Азиатские новеллы и дорамы 15К+;количество слов: 22756

Восемнадцать приглашений и пять дней

саммари: История знакомства и первых встреч младшего офицера полицейского участка «Синий дождь» Сюй Боюаня с вольным наемником по прозванию Мрачный лорд и его «счастливой» (и весьма колоритной) командой.
примечания: Части фика были выложены на ФБ как отдельные миди, но представляют собой единую историю. Добавлен маленький эпилог. Фик является частью цикла: https://archiveofourown.org/series/2275604
предупреждения: AU (городское фэнтези). Некоторые мифические существа не соответствуют традиционным представлениям о них.
Часть I: Восемнадцать приглашений

Вторник как-то не задался с самого утра.

Сначала Боюань проспал, попросту не услышав сигнал будильника, что с ним случалось очень редко, — видимо, все-таки не стоило брать аналитику домой на ночь, несмотря на дэдлайн.

Решив, что все равно опаздывает, он позволил себе заглянуть по дороге в участок на небольшой рынок, за паровыми булочками и кофе. Очень мило побеседовал с тетушками-продавщицами и вроде бы взбодрился, но потом, уже когда он уходил, хвост предательски выскочил из-под полы куртки в самый неподходящий момент. Постоянно придавливать его поясом было некомфортно, вот только реакция вышла вполне ожидаемая: те самые милые тетушки возмущенно зашептались Боюаню в спину:

— Выглядел таким приличным молодым человеком… А сам — нечисть!

И, наконец, любимая работа с порога встретила его привычным гомоном, подозрительной лужей возле пустующей стойки регистратуры и целым мешком истекающих зеленоватой слизью паучьих жвал на столе для досмотра улик.

Боюань достал из кармана карандаш, осторожно потыкал им внезапную расчлененку и уточнил, надеясь, что это просто случайный морок:

— Это… что?

— А это нам сегодня очередные герои из народа принесли! — пожал плечами Летящий мазок кистью, отвратительно бодрый для такого неудачного утра, и смачно отхлебнул из стаканчика кофе, который Боюань вообще-то купил для себя. — Лодка с ними сейчас беседует, заполняет протокол, но тебя, наверное, тоже позовут.

От него так и фонило радостью, что это не его сфера и не ему с этим делом разбираться.

Боюань устало вздохнул и потер правый глаз.

«Героями из народа» они называли вольных наемников, которые были своего рода современными охотниками за головами. Полицейские участки нередко объявляли преступников в розыск, и за их отслеживание и поимку простые граждане могли получить награду (обычно чисто символическую, но все же). Правда, самосуд властями по вполне понятным причинам не приветствовался, поэтому для законного осуществления такой деятельности требовалась официальная регистрация в Едином реестре уполномоченных лиц, проще говоря — лицензия.

Боюань еще раз аккуратно поворошил мешок. В нем оказались жвала не только обычных пауков, но и так называемого «паучьего императора», твари редкой и особенно неприятной — это были особо крупные самцы, которые таскали на спине яйца с зародышами и меткими бросками атаковали ими жертв: при ударе паучата вылуплялись и с аппетитом напрыгивали на новых знакомых.

Отбросив в мусорку наполовину изъеденный кислотой карандаш, Боюань вздохнул:

— Больше похоже на добычу браконьера…

— Ну, Паучьи пещеры заповедником точно не считаются! — громко хмыкнул Летящий мазок кистью.

Паучьими пещерами неофициально назывался один из неблагополучных районов Гуанчжоу, где располагалось много закрытых и заброшенных фабрик. Район давно был огорожен колючей проволокой и предупреждающими защитными талисманами, но некоторые категории граждан (например, пьяных студентов и вольных наемников) такие преграды не останавливали, так что срочные вызовы из Паучьих пещер в «Синем дожде» получали довольно часто. По-хорошему, надо было собраться и как следует зачистить все здания, выжечь все гнезда, но у города не хватало средств на столь масштабную операцию — во всяком случае, именно так мэр ответил на предложение капитана Юя.

Как следовало из народного названия, руины облюбовали пауки. Только не те, которые иногда заводятся в темном углу в ванной или где-нибудь в кухонном шкафу у не самой старательной домохозяйки (или одинокого сотрудника полиции, днюющего и ночующего в участке над отчетами), а полноценные потомки королевы Арахны. Ростом они были минимум метра два, косматые, с громко лязгающими жвалами, похожими на слюнявые капканы, и все как на подбор с дурным характером. Да еще и ядовитые, умеющие пронзительно визжать и плеваться паутиной. Город пока спасало только то, что пауки спали двадцать часов в сутки, активничали лишь в теплое время года и питались бродячими животными.

Но Боюаню никогда прежде не доводилось видеть такое количество трофеев за один раз, причем явно свежих. Жвал в мешке было десятка два, не меньше! Сколько же человек понадобилось, чтобы завалить всех этих монстров?

Он хотел задать свой вполне закономерный вопрос вслух, но не успел — Летящий мазок кистью вдруг сменил тему и небрежно сообщил, словно только сейчас вспомнил:

— Ах да, там твой вскормыш опять пришел! Мы его в твоем кабинете заперли, чтобы не шастал и под ногами не путался.

Боюань резко обернулся к нему, не зная, за что хвататься первым делом — за сердце или за голову:

— И не подумали, что у меня там важные документы?!

Хорошо хоть компьютер запаролен! С другой стороны — с Ханьвэня ведь станется взломать, просто со скуки…

Коллега снова пожал плечами и невозмутимо допил кофе:

— Твои документы, твой родственник, твои проблемы.

Иногда Боюань вполне понимал желание Цветочного фонаря хорошенько вмазать Летящему мазку кистью по морде. Возможно, со сломанным носом тот даже станет похож на свои любимые импрессионистские полотна…

Но Боюань правда был приличным молодым человеком, хоть и нечистью, поэтому рукоприкладствовать не стал и просто поспешил в свой кабинет. Где его встретило громкое и радостное:

— О, старший, привет! Родители на работе, а мне скучно стало, так что я к тебе!

Можно было умилиться такой трогательной детской привязчивости, но Боюань прекрасно знал, что за нею крылся расчет и корыстный интерес.

Ханьвэнь, как маленькая ясноглазая саранча, хрустел стратегическими запасами шоколадного печенья из нижнего ящика стола (запертого вчера на ключ) и, кажется, даже не заметил, что его закрыли в кабинете. Ну хоть на том спасибо, еще не хватало потом наставительной лекции от родителей, что к детям надлежит относиться терпеливо и с пониманием. Терпения и понимания у Боюаня хватало, а вот с нервами было сложнее.

Ханьвэнь все не мог решить, кем ему формально приходился Боюань, дядей или братом, поэтому обращался к нему просто «старший». Ну, спасибо хоть не нянькой кликал.

В общем-то, путаница была вполне понятна, кровное родство их не связывало, ведь Ханьвэнь был человеком.

Двоюродная сестра Боюаня, с которой они почти не общались из-за сильной разницы в возрасте (она была старше почти на десять лет) вступила в триаду с человеческой парой, у которой вскоре родился сын. А через два года все трое погибли в автокатастрофе. Родственники не смогли — или не захотели — взять к себе малыша, так что в итоге право опеки над ним отвоевали родители Боюаня, что само по себе было неслыханным прецедентом — обычно человеческих детей «нелюдям» не доверяли. Одно из множества проявлений типичного для крупных городов расизма и дискриминации в современном мире.

Ханьвэнь зашуршал пустой упаковкой из-под печенья, вырывая Боюаня из меланхоличных мыслей, и воодушевленно объявил:

— Остальные сказали, что ты сейчас будешь допрос проводить! А можно мне тоже поучаствовать?!

— Это не допрос, а интервью с добропорядочными гражданами, вызвавшимся помочь полиции, — педантично поправил Боюань, отобрал упаковку и вручил вместо нее пакет сока, припасенного как раз на случай таких внезапных визитов. — И нет, нельзя.

Ханьвэнь подношение принял, хотя заметно поник, наверняка даже не столько от отказа, сколько от известия, что допрашивать будут не опасного преступника, а кого-то скучного и обычного.

— Но мне надо набираться опыта! Я тоже хочу здесь работать!

«Вот уж нет!» — тут же мысленно возопил Боюань, но вслух ответил более сдержанно:

— Не раньше, чем тебе исполнится хотя бы шестнадцать.

Учитывая переменчивость и впечатлительность Ханьвэня — за пару лет он вполне может передумать.

— Нууу… — протянул тот и надул губы.

Но Боюань был непоколебим, как горгулья на соборе под ярким полуденным солнцем:

— Никаких «ну». И вообще, иди домой, тебе уроки делать надо!

Ханьвэнь тут же заухмылялся и с победным видом хлюпнул соком:

— А у меня их нет, у меня каникулы!

Компьютер включался долго и медленно, но никаких признаков взлома не показывал, система загрузилась без проблем и пароль оказался прежним. Подавив вздох облегчения, Боюань сделала строгое лицо:

— Ни за что не поверю, что отец не выдал тебе дополнительный список внеклассного чтения. Мне позвонить уточнить?

— Не надо, а то он туда еще что-нибудь добавит, — буркнул Ханьвэнь, плюхаясь обратно в кресло, потом оживился. — Дай тогда про фей тот справочник! Я там только первую главу прочитать успел, про историю иммиграций...

Нездоровый интерес Ханьвэня к феям дружно не одобряла вся семья, но знания, как известно, сила, поэтому никакую информацию от него не скрывали. Лучше пусть читает проверенные научные труды, а не всякую чушь в интернете. А то еще полезет на какой-нибудь сомнительный сайт знакомств с «самыми настоящими и прекрасными феями Поднебесной»...

Так что книгой пришлось все же пожертвовать, после чего настырного ребенка наконец удалось выпроводить домой, а вскоре в кабинет заглянул Привязанная лодка с усталой улыбкой и лаконичным:

— Твоя очередь. Дело… интересное.

Формально они с Боюанем были сотрудниками аналитического отдела. Но по факту старшие офицеры сваливали на них всю рутину и бытовые расследования, а также интервью с пострадавшими и зачистку мест преступления после того, как сами старшие офицеры (обычно во главе с Хуаном Шаотянем) проведут задержание подозреваемых (обычно шумно, с грозными криками и вспышками заклинательского оружия). Поэтому неудивительно, что это дело тоже попало сразу к ним.

Среди сотрудников полицейских участков давно были в ходу особые прозвища-позывные, прежде всего потому что некоторые виды нечисти умели насылать проклятья по истинному имени жертвы. Многие коллеги даже обращались так друг к другу в быту, иногда это было привычней, чем имена — что уж там говорить, если сам Боюань звал лучшего друга не иначе как Лодкой, а старшего кузена и непосредственного начальника — Весной.

Вольные наемники тоже быстро переняли эту традицию — так и получилось, что Боюаню довелось беседовать с немного полноватым невысоким парнем по прозванию Семь полей, в то время как в коридоре ждали Спящий месяц, Закатные облака и Дрейфующая вода — все как на подбор люди. Они называли себя Гильдией Полной луны и были разнаряжены, словно актеры школьной театральной постановки про супергероев.

Боюань опустился за стол напротив лидера наемников, вежливо поздоровался и попросил:

— Расскажите подробней, как вам удалось вчетвером одолеть такую большую стаю?

— Впятером, — поправил Семь полей, поерзал на стуле и вытер ладони о штанины. — Ну и мы почти ничего не делали, так, только топорами махали по команде… Организовал все старший братец! Без него мы бы и не сунулись так глубоко в Паучьи пещеры! А он сразу придумал тактику, как этих тварюг выманить по одной, как сбить с толку и натравить друг на друга. Я уж думал, мы оттуда целыми не выберемся, столько их поперло! А с ним — справились…

Он то ли нервничал, то ли стеснялся — похоже, раньше ему не доводилось лично проходить такие собеседования. В застоявшемся воздухе комнаты для допросов ощущалось его волнение, кисловатое и густое.

Боюань покивал, надеясь его подбодрить, сделал пару заметок в анкете и уточнил:

— А старший братец — это?

Звучало так, будто его тоже стоит пригласить в участок.

И следующие слова Семи полей эту мысль только подтвердили:

— Мрачный лорд! Друган наш, мы все зовем его вступить к нам в отряд, но он не соглашается, говорит, больше любит сам работать… Это уже третья наша совместная большая охота!

Волнение в его эмоциях сменилось искренней гордостью.

Но Боюань этого почти не отследил и чуть ручку не выронил от неожиданности, потому что прозвучавшее имя ему уже доводилось слышать. Вернее — видеть, в отчетах по нескольким довольно громким делам, связанным с деятельностью вольных наемников.

Поняв, что сидит с раскрытым ртом, совершенно непрофессионально и неприлично, Боюань встряхнулся, кашлянул и попросил, сам вдруг испытав глубинное волнение, такое сильное, что удары сердца гулко отдавались где-то в горле:

— Хорошо, вы можете оставить нам номер телефона вашего товарища? Чтобы мы уточнили кое-какие детали.

Семь полей развел руками:

— А телефона у него нет.

— В смысле? — Боюань моргнул от неожиданности. Даже консервативные адепты священных орденов в нынешнее время не пренебрегали техническими достижениями цивилизации.

— Да говорит, они у него постоянно ломаются или теряются, — Семь полей поправил сползающую налобную повязку и, доверительно наклонившись вперед, зашептал, словно опасался, что их подслушают: — Мы думаем, он из нечисти — ну, сами знаете наверняка, у них вечно нелады с техникой. К нам недавно в Гильдию новенькая девочка вступила, из фей, Погруженная нефрит, так уже, по секрету, целых три компьютера случайно взорвала! Так что, по правде сказать, мы очень рассчитываем на ваше вознаграждение.

Боюань подавил инстинктивную вспышку неприязни при упоминании феи — их он, как и весь его клан, недолюбливал, слишком непримиримы были противоречия между их образами жизни и взглядами на мир, — и придвинул нужный формуляр поближе к собеседнику:

— Заполните здесь ваши реквизиты и отдайте при уходе на стойку регистратуры. Мы не можем обещать вам серьезную сумму, но очень благодарны за вашу помощь и гражданскую сознательность, — он поколебался и все-таки уточнил: — Как же тогда вы выходите с ним на связь?

Семь полей забрал формуляр и поскреб в затылке:

— Да он обычно сам нас находит… Правда, мы чаще в Ханчжоу работаем, сюда специально ради Паучьих пещер приехали, Мрачный лорд как раз нас и позвал. Так что остановились мы все в одном отеле!

Боюань задал еще несколько вопросов для отчета, потом сходил вместе с наемниками официально пересчитал паучьи жвала для точного расчета вознаграждения (их оказалось ровно двадцать два, за «императора» полагался бонус), попрощался и наконец вернулся в свой кабинет.

Где упал в кресло и уставился в стену, на агитационный плакат с Хуаном Шаотянем в парадной форме — в прошлом месяце они пытались так завербовать в участок новых сотрудников. Не очень успешно, но плакат Боюань, тайком и краснея, утащил к себе под бесстрастным взглядом Весны. Кабинет они делили на двоих с Лодкой, но Лодка был хорошим другом и ничего не сказал.

Мрачный лорд! Кто бы мог подумать, что он окажется в Гуанчжоу, да еще при этом его путь пересечется (пусть и косвенно) с «Синим дождем»?

Через несколько минут Лодка, с которым они за столько лет крепкой дружбы научились мыслить в общем направлении, молча принес сразу две толстые папки с распечатками последних громких дел в Ханчжоу. В их аналитическом отделе даже в век компьютерных технологий предпочитали хранить копии всех документов в бумажном виде. У некоторой нечисти действительно не складывались отношения с техникой, не только феи и загадочный Мрачный лорд, кем бы он ни был на самом деле, сталкивались с такой проблемой, так что лучше перестраховаться и продублировать архив. Просматривать такие документы Боюань любил больше, чем файлы на компьютере, они казались более… вещественными.

Конечно, самым громким в подборке была недавняя отставка капитана полицейского участка «Великолепной эры», живой легенды Е Цю, но Боюаня сейчас интересовали другие события.

Например, охота на так называемую Полночную фантомную кошку — это была своего рода местная достопримечательность, очень настырный и древний спектр из пригорода Ханчжоу, который не удавалось изгнать ни одному экзорцисту, пантера упорно возрождалась каждое полнолуние. А теперь, видимо, перестанет.

Или знаменитая контрабандистка по прозванию Белая ведьма, по слухам, бывшая заклинательница, которая занималась изготовлением и продажей редкого магического наркотика «Ледяная пыль» — ее не могли выследить несколько лет, а на прошлой неделе она наконец предстала перед судом.

Или Кровавый стрелок Ягг, гуй, раскапывавший свежие могилы в поисках своей давно покойной возлюбленной…

А количество фигурировавших в отчетах мелких вредительских тварей попросту зашкаливало — такими темпами некоторые из них вполне могут попасть в список исчезающих видов.

И в каждой распечатке среди имен успешных вольных наемников фигурировал Мрачный лорд, хотя сам лично он за наградой никогда не являлся, поручал решение формальных вопросов своим товарищам. Но бюджет «Великолепной эры» за последнюю пару месяцев явно поистончился, а Мрачный лорд меж тем успел совершить пару охотничьих вылазок в Пекин и Шанхай.

И при всем при этом — никто точно не знал, кто он такой и откуда появился!

Как вообще получилось, что такой человек остался вольным наемником, даже без собственного детективного агентства?

— Не. Да ну. Не может такого быть, — пробормотал Лодка, перелистывая страницу, и огласил вслух мысли самого Боюаня: — Чтобы из ниоткуда — и вдруг возник такой эксперт, никому не знакомый? И его до сих пор не завербовал ни один полицейский участок?

Они переглянулись — и Боюань в приступе самоотверженной отваги (и, как потом выяснилось, самоубийственной глупости) решил, что такой уникальный шанс упускать нельзя!

Поэтому в течение дня несколько раз перезванивал администратору отеля, где остановились члены Гильдии Полной луны, и оставил для Мрачного лорда сразу несколько приглашений на собеседование.

* * *

В четверг Ханьвэнь снова заявился к Боюаню на работу, как он выразился, «в гости».

Справочник про фей он дочитал, вернул с загнутыми страницами и пятном от мороженого, так что теперь дулся, что бестиарий заповедника Хуанлун ему выдали в электронном виде. Подарочное издание с фотографиями на мелованной бумаге было жалко — сам Боюань в детстве обращался с книгами гораздо более бережно (возможно, потому что у него не было интернета).

— А у вас что, всегда так скучно? — громко спросил Ханьвэнь, которому, видимо, надоело молчать, и без особого энтузиазма потыкал в планшет. — Как не зайду — ничего интересного не происходит!

Боюань отвлекся от рапорта одного из старших офицеров (за ними всегда стоило перепроверять, правильно ли заполнены все поля, бумажную работу они не любили) и цыкнул:

— Не сглазь! И если тебе скучно — ты всегда можешь пойти домой.

Ханьвэнь насупился и упрямо тряхнул светлой челкой:

— Ну уж нет, я лучше еще тут посижу! — после чего снова погрузился в чтение.

Боюань посмотрел на его юное сосредоточенное лицо и привычно задумался.

Очень немногие виды нечисти были биологически совместимы с людьми — но даже тогда потомство получалось редкое и слабое. Так называемые «полукровки» были невозможны еще и в том смысле, что от подобного союза всегда рождался либо человек, либо нечисть, без каких-либо следов ДНК второго вида.

Ханьвэнь был ребенком именно своих человеческих родителей, в этом сомневаться не приходилось — но при этом папа утверждал, что поведением он ужасно походил на двоюродную сестру Боюаня в том же возрасте.

Да чего уж там — внешне Ханьвэнь тоже казался родным им по крови.

Предки их клана пару веков назад перебрались в Поднебесную из северной Европы, именно от них всем в роду достались светлые глаза, а некоторым, вроде Весны, и светлые волосы.

