Ориджи разного размера. Часть 4

Anele Первая любовь
читать дальше
Еще одна работа, которая представляет собой часть чего-то более крупного - на этот раз цикла. В шапке автор обещает, что ее можно читать отдельно, но оборванный финал с резкой переменой героя в отношении к предмету своей страсти вызвал у меня некоторое недоумение, я ожидала логически завершенной истории.
На мой взгляд, этот текст - примерно то, за чем и приходит в слэш массовый читатель. Такие вещи обычно имеют стабильный успех - это ненавязчивый любовный роман с хорошо выдержанным балансом: легкость изложения, гомоэротизм, несложные сюжетные перипетии, определенный уровень качества и отсутствие лишней специфики, которая кому-то может не зайти. Здесь есть все составляющие приятного чтива на вечер: два молодых и красивых героя, первое чувство, неуверенность, юст, положенные жанру эмоциональные качели, живописная локация, магия, интриги.
Стиль правда иногда действительно прихрамывает и этим веселит - так, например, посреди “отхожих мест”, “дозорных башен”, стражей, доспехов, “магических клятв” и обращений вроде “сын великого мага” герой-2 вдруг бесхитростно вопрошает героя-1:
- Вот какого ты ко мне приебался?
Хватает тут неудачных формулировок и словесной небрежности, но реально они не настолько портят общее впечатление от чтения, живость героев и бодрость повествования компенсирует недостатки по мелочам.
Не знаю, почему автор заявил в шапке “нездоровые недоотношения”, ничего особенно больного в них лично я не нашла. Неразделенность со стороны Ирсы - да, он упорно отвергает Ниала с его чувствами, и временами объяснения Ирсы выглядят то ли надуманными, то ли фальшивыми: желание ищет возможность, нежелание - причины. Но и это воспринимается без драматизма, тем более что близости упертый и навязчивый Ниал все же добивается. Недоотношениями я бы это тоже не назвала - есть там и взаимная симпатия в начале, и взаимоуважение ближе к концу. Псевдо(?)предательский поворот был смазан, по отрывку сказать что-то о нем невозможно, а в остальном у героев все неплохо.
Текст в целом вообще очень светлый и уютный, в нем все как будто понарошку: и любовные отказы, которые - мы же понимаем - не окажутся окончательными, и предательство потом наверняка обернется верностью, и жестокое тюремное заточение быстро закончится, не причинив герою сильного вреда. В таких историях есть что-то диккенсовское - даже в моменты самых нищасных нищастий персонажей читателю только горько-сладко от предвкушения неизбежного восстановления справедливости и хэппи-энда. Тут вам не Джордж Мартин - и это радует)
В море слэшного ангста, не игрушечно больных отношений, героев-33-несчастья, их страданий и душевных травм здоровая семья Ниала, где мама заставляет надеть носочки для тепла, папа позволяет возиться в своем кабинете, брат с охотой дает советы по соблазнению, а сестра ласково треплет по волосам, - бальзам на израненную суровой реальностью душу.
Автору удался легкий и милый текст, даже жаль, что на конкурсе только часть истории, надеюсь, что в полном цикле у Ниала с Ирсой в итоге все хорошо.


HungryCaterpillar Сирены
читать дальшеМне понравился крупный текст автора - “Тигр и дракон”, отзыв на него я надеюсь написать позже - и почему-то “Сирены” я поневоле мысленно сравнивала с ним, ничего не могла с собой поделать.
Здесь тоже заметен размашистый и смелый авторский стиль, в котором есть что-то ярмарочное: броско, недорого, эклектично и притягательно. Тут у нас конфетки-бараночки, тут цыганка с картами, дорога дальняя, тут деревянные качели-расписные карусели, а вот тут лубочные картинки рисуют. То, что в других случаях цепляло бы взгляд, раздражало или вызывало втф, у автора смотрится на удивление цельно и если не полностью гармонично, то уместно в общей яркой, аляповатой картине.
Основное “сочетание несочетаемого” здесь - переплетение щемящей и нежной истории любви главгеров Рафа и Дагона с разухабистыми приключениями по спасению мира за пять минут, плакатной антирасистской агитацией, карикатурой на Евровидение и солдафонским порно внезапнопары второго плана - дракона с парнем-русалкой (ненавижу слово русал).
