пять минут — и всем телом в кого-то врезался. Качественно так врезался, аж в ушах зазвенело.
Юграм Хашвальт коротко вскрикнул и выронил стакан кофе. Большая часть содержимого оказалась у него на рубашке, Базз Би вместо извинений удивленно выдохнул:
— Да что за дела такие, опять ты?
Хашвальт выпрямился, короткий озадаченный взгляд заставил Базз Би почувствовать себя паскудой, и метнулся в сторону туалета.
Базз Би поднял стаканчик, задумчиво над ним вздохнул и посмотрел на часы. Хрен с ней, с лекцией, как-нибудь отмажется.
В туалете густо пахло хлоркой и немного табачным дымом — те, кому лень было бегать на крышу, собирались здесь, игнорируя табличку «Мы благодарны, что вы не курите в стенах нашего университета».
Хашвальт склонился над раковиной. Базз Би сначала решил, что он решил постирать в ней рубашку, но он просто намочил ее и прижал к груди, коротко зашипев от боли.
— Сильно обжегся? — Базз Би поежился. Как-то он тоже облился горячим чаем, на память остался небольшой шрам у ключицы и стойкая ненависть к любой пластиковой посуде.
У Хашвальта тоже был шрам — под лопаткой. И явно не от кипятка. Базз Би понял, что пялится, и торопливо отвел взгляд.
— Порядочно, — коротко бросил Хашвальт. Что за человек, даже не добавил что-то вроде: «В следующий раз смотри, куда прешь». Базз Би стало бы чуточку полегче.
— Тебе хоть есть, во что переодеться?
Хашвальт выпрямил спину, отжимая намокшие волосы.
— До гардероба пойду в мокром, а потом в общежитие — переодеваться. Хорошо хоть пиджак в аудитории оставил. Хотя он мне не идет.
— Так я могу врезаться еще раз, — радостно предложил Базз Би, и Хашвальт, кажется, понял, что это такое «извини».
— Нет уж, хватило одного раза, — улыбнулся он.
Базз Би порылся в рюкзаке — надо же, как удачно он взял с собой спортивную форму. Хотел побегать в манеже после занятий… ну, значит, не побегает.
— Вот, — он протянул Хашвальту футболку, — держи, вроде у нас один размер. Она только из стирки.
Хашвальт удивленно приподнял брови, а потом медленно и слегка настороженно протянул руку. Базз Би залип, разглядывая кисть. Длинные пальцы, красивая форма. Интересно, он в баскетбол не играет? С таким ростом сам бог велел.
— Благодарю.
— Забудь. Я тебе еще и зажигалку должен, — отмахнулся Базз Би, — Пантенол дома есть? Еще цинковая мазь помогает.
— Что-нибудь придумаю, не переживай, — успокоил его Хашвальт. Футболка была ему слегка велика и самую малость коротка. — Футболку я завтра верну. Как с тобой связаться?
И тут Базз Би слегка разозлился. Для кого этот цирк?
— А ты прям не в курсе, да?
Хашвальт покачал головой.
— Я даже не знаю, как тебя зовут. Кстати, Юграм.
— Базз, — Базз Би улыбнулся еще шире. Дожимать так дожимать, — Базз Блэк, у меня в фейсбуке так и написано. Мы же с тобой так хорошо там общаемся.
— Ты что-то путаешь, — стоило отдать Хашвальту должное, он и бровью не повел. — Меня нет на фейсбуке. Кажется, в среду у нас общая лекция. В общем, я тебя найду.
Он убрал мокрую рубашку в сумку и вышел. Базз Би, наоборот, замер на месте, переживая целую гамму чувств. Захотелось найти ту самую фотографию, догнать Хашвальта, ткнуть носом в экран и спросить: «А это кто?»
Базз Би даже достал телефон, и именно в этот момент пришло сообщение от Хьюберта.
«Зайди в подвал. Я нашел твоего Ренджи».
*
Подвалом в Силберне именовался минус первый этаж. Здесь, среди служебных помещений, располагалась редакция «Вестника Силберна», если можно было так назвать комнату, где стояли два компьютера и принтер.
«Вестник» выходил в первых числах месяца. Хьюберт занимался версткой и иногда выступал в роли корреспондента — и то, и другое исключительно из-за любви к халявным зачетам.
Вот и сейчас он торчал за монитором и колдовал в редакторе. На принтере стояла коробка с пиццей, и Базз Би без зазрения совести запустил в нее руку.
— Вроде сегодня только двенадцатое, — напомнил он с набитым ртом.
— У Хисаги в следующем месяце день рождения. Он обязательно будет проставляться — это первое, он считает, что деньги это подарок на отъебись — это второе. Мы хотим собрать его статьи в отдельный выпуск. И это третье.
— Серьезно? — Базз Би рухнул на первый попавшийся стул и блаженно прикрыл глаза, — Я думал, для «Вестника» только он и пишет, вас же тут полторы калеки.
Хьюберт, не оборачиваясь, метнул в него ластиком. Базз Би увернулся и лягнул его кресло.
— Вообще, я залез в архив и кое-чего нашел. Лови. Будешь должен.
Принтер выпрямил листок бумаги. Базз Би подкатился ближе и подцепил его пальцами. Развернул.
Заголовок гласил «Первокурсник героически погиб в огне», поэтому статью он читал по диагонали, фиксируя ключевые моменты.
«Площадь пожара составила десять метров…»
«…задержался, вытаскивая соседа по комнате…»
«…12 пожарных и 2 единицы техники…»
«…умер до приезда скорой…»
«…могла стать неисправная проводка…»
«Церемония прощания с Абараем Ренджи состоится…»
— Я и не знал, что наша общага когда-то горела, — протянул Базз Би. Настроение опять покатилось в задницу, как будто он случайно попал на похороны.
Хьюберт философски развел руками.
— А ты как хотел? Здравствуйте, господин Блэк, вот тут у нас студенческий городок, и в этом году здесь даже никто не сгорел заживо. На территории есть магазины, аптека и кинотеатр, фактически вы можете жить полноценной жизнью, не покидая территории университета, я уже упоминал, что в этом году здесь никто не сгорел заживо?
Базз Би качнулся на стуле. Ясное дело, что такая реклама Силберну не нужна— пойди объясни спонсорам, почему в общежитии одного из самых дорогих и престижных университетов страны проводка сделана из говна и палок.
Он кинул взгляд на фотографию. Абарай Ренджи, наверное, был интересной личностью: широкая улыбка в тридцать два зуба, смуглое лицо в татуировках (и как только сводить не заставили), ярко-красные волосы собраны в дерзкий хвост. Такие парни одним своим видом пугали благообразных старушек, но по первой просьбе снимали с дерева их кошек.
И этот Абарай бы тоже мог, если бы какой-нибудь ублюдок не сэкономил на пожарной безопасности.
— Ну так что? — нетерпеливо спросил Хьюберт. — Твой?
Базз Би снова посмотрел на фотографию. У Абарая Ренджи и правда были стильные брови, только Трис об этом не знала и знать не могла. Когда она, соскучившись по любимому старшему брату, окончательно сюда переехала, он уже был год как мертв.
*
Хашвальт действительно нашел его сам. Подошел за пять минут до начала лекции и протянул запечатанный пакет. Розовый. Из блестящей, мать его, бумаги. Наверняка купил в сувенирном киоске на первом этаже.
— Я не понял, — нахмурился Базз Би. — А где ленточка?
С задних рядов послышался женский смех. Базз Би прислушался — точно, Бамбиетта. Нашла себе повод для сплетен до конца семестра. Да и плевать три раза.
— На ленточку мы не договаривались, — невозмутимо ответил Хашвальт, не изменившись в лице, — но если надо — я схожу.
Смех зазвучал снова, и Базз Би мстительно улыбнулся.
— Знаешь что, — произнес он чуть громче, чем собирался, — оставь себе. Это подарок.
Вот тебе, стерва, сдохни от любопытства.
Хашвальт вскинул брови. В синих глазах мелькнула растерянность, но не раздражение.
— Уверен?
— Уверен, уверен, — Базз Би подтолкнул пакет в его сторону. — Это… хорошая вещь, она удачу приносит.
Эта майка с логотипом Ванденрейха на груди и с надписью «Базз Блэк» на спине, самая первая из забрендированной специально для него партии, действительно была в некотором роде счастливой. Когда Базз Би надевал ее на соревнования, он всегда приходил первым. Иногда с настолько большим отрывом, что его с финишной черты забирали на допинг-пробы. От последнего на душе становилось и противно, и приятно.
— Раз так, то тебе она, наверное, нужнее, — мягко произнес Хашвальт. — Скажи, что не будешь жалеть. Иначе мне будет неловко.
Базз Би торжественно поднял правую руку.
— Я, Базз Блэк, находясь в трезвом уме и здравой памяти, отдаю тебе то, что лежит в этом пакете. Обещаю и клянусь, что не буду об этом жалеть, потому что суеверие — это бред и потому что у меня таких дома еще куча.
— Ладно, — Хашвальт забрал пакет и двинулся по лестнице дальше, выискивая взглядом свободное место на верхних рядах. Базз Би обдало запахом его волос — прохладным, горьковато-сладким.
Спортсмены, как никто другой, верили в приметы, но у некоторых увлеченность талисманами и ритуалами перетекала в одержимость. Базз Би пока не принимал душ в кроссовках и не целовал стартовую черту, но искушать судьбу не хотел.
— Я сейчас блевану радугой, — скривился Хьюберт, — это что за гуманитарная помощь странам третьего мира?
— Да так, — отмахнулся Базз Би, — просто. Я его кофе облил на прошлой неделе и типа извинился. Продаст ее какому-нибудь коллекционеру лет через десять.
— Скорее донесет до ближайшей помойки, раз взял. Все-таки он странный.
— Странный, это точно, — пробормотал Базз Би краешком рта — у Бамбиетты и ее подружек было пять пар четких ушей на компанию. — Пишет мне в фейсбуке, а потом делает вид, что это не он. А фотка его. А то я слепой.
— О, — Хьюберт со вкусом зевнул, — а мне на фейсбуке вчера написала английская королева. Говорит, меня посвятили в рыцари, нужно только перевести ей двести евро на коня, латы и билет до Лондона. Я сначала думал, наебалово, у них же в Англии фунты, а потом смотрю: а фотка-то ее.
Базз Би долго думал, что бы такое ехидное бросить в ответ, но в итоге сдался. Ладно, он и правда не думал в этом направлении.
— Думаешь, не он?
— Наоборот, — Хьюберт энергично похлопал его по плечу, — если верить слэшерам, то жару всем дают именно задроты. Или их чокнутые мамаши.
*