У самого Боюаня волосы были скорее темно-русые, в маму, а вот мех на хвосте получился серебристый, с белоснежной кисточкой. Хорошо, что у Боюаня с детства была привычка постоянно прятать его под одеждой — не то чтобы он специально маскировался под человека, просто с таким марким окрасом на одном шампуне разоришься.

В дверь кабинета вдруг негромко постучали, Боюань заморгал, отвлекаясь от собственных мыслей, и удивленно поднял взгляд. На пороге воздвигся слегка помятый и сонный с виду Цветочный фонарь, который поскреб в затылке и объявил:

— Мост, к тебе там… пришли. Пришел. Назвался, э, Мрачным лордом. В комнате для допросов ждет.

Боюань вскочил на ноги прежде, чем успел осознать собственное движение, неловко кашлянул и едва не забыл поблагодарить за известие. Непонятное волнение разгоралось внутри жарким шаром.

Ханьвэнь тоже заинтересованно приподнял голову, пожевал нашейный шнурок с оберегом и спросил:

— Сегодня у тебя там опять гражданин? Этот, как его, добропорядочный?

Боюань сглотнул — во рту вдруг почему-то сильно пересохло — и очень понадеялся, что Мрачный лорд окажется именно таковым. Оставил для Ханьвэня кучу наставлений, перепроверил пароль на компьютере и на всякий случай забрал папку с документами, чтобы оставить ее на стойке регистратуры у дежурного.

В комнате для допросов оказалось непривычно тихо, словно там никто не дышал, хотя чужое присутствие ярко ощущалось еще за порогом. Боюань помедлил, глубоко вдохнул, решаясь, и вошел, сразу ища взглядом своего нежданного гостя. И сходу убеждаясь, что представлял его себе как-то не так.

С виду на первый взгляд Мрачный лорд казался вполне себе человеком — но, с другой стороны, это не показатель. Капитана Юя внешне тоже ничего не выдавало, кроме смутно ощутимой ауры, которую не все были способны почувствовать.

Аляповатый старомодный плащ и длинный красный шарф, который гость намотал до самого носа, хотя осень в Гуанчжоу была теплая. Волосы темные, как у большинства людей этой страны, а глаза светло-карие, почти янтарные. И длинный серебристый зонт-трость в руках.

Боюань не был уверен, чего именно ожидал от «старшего братца» Гильдии Полной луны, особенно после всех просмотренных на пару с Лодкой отчетов, по, пожалуй, как минимум зонт из его мысленных представлений выбивался. И еще ему казалось, что такая лихая гроза гигантских пауков должна быть слегка повыше ростом и пошире в плечах.

Поймав внимательный, чуть насмешливый взгляд, Боюань наконец отмер, поздоровался и прошел к столу. Мрачный лорд улыбнулся, положил зонт себе на колени, уперся локтями в стол и, сцепив пальцы, доложил вместо приветствия:

— В отеле мне сказали, что на мое имя было оставлено сразу восемнадцать приглашений посетить полицейский участок «Синего дождя» с целью сотрудничества.

Боюань почувствовал, как предательски краснеют уши и порадовался, что их не видно за волосами. Кажется, он слегка увлекся…

Мрачный лорд, видимо, прочитав что-то по его лицу, благостно прищурился:

— Признаться, я редко встречаю такую настойчивость в свой адрес, поэтому мне стало интересно, так что я решил все же почтить вас своим визитом.

И флер его волшебной загадочности как-то слегка поугас. Боюань подавил легкую вспышку раздражения, сел и произнес:

— Мы искренне благодарны вам за то, что вы пошли нам навстречу и готовы потратить на нас свое время.

Мрачный лорд небрежно помахал ладонью:

— Пустяки, пустяки, не стоит. Но хотел бы уточнить: о каком конкретно сотрудничестве идет речь? Я открыт предложениям и всегда готов оказать помощь доблестным служителям закона! Разумеется, за соответствующую плату.

С этими словами он, словно чтобы подтвердить свои профессиональные полномочия, выложил на стол лицензию. Она была такая потрепанная и пожелтевшая, на бланке старого образца, что ее явно выдали лет десять назад, если не раньше. Боюань даже не был до конца уверен, можно ли считать такой документ действительным.

— Да, конечно, — с некоторой задержкой ответил он. — На северной окраине Гуанчжоу располагается обширный лесной массив, который за особый микроклимат прозвали Морозным лесом. Сам по себе он жителей города не беспокоит и опасности не представляет, но с недавнего времени его облюбовали зеленые гоблины. Насколько нам известно, у них там несколько тайных логов, но выследить и выловить их всех непросто.

Банда была очень надоедливой и изрядно портила настроение всем в участке. Серьезных преступлений они не совершали, но постоянно вредили по мелочи, в основном занимались магазинными кражами, и на них поступало очень много жалоб от горожан, а на каждую такую жалобу участок был обязан отвечать.

Основная проблема заключалась в том, что в «Синем дожде» просто не хватало сотрудников, чтобы устроить полноценную облаву. Можно было бы, конечно, позвать на подмогу коллег из других городов, например, «Тиранию» или «Маленькую траву»… Но между разными полицейскими участками уже много лет продолжалось негласное внутреннее соревнование в том, кто сумеет раскрыть больше дел. Они даже вели особые лидерборды с рекордами! Так что показывать собственную слабость и некомпетентность было очень нежелательно.

Пока говорил, Боюань осторожно потянулся проверить эмоции собеседника — и едва не вздрогнул от неожиданности, потому что тот оказался закрыт. Но не глухой стеной, которую обычно давали ментальные щиты, а аккуратным плетеным барьером. Очень… деликатное ощущение. Чужие эмоции присутствовали где-то рядом смутным безликим гулом, но не фонили и не привлекали к себе внимание. Мастерский блок, Боюань редко такое встречал, самым ярким примером был капитан Юй. И еще Весна тоже так мог, но с семьей обычно не делал.

Но если так подумать — уже второй раз с момента встречи Боюань мысленно сравнивал Мрачного лорда с капитаном. Это о чем-то говорило.

И заставляло еще раз удивиться, почему Мрачный лорд — не сотрудник какого-то из участков, талантливых людей (и нелюдей) туда вербовали очень быстро.

Тот ничем не показал, что заметил попытки себя прощупать, внимательно выслушал все объяснения, после чего медленно и как-то не очень обнадеживающе улыбнулся, самоуверенно объявив:

— Пожалуйста, да хоть сегодня!

Боюань едва не поперхнулся, в первый момент даже не уверенный, как реагировать. Собрать так быстро подходящий отряд захвата (учитывая, что все как раз разбежались на обед, в том числе старшие офицеры, которых, впрочем, в любом случае не хотелось вмешивать) он бы не смог, поэтому все-таки договорились на следующее утро.

Мрачный лорд, как-то слишком уж весело блестя глазами, пообещал подумать над стратегией и откланялся, объявив, что провожать его необязательно.

А Боюань еще какое-то время стоял у стойки регистратуры и смотрел ему вслед, на закрывшуюся входную дверь, такую потрепанную временем и неласковым обращением, что на торцах уже слезала краска, и осознавал, что, кажется, поступил как-то опрометчиво. Но потом встряхнулся и принялся за работу, заниматься тем, что давалось ему лучше всего — а именно организацией.

С Морозным лесом действительно давно следовало разобраться, а старшие офицеры вечно находили себе какие-то другие дела, «повеселее и посложнее», как выражался Хуан Шаотянь (которого Боюань безмерно уважал, но после более близкой совместной работы начал все-таки подозревать в своем кумире некоторые недостатки).

Но главный план Боюаня состоял в другом.

На самом деле он хотел лично проверить, воочию убедиться, каковы истинные способности Мрачного лорда. И в случае, если они действительно настолько уникальны, как утверждают слухи и отчеты из Ханчжоу, переговорить с Весной и пригласить этого «уникального эксперта» к постоянному сотрудничеству.

* * *

Несмотря на яркое солнце и довольно теплую погоду, на листьях в Морозном лесу позвякивала белесая изморозь. Под сенью этих деревьев даже в жаркие летние месяцы царила прохлада, смена сезонов здесь происходила гораздо быстрее, а зима тянулась дольше, иногда выпадал густой снег. В народе поговаривали, что кто-то однажды этот лес проклял, но документальных подтверждений данной теории не находилось.

Боюань зябко поежился, поднял воротник повыше и еще раз оглядел свой отряд.

Основной задачей специализированных полицейских участков (в отличие от остальных правоохранительных органов) было следить за тем, чтобы горожане исполняли Договор, заключенный с целью мирного сосуществования людей и нечисти, и отлавливать всех нарушителей.

Тут важно было учитывать, что нечисть традиционно разделялась на два главных типа, и правила задержания для них тоже были разные.

Первый — разумная и человекоподобная, которая официально признавалась «национальными меньшинствами» и «малыми народами». Ее представителей в прессе и официальных документах чаще называли «нелюдьми», у самого Боюаня в паспорте тоже стояла такая пометка. Их гражданские права были примерно равны человеческим, они могли претендовать на адвоката, освобождение под залог, запротоколированный ход дела и тому подобное.

Второй же тип — нечисть неразумная, разные твари и монстры. Нередко к ним также причисляли искаженных дикой стихийной магией животных. И обращались с ними именно как с монстрами. Конечно, некоторые общественные активисты и даже политические партии призывали пресечь жестокое обращение с тварями, запретить отлов и истребление «редких видов», но прислушивались к ним редко.

Иногда встречались переходные типы, более разумные, чем твари, но недостаточно человечные, однако в больших городах они были редкостью, предпочитали леса и сельскую местность.

Гоблины относились как раз к такому переходному типу — с зачатками мышления и речи, но не подчиняющиеся законам браконьеры и воришки с племенным строем.

— Напомни еще раз, что именно мы тут делаем? — громко зевнул Цветочный фонарь, отвлекая от размышлений.

Лодка, чей серебристый орденский воротничок ярко блестел на солнце, по-доброму улыбнулся и ответил вместо Боюаня:

— Разумеется, выполняем свою работу.

У окраины леса собрались несколько младших офицеров и десяток рядовых для зачистки. Боюань на всякий случай заставил всех надеть защитные жилеты и шлемы — у гоблинов не должно быть никакого оружия, но палки и камни при неудачном стечении обстоятельств тоже могут серьезно навредить. В качестве снаряжения взяли пистолеты с зачарованными оглушающими пулями, веревки и сети. Основная их сегодняшняя задача — изловить как можно больше гоблинов и депортировать за черту города, а в лесу разместить защитные отгоняющие талисманы, чтобы предотвратить повторное вселение тварей. Цветочный фонарь пригнал большой грузовик с крытым верхом — специально взял в аренду, чтобы можно было вывезти пленников подальше.

Азарт и волнение коллег ощущались в воздухе, как наэлектризованное облако. Кажется, даже немного пахло озоном, а еще осенними листьями и чем-то кислым.

Цветочный фонарь демонстративно закатил глаза:

— Это понятно! Я про конкретику. Так что за удивительного эксперта ты к нам зазвал? Вчера он мне каким-то мутным типом показался…

— Сами все увидите, — уклончиво ответил Боюань, поправляя кобуру.

Не то чтобы он специально хотел нагнать тумана и создать атмосферу загадочности… Но как вкратце объяснишь, с кем именно им предстоит сегодня работать?

— Что-то он задерживается, — включился в разговор Громовой свет. — Не передумал ли?

— Я никогда не отступаюсь от условий заключенного договора, — раздался негромкий и чуть насмешливый голос прямо за спиной у Боюаня.

Почему-то показалось, что «Договор» в его фразе вполне может быть с большой буквы.

Боюань приложил все усилия, чтобы не вздрогнуть от неожиданности, и медленно обернулся.

Мрачный лорд был в уже знакомом аляповатом плаще и красном шарфе, и его глаза при дневном свете казались ярче. Несмотря на позднюю осень, дождей не было уже недели две, погода стояла сухая и солнечная, поэтому серебристый зонт-трость в его руках смотрелся не очень уместно, хотя Мрачный лорд опирался на него так свободно и уверенно, словно он был естественным продолжением руки.

Крупный красно-рыжий лист медленно спланировал к его ногам, продлевая паузу. Мрачный лорд скользнул быстрым внимательным взглядом по всем собравшимся, задержался чуть дольше на Боюане и улыбнулся с таким видом, словно знал какой-то секрет:

— Милый хвост.

Боюань покраснел и одернул жилет, громко кашлянул и представил друг другу всех собравшихся. Мрачный лорд покивал, задумчиво постучал пальцем по щеке и сходу продемонстрировал совсем не «добропорядочный» характер, категорично объявив:

— Адепт не нужен! Исцелять там все равно некого будет, гипнотизировать гоблинов тоже излишне, мы легко справимся и без таких монашеских фокусов.

Лодка, как человек сдержанный и тактичный, только удивленно приподнял брови, хотя кто-то из рядовых явно готов был броситься на его защиту.

Мрачный лорд посмотрел на ручищи Цветочного фонаря, опять пренебрегшего рубашкой под жилетом, несмотря на прохладную погоду, перевел взгляд на его любимый топор и продолжил:

— Без грубой физической силы тоже обойдемся, мы же не смертоубийство затеяли, пожалейте зеленых бедняг, им и так несладко живется. Есть кто-нибудь с артефактами?

Громовой свет и Возвратное облако переглянулись, покосились на Боюаня и после его кивка показали свои полицейские дубинки с зарядами стихийной магии.

Мрачный лорд поцокал языком:

— Не идеально, но сгодится. Те, кто остается тут — держите кузов грузовика открытым. Мы сейчас зайдем в лес, пошумим там и погоним их к вам. Рядовые — готовьте веревки и сети, пойдете следом и будете ловить тех, кто проскочит мимо нас.

С этими словами он вскинул зонт на плечо и решительным шагом направился вперед.

И это все? Весь предварительный план?

От Цветочного фонаря пыхнуло жарким пламенем ярости, да и выглядел он соответствующе, но Лодка удержал его за руку и попытался успокоить. Боюань не в первый раз пришел к выводу, что спокойствие и философский подход к жизни лучшего друга ему бы тоже пригодились, вздохнул и двинулся под сень деревьев, жестом приказав остальным следовать за ним.

Под ногами шуршали опавшие листья и хлюпали редкие грязевые лужи. Перед лицами клубились белесые облачка пара от дыхания, внезапный холод покусывал за щеки и шею. Длинный красный шарф путеводной нитью маячил впереди, Боюаню пришлось немного ускориться, чтобы его догнать, хотя казалось, будто Мрачный лорд идет совсем не быстро, вышагивает, как на беспечной прогулке.

Довольно скоро показались первые признаки близкого логова — груды всякого старья, пустые пластиковые бутылки, какая-то одежда, наверняка сворованная прямо с веревки для сушки белья. Возле большого черного дуба стоял выпотрошенный холодильник-автомат с напитками, который гоблины явно стащили из ближайшего торгового центра.

Возвратное облако, проходя мимо, потыкал дверцу дубинкой и вздохнул:

— Вот ведь мелкие вредители…

Мрачный лорд бросил быстрый взгляд через плечо:

— Это сейчас они такие. А в прежние времена гоблинские банды представляли серьезную угрозу, особенно для небольших поселений, — он говорил с таким знанием дела, словно наблюдал это сам, лично. — Раньше они часто взаимно сотрудничали с волчьими стаями, помогали друг другу добывать пропитание, а гоблин верхом на волке — это гораздо более быстрая и опасная тварь. Но волки не любят подходить так близко к современным крупным городам, поэтому можно сказать, что давний исторический союз распался под разрушительным влиянием прогресса.

Он продолжил рассказывать про повадки и привычки гоблинов, как лектор на спецкурсе, и рядовые слушали, широко раскрыв рты, да и Боюань тоже впечатлился — Мрачный лорд словно читал по памяти статью в энциклопедии, небрежно помахивая зонтом, и без труда отвечал на все вопросы.

Хлама под деревьями стало больше, но сами гоблины пока не показались. Не забывая глядеть под ноги, Боюань в то же время внимательно всматривался в Мрачного лорда, по-прежнему пытаясь понять, человек ли он. По всем признакам выходило, что да, но в то же время чувствовалось в нем что-то особое и неуловимое, словно покрывало древней дремлющей магии. Такое иногда происходило с теми, кто долго контактировал с особо сильными магическими артефактами — часть их силы передавалась носителю, создавая вокруг него особую ауру.

Боюань так увлекся своими тайными наблюдениями, что едва не пропустил первого гоблина-скаута — тот взгромоздился на толстую ветку и оттуда мстительно обрушил на полицейских целый град мелких острых камней. Мрачный лорд, который шел первым, успел невозмутимо раскрыть над головой зонт, а вот всем остальным пришлось уворачиваться.

Грубая зеленая кожа идеально позволяла гоблинам прятаться среди листвы и травы в летнее время года, но, к счастью, по осени они были куда более заметны. Боюань выхватил пистолет, как следует прицелился и выстрелил. Оглушенный гоблин пронзительно взвизгнул и грушей повалился на землю. Потребовалось окликнуть зазевавшихся рядовых, но они быстро построились и связали первого пленника.

Мрачный лорд, который в свою очередь решил понаблюдать за Боюанем в ответ, с интересом и, кажется, оценивающе, закрыл зонт обратно, задумчиво постучал им по плечу, вгляделся куда-то в темноту под деревьями впереди и возвестил:

— Что ж, думаю, пора начинать!

Словно в ответ на его слова из теней показалась целая толпа гоблинов, которые медленно крались вперед, сверкая мелкими злыми глазками и ничуть не скрываясь. На хмурых зеленых лицах выделялись ярко-синие носы, будто от мороза. Сворованную одежду гоблины носили в основном на голове, иногда на плечах, нижняя часть тела свободно проветривалась, так что там все тоже заметно посинело.

— Но что именно нам делать? — торопливо уточнил Возвратное облако, вскидывая дубинку.

Мрачный лорд помахал ладонью:

— Мы используем тактику одной волны! Я буду их оглушать, а вы вяжите!

И просто побежал вперед с боевым криком, неожиданно громким в тихом осеннем лесу.

Боюань просто оторопел от такого внезапного поворота, да и остальные тоже, а Мрачный лорд тем временем взорвал дымовую шашку, так что плотная завеса искусственного тумана скрыла и его, и всех гоблинов.

Пару минут оттуда слышался треск, визг, почему-то звон и звуки глухих ударов, после чего Мрачный лорд выскочил обратно на свежий воздух и кинул под ноги рядовым сразу пяток бессознательных гоблинов:

— Вы — вяжите, и как следует, чтоб не сбежали! — он развернулся и ткнул пальцем в Громового света и Возвратное облако. — Вы двое — запускайте свои волшебные палочки и не дайте остальным скрыться в чаще! А ты, — это уже к Боюаню, — стреляй, куда я скажу!

После чего швырнул им прямо под ноги склянку с какой-то ярко-оранжевой жидкостью, стекло ожидаемо разбилось, и в воздухе расплылась резкая концентрированная вонь.

— Что это за дрянь?! — громко закашлялся кто-то из рядовых.

— Зелье Молотова. Для этих ребят оно — любимый наркотик.

И правда, стоило едкому химическому запаху расползтись под деревьями, как гоблины дружно замерли, громко потянули носами и, пошатываясь на ходу, направились к Мрачному лорду — зрелище было почти пугающее, особенно с учетом густого фиолетового дыма.

Как выяснилось, в ручке зонта прятался клинок — длинный, тонкий и острый, что-то вроде европейской рапиры. Мрачный лорд ловко начертал им в воздухе символы заклятий, их светящий алый контур мигнул, и гоблинов замкнуло энергетической ловушкой-барьером.

Наверное, вряд ли стоило удивляться тому, что он в итоге оказался именно заклинателем.

