Азиатские текстовые и видеоканоны 3-15К;количество слов: 3083
автор: mariveda
бета: opheliozz

Плохая энца

примечания: Возможен ООС, местами стёб, местами нецензурная лексика, вансяни валенки как всегда, много болтовни — мало pwp. Этот автор любит, когда вансяни стебут друг друга. И верит в чувство юмора ЛЧ.
предупреждения: Нецензурная лексика, частичный ООС
саммари: Вэй Ин прислал Лань Чжаню, своему литературному агенту, ужасно написанную постельную сцену, чтобы посмотреть на его реакцию.
Жизнь — один большой сценарий
Сочиненный нами.
Не записываем в книгу,
Так запоминаем

Сергей Бабкин


— Постельную сцену нужно вырезать, — заявил Лань Чжань.

Вэй Ин улыбнулся:

— Ну почему? По-моему, она хороша.

— Потому что это убожество, — ответил Лань Чжань, взял со стола огромную чашку кофе и сделал глоток.

Они сидели в скудно обставленном кабинете — письменный стол, несколько стульев, книжный шкаф, пара вазонов. Скучно, серо и никакой фантазии — вот что об этом думал Вэй Ин. Впрочем, как же это похоже на Лань Чжаня. Хорошо хоть в деловом костюме он почему-то не ходит — носит джинсы и светлый пуловер, который ужасно ему идет. А то совсем скукота была бы.

— Чем тебе не угодила эта постельная сцена? — немного помолчав, спросил Вэй Ин.

— Всем, — сухо ответил Лань Чжань, но, заметив преувеличенно недовольный взгляд, продолжил. В конце концов, они были знакомы слишком давно, чтобы Лань Чжань понимал — объяснений не избежать. — Вэй Ин, она неуместна.

— Ну почему?

Лань Чжань поправил очки, норовящие сползти с носа, и произнес:

— Это не в характере персонажей, — как-то странно посмотрел на Вэй Ина и продолжил, — твой главный герой, злодей Старейшина Илина, просто соблазняет Ханьгуан-цзюня. Это никуда не годится.

Вэй Ин хотел было засмеяться, так серьезно Лань Чжань разбирал его писанину, но сдержался. В конце концов, именно для этого он настрочил несколько листов штампованного бреда. Прочитал множество перлов из порно-фанфиков, посмеялся, вдохновился и… Лань Чжаню ведь не обязательно об этом знать. Такой серьезный! Догадается или нет? Но если догадается, испортит все веселье!

Идея была рискованной, потому что они знали друг друга слишком хорошо — с университета, где Вэй Ин учился на литературном творчестве, а Лань Чжань — на издательском деле и редактуре. С годами подкалывать холодного и равнодушного Лань Чжаня (как же забавно он каждый раз дергается!) становилось все сложнее. А теперь, когда эта ледышка — личный литературный агент Вэй Ина… каждая шутка должна быть оригинальнее предыдущей.

Собственно, зачем Вэй Ин вообще прислал сегодня эту поганую порнуху Лань Чжаню? (Гэгэ, высылаю тебе новую главу! Надеюсь, тебе понравится ♥️) Лань Чжань написал через полчаса: «Приезжай, обсудим».

Вэй Ин ждал, что тот с умным видом начнет разбирать каждое слово и объяснять, как делать не надо. Попутно приводя примеры из мировой литературы, как правильно. Или свои собственные — с него станется.

И если уж совсем начистоту, все это не ради посмеяться, хотя... и это тоже. Вэй Ин не был бы Вэй Ином, если бы не подкалывал своих друзей всегда и везде. И чем ближе друг…

Вэй Ин даже не понял, кажется, когда влюбился. И сейчас ему хотелось услышать, как благородный Лань Чжань произносит вещи ему несвойственные. Те, которые он не сказал бы в другой ситуации. В конце концов, читая древнекитайское гей-порно, он должен был как-то реагировать. Вот только все шло не по плану, потому что Лань Чжань, не обращая внимания на смехотворно ужасный текст, критиковал мотивацию персонажей. Серьезно? Не для этого я писал дерьмовую энцу! Мы ж так до самого главного даже не дойдем!

