Комиксы и экранизации 3-15К;количество слов: 12339
автор: yanek

Сильнейшая из грез

саммари: Баки и Сэм отправляются в Африку по заданию МЕЧа, на который под прикрытием работает и Земо. Миссия идет не по плану.
примечания: Текст написан на фандомную битву 2021 для команды Disney Plus. В работе присутствуют типичное для канона насилие, упоминаются современные нам торговля людьми и рабство. События происходит спустя год после заключения Земо в Рафте. * Спасибо Панде поделившейся красивым хедом про танец с моряком и Chopush за вдохновляющие рисунки, особенно «Suffering and Support» https://twitter.com/Chopush2/status/13972401012..., сильно повлиявший на текст <3 * Также уже после деанона Chopush нарисовала к тексту божественные иллюстрации https://twitter.com/Chopush2/status/14277077803...
предупреждения: смерть оригинальных персонажей
Глава 1: Невинность

К третьему перелету им наконец-то не повезло. Крылатое горбатое чудовище, собранное из фанеры и гвоздей, угрожающе выло, поднимаясь в воздух, и зарывалось в пустоту носом при малейшем дуновении ветра. Сэм ничего не замечал. Нацепил парашют и спокойно себе посапывал, будто они летели в беспилотнике Ваканды. Возможно, байки про десятки пережитых падений воздушного транспорта были не такими уж байками. Его самого совершенно точно избаловали современные технологии с их бесконечным праздником комфорта. Никаких тебе оскорбляющих слух звуков и врезающихся жесткими краями в тело поверхностей. К пятому часу тряски он согласился бы и на самолет Земо, идущий в комплекте с хозяином. Полузабытая, отупляющая усталость раздражала куда больше.

Из самолета он скорее выпал, чем бодро выпрыгнул, и не завалился в пожухлую желтую траву только потому, что на них смотрели, да и Сэму хотелось соответствовать. Тот держал лицо и, приветливо улыбаясь, пожимал протянутые руки, словно не знал, сколько на них крови. Самопровозглаженные божки полупризнанной африканской страны, понимая, каким рискованном шагом для МЕЧа было оказывать им помощь, изо всех сил изображали готовность сотрудничать и не отправили за ними хвост, когда они с Сэмом выехали к конечной точке.

Две трети пути пришлись на джунгли, одна на окраину ближайшего крупного города, удачно скрытую сгустившимся сумерками. Завершился тот в баре, встретившим их табличкой «Закрыто» на английском и суахили. И, лишь переступив порог, Баки почувствовал, что приземлился.

*

Внутри царили темнота и прохлада. Единственным освещенным местом оказалась барная стойка, на которой теплилось несколько свечей. За ней стоял Земо, едва узнаваемый в полумраке. Баки ожидал его увидеть и все-таки удивился. За последний год они часто встречались в Рафте: то в допросной, то в комнате для визитов, и пару довольно тревожных раз в медицинском крыле после неудачного покушения Сокрушителей Флагов. МЕЧ, поняв, что Земо можно использовать, предложил тому должность консультанта в обмен на послабление режима. Ваканда выразила свою обеспокоенность, Сэм ее поддержал, и почему-то все решили, будто из Баки выйдет отличный посредник в этом сотрудничестве. Земо не возражал. Ситуация не устраивала одного Баки, но ему на разные голоса твердили — вину за организацию побега необходимо загладить. Так эта авантюра началась и теперь вышла на новый уровень: «консультанту» разрешили поработать в поле. Ничего особенного, кроме отсутствия давящих неприступных стен, напичканной датчиками синей тюремной формы и — посторонних.
Земо, в отличие от них, выглядел свежим, выспавшимся и походил на туриста. Светлая легкая одежда, бордовый платок на шее, закатанные по локоть рукава рубашки. Никакого намека на щетину. Наверное, и про парфюм не забыл.

Искреннее радушие при виде их лиц сменилось легким беспокойством. Земо, в Рафте здоровающийся с каждым человеком отдельно, даже пропустил приветствие:

— Как удачно, что впереди целые сутки на планирование миссии.

Сэм просиял и оккупировал ближайший барный стул.

— Да ладно, мы довольно бодры. Я вот выспался на год вперед!.. — Он подмигнул. Сил огрызнуться не нашлось. Баки молча пнул чемодан с костюмом кэпа, чтобы тот отъехал к другому краю стойки, и тоже сел. Сэм закатил глаза. Земо обвел их взглядом и улыбнулся. В последний раз Баки видел его улыбку в конце довольно продолжительной беседы с одним из Сокрушителей Флагов. Парнишка раскололся и сдал своих спустя несколько минут тихих вкрадчивых рассуждений. Вышло впечатляюще. Сэм, услышав эту историю, немедленно порекомендовал к просмотру «Молчание ягнят»: «Чтобы тебя не съели. Метафорически, я имею в виду», и Баки жалел о том, что согласился. Ужасов ему хватало и в жизни, а на происходящее между ним и Земо та история не походила. Подобной их истории все еще стыдились снимать. Вроде как.

Земо выставил перед ними батарею бутылок с водой и вернулся к тому, чем занимался до их появления — смешиванию коктейлей. Его это определенно забавляло куда больше, чем работа с бумагами, щедро поставляемыми МЕЧом. За год Баки насмотрелся на его перемежающиеся ходьбой и бормотаниями сражения. В самых затяжных на Земо появлялись очки и борода. Ему, как бы не было сложно это признавать, шло.

— Что ты им пообещал, раз тебя выпустили? — спросил Сэм, оторвавшись от мгновенно опустевший бутылки. Баки, степенно расправляющийся со своей, этой спешки не понимал и немного завидовал чужой прыти. Самому атаковать Земо вопросами пока не хватало запала.

— Не создавать проблем. И приглядывать за вами. Хочешь попробовать?

Сэм принял предложенный ярко-голубой напиток. Понюхал.

— Вряд ли окажется хуже любимого шота Тигра.

— Желез змеи там точно нет.

Сэм оглянулся на Баки.

— Он мог ввести яд в бутылку, которую ты только что выдул, с помощью достаточно тонкой иглы.

— Спасибо.

— Обращайся. Чего ждешь? Не хватает милого зонтика?

— Его пьют медленно или залпом. Зависит от предпочтений.

Сэм поморщился и проглотил жидкость. Дернулся. Прикрыл рот рукой. Замахал ею в воздухе.

— Потрясающе! Что это?! — Глаза лихорадочно блестели. Его унесло мгновенно.

— «Невинность». Пить больше одного за раз дурной тон.

— Никогда о таком не слышал. Из чего он сделан?

— Не могу сказать, — на лице Земо мелькнуло то едва обозначенное выражение, с которым он шутил над окружающими. Баки однажды застал его речь о роли чая в священных обрядах Заковии. Слушавший ту охранник верил каждому слову. — Его можно раскрыть лишь при определенных условиях.

— Каких? — Похоже, Сэм был уверен, что сейчас справится с чем угодно.

— Довольно интимных. Я узнал рецепт в одном из гей-клубов Берлина.

Баки не удивился. Он читал расширенную версию личного дела Земо несколько раз, а вот Сэм завис:

— То есть?... — Потер лицо ладонями. — Ты же шутишь? Он шутит?...

— Вряд ли. — Баки принял максимально серьезный вид. — Бармены сумасшедшие. Вспомни «Вересковый мед» Стивенсона. Там, чтобы сохранить секрет рецепта, герой выбрал смерть.

— Я о другом, — Сэм страдальчески нахмурился. — Это... ммм... предложение?..

Земо мягко рассмеялся.

— Нет. Ты очень привлекательный мужчина, Сэм, но не в моем вкусе.

— Я думал... — Кажется, Сэм собирался спросить Земо о браке. Все еще смотрящего время от времени полными боли глазами Земо о браке. Закончившимся вдовством из-за Мстителей.

Баки легко похлопал его по плечу:

— Здорово, что с тобой такое случается после стольких лет военной службы. —
Обратился к Земо: — Попробуй удивить меня. Не предлагая выпить на брудершафт.

Тот усмехнулся и принялся перебирать бутылки.

Сэм отмер:

— А ты когда-нибудь пробовал?

— Что?

— Брудер... — Он опять помахал рукой.

— Не уверен, что мы говорим об одном и том же.

— Наташа рассказывала...

— А, Наташа... Надежный источник.

— ... что это восточно-европейский ритуал скрепления братства. Они переплетаются руками, пьют и целуются. Но в фильмах с русским это выглядит...

— Карикатурно? — предположил Земо и придвинул тумблер с янтарной жидкостью.

— Да!..

Баки сделал первый глоток. На вкус это был довольно посредственный бурбон, к тому же разведенный водой.

Почти как тогда.

— О нет, он улыбается. Там какие-то наркотики?

— Ностальгия. Довольно близко к оригиналу.

Земо с достоинством поклонился.

— И да, Сэм, я пробовал.

— На войне?

— До войны. В клубе. С одним мужчиной из Восточной Европы.

— То есть, вы не служили вместе? — Сэм тяжело моргнул: «Невинность» путала его сознание все сильнее.

Земо, за которым Баки следил вполглаза, внимательно слушал.

— Нет, мы танцевали вальс. В том клубе было много мужчин. И ни одной женщины.

Сэм застонал. Накрыл голову руками.

— Вы сговорились, точно сговорились.

— Интересно о чем?

— Мне тоже!.. А еда есть?..

— Да. Разогреть?

— Пожалуйста!

— Хорошо. Если хочешь, можешь подождать, когда она будет готова, в горизонтальном положении. В следующей комнате стоят кровати. Односпальные. — Земо усмехнулся.

— Повторенная несколько раз шутка перестает быть смешной! — заявил Сэм и отправился, покачиваясь, в заданном направлении. Потраченные на перелеты часы его все-таки догнали. Или он выпил не просто коктейль.

— «Невинность» точно невинна?

— Разумеется. Я не стал бы травить никого из вас. Она довольно сильно бьет в голову.

Земо нахмурился. Наверное, ему не нравилось, что в нем продолжают сомневаться. Баки потянулся за виски. Плеснул до краев и позволил себе расслабиться. Насладиться вкусом, странным щекотным ощущением, которое давала борьба организма с мнимым отравлением, и — зрелищем. Земо аккуратно составлял бутылки в бар. Под тонкой тканью рубашки двигались лопатки. Голубой краситель испачкал левый локоть. Хотелось его стереть. Ртом.

Не то чтобы в Рафте он не ловил себя на подобных желаниях. Были и другие, куда более тяжелые. Особенно, когда Земо обыскивали, или тот разминался в довольно ограниченном пространстве своей камеры. Упражнения на гибкость и равновесие. Тщательно отрабатываемые без противника захваты. Но там всегда отвлекали обстоятельства, о которых здесь не напоминало ничего.

Земо знал. И, как минимум, раз это знание использовал. Во время очной ставки с захваченным командиром Гидры Баки повелся на провокацию и почти бросился душить мразь, когда-то отдававшую ему приказы. Остановила рука, сжавшая бедро под столешницей. Земо — собранный и чем-то рассерженный — спокойно задавал вопросы. Его пальцы, тем временем, двигались от бедра к колену и обратно в успокаивающем ровном ритме. Ничего эротического в жесте не было. Точно также он мог гладить животное, но ярость перетекла в возбуждение мгновенно. Ласка прекратилась, стоило ударить его под столом ногой. Пытка желанием — нет. И все-таки он досидел допрос, до конца сохраняя невозмутимость, хотя его ужасно вело.

Сейчас представилась отличная возможность спросить: «Что это было?» и попасть под обстрел встречных вопросов.