Магия была от рождения доступна некоторым видам нечисти, людям же приходилось специально ее изучать и проходить особые ритуалы посвящения, в результате которых из них получались «маги» трех разных типов. Адептам, членам закрытых монашеских орденов, хорошо давались заклинания исцеления, а также усыпления и гипноза. Экзорцисты специализировались на защите от нечисти, могли ее изгонять и обезвреживать, напрямую блокируя и запечатывая ее силы. А вот заклинатели — заклинатели были прежде всего бойцами, которые с помощью старинных артефактов-проводников применяли сильнейшие атакующие заклятья и чистую стихийную мощь. Обычно они использовали мечи, Хуан Шаотянь тоже соблюдал эту историческую традицию, причем его Ледяной дождь передавался в роду по наследству. У легендарного Е Цю было, по слухам, копье.

А у Мрачного лорда вот оказался зонт с секретом.

Дело шло быстро и споро, тактика превосходно работала, и гоблины, оглушенные наркотиком и заклятьями, почти ничего не могли сделать в ответ — редкие камни безвредно отлетали от защитных жилетов.

Раздавая команды, в словах Мрачный лорд не церемонился и ничьи нежные чувства не щадил, посылал их налево и направо, но все слушались беспрекословно. Сам Боюань довольной быстро поймал нужный ритм и стрелял в том направлении, куда требовал Мрачный лорд, распугивая гоблинов, которые потом попадали в энергетические ловушки и сети рядовых. Громовой свет и Возвратное облако по команде махали своими дубинками, вызывая всполохи магического огня и льда. Но больше всего делал, конечно, сам Мрачный лорд: он стремительной тенью проскакивал сквозь толпу гоблинов, отбрасывая их целыми волнами, без труда раскидывал их зонтом и ловко ставил новые ловушки, не забывая при этом зорко следить за остальным «полем боя».

К счастью, эмоции гоблинов фонили не так сильно и их Боюань почти не ощущал. В коллегах же азарт и боевой задор, а также радость от успеха перевесили недавнее волнение, и этот коктейль чужих — да и своих собственных тоже — чувств почти пьянил.

Мрачный лорд убрал клинок обратно в рукоять и начертил новую порцию символов в земле прямо заостренным кончиком зонта (Боюань никогда прежде не видел такого виртуозного мастерства и небрежной легкости в обращении с энергиями), после чего повернулся и вдруг сказал:

— Тебе уже говорили, что пистолет тебе не подходит?

Боюань от неожиданности даже не сразу понял, что обратились именно к нему. Попал в еще одного гоблина, встряхнулся и нахмурился:

— Что ты хочешь этим сказать?

Он, конечно, и сам знал, что стреляет не так метко, как хотелось бы — но явно получше некоторых в участке. Да и сейчас вон у него вполне неплохо получалось!

Мрачный лорд покачал головой и легко уклонился с траектории тяжелой палки, которую метнул какой-то особо бодрый гоблин:

— Не твой тип оружия. Тебе бы что-нибудь для ближнего боя, чтобы захватывать противников в честном поединке… Не думал попробовать меч?

Боюань моргнул, уверенный, что ему послышалось:

— Кто в наше время ходит в городе с таким старомодным оружием? Кроме бога Хуана, но он особенный!

Не говоря уж о том, как сложно найти мастера, готового выковать качественный клинок, и сколько справок и разрешений из разных инстанций потребуется для его ношения…

К тому же, использовать меч просто как холодное оружие было опасно и чревато — убивать он никого не хотел, и не только из-за возможных проблем с законом по причине превышения служебных полномочий. А заклинателем Боюаню не стать, даже при всем желании — он не был человеком. И более того, он являлся представителем одного из редких типов «нелюдских национальных меньшинств», неспособных к применению магии, за исключением зачатков эмпатии и врожденной связи с силами природы.

— Хм. С этим спорить не возьмусь, — признал Мрачный лорд.

Из-за этой фразы осталось ощущение, что Боюань должен защитить честь кумира, но он толком не понял, от чего.

— Глядите-ка, да это ж Скупщик Лоррэйн! — воскликнул вдруг Громовой свет.

Боюань вгляделся в синеносую толпу и вскоре действительно заметил там особо крупного гоблина с рюкзаком за спиной и смутно знакомой по фотороботам физиономией. Скупщик Лоррэйн был единственным известным по имени членом банды, а также прошедшим по нескольким делам рецидивистом, который пару раз организовывал крупные кражи с группировками другой нечисти. И если всех остальных гоблинов просто требовалось депортировать из города, то этому придется посидеть в камере предварительного заключения в ожидании суда.

Возвратное облако не растерялся и тут же послал в его сторону волну холода, но Скупщик Лоррэйн оказался неожиданно ловким. Он увернулся с визгливым смехом и побежал куда-то вправо, швыряясь в преследователей пустыми винными бутылками, которые, очевидно, собирал по всему городу. К коктейлю остальных ароматов примешалась кислятина забродившего алкоголя.

Боюань выстрелил снова, не дожидаясь команды, но промазал. Скупщик Лоррэйн ловко перепрыгнул трухлявый ствол поваленной сосны и смачно врезался в другого гоблина, маленького, с непривычным голубым цветом кожи и длинной бородой. Гоблин-старик тут же громко заверещал и от души огрел Лоррэйна по голове ледяной дубинкой, которая была размером почти с самого гоблина.

Мрачный лорд вдруг заметно оживился и приказал:

— Бросьте вашего Скупщика, ловите этого, это старейшина! Если захватим его — остальные подчинятся сами!

Бросать Скупщика, в общем-то, не требовалось — он после щедрого дружеского удара сам повалился на землю без сознания, осталось только связать. А вот старейшина оказался не так-то прост: стоило рядовым к нему приблизиться, обступая полукругом, как он сверкнул глазами, шандарахнул дубинкой по сосне, отчего во все стороны разлетелись искры и щепки, и каким-то образом стремительно перепрыгнул в другой конец поляны. Громовой свет сумел в последний момент отрезать ему путь к бегству стеной магического огня (деревья и траву такой не жег, но живому существу мог доставить много неприятных ощущений), а вот у Возвратного облака очень некстати закончились заряды в дубинке, так что из полезного магического артефакта она превратилась в простой кусок резины.

Через пару минут бодрой игры в догонялки выяснилось, что у старейшины была зачаточная стихийная магия, благодаря которой ему давались мелкие фокусы — но ужалить эти фокусы могли больно, в этом Боюань убедился лично, когда его по бедру полоснуло крупной сосулькой. Джинсы не прорезало, но наверняка будет ссадина. А главная проблема — это короткие вспышки почти молниеносной скорости: старейшина словно телепортировался с места на место, из-за чего поймать его было решительно невозможно.

— Следите за его взглядом! — окликнул Мрачный лорд, не пытаясь, впрочем, вмешиваться сам. — Он всегда перемещается в ту сторону, куда смотрят!

С этой подсказкой стало проще, но старейшина все равно был слишком ловким и вертким, никак не получалось загнать его в угол, а тут еще начали очухиваться остальные гоблины, и пришлось обратить внимание на них тоже.

Боюань замер, покрепче стиснул в пальцах пистолет и закусил изнутри губу, лихорадочно прикидывая, что лучше сделать. И вздрогнул, когда вдруг ощутил у правого плеча присутствие Мрачного лорда. А тот внимательно посмотрел на него темными в лесном полумраке глазами и негромко приказал:

— Вдохни поглубже, прицелься, выдохни. Сосредоточься на старейшине, следи, где он сейчас будет… и стреляй туда!

Боюань бессознательно подчинился команде и нажал спусковой крючок прежде, чем осознал, что делает — а старейшина яростно взвизгнул и повалился на землю, как подрубленное дерево.

Сквозь заслон чужих эмоций на мгновение проскочило, кажется, одобрение, а потом Мрачный лорд легонько коснулся плеча Боюаня горячей ладонью и почти прошептал:

— Уже неплохо. Потренируешься — и будет лучше!

Почему-то похвала не оставила ощущения снисходительности, и Боюань очень понадеялся, что в сумраке незаметно, как у него покраснела шея.

Как и обещал Мрачный лорд, после захвата старейшины остальные гоблины не доставили никаких хлопот. Но рядовые все равно всех тщательно связали и частично вывели, частично выволокли свою изрядную добычу на окраину леса под изумленные взгляды Лодки и Цветочного фонаря. В кузов грузовика пойманные гоблины поместились с трудом, Боюань даже как-то слегка растерялся, прикидывая, что именно будет писать в отчете.

Но боевые способности, нетипичная смекалка и, прежде всего, обширные знания Мрачного лорда на практике правда поражали. Причем Боюань подозревал, что тот не продемонстрировал и десятую долю своих истинных способностей — для него это явно была как легкая прогулка в парке.

Боюань так задумался, пытаясь решить, как лучше перевести разговор на тему вербовки, что не просто вздрогнул, а почти подпрыгнул, когда вдруг почувствовал, как горячая ладонь тяжело скользнула между лопаток, послав по всему телу остаточный разряд магического тока. Дернулся, резко развернулся, инстинктивно хватаясь за пистолет, и хвост снова выскочил из-под одежды, напряженный и вибрирующий от внезапной угрозы.

Прикосновение к спине от незнакомцев — всегда табу.

Мрачный лорд одернул руку и даже на всякий случай отступил на шаг, прежде чем с дружеской улыбкой пояснить:

— Хотел проверить, правда ли у тебя полая спина.

Боюань на пару секунд онемел, а потом попросту взорвался:

— Идиотские пустые суеверия, не говоря уж о том, что это совершенно биологически невозможно! Где бы у нас тогда помещались внутренние органы?! Это почти такая же чушь, как поверье, что высшие драконы, если они все-таки существуют, похищают девственниц! И что у капп в отверстии на макушке вода, которую ни в коем случае нельзя выплескивать! Или что заклинатели летают на своем оружии прямо по небу!

Давно его не охватывало такое праведное возмущение, но сдержаться было выше его сил! Лодка благоразумно отвел коллег подальше, давая им с Мрачным лордом возможность поговорить наедине, хотя рядовые явно впечатлились и теперь взирали на него огромными глазами.

Спина у его клана действительно была уязвимым (и очень чувствительным) местом, но совершенно обычным, из костей, плоти и крови!

(Разумеется, однажды Боюаню предстоит узнать, что Мрачный лорд — легендарная ходячая Энциклопедия нечисти, признанный главный эксперт Поднебесной по всем видам нелюдей и тварей.

И что он действительно летает на своем заклинательском оружии.

А высшие драконы правда существуют.

Хотя про капп, конечно, полная ерунда…

Но все это случится значительно позже.)

Мрачный лорд приподнял руки ладонями вверх, призывая к миру:

— Хорошо-хорошо, извиняюсь, не хотел оскорбить! Хульдры редкость в этой стране, я раньше не встречал лично. Так что прошу простить мне мой избыточный интерес.

За собственную вспышку вдруг стало стыдно. Можно было и поспокойнее отреагировать… Боюань передернул плечами и вздохнул:

— Нас вообще осталось не так уж много.

Это был своего рода больной вопрос, особенно учитывая, как редко рождались в их клане девочки — в то время как в прошлые века, если верить легендам и семейным преданиям, наоборот редкостью были хульдры-мужчины, именно поэтому девы их народа так часто находили себе мужей среди людей.

Отец говорил, что как раз из-за малого количества женщин зародилась традиция триад (чтобы всем хватило партнеров и у каждого был шанс создать семью и завести ребенка, хотя бы одного на троих) — хотя папа с ним спорил, что тогда не приветствовались бы чисто мужские и чисто женские триады. А мама в таких случаях любила повторять, что в их жизни и так слишком много ограничений и несвобод, чтобы искусственно сочинять себе новые.

Боюань с детства хотел быть человеком и жить более простой жизнью. Люди завораживали — их было много, они доминировали на планете, строили огромные города и совершенно не зависели от других народов, были полностью самодостаточными и свободными.

Мрачный лорд негромко кашлянул и сменил тему:

— Что ж… Полагаю, наше сегодняшнее сотрудничество можно считать успешно завершенным, — он с помощью зонта обвел широким жестом лесную опушку, шушукающихся рядовых и битком набитый гоблинами грузовик и, кажется, собрался уходить, так же внезапно, как появился.

Боюань еле подавил инстинктивное и невежливое желание ухватить его за рукав и воскликнул:

— Подожди! — помялся и выпалил без обиняков, прямо и открыто: — Как ты смотришь на то, чтобы присоединиться к «Синему дождю»? Нам бы пригодился человек с такими способностями и знаниями!

Конечно, сначала стоило бы посоветоваться с Весной и подать рапорт капитану Юю… но важно было не упустить шанс! А аргументировать Боюань сумеет!

Мрачный лорд моргнул, словно правда удивился и не ожидал такого предложения, потом как-то странно улыбнулся, явно своим мыслям, и наконец пожал плечами:

— Я не самый командный игрок. В том смысле, что предпочитаю сотрудничать без лишних обязательств, да и в иерархии вписываюсь плохо.

Почему-то захотелось продолжить фразу как «в иерархии не с собой в главной роли». И осталось стойкое ощущение, что Мрачный лорд в этих словах лукавил. Или как минимум недоговаривал. Возможно, какая-то его эмоция снова просочилась сквозь барьер и оставила такое впечатление.

С другой стороны — обещаний быть абсолютно честным и раскрыть сходу все свои секреты Мрачный лорд не давал, и вполне логично, что у каждого человека (и не-человека) есть свои тайны, на которые он имеет полное право.

Конечно, такой однозначный отказ Боюаня расстроил — работать с Мрачным лордом оказалось очень здорово и по-хорошему увлекательно, его мастерство завораживало, и хотелось бы продолжать плодотворное сотрудничество, дальше и больше. Он казался очень многообещающим источником знаний и опыта, которыми при этом щедро делился, и его внимание, готовность потратить на них свое время удивляло и льстило.

Но, возможно, он еще вернется в Гуанчжоу?

Боюань не понимал теперь, почему так настороженно отнесся к нему при первой встрече и почему сомневался сегодня утром (если, конечно, закрыть глаза на дурацкую шутку про полую спину).

А потом Мрачный лорд наклонился прямо к его уху и доверительно прошептал ту сумму, которую рассчитывал получить за свои сегодняшние услуги.

И Боюань едва не вмазал ему кулаком в нос — ну, вдруг он тоже любит импрессионистские полотна, как Летящий мазок кистью?

Какая досада, что мудрый совет Весны договариваться о цене на берегу вспомнился только теперь.

* * *

Оплачивал непомерный счет «удивительного эксперта», приглашенного на свой страх и риск, Боюань в итоге из своей же зарплаты, причем тайком от Весны, потому что было стыдно. Но месячный фонд для выплат вольным наемникам и так изрядно пострадал после фигуральной атаки паучьими жвалами, остатков на вознаграждение Мрачному лорду хватило бы впритык — и тогда ничего не осталось бы для других, по-настоящему добропорядочных граждан.

Правда, Лодка и Цветочный фонарь посмотрели очень неодобрительно и скинулись вместе с Боюанем. Он был друзьям ужасно благодарен (а его не пустой холодильник — благодарен еще сильнее), но все равно настоял на том, что основную часть суммы должен внести сам.

Ладно. В конце концов — это они еще легко отделались! Могло быть хуже! Оптимизм — оружие сильных духом!

Через неделю в субботу рано утром (наверняка ведь специально подгадал, жаворонок фасетчатый) ему вдруг позвонил Зерно подорожника и неприлично бодрым голосом поздоровался:

— Привет травоядным!

Внимание-внимание, непримиримое историческое противостояние хищников и более мирных видов в действии. Термин «травоядное» Боюань презирал, тем более что действительности он не соответствовал — то, что у хульдр были коровьи хвосты, вовсе не значило, что они все поголовно были веганами! Мясо Боюань очень даже любил — как следует приготовленное. И не говядину.

Вообще хульдры считались мирным народом и не любили конфликты, хотя при этом строго блюли свою замкнутую территорию и чужаков не привечали, даже партнеров не из своего клана в последние годы брали редко.

Фей же нередко называли «социальными бабочками». Формально они тоже держались своего клана, но были в целом гораздо более ветреными, беспечными и вдобавок агрессивными. И хищными.

— Чего надо? — недружелюбно буркнул Боюань в трубку и упал носом обратно в подушку.

— Фи, как грубо, а я к тебе со всей душой, как к старому товарищу! — жизнерадостно прощебетал Зерно подорожника. — Хотел новостью поделиться!

Ага, в смысле, похвастаться, все понятно.

— И какой же? — поддержал Боюань, в основном потому, что проще было выслушать и закончить разговор побыстрее, чем препираться.

Но вот уж чего-чего, а такого ответа он точно не ожидал:

— В «Маленькой траве» теперь новый эксперт! Совершенно уникальный и всезнающий, да вдобавок еще и мастер-заклинатель, и оружие у него удивительное — зонт, представляешь?! Завтра идем на первое совместное дело, зачистку на старом кладбище проводить. Так что трепещите, отныне все рекорды наши!

Боюань поохал и поахал, как от него ожидалось, повесил трубку и только после этого позволил себе злорадно похихикать.

Еще через два дня ему позвонил Холодная ночь из «Тирании», поделиться радостной вестью, что Зерно подорожника теперь на мели, а легендарный эксперт удалился, не попрощавшись, то ли в Шанхай, то ли в Куньмин.

То, что феям из «Маленькой травы» Мрачный лорд в итоге тоже ответил отказом, окончательно Боюаня успокоило и привело в благостное расположение духа.

Правда, потом он добрался на работу, где на стойке регистратуры его встретил дежурный Летящий мазок кистью и обрадовал известием:

— Там опять твой братоплемянник нагрянул. И проскочил тайком в кабинет к Хуан Шао.

Каникулы у Ханьвэня должны были давно закончиться, но это его явно не останавливало. Похоже, все-таки придется рассказать родителям…

И тут Боюань запоздало сообразил, о чьем именно кабинете шла речь.

— И ты его не остановил?!

Из курилки на шум с интересом выглянула парочка рядовых и оживленно зашепталась.

Летящий мазок кистью скрестил руки на груди и выразительно вскинул брови:

— Братец Мост, я тебя, конечно, люблю, но собственные барабанные перепонки мне дороже. А эти двое там уже, похоже, спелись, и разлучать их лично я не рискну даже за надбавку за сложность и опасность работы!

Игнорировать такую подставу определенно было нельзя. Боюань прищурился и мрачно огласил самую страшную угрозу, которую смог придумать:

— Кофе себе в следующий раз сам покупаешь, на свои.

Эмоции Летящего мазка кистью — шок от внезапного предательства и запоздалое сожаление — донеслись ему в спину весьма уместным финальным аккордом.

Далеко не с первой попытки, но в итоге ему все-таки удалось выпроводить Ханьвэня домой, да еще и договориться, чтобы тот прибегал в участок не чаще одного раза в неделю и только после школы.

В остальном жизнь в «Синем дожде» вошла в привычное русло и мирно текла через пороги затяжных расследований и мелких бытовых неурядиц.

Так что когда спустя три месяца Боюаню предложили съездить в командировку в Ханчжоу под прикрытием, он на какое-то время задумался, отогнал маячивший перед глазами смутный призрак в красном шарфе — и согласился.


Часть II: Пять дней

Ханьвэнь попросил привезти ему в качестве сувенира меч. Логика была такая: Ханчжоу — родина Е Цю, одного из величайших заклинателей их времени, значит, в этом городе много других заклинателей-поклонников, а значит, им нужны особые артефакты-проводники и мастера, которые их делают. Правда, сам Е Цю вроде бы пользовался копьем, но большинство заклинателей действительно предпочитали клинки.