При знакомстве с героями у меня (сомневаюсь, что у меня одной) сразу же случился сбой прицела в сюжете: с первых же строк стало ясно, что Раф - ангел. И имя, и поведение, и детали внешности героя вроде шеи трепетно белой, длинной, словно горлышко античной вазы - все работает на узнавание. Потом оказалось, что “узнавать” было рано, в дальнейшем это мешает понять суть заморочки Рафа в чувствах к Дагону. Будучи уверенной, что оба героя прекрасно понимают природу друг друга, я гадала, каковы окажутся причины отмороженности Рафа: он как-то замешан в гибели родных Дагона? он ангел с каким-то безнадежным изъяном? он бесполый? в их близости заложено что-то, что причинит Дагону боль или вред? Чем там будет разочарован Дагон?
То, что Дагон не догадывается об ангельской сущности Рафа, не прописано прямо. В его хейтспичах по отношению к ангелам при Рафе я, например, видела не незнание-непонимание, а типичную бестактность зацикленного на своем пунктике (не)человека: “не принимай на свой счет, ты - исключение, к тебе это не относится”, а в долготерпении Рафа - деликатность: он же чувствует, что у Дагона в этом месте какая-то душевная рана. Только когда Дагон не понял, чьи перья валялись на земле после похищения Рафа, я осознала, что два и два надо было складывать, а не умножать.
Многие вещи в тексте обрисованы топорно - как, например, кондовое зло в виде “белокрылых отморозков”, убивших отца Дагона, или бессмысленно жестокого врача, отказавшего в помощи беременной матери. В “Тигре и драконе” детские истоки ненависти показаны немного тоньше и объемнее. Шарж на Евровидение, на мой вкус, тоже слишком прямолинеен, поэтому не особенно смешон, но юмор - то такое, совсем фломастеры, допускаю, что кому-то, наоборот, зашло.
Зато некоторые детали для меня были умилительно-забавны - посмешило, что у Дагона в мотоциклетном шлеме дырки под рога или что хвост у него не полностью контролируется сознанием, а живет своей жизнью - лезет под руку и ластится к Рафу.
В целом, текст сделан грубее, чем “Тигр и дракон”, интрига в нем абсолютно мультяшная, а антирасистский посыл лобовой. Однако он так же, как и “Тигр…”, обладает своей особой балаганной харизмой, читается легко, заставляет улыбнуться и заканчивается победой любви над ненавистью. Мир несовершенен, изменить мы его не в силах, “но можем мы любить друг друга сильней”.
Чем герои и займутся)


Рогатый курильщик
Пустое чрево
читать дальшеКак читатель я неровно дышу к убийственным страстям в текстах - убийственным в буквальном смысле: непреодолимому влечению врагов, вырезавших семьи друг друга, маньяков с жертвами, которые меняются местами, отморозков-насильников и кровавых мстителей за поруганную честь... Уточню: речь не про лавхейт, в котором первая часть все-таки “лав”, или стокгольмский синдром, а именно про сексуализированную ненависть - если этому подбирать название.
На таком совпадающем у нас с автором кинке и строится данный текст, что порадовало. С остальным у меня сложилось чуть похуже.
Если отношенческая составляющая истории не вызывает особых вопросов - она служит своей цели и отрабатывает эмоционально-кинковый сценарий, то к матчасти их возникает много: почему Пакистан? (не Афганистан или Ирак? эти военные кампании хотя бы на слуху); что за зверь “военный городок” в этой стране? какие конкретно отряды там жгли, убивали, раздирали жизни в клочки? (SWAT, упоминавшийся в конце, - подразделение полиции, оно за границей не воюет, где тогда герой служил раньше - в ЧВК?); в честь чего был этот отмороженный банкет? (я помню только индо-пакистанские разборки, но тут явно не про них); как мог гг-2 Сиф, в детстве ставший жертвой запредельной жестокости (с какой целью, кстати?) этих неопознанных солдат удачи в дальнейшем стать членом их же отряда? (они идиоты или самоубийцы? а командование? кого он потом убивал, вступив в их ряды, - бывших своих соотечественников?) Ответов нет.