Баки допил виски одним глотком и выбрал другой вариант:

— Какие условия?

Земо, определенно чего-то подобного от него ожидавший, улыбнулся, не оборачиваясь. На щеке повернутого в профиль лица проступила ямочка.

— Желающий узнать рецепт признается, с какими сексуальными практиками не знаком. Владеющий рецептом выбирает одну из них. И невинности в мире становится немного меньше.

— Глубоко.

Земо посмотрел на него. Подчеркнуто нейтрально. Вопрос выражению противоречил:

— Поделишься?

Баки напомнил себе, что Сэм может не спать в соседней комнате. Они на задании. Земо убил огромное количество невинных людей. Ненадежен. Опасен. Бесит. И остался на месте, а не перемахнул за стойку.

— Я никогда не пил текилу по-мексикански. В десятках современных комедий соль слизывают с чьего-то живота.

Земо удивился и заметно расслабился. Шутка, пусть и неудачная, его полностью устраивала.

— Мало подходит под описание сексуальной практики.

— По-моему довольно сексуально.

— Облизывать незнакомого человека перед пьяной толпой?

— Можно знакомого. Без толпы. И без текилы.

Земо сузил глаза, наверняка, собираясь его отшить, и перевел взгляд на что-то, находящееся за спиной Баки.

— Мне нужна вода. Много воды. И мои вещи. — Помятый полуголый Сэм стоял, обняв себя руками. Его знобило. Земо вздохнул и выудил из-под стойки аптечку.

— Надеюсь, вас готовили к малярии так же основательно, как меня.

Баки выругался.

*

Вызванный Земо врач — сухой, длинный старик, с эбеново-темной кожей, — изо всех сил старался внушить доверие, а потому приехал в белом халате. Халат, скудное электрическое освещение, задыхающийся Сэм и ломящая кости усталость отсылали к такому количеству паршивых моментов из прошлого, что быстро обострившаяся паранойя не удивляла.
У нее были и вполне рациональные предпосылки.
Кэпа уже пытались убить в прошлом году: Сокрушители Флагов — Уокера. Устранить символ. Показать свою силу.

Почему они с Сэмом не подумали, что кто-то может попытаться это повторить? Например, в другой стране, когда капитан будет особенно уязвим?
Или Сэм подумал и не стал говорить ему?

— Все в порядке? — Земо остановился рядом с кроватью, с которой Баки наблюдал за нехитрыми манипуляциями врача. Можно было уточнить квалификацию старика. Кто его привез. Доверил бы ему Земо жизнь кого-то из своих близких.

До «в порядке» определенно было далеко.

— Я пытаюсь понять, нет ли здесь попытки убийства.

— Ему угрожали?

— Постоянно. Это называется социальные сети.

— Что-то выделялось на общем фоне?

— Нет.

Земо вздохнул и сел на ту же кровать. Тепло его тела отвлекало даже сейчас.

— Организовать покушение здесь довольно сложно. Особенно без участия местных. Они выбрали бы менее изящный способ. Скорее всего, его укусило зараженное насекомое. Я сам пережил подобный опыт, когда прилетел сюда в первый раз.

Его доводы успокаивали куда эффективней, чем звучащие в голове. И все же:

— Они могли нанять тебя.

— Не могли. Мне незачем выступать против вас. «Мстители» доказали свою необходимость и пока остаются разрозненными. Сэм более чем достойный капитан. — Земо наклонился назад, оперевшись на покрывало ладонями. Умиротворенное выражение на его лице походило на нежность. Это обезоруживало. — У меня есть некоторые личные сложности с его помощником, но и тот выдержал испытание сывороткой. И не ей одной.

— Какие сложности?

— Этические. Я не уверен, что мы, — Земо перенес вес с одной руки на другую, сократив расстояние между ними, и понизил голос, — ограничимся физической близостью. — Отступившее было возбуждение накатило вновь. — Ты более уязвим, чем я. И не только из-за обстоятельств нашего знакомства, располагающих к стокгольмскому синдрому.

Баки поборол желание закатить глаза. Каждый психотерапевт искал у него признаки уцелевшей привязанности к Гидре, Пирсу, и так далее. Один — к армии США.

— Ты убивал при мне. Говорят — отличное лекарство.

— Да. — Земо отстранился. Изменил позу, устроив расслабленные руки на коленях. — И при необходимости убью снова. Если мы будем связаны, это бросит на тебя тень. Поставит под угрозу все, чего ты добился. Слишком большой риск ради удовольствия.

Какое благородное самоотречение!.. Баки закусил лезущую наружу злую усмешку и положил ладонь между чужих лопаток. Провел несколько раз вверх-вниз, впитывая напряжение. Брови Земо снова сошлись — не любил, когда его не слушали.

— Ради свободы. Если верить моим мозгоправам, я все еще ношу с собой стены. Целый лабиринт. И ключами служат желания. Одному больше года.

Он забрался пальцами под платок. Обхватил горячую шею сзади — у Земо перехватило дыхание, — и приблизился так, чтобы нежное ухо оказалось возле губ:

— Я уязвим. И готов рискнуть. Не решай за меня.

Земо нахмурился. Кивнул после паузы, показывая, что понял.

Баки заставил себя от него оторваться.

— Как дела, док?

Старик подпрыгнул на месте, словно забыл, что здесь есть кто-то еще. Отвернулся от Сэма:

— Экспресс-тест говорит о тропической малярии. Пациенту необходима госпитализация.

— Чудесные новости!..

Старик перевел озадаченный взгляд на Земо.

— Не обращайте внимания, мистер Укумби. Я вас провожу. Позвонишь друзьям?

— А есть другие варианты?

Айо ответила на звонок сразу.

Глава 2: Эвакуация

За следующий час Сэму стало хуже. Открывать глаза он перестал. Температура поднялась, и большую часть времени до прибытия помощи Баки просидел, прижимая искусственную руку к горячему лбу. Режим охлаждения подходил не только для технических целей. Сэм шутил, что в Африке наконец-то убедит его остудить парочку коктейлей, и Баки очень старался фокусироваться на этом, но память, намотав пару живописных кругов по военным госпиталям, откатилась к Бруклину. Стив часто болел, и беспомощное тяжелое ожидание точно также растягивало минуты в бесконечность. Все они болели. Даже мама, с ее непрошибаемым здоровьем, однажды его напугала.

Земо, тактично оставивший его с Сэмом наедине, вернулся с каким-то испускающим пар отваром в огромной кружке и маленьким пакетом. Протянул кружку Баки:

— Восстанавливает силы.

— Ему бы остыть.

— Это тебе, Джеймс. Выглядишь плохо. Я взял еще один быстрый тест у доктора. Надеюсь, ты позволишь взять мазок крови.

— Что? — От удивления рот открылся сам собой. Кружку он так и не взял.

— Сыворотка не сделала тебя неуязвимым. Гидра разрабатывала несколько экстравагантных способов по устранению и ослаблению суперсолдат. Малярия — один из них. И останется с тобой надолго, если ничего не предпринять. Можешь взять у себя кровь сам. Важно сделать это до того, как вакандцы появятся.

— Надеешься от меня избавиться?

— Надеюсь, у них есть какая-то экспериментальная вакцина, и эвакуация тебе не понадобится. МЕЧ пытался тебя привить?

— Никто им не сказал, что заражение возможно.

— Я... вспомнил об этом лишь сейчас, — признался Земо. Прикусил нижнюю губу. Досада казалась искренней.

— Ладно, давай. Поиграешь со мной в доктора еще раз.

Земо ответил тяжелым взглядом. Выложил на ближайшую тумбочку содержимое принесенного пакета: коробку теста, пипетку, стекло, скальпель и пачку черных медицинских перчаток. Натянул их с сосредоточенным видом.

Вместо привычного, связанного с любым намеком на хирургию отвращения, внутри зашевелилось что-то совершенно другое. В одном, ярко врезавшемся в память порноролике такие же перчатки надевали перед мучительно долгой растяжкой. Парню, которого растягивали, чтобы дойти до финала, хватило ее одной. И до этого момента себя на его месте Баки не представлял.

Во рту пересохло.

В свете единственной полудохлой лампы блеснул скальпель, возвращая его в настоящий момент. Дыхание Земо едва заметно участилось. Баки сунул большой палец в рот. Прикусил. Вкус крови и боль ожидаемо не отрезвили. Он облизнулся. Земо молча взял протянутую ему руку. Перчатки пригодились — прикосновение кожи к коже грозило обернуться провалом: силы воли, доводов рассудка, а так оставалась хлипкая надежда удержаться.

Пока Земо не начал ощутимо сжимать его палец, добывая тяжелые алые капли.

Баки отвернулся.

— У тебя тоже температура.

— Моя обычная выше твоей.

— Я учел. И то, как ты остужаешь Сэма последние полчаса, тоже.

Разговор помогал не сорваться.

— Почему ты уверен, что тест сработает?

— Не уверен, но проверить полезно.

Руку отпустили. Земо повернулся к нему спиной, чтобы поместить собранную кровь в тест. Стянул перчатки. Он горел и сам — пятна румянца собрались за ушами и на шее. Может быть, где-то еще...

Воля отказывала.

Баки подошел ближе и остановился в паре дюймов, вбирая запахи — свежего пота, мускуса и хорошо знакомого парфюма.

— Хочешь, остужу и тебя?

У Земо напряглись плечи.

— Сэму нужнее.

— Я о «после».

— Справлюсь сам.

На этом Баки оставили одного. Вернулся Земо в обществе Накии. Через двадцать минут, проведенных за попытками успокоиться.

*

Сначала он ее не узнал. Накия, всегда полная достоинства, уверенная в себе и открытая миру, выглядела нервной и погруженной в себя. Зеленая накидка, обычно покрывающая короткие волосы изящными складками, небрежно болталась на шее. Темную свободную одежду пятнала грязь. Правое запястье обнимал подаренный Окое браслет — один из тех, что приманивали удачу в битве. У Шури был такой же.
Еще она злилась. Свежо и ярко. Сократила приветствие до кивка и полностью сосредоточилась на Сэме.

Баки отозвал Земо в сторону:

— Ты ей что-то сказал?

— Меня не удостоили и словом. Она приехала такой.

— Приехала?

— Мопед припаркован у бара. Рассчитывал на что-то другое? — Земо тоже и также оставил где-то свою аккуратность. Волосы, слегка смоченные водой, растрепались. Платок исчез с шеи. Небрежно расстегнутый ворот теперь открывал ключицы и — свежий засос.

— Джеймс, — звучало предостерегающе.

Баки медленно выдохнул и вернулся к Накии. Та водила над Сэмом каким-то жезлом, изучала пестрящий графиками планшет и явно не хотела общаться. В другой ситуации он не пристал бы с вопросами:

— Почему ты не в Оклэнде?

— Возникли неотложные дела дома.

— Следишь за ним? — Он кивнул на Земо.

— Мир не крутится вокруг вас. — Новый уход от ответа. — Тест верен. Сэму нужна вакцина. Дашь ли ты согласие за него? — Их взгляды встретились — стало стыдно за свои подозрения. Она искренне сочувствовала беде и хотела помочь. — Состав новый, но мы завершили все тесты. Готовимся начать массовое производство...

— А пока лекарство доступно лишь избранным? — перебил Земо, тонко улыбаясь. Его окатили холодным взглядом. — Нам понадобится еще одна доза. — Накия напряглась. — Джеймс болен. Для себя я бы не просил.

— Зря. Смерть от малярии довольно мучительна. Я бы на твоем месте постарался этого избежать. Заменил духи репеллентом...