Вообще-то, просьба была не такой уж неожиданной, если учесть, что Ханьвэнь последнее время испытывал повышенный интерес к колюще-режущему оружию. Начав ближе общаться с Хуан Шаотянем и научившись у него плохому, он стал бесстыже клянчить меч или хотя бы чтоб его записали в секцию фехтования при школе — приближаться к маме и отцу с этой просьбой он не рисковал, а папа только молча и благостно улыбался в ответ, непрошибаемый в своем решении, так что основной напор атаки приходилось выносить Боюаню. Хотя меч Ханьвэнь еще выпрашивал у Хуан Шаотяня, и тот даже пообещал ему отдать один из своих старых — но, к счастью, этот разговор услышал капитан Юй, умиротворяюще улыбнулся, и Хуан Шаотянь как-то быстро передумал, к вящему разочарованию Ханьвэня. Если так задуматься — простые улыбки могут быть на удивление эффективны… прям хоть бери пример с мастеров, в меру своих скромных сил…

Приглашение на посадку отвлекло Боюаня от мыслей о племянниках и мечах, так что он подхватил рюкзак, сонно потер глаз и направился к своим воротам. Время было раннее, но утром понедельника час-пик наблюдался даже в аэропорту — похоже, в командировку летел не один Боюань.

Вообще аэропорты — да и вокзалы тоже — он не любил: в таких повышенно общественных местах царила слишком сильная какофония чужих эмоций, чаще негативных, и удерживать ментальный щит приходилось с большим усилием. Хотя путешествовать Боюаню нравилось, в отличие от сородичей по клану. Хульдры предпочитали оседлый образ жизни, даже в современном мире, а вот Боюаню с детства хотелось попутешествовать, самому лично увидеть все главные чудеса Поднебесной, а может, даже выбраться посмотреть Европу — но оставлять семью и дом было неуютно. Так что в результате ему пока довелось побывать только в Пекине и Шанхае… а теперь вот предстояло знакомство с третьим крупным городом (четвертым, если считать родной Гуанчжоу).

Место Боюаню досталось самое неудобное, в серединке и над крылом, так что даже в иллюминатор не посмотришь, но зато оба соседа дружно решили досыпать, и от них фонило только сонливостью, а не усталым раздражением, как от большинства других пассажиров. Так что он дождался, пока самолет наберет высоту, достал наушники и открыл на смартфоне папку с документами от Весны. Самому ему спать не хотелось: во-первых, в кресле неудобно, а во-вторых, мешали азарт и предвкушение предстоящей задачи.

Боюань так до конца и не понял, почему в командировку отправили именно его — а с другой стороны, из остальных младших офицеров, даже экспертов, консультанты были так себе. А он, будучи замглавы аналитического отдела, обладал более чем достаточной компетенцией.

Официальной целью поездки было взаимное сотрудничество и помощь коллегам, полицейские участки иногда занимались таким временным обменом кадрами и опытом. Но тут помощь запросила не «Великолепная эра», чего можно было ожидать от Ханчжоу, а какое-то новое частное бюро. С такими «вольными» организациями участки обычно взаимодействовали редко из-за некоторого конфликта интересов, но, как понял Боюань, это новоявленное «Счастье» то ли поделилось с «Синим дождем» важной информацией, то ли оказало какую-то личную услугу капитану Юю. В любом случае, независимо от причин предложение поехать в командировку его сразу заинтересовало: он был не против помочь новичкам (сам ведь когда-то таким был), а заодно отвлечься от рутины и посетить новые места, расширить кругозор. Со всех сторон сплошная выгода и плюсы, как ни посмотри!

Судя по лаконичному объяснению Весны, бюро нужно было поставить на ноги по административной части, помочь с документацией и поделиться некоторым опытом по организации расследований. Дело всего пары дней.

Правда, при мысли о расследованиях в сочетании с Ханчжоу сразу поневоле вспоминался Мрачный лорд — ведь именно этот город был, так сказать, его основной базой операций.

Хотя кого Боюань обманывал, Мрачный лорд ему вспоминался уже давно. И довольно часто, если быть уж совсем честным.

После их весьма примечательного знакомства и еще более примечательной вылазки в Морозный лес Боюань тайком собирал все официальные отчеты и слухи о похождениях Мрачного лорда в других городах, злорадствовал над такими же неудачливыми коллегами, иногда делился особо анекдотичными историями с Лодкой и даже немного узнал про обычных спутников Мрачного лорда помимо вольных наемников из Гильдии Полной луны: чаще всего его видели в компании молодой заклинательницы и странного парня-астролога. Вообще за свой чрезмерный интерес Боюаню было даже как-то стыдно, селебрити разного плана (кроме Хуан Шаотяня) его никогда раньше не интересовали… Но все же было в Мрачном лорде что-то особенное. Словно он не до конца принадлежал современному миру, а шагнул сюда откуда-то из прошлого или вообще со страниц остросюжетного приключенческого романа.

Боюань не мог даже сам себе правдиво сказать, хочет ли снова встретиться с Мрачным лордом лично, например, случайно пересечься где-нибудь на улице или в кафе — или нет-спасибо-лучше-не-надо.

Впрочем — он летит работать, а значит, времени праздно шататься по городу и надеяться на случайность у него все равно не будет, так что нечего и думать о всякой ерунде.

* * *

От аэропорта Боюань доехал на такси. Полюбоваться архитектурой города по дороге особо не удалось, улицы накрыл густой белесый туман — такие по весне часто случались в Гуанчжоу, но тут он казался более плотным и тяжелым. А еще со странным зеленоватым отблеском по краям — но это, наверное, был отсвет от неоновых вывесок. Или Боюань просто мысленно настроил себя на приключение и теперь видел всякое необычное там, где его не было.

Здание, в котором располагалось «Счастье», оказалось не где-то на окраине, как можно было подумать, а на соседней улице с полицейским участком «Великолепной эры», почти в самом центре города. Мало того, что аренда тут должна быть поднебесная, так еще и конфликт интересов прямо-таки выпирал. Это ведь все равно, что повесить у входа в участок табличку с указателем: «Если вашу проблему не смогли решить здесь — приходите к нам!»

Вместо этого над прописанным в документах подъездом оказалась вывеска «Счастье: чайная-читальня». За дверью скрывалось укутанное уютным полумраком помещение с маленькими круглыми столиками, рыжими торшерами и красно-белыми гардинами на окнах. Немногочисленные посетители все как один сидели, уткнувшись носами в книги, которыми были уставлены полки по всему периметру зала. Аромат распаренных чайных листьев густо висел в воздухе.

Встретила Боюаня лично хозяйка, очень симпатичная миниатюрная молодая женщина, с длинными волосами, собранными в высокий хвост, которая представилась Туманной мглой. Сам Боюань в ответ тоже назвал кодовое имя, новое, Лазурный поток. Такая конспирация и временный статус вольного наемника были нужны прежде всего для того, чтобы о его командировке не прознали другие участки (а если все же прознают — то не смогут формально придраться к тому, что «Синий дождь» якобы посягает на чужую территорию).

Они прошли на второй этаж, в просторный кабинет с тяжелым деревянным столом, как в библиотеке, целый рядом удобных мягких стульев и два кресла. Вдоль стен выстроились старомодные книжные шкафы, плотно заставленные толстыми томами в бумажных супер-обложках, что только усиливало сходство с библиотекой. Пахло сушеными травами, цветочными благовониями и сигаретным дымом, хотя пепельницы на столе не было.

Обменявшись любезностями, Туманная мгла сразу перешла к делу:

— Предлагаю не тратить время. Не уверена, как много информации вам передали, поэтому вкратце расскажу все с самого начала. «Счастье» началось с того, что мой папа основал нечто вроде клуба по интересам — места, где разные посетители могли встретиться на нейтральной территории, — она переплела пальцы и положила на них подбородок, едва заметно нахмурилась, словно чего-то вспоминая. — Папа с институтских лет коллекционировал книги, собрал большую подборку редких изданий, так что решил открыть чайную-библиотеку, где можно было найти самому или заказать какую-то информацию, провести переговоры с другими посетителями, попросить нас о посредничестве… Вы, наверное, в курсе, что некоторые представители малых народов плохо совместимы с техникой: те же компьютеры в их присутствии страшно глючат, а то и взрываются. Поэтому такие клиенты тоже нередко обращаются к нам, когда им нужно найти что-то в интернете или оформить документы.

Боюань серьезно кивнул, не меняя выражения лица, но про себя мысленно отметил политкорректность Туманной мглы, как она без запинки произнесла «представители малых народов», хотя подавляющее большинство людей таким не заморачивалось и говорило просто «нечисть». Причем хвост Боюань на этот раз тщательно спрятал, так что «представителя» Туманная мгла так с ходу опознать в нем была не должна. Вообще в целом говорила она спокойно и обстоятельно, и такое же обстоятельное спокойствие считывалось в ее эмоциональном фоне, только где-то глубоко внутри ощущалась туго скрученная пружина застарелого горя.

Туманная мгла после недолгого молчания продолжила:

— Дела не всегда шли хорошо, особенно после того, как бюро перешло по наследству ко мне… — на этом месте она прервалась, и пружина на мгновение распрямилась вспышкой острой печали, но Туманная мгла тут же сжала ее обратно явным усилием воли. — А потом так получилось, что сюда нанялся на подработку наш… эээ… ведущий специалист, — на сей раз она все-таки заметно запнулась, словно не смогла подобрать более подходящее определение. — Собралась новая команда, и мы решили выходить на следующий уровень. Так что теперь у нас, как принято сейчас говорить, широкое поле деятельности. Среди того, чем мы занимаемся, поиск пропавших вещей и людей, когда их почему-то отказывается разыскивать «Великолепная эра» — обычно под тем предлогом, что прошло еще слишком мало времени после исчезновения. Охота на разных тварей. Заказы по добыче и доставке редких товаров и предметов.

Боюань снова покивал, просто потому что от него ждали реакции. Пока все рассказанное вполне совпадало с его ожиданиями и той информацией, которую ему передал Весна.

— Я правильно понимаю, что вы хотите с целью укрепления своих позиций заключить официальное соглашение с Альянсом? — все-таки решил он уточнить на всякий случай.

Альянс надзирал за следованием Договору на территории Поднебесной и курировал все полицейские участки особого назначения, но также помимо этого следил за вольными наемниками и частными конторами по делам малых народов. И для осуществления очень многих видов деятельности требовалось письменное одобрение Альянса, получить которое выходило не так-то просто, в основном потому, что для этого нужно было в совершенстве владеть искусством заполнения целой плеяды самых разных форм, заявлений, реестров и ведомостей.

Туманная мгла просветлела лицом и тоже кивнула, с явным облегчением:

— Да! Поэтому нам и потребовалась помощь того, кто знаком со всеми бюрократическими требованиями изнутри. Ну и от советов по внутренней организации рабочего процесса тоже не откажемся.

Она не стеснялась называть вещи своими именами и вообще прямотой и смутным эхом эмоционального фона немного напоминала Весну. А еще Боюань ощущал ее искреннюю доброжелательность, никакого пренебрежения и снисходительности из-за того, что ей на помощь прислали такого «юнца», и это было очень приятно.

Он открыл было рот, но все слова тут же словно выдуло из головы сквозняком от открывшейся двери кабинета, потому что прямо у него за спиной вдруг раздался голос, мягкий, чуть насмешливый и ужасно знакомый:

— А чего это вы тут делаете и почему не позвали меня поучаствовать?

Боюань резко вскочил на ноги, из-за чего ножки стула с громким скрипом проехались по полу, и обернулся.

Знакомый старомодный плащ, тот же самый (или совершенно такой же) длинный красный шарф и серебристый зонт-трость на плече — Мрачный лорд стоял на пороге и едва заметно улыбался, кажется, довольный собой.

За прошедшие несколько месяцев он ничуть не изменился и словно материализовался прямо из воспоминаний Боюаня. Возможно, именно поэтому не удалось сразу осознать очевидное и понять, что именно Мрачный лорд здесь делает и почему вообще тут оказался, но потом Туманная мгла устало вздохнула, потерла переносицу указательным пальцем и помахала в воздухе другой ладонью:

— Знакомься, это Лазурный поток, который специально приехал из «Синего дождя», чтобы помочь нам с документацией. Так что только посмей его спугнуть своим обычным выпендрежем! — она перевела взгляд на Боюаня и пожала плечами, в ее эмоциях проскользнула легкая тень вины, какая бывает обычно у родителей, когда им стыдно за поведение своих детей, хотя сравнение показалось слегка неуместным. — А это, собственно, наш ведущий специалист, Мрачный лорд. Полагаю, представлять подробнее необязательно?

И все сразу встало на свои места. А ведь на общем форуме полицейских участков писали, что Мрачный лорд завел себе не просто несколько подопечных, а целое собственное агентство или бюро… наверняка ведь даже название где-то мелькало… хотя, помнится, члены Гильдии Полной луны при встрече утверждали, что Мрачный лорд больше любит работать в одиночку…

Боюань запоздало повернулся обратно к Туманной мгле и улыбнулся, тщетно пытаясь побороть смущение:

— Спасибо, наслышан.

На самом деле, хотелось сказать «спасибо, мы знакомы» — но мало ли, вдруг Мрачный лорд не афишировал перед своей основной работодательницей ту поездку в «Синий дождь»? Хотя вряд ли, конечно, особенно если учесть, что истории о всех его похождениях быстро становились достоянием общественности…

— О, малыш Поток, значит? — Мрачный лорд наконец шагнул в кабинет и улыбнулся, чуть прищурившись. — Ну что ж, добро пожаловать и все такое.

Боюань с трудом подавил желание нервно сглотнуть. Обращение почему-то смутило, показалось почти интимным, хотя больше насмешливым, а ведь было довольно стандартным для старшего по возрасту собеседника…

Мрачный лорд решил не нарушать его конспирацию, поэтому назвал именно так? Боюань точно помнил, что при первой встрече представился настоящим именем. Но…

А потом вдруг пришло понимание, окатило разочаровывающим холодом: Мрачный лорд его не помнил. Совсем. Поэтому разглядывал с интересом, но так, словно видел в первый раз.

Светло-карие глаза, почти янтарные, оказались совершенно такими же, как в памяти Боюаня. Только оттенок более насыщенный, словно пропитанный осенним солнцем.

Эмоции Мрачного лорда прочитать по-прежнему было невозможно, но Боюань этому даже порадовался. Еще не хватало окончательно и напрямую убедиться, что он не оставил о себе ровным счетом никакого впечатления, проскочил мимо незначительной пылинкой, унесенным ветром осенним листом… Он отогнал неуместные метафоры, приказал себе не расклеиваться — подумаешь, его не запомнили, не такого он высокого полета птица, чтобы его обязательно узнавали при встрече, так что забывчивость Мрачного лорда была пусть довольно обидна, но вполне закономерна, — и обратился к Туманной мгле:

— Мне придется посмотреть вашу бухгалтерскую отчетность, хотя бы за пару месяцев, и трудовые договора. Основные ведомости и прочие формы заполняются в специальной программе и отсылаются на электронную почту Альянса пакетом документов с ЭЦП, но Председатель требует, чтобы ежеквартальные отчеты ему подавали в виде каллиграфических свитков, тоже по установленной форме.

Вот именно, Боюань сюда приехал работать, а не возобновлять и углублять прежние знакомства.

Туманная мгла нахмурилась, но, кажется, не потому, что сторонний эксперт нагло запросил доступ к внутренней информации бюро.

— С почерком у большинства сотрудников не очень, и это еще мягко сказано, — она вздохнула и снова потерла переносицу. — Ну ладно, назначим ответственным Скрытый свет, должен справиться, раз учится в университете! Что-то я еще спросить хотела, но отвлеклась и забыла… Вечно ты умеешь появиться невовремя! — буркнула она в сторону невозмутимого Мрачного лорда. — А, так вот! У нас ведь, получается, общая территория с «Великолепной эрой». Пока мы особо не пересекались в расследованиях, но не потребует ли Альянс от нас как-то официально разграничить сферы деятельности?

Не в первый раз подумалось: интересно, как все же «Великолепная эра» отнеслась к тому, что в Ханчжоу появилась такая частная организация, как «Счастье», да еще и с Мрачным лордом в качестве сотрудника? Гражданских «коллег», путавшихся под ногами в расследованиях и перетягивавших себе дела, в участках обычно не любили. «Синий дождь», правда, нашел выход и по предложению капитана Юя заключил с большинством таких бюро и агентств в Гуанчжоу договоры о взаимодействии… Но глава «Великолепной эры», по слухам, особой сговорчивостью не отличался, и вести дела с его участком всегда было непросто.

Однако прежде, чем Боюань успел ответить, Мрачный лорд небрежно уселся в ближайшее кресло, раскидав полы плаща по подлокотникам, возложил зонт перед собой на стол и громко хмыкнул:

— Полицейские участки следят за исполнением Договора, в основном выслеживают и ловят нарушившую его нечисть. Но иногда представители нечисти тоже становятся жертвами преступлений — и им нужна помощь. Не говоря уж о том, что их часто обвиняют в кражах и прочих мелких преступлениях просто из предубеждения, даже не разобравшись во всех обстоятельствах дела.

Тут же сделалось как-то стыдно, хотя Боюань точно знал, что в «Синем дожде» представителям малых народов в помощи и рассмотрении жалоб никогда не отказывали — прежде всего потому, что минимум половина сотрудников сама относилась к этим малым народам.

Мрачный лорд облокотился на столешницу, повернулся к Боюаню и вдруг заговорщицки усмехнулся с таким видом, словно делился секретом мастерства:

— Разумеется, помогаем мы не бесплатно, ибо чистый альтруизм никого не прокормит!

Боюань даже слегка оторопел от такого внезапного перехода, настолько, что хвост под курткой нервно дернулся.

— Да молчал бы уж! — вдруг вспылила Туманная мгла и чуть не швырнула в Мрачного лорда степлером — сдержалась явно только из-за присутствия посторонних в лице Боюаня. — Ты через раз за свои услуги неадекватную цену просишь — то слишком много, то наоборот слишком мало! А мне потом краснеть и со всеми объясняться!

Обстоятельное спокойствие в ее эмоциях буквально взорвало раздражением, волной которого тут же смело всякое сходство с Весной.

Мрачный лорд выпрямился и примирительным жестом поднял ладони вверх:

— Но какой смысл объяснять тем, кто все равно не поймет? Хорошо-хорошо, молчу!

Боюань почти с благоговением наблюдал за этим невероятным зрелищем — как уже почти легендарный Мрачный лорд смиренно принимает упреки от обычной человеческой женщины без капли магии в крови.

Туманная мгла первой решительно поднялась из-за стола и скомандовала:

— Ладно, хватит тут рассусоливать, нам еще многое нужно сегодня успеть!

Остаток дня прошел в разъездах по городу, но местных красот, ни зодческих, ни природных, Боюань опять не рассмотрел — был слишком занят составлением списков и объяснением нюансов.

Сначала они посетили представительство Альянса, чтобы оформить ЭЦП и оставить заявку на программное обеспечение.

После отправились в настоящий забег по разным специализированным магазинам. Туманная мгла подробно расспросила, какими штатными артефактами и оборудованием обычно пользуются сотрудники в участках, а потом решила, что должна закупить для своих такое же. Вот только внешнего финансирования от государства у «Счастья» не было, гранты от Альянса пока только маячили на горизонте в отдаленной перспективе, поэтому Боюань осторожно убедил ее пока приобрести менее дорогие аналоги.

Мрачный лорд шатался за ними с ленивым интересом, как кот, который в любой момент может свернуть по своим, более важным кошачьим делам, но благостно готов составить компанию и почтить своим вниманием внезапную активность. По поводу оборудования и артефактов он высказывался метко и едко и вообще на удивление хорошо знал, что нужно сотрудникам участков, так что консультация Боюаня была необязательна, но Туманная мгла ею все равно воспользовалась, да и Мрачный лорд неожиданно похвалил пару выбранных им вещей.