Вэй Ин вздохнул:

— Хорошо, почему Старейшина Илина не может соблазнить Ханьгуан-цзюня, если они любят друг друга?

Вопрос был риторическим. Вэй Ин слишком хорошо знал ответ, который Лань Чжань тут же озвучил:

— Не было признания. Ханьгуан-цзюнь — не тот человек, который даст себя соблазнить, если не будет уверен в чувствах Старейшины.

«Это тупой прокол, Вэй Ин! — пронеслось в голове. — Из-за этой фигни вы никак не дойдете до самой порнухи».

На самом деле, в изначальной задумке Вэй Ина темный властелин Старейшина Илина был влюблен в Ханьгуан-цзюня, а Ханьгуан-цзюнь (благороднейший из светлых заклинателей, холодный и неприступный, как Лань Чжань) чувств никаких не испытывал. Он был за добро и справедливость. И всё.

Лань Чжаню тогда эта идея не понравилась — он предложил, чтобы Ханьгуан-цзюнь также был влюблен в Старейшину без надежды на взаимность. И каждый даже не пытался признаться, потому что они находились по разные стороны баррикад, пусть и друзья. Это бы добавило истории остроты.

Позже выяснилось, что Ханьгуан-цзюнь этот и Старейшина — друзья со школьной скамьи, потом появилось еще много милых подробностей, таких, что не понял бы только тупой, но… Лань Чжань оставался так же холоден, как и прежде. А значит, остроумное признание в любви в духе Вэй Ина провалилось. Конечно же, Лань Чжань все понял, но он не испытывает ответных чувств. Или…

— А что ты скажешь по поводу самого порно? — в предвкушении спросил Вэй Ин. Оно настолько ужасно, что Лань Чжань просто не сможет отмолчаться!

— Убожество, — вынес свой вердикт Лань Чжань.

Вэй Ин скорчил обиженную рожу:

— Между прочим, это моя первая энца, не считая фанфиков!

— В фанфиках было лучше, — невозмутимо ответил Лань Чжань.

Вэй Ин не поверил своим ушам:

— А… ты читал?

— Мгм, — кивнул Лань Чжань и внимательно посмотрел на Вэй Ина.

Пиздец я попал! Если он читал мою энцу, то поймет, что я тупо над ним стебусь. И все же решил ломать комедию до конца:

— Гэгэ, давай разберем, что именно тебе не нравится! — усмехнулся Вэй Ин и замер в ожидании.

Лань Чжань серьезно кивнул, сделал еще один глоток кофе и уставился в текст.

«Кофе по вечерам — совсем не похоже на Лань Чжаня, — завертелось в голове. — Да и задержался он тут со мной. Рабочий день ведь уже окончен. Лучше бы выпить пошли, как вчера. Хотя… может, и не надо. Что вчера было, не помню, Цзян Чэн злой как черт, Лань Чжань молчит и пьет кофе. Он вообще спал хоть?»

— Например, это, — наконец заговорил Лань Чжань. — Ты считаешь, что табуны мурашек, бегающих по коже туда-сюда — это хорошо?

Вэй Ин закусил губу, чтобы не расхохотаться:

— А что? — невинно захлопал глазами.

— Это значит, что у твоего Старейшины вши.

— Вот умора, гэгэ! — Вэй Ин не сдержался и все-таки захохотал. — Никогда бы не подумал, что ты такой шутник.

— Я серьезно, — вздохнул Лань Чжань. — Это отвратительно.

Вэй Ин внимательно посмотрел на своего агента и по совместительству любовь всей жизни и вздохнул — вид у Лань Чжаня был еще тот. Темные круги под глазами (явно от недосыпа), волосы в беспорядке (ай-яй-яй, Лань Чжань!), уставшее, но почему-то очень счастливое выражение лица. Вэй Ин уже хорошо знал, что этот вот оттенок покерфейса выражает счастье.