С пробежками в парке у Базз Би не сложилось. И дело было не в расстоянии, а в том, что где-то в центре явно был закопан артефакт, притягивающий сюда собачников, пенсионеров и мамочек с колясками со всего города. Базз Би они не мешали, а вот он им, кажется, мешал. В первый же вечер он чудом не сшиб выскочившего на дорожку карапуза, кинувшегося ему под ноги. Во второй — еле унес ноги от чьей-то немецкой овчарки.
— Сбрей ирокез и вынь тоннели из ушей, — однажды посоветовал ему Хьюберт. — Может, люди поверят, что перед ними будущий олимпийский чемпион, а не убегающая от полиции гопота.
Но расставаться с ирокезом Базз Би пока не хотелось.
Он пожаловался на свою беду в чатик соседей — там ему не только посочувствовали, но и рассказали, что в лесу есть лыжероллерная трасса, даже скинули пару фоток. Воодушевленный, Базз Би сходил вечером на разведку и вернулся в полном восторге. Шесть километров отличного асфальта! Крутые спуски и склоны! Белки!
Трис сразу сказала, что шесть километров она пробежит, только если у того, кто за ней гонится, будет бензопила, но просто прогуляться не отказалась.
Она дожидалась Базз Би у огромного щита с надписью «Отправляясь на природу, важно оставаться Человеком. Соблюдайте правила и уважительно относитесь к другим посетителям».
У ног Трис лежала большая мохнатая гора. Когда Базз Би подошел, она отрастила четыре лапы и неторопливо побрела в его сторону.
— Как быстро пролетела жизнь, — посетовал Базз Би, пока гора обнюхивала его ботинки.
— Не бойся, Уксус очень добрый.
Пес согласно ткнулся ему в колени.
— Просто уточню, — Базз Би с опаской отступил на пару шагов, — ты назвала собаку Уксусом?
— Бывшие хозяева, — радостно предположила Трис. — Не представляю, как они могли бросить такого милашку.
— Может, у них тоже чокнутый работодатель с пачкой правил, одно из которых «не держать дома лошадь», — предположил Базз Би.
С госпожой Исидой они в итоге помирились, но взгляд, которым она одаривала его при редких встречах, говорил без лишних слов: этот Большой Брат бдит.
А вот в квартире Базз Би угнездился окончательно — начал покупать всякие бесполезные, но приятные мелочи, заказал пару интерьерных плакатов со Звездными войнами и постелил под дверью новый коврик с надписью «Уходите».
— Кстати… — Трис потрепала пса по затылку а тот с обожанием. — Ты Миллеров помнишь?
Базз Би помнил Миллеров. Та самая пара, пригласившая их на барбекю. Милейшие старички из Германии, перебравшиеся на старости поближе к внукам, приветливые и разговорчивые. Очень приветливые и разговорчивые.
— В прошлую субботу я приходила постричь их собаку. В салон ее не затащишь — боится, а приглашать домой незнакомых людей мистер Миллер не хочет.
— А ты, значит, уже проходишь по категории «знакомый», — заметил Базз Би без особого удивления. Трис в любом кругу быстро становилась своей — самому Баззу перепала лишь толика этой магии, но он особо не жаловался.
— Настолько, что она мне кое-что рассказала. Ну, то есть я первая заговорила. Про госпожу Исиду и то, что ты ей, кажется, какую-то мозоль отдавил. Соседи ведь все друг про друга знают. Такие как Миллеры — точно.
— Прямо так и сказала — про мозоль?
Трис смахнула с лица паутину.
— Знаешь, кто жил в этой квартире до тебя? — Она выдержала небольшую паузу. — Иноуэ Орихиме.
— Та самая?
Базз Би чуть не споткнулся. Лет пять назад эта новость сделала бы его школьной звездой — по главной героине «Белизны» сходило с ума большинство его одноклассников.
Кодовое имя — «Принцесса», оружие — шесть крошечных боевых дроидов, которых она цепляла на волосы как заколки, суперспособность — управление реальностью. А еще роскошные рыжие кудри, милая улыбка и фигура, которую не смог скрыть даже уебищный комбинезон из шестого сезона.
«Белизна» несколько раз лет подряд била рекорды , а кое-кто из актеров сделал неплохую карьеру — но не Принцесса. Она пропала с экранов так же внезапно, как и появилась.
Базз Би потом видел ее в передаче «Ушедшие незаметно». Иноуэ Орихиме, извините, Куросаки Орихиме, переехала в Японию, вышла замуж за преподавателя английской литературы и родила ему двух сыновей. Базз Би полюбовался на нее, красивую молодую женшину в узком синем платье, и окончательно убедился в том, что он гей.
— И ты рассказываешь об этом, потому что…
Трис поманила к себе пса и со словами «гуляй, мальчик» сняла с него поводок. Базз Би ждал, хотя, в принципе, догадывался, что услышит дальше.
— К ней очень долго ходил один молодой человек. Хотя «ходил» — это, наверное, не то слово — она ни разу не пустила его в квартиру, да он и не пытался войти — просто оставлял под дверью разное. Цветы, мишек, корзины с косметикой. Нарисовал ее портрет на третьем этаже, но после скандала его закрасили.
Базз Би мрачно улыбнулся. Вот оно. Скандал.
— Однажды между ними что-то произошло — думаю, она попросила его больше не приходить, или он ее с кем-то увидел — миссис Миллер не знает. Но очень хорошо помнит, что того парня выводила полиция, а Иноуэ Орихиме в тот же день собрала вещи, попрощалась с соседями и уехала. Нового адреса она, как ты понимаешь, не оставила.
— Ежу понятно, — хмыкнул Базз Би, на секунду вспомнив ту женщину из передачи, ее открытую улыбку и уверенный взгляд. — А что художник, посадили?
— Посадили, но не сразу. Через две недели он вернулся и напал на госпожу Исиду. Решил, что уж она точно в курсе, куда сбежала его принцесса.
Базз Би молчал, переваривая информацию. Это объясняло многое — в том числе и блузки с воротником под горло, которые его квартирная хозяйка носила в любую погоду.
— Он …что-то ей сделал?
— Порезал. Ей здорово повезло, Базз — она успела вырваться и спрятаться у соседей.
Базз ничего не сказал — да и что тут скажешь?
— Знаешь, что я думаю. Вряд ли у нее есть инстаграм — она не знала, что ты знаменитость. А когда узнала, решила, что отказывать будет непорядочно. Мы же уже вещи перевезли.
— А сношать мне мозги — порядочно, — все-таки огрызнулся Базз Би. Хотя, если бы такая история случилась с ним, он бы продал эту чертову хату первому встречному и уехал в глухую африканскую деревню, где знать не знали про телевидение.
— Просто не тычь ей в лицо своей популярностью, и все у вас устаканится.
— Никому я своей популярностью в лицо не тычу!
— Тычешь.
Базз Би вздохнул.
— Я тоже кое-что узнал. Про пожар в общаге.
Он очень не хотел говорить об Абарае Ренджи, но тут было как с больным зубом — само все равно не пойдет, надо сверлить.
— А, это, — Трис глубоко вздохнула и уставилась куда-то в небо. — Ты, наверное, думаешь, что я сумасшедшая?
— Нет, — очень серьезно ответил Базз Би. — Я думаю, что такие шутки не в твоем стиле и хочу понять, какого хрена..
— Вот и я подумала, — перебила его Трис, — когда утром проснулась: какой Ренджи, какое караоке? Полезла в интернет и наткнулась на новость про пожар. И знаешь, так не по себе стало…
Она помолчала, явно собираясь с мыслями. Базз Би не торопил. Ждал.
— В детстве я рассказывала, что под нашим домом есть тоннель, который вырыли тролли. И что по ночам они ходят по особняку и едят нашу прислугу. Мне было, кажется, лет шесть.
— Восемь, — растерянно уточнил Базз Би. К троллям он не готовился. — Тебе было восемь. И я думал, ты просто хотела, чтобы наша нянька уволилась.
— И у меня получилось, — Трис улыбнулась воспоминаниям. — Но потом выяснилось, что мне просто приснился такой яркий сон, что я сама в него поверила. Перепутала, что настоящее, а что нет. «У вас очень впечатлительный ребенок, отдайте его в художественную школу и ограничьте доступ к телевизору и компьютерным играм» — так сказал психолог.
— Теперь ясно, почему мама оставила меня без приставки, — Базз Би смахнул с плеча комара. — Так ты хочешь сказать, что тебе приснилось, что я встречаюсь с мертвым парнем?
Эта версия была более приятной чем та, которую он успел себе навоображать, но все равно очень странной.
— Да? — с сомнением протянул Базз Би.
Трис серьезно заглянула ему в глаза.
— Ну, в общем, есть три варианта, — она стала загибать пальцы. — Первый — есть какой-то параллельный мир, в котором живут тролли, а ты встречаешься с мертвым парнем. Второй — я увидела этого Ренджи в университетском паблике, подумала «Крутые татуировки, Базз Би же заценил» и потом мне приснилась какая-то дичь — это второе. Я поехала крышей — и это третье. Как ты думаешь, Базз, я поехала крышей?
Базз Би улыбнулся. Второй вариант все еще казался ему фигней, но от накатившего облегчения хотелось танцевать.
— У тебя одна половина башки зеленая, а вторая фиолетовая, ты живешь с лошадью и волонтеришь в клинике, которую наш отец способен купить вместе с кварталом, в котором она расположена. Даже не знаю, спроси еще раз. А лучше скажи — это был интересный сон?
Трис нахмурилась.
— Это был … очень подробный сон. Столько деталей.
— Караоке?
— Караоке. И как мы ночью пробрались в парк аттракционов и залезли на чертово колесо, а потом прятались от охранника. И как ходили на выставку змей. И как ты позвонил мне ночью и сказал, что тебе он тебе очень нравится и, кажется, у вас начинается роман.
— Мы же никогда не были в парке, и я терпеть не могу змей. Но если мне кто-то понравится, — Базз Би сделал торжественное лицо, — я обязательно позвоню тебе ночью.
*
В отличие от Трис Базз Би никогда не был впечатлительным — ни в детстве, не сейчас. Он спокойно относился к черным кошкам, пару месяцев пользовался разбитым зеркалом — лень было купить новое, а гороскопы открывал исключительно, чтобы поржать.
Но в тот день он был близок к тому, чтобы поверить — в мире существует некая высшая сила. И ей, этой силе, никак не надоест сталкивать его лбом с Юграмом Хашвальтом.
Увидев у стартовой черты знакомую фигуру, он даже не удивился и помахал рукой.
— Привет! Мы что-то часто встречаемся.
Хашвальт зашнуровывал кроссовки, сидя на поваленном бревне у обочины. Когда Базз Би плюхнулся рядом, он на секунду поднял голову и кивнул.
— Доброе утро.
Будто кассир в супермаркете — ни удивления, ни огорчения, ни радости. Хотя нет, кассиры иногда узнавали Базз Би, а некоторые даже просили селфи.
— Юграм, это моя сестра Патриция. Трис, это… — Он так и не показал Трис ту страницу на фейсбуке. Решил сказала посмотреть, куда это вырулит и вырулит ли вообще. — Парень из моего института. С экономического, да, Юграм?
— Уголовное право, — скупо уронил Хашвальт.
Базз Би вспомнил одного бедолагу из итальянской сказки — тот мог произносить только по одному слову в год и, втюрившись в какую-то красотку, молчал шесть лет, чтобы позвать ее под венец. Вроде бы она ответила «Что-что?» и счастливого конца не получилось, но не исключено, что они все же поженились, а их прапраправнук переселился в мир людей и поступил в Силберн.
— Привет, парень из института Базза, — Трис тоже помахала рукой. — Уксус, уйди от человека!
Но пес уже подошел к Хашвальту, по-хозяйски обнюхал колени, ткнулся в них лохматой башкой и требовательно гавкнул. Хашвальт медленно запустил пальцы в его гриву и заинтересованно подался вперед.
— Это ведь у тебя венгерская овчарка, да? Никогда их вживую не видел.
Его лицо преобразилось, стало каким-то по-детски мягким. Базз Би нмазнул взглядом по длинным густым ресницам и на даже на секунду залип. Он никогда не считал красивые ресницы чем-то примечательным.
— Командор, да, — Трис ожила, почувствовав родственную душу. — А у тебя есть собаки?
— Сейчас нет, а в доме, где я вырос, их было пять. — Хашвальт почесал счастливого пса за ухом, не подозревая о том, что только что заработал еще плюс десять баллов к репутации. — Но на командора мне отца уговорить не удалось. Он всегда говорил, что они походу на груду черно-белых носков, которые забыли рассортировать после стирки.
— Слушай, — Трис задумчиво посмотрела на Уксуса, — а ведь и правда.
— Ну все, — драматически прошептал Базз Би, — если ты прямо сейчас позовешь ее замуж, она не откажется.
У него вдруг возникло неприятное ощущение — Трис пытается украсть что-то, что принадлежит ему.
Оно было таким сильным, что обожгло грудную клетку, и таким абсурдным, что уже через секунду Базз Би захотелось рассмеяться. Что он сейчас сделал — приревновал сестру? Которая говорила о собаках с парнем, который ему даже не нравился. У него были красивые ресницы, волосы так золотились на солнце, что черт бы с длиной, и чувство юмора, кажется, все-таки было (груда носков, с ума сойти), и они с Баззом в принципе могли бы…
Базз Би взлохматил волосы, словно вытряхивая из головы дурные мысли.
Может, и могли бы, только этот Хашвальт занимался всякой ерундой в фейсбуке, а потом строил из себя черт знает что. Все на этом, все.
Трасса лежала перед ним — широкая, ровная, блестящая после ночного дождя, и Базз Би уже чувствовал знакомый зуд в икрах.
Пару кругов но лесу — это то, что ему нужно.
— Так ты бегаешь, Юграм? — спросил он чуть громче, чем собирался. — Профессионально или для себя?
— Для себя. Помогает прочистить голову.
Базз Би снова посмотрел на его кроссовки. «Шихуен» специализировался только на профессиональной спортивной обуви, недаром основательницу и владелицу когда-то называли «королевой скорости». Официальный слоган бренда не менялся уже много лет: «Шихуен. Для полета, а не для бега», и доля правды в этом была — пара кроссовок действительно стоила как крыло самолета.
— Кстати, твоя футболка очень удобная.
Базз Би улыбнулся — конечно, удобная.
— …но в тот единственный раз, когда я ее надел, какие-то школьницы начали меня фотографировать, а потом спросили, где я такую купил. И у них были такие лица… я на секунду подумал, что они меня сейчас запинают.
— Базз — знаменитость, — с важным лицом сообщила Трис. — Однажды о нем заговорит весь мир.
— Да. Весь Силберн уже разговаривает, — небрежно уронил Хашвальт. — Даже я что-то слышал про тот урок анатомии.
Он поднялся, неторопливо разминая шею, и Трис заняла его место на бревне.
— Ты мне нравишься.
Базз Би закатил глаза. Они сговорились! Два бессовестных человека сговорились против Базза!
Ну держитесь.
— Юграм, давай со мной один полный круг? — предложил он. — Трис засечет.
Трасса была небольшой, километров, может, шесть с половиной. Не выдохнется, даже если и вправду бегает только для себя.
Хашвальт отвел с лица густую челку, и Базз Би увидел в его глазах тот искренний интерес, который появился, когда он гладил Уксуса.
— Значит, это будет соревнование? На интерес?
Базз Би почувствовал прилив адреналина. Соревнования он любил.
— На желание, — предложил он.
Хашвальт кивнул. Искры интереса разгорались все ярче.
— Базз! — Трис негодующе кашлянула с бревна.
Базз Би подмигнул ей, когда они с Хашвальтом встали на стартовую полосу.
Он не собирался жульничать. Где-то притормозит, где-то сбавит скорость, а может, вообще даст Хашвальту выиграть — интересно, что он попросит?
Но поддаваться ему не пришлось. Тот, кто придумал слоган для «Шихуен», определенно что-то знал.
*
Воздух жег легкие, но Базз Би все равно дышал, дышал и не мог надышаться. Икры горели огнем, сердце стучало как сумасшедшее. Больше всего хотелось свалиться в траву и пролежать так примерно вечность.
Иногда, особенно перед серьезными соревнованиями ему снился один и тот же кошмар: раздается стартовый выстрел, Базз Би рвется вперед и падает всем телом, нелепо раскинув руки. А над его головой кто-то (иногда Хьюберт, иногда Трис, иногда кто-то из его знакомых) громко смеется и кричит: «Эй, Базз, где твои ноги?»
Сон про ноги он видел перед последним забегом в Белграде (10 километров за 31 минуту! Разрыв с основным соперником 2 минуты 15 секунд! Опять первый!).
Это был чемпионат мира по легкой атлетике в помещении, и у Базз Би было пятнадцать соперников. Пятнадцать профессиональных спортсменов. Шесть тренировок в неделю, каждое занятие от двух до трех часов, средний недельный объем семьдесят километров. И Базз Би всех их сделал.
Базз Би стянул с себя майку и вытер лицо. Мысли путались.
Да, он всех сделал.
А его только что сделал парень, который выбирался на трассу два раза в неделю «проветрить голову».
Ага.
— …серьезно, ни в одном марафоне? А Базз постоянно в них участвует, вот последний был на Рождество, у него даже колпак Санты сохранился. А я свой случайно подожгла, когда мы запускали фейерверки.
Трис улыбалась, но в ее напряженной позе без труда читалось «пожалуйста, только не устраивай скандал».
— Не люблю толпу, — Хашвальт глотнул воды из бутылки. Мокрые волосы прилипли к раскрасневшемуся лицу, но дышал он ровно, как будто в какой то момент свернул в лес и срезал дистанцию — Базз Би с радостью уцепился бы за этот вариант, если бы не одно «но» — он практически все время видел перед собой его спину, обтянутую яркой футболкой — И не сильно дружу со спортом.
Базз Би шагнул к нему.
— Зачем ты опять врешь?
Он не кричал. У него даже получилось задать этот вопрос относительно спокойно.
Но на мгновение из леса пропали все звуки. Заткнулась даже птица, громко стрекотавшая где-то в чаще. Даже Уксус, выговаривающий что-то белке на ближайшем дереве.
Улыбка на лице Трис застыла и теперь напоминала приклеенную. Хашвальт изогнул бровь.
— О чем вру?
Базз Би широко ухмыльнулся. Он был так близок к тому, чтобы взорваться, что почти тикал.
— Давай посчитаем, — он выбросил вперед руку и начал загибать пальцы. — О том, что не тренируешься. О том, что у тебя нет страницы на фейсбуке. О том, что ты не знаешь, кто я такой.
— Базз, — Трис вклинилась между ним и Хашвальтом словно рефери. — Базз, а ты помнишь, что написано на щите у входа на трассу?
Не то чтобы Базз Би не понимал, как отвратительно сейчас выглядит. Свою лепту внес и внутренний голос, нашептывающий: «Дело же не в том, что тебе врут. Дело в том, что тебя разложили и трахнули, так?»
Черт, да он два месяца ходил на курсы управления гневом. Что там говорил куратор? «Если ваш негатив направлен на другого человека, скажите об этом максимально тихо и спокойно. Прав не тот, кто громче кричит».
Куратор был прав, и Хашвальт это доказал.
— Честно говоря, до этого момента я думал, что ты вроде как неплохой парень, — с ледяной вежливостью сказал он. — А сейчас я, наверное, пойду. Приятно было познакомиться, Патриция.
— Трис, — быстро поправила она. — Человек с пятью собаками может называть меня Трис.
— Приятно было познакомиться, Трис. Удачи тебе с гостиницей. Базз Би… увидимся в институте.
Сейчас был самый подходящий момент что-то сказать, как-то выправить ситуацию, но Базз Би чувствовал, что точно начнет орать, если раскроет рот, поэтому он просто сверлил Хашвальта тяжелым взглядом, пока тот не ушел. И только потом рискнул повернуться к Трис. Она ответила фирменным «идиоттыбаззардблэкичтомнестобойделать» вздохом и открыла рот для гневной тирады.
Нужно было отвлечь ее. Срочно.
— Гостиница, — нашелся Базз Би. — Я думал, это наш с тобой маленький секрет, сестра.
Трис мечтала открыть гостиницу (Базз Би как-то назвал ее передержкой, и она его стукнула) для животных с одиннадцатого класса, даже поднакопила денег и арендовала помещение. Через месяц гостиница закрылась из-за отсутствия постояльцев — никто не захотел доверять своих животных школьнице.
Трис слегка покраснела.
— Надо же было о чем-то поговорить, пока мы тебя ждали, и мне вдруг захотелось поговорить об этом. Юго любит собак.
— Юго?
— Он попросил так его называть, — сообщила Трис, и пока Базз Би переваривал эту информацию, быстро добавила: — Знаешь, если не найдешь парня к Рождеству, бери этого. Я не против.
— А Уксус? — Базз Би даже развеселился. — Сначала его мнение, а потом уже твое. И этого твоего Юго бы спросить, а то он, может, по девочкам. Ну а я, наверное, обойдусь как-нибудь.
— Да брось, он тебя заинтересовал.
— Он мутный, — отрезал Базз Би, снова воскресив в памяти голубые глаза и светлые волосы. Ну и симпатичный, наверное. По-своему.
— А по-моему, славный, — Трис сощурилась. — Знаешь, если бы какой-то однокурсник предъявил мне, что я слишком быстро бегаю, я бы ему лицо съела.
Базз Би попинал корягу. В груди опять шевельнулась злоба — на себя, на Хашвальта, на весь мир.
— На сколько он меня обогнал? — глухо спросил он.
— На пять минут, — Трис быстро вытащила смартфон. — На пять минут и двенадцать секунд.
Базз Би моргнул.
Базз Би сел.
Базз Би встал.
В голове защелкали цифры. Ему самому понадобилось 17 минут — совсем неплохо, учитывая несколько крутых подъемов и спусков и то, что он толком не разогрел мышцы.
— Двенадцать минут? — спросил он, ни к кому толком не обращаясь. — Даже одиннадцать сорок?
Трис подбросила смартфон и сунула его обратно в карман.
— Это же очень мало, да?
Она, конечно, интересовалась спортивными успехами брата, даже ездила с ним в Белград болеть, но мир легкой атлетики так и остался для нее темным лесом.
Откуда ей было знать, что 31 мая 2004 года в Хенгело эфиопский бегун Кенениса Бекеле преодолел дистанцию в пять километров за двенадцать минут и тридцать семь секунд, задав планку, которую никто не мог преодолеть вот уже 16 лет.
Теперь понятно, почему Юго носил Шихуен — другие кроссовки не прожили бы у него и месяца.
— Это почти на минуту меньше, чем мировой рекорд, — сказал Базз Би.
*
Ему опять снился этот сон. Стадион ревел в предвкушении, раздавался выстрел стартового пистолета, и Базз Би опять падал, а потом перед его лицом появлялись знакомые кроссовки.
Базз Би поднял голову.
Юграм Хашвальт, Юго, улыбался и протягивал ему руку. Рассыпавшиеся по плечам волосы казались совсем золотыми, а футболка, футболка Базз Би, задиралась, обнажаю белую полоску кожи.
— Вставай, — отчетливо произнес Хашвальт. — Иначе как ты собираешься меня обогнать?
Базз Би вздрогнул и открыл глаза. В спальне было тихо и душно — он опять уснул с закупоренными окнами. Часы на прикроватной тумбочке высвечивали четыре утра, к окнам липла темнота, а в паху разливалось возбуждение. Хотя ни к чему такому сон не располагал.
Базз Би перекатился на спину, и некоторое время лежал неподвижно, ожидая, пока схлынет горячая волна.
— Баззард Блэк, — сказал он потолку, — да у тебя недотрах.
Сколько у него не было секса — месяц, полтора? С этими тренировками он совсем выпал из жизни. Беговая дорожка сделала бы жизнь проще. Черт бы побрал Исиду и ее Правила.
Базз Би сел в кровати, стянул со стула джинсы и вытащил из заднего кармана смартфон.
Почитал комментарии под последним фото. Ничего нового: «Базз, ты крутой!», «Удачи на соревнованиях», «Лучший!», «Вы удивитесь, но я zaрабатываю до 800 евро в день на опросах».
— Вот это ты молодец, — Базз Би отправил последнего автора в бан и набрал в строке адрес своего любимого сайта знакомств. Он был не самым популярным, но удобным. Например, здесь был целый подфорум для тех, кто искал отношений только одну ночь. На нем даже можно было выцепить что-то годное — если приложить немного усилий.
А иногда усилия не требовались. Особенно после того, как к Базз Би пришла слава, а самым популярным вопросом от потенциальных партнеров стал «Ты правда не фейк?»
Вот и сейчас, стоило ему ввести логин и пароль, как в глубинах смартфона тренькнуло, и по центру экрана развернулось сообщение: «GoldDragon вам подмигивает».
Было бы забавно наткнуться на Хашвальта еще и здесь — говорят, бог любит троицу. Конечно, Базз Би не стал бы с ним флиртовать, но поржал бы знатно.
Он помедлил секунду и кликнул на профиль.
Рыжие волосы, уверенная улыбка, шикарные скулы — Базз Би как будто ударился об своего двойника. GoldDragon увлекался спортивной греблей и собирал нецке, не нуждался в спонсоре и не хотел им становится. Предпочитал жесткий секс и встречи на нейтральной территории. Напротив ника красовалась галочка верификации, подтверждающая, что любитель спортивной гребли действительно хорош собой — чтобы получить такую, нужно было сфотографироваться с кодовым словом от модератора.
Выскочило второе уведомление: «GoldDragon печатает вам сообщение». Базз Би нажал «отклонить диалог» и ушел с сайта. Он вдруг подумал, что может сорваться куда-то прямо сейчас, снять номер в отеле и трахаться как черт всю ночь, и опять будет не то.
Базз Би открыл фейсбук.
На странице не было никаких изменений. JgH не снимал истории, не делился воспоминаниями и не постил селфи. В альбоме по-прежнему висела одна-единственная фотография. И сейчас Базз Би казалось, что юноша на ней улыбается.
— И дрочить на тебя я тоже не буду, — мрачно заявил Базз Би. — Много чести.
Следующим пунктом были торренты. Что тут у нас? Последние «Звездные войны», нет, спасибо, Базз Би был наслышан о том, как эпично слили генерала Хакса и принцессу Лею.
Сериал от Нефликс с Джейсоном Момоа — возможно, но не сейчас.
«Белизна: Миссия Лас Ночес». То, что нужно, его любимый сезон.
Остаток ночи Базз Би провел, наблюдая, как команда космических рейнджеров освобождает систему Уэко от тирании императора Айзена.
*
Большинство правильных решений, которые Базз Би принимал в своей жизни были так или иначе связаны с Трис. Она убедила нанять тренера и вплотную заняться спортом, получить высшее образование: «Ты не обязан принимать отцовский бизнес, но лучше знать, как что работает — вдруг однажды ты передумаешь?» — и перестать наконец отмалчиваться после очередного «Когда внуки?»
Она же уговорила его извиниться перед Хашвальт. Причем ей понадобилось всего два слова. Ладно, три.
Тем утром она написала в вотсап: «Дверца от шкафа».
Базз Би ответил лаконичным «Ок».
Дверца от шкафа случилась с ним на его первых профессиональных соревнованиях в Турине. Базз Би еще не был звездой, но показывал хорошие результаты, и в околоспортивных кругах о нем говорили.
Ямада Ханатаро звездой не был — по крайней мере, Базз Би не слышал эту фамилию.
Угловатый, нелепый Ханатаро бродил по стадиону с опрокинутым лицом. Он будто был подростком, которого раздели и вытолкали в людное место хулиганы из старших классов. Все время на кого-то натыкался (на Базз Би — дважды!) и тут же отскакивал в сторону, извиняясь на ломаном английском. Втягивал голову в плечи, ни с кем не разговаривал и все время отворачивался от камер.
И эта нелепость отобрала у Базза первое место.
Тогда он испытал то же чувство, что и на трассе, только в сотню раз сильнее. Сначала было весело: «Но продул ЭТОМУ, вы серьезно, ЭТОМУ, хватить его разыгрывать, где скрытая камера?» А потом мир стал белым.
Хьюберт нашел его в раздевалке, где Базз Би колотил по стене оторванной дверцей шкафа.
Он не помнил, как крушил этот несчастный шкаф (кстати, не свой и даже не Ямады).
Какая-то часть его личности все еще улыбалась на камеры и отвечала на вопросы журналистов.
Сейчас я тренируюсь четыре раза в неделю, нет, я не планирую бросать учебу. Полка под кубки? Конечно, купил!
Просто чудо, что единственным, кто увидел его в таком состоянии, был Хьюберт.
— Петли тут говно, — Хьюберт отобрал у него дверцу, попытался приладить ее обратно, но в конце концов сдался и просто задвинул в щель между шкафами, во всепрощающую темноту междушкафья. — Но это, друг мой, пиздец. Тебе надо проверить голову.
— Я не чокнутый, — рявкнул Базз Би, но без особо запала. Вспышка ярости прошла, и он словил откат. Мерзкое чувство, да лучше бы он пришел первым с конца.
Хьюберт красноречиво посмотрел на стену. Острые углы дверцы оставили на ней длинные узкие борозды. Будто какое-то чудовище пыталось выцарапаться отсюда, будучи слишком безмозглым, чтобы найти выход.
В принципе, это было похоже на правду.
— А прикинь, если бы это была не стена, а башка того парня? — сказал Хьюберт таким тоном, будто предлагал Базз Би вообразить у себя в кровати Джейсона Момоа. — Как думаешь, ошметки мозгов долетели бы до душевой?
Базз Би передернуло. Колени подпрыгнули, будто он ехал на велосипеде. Он никогда… Впрочем, пару минут назад его список «никогда» включал в себя пункт про поручу чужой мебели.
— Ладно, эту сцену мы оставим для «Американской истории ужасов», — продолжил Хьюберт. — А если бы ты просто его толкнул? Или наорал? Перед камерой.
Базз Би потер плечо.
Мир большого спорта жил по своим правилам — некоторые были очевидными, некоторые не очень, но соблюдать надо было все. Не покупай сомнительных таблеток, даже если их нет в списке WADA — это дисквалификация, ничего не ешь и не пей из вскрытой упаковки — там может быть допинг, а это дисквалификацияи, никаких конфликтов с другими спортсменами — это дисквалификация.
— Ну толкну, ну снимут меня. Это будут мои проблемы.
— Не совсем. Я, видишь ли, живу надеждой, что однажды на финишной черте я обернусь и увижу, как ты давишься пылью из-под моих кроссовок. Будь любезен не лишать меня этого удовольствия.
Базз не был уверен, что знает, как зовут того мужика на небесах, который всем распоряжался, но хотел сказать ему спасибо за Хьюберта.
Встречи с психологам — всего их было двенадцать — почти не раздражали. Базз Би ложился на кушетку, прямо как в рекламе, и они говорили — о его отношениях с семьей, о детстве, о целях в жизни, даже о гомосексуальности.
Но один диалог врезался в память особенно сильно.
— Скажите, Баззарад, — сказала Унохана Рецу, миниатюрная японка роскошной густой косой и серыми глазами . Он нее так и веяло силой и какой-то жесткостью — Базз Би легко мог представить, как она кидает через плечо здоровенных мужиков в зале или машет катаной на уроках фехтования. — Вы думаете двигаться дальше? Думаете, например, об Олимпийских играх?
Базз Би задумался. Его амбициям не было предела, но для высшей лиги было еще рано. Слишком мало выигранных международных соревнований за плечами. Вот года через четыре, ладно, через пять, когда большой спорт ему надоест, почему бы и нет. Красивый способ завершить карьеру.
— Может быть, — уклончиво ответил он.
Доктор Унохана сделал какую-то пометку в своем блокноте, а потом отложила его и внимательно посмотрела Базз Би в глаза.
— А теперь подумайте о том, сколько таких, как вы, молодых, ярких, талантливых, получают отказ. Годы изнурительных тренировок — и все зря. Некоторых это ломает. Прибивает к земле на всю жизнь. И вас тоже прибьет, если не научитесь жить с мыслью, что не каждый бой можно выиграть.
Спустя два года после этого разговора Базз Би сидел в одной из аудиторий Силберна и смотрел, как Хашвальт чертит на доске формулу расчета экономического эффекта.
Белый пиджак, к слову, ему очень шел, подчеркивая отличную осанку.
Они встретились на общей паре на экономике. Ну как встретились — Хашвальт кивнул, Базз Би кивнул, Хьюберт закатил глаза.
А потом Базз Би вспомнил утреннее сообщение Трис.
А потом профессор Халлибел, известная в определенных кругах как профессор Большие Буфера, вызвала Хашвальта к доске, и Базз Би углядел в этом знак судьбы.
Он зашел на фейсбук — та страница так и висела у него в открытых с той ночи — и написал JhG
— Нам надо поговорить.
Четырьмя рядами ниже Юграм Хашвальт рассказывал аудитории про явные и неявные издержки, а его смартфон лежал сейчас в сумке — Базз Би видел, как перед началом пары он достал его, поставил на беззвучный режим и сунул обратно.
А вот смартфон Базз Би только что принял сообщение.
— Я слушаю.
— Блядь, — вырвалось у Базз Би. Как назло, аудитория была крошечной, и никто не трепался, поэтому его «блядь» разнеслось в воздухе гулко, как выстрел в осеннем лесу.
— Мистер Блэк, — профессор Халлибел улыбнулась, как сытая акула, — я рада, что мировая экономика вызывает у вас такие яркие эмоции. А теперь будьте добры нас покинуть.
Базз Би молча сгреб в рюкзак книги и вышел из аудитории, ощущая на себе десятки удивленных взглядом. Прямо сейчас он предпочел бы остаться и продолжить диалог, но спорить с Халлибел было бесполезно, а те, кто пытался, получали дополнительные вопросы на зачетах.
В коридоре он слегка приоткрыл дверь — так, чтобы видеть Хашвальта, и ответил.
«Так ты не учишься в Силберне?»
«Ты меня там видел?» — ответил Jqh. Пассивно-агрессивный говнюк.
Базз Би скрипнул зубами и заглянул в аудиторию.
Хашвальт опять что-то чертил. Правая рука сжимала мел, левая расслабленно висела вдоль тела.
Допустим (если таймер в мобильнике Трис не барахлил), он и правда обладал сверхспособностями, но вряд ли умел управлять мобильником силой мысли.
«Я видел достаточно», — рассеянно напечатал Базз Би и прикрыл дверь.
Хашвальта он отловил сразу после лекции. Тот выходил среди последних — удобно. Хьюберт тоже задержался, глянул вопросительно, но Базз Би замахал на него руками — уйди, не до тебя.
— Нам надо поговорить.
Светлые брови Хашвальта дернулись вверх.
— Кому «нам»? — холодно уточнил он. — Мне — не надо.
Ну что ж, по крайней мере Базз Би в очередной раз увидел живое лицо вместо пластиковой маски.
— Пожалуйста? — попробовал Базз Би. Ему не так часто приходилось кого-то о чем-то просить, поэтому выходило ожидаемо хреново.
Некоторое время Хашвальт смотрел на него в упор, словно пытался вспомнить очередную формулу. Потом как будет через силу сказал:
— Хорошо.
Базз Би расплылся в улыбке.
— Пойдем на крышу покурим. Ну, то есть ты покуришь, а я воздух понюхаю.
*
На крыше почти никого не было — паскудная погода разогнала даже самых стойких курильщиков. Сегодня кто-нибудь обязательно попадется в мужском туалете, нейтральную табличку сменят на что-то более грозное, а в «Вестнике» выйдет очередная статья про то, как никотин убивает мозговые клетки.
Базз Би поплотнее запахнул куртку.
Хашвальт разглядывал фотографию минуты две, то приближая ее, то возвращая в исходное состояние. Трогал ее пальцами, и чуть ли не пробовал на зуб. Наконец он сказал:
— Похож, но не я. Да и не так уж и похож, если внимательно присмотреться. Скулы шире. Глаза по-другому посажены.
Базз Би внимательно посмотрел на изображение. Потом на фотографию. Потом опять на Хашвальта.
— Слушай, а точно, — он выдавил из себя кривую улыбку. — А я раньше не замечал, веришь?
В старшей школе он переписывался с одной девушкой из параллельного класса. Тогда он еще пытался убедить себя в том, что ему нравятся девушки, ну и потом она была просто супер — высокая, длинноногая, улыбчивая. Капитан волейбольной команды и фанатка Стивена Кинга — словом, отличный объект для первой любви.
Они переписывались две недели. На третью Базз Би купил у кого-то коллекционера двухтомник «Сияния» с автографом автора, подкатил к школе на шикарной спортивной машине (арендованной, но кого волнует) и встретил свою принцессу загадочно-томным «Торопишься, красотка? Подвезти?»
Она задорно подмигнула в ответ:
— Почему нет, только я плюс один, мой парень сейчас в учительской, помогает передвинуть шкаф. А ты кто такой, мистер Бесплатное Такси?
Одна цифра. Базз Би ошибся одной цифрой в гребаном номере, когда записывал телефон под диктовку однокурсника — и две недели переписывался не пойми с кем.
И еще две недели вспоминал этот неудачный подкат и заливался краской по самой брови. К чести мисс Волейбол, узнав, в чем дело, она не стала смеяться, просто посоветовала быть внимательней.
Хашвальт тоже не смеялся.
— У меня длинные светлые волосы. У него длинные светлые волосы. Это первое бросается в глаза и запоминается. На территории общежития есть книжный магазин, так продавщица до сих по называет меня «юная леди». Хотя ей за семьдесят и со зрением у нее не очень.
Базз Би хмыкнул и увеличил фотографию. Да как так, он же видел еще раз десять, один раз… да, один раз чуть не подрочил на нее, чего уж там, правда, думал в этот момент о Хашвальте. О светлых волосах, в которых путалось солнце, длинных ресницах и узких скулах.
— А еще мне показалось, что JgH — это Юграм Хашвальт.
— Или Юджин Харрис, — без тени раздражения предположил настоящий Хашвальт. — Или Юстин Хилл. Или просто набор букв, который имеет значение для этого парня. Скажи мне лучше вот что, — он забрал смартфон и поднес к лицу, развернув экраном к Баззу. — Мы пришли к выводу, что он — это не я?
— Ладно, ладно, — Базз Би поднял руки. — Сдаюсь, ты симпатичней.
На лицо Хашвальта легла тень — Базз Би уже успел напрячься, но она рассеялась так же быстро, как появилась.
— Отец мне рассказывал, — Хашвальт выудил из кармана пачку сигарет, щелкнул зажигалкой, — что когда-то у нас в роду был такой обычай — мужчины выбирали только безупречно красивых женщин. Доброта и ум не имели значения — только идеальная внешность.
— Я бы тоже не хотел уродину, — Базз Би глубоко вздохнул. Запах никотина обжег ноздри.
— Никто и не говорит про уродин, но и просто симпатичная бы не подошла. Хашвальты были помешаны на красоте. Настолько, что если рождался страшненький младенец, его относили в лес и, если это было зимой, зарывали в снег.
— А если летом?
— Приносили в жертву лесному богу. Зимой он спит, — Хашвальт рассмеялся. — Господи, Базз, ну я же шучу.
— Я так и понял, — Базз Би привалился спиной к решетке. — Слушай, ну а ты?
Хашвальт моргнул.
— Ну а я — что?
— Тоже будешь искать себе неземную красотку или твое поколение уже снизило планку? — уточнил Базз Би. И да, это было обычное любопытство. Он вовсе не прощупывал почву. — Тебе какие нравятся, кстати? Брюнетки, блондинки, лысые?
— Лысые, — Хашвальт затянулся в последний раз и растер окурок в карманной пепельнице. — Пойдем, а то холодно тут.
Базз Би кивнул, пытаясь справиться с накатившим разочарованием. Ну а какого ответа он ждал? «Знаешь, я гей»? В таком случайным людям не признаются.
А он, Базз, пока что был случайным человеком.
И это… ну да, это огорчало.
*
Базз Би сразу предупредил этих утырков — это просто запоздалая вечеринка по поводу новоселья, не вздумайте нести дары. Предупреждал, впрочем, без особого энтузиазма. Никто никогда не будет дарить то, что тебе нужно — первое правило взрослой жизни.
Кэндис вручила ему сертификат на прыжок с парашютом («я в прошлом году прыгала, и это было офигенно, а еще у них есть видеосъемка, если хочешь крутой ролик в инстаграм»), друзья из спортивной секции — навороченные кухонные весы и зачем-то кемпинговый фонарь, Хьюберт…
Базз Би повертел в руках пластиковую бутылку с логотипом «Шихуен» на дне.
— Крутая штука. А пить из нее как? — уважительно спросил он.
У бутылки не было крышки. Вообще. Подарок вполне в духе Хьюберта, который сейчас смотрел на него со смесью презрения и жалости.
— Это их последняя разработка. Она биометрическая. Приложил палец — крышка отъехала. Ты меня понял, пещерный человек, или мне нарисовать картинку?
Базз Би ковырнул ногтем логотип. Пьер де Кубертен утверждал, что спорт — это справедливость и благородство, но ни один из восхищающихся его «Одой» спортсменов ни за что не оставил бы без присмотра свою бутылку, особенно на серьезных соревнованиях.
Самому Баззу никогда ничего не подбрасывали, но один раз кто-то написал на его кроссовках «педик» — хорошо, что он уже тогда возил с собой запасную пару.
— Параноик, — закатил глаза он и серьезно добавил: — Спасибо.
— Много о себе не думай, у них просто была акция «две по цене одной», — отмахнулся Хьюберт.
Последним ввалился Кирге, прямиком с очередных съемок — по крайней мере, камера была при нем, — и можно было только надеяться, что по пути им не встретилась госпожа Исида.
Базз Би собрал всех в гостиной и толкнул небольшую речь:
— Значит, так, народ, стол с закусками в гостиной, пиво в холодильнике. Бухать можно, буянить нельзя — квартирная хозяйка живет двумя этажами ниже. План такой — сейчас играем в «Монополию», потом смотрим старые ужастики, первый фильм выбирает победитель, последний фильм выбираю я. А сейчас я пошел встречать опоздунов.
Полчаса назад Трис отписалась, что едет и не одна, а с парочкой приятелей, поэтому к автобусной остановке Базз Би подошел заинтригованный и слегка недовольный — список гостей он составлял очень тщательно, даже выкинул из него парочку человек, так какого хрена?
Но когда Трис появилась из автобуса, держа на поводке двух одинаковых корги, раздражение сменилось удивлением.
— Давно ждешь? — Трис быстро поцеловала его в щеку. — Знакомься, это Мики, а это Карл. Не беспокойся, они воспитанные ребята, и я их как следует выгуляла. Извини, их нельзя оставлять одних — обижаются и разносят квартиру.
— Принято, — Базз Би почесал Карлу нос. — Что случилось, женщина, у тебя дома прорвало трубу с собаками?
Трис ответила счастливой и немного щальной улыбкой.
— Ты представляешь, миссис Миллер состоит в каком-то клубе собачников. И она всем рассказала, как здорово я постригла их пса. Вообще, я получила три заказа только на этой неделе, а хозяйка Мики и Карла спросила, не соглашусь ли я взять их на две неделе, потому что она уезжает на Барбадос. Ну и вот. Если она будет довольна, тоже порекомендует меня друзьям. Вот где она была всю мою жизнь?
— Возможно, на Барбадосе, — подсказал Базз Би и подумал, что жизнь все-таки забавная штука. Одна из самых богатых наследниц в Германии без ума от перспективы возиться с чужими псами.
С другой стороны, а сам-то он какой — другой, что ли? Его первым серьезным соревнованием стал какой-то зачуханный региональный марафон, а первой наградой — сертификат, распечатанный на умирающем офисном принтере, и скидочная карта Nike. Сертификат занимал почетное место на полке с наградами, а карта, давно уже не действительная, так и лежала в бумажнике. Базз Би и в голову не приходило ее выкинуть.
— В общем, когда твоя гостиница снова откроется — свисти, — подытожил он. — Администратором не пойду — сама понимаешь, мне теперь не по статусу, но пост в инстаграме с хорошим охватом организую. Родственникам — 10 процентов скидка.
— Перебьешься. Лучше поцелуй от меня Юго, раз уж не посчитал нужным его позвать.
— Не уверен, что после этого мои зубы все еще будут при мне, — Базз Би ощупал челюсть, постаравшись не измениться в лице.
Он позвал. То есть, не то чтобы он очень хотел видеть Хашвальта, просто подумал, что было бы неплохо. И Хашвальт послал его на хер.
Когда Базз Би подошел к нему на перемене и небрежно сказал: «На следующей неделе я устраиваю вечеринку по случаю новоселья. Приходи, можно будет вволю пообниматься с Уксусом», — он сначала нахмурился в обычной своей манере, а потом коротко покачал головой. Даже не задумался ради приличия.
— Извини, не смогу. Обещал помочь отцу на одном мероприятии.
Помочь отцу, ладно. Все это Базз Би уже проходил. Помочь отцу, принять роды у собаки, перевести старушку через улицу, спасти галактику. Обычно он даже не расстраивался или расстраивался очень недолго.
Обычно.
— Даже не спросишь, какого числа? — предложил он, наклонившись.
Хашвальт посмотрел на него с непонятным выражением. Если бы он в самом деле послал Базз Би на хер или просто попросил отойти, Базз Би понял бы. Кажется, сейчас в сталкера превратился он сам.
— Это очень важный проект, — Хашвальт начал выкладывать из сумки книги, словно отгораживаясь. — Я буду занят до следующего понедельника. Было бы неправильно просить тебя перенести вечеринку, так ведь?
— Ты вроде выиграл желание, — напомнил Базз Би, а в голове опять стукнуло. На минуту меньше, чем мировой рекорд, ну как так? Версия Трис с зависшим таймером имела право на существование, но ведь сам Базз показал нормальное время
Хашвальт сдул со лба челку и открыл учебник.
— Я его отложу на черный день, если не возражаешь.
— Окей, — протянул Базз Би. — Я тебя услышал.
Картонная фраза, которую преподаватели не рекомендовали использовать в деловой переписке, как никогда отражала суть. Хашвальт не хотел пускать Базз Би в свою жизнь. Тогда ему казалось что это, в общем-то, не проблема.
Сейчас, держа на поводках двух радостно подпрыгивающих корги, он впервые задумался о том, что не против поцеловать Хашвальта.
*
Базз Би обещал госпоже Исиде, что они закончат в одиннадцать, но гости разошлись даже раньше. Сначала Хьюберт — как набравший меньше всего очков в скраблл, он получил в дорогу специальный приз — мешок с пустыми бутылками и коробками из-под пиццы. Потом Кирге и Кэндис и самой последней Трис. Мики и Карл все же решили, что квартира — это их игровая площадка, и пока все смотрели выбранный Базз Би ужастик («Зомби-монахи против крестоносцев», часть вторая), разбили два горшка с кактусами и качественно пожевали плед. И то и другое было собственностью Базза, но Трис все равно ухватила псов в охапку и унеслась.
Базз Би убрался в гостиной, обнаружив между подушками дивана сережку с изумрудом (Трис не такие не носила, значит Кэндис), вынес на помойку кактусы, вымыл пол и подумал, что однажды тоже заведет собаку. Не эту лезущую под ноги мелочь, а серьезное животное, возможно волкодава или овчарку. Будет брать ее на пробежки и научит всяким интересным трюкам.
Сон не шел. Базз Би скачал с торрентов «Месть зомби-монахов» и устроился было перед телевизором с чашкой чая, как кто-то зазвонил в домофон — видимо, Кэндис обнаружила пропажу.
— Поднимайся, — сказал Базз Би и чуть не уронил трубку, услышав знакомый голос.
— Может быть, лучше ты спустишься? Я буквально на минуту.
— Хашвальт? — на всякий случай уточнил Базз Би.
— Да. Я тебе кое-что принес. Но если ты уже лег, могу оставить у консьержа.
— Я сейчас, — Базз Би уже нашаривал куртку, — две минуты.
Воздух уже был по-осеннему прохладным, поэтому площадка перед домом опустела. На футбольном поле какая-то отчаянная парочка подростков взрывала фейерверки. Судя по тому, что никто не вышел откручивать им уши за раскатистое «бух-бух», люди в этом районе жили или глухие, или очень терпеливые.
Хашвальт сидел на скамейке и выглядел… хреново он вылгядел. То есть Базз Би понравились и собранные в хвост волосы, и синий свитер с надписью «Не попал в Вальгаллу? Успеешь на Нагльфар» — они делали его более живым, но совершенно не нравились абсолютно белое лицо, синяки под глазами и бескровные губы. А еще не понравилось кольцо на безымянном пальце — простой ободок из черного металла, но это было не так важно.
— Привет. У тебя все нормально? — осторожно спросил Базз Би.
Хашвальт выпрямился и стал еще больше похож на человека, который долго и тяжело болел и впервые за долгое время выбрался подышать воздухом.
— У меня был очень тяжелый день. Два очень тяжелых дня. Но это не повод тебя обижать.
— А кто обижается? — неубедительно рассмеялся Базз Би. С ума сойти, он парился. Он серьезно парился!
Было приятно и почему-то стыдно.
— А адрес ты где нашел?
Адрес был в приглашении, но Базз Би так расстроился, что порвал его и выкинул в мусорку.
— Узнал у одного из твоих друзей, мы с ним немного общаемся. Вот, — Хашвальт протянул ему простую прямоугольную коробку. — Вроде бы такие вещи принято дарить на новоселье.
Базз Би заглянул внутрь.
— Лавовая лампа. Круто. До лампы никто не додумался. Зато теперь у меня есть такая хрень, как фонарь для кемпинга, прикинь?
Хашвальт улыбнулся.
— Когда у тебя есть друзья, это хорошо, даже если они приносят тебе хрень. Ладно, мне пора.
Он тяжело поднялся, и Базз Би захотелось подхватить его за руку. Он даже шагнул вперед, но одернул себя.
— Слушай, может останешься? У меня есть диван для гостей. Посмотрим фильм про зомби, а то у тебя лицо такое, будто ты в этом фильме снимался. Ты не заболел часом?
— Сказал же — тяжелый день, — без раздражения ответил Хашвальт. — И спасибо, но нет. Я уже заказал такси, а отмена платная.
Отмена, да.
Человек, который мог позволить себе кроссовки Шихуен и белый пиджак Силберна, переживал из-за платной отмены. Базз Би очень хотелось пошутить по этому поводу, но шутка каким-то образом превратилась в один простой вопрос:
— Не нравлюсь?
Хашвальт распахнул глаза, как будто его ткнули иголкой. Базз Би знал, что если он сейчас задаст встречный вопрос, то это будет «Ты о чем?» или «Почему ты решил что я гей?» И дальнейшее их общение сведется к вежливым кивкам при встрече.
— Дело не в этом, — быстро ответил Хашвальт, будто оправдывался. — Не в тебе.
Базз Би посмотрел на кольцо. Ладно, он попробует еще раз.
— Но у тебя уже кто-то есть?
Сердце неловко долбилось где-то в горле.
Хашвальт длинно вздохнул. Базз Би не особым мастером угадывать чужие эмоции, но ему много чего послышалось в этом вздохе — и неловкость, и сожаление, и почему-то жалость. А может, он просто навоображал себе всякого.
— Базз Би, — начал Хашвальт, помолчал немного и сказал явно не то, что планировал: — Просто возьми лампу, ладно?
— Черта с два, — раззадорился Базз Би. — То есть возьму, но объясни, что ...
Договорить ему помешала притормозившая у тротуара серебристая Мазда. Базз Би закатил глаза — его квартирная хозяйка родилась с талантом появляться не в тему и развивала его всю жизнь.
Госпожа Исида выбралась из машины и одарила его традиционным неодобрительным взглядом.
— Добрый вечер, — Базз Би неловко помахал ей лампой. — А я вот тут провожаю последнего гостя.
— Добрый вечер, господин Блэк. Ваша вечеринка прошла хорошо? — ответила госпожа Исида.
— Представляете, мне подарили кемпинговый…
— Я сейчас имею в виду свою квартиру, — перебила она.
— А.Так точно, — отрапортовал Базз Би. — Квартира стоит.
И в этот момент со стороны футбольного поля донеслось особенно громкое «бабах» — ребята только что взорвали самую большую петарду. Задребезжали стекла, где-то недалеко залилась истеричным лаем собака. Госпожа Исида уронила сумку.
— Это ведь не ваши гости?
— Нет, — Базз Би продолжал давить из себя улыбку, хотя затылок уже горел. — Просто парочка ребят. Рождество, наверное, репетируют. Не вся фигня, которая происходит в районе, обязательно связана со мной, честное слово.
— Ну что ж, — она подняла сумку, — надеюсь, в ваши планы репетиция Рождества не входит.
Базз Би скрипнул зубами.
Ну почему так? Почему обязательно надо его отпинать? Он уже чувствовал, как открывает рот и выдает гневную тираду, после которой госпожа Исида спрашивает, в какие сроки ему было бы удобно освободить квартиру — или просто меняет замки и выкидывает его вещи на лестничную площадку.
И тут внезапно вмешался Хашвальт.
— Рождество — семейный праздник, — сказал он негромко и четко, обращаясь исключительно к госпоже Исиде. — И Базз проведет его в кругу родных, как и положено. Уверен, что и вы тоже. Я желаю вам этого.
И — Базз Би очень отчетливо это почувствовал — что-то в его лице напугало госпожу Исиду.
Она даже не оставила последнее слово за собой — просто развернулась и ушла.
— Зря ты так, — протянул Базз Би, глядя на закрывшуюся дверь. Продолжать их с Хашвальтом разговор не стоило — по крайней мере, сейчас. Все, момент упущен. — У нее и семьи-то, наверное, нет.
В квартире у госпожи Исиды он был один раз — когда подписывал контракт, и обстановка никаким образом не намекала на существование господина Исиды. Базз Би даже не мог представить себе человека настолько отважного, чтобы провести с ней хотя бы одну ночь под одной крышей.
— Наверное, — Хашвальт потер глаза и зевнул, прикрыв рот ладонью. — Но что-нибудь хорошее с ней наверняка случится. Рождество есть Рождество.
Его смартфон загудел, и через секунду коротко просигналила машина, остановившаяся рядом с Маздой. Базз Би хотел сказать что-то вроде «Позвони, как доберешься», но вместо этого смотрел, как Хашвальт садится в такси.
А потом пошел к себе.
Нужно выяснить, что там придумали монахи.
*
Этой ночью ему опять снился Хашвальт. Тот сидел, оседлав его бедра, и смотрел сверху вниз. Светлые волосы щекотали грудь Базз Би, в которой ворочалось что-то тугое и горячее.
Хашвальт улыбался — улыбка делала его лицо живым и настоящим, лунный свет падал на лоб сквозь спутанные волосы.
Базз Би проснулся быстро, словно от тычка под ребра, включил свет и долго пил воду на кухне.
Все, хватит. Завтра он найдет Хашвальта, и они все прояснят.
*
Прояснить ничего не получилось — Хашвальт не пришел на занятия. Ни в понедельник, ни во вторник, ни в среду. В четверг Базз Би начал нервничать. В пятницу — действовать.
— Его номер? — Хьюберт скомкал коробку из-под сока и ловко швырнул в мусорную корзину. — Откуда бы?
Базз Би вдохнул — терпение, только терпение.
На душе было погано. Надо было силой затащить Хашвальта в квартиру, примотать к дивану строительным скотчем и сунуть кляп, а не отпускать его одного. Да, Базз Би скорее всего сидел бы сейчас в камере, зато не воображал бы себе всякие ужасы.
Например, что этот упрямый мудак приложился виском об бордюр или потерял сознание в машине, и водитель выкинул его где-нибудь на пустыре. Последнее попахивало абсурдом, Базз Би это понимал, но ничего не мог с этим сделать.
— Он говорил, что знаком с одним их вас. Ну понятно же, что с тобой. Я подумал, что у тебя может быть его телефон, — Базз Би многозначительно постучал пальцем по лбу. — Л — логика.
Была еще Трис, собственно, к ней Базз Би и пошел в первую очередь, но она ответила, что никаких координат у нее нет и попросила держать в курсе.
— Я только с одним задротом вожу дружбу, — фыркнул Хьюберт. — С одним, а не со всеми. Твой Хашвальт живет здесь в общежитии, это все, что я про него знаю.
— Блядь, — Базз Би побился лбом об стол. «Твой Хашвальт» приятно ложилось на слух, но ни черта не способствовало душевному равновесию. Что теперь делать — ходить по общежитию и кричать его имя?
Кто бы еще Базза пустил туда.
Хьюберт поморщился.
— Господи, ну прокрутили тебе динамо, в первый раз, что ли?
Базз Би поднял голову. Конечно, не в первый. И даже не во второй.
В его личном списке лидировал парень, который ушел со словами «Ты меня не зацепил» уже на третьей минуте свидания — им даже пиво принести не успели. И ничего — на освободившееся место почти сразу пересел симпатичный азиат. С ним получилось наоборот — он не зацепил Базз Би, зато они отлично провели время, болтая о сериалах Нетфликс и футболе.
— Это другое,— отрезал он.
— Ясно,— сжалился Хьюберт,— Ладно, на перемене пойду поулыбаюсь красоткам из деканата. И ты платишь за мой ужин.