Уже ближе к вечеру они завернули в какое-то кафе — Боюань устал так, что даже голода почти не чувствовал. Туманная мгла отвлеклась на калькулятор и записи в ежедневнике, а Мрачный лорд вдруг принялся расспрашивать про капитана Юя и Хуан Шаотяня. В итоге Боюань сам не понял, как так получилось, что за ужин заплатил он, но привлекать к этому внимание поглощенной расчетами Туманной мглы было как-то неловко, а Мрачный лорд казался выше всего этого.

Остановиться на время командировки Боюаню предложили прямо в «Счастье»: на втором этаже чайной помимо кабинета хозяйки располагалось несколько комнат общежития, где по желанию могли остановиться сотрудники. Мрачный лорд, похоже, тоже обитал где-то здесь. Во всяком случае, по возвращении он скрылся за одной из безликих одинаковых дверей, но перед этим обернулся к Боюаню и многообещающе объявил:

— Завтра приглашаю с нами на полевую вылазку. Чтобы ты понял, чем мы обычно занимаемся. И, соответственно, с какой работой нам приходится сталкиваться и как ее лучше организовать для всех сотрудников.

Боюань еще пару минут удивленно моргал ему вслед — он был уверен, что Мрачный лорд настроен к его помощи весьма скептически и особо в его советах не нуждается. Но поучаствовать в чужой вылазке и посмотреть, насколько сильно внутреннее устройство частных вольных организаций отличается от «Синего дождя», было интересно.

* * *

Если вечером Боюань думал, что это первый день вышел насыщенным и утомительным, а дальше все пойдет проще... то утром реальность показала, что он серьезно ошибался и вообще наивность у него в крови, как любила говорить мама, поглядывая при этом на папу с отцом.

Ночью то ли происходил шабаш фей на первом этаже прямо под выделенной Боюаню комнатой, то ли в других комнатах по соседству поселилась целая стая гарпий — но шум и гвалт стоял такой, что заснуть нормально было просто невозможно. При этом встать и пойти разбираться сил не осталось, глаза упорно слипались, несмотря на шум, так что Боаюнь просто ворочался и ждал, когда же все кончится.

К рассвету внезапное буйство стихло, так что он все-таки немного подремал. Встал в свое обычное время, ощущая себя сонным и изрядно помятым, и спустился на первый этаж позавтракать — к счастью, в меню был не только чай. Но еще до конца первой чашки прямо у его столика возник Мрачный лорд, уже при полном параде, с шарфом и зонтом, и нетерпеливо уточнил:

— Ну как, готов? Нам не хватает нелишних рук, а мне нужен кто-то хоть немного более опытный, чем мои подопечные-новички.

Не успел Боюань сообразить, польстили ему или нет, как Мрачный лорд с рассеянным видом допил чай из его чашки, а потом с улыбкой сообщил, что вылазка планируется в городскую канализацию. Причем улыбка была какая-то почти предвкушающая — то ли Мрачный лорд так любил бодрящие утренние прогулки по смрадным тоннелям, то ли ждал от Боюаня негативной реакции на эту новость и заранее злорадствовал. Хотя «злорадствовать» — это вроде не про Мрачного лорда, он относился ко всем довольно доброжелательно, хоть и насмешливо. С другой стороны — как же все-таки сложно пытаться понять чужие эмоции только по выражению лица! Как вообще другие справляются без эмпатии?

Боюань вздохнул, потер глаз и на всякий случай уточнил:

— А что именно мы собираемся там делать?

— Как что? — притворно удивился Мрачный лорд. — Разумеется, ловить драконов!

От такой новости Боюань аж проснулся. Потянулся долить чаю в похищенную у него чашку, а сам глотнул прямо из носика чайника — в конце концов, раз его собеседник не соблюдает правила приличий, так почему он сам должен это делать?

Драконы заслуженно считались главными паразитами и вредителями современных городов. Были они мелкие, размером с собаку, но ужасно прожорливые и живучие, их не брала никакая отрава, более того, они умудрялись как-то массово избегать ловушек, хотя интеллект у этих тварей был скорее отрицательный. Правда, Гуанчжоу данная напасть, можно сказать, миновала — у них драконов в основном съели или вытеснили на окраины каппы, которые были чуть менее прожорливыми и чуть более умными, но такими же неприятными.

— Живьем? Или только хвосты? Много нужно? По заказу ордена? — Боюань решил не скромничать и задал сразу все вопросы, которые у него возникли.

Драконы при малейшем испуге отбрасывали хвосты, как ящерицы, и быстро отращивали новые. И хвосты эти считались важным ингредиентом для зелий, их использовали как аптекари, так и адепты.

Мрачный лорд небрежно развалился на стуле напротив и покачал головой:

— Нет, с орденами мы редко сотрудничаем. Заказ от крупной фирмы-производителя газировки. Драконы прогрызли лаз на их склад и изрядно попортили уже не одну партию товара, так что нам нужно их припугнуть и прогнать подальше из этого района. Ну и собрать в процессе все хвосты, которые отвалятся, чего добру пропадать, — он покрутил в пальцах чашку. — Есть у меня еще одна идея, но ее я лучше расскажу, когда все будут в сборе.

Спорить Боюань не стал. Дожевал свою паровую булочку с тыквой, сбегал наверх за снаряжением и отправился вслед за Мрачным лордом — смотреть работу «Счастья», так сказать, изнутри.

Первый день прошел в основном в помещениях или в такси, так что погоду Боюань прочувствовать особо не успел. А вот утром второго дня в полной мере осознал, что климат Ханчжоу был гораздо более суровым, чем в Гуанчжоу. Тут холодные зимние ветра давно заступили на пост, промозглый липкий воздух настойчиво лез под воротник и больно щипал уши, а вчерашний густой туман и вовсе сменился таким же густым снегом, который пятнал тротуары и целыми пригоршнями повисал на ветках деревьев.

К счастью, добираться им пришлось недалеко и недолго, всего лишь пройтись пешком через парк.

То, что у входа в канализацию их встретила Гильдия Полной луны в составе четырех человек, Боюаня даже не удивило, особенно после слов о «подопечных-новичках». Забавно только, что они, по собственному признанию, звали Мрачного лорда вступить к ним в отряд — а в итоге, выходит, сами вступили к нему.

После полных энтузиазма приветствий Боюаня обступили полукругом и принялись наперебой дружески галдеть: «Офицер, а меня помните?», «А меня?!». Наиболее яркое впечатление на него при первой встрече произвел Семь полей, но остальные имена он тоже запомнил, так что стыдно не было. Эмоции у всех четверых были искренние и позитивные, Боюань давно не оказывался посреди такого всплеска.

Не успели они толком обменяться новостями, как Мрачный лорд шагнул вперед между ними и отпер тяжелую решетку старым ржавым ключом. Боюань даже удивился, откуда он его взял, но потом решил лишними вопросами не задаваться — с Мрачным лордом это все равно бесполезно, а то и неблагоразумно.

Они спустились по железной винтовой лестнице, похожей на штопор, и оказались в темном бетонном тоннеле с покатым потолком. К счастью, все захватили фонарики — кто налобные, кто карманные, — и только Мрачный лорд был не как все и наколдовал энергетический шар на кончике своего зонта. В лучах и бликах света сразу стали заметны грязные лужи на полу и белесо-зеленые сосульки на потолке, которые угрожающе нависали над головой, как сталактиты. Что-то булькало, журчало и переливалось.

Запах здесь был… ожидаемый и вполне соответствующий декорациям. Боюань поморщился и натянул шарф повыше на лицо, закрывая нос. Защитная маска или даже лучше полноценный противогаз тут бы не помешали, но, к сожалению, в базовое снаряжение, комплект которого Боюань захватил с собой, они не входили.

Мрачный лорд зажал зонт под мышкой, извлек из кармана плаща какой-то мятый листок, развернул его в целый плакат и принялся что-то на нем искать, бормоча себе под нос, а через минуту наконец победно объявил:

— Вот, нам направо!

Боюаня укололо тревожным подозрением.

— Старший, это у тебя что? — все-таки решил он уточнить, нарушив свой зарок больше вопросов не задавать.

Мрачный лорд моргнул с искренним удивлением:

— Как что? Карта!

Кажется, даже представители Гильдии Полной луны растерялись полным составом. Особенно когда выяснилось, что загрузить электронную версию карты себе в смартфон догадался один только Боюань.

Несколько минут пришлось потратить на то, чтобы деликатно убедить Мрачного лорда: его карта, конечно, ценный артефакт, но морально и физически слегка устарела, особенно если принять во внимание дату в ее правом верхнем углу. За прошедшее время были проложены новые тоннели, перекрыты некоторые старые, а отдельные аварийные участки и вовсе замурованы. Мрачный лорд все аргументы принял с явным недоверием и, кажется, обиделся… хотя ну нет, что за глупости, показалось просто.

Гулкое эхо их голосов далеко разносилось по тоннелю в обе стороны и терялось где-то во тьме. Капанье в какой-то момент стало громче, к нему примешалось отчетливое шлепанье, но быстро затихло.

— Мы договорились встретиться с остальными в северо-восточном секторе, они пойдут с другой стороны и будут гнать драконов перед собой. Нам надо зачистить этот участок, — Мрачный лорд ткнул пальцем на своей бумажной карте, и Боюань скопировал отметку на электронной.

После чего они еще раз сверились с направлением, немного поспорили и наконец двинулись в путь.

Тоннель тянулся очень долго, никуда не сворачивая. То справа, то слева мелькали вентиляционные шахты, ржавые решетки и такие же ржавые вентили. Пришлось остановить пылавшего энтузиазмом Спящего месяца, который хотел один такой вентиль покрутить на пробу. Еще не хватало, чтобы их всех обдало горячим паром или чем похуже.

Свет выхватывал на стенах разноцветную плесень, которая, кажется, колыхалась и словно бы ползла следом за тенями незваных гостей. На паре участков она даже светилась — или это в ней проросли флуоресцентные грибы?

Навигатор под землей работал плохо, так что Боюань отслеживал повороты сам, вручную чертя путь на карте, чтобы потом не заблудиться. Основание хвоста чесалось и вибрировало — верный признак, что рядом дикая природная магия, причем достаточно сильная. Такую часто излучали разные твари и монстры, особенно когда их было много.

Он забыл засечь точное время, но если судить по ощущениям — до своего первого дракона она шатались по скользким тоннелям не меньше получаса. А потом из вентиляционной шахты прямо им навстречу вывалилась белесо-зеленоватая тварь, такого же цвета, как ледяные сталактиты на потолке. Глупо полупала огромными глазами навыкате, раззявила пасть с мелкими желтыми клыками, пискнула — и рванула наутек, подняв целый веер брызг в ближайшей луже.

Разумеется, они все дружно ринулись следом, с гиканьем и улюлюканьем. Ну, лично Боюань молчал, а Мрачный лорд тем более, но остальные создавали достаточно шума для полноценного отряда захвата.

Они помчались вперед, резко свернули в левый боковой проход, увернулись от очередной решетки, проскочили в полуоткрытые ворота, повернули направо, потом снова налево — Боюань едва успевал отмечать все на карте.

Дракон в отчаянье отбросил хвост на середине погони, но Мрачный лорд, не останавливаясь, ловко подцепил его кончиком зонта, пихнул себе в карман и продолжил безжалостно гнать несчастную тварь.

А потом дракон привел их к целому лежбищу своих сородичей, которые вальяжно дремали под капелью из прорвавшейся трубы, а тут подскочили, зашипели, заверещали и бросились врассыпную. Мрачный лорд, не останавливаясь, выбрал самую большую группу и продолжил гнать куда-то вперед — Боюань вовремя вспомнил, что им нужен северо-восточный сектор, и принялся громко выкрикивать нужные повороты. Мрачный лорд понял его идею и принялся задавать драконам направление короткими вспышками магического огня, а Семь полей с товарищами громко стучали оружием по трубам и галдели во всю глотку, не позволяя тварям расслабиться.

Еще минут десять оголтелой беготни и пару новых мини-стай спустя на очередном повороте Боюань запнулся и едва на полетел носом вперед, в особо маслянистую лужу, потому что его буквально с размаху шибануло по щитам очень сильными и яркими чужими эмоциями, так, что едва не оглушило. Радость, азарт, восторг, еще восторг, триумф, ликование — все яркие, чистые, концентрированные. Боюань никогда раньше не встречал человека, который чувствовал бы так много и так открыто.

К счастью, оказавшийся ближе всех Семь полей успел придержать его за локоть, а потом из-за ближайшего поворота им навстречу вылетела еще одна группа драконов, которую гнал, вдохновенно размахивая руками, высокий широкоплечий парень.

Два драконьих потока схлестнулись, посшибали друг друга с лап, завизжали еще громче — а потом Мрачный лорд просто накинул на них всех усыпляющую магическую сеть, и резко стало тихо. Только эхо хриплого дыхания охотников металось под потолком из стороны в сторону. Драконьи тушки распластались по полу в нелепых позах… и через мгновение громко захрапели.

Здоровяк озадаченно замер, потом тряхнул длинными светлыми волосами и рассмеялся:

— Старшой, ну ты как всегда крут! — потом огляделся, радостно поздоровался с членами Гильдии Полной луны, как с давними приятелями, заметил среди них Боюаня и выразительно округлил рот: — О! А это тот самый новенький, о котором вчера предупредила босс?!

К остальным его эмоциям примешался искренний интерес и желание дружить.

Боюань торопливо укрепил ментальные щиты, осторожно улыбнулся и на всякий случай пояснил:

— Я не совсем «новенький», просто присоединился к вам на время, чтобы помочь с документами.

Но здоровяк словно не слушал, подскочил к нему, облапил за плечи длинной сильной рукой, немного потряс, очевидно, чтобы выразить всю широту свой души, и покровительственно возвестил:

— Ну ничего, ты все равно можешь звать меня старшим братом! Я все тебе поясню и растолкую, обращайся! — Боюаню подумалось, что, судя по всему, это он тут старший, но спорить он не рискнул, а новоявленный «брат» продолжил: — Я Вторжение паровой булочки, но все зовут меня просто Булочкой, для краткости!

Это было самое… не пафосное кодовое прозвание из всех, которые Боюаню доводилось слышать. Он вспомнил съеденную на завтрак паровую булочку и ощутил себя немного странно.

А Булочка снова его дружески потряс и вдруг спросил:

— А у тебя какой знак Зодиака?!

— Стрелец, — Боюань озадаченно моргнул из-за такого резкого перехода и от неожиданности ответил правду.

Булочка, кажется, воодушевился еще больше, хотя это казалось невозможным:

— О, круто, а я вот Водолей! Стрельцов у меня никогда раньше в друганах не было!

Так близко стало заметно, что в наполовину расстегнутом (совсем не по погоде) вороте его рубашки болтается несколько серебряных медальонов с изображением разных знаков зодиака. Запоздало вспомнилось, что среди постоянных спутников Мрачного лорда чаще всего называли «парня-астролога».

Астрологами обычно становились те адепты, которые не хотели оставаться в услужении своего ордена. Они в основном занимались тем, что предсказывали клиентам благополучные и неблагополучные дни, читали судьбы по звездам и готовили защитные амулеты.

И таким астрологом Булочка явно не был. Кто вообще знает, почему слухи записали его в их ряды.

Но одно было совершенно точно: ему как никому другому невероятно подходило название «Счастье», позитивные эмоции из него так и фонтанировали, буквально фейерверком.

— Стрелец, хммм… — задумчиво протянул он прямо над ухом Боюаня. — В ближайшую пару дней Стрельцам лучше не гулять по лесам, а то это может привести к внезапным травмам!

После этого туманного изречения он наконец выпустил изрядно помятого Боюаня и вприпрыжку вернулся обратно к повороту, где появился новый незнакомый силуэт — на сей раз женский. И, к счастью, с надежным эмоциональным блоком, за которым едва различался холодный азарт пополам с равнодушием.

— Это же Мягкая мгла!

— Сестрица Мягкая мгла!

Притихшие было члены Гильдии Полной луны тут же восторженно загалдели, хотя бросаться ей навстречу по примеру Булочки не рискнули.

Аккуратное каре, густые темные ресницы, из-за которых глаза тоже выглядели непроглядно темными, хотя цвет радужки, вроде бы, светлый. Она казалась даже более красивой, чем Туманная мгла, хотя, конечно, не то чтобы Боюань был экспертом.

Когда его наконец официально представили вновь прибывшим сотрудникам «Счастья», Мягкая мгла посмотрела на него вежливо, но без особого интереса — словно он пока еще не сделал ничего, чтобы заслужить ее внимание. Так нередко смотрели старшие офицеры других участков, но привычного возмущения такое пренебрежение с ее стороны почему-то не вызывало.

По слухам, Мягкая мгла была заклинательницей, и уж в этой теории многочисленные очевидцы вряд ли могли ошибиться. Боюань, хоть и боялся показаться невежливым, окинул ее фигуру быстрым взглядом в поиске оружия — и с некоторым удивлением обнаружил в кожаном чехле на боку самую настоящую мелодику, Боюань такие последний раз видел на уроках музыки в школе. Мало того, что выбор инструмента казался необычным (традиционный шэн был бы, наверное, уместнее европейской мелодики), но прежде всего само по себе заклинательство с помощью музыки было очень популярно в древности, если верить урокам истории, но почти не практиковалось в современном мире.

Мрачный лорд вдруг громко хлопнул в ладони, привлекая всеобщее внимание:

— Что ж, все в сборе, так что слушайте сюда! На самом деле, мы пришли сюда за Хранителем!

— Хранитель? Это кто вообще? — с недоумением переспросил Дрейфующая вода, и остальные его товарищи согласно закивали и зашептались.

Мрачный лорд встретил взгляд Боюаня и выразительно приподнял бровь, предлагая ему сомнительную честь пояснить прописные истины. Сразу захотелось огрызнуться, что он приехал работать помощником, а не нянькой (даже собственное удивление слегка померкло), но Боюань все же сдержался и терпеливо объяснил:

— Хранителем обычно называют главу драконьей стаи. Это может быть как альфа-самец, так и альфа-самка, у современных городских драконов чаще бывает самка. Это самые крупные и агрессивные особи, которые управляют целой стаей, могут позвать за собой или перевести в новое место обитания.

Булочка поскреб в затылке и поднял вверх указательный палец, словно его озарило:

— То есть, если мы схватим Хранителя, то сможем управлять всей стаей?!

Хм. А он был, похоже, на самом деле совсем не так глуп, как могло показаться на первый взгляд.

Боюань кивнул ему, как прилежному студенту, повернулся снова к Мрачному лорду и уточнил:

— Так в этом и был план?

Тот небрежно закинул зонт на плечо — любой другой на его месте так просто подпалил бы магическим огнем себе волосы, но Мрачный лорд умудрился сделать все ловко и изящно.

— Именно. Мы уже в течение нескольких недель приманивали и подкармливали Хранителя. Для этого достаточно рассыпать приманку для обычных драконов, они в этом вопросе как муравьи: таскают самую сладкую добычу в логово к матке, — пояснил он для остальных, хотя Мягкая мгла кивнула с таким видом, словно давно обо всем знала. — Среди прочего мы подложили им в еду следящие амулеты, но они все равно под землей работают не очень хорошо, особенно после того, как их как следует погрызут и обслюнявят. Поэтому для верности нам нужно погонять этих красавцев, — зонт ткнул в храпящие драконьи туши, — как можно дольше, чтобы они сдались и бросились за подмогой к своему Хранителю. А там достаточно пары заклинаний, и мы властители канализации! Сможем удерживать стаю подальше от складов нашего заказчика, плюс неограниченный запас драконьих хвостов. Чем истреблять всех драконов в Ханчжоу — проще их подчинить. Пусть дрессировке они не поддаются, но Хранитель решит проблему за нас.

Булочка громко зааплодировал, и остальные дружно присоединились, даже Мягкая мгла, так что Боюань тоже не стал оставаться в стороне и пару раз хлопнул в ладоши под самодовольно-насмешливым взглядом янтарных глаз.