Оба удивленно на него посмотрели. Зато возникшее между ними напряжение поутихло.

— Вколи мне первому. Чем быстрей узнаем, какой будет реакция, тем лучше. — Идти на поводу у своей паранойи он собирался разве что чуть-чуть.

Накия кивнула. Вынула из своего рюкзака пару устройств, похожих на автоматические ручки с ампулами вместо стержней. Баки задрал рукав футболки на предплечье и не ощутил укола — раствор будто прошел сквозь кожу после нажатия кнопки.

С таким технологическим чудом он еще не сталкивался.

— Новая разработка. Довольно полезная, когда надо прививать детей, боящихся уколов. Они — наш приоритет. В тех прививочных пунктах, которые мы успели открыть, им помогают в первую очередь. — Она смутилась. Наверное, не хотела, чтобы казалось, будто она оправдывается.

— Это здорово. Что вы помогаете. Правда, здорово. — Баки со значением посмотрел на Земо.

— Да, — поддержал тот и не извинился за «избранных». — Как ты себя чувствуешь?

Место укола неприятно щипало. По венам руки прокатилась волна холода.

— Как обычно.

На Сэма укол тоже не оказал никакого видимого эффекта.

— Чтобы поправиться, ему понадобится от трех до пяти дней. Полных покоя. Мы готовы его принять и предоставить весь необходимый уход.

— Думаю, Сэм почтет за честь. Спасибо. И если можем чем-то помочь, скажи.

Накия изменилась в лице. Сомнение и необходимость поделиться сменяли друг друга, искажая черты. Она резко выдохнула, приняв решение.

— Можете, но никто не должен об этом знать. Даже Т’Чалла. Особенно о твоем участии. — Накия впервые обратилась к Земо напрямую. Тот, наблюдавший ее внутреннюю борьбу со сдержанным интересом, скрестил на груди руки:

— Я могу не участвовать вовсе. У нас есть другое дело. И не так много времени, чтобы его завершить.

Взгляд Накии остекленел. Признание далось ей с трудом:

— Без тебя может не получится. Белый Волк, — Земо удивленно поднял брови, — Баки слишком похож на нас. После всего, что мы сделали, чтобы его освободить. — А вот этим делиться было вовсе необязательно. — Нужен кто-то другой. Чужой. — Она вздернула подбородок, словно бросая вызов. — Готовый рискнуть жизнью ради других.

На миг Баки пожалел о своем предложении. Он не был уверен, что Земо перестал искать смерти.

— Я не против помочь. Если это не противоречит моим принципам. Но сначала, полагаю, нам нужно позаботиться о Сэме?..

Накия смутилась и выскочила наружу с коротким «сейчас».

— Они действительно за мной следили. Не она, другие. Эта девушка — невеста Т’Чаллы?

— Если снова не разбежались.

— Ему можно позавидовать.

— О да, — неожиданно подал голос Сэм. Приоткрыл глаза, блестящие огнем лихорадки. Протянул руку.

— Ты что, притворяешься?.. — Баки пожал пальцы и неприятно поразился тому, как те ослабли.

— Берегу силы. И вы тоже... берегите... силы... ее... и себя...

— ... Он до сих пор пьян?

— Прошло не так много времени, чтобы протрезветь.

— ... особенно Баки...

— Сделаю все что смогу, — серьезно пообещал Земо.

Сэм кивнул и вырубился.

В груди поселилось плохое предчувствие.

*

За Сэмом прилетела Окойе. Все в ней выражало сдержанное неодобрение. Она явно знала, что у Накии есть какой-то рискованный план, но ничего не сказала, ограничившись коротким: «Храни вас Баст». Баки, впрочем, смог заслужить ее улыбку, когда надел на шею Сэму свои жетоны.
Земо в короткой встрече не участвовал.

После они снова собрались у барной стойки. За окнами светало. Свечи продолжали гореть. Накия сжимала предложенный ей стакан с лимонадом, собираясь с мыслями. Земо резал лимоны для следующей порции напитка. Баки пялился на покрытые соком пальцы и слушал, как жар внутри растет. Затапливает мышцы, делая тело мягким и податливым. Растормаживает сдерживающие центры. Притупляет реакцию и мышление. Одежда намокала. Лечь хотелось все сильней. Даже больше, чем слизать сок.

Земо подвинул ему новую кружку все того же отвара.

— Оно горячее.

— Горячее лучше утоляет жажду.

— Эту не утолит. — Баки развязно усмехнулся.

Земо вздохнул точно взрослый, которому приходилось терпеть выходки подростка. Учитывая, что «подросток» был старше более чем на полвека, это казалось довольно забавным... Он точно поплыл. Накия пришла к тому же выводу, достала диагностический «жезл» и ощутимо ткнула им под ребра.

— Графики безумные и все-таки, кажется, есть положительная динамика.

— Рад слышать. Не пора ли перейти к обсуждению дела? Пока Джеймс не отключился.

— Я не отключусь.

Земо смерил его полным скепсиса взглядом.

Накия собралась с духом. На стойку легли крохотные капсулы, заполненные порошком знакомого фиолетового оттенка. У зелий, которые давала ему Айо, был такой же. Баки пил их не раз и не два, когда его освобождали от заложенных Гидрой команд. Зелья готовили из растения, не покидающего пределов Ваканды и бывшего самой ее большой тайной.
Если его догадки были верны, оно или что-то похожее наделяло сверхъестественными способностями Черную Пантеру — короля Ваканды и ее защитника.

— Новый наркотик. «Слезы Таноса». Появился на рынке пару месяцев назад. Вызывает привыкание сразу. Увеличивает силу, скорость, реакцию, болевой порог. Не наносит вреда. — Голос Накии казался мертвым. — Все это после удивительных видений.

Баки, в цепочке пережитых им самим, лучше всего запомнил то, после которого его прозвали «Белым Волком». Ночь, наполненную неестественно яркими цветами. Огромные звезды. Кружащую рядом волчью стаю. Ослепительно белый мягкий мех. Горящие желтые глаза, острые клыки, голодные взгляды.

Разделенный со стаей вой.

— Эффект накапливается?

— Да. С каждой дозой человеку все труднее проснуться. — Баки вздрогнул. Он и сам хотел остаться в той ночи. Очень хотел. — После четвертой приходится использовать инъекцию адреналина или стимуляцию электричеством. После пятой не просыпается никто. — Она грустно улыбнулась. — Но мы все равно едва справляемся с тем, чтобы сдержать распространение.

— Насколько человек, принявший «слезы», уступает Джеймсу? — Земо сразу уловил главное. И, наверняка, тоже связал наркотик с Черной Пантерой — запись пробежки Т’чаллы со Стивом и Баки на равных, сделанная в Бухаресте, гуляла по сети до сих пор, обрастая конспирологическими теориями. Та, в которой Пантере каким-то образом досталась сыворотка суперсолдата, была основной.

Накия опустила глаза. Не хотела посвящать Земо в тайны своей страны.

— Незначительно.

— Это обратимо? — спросил Баки, слабо надеясь, что не натолкнет Земо ни на какие новые догадки. Он и сам ничего не должен был знать — Шури однажды проговорилась, что способности Черной Пантеры можно забрать.

— Нет. — Накия тяжело вздохнула. — Мы не знаем кто, из чего и где их производит, лишь откуда привозят сырье. Это спорная территория, далеко от наших границ. Там постоянно воюют. Из деревень уцелела одна, да и в той разбит военный лагерь. Рядом озеро. Туда, под воду, в сеть пещер, и спускаются чужаки. Прямо с неба. Нам пока не удалось проникнуть на их транспорт. Или проследить за ними под водой. Техника выходит из строя. Разведчиков удерживает невидимое поле. Я была там сама и не могла сдвинуться с места. — Она сделала паузу. — Говорят, после Щелчка в озере поселился бог. Жители деревни приносили ему жертвы. Коз, кур, цветы и фрукты. Взамен он не нападал. Потом начал одаривать последователей силой. Тех, кто мог рассказать детали, уже нет в живых, — она сердито растерла показавшиеся слезы, — как и тех, кого убили в ответ на наши попытки сорвать поставки. Т’чалла пытается найти дипломатическое решение, чтобы Ваканда могла освободить деревню. Таких захваченных несколько, и крайне важно создать прецедент, но время уходит, а вы здесь и можете... — голос окончательно ее подвел.

— Конечно, можем, — сказал Баки и утешающе пожал лежащую на стойке руку. Земо бросил на него быстрый взгляд, значение которого ускользнуло.

— Я согласен.

— Завтра ночью будет возможность...

— Значит попробуем завтра. Если не случится ничего непредвиденного и Джеймс поправится.

— Джеймс поправится.

Накия кивнула и оставила им свой номер.

*

После ее отъезда Земо принялся быстро собирать вещи — снова предстояло ехать. Баки наблюдал со стойки, положив голову на руки. История, рассказанная Накией, высосала из него остатки сил — перемещаться в пространстве не хотелось абсолютно.
— Почему мы не можем остаться ночевать здесь?

— Капризничаешь? — Земо достал из-под бара сумку с торчащей из нее винтовкой, и даже вид оружия не мог заставить собраться.

— Мне советовали выпускать своего внутреннего ребенка. Иногда он ноет. Серьезно, почему? Ты передумал и решил прикопать меня в джунглях?

— Пока нет. Сегодня вечером я должен быть в своем отеле. Устраивать вечеринку для Нгомбе и его людей. Они почти согласились на сделку.

Думать еще и про миссию, порученную им МЕЧом, было физически сложно, и все же Баки себя заставил — от ее успеха зависели жизни других. Нгомбе работал на Шимо. Тот выступал посредником продавца биохимического оружия. Земо, вернее Ноа Тэйлор, представлял интересы покупателя. Они с Сэмом его страховали. Аналитики считали, что на сделку уйдет не меньше месяца.

— Ты обработал их за неделю?

— Какие-то шаги были сделаны удаленно. Двадцать первый век, Джеймс. — Земо насмешливо улыбнулся. Не так, как позволял себе при других. Мягче. Интимнее. Он ощутимо расслабился и, самое удивительное, — Баки тоже.

Возникшую тишину разорвал отвратительный рингтон. Земо сделал несколько вдохов с выдохами, пробормотал что-то на пробу, принял звонок. Речь изменилась: темп увеличился, добавились нарциссические интонации и — концентрированная похоть.

Мысленно Баки проклял звонившего.

— Да, Нгомбе. Нет. Кто встает в такое время? Брокеры? — Земо заржал. Не засмеялся своим естественным тихим глубоким смехом, а задребезжал — грубо и громко. — Я и не ложился... Ну, мои руки были слишком заняты, чтобы тебе ответить. Рот тоже. Еще одна незабываемая ночь в раю!.. В силе, конечно... Точно не хочешь получить лучшие в этой части света рекомендации?.. О, эти женщины вернули бы тебе способность улыбаться, а может и открыли бы какие-то новые горизонты... Да, так точно... Постараюсь... До скорой встречи!..

Земо положил трубку. На лбу проступила жилка, как всегда во время напряженных размышлений.

— Похоже, они в соседнем городе. Груз наверняка с ними. Довольно логично, учитывая... — Баки продолжал его слушать и одновременно обдумывал телефонный разговор. Засос на шее мог быть частью легенды, бегло изученной им еще дома. Мистер Тейлор спускал на проститок целые состояния. Возил с собой дорогих любовниц. Земо наверняка поддерживал образ, то есть, с кем-то спал. Это расстраивало. Надо же.

— Джеймс?.. — На него смотрели, ожидая ответа.

— Сами проверить не успеем. Давай не распыляться. Вечеринка. Прогулка к озеру. Остальное — потом.