Улыбаться женщинам Хьюберт умел — к концу дня Базз Би узнал все, что хотел. Правда, ответы его не устроили.
— Значит, первое — никаких его контактов ни у кого нет. Почта, телефон, страницы в соцсетях, мессенджеры — это все не про него. А второе — он на свободном посещении. Время от времени исчезает на два-три дня. И никаких к нему вопросов.
— Интересная тема, — заметил Базз Би. — А чего так?
Кем бы ты ни был — гением, сыном президента или лауреатом нобелевской премии, о свободном посещении в Силберне ты мог только мечтать.
Даже Базз Би с Хьюбертом — а они, в конце концов, боролись за честь института — приходилось подавать запрос в деканат перед каждыми соревнованиями. И поблажек на экзаменах не давали никакой — драли в три шкуры. Базз Би это полностью устраивало — человек должен развиваться гармонично. Здоровому телу — здоровые мозги или как-то так.
Хьюберт развел руками — точнее, одной рукой, потому что во второй был огромный сэндвич. Базз Би видел, что он тоже заинтригован.
— Может, он летает с Доктором. Или работает на Ми-6. Ставлю на последний вариант, учитывая, что в базе нет его контактов.
— И чего делать? — Базз Би обращался главным образом к себе. Теперь, когда он узнал, что Хашвальт пропадает систематически — ездит домой или ложится в больницу, это уже второй вопрос, — ему стало спокойнее, но не слишком.
Он и правда очень хреново выглядел в тот вечер.
— Он живет в корпусе В35, второй этаж, сорок седьмая комната. Напиши записку или приклей на дверь, раз тебе так горит. Проход я тебя организую, — Хьюберт размазал горчицу. — Когда начинаешь творить добро, очень сложно остановиться.
*
Базз Би всегда нравилось в студенческом городке Силбрена. Много деревьев, ухоженные газоны — хочешь, ходи по ним, хочешь, спи, пруд (искусственный) с лебедями и утками (живыми). Вместо уродливых громадин, которые представляли из себя общежития в других институтах — аккуратные трехэтажные дома из белого кирпича.
С сожалению, пожить здесь у него не получилось: после поступления Базз Би аккуратно поинтересовался насчет отдельного проживания — деньги были, он все лето работал в отцовской фирме — и получил неожиданно резкий ответ от девушки, занимающейся распределением.
— Конечно. Сколько комнат желаете — одну или две? Окна на север или на юг? Предпочитаете балкон или террасу?
— Ну зачем сразу так? — изобразил обиду Базз Би. В отцовском особняке у него было не две, а даже три комнаты — в одной он спал, во второй делал уроки и играл в приставку, в третьей оставались ночевать его гости. И сейчас он просто физически не мог делить с кем-то пространство.
— У нас не отель, мистер Блэк, — девушка сурово посмотрела на него поверх очков. — Если вы с запросами — снимите себе квартиру.
И Базз Би ее послушал.
*
Нужный дом прятался в самом дальнем углу студенческого городка. Здесь было так много деревьев, что казалось, будто небольшое здание стоит посреди леса. Чуть пониже таблички с цифрой «35» располагалась другая — поменьше и поновее.
«Памяти Абарая Ренджи» прочел Базз Би, и окружающий мир на секунду стал очень неуютным.
Он представил себе языки пламени, суетящихся пожарных и поднимающийся к небу черный дым. Странно, почему уцелели деревья — пожар вроде был страшный.
Базз Би с силой тряхнул головой — хватит! — и решительно толкнул дверь.
Перед дверью номер сорок семь он вытащил из кармана двухсторонний скотч, быстро приклеил к ней конверт с лаконичным «Позвони мне, я волнуюсь. ББ» и собирался уже было назад, пока его тут не отловили с чужим пропуском на кармане, как какое-то непонятное чувство развернуло его назад и заставило подергать ручку.
Дверь была не заперта.
Базз Би постучал, сначала тихо, потом поуверенней, приоткрыл дверь и крикнул:
— Есть кто дома?
Никто ему не ответил.
— Я, короче, вхожу, — предупредил Базз Би и с некоторой опаской перешагнул через порог.
Недавно он смотрел какую-то передачу про спасателей, что-то вроде «911» и почерпнул из нее кучу ненужных, но интересных сведений. Например, если в квартире есть труп человека, который умер своей смертью, то чаще всего его находят в коридоре. Это связано… Базз Би не помнил, с чем это связано.
Коридор был пуст. Косые солнечные лучи проходили сквозь узкое окно и солнечными зайчиками танцевали на стене. Воздух был какой-то застоявшийся, неподвижный. Неживой — как говорил маленький Базз, когда они с родителями приезжали в загородный дом, стоявший пустым всю зиму.
Он прошел дальше — в комнату.
Хашвальт был там. Он лежал на кровати, вытянувшись во весь рост, утопая в своих золотых волосах, как какая-нибудь диснеевская принцесса. Для полноты картины не хватало только гномов, скорбно сжимающих в руках шапки.
И футболка. Та самая, с надписью про Вальгаллу.
Как будто он подарил Базз Би лампу, вернулся к себе и уснул.
Базз Би пристроился на углу кровати, нашел на шее Хашвальта сонную артерию и затаил дыхание.
Пульс прощупывался. Сердце билось, но очень-очень медленно.
Базз Би лихорадно вспоминал, чему их учили на уроках оказания первой помощи при… да хрен с ним, пусть будет инсульт. Снять тесную одежду — нет тесной одежды, открыть все окна — отлично, это мы мигом, организовать транспортировку в ближайшую…
— Не мельтеши.
Тихий голос Хашвальта прозвучал как выстрел. От неожиданности Базз Би зацепился ногой за компьютерное кресло и едва не рухнул вместе с ним.
Хашвальт между тем медленно сел, покрутил шеей и свесил с кровати ноги.
— Как ты сюда попал? — спокойно спросил он.
— По пропуску, — ответил Базз Би. — Я думал, это у меня проблемы, но ты прикинь — где-то в мире есть чувак, который носит имя Пеппе Вакабрада. Вот у него — проблемы, а у меня так — неприятности. Ну и еще у тебя дверь была открыта.
Хашвальт недовольно нахмурился.
— Дверь, да? В следующий раз голову свою забуду.
— Ты, — взгляд Базз Би снова соскользнул на футболку, — давно спишь?
— Не знаю, — ответил Хашвальт, рассеянно расправляя волосы. — А какой сейчас день?
У Базз Би перехватило дыхание. Что-что-что-что-что?
— Это шутка такая, да? — с надеждой спросил он.
Хашвальт неуверенно встал, держась за изголовье кровати. Выглядел он, к слову, как после охрененно дорогого спа или отдыха на тропическом острове — только загара не хватало.
— Да, я тут специально лежу в уличной одежде и дожидаюсь тебя. Сам-то как думаешь?
— Я думаю, что люди не спят по шесть суток и не бьют как нехрен делать мировые рекорды, которые держатся по десять лет, — огрызнулся Базз Би. Получилось немного резко, но, в конце концов, он волновался. И ни черта не понимал, что происходит.
Но Хашвальт не рассердился.
— Ну а я — сплю, — просто ответил он. — Шесть дней, конечно, много, обычно не больше трех. Надо показаться доктору Гранцу.
Базз Би пытался уместить в голове услышанное. В третьем классе учительница литературы рассказала им про русского писателя, похороненного живьем. Он несколько дней ходил под впечатлением, взял с родителей обещание не хоронить и не сжигать его, «пока не станет весь зеленый», а когда кто-то зевал, шарахался в сторону, потому что боялся подцепить эту самую…
— Летаргия, — вспомнил Базз Би. — У тебя летаргия?
Хашвальт застыл, словно прислушиваясь к себе, потом медленно сел обратно, закатал джинсы и начал растирать ступни.
— Не совсем, но можно и так. В какой-то момент я чувствую очень сильную усталость и через несколько часов засыпаю. Так крепко, что меня можно сунуть в ванну с серной кислотой.
Базз Би понаблюдал немного за движениями его рук и страдальчески поморщился.
— Куда так сильно трешь, рано еще. — Он закатал рукава. — Давай я, я умею.
Он был готов к возражениям, но Хашвальт послушался.
— А ты…
— Да, я проходил все обследования и тесты, которые существуют на данный момент, — ответил Хашвальт тоном человека, вынужденного повторять одно и то же и раз, и два, и десять. — Нет, лекарство от этого пока не придумали. Мне предлагали место в какой-то экспериментальной программе, но с последствиями, так что нет, спасибо. «Аврора» мне не мешает.
— Аврора? — повторил Базз Би. — Ты дал имя своей болезни?
— Вообще-то, это был Стивен Кинг, — с серьезным лицом уточнил Хашвальт. — У него есть роман про вирус, от которого засыпают женщины.
— Кинга я люблю.
— Правда? — встрепенулся Хашвальт. — И твой любимый роман…
— «Сияние», — Базз Би улыбнулся, подумав про мисс Волейбол. Интересно, где она сейчас? — Он мне охренеть как запомнился, вот прям на всю жизнь.
Ему вдруг стало так хорошо, уютно и спокойно, как будто кто-то вытолкал его из душной комнаты и сказал: «Дыши».
— Слушай, а с голоду ты так не помрешь? Ну или от жажды?
Теперь рассмеялся уже Хашвальт.
— Сон сильно замедляет все процессы жизнедеятельности. Хотя просыпаюсь сильно голодный, поэтому холодильник у меня всегда забит до отказа.
— Сосед не возражает? — Базз Би только сейчас заметил, что в комнате нет второй кровати. Да и в коридоре стояла одна пара ботинок.
— Не возражает. Я живу один.
— Из-за болезни? — предположил Базз Би. Есть, значит, добрые люди в администрации.
— Из-за болезни, — подтвердил Хашвальт. — И еще потому, что здесь никто не хочет жить. Это ведь комната того сгоревшего парня. После… после того случая какие-то дурочки пустили слухи, что здесь живет его призрак. Дурь, но многие верят.
Базз Би помрачнел. Он не учился с Абараем Ренджи на одном курсе, не сталкивался с ним в библиотеке, черт побери, да если бы не Трис, он бы и знать не знал, что такой человек вообще существовал. Так почему любые упоминания о его гибели так задевали?
Он выпрямился, потирая поясницу.
— Лучше?
— Лучше, — Хашвальт пошевелил пальцами. — Спасибо. Слушай, не хочу показаться неблагодарной скотиной, но мне ужасно хочется в душ и надо еще позвонить отцу. Ты не обидишься?
— Да я уже свалил, — Базз Би широко улыбнулся. Обиды и правда не было — потому что не было ощущения, что его выставляют из своей жизни. — Будь здоров, Хашвальт.
— Меня зовут Юго, — Хашвальт наклонил голову. Растрепанный, сонный, с отпечатком подушки на щеке. Невозможно красивый. — Хочешь завтра побегать? Не будешь психовать, если я опять тебя сделаю?
— В твоих мечтах, — самодовольно улыбнулся Базз Би и с удивлением осознал — а ведь не станет.
— Тогда завтра в девять вечера у начала трассы.
— Ага.
На глянцевой поверхности двери остались следы от скотча — некрасиво, но ничего, у Базз Би были смягчающие обстоятельства. Он выбросил конверт в ближайшую урну, достал плеер и поймал свою любимую волну.
Что-то подсказывало ему, что после сегодняшней встречи его жизнь сделает крутой поворот, и ничто уже не будет прежним.
Он оказался прав.
*
Очень важный разговор, который Базз Би планировал уже две недели, но постоянно откладывал, начался с телефонного звонка.
Он как раз собирался с мыслями, когда смартфон начал наигрывать Bad Romance. Базз Би тяжко вздохнул и потянулся за поясной сумкой. Эта мелодия была настроена на определенного человека, четко ассоциирующегося у него с Леди Гагой.
— Привет, Аскин, — жизнерадостно сказал он в трубку, хотя личный звонок главного маркетолога «Ванденрейха» обычно сулил всякий геморрой.
— И тебе доброе утро, мой дорогой юный друг, — не менее радостно отозвался Аскин, — хотел сказать, что у нас в эту пятницу корпоратив. Все по стандартной программе: ресторан, живая музыка — кажется, пригласили какую-то корейскую группу, и живой квест в офисе. Тематика: Дикий Запад, тебе досталась роль шерифа, так что озаботься покупкой шляпы.
— Повод? — уточнил Базз Би. После пробежки меньше всего хотелось говорить о работе, но любопытство грызло изнутри. Яхве хорошо платил своим сотрудникам, но вечеринки устраивал редко — последняя была в честь десятилетнего юбилея, и Базз Би ее продинамил, прикрывшись экзаменами.
— Мы приобрели контрольный пакет акций Лас Ночес, — торжественно ответил Аскин.
Лас Ночес. Ну да, это повод открыть шампанское.
—А как так? — переспросил Базз Би. — Вы же их вроде полгода как выпнули с рынка, так?
— Не выпнули, а вывели на рынок более современные и надежные решения, — поправил Аскин. Базз Би видел, как он укоризненно поджимает губы, которые так и норовят сложиться в улыбку, — у нас были некоторые разногласия с собственником, но месяц назад компания сменила владельца, и он подписал контракт. Если хочешь знать, мой юный друг, цикл сделки…
Базз Би не хотел.
— Соскочить можно? — деловито поинтересовался он и выразительно покашлял в трубку.
— Конечно. У нас свободная страна.
Понятно, значит, нельзя.
Базз Би ненавидел корпоративные вечеринки. Там было слишком много душных людей, и кто-то постоянно пытался ему налить. Некоторым важным шишкам хотелось выпить с восходящей звездой атлетики. И когда звезда пыталась объяснить, что спорт и спирт не имеют ничего общего, хоть и пишутся почти одинаково, все они резко забывали английский.
Ладно, в конце концов это было частью его работы: улыбаться, раздавать автографы и рассказывать, как многого он достиг благодаря «Ванденрейху».
— Только давай кое-что обсудим на берегу.
— Я весь внимание.
— У меня через несколько месяцев очень важные соревнования в Токио, — продолжил Базз Би, — поэтому я не пью. Вообще. И ухожу не позже десяти. Сам понимаешь. График. Тренировки.
Тренировался он как зверь, с тех самых пор как пришло подтверждение от организаторов, изматывая себя до нечеловеческого состояния. Один раз уснул прямо на контрольной — спасибо Хьюберт растолкал его за двадцать минут до конца и дал списать.
У Хьюберта точно где-то был заныкан маховик времени — он готовился к тем же самым соревнованиям, но ухитрялся успевать все остальное.
— И мы все уверены, что ты там отличишься. Если бы существовал тотализатор, я бы поставил на тебя годовую премию, — ответил Аскин.
— А не отличусь — Яхве голову отрубит, — ухмыльнулся Базз Би, — понял я, понял.
— Ты какого мнения о президенте?
— Ну или заместителя попросит. Мы друг друга поняли, Аскин?
— С алкоголем что-нибудь придумаем, — пообещал Аскин, — кстати, будет пресса. Список вопросов я скину на корпоративную почту, во вторник приезжай, сделаем тестовый прогон. Хорошего дня.
И он наконец отсоединился, оставив в голове Базз Би дикую мешанину из журналистов, ковбоев и корейцев.
— С работы? — Юго поднес к лицу зажженную сигарету, обхватил губами фильтр и затянулся, чуть прикрыв глаза. Лицо стало спокойным и расслабленным, на щеки легла тень от ресниц.
— Слушай, ты как это делаешь вообще? — не выдержал Базз Би.
— Затягиваюсь, потом выпускаю немного дыма и втягиваю его носом, — ответил Юго, — не открывая глаз. — Это так называемый французский метод.
Базз Би беззлобно рассмеялся. Да и как на него злиться — вот на такого?
— Ты, блин, куришь! И при этом бегаешь быстрее чем все, кого я знаю. А я знаю всех мировых чемпионов.
— Да? — Юго скептически приподнял правую бровь. Зажигалку он все еще в правой руке: Базз Би залип на то, как проворно и ловко двигаются его пальцы.
— Метафорически выражаясь, — серьезно ответил Базз Би.
Когда они во второй раз пришли на трассу вместе, он попросил:
— Обещай не поддаваться.
Юго тогда помолчал немного, будто на что-то решался, а потом выдвинул ответное условие.
— Обещай не психовать. Ты ведь в курсе, как отвратительно это выглядит, да?
— В курсе. Ладно, — коротко ответил Базз Би. Он вспомнил тот шкаф в раздевалке и Ямаду тоже вспомнил, поэтому «ладно» прозвучало не совсем искренним, но Юго, кажется, остался доволен.
— Тогда по рукам, — сказал он и сдержал обещание.
А Базз Би изо всех сил старался сдержать свое, хотя это оказалось чертовски трудно. Он выкладывался так, что земля горела под ногами, а Юго легко и непринужденно уходил вперед, и встречались они уже на старте — подыхающий Базз Би и его слегка запыхавшийся соперник.
Так прошла неделя, потом другая, и однажды Базз Би с удивлением понял, что его раздражение ушло, уступив место азарту. И это было охренительно круто.
Юго докурил и ловко закинул окурок в урну.
— Все еще думаешь, что кроссовки «Шихуен» на самом деле телепорт и я единственный разобрался, как его включать? А молчу, потому что иначе они затаскают меня по судам?
Базз Би выдвигал и такую версию.
— Думаю, если бы ты поехал на соревнования вместе со мной, ты бы стал мировой сенсацией. Меня бы все забыли.
— Тебя это беспокоит?
Базз Би задумался.
Он вдруг представил, как Юго появляется там (название соревнований придумать) и занимает его место: на пьедестале, на обложках журналов, на плакатах, которые вешают на стену начинающие и зеленые, в сердцах фанаток.
И Аскину бы он точно понравился. Фотогеничный, вежливый, с хорошо подвешенным языком и отличными манерами. Такой не будет устраивать прямой эфир из анатомички или корчить рожи папарацци.
— Да, — кивнул он, — мой психолог говорила, что я отношусь к жизни, как к соревнованию, и что это не очень хорошо. И я над этим работаю.
— Можно просьбу. Не говори об этом никому.
— Про эльфов?
— Про то, что у тебя не получается меня догнать, — Юго сдул со лба челку, — твоя сестра думает, что в ее телефоне сломался таймер. Так вот — пусть и дальше будет таймер. Хорошо?
— Хорошо, — не раздумывая ответил Базз Би. Во-первых, Юго был в своем праве, во-вторых, их теперь объединяла одна тайна и это было приятно, — но неужели тебе не хочется?
Черт возьми, да если бы он на хрен бил мировые рекорды, то орал бы об этом на каждом углу. Вернее, сделал бы так, чтобы другие орали.
— Не хочется, — мягко перебил Юго, — меня устраивает моя жизнь. Такой, какая она есть. Признаться, я поменял бы только одну вещь, если бы смог.
— Какую? — машинально спросил Базз Би, а уже через секунду понял, какую бестактную хрень сморозил. А еще совершенно некстати вспомнился тот мельком увиденный шрам на ключице.
— Забрал бы из приюта Уксуса раньше, чем это сделала твоя сестра, — улыбнулся Юго, — но однажды я обязательно заведу какую-то собаку.
С озера подул сильный ветер, Юго повыше поднял ворот куртки, явно собираясь подняться, но Базз ухватил его за край рукава.
Сейчас. Он сделает это сейчас и не будет потом жалеть, как не жалел вчера, когда удалил свой аккаунт на сайте знакомств. Верифицированный профиль, хороший рейтинг, золотой статус — но Баззу он был больше не нужен.
Во-первых, его узнавало все больше и больше людей, а один парень и вовсе начал свидание с просьбы о селфи.
Во-вторых, Базз был влюблен.
— Я вот чего хочу сказать, — заговорил он, обращаясь преимущественно к носкам своим кроссовок. — Мне тоже нравится моя жизнь. Последние полгода я тоже пытаюсь кое-что изменить, — Базз Би помолчал немного. Черт, как же проще было на свиданиях, когда ты, по крайней мере, знаешь, что сидящий перед тобой человек хочет того же, что и ты, ну, или, по крайней мере, собирается хорошо провести время, — я собирался найти себе кого-нибудь, с кем мне будет хорошо. Кого-нибудь простого и веселого. Мы бы вместе смотрели фильмы про зомби, ржали над шутками друг друга, гуляли бы по старому городу. И я бы обязательно залипал на его красивые руки. У него был бы байк, обалденные брови и какое-нибудь интересное хобби, которое надо гуглить, — вроде подледного хоккея, — он побарабанил пальцами по скамье и подытожил: — Но кажется, мне очень нравишься ты.
На этом его красноречие иссякло. Хотя не помешало бы добавить что-то еще. Хотя бы про красивые ресницы.
Он посмотрел на Юго и обнаружил, что тот тоже разглядывает свои ботинки. На его лице не было ни смущения, ни ярости, ни удивления (Базз Би готовился в основном к последнему). Только легкая задумчивость.
— Ты поэтому так смотрел на мое кольцо? — слегка ссутулился он, — как будто хотел выкинуть его в Ородруин?
— Да. Нет. Да, — Базз Би закатил глаза, — значит так, во-первых, я знать не знаю ни про какое кольцо. Во-вторых, ты же его все равно больше не носишь.
Юго улыбнулся.
— Это просто один умный гаджет для влюбленных, чтобы они могли на расстоянии слушать биение сердца друг друга.
Базз Би расхохотался. Он был уверен, что ничего палевней матрасов с детектором придумать невозможно, но человечество справилось.
— Дорогой, сейчас же позвони мне! — продекламировал он, подражая высокому голосу Бамбиетты, — сейчас два часа ночи, а у тебя пульс за сто восемьдесят, и что-то я не припомню в твоей спальне беговой дорожки. Охренеть, ну кто такое купит.
— Мой отец, — ответил Юго. — Раньше он настаивал, чтобы я спал только дома под присмотром нашего семейного врача, и мы нашли вот такой компромисс. Я…
— Скажи что-нибудь, — попросил Базз Би. Некрасиво, невежливо, но он сейчас взорвется прямо тут. — Пусть это «да» или «нет», или «я давно подозревал, что ты гребаный извращенец». Только без таинственности. Пожалуйста. И я хочу, чтобы ты знал, эта твоя болезнь… если тебя она не беспокоит, то и меня не беспокоит.
Юго молчал, сомкнув руки в замок, и о чем-то напряженно думал. Как отличник, которому прислали приглашение сразу три лучших университета страны. Как участник шоу «Кто хочет стать миллионером» перед финальным и самым дорогим вопросом.
— У меня сложный характер, — сказал он, словно отговаривая Базза, — я ведь и правда могу позвонить и спросить, что не так с твоим пульсом.
— Вообще-то я рассчитываю, что у меня все же будет беговая дорожка, — хмыкнул Базз.
— Я вряд ли найду общий язык с твоими друзьями.
— Трис и Уксусу ты уже нравишься, — напомнил Базз Би, — остальные перетопчутся.
— Я не смотрел ни одной серии «Белизны».
— С этого надо было начинать. Давай останемся друзьями, — сказал Базз Би и поцеловал его в губы.
*
Базз Би очень нравился его временный дом — до такой степени, что он стал раздумывать о покупке своей собственной квартиры, правда в обозримом будущем, и не той, в которой он сейчас обитал, чтобы стены не ассоциировались с госпожой Исидой, а коридор — с тем парнем, поехавшим на почве безответной любви.
Ему нравился внутренний двор: зеленый, с аккуратными дорожками, беседками и зоной для барбекю; нравилось просторное фойе с диванчиком и шкафом, в котором жильцы оборудовали полку для буккроссинга, и крыша, с которой открывался шикарный вид на город ему тоже нравилась.
Не нравились лифты. Их было два — грузовой и обычный — и последнее время оба изо всех сил намекали, что им пора на пенсию. Грузовой любил ближе к ночи застрять где-нибудь на последних этаж и хлопать дверями — от монотонного «бум-бум-бум» не спасали даже беруши. Обычный после нажатия нужной кнопки несколько минут размышлял, а хочется ли ему куда-то ехать, а надумав, передвигался по шахте со скоростью улитки.
Обычно Базз Би пользовался лестницей — ну и пусть двенадцатый этаж, это дополнительная тренировка. Но сегодня он вывалился на площадку, нагруженный пакетами с игрушками, гирляндами и подарками, — все это рождественское счастье весило килограмм пятнадцать и здорово оттягивало руки, плюс на улице плотной стеной валил снег, тонкая (зато страшно модная) куртка Базза намокла, и больше всего он хотел оказаться дома и запрыгнуть в ванную.
Поэтому он нарушил принцип и крикнул в закрывающиеся створки:
— Эй, придержите эту адскую машину.
К счастью его услышали. Базз бочком протиснулся в кабину, прислонил самую коробку к двери и выдохнул: «Спасибо».
Надо было заказывать доставку, но нет — захотел прогуляться по торговому центру вместе с Трис. Последнее время они редко виделись: у нее было уже четыре подопечных, и она активно искала помещение под гостиницу.
Единственный пассажир лифта — пацан лет девяти, серьезный, очкастый, с рюкзаком в половину собственного веса уверенно нажал на двенадцатый этаж и кабина гудела.
— Она минуты две раскачиваться будет, — объяснил Базз Би. Он много времени проводил на турникетах, установленных рядом с детской площадкой, и знал все местную ребятню. Пацан был незнакомый, наверное, заскочил в гости к приятелю. Хотя этот острый подбородок и чуть раскосые глаза Базз Би уже где-то видел, — это ритуал такой. Тебе, наверное, нельзя заходить в лифт с незнакомыми?
Пацан сдернул с головы шапку и сунул в карман куртки.
— Нельзя. Но мы почти знакомы, вы снимаете квартиру у моей бабушки.
Понятно, так вот откуда взялись глаза и подбородок. И этаж он знал.
— Ты, выходит, Исида самый-самый младший, — протянул Базз Би, — и что же, вы сюда насовсем переехали?
Его попросят освободить квартиру досрочно, если здесь захотят жить родственники арендодателя: в контракте такой пункт был, да и госпожа Исида об этом предупреждала, хоть и подчеркивала, что это маловероятно.
— Нет, папа живет в Каракуре. Там есть больница и он в ней самый главный, — просто ответил Исида-младший, — мы только на Рождество. Не волнуйтесь, бабушка не будет вас выселять.
Базз Би поперхнулся воздухом. Многовато развелось людей, читающих его мысли, надо поработать над лицом.
— Ты откуда вообще в курсе. Про квартиру и вообще.
Исида посмотрел на него со снисходительностью взрослого.
— Из инстаграма. Вы же Базз Би Блэк.
— Ты на меня подписан? — приятно удивился Базз Би. У него были фанаты из разных стран, но Япония? У них же там Ямада.
— Почти весь мой класс подписан.
— Хочешь селфи? — предложил Базз Би. Вид у него был так себе — после трехчасового забега по магазинам — но поклонников никогда не волновали такие вещи, — будешь школьной звездой.
Исида кивнул, даже смартфон вытащил, но потом убрал назад.
— Такеши опять всем скажет, что я все выдумываю. Базз Би Блэк не станет снимать квартиру в какой-то занюханной многоэтажке, у него миллионы, а фотографию ты сам сделал в фотошопе. Мне, конечно, все равно.
Ему, конечно, не было.
Ну что ж, всем Такеши этого мира надо было учить.
— Это у моего отца миллионы, — поправил Базз Би, — а у меня пока нет. И многоэтажка не занюханная, лифты только дрянь. Вот что мы сделаем. Тебя как зовут, Исида-младший?
— Урю.
— Давай-ка улыбайся, Урю, — Базз Би притянул его к себе.
Фото получилось слегка смазанным, зато очень живым и ярким — Базз Би такие любил. «Мой новый друг Урю. Привет, Такеши!» написал он, подкрутил немного резкость и отправил фотографию в свой инстаграм.
Если бы спустя несколько месяцев он оглянулся назад, он сказал бы, что все началось с амулета, который принесла та девушка в наушниках.
Но на самом деле все началось с нее.
С фотографии в инстаграме.
*
А может быть, все началось с поцелуя под рождественским деревом. Тот первый, у озера — неловкий, жадный, будто они оба были тринадцатилетними подростками, не считался, хотя их прервали настоящие подростки: стайка девушек в ярких пуховичках показалась из-за деревьев и рванула к воде фотографироваться. В принципе они вели себя спокойно, но Базз Би сразу стало неуютно.
До автобусной остановки они с Юго шли, беседуя о предстоящих экзаменах, последнем диске Рамштайн и планах на новогодние каникулы. И, в принципе, можно было подумать, что от признания Базза ничего не изменилось, только он знал — изменилось все.
И ничего уже никогда не будет прежним.
Елку — пятиметровую красавицу из Норвегии — установили перед главным зданием университета за неделю до праздника. Каждый день, проходя мимо этого хвойного великолепия, Базз Би думал о рождественском дереве, стоявшем в его гостиной. И о том, что он не успел, что он так и не придумал, куда повесить последнюю гирлянду (психанул в супермаркете и купил сразу пять), и о том, что Трис улетает к родителям, а он нет — поздно чухнулся, билетов уже не было. А значит, можно пригласить Юго, отключить телефон и заложить кирпичами дверь — на случай, если госпоже Исиде придет в голову лично удостовериться, что квартире ничего не угрожает.
Но получилось совсем по-другому.
Сначала они опять целовались в пустой аудитории. Было холодно — какой-то умник открыл настежь окно и сквозняк забирался даже под свитер Базз Би, но он готов был провести так и час, и два, и четыре.
Вечность.
Они остановились только когда в коридоре кто-то начал многозначительно кашлять и греметь ключами.
Базз Би уже прикидывал успеют ли они на последний автобус: такси в праздничное время ехало бы минут сорок, когда Юго спросил.
— Базз… У тебя еще остался тот пропуск?
Общежитие гудело в предвкушении праздника. В небо взлетали петарды, по аллеям гуляли шумные и уже нетрезвые компании, у озера собралась огромная толпа, которую Юго и Базз не сговариваясь обошли стороной.
У корпуса Н они вернулись было к поцелуям, но где-то над головами хлопнуло окно и незнакомый женский голос сказал:
— Эй, ребята, этим занимаются в кровати.
— Я бы поспорил, — весело отозвался Базз Би, и Юго потянул его к дверям.
— Это потом, — почти приказал он. Глаза у него были большие и сумасшедшие: выходит, он все это время хотел того же, что и Базз, и молчал.
На втором этаже они снова сцепились — губами и руками, на третьем Базз Би стянул с себя куртку и стал прикидывать удержит ли Юго на весу: они серьезно так рисковали не добраться до нужной комнаты, но каким-то чудом все-таки оказались в ней.
И на этот раз Юго не забыл закрыть дверь.
*
Некоторое время они лежали молча, а потом Базз Би хлопнул себя по лбу.
— Блин! Я сестре позвонить забыл.
Юго повернулся на бок и откинул одеяло.
— Ты всегда ей звонишь после того как… Хотя, подожди, кажется, я не хочу этого знать.
На его шее наливался красным свежий засос. Ничего. Пару дней поносит водолазку, Базз ему даже подгонит свою, раз уж начал дарить свои шмотки, то чего останавливаться.
— Да я ей обещал, что как только встречу кого-нибудь, то сразу поставлю ее в известность. Хотя… — Базз Би пригляделся — часы на прикроватном столике высвечивали второй час ночи. С ума сойти, а они вроде только рухнули на кровать, — хотя сейчас она, наверное, не оценит. Могу сделать селфи.
Юго стукнул его подушкой. Базз Би со смехом перехватил его за запястье, дернул на себя, потянулся, чтобы поцеловать в шею, и снова зацепился взглядом за шрам. Не зацепиться было сложно: он пересекал грудную клетку наискосок и выделялся на бледной коже, как река на контурной карте.
Юго проследил за его взглядом и слегка печально улыбнулся. Базз Би хотел отвести глаза, но быстро понял, что сделает только хуже.
— Ну, давай я сэкономлю тебе время. Это был несчастный случай. Я тогда чуть не погиб.
— В смысле пожар? — моргнул Базз Би, — Так это тебя вытаскивал тот парень?
Он прекрасно помнил имя — Абарай Ренджи, но не хотел произносить вслух, словно пытался воздвигнуть между собой и мертвым невидимую стену — непонятно зачем. Дело было не только в Трис. А в чем, он и сам не знал.
Ожоги такие шрамы не оставляли — этот больше походил на след от лезвия. Цан Ду носил похожий на губе, после того как встретил на заднем дворе своего дома какого-то торчка. У торчка были свои представления о частной собственности, и складной нож-бабочка, а у Цан Ду достаточно хорошая реакция.
— Пожар? — в глазах Юго мелькнуло непонимание, — нет, я в другом корпусе жил. А сюда переехал, потому что не боюсь баек про призраков. Я же говорил тебе, нет?
Базз Би лениво подцепил пальцами прядь его волос. Когда наступало время «а поговорить», в голову всегда лезли темы максимально далекие от романтики. Однажды он ухитрился втянуть партнера в захватывающую дискуссию о ценах на помидоры.
— У нас есть парень, который верит в призраков, — доверительно шепнул он, — Эсом зовут. Постоянно рассказывает байки, то про проклятое стихотворение, то про красное окно, которое всплывает в браузере, — говорят, если его закрыть, то умрешь. Может, и про сгоревшего парня он придумал. Что про него говорят.
Юго положил голову ему на плечо. Кажется, он не возражал против разговоров о привидениях.
Впрочем, они могли в любой момент перейти к помидорам.
— Лестницу помнишь? Говорят, если в полночь подняться с первого этажа на четвертый с зажженной свечой в руке, а на последней ступеньке резко оглянуться, то можно увидеть, как он поднимается следом.
Базз Би уткнулся ему в макушку и тихо фыркнул. Нет, от Эса он такой истории не слышал. У него была отдаленно похожая байка — про мертвого учителя, который всем рассказывал страшилку про коровью голову, такую ужасную, что никто так и не дослушал до конца. Они с Трис даже пытались найти ее в интернете — бесполезно.
— Ну, а потом что? — заинтересовался он.
Призраки Эса отличались на редкость паскудным характером — если кто-то из них прилепился к человеку, то это все, даже если бедолага был святым.
— Нужно посмотреть ему в глаза и сказать: «Профессор Халлибел перенесла экзамен на завтра».
— И он пойдет готовиться?
— Возможно.
— А ты так делал?
Юго поднял голову и смерил его взглядом. Голубые глаза блеснули в полумраке комнаты.
— Как?
— Поднимался по лестнице со свечой в руке? — пояснил Базз Би, снова ощущая себя подростком. Рука Юго легла ему на затылок, влажное дыхание мазнуло по коже.
— Нет. В моей семье говорят, что нужно воздавать должное призракам, духам, и фейри. Иначе они возьмут сами.
Базз Би прикрыл глаза. Темнота укутывала его со всех сторон, а от монотонного голоса нестерпимо хотелось спать.
— Призраков знаю, — пробормотал он заплетающимся языком, — духов, а фейри — это такая хрень, чтобы посуду мыть, да?
В темноте раздался смешок.
— Не бери в голову. Спокойной ночи.
*
Базз Би резко распахнул глаза. Пробуждение было стремительным, будто кто-то окатил его ведром ледяной воды, которая бы сейчас пригодилась, потому что в воздухе разливался запах гари и чего-то еще значительно менее приятного. Когда-то Базз Би уехал на сборы и оставил в микроволновке целое ведро крыльев из КFC и когда вернулся — вся квартира тошнотворно воняла гнилым мясом.
Тогда он открыл настежь все окна и ушел гулять в парк. Сейчас он не мог уйти. Он не мог даже пошевелиться, как это обычно бывает во сне.
А в том, что он все еще спит, Базз Би даже не сомневался, потому что рядом с кроватью стоял мертвый Абарай Ренджи.
Вернее, в этом существе с трудом узнавался тот парень с фотографии. Половины лица у него не было — обгорелая кожа свисала неаккуратными лохмотьями, обнажая белую кость. В пустой глазнице копошились насекомые.
Одежда истлела и в прорехах отчетливо виднелись ребра.