Звучало это все, конечно, гораздо проще, чем оказалось на практике. Сама по себе беготня по темным и скользким туннелям канализации была, как минимум, делом очень изматывающим, особенно когда при этом нужно следить, чтобы перепуганные драконы не разбегались, и одновременно отмечать путь на карте. Боюань очень надеялся, что нигде не сбился, а то отыскать обратный путь будет не так-то просто.

В итоге он так увлекся тыканьем в смартфон, что едва не пропустил тот момент, когда они наконец достигли своей заветной цели. Внимание привлек полный восторга и чуточку отвращения возглас Булочки:

— Ого, вот это туша!

Хранитель правда оказался огромным для дракона, размером с хорошо откормленный легковой автомобиль. И как только ему вообще удавалось ползать по тоннелям и не застревать нигде на поворотах? Совершенно белая, почти прозрачная чешуя, под которой местами проглядывали синие вены, грязно-желтые когти, округлый обрубок недавно отвалившегося хвоста — скорее всего, за что-то зацепился (у Боюаня от одного взгляда прошило копчик ноющей фантомной болью) — и злобные водянисто-красные глазки, которые уставились на незваных гостей безо всякого страха. В отличие от остальных видов, у драконов альбиносы наоборот были самыми здоровыми и выносливыми особями.

Мрачный лорд стукнул зонтом об пол, как тростью, и выкрикнул какой-то приказ, который потонул в гомоне тварей. Но Мягкая мгла, похоже, расслышала, потому что выхватила мелодику из чехла и прижала мундштук к губам. Длинные пальцы с ухоженными ногтями ловко забегали по черно-белым клавишам, и дребезжащий визг драконов пронзила последовательность чистых высоких нот.

Булочка с громким победным воплем ринулся в самую гущу тварей, бесстрашно хватая их голыми руками — и, что удивительнее всего, драконы почему-то безропотно подчинялись, повисали бесформенными кульками и даже не трепыхались.

Боюянь сжал в ладони свой верный пистолет, который успел перед вылазкой зарядить оглушающими пулями. Покосился на застывших в некотором оцепенении Семь полей с товарищами, мысленно вздохнул и принялся командовать ими, как своими рядовыми, на мгновение словно позабыв, что они вообще-то чужие. Но те, как ни странно, не возражали, с готовностью и непонятным доверием кидались в указанные стороны, размахивая шокерами на длинных шестах.

Мрачный лорд и Мягкая мгла атаковали Хранителя, в то время как остальные пытались отвлечь на себя и сбить с толку стаю. Обычно драконы были тварями трусливыми и неагрессивными, но в такой ситуации инстинкт заставлял их защищать вожака.

Все шло довольно неплохо, Хранитель, опутанный сияющей сетью алых и рыжих заклятий, довольно быстро начал слабеть, хрипло взрыкивая и кроша пол обрубком хвоста. Но, как это обычно бывает в драке, в самый неподходящий момент обязательно выскочит какая-нибудь фигня.

Булочка, кажется, схватил слишком много драконов одновременно, потому что пошатнулся под их общим весом, оступился и спиной налетел на Боюяна.

Из легких от удара вышибло воздух, правая рука онемела, пальцы медленно разжались сами собой, пистолет выскользнул из них и еще более медленно полетел на пол — и все это произошло как раз в тот момент, когда какая-то особо рьяная тварь крепко вцепилась в штанину его джинсов и принялась ожесточенно трепать.

Боюань тоже оступился, пошатнулся, но все же удержал равновесие и от души пнул клыкастую пасть. Подчиняясь скорее инстинктам, чем осознанным мыслям, хвост выскользнул из-под одежды, в последний момент перехватил падающий пистолет и подтолкнул его обратно вверх.

Правая рука, насквозь прошитая колючими мурашками, еще не слушалась, так что Боюань поймал пистолет левой — и в последний момент успел выстрелить прямо в брюхо дракона, который неуклюже напрыгнул на Спящего месяца сзади, целя в шею. И такой укус был бы по-настоящему опасен.

Замедлившееся время снова включилось на ускоренной перемотке, Боюань ухватился за правое плечо, едва не выронив пистолет снова, Спящий месяц удивленно обернулся, Булочка замер с приоткрытым в удивлении ртом…

А потом сеть заклятий вспыхнула особенно ярко, Хранитель тонко взвизгнул — и медленно завалился на пол. От удара бетон под ногами завибрировал, в воздух поднялся столб грязной пыли.

И все драконы просто замерли. Застыли, как игрушки с выключившимся механизмом. А потом дружно улеглись, полуприкрыв глаза, как в трансе.

В тоннеле стало почти оглушительно тихо после только что царившей здесь какофонии, только снова эхо хриплого дыхания охотников заметалось под потолком пойманной птицей. Хотелось вдохнуть поглубже, чтобы быстрее прийти в себя, но здесь, в главном логове, забитом всяким мусором и гнилью, вонь была такой сильной, что становилось попросту дурно — сначала в горячке боя Боюань ее особо не заметил, а теперь едва не закашлялся.

А потом Булочка вдруг схватил его за и без того ушибленное плечо и почти крикнул прямо в лицо, лучась от восторга:

— Это у тебя что было, хвост?! Ты что, гарпия?!

От неожиданности и оскорбленного возмущения Боюань все-таки закашлялся, с трудом выдавил:

— Почему гарпия?..

— Ну, у них тоже хвост, — пожал плечами Булочка.

И поспорить с такой прямолинейной логикой было даже как-то сложно…

— Булочка, отпусти нашего консультанта, дай ему в себя прийти, — одернул Мрачный лорд с какой-то странно интонацией. Эмоции его Боюань по-прежнему не мог различить из-за блока, и это сильно мешало. — Ну что ж… — он повернулся обратно к поверженному Хранителю, который высунул язык и косил на своего главного обидчика устало-грозным глазом, и торжественно взмахнул зонтом, на кончик которого успел нанизать еще несколько драконьих хвостов. — Поздравляю нас, в нашем бюро появился первый питомец!

Остальные радостно заголосили, от души хлопая друг друга по плечам, даже Мягкая мгла позволила Булочке ненадолго притянуть ее в объятья (гораздо более бережные, чем пришлось пережить Боюаню), и только один Боюань вдруг остро ощутил себя чужим на этом празднике — и не потому, что на самом деле не являлся сотрудником «Счастья». Нет, причина крылась в самой откровенной и банальной зависти.

У большинства полицейских участков были такие питомцы-маскоты — как обычные звери, так и разные прирученные твари.

И только у «Синего дождя», над чем любили позубоскалить коллеги из других городов, особенно треклятые феи из «Маленькой травы», не было никакой пушистой, чешуйчатой или пернатой живности для сплочения коллектива — потому что все звери и птицы, независимо от своей видовой и магической принадлежности, почти панически боялись капитана Юя, по совершенно необъяснимой причине и ко всеобщей печали. Особенно расстраивался Хуан Шаотянь, который очень хотел собаку и переживал, что капитан Юй тоже хочет собаку так же сильно. (Еще в «Синем дожде» не было ни одной девушки-офицера, над чем тоже злорадствовали другие участки, но тут уже причина была не в капитане Юе — его все представительницы прекрасного пола наоборот обожали, опять же к крайнему неудовольствию Хуан Шаотяня).

Боюань вздохнул, в очередной раз чуть не поперхнулся вонью, на пробу согнул и разогнул правую руку, которую вроде наконец отпустило, — а потом вдруг снова столкнулся взглядом с Мрачным лордом.

И на сей раз, хоть это и было крайне невежливо, разрывать контакт первым не стал. Время тянулось и тянулось, тонуло, как в вязком янтаре… А потом Мягкая мгла что-то сказала, отвлекая внимание Мрачного лорда, Боюань высвободился, вздрогнул и наконец отвернулся, не понимая толком, что на него нашло.

Посмотрел еще раз на громоздкую белую тушу Хранителя и решил: пусть для этого потребуется всем участком перерыть все существующие бестиарии и зоологические справочники, в том числе на других языках, но они все-таки должны найти такое существо, которое не будет бояться капитана Юя!

* * *

Третий день командировки вышел на удивление спокойным и мирным, особенно на контрасте со вторым.

Туманная мгла с утра уехала перезаключать спонсорский договор с фирмой-производителем газировки — похоже, это был один из основных заказчиков «Счастья», — перед этим разрешив Боюаню свободно пользоваться ее кабинетом. Они договорились, что он продолжит разбирать документы, а заодно просмотрит запас артефактов и снаряжения (в том числе тех, которые они вместе закупили в понедельник), рассортирует их и составит заготовку для инвентаризации.

Правда, перед этим ему сначала пришлось сразу после завтрака провести нечто вроде внеплановой презентации для членов Гильдии Полной луны (хотя, наверное, пора бы уже звать их членами «Счастья»?) и прибившегося к ним Булочки. Посвящена эта презентация была основным видам самой распространенной нечисти, Альянсу и внутреннему устройству ведущих полицейских участков.

Оказалось, что Булочка был настоящим фанатом всякой нечисти, но разбирался в ней откровенно плохо, постоянно путал названия и отличительные признаки. А про хульдр вообще никогда не слышал — по простодушному признанию Булочки, в школе он недоучился, сразу после этого пошел работать вышибалой в клуб и только недавно вот присоединился к «Счастью». Боюаню уже даже было не так обидно, что его обозвали гарпией, но мини-лекцию про свой клан он провел особенно подробную и обстоятельную — и только потом запоздало заметил, что за самым дальним столиком тихо сидел Мрачный лорд и тоже внимательно слушал с непонятной улыбкой.

В первое мгновение Боюань смутился… а потом решил — ну и пусть и сидит там, раз так хочет, главное, чтоб молчал! Боюань приехал сюда работать, так что работает в меру сил. Вообще, конечно, эта мысль уже стала некой своеобразной мантрой всей командировки.

Перед обедом все как-то быстро разбежались по своим делам, так что Боюань наконец поднялся в кабинет Туманной мглы, разложил все документы на столе аккуратными стопочками и с трудом подавил желание схватиться за голову. В отчетности «Счастья» царил полный бардак.

Он сосредоточенно размышлял, с какой бы стороны к этому бедствию подступиться, когда в незапертую дверь кабинета вдруг постучали — осторожно, почти робко.

На пороге стояла фея.

От неожиданности Боюань едва не захлопнул дверь обратно, но вовремя вспомнил, что он все-таки не у себя дома, и сдержался.

Это оказался невысокий худой подросток с пепельными волосами и огромными темными глазами в половину лица. Само лицо было бледное и с нетипичным для фей застенчивым выражением.

— Добрый день, я Дюйм пепла, — негромко представился он. — Там привезли новое снаряжение. Я проверил опись, вроде бы все в порядке, но на всякий случай будет лучше, если вы тоже посмотрите, все-таки вы точно знаете, что именно должно там быть. Извините.

К счастью, заказ действительно доставили в целости, сохранности и полной комплектации. Но, глядя на все эти коробки, Боюань пришел к запоздалому выводу, что, кажется, во время своего забега по магазинам вместе с Туманной мглой (и бесполезным спортивным комментатором в лице Мрачного лорда) они все-таки слегка перестарались…

Вдвоем с Дюймом пепла они перетащили все на склад в подвальное помещение (вот где весьма пригодилась бы изрядная силища Булочки или хотя бы Семи полей с товарищами, но они все куда-то дружно запропастились), распаковали и рассортировали. Некоторые артефакты требовали особо бережного хранения, так что их решено было сначала поднять в кабинет Туманной мглы.

Как пояснил Дюйм пепла, все остальные сотрудники «Счастья» были заняты, а у него выдался свободный день, поэтому Туманная мгла специально попросила его приехать в бюро, чтобы помочь Боюаню с документами и поучиться их заполнению.

Чай в той части «Счастья», которая осталась просто чайной-читальней, подавали очень хороший, прям хоть уточняй, где они заказывают листья. Дюйм пепла спустился на кухню, принес поднос с крошечными глиняными чашечками и чайничками и сам лично заварил несколько сортов, негромко рассказывая в процессе про их особенности. У фей традиционно был особый талант обращения с травами, другое дело, что далеко не всегда они готовили что-то столь безобидное.

Для того, чтобы внести артефакты в реестр, потребовались некоторые справочники. Один из них Дюйм пепла нашел на полках, а два других пришлось искать в электронном виде.

— Прошу прощения, я хуже ориентируюсь в коллекции библиотеки, — смущенно извинился он. — Обычно этим занимается Скрытый свет, но у него сейчас сессия в университете, поэтому он на время вернулся в родной город.

Боюань смутно припомнил, что, кажется, Туманная мгла упоминала это имя в первый день. До внесения трудовых договоров в базу они с ней еще не дошли (программное обеспечение из Альянса до сих пор не прислали), поэтому Боюань пока видел информацию не на всех сотрудников.

Дюйм пепла был очень вежливым, в основном молчал, как и сам Боюань, только сосредоточенно перелистывал страницы документов и подавал нужные. Работать с ним вместе оказалось неожиданно комфортно, почти уютно. Похожее чувство Боюань раньше испытывал только наедине с Лодкой, этим непоколебимым оазисом мирного спокойствия. Фон от эмоций Дюйма пепла был более нервный, но искренне благожелательный и полный робкого любопытства.

Его истинный облик скрывала вуаль личины, но он не очень хорошо ее контролировал, видимо, из-за недостатка практики: периодически за плечами мелькал призрачный контур крыльев и слюдяной блеск. В насекомых и, соответственно, типах фейских крыльев Боюань разбирался не очень хорошо, но по форме было похоже на цикаду. Довольно необычно — насколько он знал, чаще всего встречались стрекозы.

Феям Боюань с детства тайком завидовал за врожденную магию и способность ею пользоваться, в буквальном смысле творить всякое волшебство. С возрастом стал относиться к этому спокойнее, но обида на несправедливость жизни все равно никуда не делась.

Они прервались на ужин, заказали доставку лапши из соседней закусочной, которую посоветовал Дюйм пепла, и вернулись к документам.

В практической стороне работы бюро Дюйм пепла разбирался гораздо лучше Боюаня, да и опыта полевых вылазок у него оказалось несравнимо больше, несмотря на юный возраст. Но вот с бюрократической стороной вопроса он был почти незнаком и вместо того, чтобы вести себя с обычным для феи высокомерным зазнайством, застенчиво попросил ему все пояснить, слушал очень внимательно и даже конспектировал. Кажется, он был немногим старше Ханьвэня, что поневоле расположило Боюаня к нему еще больше. Говорят ведь, что феи начинают взрослую самостоятельную жизнь очень рано… но все равно, как-то это неправильно…

Пару раз Дюйм пепла, приводя примеры, случайно оговаривался «а у нас в «Маленькой траве» мы…», после чего краснел и неловко менял тему. Выводы напрашивались сами собой, а причина такого богатого полевого опыта сразу сделалась очевидна, но Боюань не стал заострять на этом внимание и перешел к инвентаризационным описям.

Пожалуй, Дюйм пепла можно было назвать первой в жизни Боюаня скромной и приличной феей. Опыт был несколько сюрреалистичным, но скорее позитивным. Вот только как после этого дальше общаться с Зерном подорожника, который представлял собой просто кристаллизированный образец всех дурных фейских привычек?

Когда чернильная темнота за окнами сгустилась окончательно, а Дюйм пепла начал особенно часто моргать своими огромными глазищами и клевать носом, Боюань устыдился и понял, что они явно засиделись. Да и у него самого под веки уже словно песка насыпало.

Дюйм пепла застенчиво попрощался, еще раз извинился и ушел первым. Боюань какое-то время приводил документы в порядок и наконец покинул кабинет — чтобы столкнуться в коридоре с Мрачным лордом.

Тот стоял, небрежно опершись спиной на стену и сложив ладони на рукояти зонта, с таким видом, словно обосновался здесь уже очень давно и с интересом наблюдал за происходящим в кабинете сквозь замочную скважину.

Боюань прекрасно отдавал себе отчет, насколько нелепо звучит это подозрение, но один факт был неоспорим: Мрачный лорд все эти дни действительно постоянно маячил где-то рядом и следил за гостем. Настолько не доверял? Боялся, что Боюань похитит их секреты хаотичного штатного расписания и отсутствующие бухгалтерские ведомости и отвезет капитану Юю?

Слишком сильно хотелось спать для серьезных разговоров и разборок. Боюань устало потер глаз и поздоровался первым:

— Добрый вечер, старший. Ты что-то хотел?

Мрачный лорд отлепился от стены и улыбнулся:

— Как тебе наша персональная фея? Сманил его у Цзеси, беднягу там совсем не ценили и не заметили его природного таланта, пытаясь пристроить к совсем другому, не подходящему ему делу. Подумываю теперь позаимствовать кого-нибудь в участке у старины Ханя — мы ведь давние товарищи, неужели он откажет в помощи моей новой маленькой команде?

Такое фамильярное обращение к капитанам полицейских участков не могло не удивлять — но с другой стороны, удивляться Боюань уже тоже как-то устал. Вместо этого нахмурился и с подозрением уточнил:

— Ты что, планируешь «позаимствовать» ценные кадры из всех Трех великих участков? И на кого у нас в «Дожде» нацелился?

Тремя великими «Синий дождь», «Тиранию» и «Маленькую траву» называли скорее иронично, но они действительно были самыми успешными среди участков, с наибольшим количеством выдающихся сотрудников и раскрытых дел.

Но вопрос, кого именно из их участка Мрачный лорд хотел переманить к себе, действительно взволновал. Юй Фэн и так собрался переводиться в «Сотню цветов». Линь Фэна звали в «Воющий ветер», но он пока сомневался — там, судя по рассказам коллег, происходило что-то странное. А все остальные держались за свое место крепко и были им вполне довольны.

Мрачный лорд пристально посмотрел на него в ответ и выгнул одну бровь. Глаза у него смеялись.

Сердце екнуло против воли. Но Боюань встряхнулся и торопливо возразил:

— Я тут только на время! Меня вполне устраивает моя основная работа!

Мрачный лорд выгнул вторую бровь, потом улыбнулся и качнул головой:

— Ладно-ладно. На самом деле у нас уже есть один примечательный реликт из вашего участка, — не успел Боюань задуматься, о ком может идти речь, как Мрачный лорд вдруг подмигнул и многозначительно продолжил: — Но ты тоже подумай.

Щекам вдруг стало как-то жарко, что было странно и неправильно, и Боюань торопливо отвернулся в надежде скрыть эту реакцию.

Вокруг царила непривычная тишина, которую нарушали только редкие скрипы и мерное тиканье старомодных настенных часов над лестницей. Похоже, все давно разошлись по домам и лишними переработками не занимались.

Мрачный лорд зачем-то проводил Боюаня до самой двери в его комнату, помедлил, словно размышлял над важным вопросом, и наконец предложил:

— Давай прогуляемся завтра вечером?

Боюань замер на пороге, медленно обернулся. Но прежде, чем робкая надежда изнутри успела окрепнуть и расправить нежные листочки, Мрачный лорд продолжил:

— По кладбищу, поступил заказ на выводок мандрагор.

Надежда быстро скукожилась обратно. Боюань вздохнул и ответил:

— Разумеется, почему бы нет?

Несмотря на смутное разочарование, в котором не хотелось признаваться даже себе, идея сама по себе была интересной. Живых мандрагор Боюань никогда раньше не видел, в округе Гуанчжоу они почти не водились и считались охраняемым видом. Хуан Шаотянь как-то раз завел комнатную в горшке, но, по его собственным словам, разбил в первую же ночь, потому что вопли мешали спать.

В QQ оказалось пропущенное сообщение от Лодки. Тот интересовался, как дела у Боюаня, а также кратко поведал, что Фонарь с Мазком кистью снова поспорили, на сей раз о том, кто проведет больше эффективных допросов за месяц, Холодные сумерки в очередной раз безответно влюбился, а Ханьвэнь случайно нашел (и, разумеется, изничтожил) стратегический запас любимых шоколадных батончиков Хуан Шаотяня, отчего тот страшно обиделся и во всеуслышание объявил, что теперь уж точно никакой меч ему никогда и ни за что не подарит.