— Мы можем не вернуться с прогулки. — Земо озвучивал факт, не более. Его собственная смерть, похоже, не волновала. Или вполне устраивала.

Баки ответил резче, чем собирался:

— Сообщи МЕЧу и хватит. Может, расскажешь про мою роль? Прежде, чем мы отсюда выйдем. Уверен, ты придумал что-то отвратительное.

— Лучше завтра. На свежую голову. Переодеться можешь сейчас.

Земо достал из сумки пакет с одеждой. Внутри лежали аккуратно сложенные алая гавайская рубашка с коротким рукавом, светлые шорты до колена, пара вьетнамок и крохотная плоская коробка с чем-то, похожим на паутину.

— Крепится выше локтя. Маскировочная сетка вроде той, что я использовал в ООН.

— Чтобы выдать себя за меня и подставить?

— Именно. Она уже настроена. Изменит твою левую руку, придав ей обычный вид. Будет поддерживать иллюзию даже в воде. Заряда хватит часов на двенадцать.

— Фантастика! А теперь отвернись, если тебе не интересно.

Земо повиновался:

— Будешь падать — падай громко.

*

В джипе с тонированными стеклами его быстро спровадили на заднее сиденье. На переднем Земо устроил винтовку.
— Ждешь нападения?

— Нет. Оружие — важная часть моего образа. Тэйлор на нем помешан. И без пары стволов разной дальности чувствует себя голым. Ты — тоже. Так мы и познакомились.

— Мерились стволами?

— Совпали интересами. Ты пытался продать мне мусор. Я притворялся, что ничего не понимаю в оружии. Когда все зашло слишком далеко, мы попробовали друг друга убить. Впечатлились. Выпили. Подружились.

— То есть, они не просто союзники, а больше?..

Он не собирался намекать на секс — речь буксовала. В ограниченном пространстве от ощущений стало сложнее отвлечься. К жару добавился нарастающий гул в ушах. Реальность плавилась по краям. Цвета стали слишком яркими — Земо светился в лучах удачно бьющего в приоткрытую дверь солнца и задумчиво его разглядывал.

— Поразительно, но ты выглядишь ужасно. Может, вернемся в бар?.. Я перенесу вечеринку.

— Не надо. Справлюсь. И ты сам сказал — там есть бассейн. Хочу в бассейн!

— Скажи, если станет хуже.

*

До самого отеля Баки молчал. Рубашка промокла насквозь, как и футболка до нее. Сознание подернулось мутью. В последний раз настолько плохо ему было лет в шесть. Тяжелое отравление. Срочно созванный семейный совет. Первая встреча с настоящим доктором. Мама гладила его по голове и повторяла: «Все будет хорошо», пока он задыхался от паники, не зная, чего боится.
Сейчас страх вызывали вполне конкретные сценарии. Проснуться на операционном столе. В машине для промывке мозгов. Или в камере заморозки.

Земо говорил, сколько осталось ехать. Дорога на навигаторе светилась зеленым. Номера домов на редких вывесках, проплывающих за стеклом, совпадали с такими же на схематической карте. И все-таки, когда машина остановилась, Баки потянулся к винтовке, чтобы ее согнуть.

Никому не приносящее вреда успокаивающее действие.

Земо не вмешивался, спокойно наблюдая, как гнется металл.

— Спасибо — так она, наконец, поместится в сумку. Джеймс, насколько ты осознаешь, где находишься?

— Полностью.

— Оцени опасность окружения по десятибалльной шкале, где ноль это...

— Девять.

— Если вычесть меня?

— Девять. — Баки не насмехался. Пугали все. От смотрящих на их машину с восторгом мальчишек до пожилой дамы, прячущейся от солнца под зонтом. — Я не собираюсь на кого-либо кидаться.

— Обнадеживающе. Сдашь оружие?

— Нет.

— Твое право. Ладно. Мы выйдем. Я подхвачу тебя и отведу в номер. До входа в отель меньше мили. На улице и в здании полно людей. Обычных гражданских.

— Как в ООН? — Он не собирался и все же спросил вслух.

На лице напротив не дрогнул ни один мускул.

— Да. Меня это не остановило. Ты — другой.

Баки кивнул. Неуклюже выбрался наружу, спугнув мальчишек. Земо, вышедший следом, протянул ему солнечные очки, немного приглушившие яркие цвета, и подставил плечо. Приятно прохладное на ощупь.

Идея уткнуться носом в чужую шею показалась прекрасной.

— Джеймс?..

— Джерри. Или Бобби. На худой конец, Том.

— Дик. Ты меня нюхаешь?

— Да. Дик отвратительно пьян.

— Из-за чего? — Его осторожно подхватили за спину и повели сквозь пестрый поток людей.Те сливались с окружением, подстегивая панику. Пистолет, заткнутый за чужой пояс и упирающийся в бок рукояткой, наоборот, успокаивал, как и запах Земо.

Ситуация, казавшаяся невозможной еще вчера.

— Кризис ориентации. Понял, почему с женщинами не получается и с кем из парней хочу попробовать. Тейлор — ничего так.

— Ужасный выбор. — Земо усмехался, продолжая его тащить, и внимательно смотрел по сторонам.

— Не осуждай Дика. Мало кому он готов доверить... Черт! — В них попыталась въехать девчонка на самокате. Земо легко направил ее в сторону, а вот Баки поднял левую руку, защищаясь, и, если бы та подъехала с его стороны, мог...

— Джеймс, ничего непоправимого не случилось, но на всякий случай, — Земо отпустил его и тут же приобнял слева, — постарайся меня не убить. Иначе желание Дика так и не исполнится.

Баки заторможено кивнул.

*

Когда они поднялись в номер, его окончательно развезло. Мир теперь не просто сливался в цветные пятна, а все норовил накрениться. Единственной константой в хаосе оставался Земо, придерживающий его то за плечи, то за талию, по залитой светом дороге в полную зеленого комнату. На полу лежал тонкий широкий черный матрас, на который наконец можно было лечь спиной и не двигаться.
— Ты забыл раздеться.

— Сэм завещал беречь силы.

— Тебе будет неудобно.

— И пуговицы обязательно куда-нибудь вопьются. Хочешь помочь — помогай!..

Земо встал коленями на матрас между его разведенных ног и одним слаженным движением подтянул Баки к себе за бедра. Вспомнились видеозаписи силовых из крохотного тренажерного зала в Рафте — он видел их раза два своими глазами и намного чаще в своем воображении.

— Я... — Минуту назад в идее заняться сексом в этом жалком состоянии не было ничего привлекательного.

— Разденешься сам?

Вместо ответа Баки обхватил чужие бока ногами и раскинул руки. Ухмыльнулся:

— Ну уж нет. — Ему было интересно, насколько далеко Земо готов зайти.

У того опасно потемнели глаза. Он потянулся к нижней пуговице ртом и расстегнул ее так, без помощи рук, опаляя дыханием без того горячую кожу. Тело отреагировало сразу, показывая однозначный интерес. Баки запустил пальцы в волнистые волосы и сам не понял, что собирается сделать. Сердце билось где-то в паху.

Земо улыбнулся и провел кончиком языка до следующей пуговицы. Справился с ней еще быстрее. Развел полы рубашки в стороны, заставляя остальные раскрыться. И под горящим внимательным взглядом Баки ошеломительно остро ощутил свою наготу. Почти как в первый раз, лишивший его невинности по-настоящему, — с мужчиной, в пассивной роли.

Их взгляды встретились. Земо наклонил голову к своему плечу. Тихо сказал:

— Не сегодня, — и только после Баки понял, что испугался своей реакции.

— Почему?.. — Спорить желания не было.

— Я хочу больше, чем ты можешь дать сейчас. Приподнимись.

Баки послушался, и с него сняли рубашку, затем шорты — также без сексуального подтекста, хотя горячие сильные пальцы касались его задницы в процессе.

Одежду Земо забрал куда-то вне поля видимости. Принес две подушки и тонкое одеяло.

— Отдыхай.

Шторы опустились, отрезая солнечный свет.

Нахлынула темнота. Вместе с ней — усталость, гул и набирающие силу голоса убитых.

Баки резко выдохнул.

— Что? — Не успевший уйти Земо зажег экран смартфона. Синий свет выхватил хмурое лицо.

— Останься, пока я не усну. Пожалуйста.

Земо удивился. Баки удивился не меньше.

— Хорошо.


Глава 3: Омут

Пробуждение далось с трудом. Он словно пробивался сквозь толщу воды с давно пустым кислородным баллоном, на пределе сил. И, вынырнув, долго не мог отдышаться в пугающе плотной темноте.

Сон мешался с реальностью, прошлое с настоящим.

Сэм пьяно улыбался.

Граммофон играл вальс.

Земо держал его голову на коленях и рассказывал притчу о богах и о жертвоприношениях.

«Ничто не может заменить человеческой крови».

Его губы под пальцами Баки складывались в горькую усмешку.

Оставаться здесь дальше значило заигрывать с безумием. Ноги плохо слушались, и все же тело удалось поднять и отправить к дверям, наверняка, закрытым.

Створки легко подались навстречу.

Свет ослепил. Солнечный и яркий, он заливал смутно-знакомый коридор сквозь стекла и двери, ведущие в сад. Там, среди деревьев, кто-то прятался. Плохо различимый отсюда. Высокий, одетый в белое.

Посторонний.

Без того натянутые после кошмара нервы, кажется, зазвенели. Баки подкрался ближе, быстро выглянул наружу и застыл. Поразительно красивая женщина смотрела ему прямо в глаза. Кожу цвета темного шоколада подчеркивало светлое платье. Густые длинные волосы обрамляли лицо черными волнами. Экзотические черты притягивали взгляд. Зрачки казались неестественно синими.

Изящные пальцы уверенно держали метательный нож.

— Дик?

Глубокий бархатный грудной голос тоже можно было использовать в бою. Отвлекать противника.

— Да?

Нож исчез в складках юбки. Вежливая улыбка не коснулась глаз, но тень тревожного сна отступила, и в замутненное сознание пробилась реальность происходящего, в которой он — помятый, мокрый от пота, мелко подрагивающий — стоял перед незнакомкой в одних трусах.

— Идем, я показать тебе душ, одежда, телефон.

Скверный английский успокаивал, превращая богиню в человека.

Баки двинулся следом, убедившись, что в саду больше никого нет. Честно попытался оценить опасность спутницы. Превосходная физическая форма и завидное чувство равновесия — она держалась на высоких тонких каблуках легко и непринужденно, — тянули на средний.

Хотя бесконечные ноги в близком бою могли стать решающим преимуществом.

— Ноа просить напомнить о рука.

«Рука», про маскировку которой Баки забыл, не вызывала у нее никакого интереса. Как и он сам.

— А где Ноа?

— Развлекать гостей.

— Гости уже здесь?

— Некоторые.

Они дошли до комнаты, оставленной им несколько минут назад. Незнакомка включила свет и указала пальцем на единственную находящуюся внутри дверь:

— Все там. Не медлить.

В ее прощальном взгляде почудилась злая насмешка.

*

За дверью оказались современная душевая кабина, огромная ванная на гнутых ножках, зеркало в раме с покрытыми позолотой завитками и чрезмерное количество шкафчиков.
На фоне всей этой роскоши отражение казалось особенно несуразным. Глаза покраснели из-за густо выступивших капилляров, волосы торчали в разные стороны, как и отросшая щетина. Неудивительно, что незнакомка смотрела мимо. Удивительно, что Земо вчера проявил столько... рвения.