Базз Би спокойно относился к подобным зрелищам — в его любимых ужасах хватало обезглавленных трупов, распоротых глоток или вырванных сердец. Он спокойно завтракал, пока на экране очередной зомби доедал какого-то бедолагу, чавкая ошметками кишок.
А сейчас ему очень сильно хотелось отвернуться или хотя бы закрыть глаза, но все его мышцы одеревенели, поэтому он мог только наблюдать.
Мертвец неловко качнулся вперед, как будто его мышцы уже забыли, как это — двигаться, и медленно вытянул руку в сторону окна, как бы приглашая Базз Би полюбоваться полной луной. Почерневшие скрюченные пальцы оказались прямо у его лица. Тошнотворный запах усилился в сотню раз.
В грудной клетке Базз Би что-то сжалось, словно ребра стремились вытеснить наружу бешено стучащее сердце. Какой там фразой полагалось отгонять мертвяка?
— Профессор Халлибел перенесла экзамен на утро, — еле слышно просипел Базз Би, — иди готовься.
Существо, бывшее когда-то Абараем Ренджи, наклонилось к нему. Его рот, вернее, та часть, где еще были губы, разъехался в чудовищном подобии улыбки. Базз Би видел все зубы, вплоть до коренных. Из глазницы выпал жук и, перебирая лапками, проворно пополз по одеялу.
«Если следующий свалится на меня, я заору, — успел подумать Базз Би, — я заору так, что сорву, на хрен, горло на всю жизнь. Но это будет неважно, потому что уеду я прямо в дурку».
А потом мертвец заговорил. Его голос звучал удивительно четко для того, у кого не было горла.
— Неблагой двор, — прошелестел он, и вся комната куда-то исчезла.
Второй раз Базз Би проснулся уже по-настоящему. С улицы доносились чьи-то голоса, пахло жареным сыром и какой-то выпечкой, лицо щекотал солнечный свет.
Базз Би аккуратно сел, пытаясь привести в порядок мысли. Первым порывом было перетряхнуть одеяло в поисках жуков, но он приказал себе не дурить.
Да, сон был мерзкий и, пожалуй, чересчур реалистичный. Сам виноват, зря не остановился на помидорах. А может…
Базз Би прошелся по комнате, потом вышел в прихожую и подергал дверь.
Заперта. Ну да, они же ее и запирали.
А то ему в голову стукнулась совершенно абсурдная идея: а вдруг это был чей-то розыгрыш? Кто-то из студентов накачался алкоголем и решил, что это будет весело: вломиться к соседям в образе мертвяка. Наложил грим, напялил на себя какую-то рванину.
«Выколол себе глаз и насыпал туда жуков», — продолжил внутренний голос. Базз Би мысленно угукнул соглашаясь и побрел обратно в спальню. Скорее всего, это были нервы, но в воздухе ему все еще чудился запах горелого, да и в целом комната резко перестала быть уютной, хотя он провел в ней самую приятную ночь за последние несколько лет. Может быть, за всю жизнь.
Базз Би распахнул окно и высунулся наружу, и полюбовался царящим там белым царством. За ночь навалило достаточно снега, он почти замел узкие дорожки, налип на разлапистые ветки елей и теперь переливался и сверкал в лучах солнца.
Интересно, мертвец из сна именно этого добивался. Чтобы Базз Би высунулся из окна и поглазел на снегопад? Надо было проконсультироваться с Эсом. Или нет. Не надо.
Базз Би отступил и пошарил взглядом рядом с окном. С одной стороны на стене висела пробковая доска с приколотыми на нее стикерами с напоминалками. Ничего особенного, обычная бытовая ерунда: «купить молока», «вернуть книги в библиотеку», «дописать эссе по экономике», «позвонить провайдеру».
С другой стоял самый обычный платяной шкаф, и Базз Би охватило какое-то лихорадочное любопытство. Ведь это ничего, если он просто посмотрит, в конце концов, вчера он держал во рту член хозяина этого шкафа.
Гардероб Юго был самым простым: джинсы, брюки, пяток совершенно одинаковых рубашек, вельветовая куртка (та самая) и белый пиджак в пластиковом чехле. Внизу громоздились коробки с обувью и стоял небольшой пылесос. Все.
«А чего ты рассчитывал тут увидеть? — снова поинтересовался внутренний голос, — мертвых жен на железных крюках. Нет, парень, эта сказка про другого чувака».
Базз Би аккуратно прикрыл дверцу и пошел на запах выпечки.
Юго, уже полностью одетый и колдующий над чем-то у плиты, встретил его вопросом:
— Хочешь сэндвич? Или у вас диета?
Базз Би подошел, обнял его со спины и зарылся лицом в мягкие волосы. Вчера кожа Юго казался ему такой горячей, словно под ней бился живой огонь. Вчера было много хорошего.
А сегодня Базз Би держал его в объятьях и вдыхал его запах, и это тоже было очень неплохо.
— Тебя хочу. Что мне твои сэндвичи.
— Сейчас? — Юго повернулся — волосы мазнули Базз Би по губам.
— У меня через час тренировка, — Базз Би отвел челку и поцеловал его в висок, — Хью меня сожрет вместе с кроссовками, если я не приду, он с кем-то договорился, чтобы спортзал не закрывали на каникулы, а то на трассе наше величество мерзнет. Но можно увидеться вечером. И завтра. И на каникулы. И вообще, переезжай ко мне.
Юго рванулся из его рук, впечатавшись спином в холодильник.
— Ты имеешь в виду — на каникулы? — спросил он с некоторым напряжением, пожалуй, даже с испугом.
Базз Би аккуратно отодвинул его локоть подальше от шипящей сковородки. Наклонился, прицепил к холодильнику отвалившийся магнит в виде Эйфелевой башни.
— Насовсем.
Однажды он обещал себе, что не будет торопиться, когда найдет нужного человека. Они присмотрятся друг к другу, съездят на уик-энд в Прагу, потом в отпуск на Кубу, а потом Базз Би спросит этого человека кто его любимый рейнджер из «Белизны». И уж потом, в зависимости от ответа, позволит забыть у себя зубную щетку.
В реальности ему понадобилось несколько секунд, чтобы принять решение. Юго мог везде разбрасывать свои носки, ставить белые чашки на одну полку с цветными, включать стиральную в субботу утром и делать еще тысячу вещей, которые Базз Би терпеть не мог в быту, но он был уверен, что поступает правильно.
— Я смотрю ты во всём любишь скорость? — Юго слегка нервно улыбнулся и достал из буфета две чашки (все белые стояли на одной полке. Хорошо). Насыпал в них растворимого кофе и залил кипятком.
— Мне сейчас обидеться? Тебе вчера не понравилось что ли? — Базз Би плюхнулся за стол. Рассматривать этот вариант не хотел — он помнил, как вчера ночью Юго стонал под ним и обхватывал бедрами, помогая войти глубже. И как кончил от двух-трех прикосновений к члену.
— Сам слышал, понравилось или нет, — вернул шпильку Юго, — и соседи слышали.
— Бухали твои соседи, — ответил Базз Би, — тогда что не так? Ты привязан к этим стенам?
Комната у Юго было получше, чем у большинства студентов, даже не комната, а целые апартаменты, даже кухня вон имелась. Хью не просил обратно пропуск, и, в принципе, можно было и дальше встречаться тут какое-то время.
Только Базз Би не был уверен, что когда он в очередной раз будет любить Юго на этой самой кровати, к нему не придут воспоминания об обгоревшем теле, ставшим домом для жуков.
Базз Би аккуратно втянул носом воздух. Он все еще витал здесь — сладковатый запах гнили. Его не перекрывал даже аромат выпечки и кофе. Что там сказал мертвец?
Неблагой дом.
Плохое место.
Юго растерянно повозил по столу свою чашку, а потом выпалил, залившись краской до самых ушей.
— Да я до вчерашнего дня даже не целовался ни с кем, а ты спрашиваешь что не так.
Базз Би чуть не упал со стула.
— Серьезно?
— Серьезно, — Юго отхлебнул кофе.
— Охренеть. В смысле… вчера ты не был похож на девственника, — Базз Би опять провалился в воспоминания.
— Порнохаб, — коротко пояснил Юго.
Базз Би понадобилось все его самообладание, чтобы не упасть со стула. Хотелось ржать и умиляться одновременно. Одна девушка сделала на шее тату с именем «Базз», чтобы сделать ему приятно (правда потом пришлось объясняться с ее разъяренным отцом), но никто-никто не учился трахаться специально ради него. Особенно по роликам из сети.
Базз Би опять захотелось поцеловать Юго, но тянуться через весь стол было неудобно.
— Ты прелесть. А как ты понял, что ты… ну?
— В старшей школе мне очень сильно понравился один парень. У нас ничего не было, я с ним даже не заговорил ни разу, — ответил Юго. Базз Би показалось, что он слышит в его голосе тоску. — Мы с ним вообще пересеклись случайно, вот как с тобой. Он пошел дальше, а я просто взял и влюбился. Вот как с тобой.
Базз Би будто взяли в охапку и хорошенько встряхнули.
— Знаешь, любовь — это как пульт от телевизора, — говорила Трис, когда он возвращался с очередного неудачного свидания, — бегаешь ищешь его по всей квартире, в морозилке даже смотришь на всякий случай, а он лежит где-нибудь на видном месте.
— Когда? — странно звенящим голосом спросил он, — после того, как я тебя кофе облил?
А ведь и сам Базз Би начал думать о Юго как-то по-особенному именно после той встречи. Или когда отдал рубашку, как будто вместе с ней вручил Юго часть себя.
— На самом деле чуть раньше. Просто мне казалось, что для того, чтобы тебе понравиться, надо быть другим. Не таким, как я.
Базз Би коснулся его руки.
— Ты такой, как надо, — серьезно ответил он, — и я такой, как надо, и все у нас будет так, как надо. Не хочешь переезжать насовсем — не надо, приезжай хотя бы на каникулы. Посмотришь, как я живу, может, тебе вид из окна не понравится.
Юго побарабанил пальцами по столу. Его лицо отражало какую-то мучительную внутреннюю борьбу.
— А твоя квартирная хозяйка? Кажется, она не сильно одобряет твоих гостей.
Базз Би снисходительно улыбнулся. По его глубокому убеждению госпожа Исида не одобряла все человечество сразу, оптом, но для Юго она должна была сделать исключение: в конце концов, он напророчил ей визит родственников.
— Дракона я беру на себя, — пообещал он, — как и положено рыцарю.
*
— …каждый день ходим на озеро кататься на коньках. Мама опять начиталась ужасов в новостях и уговаривает меня сдать билет на самолет и плыть на корабле…
Корпоративная вечеринка ожидаемо оказалась скучной. Базз Би отработал свое у фотостены, поговорил с журналистами, потанцевал с Кэндис, выслушав ее жалобы в адрес очередного ухажера, после чего сбежал наконец в темный угол и набрал Трис.
В это Рождество впервые даже не позвонил семье, и его грызла совесть.
— …ну так покажи ей «Титаник».
— Ага, и останусь тут навсегда. Кстати, я везу тебе подарок от бабушки Аделаиды.
Базз Би коротко застонал. Его чувство прекрасного не переживет еще одну вазу.
— Я безумно рад, но буду еще больше, если ты его забудешь в аэропорту, — буркнул он в трубку.
— И я не надейся, у меня такой же, а я не собираюсь страдать в одиночестве, — отрезала Трис и потом спросила уже нормальным голосом, — что у тебя?
Базз цапнул с подноса проходившего мимо официанта стакан с соком.
— У меня через два месяца международные соревнования в Берлине. Хочу серебро, думаю, у меня все шансы. А еще я пригласил к себе Юго. Пока на каникулы, но надеюсь, что уезжать он не захочет.
— Базз! — пискнула трубка.
— Ага, — Базз Би выпил сок и пристроил стакан на подоконник. От музыки у него уже разрывалась голова, и надо было валить, пока его не разыскала Кэндис, Кирге или, не дай бог, Аскин.
Мимо прошла Менина МакЭллон из отдела маркетинга, Базз Би скользнул на ней ленивым взглядом. Менина ужасно гордилась своей густой гривой, поэтому все время ходила с распущенными волосами — Базз Би всегда казалось, что за ее спиной колышется огромное розовое облако. Сегодня она впервые сделала высокую прическу, открывающую изящную шею и маленькие аккуратные уши, в которых покачивались занятные серги в виде жуков.
Базз Би вздрогнул, вспоминая ошметки горелой плоти, пустую глазницу трупа и сгнившую футболку.
— Слушай, — медленно протянул он, — а этот Абарай Ренджи. Он тебе больше не снился.
Трис, рассказывающая как коты бабушки Аделаиды загнали Уксуса в лодочный сарай, резко замолчала, будто Базз Би выплеснул ей в лицо стакан воды.
— Нет, — ответила она через какое-то время и добавила чуть тише, — но мне кажется с ним что-то не так, Базз. С нами обоими.
От этих простых слов Базз Би будто прошило током.
«Ошибаешься, — горько усмехнулся он про себя, — нас таких как минимум трое».
*
В пятницу грянул гром.
Базз Би возвращался с тренировки и опять оказался в одном лифте с представителем семейства Исида — с тем, который в этот момент был нужен ему больше всего.
Он долго думал, когда заводить этот разговор: до того, как приедет Юго, или уже потом, и в конце концов выбрал первый вариант. Во-первых, он все же рассчитывал, что к себе Юго вернется только за вещами, а во-вторых, госпожа Исида может рассердиться, если в ее квартире целых две недели будет ночевать другой человек.
Их отношения в последнее время стали еще более прохладными, хотя ничего такого он не делал: он приходил домой за полночь (но не достаточно поздно, чтобы беспокоить остальных соседей), падал и засыпал. Дружил с соседями, телек смотрел только в наушниках, платил за квартиру день в день и даже те постеры приклеил на двухсторонний скотч. Золото, а не жилец.
И тем не менее, сталкиваясь в коридорах с госпожой Исидой, он ощущал на себе настороженный взгляд и еле сдерживался, чтобы не заорать: «Ну сейчас-то тебе что не так?»
Вот и сейчас, стоя рядом с ней в небольшой кабине, он отчетливо ощущал холод и неприязнь. И тем не менее нужно было пользоваться случаем, если он не хотел подниматься к ней к квартиру (он не хотел).
— Слушайте, — бодро начал Базз Би, — у меня тут к вам разговор. Ну, то есть просьба. Ну, то есть предложение.
— Если вы о беговой дорожке, то я уже устала повторять — ее в моей квартире нет и не будет. И если вас что-то не устраивает, то на рынке жилья полно предложений на любой вкус и кошелек, господин Базз Би.
Базз Би попытался представить себе что-то хорошее. Например, Юго после пробежки — с растрепанными волосами, блестящими глазами и раскрасневшимся лицом.
После секса его глаза тоже блестели. И когда Базз целовал его на прощание, трогая пальцами, глазами, языком, как будто стремился унести с собой как можно больше, — тоже.
— Забыли про дорожку, — продолжил он, переминаясь с ноги на ногу, —помните, вы сказали, что если я захочу с кем-то жить, то это стоит других денег. Так вот, я хочу. Так что вы можете пересчитать арендную плату за январь.
До конца января оставалось меньше недели, но черт с ним, не обеднеет.
К тому же он рассчитывал, что госпожа Исида немного оттает, но та казалось напряглась еще больше.
— И когда приезжает ваша девушка? — ровным голосом спросила она.
— Не девушка. Мой друг Юго, — Базз Би не любил слово «партнер», от него веяло ночным бдением на сайте знакомств, километровыми переписками и встречами в клубах. Это часть его жизни была неплохой, но он хотел оставить ее в прошлом году.
Госпожа Исида смотрела прямо перед собой, обращенная к Базз Би часть лица совсем окаменела.
— Тогда я вынуждена отказать. В спальне нет места для второй кровати.
«Изящный отлуп» — оценил Базз Би. С экранов много кричали о толерантности, но в реальной жизни все было чуть менее радужно. Базз Би с Цан Ду один раз выгнали из кафе — они не держались за руки и пили коктейль из одного стакана, но тем не менее нервничающая женщина в форме официантки, за спиной которой мрачной тучей маячил администратор, попросила их уйти.
Одного их знакомого подвыпившие подростки скинули с моста в реку — хорошо еще мост был низким и под ним не обитало древнее зло в облике клоуна.
Базз Би развернулся к госпоже Исиде, стараясь занимать как можно больше места. Он уже решил, что сейчас пойдет собирать вещи, но очень хотел оставить последнее слово за собой.
— Первую вам тоже придется выкинуть. Вдруг я на ней кого-то уже трахал.
Лицо госпожи Исиды стало абсолютно серым, губы сжались в тонкую линию, а в глазах мелькнуло бешенство.
«Сейчас она закричит, — отстраненно подумал Базз Би, — что-то вроде «на помощь, здесь какой-то гей вышел из шкафа». А потом прибегут Миллеры с вилами и факелами».
Но когда госпожа Исида заговорила, ее голос звучал тихо и очень страшно.
— Я знала, — прошептала она, глядя на Базз Би даже не с настороженностью, — это было отвращение, — подозревала с того самого момента, как вы облапали моего внука своими грязными руками.
Базз Би мысленно прокрутил ее слова еще раз, вспомнил еще раз Исиду — серьезного пацана с рюкзаком, в смешной полосатой шапке, вспомнил тот снимок и даже тогда до него не дошло.
Что?
ЧТО, БЛЯТЬ?
— Госпожа Исида, — очень вежливо сказал он, — Вы… Ты ебанутая.
Других слов у него не было, а еще он с ужасающей четкостью видел, как размахивается и бьет ее по лицу так, что у нее лопаются губы. Его трясло, будто он схватился за обнаженный провод.
— Я выкину эту кровать, — продолжила госпожа Исида, глядя ему в глаза, — а еще я посажу вас в тюрьму. Вы зря выложили фото в интернет.
Базз Би замутило. Страшно не было: в лифте стояла столь неодобряемая госпожой Исидой камера, а Исида-младший вроде был адекватным парнем.
Было противно. Невообразимо, мерзко, тошнотворно. Хотелось залезть в душ и мочалкой содрать с себя кожу вместе с мясом, а потом от души поскрести по костям.
Очень может быть он так и сделает. Только в отделе. Или попросится к Трис. Тут он не останется, иначе повесит на себя труп.
— Удачи, — выдавил из себя Базз Би, и произошло нечто странное. Как будто кто-то записывал происходящее на пленку, а сейчас нетерпеливо нажал на перемотку, чтобы узнать наконец развязку.
Сначала прогремел гром, как будто кто-то выстрелил из гигантской пушки. Кабину тряхнуло, мир завертелся вокруг в бешеных зеленых и оранжевых всполохах, лифт распахнулся, Базз Би вывалился и увидел, как госпожа Исида прижимается к стене и истошно кричит.
На мгновение ему показалось, что тот удар по лицу был не в его фантазиях, что он и вправду ей врезал, но тут вслед госпоже Исиде устремился какой-то парень.
В памяти Базз Би остались всклокоченные черные волосы, зеленая татуировка на щеке и выкидной нож, которым парень быстро и четко вскрыл горло его квартирной хозяйке.
И еще тот факт, что парень выскочил из того же лифта и каким-то образом прошел сквозь Базз Би, словно кто-то из них был привидением.
Развить эту мысль уже не получилось, потому что мир опять почернел.
— С вами все хорошо? — Базз Би открыл глаза и увидел перед собой Рюкена.
Он сидел на диване в фойе, голова сильно кружилась, ноги были ватными, и Базз Би никак не мог собрать в кучу события прошедшего часа. Он возвращался с тренировки, увидел у лифта своего арендодателя, заскочил за ним в лифт и…
—Что? — Базз Би помотал головой, —Где?
А еще он вроде с кем-то спорил, на кого-то наскакивал, что-то доказывал.
Кто-то, кажется, Валькирия из шестьдесят третьей протянул ему стакан воды.
— Большой спорт калечит, слышал про такое? — добродушно спросила эта гора мышц.
— Кто бы говорил, — не сдержался Базз Би. Валькирия был отличным чуваком, но вечно лез с непрошенными советами.
В голове наконец прояснилось.
— Не могу с ним не согласиться, — вмешался в беседу Рюкен, — вы потеряли сознание в лифте. Рекомендую сделать МРТ.
Базз Би кивнул. МРТ так МРТ, что бы это ни значило.
— Я уже нормально. В смысле — сделаю, — пообещал он и загасил желание добавить что-то вроде «или постараюсь сдохнуть не в вашей квартире».
Рюкен поправил очки точно таким же жестом, как это делал его сынишка, как его там. Урю, что ли?
— Насчет вашего вопроса, мой ответ «да», ваш друг может въезжать со следующего месяца. Арендная плата увеличивается на сто пятнадцать евро, ну и плюс коммунальные платежи, разумеется. Если потребуется дополнительная кровать, можете купить ее самостоятельно.
Базз Би ущипнул себя за нос.
Кровать, да.
Он на кого-то сердился из-за кровати.
Только вот на кого?
— …но я так понимаю, она вам не потребуется.
— Правильно понимаете, — не без напряжения ответил Базз Би. Он не обсуждал с Рюкеном свою ориентацию, когда подписывал договор, и сейчас мог только надеяться, что проблем не будет.
— Тогда я попрошу вас сдерживаться там, где вас может увидеть мой сын. — Рюкен взглянул на часы — в клинику, наверное, торопился. — Мы с женой планируем поговорить с Урю о гомосексуализме, но не раньше, чем ему исполнится двенадцать.
— Без вопросов, — Базз Би допил воду, широко улыбнулся и зашагал к лифту.
Адекватный хозяин и хорошая квартира — редкое сочетание.
И Базз Би в этом плане просто сказочно повезло.
*
— Ебааааать, — протянул Базз Би и уважительно отступил на пару шагов назад, чтобы в полной мере проникнуться великолепием подарка бабушки Аделаиды.
На огромной, размером с окно картине были изображены Базз и Трис, то есть Патриция и Баззард. Она — в пышном фиолетовом платье какого-то там века с лилиями на подоле и безумным количеством кружева (Трис скорее облилась бы кислотой, чем надела такое), он в камзоле и колготках (ирокезу места не нашлось).
Тут присутствовал даже Уксус — в ошейнике из драгоценных камней.
К этому эпичному полотну прилагалась резная позолоченная рама толщиной с ладонь — Базз Би проклял все на свете, пока они перли ее по лестнице: в обычный лифт не влезла, а грузовой как всегда был сломан.
— Ну, могло быть хуже, — жизнерадостно сказала Трис, когда картина заняла свое законное место на стене.
— Да? — Базз Би вытер лоб. Заколебался он страшно: сначала пришлось бегать за стремянкой к Валькирии, потом к нему же за шуруповертом, потом выяснилось, что на обратной стороне нет крючка.
— Да. На моей еще и херувимы.
Базз Би упал на диван.
— Херувимы. Херовазы. Люблю бабушку.
— А мне нравится, — из кухни вышел Юго. В руках он держал два стакана с апельсиновым соком, — благороднейшее и древнейшее семейство Блэков.
— Главное, чтобы по ночам не разговаривала, — подхватила Трис.
— Ничего, — подмигнул Базз Би, — шторку повесим.
Они чокнулись бокалами.
Слава богу по ночам здесь ничего не ходило и не разговаривало. Базз Би несколько раз просыпался по ночам и ходил по комнатам, готовый увидеть мертвеца, но тот больше не появлялся.
Зато эти ночные прогулки будили Юго и они занимались любовью — в общем, польза от паранойи Базз Би тоже была.
Юго прожил тут всего неделю, но Базз Би уже казалось, что он был здесь всегда. Он быстро подружился с соседями, и уже на третий день здоровался по имени с половиной жильцов, он уговорил Базз Би сменить провайдера, и после этого интернет просто летал, он устроил на балконе цветник.
Вернее будет сказать, на правой половине балкона, потому что левая была отведена под спортивный зал. И хотя цветник появился недавно, а зал Базз Би оборудовал как только вселился, Трис задала странный вопрос.
— Слушай, а как давно старуха разрешила тебе беговую дорожку?
Базз Би даже слегка завис. Вариант, в котором ему могли не разрешить, даже не рассматривался. Он сразу сказал Рюкену про беговую дорожку, и тот пожал плечами и ответил: «Под вашу ответственность. Если испортите паркет, то ремонт за ваш счет».
Трис сама помогала ему выбирать ту модель с виртуальным ландшафтом и встроенным нагрудным датчиком. Да что там, она сама встречала грузчиков, потому что Базз Би в тот день сдавал зачет по химии.
— Какая старуха? — спросил он.
— Ну, госпожа Исида. Склочная дама, живет парой этажей выше, а ты в ее квартире живешь. Или ты с ней не общался по этому вопросу?
Базз Би пожевал губу. Чтобы пообщаться с госпожой Исидой ему понадобилась бы ведьмина доска.
Когда они с Рюкеном обговаривали все детали, вроде дорожки, тот предупредил Базз Би кое о чем.
— Строго говоря, закон меня не обязывает, — сказал он тогда, — но вы все равно рано или поздно узнаете, и лучше уж от меня, чем от соседей. За несколько лет до вас здесь жила популярная актриса. У нее был не совсем адекватный поклонник. Однажды он напал с ножом на женщину. Не здесь, в коридоре у лифта. Эта женщина, она была предыдущей владелицей квартиры, скончалась. Так что вы собираетесь арендовать жилье, косвенно связанное с убийством.
— Если ее дух не будет завывать в ванной, то мне пофиг, — хотел ответить Базз Би, но в итоге ограничился лаконичным «Я не суеверный», и правильно.
Погибшая была матерью Рюкена. Об этом Базз Би в первый вечер узнал от говорливой миссис Миллер.
— Лежала вот тут, пол в крови и стена тоже, и сама она была вся в крови, бедняжка, а в горле дыра. Говорят, она пыталась закрыться в квартире, а дверь заклинило. Просто ужасно, что от такой мелочи может оборваться человеческая жизнь. Так что обязательно купите хорошие, дорогие замки, молодой человек.
Базз Би поклялся, что прямо сейчас вызовет слесаря.
История эта его совершенно не тронула. Первое время он машинально обходил площадку перед лифтом по широкой дуге, думая о том, что возможно наступает на те же плиты, на которых испустил свой последний вздох незнакомый ему человек. А потом он и думать забыл о госпоже Исиде.
Трис-то откуда о ней знала? Не иначе как стараниями все той же госпожи Миллер.
— Ты про какую Исиду толкуешь, Трис? — спросил Базз Би. — Про ту, что на кладбище. Она, может, и против, но у нее больше, так сказать, нет права голоса.
Трис помрачнела, лоб прорезала длинная тонкая морщина.
— Ясное дело, я про другую.
— Про жену Рюкена? — уточнил Базз Би, хотя никаких других женщин в этой семье вроде не было.
— Ага, про нее.
Базз Би расслабился окончательно. И даже развеселился.
— А ей то с чего бодаться со мной из-за дорожки?
Исиду Катагири он встречал редко — как правило, обменивались дежурными репликами о погоде и расходились каждый по своим делам. И попроси его кто описать эту женщину в трех словах, он сказал бы «тихая, незаметная, вежливая». А слово «склочная» приберег бы для персоны вроде Кендис.
— Ну знаешь, — Трис улыбнулась, но какой-то странной, кривоватой улыбкой, — я думала она, как настоящая японская жена, с виду послушная, а на деле вертит мужем, как ей надо.
— Может быть, — протянул Базз Би, — но с дорожкой у меня все схвачено.
— Еще сока? — предложил Юго.
*
Отправляясь на предыдущие соревнования, Базз Би выложил в инстаграм билеты, не прикрыв смайликом номер рейса, и в итоге в зале ожидания его встречали шариками и самодельными плакатами «Прячься соперник под скамьей или убегай домой», «Базз Би — чемпион, самый лучший в мире он».
Да, они любили его, они старались, но это все равно был ебаный стыд.
До того, чтобы закрыться в туалете и уходить через окно, дело не дошло, но Базз Би усвоил урок и нигде больше подобной информацией не делился, поэтому в этот раз из провожающих были только Трис и Юго.
Изначально они оба собирались ехать болеть за него и Хью в Токио, даже заказали билеты, но в последний момент все расклеилось.
В гостиницу Трис именно в этот день собиралась с визитом пожарная инспекция, а Юго проснулся с высокой температурой — плохая была идея, тащить его на этих выходных в бассейн под открытым небом.
— Будешь смотреть трансляцию, — распорядился Базз Би, — дома, под пледом, в одной руке чай и в другой тоже чай. В Токио тебя с температурой все равно могут развернуть. Они и так помешаны на здравоохранении, а с этим коронавирусом вообще ебанулись.
Он не хотел брать Юго даже в аэропорт, но тот закинулся лекарствами, закутался в самую теплую куртку и так поехал. Правда старательно дышал в сторону и даже поцеловать себя на прощание не позволил — отодвинулся.
— Заболеешь, — в защитной маске с мордой панды — в аптеке были только такие — он смотрелся очень забавно и уютно, — если тебе так хочется кого-то поцеловать, поцелуй Хьюберта.
— Задницу мою он поцелует, — усмехнулся Хьюберт, — после того, как я заберу золото.
— Все может быть, — загадочно ответил Юго, — я желаю тебе получить то, что ты заслужил.
— Эй, ты вообще на чьей стороне, — возмущенно завопил Базз Би, Юго быстро добавил: «И тебе Базз» и все четверо рассмеялись.
Хотя нет, не так.
Рассмеялась трое.
Трис даже не улыбнулась. Она с вечера была в расстроенных чувствах, переживала и за приют и за Базза — за все сразу.
А сейчас ее лицо стало совсем мрачным и словно состарилось, а во взгляде, брошенном на Юго, было что-то непонятное, но далекое от одобрения.
Зато сопротивляться объятиям она не стала.
— Не переживай, — шепнул Базз, наклонившись к ее лицу, — я сделаю этого выпендрежника. Как всегда, ну чего ты?
— Я про это и не думала, — ответила Трис, — просто я беспокоюсь, Базз. У вас с Юго все хорошо?
Базз Би не нужно было думать над ответом. Просыпаясь рядом с Юго, он ощущал удивительное умиротворение — словно свой главный приз он уже выиграл, и больше не нужно было никуда бежать и чего-то добиваться.
Это было странно. И так ему несвойственно. Но ему это нравилось.
— Пойдет, — ответил он. На их с Трис языке это значило «отлично, зашибенно, лучше и быть не может».
Прозвучало объявление на посадку.
Хьюберт и Базз Би подхватили сумки и зашагали к терминалу.
Токио ждал.
*
На следующий день, в том же аэропорту, возвращаясь домой на целые сутки раньше, Базз Би подумал, что каждый из них получил то, что заслужил.
Хьюберт — свою победу, потому что, да, в какой-то степени он ее заслужил.
А Базз Би получил урок.
Сразу после… после инцидента он отключил телефон, сдал билеты и взял новые. В планах у него было погулять по Токио — встретиться с парочкой приятелей, съездить в музей Миядзаки в Митаке, сфотографироваться в лесу Самоубийц и погулять по Императорскому дворцу.
Тот тест перечеркнул все: планы, мечты, цели и (на некоторое время) желание жить.
В дьюти фри Базз Би купил две бутылки виски и положил их в рюкзак.
Телефон он включил только по прилету. Во-первых, нужно было вызвать такси, во-вторых, Трис и Юго наверняка смотрели трансляцию и теперь волновались, а он опять поступил как самовлюбленная, зацикленная на себе скотина.
Инстаграм атаковал его сотней уведомлений. Под последней фотографией, их с Хью селфи на фоне Национального Олимпийского стадиона, предсказуемо творился пиздец.
«Что за хрень, сколько лет был «чистым», зачем?»
«Вот это облом!»
«Тупо спалился».
«Чувак, зачем ты так? Серебро бы не устроило?»
«Ребята, это подстава!!! Я не верю… разогнать WADA… всех…»
«Масонский заговор)))»
— Ты чертовски прав, чувак, — сказал Базз Би одному из последних комментаторов, и телефон почти сразу же зазвонил. Базз Би негромко рассмеялся: он поспорил, кто выйдет на связь первым, и только что выиграл сам у себя бутылку пива.
— Оперативно разведка работает, — восхитился он, пристроившись на какой-то скамейке. В рюкзаке, напоминая о себе, перекатывались бутылки, и Базз Би нестерпимо хотелось нажраться прямо сейчас — опустошить сначала их, а потом зайти в ближайший бар и тупо заливать в себя все, что горит.
Ну, а что?
Теперь — можно.
— Ну, в твоем случае — это не сложно, — ответил Аскин. В его голосе прорывались нотки сочувствия и Базз Би его за это любил и ненавидел одновременно. — Но ты же понимаешь, что это ничего не меняет, правда?
— Я, вообще, сильно умный, — Базз Би постучал по лбу — какая-то женщина посмотрела на него с опаской и пересела подальше, — только дурак.
— Сможешь сейчас подъехать в офис?
Базз Би бросил взгляд на часы — полседьмого утра, а большинство баров все равно открываются с десяти.
— Приеду, — согласился он, — чего бы не приехать-то.
У Аскина он просидел почти два часа. Тот не заламывал рук, не задавал вопросов, не сыпал упреками, а вел себя четко, по-деловому.
— Сейчас нам нужно думать о том, как спасти твою репутацию. Поэтому наливай себе кофе, это надолго. Ты уже комментировал ситуацию?
Базз Би покачал головой. Он вообще ни с кем не разговаривал, не считая Хьюберта, хотя журналисты чуть не растерзали его на части.
— Хорошо, потому что мы будем подавать на перепроверку. Юристы уже работают, химика-аналитика мы тоже нашли — завтра приедешь сдавать анализы. Все, что можно сделать, мы сделаем. А там — будь что будет.
— Кольцо у тебя занятное, — вдруг сказал Базз Би, — это чтобы сердце слушать, да?
— Да, — с легким удивлением ответил Аскин, — приятно, что ты начал интересоваться продукцией компании.
Базз Би одним глотком допил кофе, смял стаканчик и вытер губы.
— Да я просто такое видел уже. У друга.
— Такое — вряд ли, это экспериментальные образцы, есть пока только у руководства. А теперь послушаем твою версию.
За время их разговора Базз Би бесконечное количество раз позвонила Трис, потом звонки сменились гневными сообщениями: «Ты где?», «БАЗЗ ПОЗВОНИ НЕМЕДЛЕННО», «Если не хочешь говорить, хотя бы скажи, что все в порядке».
И Базз позвонил. Когда вышел из офиса и направился к ближайшему бару. Точнее, просто не стал сбрасывать очередной входящий. Он не чувствовал себя готовым с кем-то говорить, но чувствовал себя обязанным ее успокоить.
— Ну наконец! Базз! Ну мне же надо знать, что ты не спрыгнул с моста.
— Не дождешься, — Базз Би заприметил на той стороне улицы какой-то ирландский паб. Ага, то что надо.
— Что там случилось? Если не хочешь говорить, не говори.
Базз Би не хотел. Но он, в принципе, уже начал, и остановиться было сложно.
— Я взял первое место. А они взяли допинг-тесты. И нашли всю гребаную таблицу Менделеева. Да ты и сама знаешь, если смотрела трансляцию.
— Как так? Ты ел чужое? Пил чужое?
— Я, — Базз Би нажал локтем на дверь и ввалился в небольшое помещение. Барная стойка начиналась сразу от входа. В углу торчала подвыпившая компания, — пил только из бутылки, которую подарил мой дорогой друг Хью. Ну, знаешь, из той умной, которая открывается только по отпечатку большого пальца. Точнее, даже двух больших пальцев. И, — он понизил голос до шепота, словно делился с ней каким-то очень важным секретом, — это даже не обязательно должны быть пальцы одной руки.
Трис молчала. Базз Би даже успел взмахом руки подозвать бармена и не глядя ткнуть пальцем в какое-то красивое название. Вересковое что-то там, не важно.
— А Юго знает.
- Наверное,- неуверенно ответил Базз Би. Юго не позвонил. И даже не написал, и это было странно, учитывая, что он наверняка смотрел ту трансляцию.
- Тогда забудь о Хьюберте,- спокойно ответила Трис и добавила без особого сожаления,- Он покойник.
*
Базз Би представил — Юго не отвечает, потому что сидит сейчас на борту самолета, летящего в Токио. Чтобы набить морду Хьюберту или обкашлять его насмерть.