Боюань сам поразился тому, каким острым приступом тоски его вдруг пронзило — он и не думал, что успеет так сильно соскучиться по своим коллегам-придуркам (и племяннику-саранче) всего за три дня.

С другой стороны, эти три дни оказались так насыщены эмоциями и впечатлениями, что воспринимались, как три недели.

Боюань помедлил, прокомментировал новости подходящими смайлами и отписался: «Так не опишешь, надо рассказывать вживую, так что когда вернусь». Даже не стал сообщать заранее про нежданную связь «Счастья» с Мрачным лордом.

Этот факт он до сих пор не до конца осмыслил сам.

* * *

В четверг Боюань продолжил разбирать архив, на сей раз вместе с Туманной мглой. Они расписали снаряжение по сотрудникам, а кое-что даже сразу выдали тем, кто оказался на месте. Булочка очень обрадовался новым защитным перчаткам и снова подверг Боюаню принудительным объятьям, но, к счастью, показать хвост больше не просил. Мягкая мгла с интересом пролистнула нотный сборник заклинаний-колыбельных, который Боюань отдельно заказал накануне по согласованию с Туманной мглой, и даже снизошла до того, чтобы одарить Боюаня легкой улыбкой. Было приятно.

Весь день в целом прошел так же спокойно, как предыдущий, в куда более привычном для Боюаня ритме работы. В какой-то момент он вышел за чаем, а когда вернулся, обнаружил на столе неизвестно откуда взявшуюся полоску бумаги с запиской: «Не забудь про вечер». Почерк был такой ужасный, что он скорее догадался о смысле иероглифов, чем реально их прочитал, а бумагу словно оторвали от старой газеты.

В итоге к вечеру Боюань был полон нервного нетерпения пополам с опасливым предвкушениям. Но уже привычно ожидал подвоха, поэтому совсем не удивился, когда заглянувший к нему в комнату Мрачный лорд объявил, что к ним для подстраховки присоединится его давняя подруга.

Пока Боюань почти безвылазно сидел в кабинете-библиотеке, резко потеплело и весь снег успел растаять. Из-под него высунулась густая пожухлая трава, кое-где торчали еще ярко-зеленые пучки и листья. Деревья тоже облетели не до конца, покачивали на ветру немного общипанными, но еще золотисто-рыжими ветвями. Все-таки мало какие существа из плоти и крови могут посоревноваться в живучести с флорой.

Идти снова оказалось недалеко, как и во второй день: старое лесное кладбище пряталось в заброшенной части того самого парка, через который они шли к канализации. Правда, контраст цивилизованной и дикой частей был заметен очень сильно: Боюань издалека обратил внимание на нетипичные для этой местности могучие сосны, высокие и черные, словно прорезанные ножом в ночном небе. Ровно подстриженный, хоть и увядший, газон сменялся беспорядочным густым подлеском с кусками прошлогоднего бурелома, а для полноты картины где-то над головой громко ухала сова. Или какая-то мелкая хищная нечисть умело имитировала сову.

Возле едва заметной тропки, терявшейся в зарослях, их уже поджидала девушка в кепке, из-под которой торчали собранные в хвост длинные рыжие волосы, в совершенно неуместных ночью солнцезащитных очках на пол-лица и с экзорцистским амулетом на шее. При виде них она улыбнулась и замахала рукой:

— Привет! Можешь звать меня Очищающей мглой. А ты Лазурный поток, да? Мне про тебя уже многое рассказали!

От нее теплой волной исходили искренне дружелюбие и легкое любопытство. Боюань улыбнулся в ответ, несмотря на смущение, и с трудом удержался от неуместного комментария, что вокруг Мрачного лорда собралось как-то особенно много «мглы». И почему сразу три прекрасные девы взяли себе кодовые имена с одинаковым иероглифом?

Боюань старательно сделал вид, что рыжие волосы и прочий маскарад совсем не навели его ни на какие мысли. Раз она представилась Очищающей мглой — значит, Боюань будет звать ее Очищающей мглой. Иначе выйдет как-то невежливо. В чужие секреты он обычно не лез.

Но не узнать Су Мучэн, главного экзорциста «Великолепной эры», было сложно. С другой стороны, может, это и правда не она, а какая-нибудь родственница или поклонница, точно имитирующая своего кумира — особенно примечательные старшие офицеры участков были своего рода знаменитостями и героями среди простого населения, Боюань даже встречал фансайты в интернете (и сам тайком модерировал такой, посвященный Хуан Шаотяню).

Ну потому что действительно, зачем «Великолепной эре» так напрямую сотрудничать с конфликтным ей «Счастьем»? Мрачный лорд по дороге, конечно, предупредил, что в бюро есть пока официально неучтенные сотрудники — но вряд ли он имел в виду именно это?

Боюань мысленно заставил себя встряхнуться и не думать о том, что лично к нему не имело никакого отношения.

Экзорцисты в основном работали в паре с демонами или другой сильной нечистью — даже ходили слухи, что легендарный скрытный Е Цю на самом деле тоже был демоном (и именно поэтому он такой скрытный и прячет лицо не только от прессы и широкой общественности, но даже от коллег). Но, похоже, разгуливать по ночному лесу в одиночку Очищающая мгла совсем не боялась, да и перспектива идти на старое и, скорее всего, проклятое кладбище ее ничуть не смущала: она достала пакет тыквенных семечек, предложила Боюаню и принялась их бодро щелкать, бросая очистки на тропу.

— Это чтобы можно было найти дорогу обратно? — не удержался Боюань от комментария, вспомнив старую детскую сказку — а может, и не такую уж сказку, как строго учил детишек отец на своих уроках литературы.

Очищающая мгла негромко рассмеялась и с готовностью поддержала:

— Ага, это уж точно лучше хлебных крошек!

— Местные птицы и прочая фауна склюют не то что очистки — даже камни, — хмыкнул Мрачный лорд.

Он шел впереди и небрежно раздвигал нависавшие над тропой ветки зонтом, на кончике которого тлел уже знакомый энергетический шар. Ветки послушно отдергивались и меняли положение сами, словно боясь прикосновений зонта, так что над тропой постепенно образовался целый арочный коридор, словно специально сплетенный руками садовников. Боюань шел сразу за ним, стараясь на всякий случай ступать след в след — не хотелось случайно куда-нибудь провалиться. Очищающая мгла замыкала цепочку.

— Тут недавно прилетала целая стая чжэнь-няо, — продолжил Мрачный лорд. — Так они расклевали половину бродячих животных, даже драконам досталось, прежде чем служба экологического порядка наконец сумела их прогнать из города.

— Чжэнь-няо? — переспросил Боюань. Такого названия он раньше не слышал.

— О, это маленькая ядовитая птичка с фиолетово-зеленым оперением. Говорят, что внешне похожа на орла, но я не замечал никакого сходства. Они питаются в основном головами гадюк и ядовитыми ягодами, поэтому сами настолько пропитываются отравой, что даже их клюв становится смертоносен — разумеется, в современном мире существует много доступных противоядий, но в древности их перья использовали как оружие для заказных убийств.

Мрачный лорд словно прочитал по памяти целый параграф из бестиария — Боюань почти не удивился, потому что уже слышал такое от него раньше, в Морозном лесу, — а потом принялся рассказывать про других необычных тварей, обитавших в Ханчжоу: где именно они жили, чем были особенны, что о них рассказывали легенды. Некоторых подробностей и особенностей Боюань раньше не слышал, но ему не казалось, что Мрачный лорд выдумывает. Зачем бы это ему? Чтобы впечатлить отдельно взятого Боюаня? Да даже если бы вдруг так — почему именно этим?

Очищающая мгла в разговор не вмешивалась, кажется, тоже слушала с интересом, не забывая щелкать семечки. Боюань из вежливости попробовал, когда она снова предложила, но ему они не очень понравились.

Под густой развесистой тенью сосен снег растаял не весь, проглядывал в темноте бесформенными серыми пятнами. Подлесок немного расступился, под ногами смачно хлюпала грязь вперемешку с прошлогодними сосновыми иголками. Тропа окончательно затерялась, но Мрачный лорд уверенно шагал вперед — наверняка знал дорогу. Во всяком случае, Боюань очень на это надеялся.

— А это задание тоже по заказу того производителя газировки? — спросил он, когда в разговоре возникла пауза.

По дороге к парку он заметил на автобусной остановке рекламный анонс новой серии напитков с добавлением корней мандрагоры — видимо, для остроты вкуса. На что только фирмы не идут в надежде привлечь клиента.

— Хмм? — задумчиво откликнулся Мрачный лорд, разводя зонтом ветки очередного куста, словно что-то под ним искал — вероятно, мандрагору. — А, нет, в этот раз к нам обратился местный филиал Ордена Черной черепахи, они довольно часто просят помочь со сбором редких ингредиентов для зелий и микстур. Хотя для газировки мы тоже нередко добываем всякое.

Боюань помедлил и удивленно моргнул. Лодка был адептом как раз именно этого ордена и немало про него рассказывал. Но в Ханчжоу вроде больше силы имел Орден Алого феникса? Как в Циндао, например, в основном всем заправлял Орден Синего дракона, все адепты «Тирании» были именно оттуда.

Снова ярко вспомнилась вылазка в Морозный лес, Боюань поколебался, но все же осторожно уточнил, слишком уж зудело любопытство:

— Старший, за что ты так не любишь адептов?

— Почему не люблю? — искренне удивился Мрачный лорд и даже обернулся через плечо. — Я их вполне уважаю. Просто в полевых вылазках они обычно не нужны и только отвлекают внимание на себя, потому что приходится их защищать. Другое дело, что у меня есть некоторые вопросы к орденам как к структурам… но это отдельный разговор и довольно скучный.

Очищающая мгла почему-то хихикнула, торопливо прикрыв рот ладонью.

Сквозь черные стволы сосен изредка проглядывал почти круглый фонарь луны, но света давал не очень много. Энергетический шар сполз с конца зонта, поднялся выше в воздух и теперь просто летел над головой Мрачного лорда. Ночной мрак до этого пронизывали скрипы, щелканья, стрекот почему-то не заснувших на зиму насекомых и совиное уханье, но уже несколько минут, как вдруг опустилась полная тишина, глухая и абсолютная, даже звук их шагов и шорох одежды стал почти не слышен — будто заложило уши.

О первый надгробный камень Боюань едва не споткнулся — просто не заметил среди черноты под ногами. Посветил карманным фонариком — основание почти раскрошилось, плиту покрывали глубокие трещины, выбитые надписи давно сгладились до неразличимости.

В ушах хлопнуло, как бывает в самолете при наборе высоты, и звуки резко вернулись, просто не такие громкие. Осторожные.

— В это раз дошли быстрее, — констатировала Очищающая мгла, сверившись с серебристыми наручными часами. — Правильно говорят, что в хорошей компании время летит незаметно!

Боюань, ежась то ли от холода, то ли от ощущения чужого невидимого взгляда из темноты, огляделся по сторонам. Страшно ему не было, скорее, немного неуютно, но спутники вели себя так спокойно и естественно, словно стояли посреди ярко освещенной улицы, так что он тоже немного расслабился.

Могильные насыпи давно просели и сгладились, поросли бурьяном и сухостоем. Надгробные камни, черные, влажные, словно притаились в этих зарослях и чего-то ждали. Воздух напряженно вибрировал, краем глаза можно было заменить полупрозрачное зеленоватое свечение

Похоже, это было действительно очень старое кладбище — его не перенесли из центра города явно только потому, что опасались тревожить.

— Ну что, давайте искать! — бодро предложил Мрачный лорд, вскинул зонт на плечо и принялся небрежно прохаживаться между рядами могил. Очищающая мгла достала большую холщовую сумку-шоппер с вышитыми защитными символами, потом пошарила в карманах куртки и раздала беруши, которые заботливо заготовила для всех: даже дети знали, что мандрагоры — существа очень-очень громкие.

Фотографию из ботанического бестиария Боюань помнил неплохо, поэтому примерно представлял, что именно нужно искать. Но все равно удивился, когда в итоге нашел мандрагору первым, под голым кустом возле очередного надгробия.

Сверху это был самый обычный фикус, только с фиолетовыми листьями. Впрочем, на фоне черных проплешин голой земли, серых пятен плоских сугробов и жухлой травы они в любом случае выделялись так ярко, что не пропустишь даже при желании.

Боюань поправил перчатку, покрепче ухватил за основание, уперся ногами в землю и изо всех сил потянул.

Мандрагора поддалась неожиданно легко, буквально выскочила из земли сама, так что Боюань потерял равновесие и упал на одно колено. Мандрагора ожила, зашевелилась, забилась в его хватке, скорчила корни в гримасу, похожую на орущего старика.

И завопила.

Конечно, рта, глотки и легких у мандрагор не было, так что звуки они издавали, если верить биологам, трением корней друг о друга — но легче от этого не становилось. Звук все равно получился ужасно громким, пронзительным и неприятно человечным.

Боюань был морально готов, но все равно вздрогнул от неожиданности и попытался закрыть уши ладонями, чуть не выронив мандрагору. Бестиарий не врал: голосили эти твари даже громче драконов в канализации.

Мрачный лорд подошел, накинул на бесновавшуюся мандрагору сумку Очищающей мглы, оглушил коротким энергетическим разрядом и широко улыбнулся:

— По-моему, очень романтично, не находишь, малыш Поток?

У Боюаня накопилось довольно много вопросов к нему и его вкусу, но задавать их он все же не стал. А то мало ли — вдруг ответит?

Дальше дело пошло довольно споро. Они по очереди находили спящих мандрагор, тянули их из земли и в четыре руки — а то и в шесть, когда попадался особенно крупный экземпляр — паковали в мешок. Счет подходил к десятой, когда Мрачный лорд вдруг замер, выпустил листья очередной жертвы, которую еще не успел вытянуть из земли, поднял голову, вглядываясь куда-то во тьму, достал беруши и задумчиво протянул:

— О. Кажется, этот тот самый?

— Ммм, — Очищающая мгла последовала его примеру, к чему-то прислушалась и кивнула с довольной улыбкой. — Да, я узнаю эхо его амулетов. Давно мы его не встречали, наверное, недели две?

Боюань тоже выковырял из ушей затычки, повертел головой по сторонам, на всякий случай покрепче перетянул завязки на сумке с мандрагорами и осторожно спросил:

— О ком вы?

Лично он ничего подозрительного не чуял и не слышал. Ну, вернее, на этом кладбище ему просто казалось подозрительным все.

Мрачный лорд раскрыл зонт, что-то проверил на его внутренней стороне, сложил снова и прочертил кончиком в воздухе светящийся символ:

— Да есть тут у нас один неуловимый браконьер. Последнее время довольно часто перехватывает у нас мелкие заказы и некоторую добычу. Так что охота на этого браконьера — сейчас одно из наших главных развлечений... в смысле, я хотел сказать, главная тренировка.

Боюань подумал, что «Счастье» — по сути те же самые браконьеры, просто таких масштабов, что их деятельность стала уже официальной и получила признание общественности, но озвучивать эту мысль вслух благоразумно не стал.

Мрачный Лорд и Очищающая мгла вполголоса обсудили план, потом она отступила назад, к стволу ближайшей сосны, сжала в ладони свой амулет и прикрыла глаза, а Мрачный лорд невозмутимо устремился прямо во тьму, помахивая зонтом. Амплитуда взмахов выглядела почти угрожающе.

Боюань мысленно порадовался, что он тут лишний и вообще не причем, так что тоже отошел в сторону, чтобы не мешать. Бесплотный взгляд из темноты по-прежнему ощущался затылком и уже стал почти привычным. Но на всякий случай, чтобы обезопасить тыл, Боюань прислонился к большому камню — не надгробному, он специально проверил, просто торчавшему из земли скалистому уступу. Наверняка наследие какого-то ледника.

Потом тьму впереди озарило внезапными голубоватыми вспышками молний, резко высветило силуэты сосен. Короткий вскрик, громкие голоса, которые, кажется, о чем-то спорили, новая вспышка, на сей раз не света, а тумана — похоже, браконьер активировал какой-то талисман: по земле быстро поползли белесые щупальца, ноги увязли, воздух загустел и застыл настолько, что им стало почти невозможно дышать, а в ушах зашелестел чей-то вкрадчивый шепот, от которого пробирало дрожью, а внутренности буквально скручивало узлом.

Боюань не успел ничего сделать, но Очищающая мгла выпрямилась и начала речитативом громко читать заклятье. Амулет в ее ладони просочился золотистыми лучами сквозь пальцы, такой же свет заструился из-за стекол солнцезащитных очков, пополз вниз по прядям волос, как струи жидкого пламени. И, пожалуй, кодовое имя ей действительно очень подходило — потому что поляна почти мгновенно очистилась от тумана и шепота.

А потом справа мелькнула какая-то быстрая тень, и Боюань, действуя скорее на инстинктах, почти не расслышав предупреждающего окрика Мрачного лорда, подставил подножку. Блокировал ответный удар, уклонился, ударил сам, ухватил в пригоршню какую-то плотную ткань — то ли капюшон, то ли матерчатый рюкзак. По эмоциональным щитам шибануло сильным чужим раздражением. Противник шумно выдохнул, потом, видимо, решил, что драка того не стоит, и просто вывернулся из хватки Боюаня с неожиданной гибкостью и ловкостью. В темноте что-то выпало и гулко ударилось о землю.

Боюань, который так и не успел толком осознать, что вообще произошло, подхватил выскользнувший из рук фонарик и посветил рядом с собой. Круг света выхватил две оглушенные мандрагоры и какой-то карманный артефакт.

Света вокруг стало больше, а потом голос Мрачного лорда негромко похвалил почти над самым ухом:

— Неплохая реакция! Может, все-таки попробуешь меч?

Боюань едва не содрогнулся от одного этого слова, успевшего стать персональным триггером, представил, как они с Ханьвэнем пойдут в секцию фехтования вместе, и решительно замотал головой.

Очищающая мгла тоже приблизилась, явно очень довольная, и деловито собрала трофеи, уделив особое внимание артефакту.

Мрачный лорд повел правым плечом, поморщился, а потом вдруг вручил свой зонт Боюаню со словами:

— Подержи пока.

Тот от неожиданности едва не выронил свидетельство внезапно оказанной ему чести, покрепче перехватил обеими руками. Зонт оказался тяжелый, рукоять была очень теплая и приятно шероховатая, не скользила в ладони, но и не царапала. Боюань впервые увидел его так близко и только теперь разглядел, что плотную белую ткань покрывала вышивка серебряной нитью — и это были какие-то слова. Заклинания? Обереги? Иероглифы то ли незнакомые, то ли в устаревшем написании, в любом случае, Боюань ничего не смог прочитать.

— Это давняя традиция, — пояснил Мрачный лорд, очевидно, заметив его удивленный взгляд: — В знак признательности народа достойному чиновнику вручали почетный зонт с вышитыми именами дарителей, — он расстегнул две верхние пуговицы, приспустил плащ с плеча и поморщился. — Синяк будет. Он стал сильнее и как-то злее, что ли?

Еще бы, Боюань бы тоже изрядно обозлился, если б на него охотились и мешали спокойно работать!

Очищающая мгла негромко рассмеялась, собралась что-то сказать — но не успела.

— Осторожно! — вдруг выкрикнул Мрачный лорд, ухватил Боюаня за локоть неожиданно сильными и жесткими пальцами, дернул на себя и развернул, закрывая собой.

Из тьмы с низким утробным ворчанием метнулась какая-то небольшая тень, подпрыгнула и вдруг вцепилась Мрачному лорду в и без того пострадавшее плечо. Он резко выдохнул, выхватил свой зонт из ослабевших пальцев Боюаня и коротко взмахнул им, посылая энергетический разряд. От его близости у Боюаня под одеждой дыбом встали все волоски на руках, в воздухе остро запахло озоном, а ворчание неведомой твари перешло в уже знакомый громкий визг и резко оборвалось.