Когда он научился различать эмоции Лань Чжаня? Кажется, на последнем курсе, когда они начали проводить слишком много времени вместе. Настолько слишком, что Вэй Ин не знал потом, куда себя деть и как успокоиться, потому что Лань Чжань всегда был рядом. От этого бросало то в жар, то в холод, и в то время Вэй Ин написал огромное количество слэшных фанфиков, представляя, что… и прикрываясь девчачьим псевдонимом, под которым и выпускал теперь BL-новеллы.

В тот период знание, что чувствует Лань Чжань, пришло само. И хотя Вэй Ин различал не все эмоции, сейчас мог с уверенностью сказать — это счастье.

— Ладно, продолжим, — заявил Вэй Ин и придвинулся ближе к столу, где сидел Лань Чжань. — Что еще?

Лань Чжань мельком взглянул на текст:

— Твой язык слишком… неоднородный. Ты используешь современные определения и древние эвфемизмы одновременно. И я удивлен, что мне нужно объяснять тебе такие вещи.

Вэй Ин засмеялся:

— Только не говори, Лань Чжань, что, если мы пишем про древний Китай, нам нужно изъясняться одними только эвфемизмами? Так будет красиво, конечно, но читатель ведь ничего не поймет.

— Твой язык неоднороден, сравнения смехотворны, некоторые вещи ты будто вытащил из самых неудачных фанфиков. Вэй Ин, ты хочешь, чтобы над этим смеялись?

— Нет, чтобы дрочили, — улыбнулся Вэй Ин и поставил локти на стол. Положил голову на руки и внимательно посмотрел на Лань Чжаня.

— Это невозможно, — сухо ответил тот.

— А ты пробовал?

Лань Чжань отвел взгляд.

Совсем чувства юмора нет! И чего он такой довольный?

— И все же основная проблема в том, что эта сцена в принципе невозможна, так как не было признания, — произнес Лань Чжань.

Да что он заладил: признание и признание, будто это так просто! Может, я просто хочу, чтобы они потрахались! Ну, и чтобы мы потрахались! А признаваться я, хоть убей, не готов.

— То есть, — уточнил Вэй Ин, — если признание будет, ее можно оставить?

Лань Чжань покачал головой:

— Переписать.

Вэй Ин вздохнул. Это становится скучно. Он не разбирает подробно текст, будто я слишком умный, чтобы останавливаться на каждой мелочи. Это не то, чего я ждал. Но это Лань Чжань. На что я вообще надеялся?

— Гэгэ, — наконец произнес Вэй Ин. — И ты абсолютно уверен, что Старейшина Илина не смог бы соблазнить Ханьгуан-цзюня?

— Мгм.

— Ты думаешь, он недостаточно хорош? — хитро улыбнулся Вэй Ин.

Лань Чжань сделал еще один глоток кофе и произнес:

— Я думаю, что он очень хорош, и Ханьгуан-цзюнь тоже так думает, но я уже объяснял, почему.

— А ты не думаешь, что это скучно? — заныл Вэй Ин. — Все это так стандартно. Разговоры о бесконечной любви, щенячьи глазки и другое ми-ми-ми? Почему они просто не могут потрахаться?

Лань Чжань снова поправил очки и посмотрел на Вэй Ина, как на неразумное дитя:

— Неважно, скучно это или нет. Это просто не в характере персонажей. Если ты хочешь все испортить, то, конечно, можешь написать, как они просто… потрахались.

Он сказал это! Как он вообще читает тексты, если такой скромник? Хотя… читал же мои фанфики, а там… всякое. Зачем читал? Чтобы лучше понять, как я пишу, и отследить прогресс?

— Да, я хочу, чтобы они просто потрахались! — засмеялся Вэй Ин и встал из-за стола. — Это не твои персонажи, так что решать не тебе. И я не уверен, — подошел поближе, потрепав Лань Чжаня по волосам, — что это не в характере персонажей. Я автор, и мне лучше знать.

Лань Чжань отвел взгляд.

Не любит, когда к нему прикасаются, но ничего не сказал? А что, если…

— Смотри, — улыбнулся Вэй Ин. — А если так? Старейшина Илина посмотрел в холодные ничего не выражающие глаза Ханьгуан-цзюня и увидел в них новую доселе незнакомую эмоцию, — он наклонился и посмотрел Лань Чжаню в глаза.