Стоило вспомнить и ощущения накатили высокой волной. Запах и вкус кожи, по которой украдкой мазнул губами, пока вжимался в шею лицом. Тяжесть уверенных рук на спине, бедрах, талии. Чуткие осторожные пальцы на заднице и взгляды, из-за которых любая мысль скатывалась к сексу.

Особенно тот, снизу вверх, когда язык нажимал на пуговицу рубашки.
Обещавший так много.

Выражение в зеркале сменилось на откровенно непристойное. И вероятность, что Земо его не видел, стремилась к нулю.

«Я хочу больше». В этом они чудовищно совпадали.

Баки забрался в душ, включил прохладную воду и впервые за долгое время использовал для снятия напряжения обе руки.

*

Свежая одежда — те же шорты и желтая рубашка в тонкую полоску, смартфон, коробка с маскировочной сеткой, наличка и новый экспресс-тест дожидались на одном из шкафчиков вместе с лежащей поверх запиской: «Не беспокой Лилу».
О том, кто такая Лилу и кем приходится Тейлору, Земо не написал ни слова.

К единственному электронному письму прилагались краткие характеристики «гостей», с которыми сегодня предстояло встретиться, биография Ричарда «Дика» О’Коннела и совместная поддельная фотография.

На ней «Ноа» уверенно прижимал к себе смеющегося «Дика» на фоне перевернутого джипа. И смотрел в камеру счастливыми пьяными глазами. Обоих покрывали копоть, пот и грязь.

У ног раскинулась ковром впечатляющая коллекция пушек.

Фото «Дика», наверняка, взяли из хроник Воющих Командос. Свежесть молодости, боевой задор, взгляд — пока лишь тронутый бездной.

Откуда выдернули Земо, хотелось узнать. Пугающе сильно.

Похоже, этап чисто физического влечения остался позади. Если вообще был.

Смартфон пиликнул, приглашая к беседе:

«Рискуешь пропустить все самое интересное. Как ты?»

«Норм. Скоро буду. Кто такая Лилу?»

«Настоящий Тейлор».

«?»

«Объясню потом. Общайтесь как можно меньше. Она довольно своенравна. И ты ей не нравишься».

Баки набрал ответ, стер, набрал снова и отправил, стараясь не думать, как это может быть воспринято:

«А ты?»

Земо ответил эмоджи в солнечных очках. Тем самым, которым Баки изводил Сэма, когда предпочитал сохранить интригующее молчание.

*

Второй раз Лилу, если имя принадлежало незнакомке, встретилась ему на кухне — Баки обходил номер, изучая помещение. Она сидела за стоящим на столе ноутбуком, закинув ногу на ногу, и пила белое вино. Снятые туфли валялись на полу.
Вызывающая красота по-прежнему поражала, и он бы, наверное, постоял восторженным истуканом подольше, если бы не заметил, на чем лежали ее пальцы. Пульт для удаленного управления взрывными зарядами. Специфическая модель, позволяющая активировать их постепенно. Сами бомбы имели сложный химический состав, крохотные размеры, поражали кинетической энергией и ядовитым глазом, были запрещены в ООН и стоили как частный самолет.

Пульс участился.

Заметив внимание, Лилу приподняла одну бровь.

Баки резко подошел, заглянул без спроса в экран ноутбука. Там, на двенадцати разных камерах, медленно раскачивалась вечеринка с двумя четко выделенными полюсами. На одном Земо и стайка девушек в открытых купальниках смеялись у барной стойки. На втором Нгомбе и другие люди Шимо прятались от солнца под тентом вместе с перепуганным диджеем.

Информация о заложенных зарядах торчала в правом верхнем углу. Десять штук, чтобы наверняка. И ведь Земо его предупреждал: «При необходимости — убью снова».

Чувствовать себя преданным это не мешало.

Лилу хмыкнула.

— Предосторожность и все. Ноа сказать ты расстроиться. Смешно. Если все здесь умереть — мир стать лучше.

Интересно, что Земо она отнесла ко «всем».

— Включая этих девчонок?

Резкое движение точеным плечом.

— Ты не знать кто они, как жить, чем заниматься. — Изящный палец ткнул в одну из тонких фигур. — Человечий трафик. — В другую. — Человечий трафик. — В диджея. — Продать свой ребенок. Жена-ребенок тоже продать.

— Спасибо. Стало намного легче. — Каждое слово сочилось сарказмом.

— Настолько, чтобы ходить туда и страховать его там? — Лилу смотрела так, будто раздумывала, не привязать ли к нему еще один заряд.

Баки поборол желание ответить тем же и спросил, как попасть к бассейну.

*

Вблизи вечеринка выглядела такой же вялой. Девушки только начинали разносить напитки. Земо указывал им путь, придерживая поднос с коктейлем одной рукой, пока вторая сжимала стакан, к которому он прикладывался на ходу.
Мимика, язык тела, все в нем стало другим. Плавность ушла, сменившись резкими скупыми движениями. Взгляд, хищный и цепкий, то и дело беспокойно пробегал по окружающим. Безмятежная наигранная улыбка скорее пугала, чем располагала к себе.

«Ноа» Баки определенно не нравился.

Перемены коснулись и внешности. Прическу уложили пальцами. Зеленую рубашку с крупными лиловыми цветами забыли погладить и застегнуть. Широко распахнутые полы открывали заросшую волосами грудь, соски, и усыпанный родинками живот. Сидящие низко шорты — начало дорожки в паху. И под ними точно не было белья.

Баки пожалел, что так и не нашел очки. Его взгляд сейчас вряд ли наполняла дружеская симпатия.

Земо подмигнул ему, сделал еле заметный кивок, и одна из девушек тут же подошла. Окутала облаком сладким духов, предложила что-то, определенно имевшее в названии «секс» — часть слов утонула в шуме. Пышная грудь коснулась бицепса. Ярко накрашенное лицо озарилось фальшивым восторгом.

— Прости, милая, я не в настроении, — буркнул Баки и ретировался к бару взять что-нибудь со льдом.

Пока он делал заказ, Земо доставил Нгомбе напиток, обменялся рукопожатием, и, судя по хохоту, несколькими особо удачными шутками. Его полуголая свита смешалась с мрачными мужчинами и атмосфера начала теплеть.

Пара красоток залезла в бассейн.

Одна, дурачась, стащила с Земо рубашку, обнажив крепкую спину.

Баки вздохнул и выкупил у бармена зеркальные очки-авиаторы.

Вечер обещал быть долгим.

*

Через полчаса девушки перестали пытаться с ним познакомиться. Бармен — третий белый мужчина в их не дружной компании, занавешенный светлыми дредами по пояс, — оценил его настроение как бесконечно скверное и не рисковал разбавлять алкоголь. Стоящие рядом люди успели несколько раз смениться. Земо и Нгомбе — отделиться от толпы, занять пару шезлонгов и наболтаться всласть. Огромный, лысый и круглый помощник Шимо смотрел на своего приятеля ласково и добродушно. И их теплые отношения вызывали вопросы не у одного Баки.
Троица пасшихся у бара гостей, мешая испанский с суахили, бурно обсуждала, как именно Тейлор добился расположения великана. За жирным слоем скабрезностей проступала история, значительно отличавшаяся от той, что им с Сэмом скармливал Земо. Сафари на людей, логово конкурентов, уничтоженное вместе с служившей живым щитом деревней. Рабыни в подарок.

Все из перечисленного прекрасно организовывалось удаленно, но сафари Тейлор устроил лично, и довольно впечатляюще стрелял по живым мишеням три дня назад, из знакомой по описанию винтовки.

Если им можно было верить.

Инстинкты и здравый смысл кричали — можно.

А также «ты знал, знал, знал».

Злость требовала выхода, поэтому когда один из «сплетников» предложил ему унести «засидевшуюся белую задницу» куда-то еще, Баки его послал. Получил кулаком в лицо. Не без удовольствия ответил. Сбил противника с ног, вдавил в пол, и в него вцепилось рук шесть, отдирая от жертвы.

Половина криков вокруг выражала одобрение.

Нгомбе благословил заварушку широкой улыбкой. Земо проигнорировал, продолжая беседу. Бармен направил на Баки пушку и потребовал угомониться.

— Я убью и скормлю тебя собакам, белая обезьяна!

— Нет, я сожгу тебя из огнемета, мразь!

— Уважайте правила, пьяные идиоты. Иначе я вышибу то, что заменяет вам мозги, прямо сейчас.

— Найду тебя потом!

— Буду ждать с нетерпением!

И прочее веселье в духе пьяного «Дика».

Завершилось выступление салютом средним пальцем всем присутствующим и прыжком в бассейн прямо в одежде.

Вот теперь Земо на него смотрел.

Баки убрал очки в карман и поплыл к нему, рассекая голубую воду.

*

Его встретили прямо у борта. Карие глаза знакомо потемнели, но от злости, а не от возбуждения. На миг показалось — ударит. Земо впился ему пальцами в плечо и потащил в закуток за бассейном.
Здесь от остальных их отделяли угол отеля и внушительное расстояние, но они все равно говорили вполголоса, а потому стояли близко к друг другу.

Это отвлекало. Как и веснушки на покатых плечах. Голая блестящая кожа. Золотая цепочка, запутавшаяся в волосах на груди. И приоткрытые губы.

— Что ты делаешь?

— Что ты делаешь?! Рабы? Сафари на людей? Серьезно?!

Земо нервно дернул уголком рта.

— Все не так однозначно.

— Ты стрелял по бегущим сам?

На лице напротив проступили желваки.

— Да.

— Неоднозначно?!..

Баки удержался от того, чтобы толкнуть Земо в грудь, лишь потому что не был уверен сколько боли причинит.

— Они были преступниками, как и...

— ... все здесь?!

Баки обвел пространство у бассейна рукой. У Земо четче обозначилась челюсть:

— Ты — другой.

— Да, особенный!.. Помнишь ту захватывающую речь о превосходстве, которую двинул нам с Сэмом? Ты это делаешь. Как и Лилу. Когда решаешь кому жить, а кому умереть. Вы ставите себя выше других...

Теперь Земо смотрел на него так, будто Баки не понимал чего-то очевидного.

— Не выше других, а выше закона, забывшего дорогу сюда.

— То есть, ты одних людей даришь другим ради благой цели?!

— Не верь всему, что слышишь. И не спеши делать выводы. Не рабы, шпионы. Лилу. Благодаря им многие будут спасены. А без «сафари» не было бы сделки. Не организуй ее я — выбор жертв был бы иным.

Его взгляд потяжелел.

— Джеймс, ты так боишься оказаться на неправильной стороне, что бежишь, увидев вдалеке тень, вместо того, чтобы в нее вглядеться. И стараешься не замечать пятен на солнце. Если бы МЕЧ не одобрял моих методов, меня бы здесь не было. Если бы они не знали, с чем Сэм готов смириться — не было бы вас.

Земо определенно был в чем-то прав, что само по себе вызывало бурю противоречивых эмоций. Но их пережевывание могло подождать, сейчас требовалось беспристрастно и быстро думать.

С минуту они смотрели друг на друга.

— Ты нарочно придерживаешь информацию. Про Тейлора. Про Лилу. Про свои методы. Зачем? Чтобы тебе не помешали? Или все-таки подозреваешь — они за гранью того, что мы с Сэмом готовы принять?

— И первое, и второе. А какая экономия времени на обсуждениях!.. — Его полуулыбка казалась одновременно насмешливой и грустной.

— И сомневаться в себе не приходиться, да?

Земо вздрогнул.

— Приходиться. Иногда слишком сильно.

— В уже сделанном?