Безвольная тушка темной кляксой шлепнулась на землю.

Очищающая мгла неодобрительно поджала губы и посветила на это место фонариком.

Боюань несколько раз моргнул, пытаясь уложить в голове, что же все-таки произошло, поэтому не сразу сообразил: это была еще одна мандрагора, которая, очевидно, тоже выпала из рюкзака браконьера и откатилась чуть в сторону, незамеченная в тенях. А потом очнулась и вдруг решила мстительно напасть.

Мрачный лорд наконец выпустил локоть Боюаня, отступил на шаг, пошатнулся и уперся зонтом в землю, как тростью.

Осоловело повел головой, как только проснувшийся зверь, который почуял жертву. Посмотрел на Очищающую мглу, потом на Боюаня, потом снова на Очищающую мглу, медленно моргнул.

И Боюань вдруг запоздало вспомнил, что мандрагоры тоже считались ядовитыми, как и ранее неведомые ему птички чжэнь-няо. Только яд у них был… специфическим.

Он крепко стиснул зубы, расправил плечи и шагнул вбок, заслоняя собой Очищающую мглу.

Мрачный лорд остановил потемневший взгляд на нем, качнулся навстречу, плавно приблизился, волоча за собой зонт и чертя его кончиком глубокую борозду в земле. Остановился почти впритык, так, что Боюаню пришлось немного задрать голову, чтобы не выпустить чужой взгляд.

Губы Мрачного лорда, бледные и сухие, едва заметно дрогнули, он словно попытался что-то сказать. А потом медленно согнулся и уткнулся лбом в плечо Боюаня.

Тот на несколько мгновений неверяще застыл, глядя в темноту. В голове все никак не укладывалась мысль, что все это — не сон, а происходит на самом деле. Атмосфера ночного кладбища осознанию реальности как-то не способствовала.

Мрачный лорд издал отрывистый звук, подозрительно похожий на стон, потом повернулся голову и уткнулся лицом в шею Боюаня. Волосы у него оказались мягкие и влажные от пота. Боюань снова застыл, как беспомощная жертва под взглядом хищника, хотя сравнение было каким-то очень нелестным, закусил нижнюю губу и попытался решить, что делать.

Мрачный лорд горячо дышал в шею — действительно горячо, чувствительную кожу буквально обжигало его резкими выдохами, с каждым новым — все сильнее. Ответный жар разлился в основании хвоста, крупной дрожью поднялся вверх по позвоночнику.

А Мрачный лорд, как назло, словно что-то почувствовал или догадался, потому что вдруг хрипло прошептал:

— А как именно у тебя двигается хвост? Ты отдаешь ему мысленные команды? — провел носом по пульсу, прижался снова. — Он гибкий? Ты сможешь удержать им что-то помимо пистолета? Как он ощущается, как еще одна рука? Знаешь, ведь существует не так много видов городской цивилизованной нечисти, у которой есть хвост…

Он словно очутился во власти дурмана — хотя, собственно, именно это и произошло.

Было немного страшно, но больше странно. Смущение жаркой волной смывало остальные эмоции, не говоря уж о связных мыслях. Мрачный лорд больше нигде его не трогал, руки безвольно повисли вдоль тела, даже зонт выпал на землю, единственной точкой соприкосновения была и без того чувствительная шея Боюаня. Это казалось невыносимо — и одновременно почти сладко, и такое внезапное сравнение только пугало еще больше.

Он прерывисто выдохнул, нашел взглядом Очищающую мглу, сглотнул и негромко предложил, стараясь не привлекать внимание словно бы впавшего в транс Мрачного лорда:

— Вы, наверное, лучше уходите? Я справлюсь…

Он, правда, не особо представлял, как именно, но это детали.

Очищающая мгла посмотрела на него внимательно и с какой-то странной задумчивостью отметила:

— Ты очень милый, — а потом порылась в кармане и с триумфальным видом извлекла маленький пузырек: — Но, к счастью, у меня есть нужный антидот! Кто же без него ходит на охоту за мандрагорами?

Если б мог — Боюань бы хлопнул себя ладонью по лбу.

Облегчение нахлынуло так сильно, что едва не закружилась голова. К счастью, в нем очень быстро и без следа потонуло непонятное разочарование.

Вдвоем они кое-как закапали антидот в нос Мрачному лорду, попутно измазав пол-лица — наклоняться и поворачивать голову сам он не хотел. Эффект оказался почти мгновенным: Мрачный лорд отступил на шаг, встряхнулся, проморгался, утер подбородок рукавом и хрипло проворчал:

— Почему ты не дала мне противоядие сразу?

Очищающая мгла только загадочно улыбнулась в ответ и хлопнула в ладоши:

— Ну, все хорошо, что хорошо кончается!

А потом она достала из своих, очевидно, бездонных карманов ватные диски с перекисью водорода и принялась обрабатывать пострадавшее плечо Мрачного лорда. Выглядело оно не так плохо, как можно было подумать — всего пара глубоких царапин.

Боюань поежился — отсутствие чужого прикосновения ощущалось очень ярко, ночной холод снова забрался под воротник и свернулся там колючим шаром. Кончик выскочившего из-под одежды хвоста нервно подрагивал.

Но то, что всемогущий Мрачный лорд так подставился, попал под удар безмозглой твари, пусть и защищая Боюаня, было странно, нелепо — и одновременно придавало ему больше человечности. Ведь все живые люди и нелюди иногда ошибаются?

Только неужели он правда не знал, что на хульдр яд многих тварей, в том числе мандрагор, просто не действует из-за природного иммунитета?

И именно в этот момент Боюаню вдруг вспомнилось странное недопредсказание Булочки, что Стрельцам в ближайшие дни лучше не гулять по лесам. «Может привести к внезапным травмам»… Правда, травма вышла скорее моральная, но легче Боюаню от этого не было, даже скорее наоборот.

К счастью, вернулись обратно в «Счастье» они без дальнейших приключений, попрощались на пороге с Очищающей мглой, которая помахала рукой и, ни капли не скрываясь, уверенно зашагала в сторону «Великолепной эры».

Боюань не мог заснуть почти до самого рассвета, постоянно ворочался и думал о каких-то глупостях.

* * *

Пятница, к немалому облегчению Боюаня, тоже обошлась без приключений и полевых вылазок. До самого обеда он ставил программное обеспечение Альянса вместе с ЭЦП на ноутбук Туманной мглы и учил ее заполнять в нем необходимые формы. Мрачный лорд, которого она почему-то старательно гнала подальше от ноутбука и остальной техники, устроился на стуле по другую сторону стола с незажженной сигаретой во рту и с интересом наблюдал.

Никакого смущения после вчерашнего эпизода в нем заметно не было, поэтому Боюань решил, что тоже не будет смущаться. Правда, отдать себе такой мысленный приказ оказалось гораздо легче, чем осуществить его на практике… Но потом он увлекся работой и забыл думать обо всем постороннем — настолько, что едва не пропустил время отъезда.

Почти пять дней, проведенных в «Счастье», пролетели мимо головокружительным карнавалом, словно Боюань на время по ошибке вывалился в чью-то чужую жизнь и чуть в ней не утонул — но при этом ему понравилось.

Сотрудники бюро, почти все, с кем Боюань успел познакомиться за эти дни, даже официанты чайной, шумно высыпались в общий зал, чтобы попрощаться, облапали его в целой череде внезапных дружеских объятий, накричали в оба уха и едва не помяли хвост. Булочка и Спящий месяц даже прослезились и наперебой требовали, чтобы он снова приезжал в гости.

Эмоции у них всех, за исключением Мрачного лорда, были непривычно открытые и изобильные. Впрочем, как раз Мрачный лорд его провожать и не вышел.

Боюань уже привычно отогнал смутное разочарование, обменялся со всеми контактами, пообещал писать, предложил Туманной мгле обращаться с вопросами, если еще что-то будет непонятно. Не в первый уже раз подумалось: все-таки немного нетипично, что в «Счастье» собрались одни только люди, за исключением одинокой феи. Хотя, вероятно, Боюань просто видел не всех сотрудников и вольных агентов. Или слишком привык к «Синему дождю» — в большинстве других участков все-таки тоже превалировали люди, как самая многочисленная раса.

Он едва не забыл пихнуть в рюкзак сувениры для коллег, которые ему с энтузиазмом помогли найти и выбрать члены Гильдии Полной луны (меч для Ханьвэня пока нашелся только игрушечный, размером с ладонь, пусть сначала подрастет еще хоть на пару сантиметров), еще раз со всеми попрощался и развернулся к выходу.

Где обнаружил Мрачного лорда собственной персоной. Тот пожал плечами и зачем-то вызвался проводить в аэропорт, но всю дорогу в такси молчал. Боюань тоже не пытался заговорить первым, слишком много было всего, что хотелось сказать, поэтому он просто смотрел в окно, на мелькавшие мимо здания и парки. Впрочем, молчать вместе с Мрачным лордом было на удивление спокойно и уютно.

Но вообще, если так подумать — они ведь за все это время так нормально и не поговорили наедине…

Аэропорт встретил шумом и привычным гомоном чужих оголтелых эмоций. Хорошо, что Боюань на этот раз не забыл заранее выпить таблетку от головной боли.

Багажа у него не было, зарегистрировался он онлайн, так что они просто сразу прошли к зоне досмотра. Нашли тихий уголок возле огромного панорамного окна, за которым по асфальту медленно катались разноцветные самолеты, обманчиво маленькие, почти игрушечные с такого расстояния. Замерли друг напротив друга, все так же молча.

Боюань стиснул в пальцах лямку рюкзака, задумчиво покусал себя за нижнюю губу и наконец решился:

— Понимаю, ты меня не узнал, но…

— В смысле — не узнал? — прервал его Мрачный лорд и удивленно нахмурился.

Боюань пожал плечами — говорить об этом было неловко:

— Ну, когда я только приехал.

Мрачный лорд перестал хмуриться и наоборот высоко вскинул обе брови:

— Как бы я мог забыть восемнадцать приглашений?

Недоверчивое изумление затопило изнутри. Боюань медленно моргнул, уверенный, что ослышался, что-то не так понял, а потом в щеки запоздало плеснуло жаром, и от смущения захотелось немедленно провалиться вниз, сквозь все этажи аэропорта и сразу в самолет.

«Может, все-таки попробуешь меч?» — сказал Мрачный лорд вчера на кладбище. Повторил свое предложение из Морозного леса, так, словно хорошо о нем помнил и продолжал тот самый разговор.

Мимо прошла большая шумная семья, едва не оглушила громкими голосами и усталым раздражением, почти задела Боюаня тяжелой тележкой с кучей сумок, но Мрачный лорд перехватил его за локоть знакомым жестом, только на этот раз мягко, едва ощутимо, и притянул ближе к себе. Улыбнулся, глядя на него сверху вниз жарко-янтарными глазами, и тоже пожал плечами:

— Мне было стыдно, что я не запомнил твое имя с первой встречи, когда мы беседовали в вашем участке, а переспрашивать потом прямо у Морозного леса перед твоими коллегами показалось не к месту. Но, к счастью, когда я описал тебя Вэньчжоу — он сразу понял, о ком речь.

Мрачный лорд и стыд — звучали эти понятия как что-то несочетаемое. Боюань тряхнул волосами, пряча за ними наверняка совершенно красные щеки, и озадаченно нахмурился, когда до него наконец дошел весь смысл сказанного:

— То есть, «Счастье» запросило в помощь из «Дождя» не просто эксперта, а… ну… лично меня?

— Конечно, — невозмутимо кивнул Мрачный лорд, словно это само собой разумелось. — Мне понравилось, как ты тогда организовал своих коллег на охоте, так что я решил, что ты нам подходишь.

Это явно было не единственной причиной, но Боюань сделал вид, что поверил. Облегчение прорвалось наружу внезапным негромким смехом, он снова мотнул головой и хмыкнул:

— А ты не мог найти помощника как-то, не знаю, поближе?

Мрачный лорд небрежно отмахнулся:

— Но ты единственный младший офицер не из «Великолепной эры», которого я знаю.

Боюань сначала оторопел, слишком уже невероятно это прозвучало и чересчур лестно по отношению к его скромной персоне, потом с подозрением уточнил:

— А как же сотрудники «Маленькой травы» и «Тирании»? И других участков, которым ты... помогал?

Правда, этой помощи они все обычно были сами не рады, и Боюань их прекрасно понимал.

За эмоциональным блоком Мрачного лорда шевельнулось что-то насмешливое, но одновременно теплое, почти мягкое. Он улыбнулся чуточку шире, наклонился почти к самому лицу Боюаня и негромко выдохнул, почти прошептал:

— Напрашиваешься на комплименты, малыш Поток? Ну хорошо, ты единственный такой младший офицер, который показался мне достойным доверия.

И поцеловал его в щеку, как-то неуклюже и словно неумело. Потом наклонился еще ближе, легко мазнул губами по шее, почти как накануне, вызвав такую же горячую дрожь по позвоночнику и в основании хвоста.

Отстранился, коварно отступил на пару шагов, пряча руки в карманах плаща, и сообщил:

— Объявили посадку на твой рейс.

Боюань отмер, встряхнулся, одарил Мрачного лорда не впечатленным взглядом, даже смущение куда-то подевалось, мысленно пообещал сам себе, что потом вернет это все с процентами, и поспешил на досмотр, не оборачиваясь.

А то слишком захочется остаться.

Уже в самолете — снова место в серединке, на сей раз между благодушной старушкой и молодой женщиной с грудничком, что заранее особого вдохновения не внушало, — он проверил телефон и обнаружил там голосовое сообщение от Весны, которому перед этим кратко отчитался о завершении командировки. Удивился, подключил наушники и запустил запись — печатать Весна ужасно не любил, что служило в участке источником кучи баек и присказок.

«Подумал, что тебе стоит узнать об этом пораньше, — раздался в наушниках знакомый серьезный голос. — Капитан Юй сумел выяснить, что Мрачный лорд на самом деле — вышедший в отставку Е Цю».

Пальцы буквально онемели, и Боюань от неожиданности едва не выронил телефон, даже сообщение до конца не дослушал.

В смысле? Как?! Да нет, быть того не может!

Тот самый Е Цю?! Живая легенда всего Альянса, самый главный эксперт по нечисти, ходячая энциклопедия и признанный герой всей Поднебесной?

Тот самый Е Цю пригласил на помощь лично Боюаня и вел себя с ним так?..

А ведь на самом деле было немало подсказок, особенно после встречи с Очищающей мглой, и, наверное, подсознательно Боюань уже догадался сам… Но гнал эти догадки прочь, опасаясь верить. А еще просто не хотел лезть в чужие тайны, в которые его не звали.

Телефон негромко пиликнул, и Боюань, все еще ощущая себя, как в тумане, ткнул пальцем в экран, чтобы отвлечься. В QQ всплыло сообщение от Лодки: «Уже слышал новость про Мрачного лорда?»

Бортпроводницы привычно объяснили правила безопасности и попросили перевести технику в авиарежим. Это ощущалось смутным фоновым шумом, но Боюань, как прилежный законопослушный гражданин, послушался, только отправил перед этим в ответ: «Как думаешь, мне стоило попросить у него автограф?»

Ему совсем необязательно было дожидаться от Лодки знакомого смайлика с фейспалмом, чтобы предсказать реакцию лучшего друга.

Хотя очень хотелось позвонить ему и громко вслух поделиться новостью, что такой автограф чуть не остался у него на шее — кожа там, да и на щеке тоже, до сих пор горела фантомным прикосновением.

Без сомнения, эта поездка получилась самой примечательной в жизни Боюаня и полной самых разных впечатлений и эмоций. Пусть даже никаких памятников, музеев и знаменитых исторических мест Ханчжоу он в итоге так и не увидел.

Ну, значит, будет повод вернуться?

Еще один.


Эпилог

Когда примерно спустя неделю после командировки Боюаню на электронную почту пришло первое письмо от пользователя с именем «Счастье», он не особо удивился, уверенный, что это просто Туманной мгле понадобился какой-то совет. А вот когда кликнул по иконке и увидел текст — то изумленно вскинул брови и поспешно сдвинул кресло так, чтобы заслонить собой экран. Конечно, у Лодки не было дурной привычки заглядывать ему в монитор, но мало ли, вдруг посмотрит случайно?

Потому что на самом деле написал Боюаню лично Мрачный лорд. Е Цю.

Было это послание довольно коротким и в основном содержало вопросы про капитана Юя и про одно из недавних расследований «Синего дождя», связанное с лепреконами. Боюань поколебался, но сдержанно ответил.

На следующий день пришло второе письмо, в котором Мрачный лорд поведал колоритный эпизод из собственного опыта общения с ирландскими иммигрантами и доброжелательно задал пару личных вопросов.

И в итоге Боюань как-то сам не заметил, как ухнул в эту внезапную переписку с головой. Каждое утро первым делом нетерпеливо проверял почту с телефона, по дороге в участок старательно сочинял ответ, потом быстро набирал на компьютере и только после этого принимался за работу.

Письма Мрачного лорда (думать о нем как о «Е Цю» по-прежнему казалось сложно) всегда были короткими, но ужасно интересными и насыщенными новой информацией. О себе он тоже рассказывал — немногое, но эти крупицы сведений казались Боюаню куда важнее и увлекательнее энциклопедических баек про редкую нечисть. Так что он не удержался и в ответ также признался в некоторых своих секретах (о многом не знали не только родители, но даже Весна). Правда, странным казалось то, что Мрачный лорд использовал довольно старомодные и официальные обороты речи, нетипичные для интернет-переписки… но в этом был свой шарм.

А потом как-то раз спустя недели три, когда они почти договорились до официального свидания, Боюань с нетерпеливым предвкушением открыл новое письмо — и увидел внизу приписку постскриптум от Туманной мглы: «Мрачный лорд не умеет печатать на компьютере, да и вообще к технике его лучше не подпускать, а то она начинает глючить. Так что письма ему набираю я либо кто-то из младших, кого ему удается поймать, обычно Дюйм пепла».

Пару минут Боюань бездумно пялился в экран, а потом со стоном закрыл лицо ладонями. Настенные часы над дверью кабинета тикали громко и насмешливо.

Отсчитав до ста, он кое-как пережил маленький экзистенциальный кризис под удивленным взглядом Лодки, потом решительно поднялся из-за стола и, игнорируя горящие со стыда щеки, уточнил:

— У нас почтовые конверты остались?

— В коробке с канцтоварами. Шкаф с архивом, вторая полка снизу.

Лодка, как положено приличному адепту и лучшему другу, не стал задавать лишних вопросов и даже принес ему свежий чай с ромашкой.

Более-менее успокоившись, Боюань подготовил подробный ответ — много писать ручкой по бумаге он настолько отвык, что без помарок и замазки не обошлось, — проверил в интернете индекс и отправил в адрес «Счастья» обычное, бумажное письмо, по старинке.

Конечно, ждать ответа в этот раз пришлось гораздо дольше, чем по электронной почте, но зато он оказался несравнимо более обстоятельным и интимным.

Боюань не был уверен, к чему в итоге приведет это внезапное общение по переписке — и приведет ли вообще хоть к чему-то… но готов был подождать и попробовать.

В конце концов, ведь даже в мире, полном повседневной магии, не каждому выпадает шанс близко познакомиться с живой легендой.
кот Мурр2021.10.05 12:53
Спасибо, чудесная аушка))
Все ужасно милые))) (а Булочка прекрасен))
2sven2021.10.05 23:10
Помню эту вещь с битвы, она шикарна. Очень неожиданное АУ, яркое. В памяти (ну, моей, пкм) история остается не текстом, а картинами - цветными, объёмными, будто я смотрела фильм, а не читала. И хвост, конечно)))
цитировать