— Звучит не очень. Твой слог обычно лучше, — прокомментировал тот.

Вэй Ин улыбнулся и продолжил вещать:

Он засмотрелся на его прекрасное лицо, на мягкие чувственные губы, которые так и просили о поцелуе, и, не удержавшись, впился в них, — на мгновение Вэй Ин задумался, затем улыбнулся и поцеловал. Лань Чжань почему-то не отстранился, но и не ответил.

«Ах, благородный Ханьгуан-цзюнь всегда холоден, как воды ледяного источника!» — в отчаянии произнес Старейшина Илина. Сел заклинателю на колени и поцеловал снова, — Вэй Ин в точности повторил действия Старейшины, но Лань Чжань никак не отреагировал.

— Мм… гэгэ, как думаешь, Ханьгуан-цзюнь думает, что Старейшина смеется над ним? — заерзал Вэй Ин на коленях.

— Мгм, — ответил Лань Чжань. — Без признания у них ничего не получится.

Вэй Ин вздохнул:

— Но если Старейшина не может признаться, а я хочу, чтобы они потрахались?

— Слезь с меня.

— Нет-нет, подожди, — улыбнулся Вэй Ин. — Мы еще не закончили эксперимент. Чтобы лучше понять характер персонажей, мне нужен ты. Так уж получилось, Лань Чжань, что ты слишком похож на этого… Ханьгуан-цзюня.

Лань Чжань вздохнул и отвернулся.

Благородный Ханьгуан-цзюнь не смог совладать со своими чувствами. Думая, что Старейшина Илина издевается над ним, он отвернулся, чтобы не выдать себя. Не имея сил оттолкнуть Старейшину, он не решался ответить взаимностью на знаки внимания, думая, что это лишь игра. Так вроде неплохо? Лань Чжань? — спросил Вэй Ин.

Лань Чжань будто нехотя повернулся:

— Это похоже на правду, но давай без мурашек дальше.

Вэй Ин воодушевленно кивнул:

Тогда Старейшина, возбуждение которого достигло предела — настолько был красив прославленный заклинатель... — он закусил губу и немного помолчал, — дальше с языком будут проблемы, Лань Чжань. Давай сейчас по смыслу, а я потом отредактирую.

— Вместе отредактируем, — ответил тот и внимательно посмотрел на Вэй Ина. — Что было дальше?

Вэй Ин просиял:

— О, так тебе интересно!

Он поцеловал Лань Чжаня в шею, схватил за волосы, которые тот не так давно начал отращивать, притянул к себе и как-то слишком робко чмокнул в губы. Отстранился и спросил:

— Как бы ты описал это?

— Не в характере Старейшины, — прокомментировал Лань Чжань, снял очки и положил их в ящик стола. — Почему он остановился?

— Потому что его любимый никак не реагирует, — вздохнул Вэй Ин. — Старейшина не будет его насиловать. Домогаться — да, насиловать — нет. Понимаешь?

— Мгм, — слишком серьезно ответил Лань Чжань, крепко обнял Вэй Ина и поцеловал.

Вэй Ин потерялся в ощущениях. Ему хотелось отстраниться и спросить Лань Чжаня, что на него нашло и шутка ли это, а еще хотелось, чтобы Лань Чжань не останавливался, потому что… серьезно, что ли?

Немного прикусив нижнюю губу, Лань Чжань сам отстранился и прокомментировал:

— Где-то с этого момента Ханьгуан-цзюнь уже не может сдерживаться.

— И он возбужден? — спросил Вэй Ин, отметив сбившееся дыхание Лань Чжаня и странный блеск в глазах.

— Очень.

Вэй Ин опустил глаза, чтобы проверить. Провести рукой отчего-то было неловко — возбужден, значит?

— Заклинателям удобнее, гэгэ! Они носят свободные одежды, — прошептал Вэй Ин, все еще глядя вниз на ширинку Лань Чжаня. Охренеть.

— Старейшина сидел у Ханьгуан-цзюня на коленях и не заметил? — зло отозвался Лань Чжань.