— Все мной сделанное я уже принял. Джеймс, что ты хочешь услышать? Что я жалею об убитых мной? Что мне есть дело до страданий подобных им, — он кивнул на своих гостей. — Или, что убийства не доставляют мне никакого удовольствия, и тебя привлекает не монстр?

Правдивыми ответами были бы «да», «да» и «да, еще как».

— Все, что ты скрыл об этом деле.

— Хорошо. После вечеринки. А сейчас веди себя чуть более сдержанно. Пожалуйста.

— Попытаюсь.

Земо снова кивнул и, стоило им оставить закуток и оказаться на виду у других, протянул руку, чтобы потрепать его по затылку демонстративно дружеским жестом. Отозвавшемся вспышкой удовольствия во всем теле.

Баки закусил губу, чтобы не застонать. Выдохнул:

— Издеваешься?

— Отказываюсь страдать один. Разденься совсем или выжми одежду, но не ходи так. От силы моего убеждения зависит, состоится ли сделка. Немного концентрации не повредит.

Слышать признание было одновременно странно и возбуждающе. Несмотря на все «но».

— Ладно... Я попробую.

— И не лезь больше в воду.

— ... а что мне за это будет?

— Моя искренняя благодарность. И я попрошу девушек не натирать меня санскрином.

— По рукам.

Баки вернулся к барной стойке к большому неудовольствию бармена. Отжал рубашку и принялся выяснять, какие еще развлечения есть в меню.

В голову пришла идея.

*

До появления Шимо в компании двух телохранительниц он успел потребовать принести стол для бильярда и организовал партию в покер. Обе затеи не пользовались большим успехом до их передачи девчонкам. Потом осталось только притвориться спящим в ближайшем шезлонге и информация пришла сама вместе с пьяными и болтающими между собой мужчинами.
«Тейлор» был третьим по счету «Тейлором», что никого не смущало.
Одержимость Шимо технологиями давно вышла за разумные пределы.
Одна из его «сторожевых сук» недавно не заметила выстрела в упор.

— Клянусь, вот такой кусок мяса на стене остался, а ей хоть бы что. Утерлась, прыгнула метров на пять вверх и пробила бетонную стену кулаком насквозь. Джи визжал как свинья! Ну, ее сестренка не оценила и сломала ему шею...

Телохранительницы — бритыми черепами и статью напоминали воительниц Доры Милаж, но, в отличие от тех, носили в своих телах импланты. Их одинаково желтые глаза лишь походили на настоящие. На запястьях и плечах блестели браслетами серебряные полосы — кожа лежала поверх металла. Они были киборгами, вроде самого Баки.

Возможно, принявшими «слезы Таноса».

Шимо мог достать наркотик, помогать с его добычей или стоять за ней. Тогда два дела превращались в одно, что в перспективе значительно все усложняло. И идеально было бы обсудить вскрывшиеся факты с Земо, да тот как раз добрался до кульминации переговоров — телохранительницы возвышались над ним и своим хозяином, накрыв своими длинными крупными тенями.

Желание убрать его подальше от столь очевидной угрозы затмевало все.

Вспомнилось, как оно проявилось в первый раз.

Вокруг, раздражая, суетился Уокер, тренированный военный с щитом Стива, готовый действовать с «террористом» максимально жестко. И Земо впервые показался хрупким. Не беззащитным, а именно хрупким. Один удар — выйдет из строя или умрет.

Собственное беспокойство по этому поводу ему тогда не понравилось.

Сейчас казалось совершенно естественным.

Еще один знак — все, о чем предупреждал Земо, уже случилось. Задолго до этапа физической близости. И Баки был не единственным «пострадавшим». Едва ли Земо одаривал заботой или откровенностью всех нуждающихся.

Слушал бессвязный бред в ночи, отгоняя кошмары тихой песней.

Дразнил.

Или соблазнял.

*

Вечеринка закончилась вместе с солнечным светом. Шимо покинул ее первым, следом потянулись и остальные. Земо, уставший провожать гостей, сел к Баки в шезлонг и махал желающим попрощаться оттуда.
Хотелось притянуть его ближе к себе и положить голову на плечо, снова прикрытое рубашкой.

— Я думал, шума будет больше.

— В отеле, на бизнес-встрече? Нет. Для такого они слишком хорошо дрессированы. К тому же, развлеклись на полную не так давно. — Земо потер затекшую шею. Вздохнул. — Обмен состоится завтра. Также на закате. Шимо находит это поэтичным.

— Воу. — Баки полюбовался последним растаявшим в темноте гостем и положил руки на чужие плечи, принимаясь их разминать.

Мышцы под пальцами напряглись.

— Что ты?..

— Награждаю за хорошо сделанную работу.

— А как же долгий обстоятельный рассказ о моих злодеяниях? — Усмешка угадывалась и в сумерках.

— Подождет. Мы можем позволить себе передышку. Даже обязаны. Забота о себе важна. На терапии повторяют постоянно.

— Хорошо. Делай все, что сочтешь нужным.

После такого предложения сложно было ограничиться массажем плечей.

Он справился.

*

Разговор решили продолжить в отеле. Баки прихватил с бара бутылку мескаля и чистые стаканы. Земо повел его знакомым маршрутом — в ту самую комнату, где этот день начался.
— Пригласил бы тебя к себе, будь у спальни менее вызывающий дизайн. Шкуры зверей. Обилие оружия и зеркал. Не слишком располагает к беседам.

Можно было бы напомнить про десяток других доступных помещений с обстановкой, включающей в себя что-то помимо широкого матраса и горшков с растениями, но выбор Баки полностью устраивал.

Как и то, что из всех источников света Земо оставил включенным лишь тусклую лампу у постели.

Они сели напротив друг друга, скрестив ноги, и разлили первую порцию алкоголя.

— МЕЧ обратился ко мне со специфической просьбой полгода назад. Им нужен был новый информатор здесь. Своими силами никого стоящего они не нашли. Мне удалось выйти на одного из работающих на Лилу людей — Тома, Тейлора. Она использовала белых, умных, вежливых мужчин как посредников годами, давая им в насмешку одну и ту же фамилию. Своеобразная визитная карточка... Лилу предложение заинтересовало, но МЕЧ никогда не дал бы ей то, что мог дать я. И мы заключили сделку внутри сделки. Официально МЕЧ вывез ее больного сына из страны. Неофициально я помог ей организовать убийство мужа и всех его приближенных.

Земо выпил. Окинул его долгим взглядом, наверное, пытаясь найти признаки негодования. Не нашел и продолжил:

— Мальчика не удалось спасти. Не советую поднимать при ней эту тему.

Сочувствие болезненно заскребло в груди. И относилось оно не к одной Лилу.

«Человечество не придумало слова для обозначения человека, который потерял ребенка».

Баки заставил себя думать о деле:

— Почему она сама не убрала мужа?

— «Тейлоры» делали все, чтобы приблизить этот благословенный день, и отчаянно опаздывали. Отец не давал оперировать сына из-за религиозных убеждений. Пришлось пойти на риск и довериться незнакомцу... После того, как к ней вернулась свобода, а Лилу продержали в рабстве половину жизни, мы продолжили сотрудничество и общение. Сблизились...

Он машинально потер безымянный палец указательным там, где когда-то было обручальное кольцо.

— В дружеском плане, если предположить, что мы оба еще способны на дружбу... Я немного помог с присвоением оставленного мужем наследства. Торговля оружием, наркотиками и людьми. Прикормленные банды и отряды профессиональных наемников. Очень много крови и грязи...

Новый глоток.

— В итоге, МЕЧ получил в союзники одного из самых могущественных людей на континенте и, — на лице неожиданно мелькнула улыбка: — как мне кажется, абсолютно не знает, что с ней делать. Лилу, тем временем, объявила войну с миром, причинившим ей столько боли, и пока уверенно побеждает. Наше нынешнее дело вне ее интересов. И лишь в благодарность за мои прошлые заслуги она согласилась помочь. После того, как я доказал, что заслуживаю доверия и разделяю ее ценности.

Земо снова посмотрел на него. Серьезный, собранный. Уверенный в собственной правоте.

— Одно убийство лицом к лицу. Одно сафари. Все убитые были в крови не просто по локоть. Они купались в ней всю жизнь. И я не испытываю по этому поводу никаких сожалений, Джеймс. Но и удовольствия эти убийства мне не доставили. Грязная работа, которую надо сделать, не более. С невинными людьми, пострадавшими из-за меня, все иначе. Мне жаль. Достаточно, чтобы иногда не спать. Такой ответ тебя устроит?

В глубине души Баки и не рассчитывал услышать что-то другое.

— Хотел бы ты остаться?

— Что?..

— Хотел бы ты остаться и помогать ей. Убивать дальше. Снова и снова.

— Нет. Это не моя война. И я достаточно кормил свою месть.

Кажется, он не врал. Глаза наполняли давно пережитая боль и усталость.

Баки оставил стакан в сторону, встал на колени и осторожно его поцеловал.

Вернее коснулся губами — Земо отстранился.

— Ты пожалеешь.

— Может быть. Потом.

— А сейчас поверишь мне на слово? — Между бровей пролегла складка.

— Вроде того. Ты ошибся, когда говорил про пятна на солнце. Я не верю организациям. Государствам. Компаниям. Но учусь верить людям. Включая себя. Мое желание. Мой выбор. Моя ошибка.

Он легко погладил Земо по щеке большим пальцем.

— Если ты повторишь то, что сделал в ООН, все закончится.

Земо кивнул, легко коснулся губами руки, отнял ее от своего лица, и поцеловал его сам. Основательно и немного грубо. Как и хотелось. Баки ответил тем же. Бутылка завалилась на бок, сбитая чьим-то коленом. Кто-то кого-то укусил и ко вкусу мескаля добавился вкус крови. Он наслаждался и тем и другим, вылизывая чужой рот широкими дикими движениями, пока его не опрокинули на спину, чтобы сжать над головой руки.

Теперь Баки наслаждался тяжестью, силой и тем, как вело одного конкретного человека.

Видеть Земо теряющим контроль было упоительно.

Жаль, тот отдался безумию не надолго.

Отстранился с огромным трудом.

Всклокоченный, в наполовину расстегнутой рубашке, с кровоточащей губой.

Сидящий верхом на его бедрах.

Осторожно проверяющий глубину ранки языком.

— Мы не успеем, — сожаление наполняло каждый звук и каждую черту.

Баки чуть не рассмеялся от переполняющей его звонкой радости.

— Все — нет, кое-что — да. Отпусти.

Хватка на запястьях разжалась.

Он зацепил чудом оставшийся стоять стакан и капнул мескалем на чужую шею. Расстегнул зеленую рубашку совсем — щедро полил грудь и живот. Земо не возражал, смотрел бесконечно удивленными глазами и пытался восстановить дыхание до первого прикосновения языка к своей коже. После запустил пальцы в волосы и постарался не стонать громко. Под его шортами ничего не оказалось, и последние капли легли на дорожку волос ниже пупка...

Не стонать громко у Земо так и не получилось.

Глава 4: Танец

В машине снова пришлось забраться на заднее сиденье. В этот раз, чтобы избежать соблазна. Земо — незнакомо открытый, счастливый почти — притягивал слишком сильно.

И вызывал улыбку, ничего намеренно не делая.

Отказывался смотреть, как Баки ест быстро собранный ужин.

Не мог разобрать скинутую Накией карту пещер, пока стоял рядом.

Задерживал дыхание, стоило его коснуться, даже случайно.

И льнул к ладоням, когда собирался отойти.

У Баки тоже были некоторые проблемы. С тем, чтобы удержаться в границах, очерченных самому себе бесконечными «не».