Бред какой.

— Перестань, — устало сказал он, — не надо его трогать. Дадут как за человека.

Хотя чего уж там: ему и самому хотелось крови. Тогда, после допинг-проб, когда они с Хьюбертом столкнулись в раздевалке, и Базз Би каким-то волшебным образом все понял.

Хотя от Хьюберта не исходило никакого злорадства.

— Ох, друг. Это было глупо, — он и заговорил-то с искренним сочувствием, и Базз Би обязательно принял бы его за чистую монету, если бы…

Если бы не бутылка.

А ведь Базз Би знал с самого начала: никаких акций на нее не было, «Шихуен» вообще не устраивал распродажи, черные пятницы и киберпонедельники. Следовало насторожиться уже тогда, но Базз Би подумал, что приятель просто застеснялся дорогого подарка.

Он чувствовал себя непроходимым идиотом.

Очень несчастным непроходимым идиотом.

Ладно, перед комиссией катать истерику не стал, и тут не станет.

— Ты чертовски прав, друг, — легко согласился Базз Би улыбаясь, словно Хьюберт предложил забить на Императорский дворец и заглянуть в один из розовых салонов. — А с дружбой с нашей чего случилось?

— Брось, — Хьюберт не стал отпираться — и слава богу, иначе Базз Би точно сломал бы ему нос, а он и так закопал себя глубже некуда, — у тебя и так все будет. Захочешь вернуться к спортивной карьере, стать ученым или вон космонавтом — тебе все купят. А, между прочим, некоторым талантливым ребятам приходится пробиваться самим.

Базз Би скрипнул зубами. Во рту стало кисло.

Он не особо интересовался, чем занимались родители Хьюберта. Просто знал, что семья не бедная, иначе тот не выбрал бы Силберн. А точнее, просто не потянул.

— Вот ты и пробился. И не пизди мне тут о неработающих социальных лифтах. Или хотя бы журналистам не пизди. Это уже не в тренде.