— Он, — сглотнул Вэй Ин, — был слишком занят своими переживаниями, чтобы заметить… — расстегнул молнию на джинсах Лань Чжаня и слегка погладил. — Давай опустим подробности, как они освобождались от всех своих одежд?

— Поэтому я и говорил о признании, но теперь, — выдохнул Лань Чжань, — слишком поздно.

— Почему? — улыбнулся Вэй Ин.

— Потому что они оба больше не могут сдерживаться, — ответил Лань Чжань, стягивая с Вэй Ина гольф.

Вэй Ин вздрогнул, ощутив укус в плечо. Усмехнулся, слезая с колен Лань Чжаня и раздеваясь полностью:

— Ханьгуан-цзюню это нравится?

— Мгм.

— Он потерял дар речи?

— Мгм.

— Он не верит своему счастью?

— Мгм.

— Он… Лань Чжань, что ты делаешь?

Лань Чжань успел освободиться от штанов с трусами, оставив только пуловер (пусть бы снял и его, жалко, что ли!), подхватил Вэй Ина и усадил на стол. Вэй Ин смел со стола свою рукопись, ручку, которой Лань Чжань делал пометки, и рассмеялся:

— Думаешь, Ханьгуан-цзюнь будет сверху?

Лань Чжань на секунду задумался:

— Во всяком случае, в первый раз. А еще он бы с удовольствием сделал так, чтобы Вэй Ин заткнулся.

Вэй Ин спрыгнул со стола, опускаясь на колени:

— Оговорка, Лань Чжань. Не Вэй Ин, а Старейшина! И заткнуть его не так-то просто! — он взял в руку член и легонько лизнул головку языком. Посмотрел на Лань Чжаня и насмешливо улыбнулся, — это Ханьгуан-цзюню тоже нравится?

— Еще, — прошептал Лань Чжань.

— Значит, нравится, — прокомментировал Вэй Ин и лизнул снова. Провел языком по всей длине и остановился. Ощутил, как его схватили за хвост, грубо насаживая на член.

Кто же знал, что ты такой нетерпеливый?! Был бы Старейшиной, понял бы все раньше этого дурака.

Лань Чжань двигался быстро, заставляя задыхаться и ощущать все нарастающее возбуждение. Спустя какое-то время он остановился и снова усадил Вэй Ина на стол. Вэй Ин улыбнулся, стащил с Лань Чжаня пуловер и замер любуясь:

— Красивый. Ты сделаешь со мной то же самое? — спросил он, разлегшись на столешнице. Кружка из-под кофе упала на пол.

— Не стоит повторяться, — сухо ответил Лань Чжань и нетерпеливо поцеловал. — Читателю будет скучно.

Вэй Ин закатил глаза. Игра, которую он сам же и затеял, теперь раздражала. Читатель, Старейшина, Ханьгуан-цзюнь, поганая энца — сейчас все это казалось какой-то абсолютной херней, потому что он будто не с Лань Чжанем сейчас трахался, а действительно разбирал весь этот гребаный эпизод. Какого хрена?

Вэй Ин хотел было схватить собственный член, чтобы (чтобы что, Вэй Ин?), однако Лань Чжань перехватил руку, поднес к губам и поцеловал, затем облизал один из пальцев, внимательно глядя на Вэй Ина.

— Лань Чжань, — прошептал тот.

— Мм?

— Это ведь ты?

— Я.

— Тогда ладно, — улыбнулся Вэй Ин. — Делай что хочешь.

Лань Чжань облизал указательный палец и, широко разведя ноги Вэй Ина, медленно вошел.

Вэй Ин застонал. С живым человеком не так, как самому. Ярче, острее. А ведь Лань Чжань думает, что я «закален в боях». Сам же ему когда-то такую глупость сказал!

— Гэгэ… смазка.

— Древний Китай, — напомнил Лань Чжань.

— К черту древний Китай! В кармане смазка! Тебя я хочу, а не несуществующего Ханьгуан-цзюня. Тебя я… просто возьми меня!