Не провоцировать. Не трогать. И, конечно, не представлять, чем бы они занимались, оставшись в номере. Как раскрывались бы друг другу. Сбился бы Земо на заковианский снова, оказавшись под ним. Или в нем.

Накия, присоединившаяся на дорожной развилке между цивилизацией и джунглями, перемену уловила, но не стала ни о чем спрашивать. Ее мелко потряхивало перед предстоящей вылазкой. Баки пожал ей плечо, чтобы успокоить. Заслужил благодарный взгляд и окончательно сосредоточился на деле.

Даже так присутствие Земо отзывалось в нем радостью.

Достигнувшей своего пика, когда во время последней остановки, посвященной надеванию гидрокостюмов, тот отошел как можно дальше, опасаясь возбудиться.

*

Сначала ему показалось, что озеро заполняет всю долину. Сердцевина мерцала огромными звездами и подсвеченными луной облаками, края размывала непроницаемая темнота.
Величественное и пугающее зрелище.

— Рохо Шикилиа Мухури — «печать, удерживающая демона». Его называли так задолго до того, как первые из вас вернулись на эту землю. — Накия завороженно смотрела на водную гладь. — Теперь осталось только «Мухури». Все демоны на свободе. — На ее губах распустилась печальная улыбка и отразилась в лице Земо.

— Красиво...

— Очень, - согласился Баки. - А теперь давайте загоним их обратно.

Он на пробу крутанул механической рукой и первым спустился к воде, прихватив все то, что не унесли бы остальные: боевой арсенал и баллоны с кислородом.

Там, среди камней, укрытая порожденным технологиями Ваканды мороком, дожидалась лодка. В нее они и составили все необходимое для погружения. По словам Накии им предстояло опускаться и подниматься несколько раз — дорога к предполагаемому «источнику» проходила запутанной кривой через сеть пещер, находящихся на разной глубине, и пролегала то под водой, то по камням. Непростое физическое испытание для обычных людей.

Земо заверил, что справится, несмотря на ограниченный опыт подводного плавания. Накия проходила по ней трижды. И все-таки навязчивое беспокойство заставило Баки перепроверить их снаряжение несколько раз еще до того, как они покинули берег.

— Почему ты так волнуешься? — Земо, позволяющий себя осматривать, судя по сосредоточенному лицу, тщательно думал о чем-то постороннем. Баки усмехнулся и, пользуясь тем, что Накия увлечена своим планшетом, быстро погладил его лопатку. Земо хотел увернуться и — передумал.

— Потому что Солдата однажды отправили на подводную миссию с неисправным кислородным баллоном. Если бы не сыворотка, я бы сдох.

Земо внимательно на него посмотрел.

— Это воспоминание для тебя особенное?

— Да. Тех, кто приказал мне продолжать, игнорируя угрозу для жизни «ценного актива», казнили. — На этом можно было бы закончить, но откровенность заслуживала откровенности, и он слишком давно и много об этом думал. — Это точно доставило мне удовольствие, но я все равно с тобой не согласен.

— В чем?

— В том, что есть разница — плохого или хорошего человека убиваешь. Убийство всегда убийство.

— Меня это полностью устраивает.

— Что?

— Что ты не согласен.

Земо легко погладил его лежащую на своем плече руку, и Накия к ним обернулась.
Пресловутые бабочки трепыхались в животе как-то неуверенно.
Но трепыхались.

*

В лодке Земо на гребущего Баки старался на смотреть, играя с настройками запаянного в водонепроницаемый чехол устройства, на которое выводились изображения камер, розданных им еще на земле. Баснословно дорогие, с каким-то новым принципом действия, те, как ему казалось, могли преуспеть там, где техника Ваканды потерпела поражение. Услышав это, Баки насмешливо хмыкнул, Накия не повела и бровью.
В ее планшет дроны, парящие в воде и небе, передавали информацию, отрисовывая карту окрестностей в реальном времени. И все же она предпочитала вглядываться в приближающую каменную гряду, отмечающую место спуска, своими глазами.

Именно там можно было встретить часовых и нарваться на засаду.

Первую из многих.

*

Под водой все, кроме Баки, зажгли фонари.
Густой непроницаемый мрак неохотно расступился перед светом и продолжал угрожающе давить со всех сторон. Каменистое ложе казалось подозрительно голым. Отсутствие рыб вселяло тревогу.

Они словно бы барахтались здесь одни.

Чужие этому миру и едва ли способные от него защититься.

Накия показывала направление, ориентируясь по одним ей понятным приметам. Ее планшет, как она и предупреждала, перестал работать, хотя дроны продолжали носиться вокруг — их маленькие юркие тени то и дело заставляли хвататься за оружие.

Баки следовал за ней, ближе ко дну, сохраняя скрытность.

Земо замыкал и, как и предупреждал, держался в воде не слишком уверенно, то и дело останавливаясь, чтобы внимательно оглядеться.

Может, поэтому на него напали первым.

Глаза уловили резкое движение и, прежде чем Баки понял, что человеческих фигур позади него стало две, все было кончено — в воде расплылось красное облако.

Земо не полагался на оружие дальнего боя и встретил противника ударом ножа.

Просигналил, что все в порядке.

Забил руками.

Схватился за маску и стал стремительно погружаться.

Накию тоже атаковали. Сразу двое. В ближнем бою. Вокруг ее кистей рук слабо засветилось какое-то энергетическое поле, заставляющее нападавших дергаться при каждом достигающем их ударе.

И так же, как и Земо, она без причины обмякла и пошла вниз.

Воду рядом с ней прорезал след выстрела.

Не достиг цели — пуля потеряла инерцию по дороге.

Стрелок бросился переключать на двухсредном автомате режим и не успел — Баки его расстрелял.

Напарника снял следующим.

Рванул к своим.

Сначала к Накии.

Потом к Земо.

*

На обратном пути к лодке он оставил в воде часть оружия — мешало бережно нести сразу двух.
Видимых повреждений ни у кого не оказалось.

Спасенные тяжело дышали и не приходили в чувство.

Накия плакала. У Земо на лбу вздулись вены.

Их конечности подергивались, как и веки.

Словно они спали.

В памяти прорезались слова Накии: «С каждой дозой человеку все труднее проснуться. После четвертой приходится использовать инъекцию адреналина или стимуляцию электричеством».

За неимением того и другого он выпустил заряд из перчаток на ее руках по себе и, убедившись, что это может сработать, по Земо.

Глаза распахнулись. Безумные от боли глаза. Подернутые слезами.

Горе искривило рот.

Баки его крепко обнял.

— Все хорошо, ты здесь. — Неловко клюнул губами в висок.

Земо завыл без звука. Шею обожгли горячие слезы. Сжимающие плечи пальцы оставляли синяки.

— Хэй. Все закончилось.

Земо замер. Сказал еле слышно сорванным голосом:

— Вместе с ними.

И скользнул рукой к висящему на ремне ножу.

Баки остановил движение.

Боль во взгляде сменилась ненавистью.

Земо ударил его лбом в лоб, не щадя себя, оказался в захвате и бился в нем, сопротивляясь изо всех сил, пока мог.

Несколько мучительных минут.

Баки выпустил его лишь когда тот полностью выдохся.

Посмотрел, как Земо накрывает затылок сомкнутыми пальцами и пытается свернуться в позу эмбриона.

Не заорал от всего этого сам.

Потянул его к себе.

Усадил, прижав спиной к своей груди, как несколько часов назад в шезлонге.

И потерся о шею лицом.

— Возвращайся. Пожалуйста.

Земо судорожно выдохнул и растекся по нему.

Нащупал руки.

Накрыл себе: правой — глаза, левой — сердце.

Затих.

Озеро накатывало на гальку черными волнами.

Баки успокаивающе дышал за двоих.

*

Объяснять что-либо Земо не спешил. Молча согласился с тем, что Накии необходимо помочь. Молча следил, как придя в себя, та прижалась к груди Баки. Бесстрашная шпионка рыдала словно маленькая девочка — звонко, взахлеб — и звала маму и папу. Людей, которых Баки не встречал в Ваканде, и до этого момента не задумывался почему.
Земо, разоруженный им на всякий случай, сходил к лодке и вернулся с термосом. Внутри плескался горячий чай. Накия пила его, как лекарство, продолжая всхлипывать, но на лице постепенно проступало злое, упрямое выражение готового вернуться в бой человека.

— Мы должны их остановить. До того, как они изобретут новые способы использовать это против людей.

Последним, что она помнила из реальности, был легкий тычок в плечо, вызвавший легкое онемение.

Земо тихо подтвердил — он почувствовал то же самое.

Про «сны» оба рассказали довольно лаконично, но чужая боль все равно ощущалась как своя.

Невыносимая боль.

— Родители обнимали меня в нашем саду. Пока их не убили.

— Вся моя семья собралась за столом. И, — щека Земо болезненно дернулась, — стены упали, когда я обнял сына. Странно, что никто не хочет просыпаться.

Баки положил ладонь ему на спину в попытке поддержать - руку стряхнули.

Глаза Накии наполнило сочувствие:

— «Слезы» действуют иначе. Там нет страданий. Только дом. Объятия и голоса любимых людей.

— Сильнейшая из грез... Тогда странно, что кто-то просыпается. Давайте продолжим. У нас осталась работа, которую необходимо закончить.

Мрачный вид Земо Баки не понравился.

— Вы слишком потрясены, чтобы продолжать.

— Наоборот, довольно мотивированы.

Оба смотрели на него почти одинаково потемневшими от гнева взглядами.

Жажда мести обострила черты, придав столь разным лицам сходства.

Остановить их можно было лишь вырубив.

Попытка могла обернуться дракой с непредсказуемыми последствиями.

Кто выживет — Баки догадывался.

Сколько травм причинит — не хотел узнавать.

Он мог не справиться с миссией сам. И главное — его бы никогда не простили.

— Белый Волк?..

Баки не мог их остановить, но мог уберечь по дороге.

— Ладно, идем.

*

Им не встретился ни один новый противник. Возле предыдущих кружили тонкие длинные тени.

Всматриваться в них Баки не стал.

Началась череда спусков и подъемов, о которой предупреждала Накия.

К седьмой пещере от уверенности, что он найдет дорогу назад, если останется без проводника, ничего не осталось.

Как и от надежды, что последствия видений сойдут на нет.

Земо его сторонился. Мчал вперед, подгоняемый гневом и, если состояние, в котором тот объявил войну Мстителям, походило на это хотя бы немного, он вряд ли тогда был в своем уме.

— Здесь, — голос Накии вернул в настоящее.

Ее рука указывала вниз. Там на камнях слабо светилась в темноте голубая линия.

Накия закусила губу и попробовала за нее шагнуть. Не смогла. Разбежалась, прыгнула и упала надломленной, так ее и не преодолев. Зрачки расширились. Из закушенной губы побежала кровь. Она сделала еще один рывок и осела. Баки понял, что красное бежит еще и из носа, протянул руку помочь подняться, и с ужасом понял — Земо не остановился, обогнув их обоих, и шагнул вперед.

Туда, куда Баки, как и Накии, хода не было.

Сколько бы сил он не прикладывал — невидимое поле выталкивало обратно.

Лишь левая, искусственная рука смогла продвинуться за черту.

В нее Земо и вложил свой экран для передачи изображения с камер. Погладил запястье, которым Баки не мог ощутить прикосновения, и отправился дальше один.

Без оружия и без тех, кто мог защитить его от самого себя.

— Эй!

Земо обернулся.

Баки протянул свой автомат и его нож.

— Спасибо, — скорее удалось прочитать по губам, чем услышать.

В груди распахнулась бездна.