Вечер был теплым, но когда Базз Би вышел, его трясло так, что он не сразу смог разблокировать смартфон, чтобы отменить билеты.

И сейчас эта дрожь вернулась. Ему нужно было отвлечься. Не думать о Ванденрейхе, о Токио, об игле в его вене. И о Хьюберте.

— Трис, я кладу трубку.

— Ладно, — чувствовалось, что ей хотелось протестовать, но она не стала, — если что, звони или пиши, я приеду, как только смогу.

— Ага, — Базз Би нажал на отбой и, подумав, снова выключил телефон.

Бармен поставил перед ним граненый стакан, наполненный какой-то ярко-зеленой мутью. От мути отчетливо пахло абсентом и какими-то ягодами.

Базз Би попробовал — напиток разодрал горло и пушечным ядром свалился в желудок — и одобрительно крякнул. Хорошо, но мало.

— Что у вас есть, чтобы забирало? — спросил он у бармена.

Тот посмотрел на него с некоторым сомнением.

— Главное, чтобы и в самом деле не пришлось забирать.

— Я не буйный, — подмигнул Базз Би, — и вообще, спортсмен. Просто мы с приятелем поспорили: он говорит, что если перебрать с ирландским бухлом, то к тебе придут эльфы. А вот я считаю, что лепреконы. А ты что думаешь, приятель?

Бармен понимающе усмехнулся. Главное, чтобы не начал сейчас пиздеть о бабах, которые этого не стоят, или о том, что все пройдет и это тоже пройдет, как в этих дурацких старых фильмах.

Но он забрал у Базз Би меню и достал другое.

— Много чего есть. «Ирландский флаг». «Пьяный лепрекон». «Прощай, Молли». «Неблагой двор».

Разум Базз Би выхватил знакомое слово. Опять вспомнился мертвяк, и напиться захотелось еще сильнее.

— О, вот это пойдет. Неси сразу три.

Этот день остался в памяти чередой отрывочных воспоминаний. Сначала Базз Би пил один, потом та компания — это были студенты из Германии, прилетевшие на концерт любимой рок-группы, позвала его к себе и они заказали пивную башню. В процессе распития Базз Би в красках рассказывал своим друзьям о своей карьере в Ванденрейхе, дурацком подарке бабушке Ады и о том, что лучший друг оказался гондоном. Студенты оказались очень благодарной аудиторией, хотя никто из них не говорил по-английски.

Потом… потом они гуляли по городу, и кто-то предложил пробраться в зоопарк, освободить всех пингвинов и отправить их домой на Мадагаскар. Базз Би уже толком не помнил, в каком месте этот прекрасный план дал трещину, зато помнил, как его запихивали в такси. Водитель — пожилой грузный мужчина с добродушным лицом мягко сказал: «Химчистка сейчас дорогая, так что если блевать, блюй на улице».

— Не хочу, — пробормотал Базз Би, глупо улыбаясь своему отражению в окне машины, — это я вчера хотел. А сейчас — нееееее.

— Уважаю твою позицию, — согласился водитель и они тронулись.

Базз Би включил наконец телефон и набрал Юго. Тот ответил почти сразу.

— Привет, дорогой. Мой парень на сборах, приезжай скорее.

Базз Би устроился поудобнее, наблюдая за плывущей за окном панорамой большого города.

— Привет! Ты не смотрел трансляцию.

— Извини, меня вырубило от таблеток. На ютубе все уже выложили, но я думал, посмотрим вместе.

Базз Би качнулся вперед.

— Посмотрим. Там такое… уух. Закачаешься. Я вот уже… качаюсь.

— Базз Би, ты что, пьян? — спросил Юго с нарастающим беспокойством.

— Я оооооотлично, — пробормотал в ответ Базз Би, — только пингвины… Мы не нашли дорогу к пингвинам, Юго. Давай я сейчас приеду и мы пойдем поищем вместе?

— Поищем, — почти ласково ответил Юго, — передай, пожалуйста, трубку водителю.

Со временем творилась какая-то херня. Казалось, Базз Би только сейчас прилетел утренним рейсом, посидел немного у Аскина и пошел искать кабак. Но когда такси припарковалось у нужного подъезда, была уже глубокая ночь. Дом возвышался над машиной молчаливым темным исполином, ощетинившимся погасшими окнами. Юго сидел на скамейке, тревожно вглядываясь в темноту, и, судя по тому, как он подорвался навстречу машине, порядочно нервничал.

— Юго, — Базз Би помахал ему бутылкой, в которой еще что-то плескалось, — хочешь со мной выпить? Вот он, — он обвиняюще ткнул пальцем в водителя, — не хочет. Это все потому что я провалил допинг пробы, Юго.

— Пошли домой, — Юго шагнул навстречу. Базз Би захотел обнять его, уткнуться лицом в плечо, но он чувствовал — нельзя. Случится катастрофа. Землетрясение, цунами, мор. Апокалипсис, — ты можешь продолжать, если захочешь, но дома.

Оказавшись в квартире, он забрал у Базз Би рюкзак с бутылками и помог переодеться в домашнее. Базз Би не возражал, только покачивался из стороны в сторону и никак не мог упасть, как та русская кукла. Но протестующее замычал, когда Юго попытался вылить содержимое одной из бутылок в раковину.

— Уверен? — он тяжело вытащил пробку и поморщился от запаха, — что ты такое пил, боже мой.

Базз Би минуту сидел на месте, пытаясь решить, чего ему хочется: идти за пингвинами (он им обещал!) или добить эту бутылку, а потом уже идти за пингвинами.

И только через минуту до окутанных розовым туманом мозгов дошло: ему задали вопрос.

— Неблагой двор, — язык уже не слушался, но эти слова получились удивительно четкими.

Юго обернулся так резко, как будто его ткнули в шею булавкой. Светлые волосы плеснули волной

— Что? — почти выкрикнул он.

— Неблагой двор, — благодушно повторил Базз Би с торжественностью пьяного в говно человека.

И тут случилось странное.

Юго выпрямился. Тепло и любовь, которыми светились его глаза, ушли, как вода из разбитой чашки, сейчас перед Базз Би был приготовившийся к атаке хищник. Он даже протрезвел немного.

— Что ты знаешь про Неблагой двор, — Юго швырнул бутылку, одним длинным прыжком пересек комнату, вцепился в плечо Базз Би и потряс его, как куклу. За его спиной вставали какие-то изломанные тени: одна, вторая третья, — и откуда знаешь?

Голос больше напоминал низкое, угрожающее шипение.

Черные зрачки расширились, заполняя радужку, явив Базз Би темный, непроглядный космос, в котором алым вспыхивали сверхновые, лицо вдруг показалось белым и каким-то бесцветным, а волосы наоборот вспыхнули золотом.

Правое плечо пронзила боль, словно по нему скребло когтями какое-то животное.

Базз Би откинулся на диван.

Бред.

Это все алкоголь.

Алкоголь — это зло.

А Юго — это Юго.

У него нет когтей. У него голубые глаза, дурацкая челка и кожа, на которой так легко остаются следы.

— Коктейль, — доверительно улыбнулся Базз Би. — Водка. Сироп. Мята. «Неблагой двор».

Юго медленно отпустил его, посмотрел с недоверием. На его лице — уже самом обычном, проступил целый ворох чувств: недоверие, облегчение, раскаяние.

Базз Би выразительно посмотрел на царапину и повторил.

— Коктейль. Не надо так. Мне не нравится.

Юго судорожно кивнул и ушел на кухню. Вернулся оттуда с пластырем и двумя стаканами. Молча поднял бутылку и сделал два глотка прямо из горла.

— А где Хьюберт? Вы вместе пили?

Базз Би хотел что-то ответить, но его подвела гравитация: уголки губ вдруг поехали куда-то вниз, как у Пьеро, или как там звали этого вечно печального парня из сказки.

— Иди ко мне, — вдруг сказал Юго.

Базз Би крепко обхватил его за шею. Та самая катастрофа, которую он предрекал себе с тем пор, как вышел из такси, все же произошла.

Базз Би заплакал.
*
Из похмельной комы его вырвал сигнал будильника. Базз Би застонал и повернулся на другой бок. Ну да, он вчера сам забыл его отключить и наверняка еще что-то забыл, да он дорогу домой толком не помнил. Но чертов смартфон мог бы проявить уважение к человеку, который вчера привез из Токио золото и по этому поводу немножко погулял.

Базз Би вырубил звук, сел и начал размышлять. Значит так, вчера он прилетел первым утренним рейсом, потусил немного с фанатами (слава богу, в этот раз плакаты были нормальные), заехал к Аскину, а потом пошел гулять, увидел ирландский паб, а дальше все как отрезало.

Только бы не всплыть на ютуб или в чужих сторис. И чтобы Юго не обиделся.

Нет, не так — сначала Юго, а потом ютуб.

Хотя, судя по разбросанной по всей спальне одежде, волноваться следовало только по последнему пункту.

Базз Би наскоро почитал сообщения, почитал инстаграм — ага, благодарственную сторис для читателей он уже записал, правда, кажется, в том самом баре, но хотя бы еще трезвый.

— Доброе утро, — в спальню вошел отвратительно бодрый и свежий Юго со стаканом минералки, на дне которого уже растворялась какая-то таблетка, — завтрак чемпиона.

Базз Би благодарно выхлебал «завтрак» до дна и отставил стакан на тумбочку. Там уже стоял стакан с виски, на дне которого покоилась та самая медаль. А недалеко от фужера лежала упаковка презервативов, пустая.
Базз Би довольно присвиснул.

Вот бы что зафоткать, подписать: «лучший день, который я, кажется, не помню» и выложить вместо видео, только Аскин потом убьет.

— Я смотрю, ты тоже не без награды, — Базз Би посмотрел на Юго, а вернее, на его шею. Чуть выше ключицы красовался свежий засос, — и как, мы вчера разделили первое место? Нихрена не помню, если честно.

— Неудивительно, — Юго сжал губы в тонкую линию, — ты вчера пришел в говно.

— Ага.

— Принес с собой еще.

— Ага.

— Набросился на меня, как похотливое животное.

— Ага.

— Мне понравилось.

— Да и я не жалуюсь, — медленно улыбнулся Базз Би. В памяти было так пусто, что ему на секунду стало не по себе. Это же сколько надо было выпить?..

— Трахай меня так почаще,- Юго присел на край кровати и улыбнулся,- Только без алкоголя. Я тебе как-нибудь покажу статистику спившихся спортсменов, и тебе не понравится.

— А я тебе — статистику рака легких среди охрененно красивых мужиков,- Базз Би сгреб его в объятья, уткнулся в плечо и окончательно расслабился. Хорошо. У них все хорошо ,- Люблю тебя. Я никакой фигни вчера не делал?

Затылок погладила теплая рука.

— Ну, вчера звонила твоя мама, волновалась, что у тебя телефон отключен, с осуждением ответил Юго,- Я пообещал позаботиться о тебе, пожелал хорошего вечера и пошел держать слово, но больше так не делай. Семья – это святое. Потом уже загулы по барам. Потом уже я.

- Ты тоже моя семья,- хотел сказать Базз Би, но не стал. Потом. В другое время, в другом месте, другими словами, а не с бодуна.

— Вот чего я тебя раньше не встретил, а? - задумчиво спросил он вместо этого.

— Меня надо заслужить, серьезно сказал Юго и вывернулся из объятий,- Кстати, хотел спросить, какие планы на вечер? «Белый замок» в силе, или будем отдыхать?

Базз Би сдержал стон. Вот черт, это сегодня что ли у них замок?

— Давай останемся дома,- предложил Юго,- Закажем вкусной и вредной еды. Ну, то есть мне вредной, а тебе эту дрянь, которую ты обычно ешь. Посмотрим последний сезон «Чёрного зеркала».

Базз Би очень хотелось согласился, но столик помогал добывать тот же Аскин. Допустим, если позвонить прямо сейчас, он и не узнает ничего. В «Белую Башню» люди записывались за месяц и освобождавшаяся бронь улетела со свистом.

Нет, все равно будет нехорошо.

А еще Базз Би давно хотел попробовать эту хваленую молекулярную кухню.

Он рывком покинул кровать.

— Хрен тебе, я тоже хочу вкусной еды. А с «Черным зеркалом» это ты хорошо придумал, вечером поиграем в «Брандашмыга».
- Бранда …что?- вежливо спросил Юго.
- У них интерактивная серия вышла, - Базз Би охотно пустился в объяснения,- про пацана, который пишет компьютерную игру. И там сам решаешь, как будет развиваться сюжет. Постоянно надо что-то выбирать, даже по мелочи, ну там кукурузные хлопья съесть или рисовую кашу, поднять упавшую книжку или пусть лежит, работать в офисе с командой или одному дома. Говорят, стоит какую-то фигню сделать неправильно, и герою хана, окажется в поезде который должен сойти с рельсов или убьет отца пепельницей. Или вон с балкона сиганет.
Про «Брандашмыга» ему тоже рассказал Аскин – такой же горячий поклонник Нетфликс, как и сам Базз.
- Интересно,- протянул Юго, хотя особенно заинтересованным он не выглядел,- и обидно. Наверное.
Базз Би зевнул. Ничего, поиграет один, надо только оплатить годовую подписку.
- Ну, там всегда можно вернуться назад, и переиграть, пока не поймешь, где ошибся. Один хрен персонаж ничего не вспомнит.
- Надо думать,- заметил Юго,- иначе бы он сошел с ума.
Базз Би задумался, вспоминая. Он уже успел нахвататься спойлеров – и от Аскина, и от …от кого-то еще в институте. От кого-то, с кем общался почти все время. От кого?
Он посмотрел на стакан с медалью на дне. Да нет, ни с кем особо не общался, вернее со всеми – но по чуть-чуть. Некогда было, особенно в последнее время, тренировки, тренировки, и потом еще тренировки. Даже с Юго они в последнее время спали в прямом смысле этого слова, но он не обижался.
Да, его надо было заслужить – вот такого.
- Есть такая концовка,- сказал Базз Би,- психушка, и тюрячка и еще он где-то пятую стену поломал и выяснилось что это кино, и им зрители играли.
- А хороший финал есть?
Базз Би опять задумался. Вроде бы существовало шесть или семь финалов, но ни один из них не сулил парнишке разработчику счастливого будущего, хотя в одной из альтернативных вселенных все просто обоссались кипятком от его игры. Ребята из Нетфликс умели делать качественное стекло.
- Если есть, я до него доберусь,- пообещал Базз Би,- потому что я по жизни победитель и красавчик.
-Это точно. А сейчас, красавчик, я сыграю с тобой,- Юго стянул с него одеяло,- и вот твое первое задание: решай, кто первый пойдет в ванную.

Контрастный душ и литр апельсинового сока сделали свое дело. Когда позвонила Трис, Базз Би чувствовал себя почти хорошо.

— Привет, чемпион. Как твоя голова?

Базз Би уловил в ее голосе некоторую нервозность и даже хотел спросить, что случилось, но потом отбросил эту идею.

Когда-то давно, еще в детстве, родители купили им одинаковые рации и они все лето носились с ними по особняку, играя в зомби-апокалипсис и сообщая друг другу о передвижении мертвецов. Игра забылась, но осталась договоренность: если у одного неприятности — и не обязательно мертвецы — он первым делом расскажет другому.

Они называли это «позвонить по красному телефону».

— Ну, когда я последний раз смотрел в зеркало, она была на месте, — Базз Би распахнул шкаф и стал перебирать вешалки пока не нашел то, что искал — темно-синий в полоску костюм, купленный по настоянию Аскина для «особенных случаев», который Базз называл социальными танцами.

— Мы с Юго едем отмечать в «Алхимию». Я забронировал столик на восемь, давай с нами?

— Не пустят. У них там дресс-код, а у меня ни одного платья.

— Так я сбегаю куплю, — предложил Базз Би, — и платье, и туфли, и диадему.

— В диадеме сам ходи, — Трис громко фыркнула, и у Базз Би чуть-чуть отлегло от сердца, — я правда не могу. У меня свидание.

Вокруг Трис неизменно крутилась пара-тройка ухажеров, но та предпочитала общество собак и старшего брата, а тут — парень! Настоящий.

Базз Би плюхнулся на кровать.

— Вот это новости! Где ты его подцепила, рассказывай!

— В интернете. Это он меня подцепил. Я расскажу и даже познакомлю, но чуть позже.

Базз Би снова напрягся.

— Дай мне адрес и телефон. И не вздумай ехать к нему домой.

— Вот кто бы меня учил… — возмутилась Трис, — я сама осторожность.

— Ты ночью полезла на стройку и чуть не упала в котлован! — напомнил Базз Би.

Напоминать о стройке, наверное, все же не стоило, но Базз Би правда переживал, ну и, самую малость, чувствовал себя паршивым старшим братом. С появлением Юго в его жизни стало чуть меньше места для Трис.

Из трубки пахнуло холодом.

Да, стройка точно была лишней.

— Ну да, — разозленная Трис начинала говорить очень спокойно и вежливо, — а может, ты вспомнишь, почему я полезла?

Базз Би скомкал штанину.

В семь лет все немножко дураки, а некоторые не немножко. Когда родители поссорились, да так, что спокойный и сдержанный отец сел в машину и уехал куда-то в ночь, Базз Би как раз было семь.
Мама накормила их ужином, а потом ушла в свою комнату. Базз увязался было за ней, но Трис с очень важным видом встала у него на дороге.

— Папа утром вернется, — сказала она и взяла его за руку, — он, наверное, повез одежду той женщине. Она мерзнет, наверное.

— Какой женщине? — Базз Би насупился, но ладонь вырывать не стал.

— Папиной секретарше, — Трис оглянулась по сторонам и торжественным шепотом добавила, — мама нашла у него в телефоне фотографию, где она в трусах и больше ни в чем, и очень рассердилась, что это сотрудники ходят голые. Я сама слышала, как все спрашивала-спрашивала: «Почему бы тебе не отвезти ей немного одежды, Джордж?» и смеялась.

Базз Би насупился. Папа был хорошим и платил деньги всем своим работникам. Эта секретарша, видимо, все потратила на мороженое. Дура.

Утром папа не вернулся. Вечером Базз Би взял рюкзак, положил в него бутылку воды, пачку снеков и Оптимуса Прайма, и тоже ушел из дома.

Расчет был такой: мама сначала перевернет весь дом, потом позвонит папе, и пока они вместе будут его искать, они помирятся. Базз Би видел такое в кино, а в кино не обманывают.

Он обосновался на заброшенной стройке, в фургончике сторожа; на двери висел замок, но окно давным-давно выломали местные хулиганы. Внутри было душно и почему-то пахло кошками, но одну ночь можно было перетерпеть.

Базз Би лег на продавленную койку, накрылся курткой и уснул. Разбудила его полиция, Трис внесла свои коррективы в его идеальный план, когда тоже пошла на стройку и чуть не упала в яму. Чудо, просто чудо, что она не сломала себе шею — так сказала Базз Би безостановочно рыдающая мама.

С папой она, впрочем, помирилась, а значит, все было не зря.

Но стройки Базз Би с тех пор обходил десятой дорогой.

— Помню. Я дурак был. Иди на свое свидание и никому не давай без резинки.

— Базз! Иди ты в задницу! — немедленно ответила Трис.

Базз Би повертел головой.

— Сестра, я даже не знаю, как тебе сказать…

Они оба рассмеялись, а потом Базз Би все-таки спросил еще раз.

— Уверена, что не придешь? Ну, то есть я не собираюсь вставать между тобой и твоей личной жизнью, но…

Он хотел разделить послевкусие от этой победы с дорогими людьми, и таких в городе было только двое.

— Уверена, — с легким сожалением ответила она, — позови Хью.

Базз Би сжал трубку. На мгновение ему показалось, что он ослышался. Или она имела в виду какого-то другого Хью. Тезку того Хьюберта, с которым Базз Би оказался в одной палате после той аварии.

Баззу тогда повезло, Хьюберту — не очень.

Водителю дали двенадцать лет. Слишком мало за сломанную на хрен судьбу. Базз Би знал Хьюберта совсем недолго, но знал, что тот жил и дышал спортом. А теперь все.

— Трис… — Базз Би не сразу нашел нужные слова, — Ты серьезно хочешь, чтобы я предложил ему приехать и выпить за то, как я охуенен на манеже?

— Он не порадуется за друга? — уточнила Трис, хотя дружба между Базз Би и Хьюбертом только начала зарождаться. Пара совместных пробежек, одна жаркая дискуссия о третьем сезоне Твин Пикс и предложение, как-нибудь посмотреть вместе третий. После аварии родители забрали Хьюберта обратно в город со смешным названием Рагби. Иногда он присылал фото своих котов и это был его единственный вклад в жизнь Базз Би.

— Он не порадуется за друга, — Базз Би даже повысил голос, — он, блин, в инвалидной коляске, Трис!

— Вот как, — неопределенно ответила она, — ладно, я пойду собираться. Хорошо тебе отдохнуть, пока.

— И тебе пока, — сказал Базз Би, уже не ей, а коротким гудкам в трубке.

Надо было и в самом деле позвонить Хью. А то и съездить в гости — он как-то предлагал.

Главное — не рассказывать про медаль.
*
Та скамейка у озера в каком-то смысле стала для Базз Би знаковой. Здесь он узнал, что Юго не против с ним встречаться. И здесь же спустя три месяца он впервые увидел его настоящее лицо.

А виной всему была молекулярная кухня: после яйца-помадки, свекольных роллов и апельсинового спагетти Базз Би ужасно захотелось сбежать куда-нибудь в КFC и в глазах Юго он видел то же желание.

Он оплатил счет и спросил:

— Вызовешь такси? У меня опять приложение глючит.

Телефон медленно, но верно подыхал, и надо было выкроить время и удалить сотню-другую фотографий, но у Базз Би постоянно находились более важные дела.

Юго повертел в руках свой, а потом с улыбкой отложил его в сторону.

— Ты, любовь моя, наверняка в черном списке у всех таксистов этого города. И у каждого есть твоя фотография. А еще я хочу погулять. Давай возьмем гамбургеров и пойдем в парк.

Базз Би бросил быстрый взгляд на часы: такси не такси, а на последний автобус до дома они успеют.

— А давай в лес, — он выдвинул встречное предложение.

Они действительно успели на последний автобус. Единственные, кроме них, пассажиры — две школьницы, которые, казалось, не виделись вечность и теперь никак не могли наговориться, вышли на следующей же остановке, и остаток пути прошел в тишине и молчании.

Юго заговорил первым, когда они вышли к озеру и не сговариваясь свернули к той самой скамейке.

— О чем думаешь? — спросил он и порылся в карманах куртки. Сигареты искал, не иначе.

— Токио вспоминаю, — честно ответил Базз Би, — я там… мысли разные думал.

Сам город не так впечатлил его, не больше Сингапура или Пекина, а может, даже и меньше: пасмурно, холодно, все ходят в масках. Но в Токио Базз Би действительно думал разные мысли. И практически надумал.

В аэропорту он зашел в магазин Пандоры — Трис гонялась за редкой подвеской коллекции, посвященной «Холодному сердцу». Подвеску — башку коня, на котором рассекала во второй части главная героиня, — Базз Би нашел и задержался у прилавка с кольцами. Всего на секунду, чтобы поправить лямки рюкзака, но этого оказалось достаточно, чтобы симпатичная молодая японка спросила его:

— Какой размер носит ваша девушка?

По-английски она говорила очень сносно, пусть и со смешным акцентом.

— У меня не девушка, — подмигнул ей Базз Би и симпатичная японка широко улыбнулась в ответ.

— Для мужчин у нас ничего нет. Но на первом этаже есть еще два ювелирных магазина.

Базз Би сфотографировал фирменный пакет и сбросил фотографию Трис с подписью: «Угадай, что?».

— Спасибо, — серьезно ответил он, — может быть и куплю.

— Какие мысли? — негромко спросил Юго, поджигая сигарету. Пламя зажигалки осветило лицо, на секунду сделав его еще моложе. Еще красивее, — что пора готовиться к Олимпиаде?

— Что я хочу, чтобы ты перестал гробить свое здоровье, — проворчал Базз Би, — у тебя к старости разовьется кашель курильщика и ты будешь меня бесить, — он вытянул ноги и задрал голову, уставившись в небо, — впрочем, меня к тому времени будет бесить примерно все: погода, новости, курс евро, молодежь на летающих скейтбордах и межгалактическая политика президента Земной Федерации. Но ты, Юго, будешь стоять особняком.

Где-то рядом с его ухом Юго невозмутимо выпустил струйку дыма. «Вредная зараза», — подумал Базз Би, и это не про сигареты.

— Выходит, — тихо спросил он, — ты рассчитываешь, что стариться мы будем вместе?

Базз Би ковырнул носком землю. Он вроде не так собирался это преподнести. Да если на то пошло, он вообще планировал пожрать бургеров, которые они, конечно же, забыли купить.

— Ну, я подумал, было бы прикольно, — он повернул голову и увидел, что тот смотрит в ответ — цепко и внимательно. Смотрит, как будто сам был с Базз Би в этом салоне и прочитал его мысли.

— Прикольно, — повторил он, словно впервые услышал это слово и пытался понять, что оно значит.

«Охуенно, — хотел сказать Базз Би. — Потрясающе. Оставайся со мной, я куплю тебе кольцо и собаку тоже куплю».

Но он взял паузу, потому что по дорожке шел какой-то рыжий парень, и хотя на нем были гигантские наушники, из которых орала незнакомая группа, Базз Би не хотел, чтобы кто-то стал свидетелем этого момента. Как назло, поравнявшись с ними, парень снял их и небрежно поинтересовался:

— Сигарета найдется?

Спросил, вроде бы, вежливо, но взгляд — задумчивый, беспокойный — Базз Би совершенно не понравился. В голове тревожно позвякивала сирена.
Зря они на ночь глядя потащились в лес.

Юго покосился на Базз Би, слегка улыбнулся и вложил в руку рыжего сразу всю пачку

— Вот. Вам повезло — я как раз решил бросить курить.

— Надо же, — развеселился рыжий, — это ты типа облагодетельствовал меня сейчас?

Базз Би скрипнул зубами и до боли сжал край скамейки. Хорошее настроение потихоньку сходило на нет, и очень хотелось дать рыжему в челюсть, так чтобы улетел в кусты за то, что пытался испортить ему вечер.

— Это хорошие сигареты, пачка почки полная, а магазины сейчас закрыты, — миролюбиво ответил Юго. — Приятного вечера.

— Ну ты красавчик вообще, — одобрительно хмыкнул рыжий, — бывай.

Базз проводил его недовольным взглядом. Сирена звякнула еще раз, а потом затихла, осталась только легкая досада. За упущенный момент. За то что он почти испугался. За все.

— Не бойся, — повернулся Юго, — все, нет его.

— За тебя — всегда буду, — отрезал Базз Би. — Указывать он мне собрался, ишь.

— Базз Би. У подобных людей даже пожелание доброго утра звучит, как приглашение к драке, — терпеливо, словно разговаривая с ребенком, сказал Юго, — не нужно принимать все близко к сердцу. К тому же,- он повернул голову и посмотрел в глаза Базз Би серьезно и внимательно,- я сумею тебя защитить. От всех и всего на свете.

Базз Би придвинулся ближе. Правильно, сердце у него одно и принимать близко он собирался только одного-единственного человека. А в защите он не нуждался. Ему нужно было другое.

— Ты дрался когда-нибудь?

Юго сосредоточенно нахмурился. Наверное, вспоминал детство и пытался решить, считается ли драка с соседским ребенком за пожарную машину полноценной.

— Метафорически выражаясь, — уклончиво ответил он.

— Это как?

Ответ Юго не внес ясности.

— Это так, что я никогда в жизни не поднял руку ни на одного человека,- тихо ответил он,- Но постоять за себя я могу.

— Это как? — повторил Базз Би. — Ты меня сегодня поломаешь.

— А ты не понял? — Юго невинно хлопнул светлыми ресницами. — Я могу убежать.