Лань Чжань кивнул, вытащил палец и отправился под стол искать штаны Вэй Ина. «Он улыбнулся, или показалось? — пронеслось в голове. — И в карман ко мне без зазрения совести полезет? Лань Чжань, Лань Чжань! Надо бы его подразнить потом».

Меж тем, Лань Чжань нашел маленький тюбик смазки, выдавил часть на пальцы и вошел ими снова, уже не так медленно, как в первый раз. Вэй Ин закусил губу и хотел было дотронуться до своего члена, но его руку грубо оттолкнули. Снова. Лань Чжань провел рукой по внутренней поверхности бедра — почти щекотно, и оттого ожидание стало совсем невыносимым.

— Лань Чжань, у нас полно времени?

— Сколько угодно.

— А… события могли бы развиваться немного быстрее?

— Мгм, — ответил Лань Чжань и ввел еще один палец. Немного подождал и начал не спеша двигаться внутри.

Вэй Ин застонал:

— А еще один?

Лань Чжань послушно выполнил просьбу, затем наклонился пониже и лизнул головку члена, насмешливо (так ведь?) глядя на Вэй Ина.

— Дразнишься? — не выдержал тот.

— Это ощущается именно так.

Вэй Ин застонал, когда Лань Чжань, решив, что достаточно растянул его, резко вытащил пальцы и толкнулся сам. Как получилось, что эта нелепая шутка с херовой энцой привела к такому результату? Вот его, Вэй Ина, разложил на столе Лань Чжань, его Лань Чжань. И трахает, теперь уже не сдерживаясь, будто всегда об этом мечтал.

— Гэгэ, не останавливайся! Мне так хорошо, что я сейчас умру, — закричал Вэй Ин. Где именно он проебался — решил обмозговать потом. В конце концов, все эти «да кто же знал?» и «кто по его-то лицу мог понять, что…» сейчас совершенно бесполезны. Слишком хорошо, чтобы думать вообще. Слишком невозможно.

— Лань Чжань, поцелуй меня, — попросил Вэй Ин. Тот наклонился, входя все глубже, и порывисто поцеловал, прикусив нижнюю губу.

— Еще, — улыбнулся Вэй Ин и застонал, ощущая, что уже на пределе. Лань Чжань взял в руку его член, помогая кончить, и немного позже кончил сам. Снова поцеловал — на этот раз нежно и не спеша — и отстранился. Начал рыться в ящике стола.

— Салфетки, — протянул пачку Вэй Ину. Тот блаженно улыбнулся и прошептал:

— Вытрешь меня?

— Мгм.

* * *


— Ах, Лань Чжань, — уже одетый, Вэй Ин сидел за столом и улыбался. Он держал в руках рукопись с пятнами от кофе и тепло смотрел на Лань Чжаня. — Ты знаешь, мне этого мало. Я хочу тебя и завтра, и послезавтра, и…

— Каждый день.

— Подожди-ка… — Вэй Ин бросился пересматривать рукопись. — Я еще не писал им признание. Откуда ты это взял?

Лань Чжань немного помолчал и, насмешливо хмыкнув (как показалось Вэй Ину), произнес:

— Ты удивительный. Люблю тебя. Хочу тебя. Хочу каждый день проводить с тобой. И каждую ночь. Я тоже люблю тебя, Вэй Ин.

— Что?.. — опешил Вэй Ин. — Вернее, как? Лань Чжань, почему тоже?

— Вэй Ин не смог бы соблазнить Лань Чжаня, — произнес тот, поднялся из-за стола, подошел ближе и крепко обнял, — если бы не было признания. Вчера ты сказал мне, что любишь. Цзян Чэн подтвердит.

Вэй Ин растерянно улыбнулся:

— Все-таки плохая энца — ужасный способ подкатить, гэгэ. Что было бы, не скажи я тебе вчера?

— Я бы разозлился.

— Да? — коварно улыбнулся Вэй Ин. — Тогда я буду писать хорошую энцу, которую мы могли бы воплотить. Но лучше скажи это снова.

— Люблю тебя, Вэй Ин.
Shizuru2020.09.11 22:54
О... обожаю))
Elhen2020.10.19 20:19
Очень люблю этот фик <3
цитировать