*

Земо оказался прав. Экран показывал, что он видит, с некоторыми задержками.
Еще один каменный коридор со светящимися на стенах символами быстро закончился огромной пещерой.

На ее дне мерцала копия Мухури.

Центр которой наполнял идущий со дна свет.

Земо без раздумий вошел в темную воду и широкими гребками двинулся к нему.

Там на дне распахнул свой зев следующий вход.

За ним оказалась пещера, выстланная светящимися цветами и обрывающаяся с одной из сторон провалом в полумрак.

Земо показал сплетенные в тугой бутон лепестки.

Изогнутые двигающиеся стебли.

Оставил пещеру и замер.

Снаружи, в пространстве, бесконечном как небо ночью, переплетенный светящихся растений покоился исполин.

Накия потрясенно вскрикнула.

Не все демоны покинули озеро.

Баки узнал рога, оскал и чешую.

Что-то подобное извивалось над полем боя в той финальной битве с Таносом.

Но из него точно не росли цветы.

Земо устремился к «источнику» сквозь их нежные гроздья.

— Он же не собирается...

Баки в ответ, кажется, заскрипел зубами.

С каждым гребком чудовище становилось все больше, а растущие из него заросли цветов гуще. Их извивающиеся длинные стебли отходили от тела довольно далеко. Плотно сомкнутые лепестки по форме напоминали кувшины и при столкновении разливали в воду что-то темное.

Земо старался их не задевать, продолжая сокращать расстояние.

Скоро закрытый глаз заполонил экран.

Приоткрытое веко превосходило размерами человека раза в три.

Подернутый мутью зрачок не реагировал на возникший рядом свет.

Накия выдохнула с облегчением, словно самое страшное осталось позади.

Земо остановился.

Секунды сложились в минуту.

Еще одну.

Он двинулся дальше к отверстию, заменяющему исполину ухо.

И бросил в него свой оружейный ремень.

Проверить начинку которого Баки не догадался.

Картинка погасла.

Мир вокруг содрогнулся от взрыва.

*

Цветы в подводной пещере оказались белыми и нежно голубыми.
Кровь исполина — кислотно фиолетовой.
Несколько зацепившихся за Земо лепестков — багряными.

Нашел его Баки благодаря включенному сигнальному стробоскопу.
Совершенно белого под маской, с раскинутыми в стороны руками, медленно вращающегося вокруг своей оси.

В невидимом миру танце.
По дороге ко дну.

Пульс удалось нащупать.

Глава 5: Пробуждение

Очередной долгий день начался с неловкого прикосновения смущенной Шури. Гадать, сказала ли ей что-то Накия или его выдало собственное поведение, было бесполезно.

Баки сморгнул остатки мутного сна, оторвался от скамьи, где провел последние несколько часов, и вошел вслед за ней в хорошо знакомую залу.

Когда-то под ее высокими расписанными рисунками сводами он провел много времени, знакомясь со своей новой рукой.

Сейчас, здесь, в окружении пестрящих схемами проекций на операционном ложе спал Земо. Уже не бледный до синевы, но все еще выглядящий болезненно.

— Разбудить так и не получилось? — озвучил очевидное Баки и удивился тому, что сохранил невозмутимый тон.

Страх, не оставляющий его с тех пор, как Земо пересек светящуюся черту, усилился скачком.

Шури отрицательно покачала головой.

— Нет, но активность мозга пришла в норму и похожа на медленную фазу сна. Думаю, он проснется. Совсем скоро. И, так как продолжать наблюдение бессмысленно, ты можешь забрать его в свои комнаты. Окойе не будет возражать.

Недосказанность повисла в воздухе.

«Если ты хочешь и не боишься в этом признаться».

— Спасибо. Я заберу.

Шури кивнула без тени осуждения.

— Тебе тоже не помешает отдых.

*

С отдыхом не задалось.
Переложив Земо с левитирующих носилок на кровать, Баки сел рядом, оперся спиной о стену и с час, наверное, разглядывал его, ни о чем не думая. Отключился сидя. Пришел в себя — чудо все еще не произошло. Вытянулся рядом и снова провалился в сон. Испугался, что пропустит важное, вынырнул — не заметил никаких изменений, — позволил себе забыться. И так по кругу.

Пока его не завернули в одеяло. Обстоятельства потерялись в череде рваных пробуждений, и Баки принял происходящее как должное.

Засыпал он, чувствуя, как его ласково гладят по затылку.

*

Разбудил запах кофе.
Из-за этого пару минут он никак не мог вспомнить, где находится.

Дома кофе некому было готовить.

Сэм не варил, чтобы не провоцировать свою кофеманию.

У Сэма и Сары его разбудили бы крики детей.

Вспомнил.

Подскочил.

Земо это рассмешило.

Стоящего у плиты в кухонной зоне Земо это рассмешило.

Баки потер глаза.

Картинка не изменилась.

Земо — босой и лохматый — уверенно стоял на полу, с кружкой кофе в одной руке и печеньем в другой.

Темная роба пациента в такой обстановке походила на пижаму.

— Привет.

Все, что Баки собирался сказать, вылетело из головы.

Он поднялся, зачем-то поправил на себе мятую одежду, подошел ближе. Осторожно положил ладонь поверх груди — ниже дорожки пуговиц у ворота. Ощутил биение сердца. И дыхание перехватило от облегчения.

Земо посмотрел ему в лицо и легко приобнял по-прежнему занятыми руками.

— Меня долго не было, да?

— Ага.

— Прости.

Ему было за что извиняться помимо позднего пробуждения, но сейчас не хотелось думать обо всем остальном.

— Тебе заменили руку?

Вместо ответа Баки засмеялся ему в плечо.

*

Спустя одну кружку кофе он уже был готов к долгому обстоятельному диалогу.
И не мог заставить себя начать.

Земо, сидящий напротив за тем же столом, уминал приготовленные им оладьи. Коже вернулся естественный цвет. Спокойный уверенный взгляд ничем не напоминал тот, отравленный фанатичным огнем. Новых вопросов не последовало. Он молча подвинул к Баки тарелку с другой порцией.

Так они и сидели.

Солнце за занимающим стену окном становилось все выше.

День клонился к полудню.

Когда с завтраком было покончено, Земо уволок грязную посуду в мойку и, проходя мимо, коснулся его плеча. Мимолетная ласка, которую Баки не только позволил, но и не отказался бы растянуть подольше.

Земо заварил чай, оказывается, дожидавшийся своего часа в одном из шкафов, вернулся на свое место и начал разговор первым:

— Прошло дней пять?

— С чего ты так решил? — Нарушать уютное молчание отчаянно не хотелось.

— Длина щетины. Обычно, чтобы достичь такого впечатляющего результата, мне требуется чуть меньше недели.

— Три дня.

Земо забавно уставился в пространство перед собой.

— О!

Баки отказывался верить в столь быструю догадку. Сам он, когда ему рассказали, отрицал еще сутки.

— Значит, повышенный тонус не следствие лекарств?

— Нет.

— Объясняет почему я выжил.

Земо по-прежнему сохранял возмутительное спокойствие.

Разлил чай по чашкам. Подвинул одну к нему.

Из второй выпил сам.

Баки не выдержал:

— Тебе все равно, что ты теперь один из нас? Обладающих «нарушающей естественный ход вещей силой» или как там было?..

— Да?.. — Земо легкомысленно пожал плечами. — Может быть, позже, я осознаю и расстроюсь, а пока ничего не изменилось. Кроме бодрости и отсутствия боли.

Внутри зашевелилось раздражение.

Изменилось все.

Земо не мог не осознавать последствий.

— Так что я пропустил?

— Мы с Накией выжили в устроенном тобой взрыве. Пробиваясь наружу сквозь камни, я сломал руку. И обеспечивать безопасность жителей деревни, которые, как ты, наверняка, помнишь, оставались заложниками, одноруким было не очень удобно. Если бы не Т’Чалла и Дора Миллаж я бы там и остался.

На лице Земо не мелькнуло и тени сожаления. Это ничуть не задевало. Воспринималось как должное. То ли нужно было больше времени, чтобы на освобожденное страхом место пришло что-то другое. То ли он сам считал, что все сложилось не так уж и плохо.

— Так как у тебя малярия, сделку провела Лилу. Груз благополучно перехвачен, как и покупатель. МЕЧ безмерно нам благодарен. Да, она сманила у Шимо телохранительниц. «Слез» те не принимали. Они мутанты.

Баки поморщился. Этот новый мир не переставал его удивлять.

— Как Накия? Ее не осудили?

— Как мило, что ты спросил!.. Т’Чалла отложил решение — она, как и ты, восстанавливается. Нервное потрясение нанесло больше вреда чем камни. Скорее всего, ее отстранят от работы в поле. Навсегда.

И, как Баки подозревал, предложат стать королевой. Т’Чаллу, сражавшегося рядом с ним, страх потери разъедал точно так же.

Обсудить, тем временем, оставалось самое сложное.

— Вакандцы меня не отпустят, верно? — спросил Земо все тем же спокойным тоном. Словно от ответа не зависела его жизнь.

— Они попробуют обратить эффект. И вряд ли смогут. С другими не получилось. Здесь есть пара уснувших после пятой дозы.

— Подопытных? — Земо жестко усмехнулся.

— Не совсем. Их семьи согласились в надежде, что им помогут. Но ты все еще единственное исключение. И справился сам.

Он подлил себе давно остывшего кофе.

— Твою кровь попробуют использовать как лекарство. И проверят, не работает ли она как слезы Таноса.

Земо, наконец, вздрогнул.

— И да, тебя отпустят, только если ты станешь обычным человеком. Ваканда официально запросит разрешение содержать тебя под стражей здесь. До конца твоей предположительно удлинившейся жизни.

Его самого вся эта ситуация злила, хотя он считал наказание Земо справедливым.

Тот расстроенным не выглядел.

— Намного лучше условий в Рафте.

— Что?

— С их любовью к пространству, — Земо обвел взглядом помещение с высокими потолками, — в коробку меня не посадят. И, возможно, тебе можно будет меня навещать. Если ты захочешь.

За всеми событиями последних дней Баки не задумался об этом ни разу.

Сердце взволнованно подпрыгнуло.

Земо истолковал его молчание по-своему.

Улыбнулся грустно и понимающе:

— Я перешел грань? Ту, за которой все заканчивается?

— Нет?... Не знаю... Ты сделал то, что привык делать. Принял решение за всех. Оборвал то, что могло принести пользу, чтобы оно точно не принесло вреда. Едва не умер. Убил что-то удивительное. Рискнул жизнями невинных людей, чтобы уберечь гораздо большее их количество, верно?

Он все еще злился, но здесь время успело поработать и сгладило остроту.

— Не совсем. В этот раз меня попросили.

— Кто? — Баки, кажется, догадался, но был не готов принять.

— «Источник». Рохо Мухури. Это существо имело ограниченные телепатические способности. И просило его убить. Оно не хотело оказаться в рабстве снова. Или навлечь беду на тех, кто отважится о нем заботиться. Ту деревню держали в заложниках для него. Поэтому поле отпугивало всех, кроме чужаков, — чтобы избежать новых жертв. Оно страдало так долго... Я довел задуманное до конца не по озвученным тобой причинам, хотя они имели значение в начале. Теперь, — Земо пожал плечами, — не уверен, что покажутся важными снова. Удивительный, раздвигающий границы опыт...

Баки вздохнул. И погладил его лежащие на столе пальцы.

— Поживем увидим.

— Вместе?

— Да.

Земо обогнул стол и поцеловал его — нежно.

*

Посещения Баки разрешили.
цитировать