Он рассмеялся и Базз Би охотно присоединился к нему.
- Теперь скажи мне – я и мои вредные привычки это ведь не все что тебя беспокоит. Я наблюдал за тобой в ресторане – твои глаза были далеко.
- Да?- в «Белом Замке» Базз Би не сильно следил за лицом. Разве что постарался не выдать своего разочарования, когда им принесли ужин, содержимое которого уместилось бы в десертную ложку,- извини.
А еще у него из головы не шел последний разговор с Трис, но он не думал, что это так заметно.
- Базз Би,- повысил голос Юго,- если ты хочешь стариться со мной, то начинай понемногу привыкать, что твои проблемы, это мои проблемы, хорошо. И что иногда будет наоборот.
Базз Би сдался. Юго был прав, а ему ... ему действительно хотелось поговорить с кем-то о том, что происходит с сестрой.
- Трис,- неловко начал он,- мне кажется … она не в порядке.
Последняя фраза обожгла язык. Базз Би поморщился, но упрямо продолжил, не давая себе возможности передумать:
- Раньше было странное… Она утверждала, что мы были знакомы с Ренджи.
- Юноша из общежития,- аккуратно уточнил Юго,- который сгорел?
- Ну. Я его даже не встречал ни разу, а если и встречал, то не помню, а она … да она вообще с родителями жила, когда случился тот пожар!
Он перевел дыхание и посмотрел на Юго, готовый увидеть на его лице все что угодно – настороженность, сочувствие, замешательство. Готовый что он скажет: «Может это шутка:» или «Я знаю хорошего врача».
Но Юго смотрел очень спокойно.
- Что еще? Это не все, правильно?
Базз Би опустил голову. Почему-то чувствовал себя предателем.
- Еще бабка эта, Исида. Ее фанат зарезал, а она говорила о ней как о живой. А сегодня …она предложила позвать Хью. В «Белую Башню», представляешь?
Юго мрачно кивнул – не Базз Би, а каким-то своим мыслям.
- И этот твой Хью тоже мертв,- это не было вопросом, но Базз Би хотел ответить.
А потом заметил направляющуюся к ним группу парней, среди которых был рыжий.

Сирена никогда не врубалась просто так. Зря он так быстро сбросил ее со счетов.

Он пересчитал компанию по головам. Плохо. Он бы справился с двумя, даже в этом дурацком и неудобном костюме. Возможно, с тремя. С пятью — вряд ли.

Компания окружила скамейку полукругом, вперед выступил парень, чем-то напоминавший Хьюберта, разве что поплечистей и помордастей.

— Слушай, друг, — прищурился он, глядя на Юго, — ты тут, что ли, раздаешь хорошие сигареты полными пачками?

Базз Би с силой тряхнул головой. На себя в принципе было плевать, нужно было защитить Юго. Человека, которому он собирался купить кольцо и собаку. Врезать кому успеет, а там будет видно, может, на шум кто-нибудь подтянется.

Но прежде чем он поднялся, ладонь Юго легла ему на плечо — легко, почти невесомо — и Базз Би окаменел. Хотя, наверное, это было неправильное слово. Он просто ощущал свое тело, словно сознание переместили внутрь статуи. Руки и ноги не двигались, язык не слушался, получалось только моргать, и то, через раз.

— У меня больше нет, — вежливо ответил Юго, не убирая руку, — но, как вы верно заметили, пачка была полная. Хватит на всех сразу.

Последнюю фразу компашка встретила дружным ржанием. Базз Би снова рванулся, но где-то глубоко внутри себя. Тело, так внезапно отказавшееся иметь с ним хоть что-то общее, даже не пошевелилось. Как во сне, когда пытаешься убежать от чудовища или позвать родителей.

— Поднимайся, — распорядился мордастый, шаркнув ногой по гравию, — мы тебе сейчас тоже кое-чего дадим. Полной пачкой.

Юго покачал головой.

— Я бы не хотел, — его голос звучал спокойно, и это было не показное спокойствие жертвы, рассчитывающей, что хищник пройдет мимо. В этом голосе не было страха.

— Какая храбрая, — оценил рыжий, — жалко, мужик у тебя ссыкло.

— Захлопнись, Миядзава, — лениво велел главарь. — А как ты бы хотел? В рот? Ну, тогда на коленки. И это, тебя как, по очереди, или всех сразу?

Юго выждал еще несколько секунд, а потом очень медленно поднялся на ноги, не убирая руку с плеча застывшего Базз Би.

— Обычно по очереди и очень медленно, — с вежливостью официанта, рекомендующего дорогим гостям фирменное блюдо, сказал он, — но, видимо, придется всех сразу. И быстро. Поехали.
Мир вдруг выцвел, а обступившие скамейку силуэты стали сероватыми, полупрозрачными.

— Куда поехали? — успел спросить тип справа от главаря, и это было последнее, что он успел, перед тем как исчезнуть.
У Базз Би была какая-то волшебная доска, по бокам которой располагались колесики — надо было вращать их в определенном порядке, чтобы на доске появлись изображения разных людей: пожарного, пекаря, полицейского.

А сейчас происходило обратное: живой человек пропадал, стирался из этого мира прямо у него на глазах. Силуэт становился все бледнее и бледнее, мелькнуло в последний раз перекошенное лицо, и все.

Остальные в страхе попятились от скамейки.

Юго покачал головой.

— Нет, — негромко сказал он и вытянул руки, словно действительно вращал какие-то колеса, — я предупреждал. А теперь — нет.

Воздух сотряс беззвучный гром, Базз Би отдало порывом холодного ветра, и еще двое, стоящих за спиной мордатого, исчезли так же, как их товарищ. Сам он бросился вперед, и в его руке мелькнуло что-то блестящее. Не хватило какой-то секунды.

Нож на мгновение завис в пустоте, а потом с глухим стуком ударился о землю и тоже растворился.

— Не надо. На, забери, — оставшийся в одиночестве рыжий что-то швырнул на землю. Базз Би присмотрелся. Пачка. Та самая.

— Беги, — ласково улыбнулся Юго, и он побежал. Базз Би вспомнился «Убить Билла», та сцена, где Ума Турман устроила резню и отпустила последнего выжившего, щуплого мелкого пацана, который при виде трупов забыл, с какого конца браться за катану. Он еще тогда думал, что за хуйня, а вдруг найдет в итоге у себя яйца, подучится у какого-нибудь монастырского дедка и вернется мстить за обмоченные десять лет назад штаны.

Юго думал так же.

Или Юго просто хотел крови. Базз Би чувствовал тяжелую, мрачную злобу, волнами исходящую от его тела. Лицо вытянулось и почернело, в глазах загорелся синий огонь. Если бы Базз Би мог, он бы тоже побежал.

Рыжий влетел в озеро, подняв тучу брызг, а потом будто сломался пополам, скрывшись под водой.

Отчего-то Базз Би казалось, что обратно он не вынырнет.

Рука Юго соскользнула с его плеча, а сам он тяжело опустился назад на скамейку, ухватившись за спинку, посидел так немного и начал заваливаться на бок. Базз Би — к нему вернулась способность двигаться и говорить, и боже мой, как же это было охуенно, обхватил его одной рукой. Второй он лихорадочно нашаривал мобильный.
Какая-то часть его тела продолжала существовать отдельно от мозга – во всяком случае горло издавало какие- то звуки.
Кажется, Базз Би смеялся. Или молился?
*

— У него болезнь, — несколько раз повторил Базз Би, — не аллергия. Не диабет. И по голове его никто не бил, вы что, сами не видите?

Юго отрубился еще во время звонка, а когда до них добралась скорая, он уже напоминал труп, который все еще дышит, — очень редко и медленно. Базз Би был уверен, что медработники вызовут полицию и его арестуют до выяснения обстоятельств, но его не арестовали. И звонить никто никуда не стал.

Базз Би задали несколько вопросов и даже разрешили на пять минут зайти в палату повидаться.

Юго спал, утонув в своих длинных светлых волосах, как та принцесса, именем которой они с отцом назвали болезнь. Та сила, которая захватила его у озера, ушла, не оставив о себе даже воспоминаний, и теперь это снова был просто человек, которого Базз Би обнимал по вечерам.

Он постоял несколько минут у кровати и пошел в коридор, обхватив себя руками за плечи, как человек, выживший после страшной автокатастрофы и стремящийся отойти подальше от горящей машины.

Мысли сплелись в один тугой клубок, который ему совершенно не хотелось распутывать. Хотелось открыть глаза, написать в инстаграм что-то вроде: «Ребята, один чувак как-то сказал, что у Рыб самые цветные и реалистные сны, так вот, если ты меня сейчас читаешь, — ты чертовски прав, я сегодня видел такую хрень, такую хрень» и бахнуть сверху какую-нибудь позитивную фотку.

Зазвонил телефон — не его, а тот, что Базз Би отдали вместе с одеждой и другими вещами.

Телефон Юго.

К контакту «Папа» была прикреплена фотография человека, с которым они нередко, но все же виделись — на особенно важных совещаниях.

Базз Би остановился посреди коридора и прижался к стене, пропуская крошечную санитарку с тележкой, и медленно провел по экрану, принимая звонок.

— Здравствуйте, президент Яхве.
*
Головной офис «Ванденрейха» к вечеру был практически пустым. В сгущающихся сумерках огромный и роскошный холл напоминал усыпальницу какого-то древнего бога. Базз Би приложил пропуск к терминалу, кивнул знакомому охраннику и двинулся к лифту.

Шагая по гулкому, пустому коридору, он лениво размышлял о том, выйдет отсюда или нет?

Впрочем, такие мысли возникли еще раньше, когда Яхве сказал, что сейчас пришлет за ним служебный транспорт. Но убегать Базз Би не планировал, потому что в глубине души знал, что за ним придут куда угодно. И потому что ему нужны были ответы.

Или ему просто нужно было проснутся. В машине он украдкой ущипнул себя за руку пару раз.

Перед кабинетом Яхве его встретил Аскин, с вежливой улыбкой открыл дверь и проскользнул следом. Базз Би не удивился, если бы он вытащил пистолет и выстрелил ему в затылок — будь они в каком-нибудь кино про гангстеров, именно это бы и произошло.

Впрочем, его не покидало ощущение, что он и в самом деле снимается в непонятном фильме, и кто-то постоянно меняет сценарий, забыв предупредить исполнителя главной роли.

Он помнил госпожу Исиду: как они пререкались из-за беговой дорожки, спорили из-за дурацкого ролика, помнил, как он пытался заслужить ее расположение и ту безобразную сцену в лифте, последующую за его спонтанным каминг-аутом, тоже помнил.

А еще он помнил, как спятивший поклонник Иноуэ Орихиме убил госпожу Исиду задолго до того, как Базз Би приехал в город.

Он помнил Хьюберта — совместные тренировки, походы в караоке, наводку на психолога и ту чертову бутылку и помнил его же в инвалидной коляске.

И он помнил Ренджи. Теперь помнил. Трис была права: они очень нравились друг другу и у них начинался роман.

А потом кто-то в очередной раз изменил сценарий, и Ренджи исчез из его жизни, как исчезли госпожа Исида и Хьюберт. Зато в ней появился Юго.

Базз Би потер виски. Желание проснуться в своей кровати накатило на него с новой силой, да так, что заныли зубы. Вместо этого он рванул к себе кресло и плюхнулся в него, не дожидаясь приглашения. В кабинете было прохладно, словно светло-голубые стены возвели изо льда.

Аскин так и остался стоять у двери. Как знать, может, и не стоило сбрасывать со счетов вариант с пистолетом.

— Итак, — нарушил тишину голос Яхве, — значит, у вас было приключение?

Базз Би поморщился и снова ущипнул себя - за переносицу. Приключение, да. Охренеть как весело.

— Мы в ресторан ходили. Аскин, эта твоя молекулярная кухня говно полное, даже для соцсетей не годится.

Аскин хмыкнул и пробормотал что-то себе под нос. Базз Би различил слово «дурновкусие».

Яхве холодно улыбнулся, хотя в глазах не читалось и намека на веселье. Вообще ничего не читалось.
- И кстати,- продолжил Базз Би, просто чтобы как-то разбить тишину,- Не могу не отметить ваше удивительное семейное сходство.

— Мальчик, - медленно перебил его Яхве и на секунду Базз Би действительно почувствовал себя пацаном, запустившим мяч в соседнее окно. И подавить это жутко раздражающее чувство не получилось,- оставь эту клоунаду для тик-тока или где ты там кривляешься.

— Инстаграм,- с широкой улыбкой поправил его Базз Би,- тик-ток это про косплей и танцы, а у меня с этим как-то не очень. И еще у меня была страница на фейсбуке…была.
Он вернулся мыслями в тот день, когда полез проверять старые записи и нашел лайк и страничку этого гребаного JgH. Нашел ту фотографию, встретил Юго, облил его кофе… и оказался в итоге в этом кресле, без малейшего понятия о том, что происходит.

— Я вообще-то считал, что нашей компании не нужно никакое человеческое лицо, - теперь голос яхве звучал доброжелательно, как будто он планировал поделиться с Базз Би какой-то жизненной мудростью,- Люди всегда создают проблемы. Тебе нужно сказать спасибо Аскину – это он выел мне всю печень со своим бренд-амбассадорам. И Юграму - это настоял на твоей кандидатуре.

— Спасибо, Аскин,- не оборачиваясь, сказал Базз Би. По телу пробежала волна мурашек,- И Юграма я тоже обязательно поблагодарю.

Он плохо представлял себе, как покупает в холле цветы, входит в больничную палату и смотрит в глаза Юго, но не хотел об этом думать.

Не сейчас.

Яхве кивнул.

— Эта добрая душа дала тебе все что имела, и я … и мы ожидаем, что ты это оценишь. Раз уж обстоятельства сложились так, что ты увидел его за работой.

Последнее слово обожгло слух сильнее, чем объявление результатов допинг-теста.

За работой.

За работой, блять.

«Эта добрая душа отправила на тот свет Ренджи, — подумал Базз Би, — и госпожу Исиду. И тех ребят у озера, хотя им туда и дорога. И бог знает кого еще. Юго, Юго, что мне с этим делать?»


Он пнул ножку стола, хотя больше всего ему хотелось попинать Яхве. Или схватить что-нибудь со стола и метнуть в стену.

— А как называется его должность? – громко спросил он,- Менеджер по работе с конфликтными парнерами? Штатный стиратель? Антикризисный управляющий? Какой у нее номер в реестре профессий?

У него на языке крутилось еще много злых вопросов, но он заставил себя не замолчать, чувствуя приближающуюся истерику. Не хватало еще и в самом деле что-нибудь здесь поломать. Унохана была бы им недовольна.

— Я же сказал – люди это всегда проблема,- вздохнул Яхве,- иногда большая, иногда маленькая. Ты хочешь стать большой проблемой?

Базз Би промолчал. Он хотел вернуться в тот вечер и захлопнуть дверь перед курьером.

Даже если это означало, что он никогда не заговорит с Юго.


Особенно если это означало, что он не заговорит с Юго.

— А я говорил, — картинно вздохнул за его спиной Аскин, — я тебя предупреждал: рано или поздно это дитя запросится на травку, а ты мне все про презрение к человеческому роду. Презрение-презрение, а…

— Аскин, — коротко уронил Яхве.

За спиной Базз Би сразу воцарилась тишина. Потом мягко хлопнула дверь.

— Знаешь, — Яхве сделал небольшую паузу, — когда-то я думал, что пойму, что его так зацепило. Аскин прав. Такие, как мой сын, не очень-то благоволят к людям.

Базз Би раздраженно втянул воздух. От последней фразы веяло какой-то затхлой древностью.

Да, Юго ни с кем не общался, не залипал в соцсетях, не подсаживался за чей-то столик в кафетерии и не появлялся на вечеринках, и что с того? По Силберну толпами ходили такие хикканы.

Правда, испарять людей они не умели.

— Понятия не имею, — деревянно сказал он и быстрым движением взъерошил волосы, — спросите мой фан-клуб.

— Я спрошу тебя, — Яхве подался вперед, — ты ведь хочешь жить с ним долго и счастливо?

Базз Би помолчал. Он хотел бы ответить «да». Правда хотел.

Проблема заключалось в том, что у него уже был человек, с которым он собирался долго и счастливо.

По крайней мере, они собирались попробовать.

— Не знаю, — сухо ответил он и бросил быстрый взгляд на Яхве. Тот сидел неподвижно и можно было только гадать, что пряталось за слоями спокойного равнодушия. Базз Би подозревал, что ничего хорошего, — у вас такая штука, которая стирает память. Знаете, как в людях в черном.

Если бы я мог просто взять и забыть ту же госпожу Исиду. Как забыла ее семья, Миллеры, Трис.

Базз Би вздрогнул.

Но ведь Трис помнила.

Яхве покачал головой.

— Нет. Не после того, как ты видел его силу в действии. Ты теперь будешь помнить все, сколько бы раз не менялась реальность. И я очень рассчитываю, что ты не изменишь своим чувствам. Хашвальт помог мне построить империю, и я хочу, чтобы он был счастлив.

У Базз Би пересохло в горле. Его не собирались убивать. Ему не собирались ничего объяснять.

Его предупреждали.

— А если нет? — вопрос вырвался за секунду до того, как он подумал о Трис, родителях, бабушке Аделаиде.
— Не советую, — Яхве не удивился и, казалось, не рассердился. Он как будто ждал этого протеста, — он не единственный в нашей семье умеет показывать этот фокус с исчезновением.
*
— Латте или капуччино? — Аскин раздраженно постучал по кофемашине, пока в ее недрах что-то не щелкнула,- эспрессо не предлагаю, тебе надо беречь сердце. Ты ведь кажется готовился к Олимпиаде?

Базз Би вздрогнул. В какой-то другой реальности он сейчас подавал заявку в Спортивный арбитражный суд и отбивал нападки своей квартирной хозяйки. Хотя последнее – он бы переехал к Ренджи, в общагу.
А в этой да – готовился к Олимпиаде.

-— Коньяку туда нахерачь, — попросил он, — говорят, это страшно полезно для сосудов.

Аскин бросил на него короткий, полный сомнений взгляд, но все-таки пошел к бару.
— Хорошо, но давай без приключений.

На приключения Базз Би не тянуло — на приключался уже, хватит.

Пить кофе у Аскина в кабинете тоже, но когда последний отловил его у лифтов Базз Би пошел, хотя уже понял, что никаких ответов здесь не получит.

Но попробовать стоило.

— Коньяк кончился, — вздохнул Аскин,- но есть хороший бренди. Кстати, знаю отличный рецепт На блюдце выкладывают сахар, лимонную цедру, корицу и гвоздику. Все это заливают виски и поджигает, а потом процеживают через сито и …

— Кто он? — спросил Базз Би, — или что он? Из какого романа Кинга вы его вытащили?

Аскин поставил перед ним чашку.

- Забавно. Лет двенадцать назад, когда наш с тобой генеральный директор вернулся из Ирландии с этим мальцом под мышкой, я задал именно эти три вопроса. За вычетом Кинга. Никогда не понимал его популярности, в этом жанре есть более достойные авторы.

— И что он тебе ответил?- спросил Базз Би.

— Виски кстати тоже ирландский, — Аскин сел в жалобно скрипнувшее кресло, — он ответил: «Это Юграм. Он тебе обязательно понравится».

— И?

— Он мне не понравился, — спокойно ответил Аскин, — Но не могу сказать, что у меня был особый выбор. Ты ведь понимаешь, что у тебя его тоже? Это как ловушка для тараканов. Можно войти, нельзя выйти.

В его голосе не было угрозы или какой-то наигранной заботы. Он просто сообщал информацию, как телеведущий в прогнозе погоде. Во второй половине дня ожидается ураганный ветер, держитесь подальше от рекламных щитов, линий электропередачи и деревьев.

— Да, — согласился Базз Би, испытывая острое желание метнуть чашку в окно. И возможно выпрыгнуть следом, — наш общий директор уже объяснил, что мне теперь положено любить не только Ванденрейх, но и одного конкретного сотрудника. Дополнительный соглашение сейчас подпишем или я заеду на днях.

— Но разве ты его не любишь? — Аскин повертел в руках ручку, — подумай вот о чем. У него был выбор – раскрыть себя или позволить тебе ввязаться в драку, которая ничем хорошим для тебя бы не кончилась. И он его сделал.

Базз Би залпом опрокинул в себя кофе. Обжег к черту язык, но даже не почувствовал.

— Люблю. Ненавижу. Боюсь до усрачки,- сказал он очень вежливо, — Что-то я потерялся.

— Тогда представь, что этой встречи на озере просто не было, — посоветовал Аскин, — эти работы просто убежали от вас, но один из них ударил Юго по голове.

— И чего – это и вправду работает? — поинтересовался Базз Би, — ты и Яхве…как вам в целом спится по ночам?

Он думал о тех гигантах, которых сожрал Ванденрейх – о «Лас Ночес», «Кинг Спейс», «Готей-13». Наверняка были и другие.

Аскин развел руками и улыбнулся — будто извинялся за то, что не может предложить другого варианта.

— Все зависит от твоих способностей к самоубеждению. Если тебе не нравится этот вариант, придумай историю, которую приятно будет вспоминать. И со временем обязательно поверишь. Еще и посмеешься над тем, что навоображал себя этих пропавших ребят. И потом - без них мир станет чуть уютнее.

Базз Би почувствовал, что его снова охватывает злоба.

— А знаешь, кто не посмеется? — очень вежливо – все же злится на Аскина не было никакого смысла, — один парень, который умер от ожогов в больнице. Он в жизни никому ничего плохого не сделал. А теперь он общажное привидение.

— Мне действительно очень жаль, — Аскин откинулся на спинку кресла. Улыбка исчезла, — можешь не верить мне если хочешь, но то немногое, что я мог сделать, я уже сделал.

Базз Би застыл. Мелькнувшая мысль была довольно абсурдной, но он ее озвучил.

— Ты что-то знаешь о JgH?

Аскин приподнял брови в вежливом удивлении.

— Это какой-то футбольный клуб?

— Забудь, — Базз Би встал.

Уже у дверей он обернулся и сказал:

— Знаешь, ты должен жалеть ты, Яхве, Юго – вы все чокнутые.

— Да,- согласился Аскин, — И двое из нас могут быть очень неприятными.
*
Казалось, что в кабинете у Аскина Базз Би потерял счет времена. Когда он наконец вышел из здания на улице уже разгорался рассвет.
Чуть поодаль от входа под табличкой «Спасибо, что курите здесь» торчал уже знакомый охранник.
Базз Би вспомнил другую табличку – в университетском туалете.
Вспомнил запах хлорки, тонкий шрам на спине Юго и то, как он отжимал в раковину мокрые волосы.
- Я вот бросил несколько лет назад,- небрежно бросил он, приблизившись к охраннику,- Спортивная карьера, все дела.
Охранник посмотрел на него с легкой опаской.
- Слушай, ты реально крут, но мне уже засирает мозги зожем моя подружка, так что…
- Сигареты не найдется? – перебил Базз Би.
Декоративный фонтан, на бортике которого он устроился, был довольно далеко от таблички, но ему хотелось сделать Яхве хоть какую-то гадость.
- Итак,- Базз Би выдохнул дым,- рассмотрим варианты.
Например, он мог последовать совету Аскина. Поехать в больницу, купить букет в автомате в холле (а лучше в нормальном магазине) наплести Юго какой-нибудь чуши (Юго всегда чуял фальш, но Базз Би готов был поставить свою правую руку- эту игру он поддержит) и попробовать забыть.
Воображение нарисовало, как он стоит на обочине, подняв кверху большой палец, в наушниках орет какой-нибудь «Линкин парк» и солнце печет бритый затылок
Второй вариант не был лишен определенной привлекательности, но у Базз Би была Трис. Еще родители и бабушка Ада, но Трис… она была ближе.
Телефон зазвонил, когда Базз Би искал, куда пристроить окурок. Он скосил взгляд на дисплей. Гостиница.
- Ты чего на работе в такое время? – успел удивиться он, а потом услышал голос сменщицы. Сьюзен? Элен. Забавная такая с дредами (Базз Би впервые встретил человека, которому шло это убожество).

- Привет! Извини, я просто не знала, кому звонить. Какие-то уроды подкинули к черному входу коробку с котятами, можно я…
- Можно,- великодушно ответил Базз Би,- только оставь пока в подсобке, не тащи к остальному зверью, если они чего подцепят, Трис тебя съест. Ты ей не звонила.
- Так у нее отключено, еще со вчера.
«Успокойся,- сказал себе Базз Би,- как будто сам не отключаешь телефон на свиданках».
- Давно?
-Что давно?
- Звонила ей,- уточнил Базз Би,- Давно?
- Пять минут назад,- бодро ответила Сьюзн-Элен,- И еще Уксус.
- Чего Уксус? Или мы в слова играем?
- Ну, он их не обидит? К взрослым кошкам он вроде нормально, но знаешь, у меня была собака, а потом сестра принесла котенка и …
Базз Би сел обратно на бортик.
-Погоди, она оставила Уксуса в гостинице? Почему?
- Так она на надолго уехала,- охотно пояснила Сьюзен,- сказала минимум на неделю, а там как получится.

Через полчаса Базз Би вошел в квартиру сестры, для порядка крикнув с порога: «Если кто голый – прикройтесь»
Голос утонул в тишине. Базз Би зажег свет и прошелся по комнатам.
Он совершенно не представлял что делать дальше. В сериалах все было проще – главный герой в первую же минуту находил какую-то незначительную зацепку, которая приводила к разгадке – записку на холодильнике, рекламный проспект, запись на автоответчике, переписку… переписка...
Базз Би затормозил.
К счастью, старичок-ноутбук не был запаролен, хоть и загрузился через полчаса и первым делом пожаловался на низкий заряд аккамулятора. Базз Би воткнул в него зарядку и полез искать.
В мессенджерах не было ничего интересного – переписка с подругой, пара сообщений от хозяйки Берты (такса с крайне мерзким характером, порвала Базз Би любимые джинсы) и одно от бабушки Ады.
Базз Би не глядя смахнул все входящие, проверил почту и ни на что особо не рассчитывая развернул окно браузера и пошел по вкладкам.
Алиэкспресс, раздел бижутерия – закрыть, ветеринарный форум – закрыть, онлайн-кинотеатр – закрыть, энциклопедия мифологии.
Эта вкладка была последней. Базз Би щелкнул по странице, раскрывая ее на весь экран – и взгляд тут же зацепился за знакомое слово.
- Фейри делятся на два рода: Благой и Неблагой двор,- прочитал он,- Если Благие посвящают свою жизнь сохранению традиций фей, то Неблагие считают своим долгом насмехаться над этими традициями. Неблагие используют Волшебство в своих собственных целях, стремясь обрести силу и власть, а также удовлетворить свои политические амбиции. Неблагие считают, что должны быть хозяевами, а не слугами смертных.С эльфами Неблагого двора договориться невозможно – они буквально ненавидят людей. Встреча с ними сулит…
Телефон опять загудел. Базз Би с надеждой вскинулся, но это был телефон Юго.
Они оба прохладно относились к рингтонам, поэтому установили одинаковое нейтральное «дзынь-дзынь».
Базз Би потянулся к телефону и раздраженное: «Да я не собираюсь сбегать, в следующий раз привезу вам свой паспорт, директор» замерло в горле.
Звонил не Яхве.
И не Аскин.
Впрочем, у контакта было имя – Базз Би несколько раз перечитал его, но так ничего и не понял.
Он поднял трубку и его почти сразу атаковал недовольный голос.
- Ты чем там занят? Почему не берешь трубку?

Базз Би задумался. Связь была плохая – в трубке что-то постоянно потрескивало.
Ладно, попробуем.
- Не до этого,- коротко ответил он, стараясь говорить как можно тише.
- А до чего? – человек на другом провода сделал длинный вздох и добавил уже чуть тише, но с той же степенью раздражения,- мы же говорились, что ты полезешь к семье, что бы не случилось. Или по крайней мере не впутываешь в это меня. Было такое?
У Базз Би сжался желудок. Совсем как в детстве, когда он на спор полез на самое высокое дерево и уже на вершине отчетливо услышал, как под рукой трещит ветка.
- Ну, - было сложно, но ему удалось произнести эту фразу относительно небрежно,- а что – я нарушил соглашение?
Повисла пауза. Базз Би затаил дыхание.
Сообразил, наконец?
- Случилось то, что эта сумасшедшая девица разбила палатку у меня в саду. При делах ты или нет – приезжай с этим сам, слышишь?
Базз Би захлопнул ноутбук.
- Куда мне приезжать? Уж я разберусь.
*
-Цель поездки? — вежливо поинтересовался пожилой таможенник, вглядываясь в фотографию. Базз Би на ней был совсем другой: мелкий, серьезный и без ирокеза.

«Спасательная операция, — подумал он, — по освобождению заложников».

Вся дорогу Базз Би накручивал сам себя, хотя позвонивший ему человек не выдвигал никаких требований. У него была просьба. Две просьбы, и обе странные.

— У него есть что-то, что принадлежит тебе. Что-то, что ты отдал добровольно. Тебе нужно понять что это и привезти мне. И еще, купи телефон. Самый дорогой, который найдешь. Последний айфон подойдет.

Базз Би стиснул телефонную трубку — сильно, до хруста. В голову стукнула дурная мысль: друзья скинулись и подарили ему какой-то дурацкий квест, в честь победы в Токио. А все люди, с которыми он сегодня разговаривал: Аскин, Яхве, вот этот парень со знакомым голосом, — они все нанятые актеры и не имеют права давать подсказок.

Только этим можно объяснить творящуюся дичь.

— Хорошо, — прорычал он, — только сейчас передай этот телефон сестре. Я хочу с ней поговорить.

Он плохо представлял, что сделает, если человек на том конце провода скажет «нет» или просто оборвет звонок. Но в трубке что-то зашуршало и Базз Би услышал голос Трис.

— Базз! Не спорь с ним и просто приезжай. Это важно! Я сбросила билет тебе на почту.

— Билет? — успел переспросить Базз Би, но ответом ему стали частые гудки.

Отлично, Трис тоже участвовала в этом квесте.

Таможенник кашлянул и указал взглядом на очередь.

— Приехал в гости к другу по переписке, — встрепенулся Базз Би, — мы на фейсбуке познакомились. Он мне подарок прислал.

— Добро пожаловать в Северную Ирландию, — таможенник вернул ему паспорт.

— Это как получится, — невпопад ответил Базз Би,- где у вас автовокзал?
В очереди к билетному терминалу он успел написать Аскину.
«Я не слился. Меня пару дней не будет в городе. Семейные обстаятельства».
Это было непривычно. Унизительно.
«Хорошо. Только не делай глупостей» ответил Аскин, украсив сообщение россыпью дурацких смайликов.
«Ок» ответил Базз Би. Именно это он и собирался делать - глупости.

«Меня не должно быть здесь, — в который раз подумал он, покупая билеты на поезд до города со смешным названием Арма, — мне надо к Юго. Он все мне объяснит, и мы вместе как-нибудь разберемся. Потому что я люблю его, а он любит меня и это так работает».

Устроившись в вагоне, Базз Би попытался – безуспешно- дозвониться до того, кто его пригласил, потом в больницу, но там кто-то повесился на телефонном проводе, а потом связь и вовсе пропала. Базз Би заказал чай, раскрыл ноутбук Трис и снова углубился в чтение.

«Многие из тех, кто читает эту статью, привыкли к разумным, добрым и вечным эльфам Толкина, а также к маленьким, милым феечкам с крылышками, но феи средневекового европейского фольклора часто были грозны и опасны. В лучшем случае они накладывали на людей заклятья, не думая о последствиях: кого усыпляли на века, кого ловили в свои круги и холмы, у кого воровали детей, кого привязывали к себе любовной магией. В худшем они были чем-то вроде волшебного Джокера: похищали людей, чтобы издеваться над ними, пытать их, насиловать, а то и что ещё похуже. Они были чудесны, удивительны, обворожительны и ужасны, и все они были плохими.

Базз Би вытащил телефон, нашел первую же попавшуюся фотографию Юго: на ней он сидел на подоконнике и читал книгу. Базз Би хорошо помнил, как солнечный свет золотил его ресницы, хотя и не смог поймать этот момент.

Он попытался представить Юго, обрекающим госпожу Исиду на вечный сон или ворующим Исиду у родителей, и нервно улыбнулся.

«…Что интересно, с представителями Летнего или Благого двора всегда можно договориться, хотя если говорить о фейри, то осторожность никогда не будет лишней, — предупреждал автор статьи, — они могут взять под защиту ваш дом или помочь найти потерянный клад, если вы сумеете завоевать их расположение. Но по отношению к Зимнему, то есть Неблагому Двору, применительна только одна тактика: держитесь подальше любой ценой. Их привязанность почти всегда смертельна опасна для человека».

На этой не вдохновляющей ноте статья закончилась. Базз Би привалился к окну и сидел, наблюдая, как город проплывает мимо, сначала в череду полей с вкраплениями деревенек, а потом в лес.

Он даже задремал под мерный стук колес и проснулся, когда мягко притормозил на конечной станции.

На пустом и темном перроне — строго говоря, это даже перроном нельзя было назвать, просто шлепок асфальта посреди деревьев с парой фонарей по бокам — Базз Би дожидались двое: Трис и…

— Юго, — хмыкнул Базз Би, — привет, Юго. А ты как здесь оказался раньше меня?

У него заболела голова — так сильно, что даже не было сил радоваться за живую и здоровую Трис.

Базз Би опустил рюкзак на землю и прислонился к фонарю. Нет, это точно какой-то квест. Аскин снимает его через какую-то скрытую камеру и транслирует прямо на ютуб. Сейчас из-за деревьев выйдут гопники и заорут «сюрприз».
И тогда все станет на свои места.

— Я действительно Юграм Хашвальт, — сказал JgH, он же парень с фейсбука, — но поверь мне, я — это не он.

Неимоверным усилием воли Базз Би отклеился от фонаря и вернулся в реальность.

Это человек мог называть себя кем угодно, но он выглядел как Юго и звучал как Юго.

— Здорово, — он упер руки в бока. — А не подскажешь тогда, с кем я сплю последнее время?

В принципе он более-менее знал ответ на этот вопрос.

— Неблагой двор, — пытался предупредить его Ренджи и зачем-то показывал на шкаф. Да, сейчас был уверен, что искать следовало там.

— Получается, что тоже с Юграмом Хашвальтом, — не смутился его собеседник, — впрочем, давайте поговорим у меня дома. Ах, да. Телефон?

Базз Би молча сунул ему коробку — в единственном работающем салоне последнего айфона не нашлось, поэтому он просто купил Ксиаоми с гибким экраном, совершенно осчастливив продавцов.

Хашвальт номер два покачал головой.

— Не мне. Отдай его своей сестре.

Базз Би не стал спорить, и коробка перекочевала в руки Трис. Та убрала ее в сумку, не удостоив и взглядом.

— Вот теперь поехали, — сказал Хашвальт номер два.
*
Вживую этот особняк-дворец выглядел чуть иначе чем на фотографии в фейсбуке: фасад и мозаику слегка обновили, а вот каменные ступеньки лестницы чуть раскрошились, а по ее бокам густо разросся какой-то кустарник.

У Базз Би возникло ощущение, что он провалился в сказку.

«Замок спящей красавицы, — подумал он, оглянувшись по сторонам, — только она сейчас спит в другом месте».

Внутри это здание тоже дышало древностью: громоздкая старинная мебель — Базз Би видел похожую в Шамборе, высокие окна, портреты в золотых рамах. Не хватало только парочки слуг, почтительно встречающих хозяина у порога.

— Зачем ты прислал мне амулет? Зачем ты вообще начал мне написывать? — не выдержал он, когда Хашвальт вел их через анфиладу одинаковых комнат вглубь дома, — это же, блин, все из-за тебя.

— Не надо, Базз Би, — Трис дернула его за рукав, — он хотел тебя защитить.

— От кого?

— Не делай вид, что не понимаешь, — не оборачиваясь, бросил Хашвальт.

Их путь закончился в просторной комнате, судя по обилию книжных шкафов это была библиотека.
Хашвальт номер два расположился на диване, Трис села в одно из кресел, Базз Би подумал и тоже подцепил к себе какой-то бархатное великолепие. Базз Би остался стоять.

— Ладно, давай начнем с самого простого. Вы близнецы и у ваших родителей проблемы с воображением? – предположил он.
В телефоне этот человек был записан как «Другой я» и это немного поломало Базз Би мозг.

Хашвальт печально улыбнулся, сложив пальцы под подбородком.

— Ответ нет, на оба вопроса. В каком-то смысле мы один и тот же человек. И о моих родителях следует говорить в прошедшем времени — они погибли, когда мне было семь. И меня вернули.
Базз Би приподнял.
- Мои? Может быть ваши?
Он никогда в жизни не встречал настолько похожих близнецов.

- Что касается его родителей, я не уверен, что хотел бы с ними встретиться. Как говорили наши предки: держитесь подальше любой ценой.

— Неблагой двор, — вырвалось у Базз Би. Странно, но у него даже не возникло ощущения, что над ним издеваются. Наверное, потому что в окружении старинных вещей легко и просто верилось вообще во все.

— Я смотрю, кое до чего ты докопался и сам.

— Мне, — Базз Би снова вспомнил Ренджи. В груди заныло, — помог кое-кто. И Яхве еще… не говори ничего, навел на мысли… подожди, так ты хочешь сказать, что мой шеф — фейри? Я думал, они как минимум симпатичные.

Хашвальт покачал головой.

— Нет. Он обычный человек, который много знает о фейри. Достаточно смелый, чтобы взять одного из них к себе в дом и использовать его силу. Достаточно успешно, насколько я могу судить.

— Юго любит отца, — пробормотал Базз Би, — но как так, в той статье было сказано, что они презирают людей.

Хашвальт номер два смотрел на него так, будто с трудом сдерживал желание рассмеяться.

— Презирают, да. Но это не значит, что с ними нельзя договориться. Фейри может исполнить заветное желание человека, одарить безупречным здоровьем, наделить неслыханной силой, вылечить болезнь или сердечную тоску. Ему достаточно пожелать этому человеку удачи — и она придет. Но, одарив человека, фейри получает возможность стереть из его жизни любой счастливый момент — то, что было, или то, что будет. Это может быть совсем незначительное событие или наоборот, существенное, то, что навсегда поменяет твою жизнь: встреча с любимым человеком, рождение ребенка.

— Спасение из горящего дома, — Базз Би узнал собственный голос.

Теперь он помнил. Ренджи не только вытащил из пожара своего соседа по комнате, но и успел выскочить сам. Базз Би успел дать ему в глаз от переизбытка эмоций и сказал: «Чтоб к свадьбе был красивый, скотина».

Они планировали свадьбу: с пьяным священником Элвисом, кадиллаком и вертолетной экскурсией над городом.

И теперь уже никогда.

— Жутковато, не правда ли? — заметил Хашвальт номер два, — но слушай дальше. Аэрн Хашвальт — мой очень дальний предок, ты мог видеть его портрет над камином, охотился в лесу и забрел во владения фейри — обычная история для тех лет. Не знаю, чем он им приглянулся, если верить семейным легендам, то голос у него был отвратительный, но фейри не только отпустили его из своих владений, но и подарили желание. Он пожелал богатства для всех поколений Хашвальт. Поэтому цену платим мы все. Договор с фейри не может быть расторгнут в одностороннем порядке.

Базз Би поежился.

— И какой счастливый момент они забрали у твоего предка?

Хашвальт покачал головой.

— Цена — это не обязательно удача. Нет, они забрали у него старшего сына. И с тех пор раз в поколение мы отдаем Неблагому Двору первенца — сына или дочь. А взамен они оставляют в колыбели… одного из своих, и он потом растет среди людей. Красивый, сильный, никогда не стареющий и очень быстрый. Ну и дар, конечно, никуда не пропадает.

— Погоди, так ты младший? Они унесли твоего сестру или брата? — Базз Би сглотнул вязкую слюну. Он зачем-то представил себе мир, в котором рос бы один, без Трис, и этот мир ему очень сильно не понравился.

— Я — единственный ребенок, — Хашвальт поднял руку, словно отсекая очередной назревающий вопрос, — но как я уже сказал, мои родители погибли и меня вернули обратно. Чтобы я продолжил род и Неблагой Двор получил свое. Поверь мне, там очень не любят должников.

— Ясно, — Базз Би побарабанил по коленям. Посмотрел в окно. Посмотрел на Трис. Посмотрел на свои руки, — но зачем же ты все-таки полез? Да если бы не твой подарок, я бы и не полез него… а теперь, — он горько рассмеялся, — он убил Ренджи, убил мою домохозяйку, а я все равно люблю его больше жизни, это как вообще?

— Не любишь, — снисходительно ответил Хашвальт, — на тебе приворот. Если фейри приглянулся человек, он не будет добивается взаимности, он возьмет то, что хочет с помощью магии. А если магия по каким-то причинам не подействует, потеряет интерес.

— Ты, значит, спасти меня решил? — Базз Би поймал себя на том, что говорит точь-в-точь как тот рыжий гопник, — зачем? — добавил он, безуспешно пытаясь загасить ярость.

Хашвальт номер два только пожал плечами.

— Не знаю, — признался он, — наверное, мне стало тебя жаль, потому что еще ни одному человеку любовь фейри не принесла счастья. Я не так силен как он, но я достаточно пожил при Неблагом дворе, и я тоже кое-что умею. Тот оберег, что я прислал, должен был защитить тебя от магии. Я не думал, что ты отдашь его сестре.

— У меня чуть мозги не поехали, — пожаловалась Трис, — я приезжаю, дорожка стоит, мебель другая, а брат говорит, что его домохозяйку, черт знает когда, зарезал маньяк. А Ренджи, — она быстро замолчала, опустила глаза и неловко подытожила: — Ренджи был отличным парнем.

— Как ты вообще… — Базз Би не хотел говорить про Ренджи. Не сейчас, — как ты докопалась?

— Пошла в тот магазин, узнала кто заказывал амулет — они не то чтобы особо популярные, — просто ответила Трис, — так и докопалась. А потом мы посидели, подумали и решили звать тебя. Базз, Юго может сделать кое-что… Если ты захочешь.

— Кое-что он уже сделал, — Базз Би встал, — то есть, не сочти меня неблагодарной скотиной, я ценю и все такое, но дальше как-нибудь сам.

Он не имел ни малейшего понятия, что будет делать дальше, и сейчас даже не чувствовал в себе силы думать в эту сторону. Слишком многое надо было уложить в голове.

Хашвальт номер два посмотрел на него с легкой жалостью, от которой сделалось не по себе.

— А как же твоя сестра? Он исполнил ее желание и ничего пока не взял взамен. С этим как?

Базз Би замер. Слова Хашвальта всколыхнули чувства вины. Трис думала о них обоих, а он — только о себе. Опять.

— А его можно как-то отыграть назад? Ну, эту гостиницу.

Он был готов лично выпустить из клеток всех собак и кошек, поджечь здание с четырех сторон и даже отсидеть за это пару лет, если бы это решило проблему.

— Отыграть нельзя, — огорчил его Хашвальт, — можно смягчить, и сейчас я вам это продемонстрирую.

Он резко взмахнул рукой, словно толкая что-то в сторону Трис, и массивное кресло, в котором она сидела с оглушительным треском развалилось.

— Охренел совсем? — Базз Би кинулся вытаскивать ее из обломков.

— Я надеюсь, было больно? — проигнорировал его Хашвальт. Базз Би захотелось ударить его по голове.

— Еще как, — довольно захихикала Трис, — башкой приложилась порядочно.

— Так, — протянул Базз Би и выпустил ее руку, — вы оба охренели, так?

— Уймись и слушай сюда, — распорядился Хашвальт, — эту магию — исполнить желание и стереть потом счастливый момент — можно применить к одному человеку только один раз. Поэтому я попросил Трис загадать что-нибудь не слишком сложное…

— …Попросил меня купить телефон, а потом развалил кресло? — закончил за него Базз Би, — и что, это сработает?

Хашвальт развел руками:

— Я не принадлежу Неблагому двору и не могу уничтожить чары — только слегка ослабить. Другими словами, он все еще может как-то изменить судьбу твоей сестры, но это не приведет ее к смерти. Теперь с приворотом. Базз Би, тебе нужно принять решение.
*
— …поедем в загородный дом к бабушке Аделаиде сразу из аэропорта и поживем там пару месяцев. Да, это важно. Нет, по-другому никак. Конечно, ты справишься, я если что на связи.

Базз Би собирал вещи и мысленно сочинял сообщение арендодателю.

— Какие котята? Господи, конечно можно, только вызови им ветеринара, счет потом скинешь мне.

Что если так: «Уважаемый господин Исида, я вынужден выехать раньше срока. Видите ли, мой парень оказался фейри и приворожил меня с помощью майки, которую я ему подарил, после того как пролил на него кофе. Но один хороший человек помог мне уничтожить заклинание, и сейчас я хочу поискать себе другое жилье — где-нибудь на другом конце света. Ах, да, мы уезжаем в срочном порядке и не успеваем прибраться, но я вызвал клининговую службу. Отдайте Исиде мои постеры со Звездными войнами — они ему нравятся. Всех благ».

Базз Би рванул молнию на рюкзаке. Несмотря на все обстоятельства, он чувствовал себя ублюдком вроде Хьюберта. Предателем. Иудой.

— Базз, такси приехало, а мне еще надо заехать в гостиницу за Уксусом. Базз!

Базз Би в последний раз обвел взглядом комнату, вздрогнул, когда его взгляд наткнулся на беговую дорожку, сунул в карман медаль и побрел в гостиную.

— Знаешь, я тут подумал…

— Базз Би, — ласково сказала Трис, — я тебя очень люблю, но если ты сейчас заведешь ту же волынку, что и в поезде, я стукну тебя бабушкиной вазой. Я обещала ее разбить — и я ее разобью. Об твою дурную башку.

Базз Би сел на диван. В горле царапало.

— Он спас мне жизнь. Я подумал, что он заслуживает хотя бы…разговора.

Трис посмотрела на него с жалостью и понимаем, и это было так паршиво, что Базз Би предпочел бы вазу.

— Не спас, а испортил. Ты мог бы быть счастлив с Ренджи.

— Ты права, — не стал спорить Базз Би, — ты умная, а я — дурак.

Новый телефон Трис завибрировал, она не глядя сбросила звонок.

— В любом случае, если ты останешься, я останусь тоже. Мы одна…

Она вдруг побледнела и уставилась куда-то на стену за спиной Базз Би. Он повернулся и тоже почувствовал, как от лица отливает вся кровь.

На семейном портрете, который подарила бабушка Аделаида и который Базз Би на полном серьезе планировал подарить своему фан-клубу, больше не было ни Трис, ни Уксуса. На прежнем месте остались херувимы и сам Базз Би.

Медленно, словно все мышцы вдруг стали деревянными, он обернулся назад, хотя прекрасно знал, что увидит.

Комната была пуста. Базз Би протянул рукой, словно рассчитывал, что его сестра вдруг стала невидимкой, но пальцы загребли воздух.

— Нет, — сказали у входной двери, — не останешься, сучка любопытная.

Юго аккуратно снял пальто, повесил его поверх куртки Базз Би и сел в свое любимое кресло.

— Привет, милый, я дома, — он все еще выглядел слегка уставшим, под глазами залегли черные тени, но голос звучал бодро, — я не сержусь, что ты даже не навестил меня в больнице, Северная Ирландия — не ближний свет. Но зачем же ты сжег футболку? Она мне так нравилась.

Базз Би рванулся вперед, никогда в жизни он не испытывал такой жажды крови. Даже тогда в раздевалке, когда ломал шкафчик. Даже когда изо всех сил старался держать лицо перед Хьюбертом.

— О нет, — Юго оттолкнул его ладонью, игриво, как школьница зашедшего слишком далеко приятеля, но Базз Би полетел через всю комнату, рухнув у стены. Он успел только максимально наклонить голову вперед, чтобы защитить затылок, а потом тело снова отключилось.

Юго привычном жестом вытащил сигареты и задумчиво повертел в руках пачку.

— Знаешь, — сказал он, обращаясь больше к портрету, чем к Базз Би, — это не просто — бросить курить, а для курильщика со стажем еще и опасно. Но я готов был попробовать ради тебя. А знаешь, что еще непросто? Стереть человека, особенно если нужно действовать быстро. Я не просто засыпаю, я как будто покрываюсь льдом — ни глаз, ни ушей, ни рта. Но я это сделал ради тебя, — он подошел, опустился на колени рядом с Базз Би, взял за волосы и потянул, — отец прав, люди — неблагодарные ублюдки.

Базз Би ощущал его обиду и злобу, — обиду и злобу существа, которого выкинули в человеческую жизнь и не объяснили толком, как эту жизнь жить.

— Вот и живи с отцом, — прохрипел он, — где-нибудь подальше от нас.

Он чувствовал: никаких «нас» больше не было. Он уже не помнил, что подарил Трис на день рождения, как звали ее собаку и какую песню она всегда выбирала в караоке. Воспоминания испарялись, как вода с горячего асфальта, перекраивая его сознание, как эльфийская магия перекраивала реальность.

— Это нет, — Юго задумчиво погладил его по щеке, как маленького ребенка, — даже если мне придется стереть каждого, кто встанет между нами. Каждого, кто тебе улыбнется… — он подался еще ближе, скользнув зубами по шее, прикусив кожу у ключиц. — Мы с тобой будем жить долго и счастливо.


Эпилог

Новая квартира была хороша.
Всем, кроме беговой дорожки.
Вернее, отсутствия беговой дорожки.

А ведь Базз Би уже все практически устроил: нашел в интернете подходящую модель, расчистил под нее место на лоджии и уже почти договорился о доставке, как в последний момент между ним и здоровым образом жизни встала квартирная хозяйка.

Базз Би провел самые бесполезные полчаса в своей жизни за попытками убедить госпожу Исиду, что дорожка не поцарапает ее драгоценный паркет, не оставит без электричества весь дом и район и «грохотать, лишая соседей законного отдыха после рабочего дня, тоже не будет». Он зачитывал ей отзывы из интернета и даже зачем-то показывал свои награды — вот мол, я спортсмен, у меня режим.

Госпожа Исида качала головой и растягивала в улыбке тонкие губы.

— Меня мало интересует, что пишут в сети. В двух кварталах отсюда есть прекрасный парк. Тренировки на воздухе гораздо полезнее для здоровья.

— В моем доме будешь жить по моим правилам, богатенький говнюк, — услышал Базз Би и сдался. Хотя мог бы помахать договором, где ничего не говорилось про беговую дорожку, или напомнить, что до парка полчаса быстрым шагом, а ему уже в семь нужно сидеть на первой лекции.

На хрен.

Будет ложиться и вставать на час раньше, от этого еще ни один студент не умер, и он не умрет.

Придирчивый Базз Би искал жилье почти месяц, отмел больше двадцати предложений и наверняка угодил в черный список ко всем местным риэлторам, но нашел-таки вариант, который — за вычетом несимпатичной госпожи Исиды — устроил его полностью. Квартира была светлой и просторной, с высокими потолками и свежим ремонтом, адекватными соседями, а самое главное — прямо за стенами этого дома город заканчивался и начинался лес. Последнее привело Базз Би в такой восторг, что он моментом согласился на неоправданно высокую арендную плату.

В «Ванденрейхе» ценили своего звездного амбассадора и на гонорарах не экономили.

— И кстати, — продолжила госпожа Исида, — должна сразу предупредить, что если вы планируете жить с другом, то это стоит других денег.

— Эй, я с ним не планирую. Он везде разбрасывает свои носки и поет в душе! , — появившийся в дверях Хьюберт выразительно изобразил, как ее тошнит в напольную вазу.

Госпожа Исида выразительно посмотрела на него, холодно пожелала «Хорошего проживания» и ушла.

Базз Би застыл посреди гостиной, зачем-то уставившись на вазу. Ваза была подарком на новоселье от их бабушки, который Базз Би принял со всей почтительностью, потому что куда в большом городе без вазы. И еще она кого-то напоминала.

— Ты чего — сломался? — Хьюберт аккуратно поставил вазу в угол.

— Нет, — Базз Би встрепенулся. — У меня, знаешь… такое ощущение, что тут кто-то другой.

— Ага, грузчик, — Хьюберт мрачно растер поясницу, — просто кто-то предпочитает эксплуатировать своих друзей.

По квартире прокатился дверной звонок.

— Не буянь, — мирно улыбнулся Базз Би, — вон, пиццу принесли.

Принесли не пиццу. Принесли плотный белый конверт без каких-либо опознавательных знаков. Курьер — хмурая девушка в огромных наушниках — сунула его в руки Базз Би и исчезла быстрее, чем он спросил, где расписаться.

— О, а вот и первый счет за электричество, — Базз Би на всякий случай прощупал конверт — внутри ощущался какой-то маленький плотный предмет с неровными краями — и разорвал его пополам.

Предметом оказалась подвеска (золотая? медная?): заключенный в кольцо прямоугольник, покрытый сетью изломанных линий. Базз Би на секунду показалось, что он держит в руках кусок паутины, сплетенной самым пьяным на свете пауком.

К украшению прилагалась карточка со смутно знакомым логотипом с одной стороны и небольшим текстом с закосом под кельтские руны с другой.

— Амулет «Сплетенные любовники», — трагическим голосом прочитал Базз Би и закатил глаза к потолку. Хьюберт захохотал как гиена, — для нашедшей друг друга пары. Способствует улаживанию конфликтов, «размывая» их во многих направлениях. Хорошо носить на себе или разместить дома в углу любви Кунь. Какой пиздец, а?

Поклонники и раньше присылали странное: подушка в форме собственной головы до сих пор снилась Базз Би в кошмарных снах, три ахатины доживали свой век у Цан Ду, а шляпа-зонт радовала ребенка предыдущих соседей. Мир полон ебанутых людей.

— Дай сюда, — Хьюберт выхватил у него упаковку с амулетом, — догоню, что ли, эту дуру, а то у нее неприятности будут.

Эпилог.

Два года спустя.

— Скажи, Базз Би, ты с детства мечтал выиграть Олимпийские игры?

— Нет, в детстве я мечтал стать рыцарем, но к тому времени, как я вырос, они немножко кончились, поэтому пришлось стать спортсменом.

Симпатичная блондинка широко улыбнулась и поправила приколотый к блузке желтый бейдж с надписью «Пресса». Базз Би улыбнулся в ответ также широко и искренне. Он не сомневался, что забудет ее имя раньше, чем она выйдет в эту дверь, но сейчас ему хотелось ее обнять. Да что — ему хотелось обнять весь мир.

Хотя тут лукавил: ему по-прежнему хотелось одного-единственного человека. И именно этим он займется, когда кончится интервью.

— Твои родные сейчас здесь?

— Нет, они смотрят трансляцию. Мама из Германии, отец и сестра из Калифорнии.

— Если бы они были сейчас здесь, что бы ты им сказал?

Базз Би задумался. Ему не сильно понравилось, куда сворачивал разговор, но он сам подписался на это интервью.

— Родителям: мам, пап, смотрите, я выиграл Олимпийские Игры. Трис — я скучаю, сестра.

Он действительно скучал, а еще до сих пор винил себя. Если бы он не полез тогда на стройку. Если бы Трис не пошла за ним и не сломала ногу, свалившись в сумерках в котлован. Если бы родители после этого не развелись, и отец не увез Трис.

Желтый Бейдж кивнула.

— Трансляция — это отлично, а кто-нибудь приехал болеть вживую?

Про это говорить было проще. И намного приятней.

— Конечно. Ребята из моего фан-клуба, те, кто смог достать билеты, и Юго. Моя лучшая половина.

— Расскажешь немножко про половинку? — сладким голосом предложила Желтый Бейдж. Базз Би ее понимал: за интервью о личной жизни новоявленного олимпийского чемпиона редактор будет целовать ей ноги.

— Много не расскажу, — сразу предупредил он. Личное есть личное. — Мы познакомились в приюте для животных. Я пришел туда выбирать собаку, и он пришел выбирать собаку. И представляешь, нацелились на одну и ту же псину. Я уступил и в итоге получил обоих. Через месяц будет второй год, как мы вместе.

Базз Би крутанулся в кресле и демонстративно замолчал. Желтый Бейдж попыталась скрыть разочарование.

— Как зовут вашу собаку?

— Уксус. Юго говорит, что это в честь одной его знакомой.

Наверное, с этим связана какая-то интересная история.

— Наверное, — не стал спорить Базз Би, — только он мне ее не рассказывает. А вот ты сама у него спроси.

— Не стоит, — появившийся в комнате Юго скользнул к столу и поставил перед Базз Би стакан с кофе, — это твое интервью, а не мое. И кстати, там за дверью еще два журналиста.

— Тогда не буду задерживать, — Желтый Бейдж поспешно вскочила и с детской робостью спросила, — слушай, а можно селфи?

— Конечно, — Базз Би приобнял ее за талию, и она, окончательно осмелев, встала на носочки и обхватила его за шею.

— Давайте лучше я вас сниму? — предложил Юго, — на свой, у меня хорошая камера, только напишите потом куда скинуть.

— Большое спасибо! — Желтый Бейдж прямо засветилась от счастья, и Базз Би, всего на секунду, стало неловко.

— Не стоит, — улыбнулся Юго и навел на них камеру, — удачи вам со статьей.

цитировать