Сюжет хронологически нелинеен, в нем сплетаются две линии - настоящее, где списанный в утиль Найджел, отдыхая в Венеции, клеит (кто бы мог подумать) гондольера, который напоминает Сифа, и сходство оказывается глубже, чем можно предположить, - и прошлое: обрывками воспоминаний рассказывается история жестоких отношений Найджела с Сифом.
Повествование ведется от первого лица, и я бы посчитала уместным и его, и даже изложение “потоком сознания” - психика у героя не в порядке, он поехавший моральный урод опустошен и искалечен, - если бы к первому лицу и потоку сознания в нагрузку не шли пафос (Среди нашей чертовой дюжины я был самый-самый. Солнцем целованный. Варварством заклейменный. С улыбкой юного падре...), рваные предложения (Мы были страхом. Мы жаждали быть еще страшней. В сотни раз... Смотрим глаза в глаза. Душа в душу. Тьма во тьму.) и настоящее время (Ищу, наслаждаясь игрой, не торопясь. Не на того хищника ты напал, Арсель. Не с тем вознамерился развлечься в хитроумной забаве. Но, кажется, тебе не впервой быть добычей, а? ).
Парцелляция такого типа не лучшее синтаксическое решение, на мой вкус, злоупотреблять им точно не стоит. Мода на нее осталась далеко в прошлом, и воспринимается она сейчас как усы подковкой и брюки-клеш на фотографиях 70-х. Там, где автор отказывается от этого и пишет развернуто, становится намного лучше. Градус надрыва я бы, на свой вкус, тоже прикрутила. Хотя суть происходящего и душевное состояние героя к нему располагают.
В общем, сама по себе сюжетная задумка без шелухи, расклад характеров и композиция мне понравились, а к главным минусам текста я бы отнесла полную оторванность от реалий и неудачную стилистику.
Самой яркой для меня стала сцена холодной мести Сифа, она по-своему - чудовищно - красивая, кинематографичная и живая в деталях - меня зацепили, например, радужки глаз убитого товарища, которые видит Найджел, упав на пол.


Фрэнки Омут
читать дальшеБольше всего мне понравилось в этом тексте то, что в кои-то веки целительная порка не стала для героев панацеей от всех недугов - от родильной горячки до депрессии, биполярного расстройства и воды в коленках. А странно: в попадавшихся мне текстах с этим БДСМ-предупреждением она обычно неизменно помогала страждущим - психологические проблемы рассасывались, напряжение снималось, а чувство вины и гипертрофированного долга у героев сменялось дзеном и душевным благолепием.
Здесь ситуация иная - но не скажу, что более правдоподобная. Отношенческая составляющая сюжета показалась мне сомнительной.
Семь месяцев подряд раз за разом без намека на обсуждение герои на пару практикуют жестокую игру, которая обоим приносит физическую и/или душевную боль, разочарование, мучительное чувство вины и отвращение к себе. И ни капли удовольствия.
Ну, даже не знаю.
Понятно, что текст - почти пвп (так вижу, автором этот жанр в тегах не проставлен) и написан ради кинка на флагелляцию и херт-комфорт одним и тем же человеком. Первое не моя трава, но оценить градус эротизма мне это не мешает. Сразу предупреждаю возможных читателей: автором в шапке честно заявлены оба кинка - и БДСМ, и насилие, но базовый здесь - насилие, а от БДСМ - отдельные элементы. Так вот, учитывая сказанное, сцены порки, как и финального комфорта прописаны неплохо: эмоционально, с акцентами на том, что должно трогать, и оно трогает, - это автору, на мой взгляд, удалось. Однако кинк, даже нормально прописанный, должен встраиваться в систему отношений героев, вытекать из нее. Она может быть какой угодно: неправильной, безнравственной, больной, жестокой - но понятной, здесь же мотивация героев ставит читателя в тупик.
Эта игра никому не доставляет удовольствия. Сначала — да, но сейчас Максим предпочел бы выпить. Посидеть за стойкой бара, сказать — без яда в голосе, без оскорблений, что груз ответственности будет не так тяжел, отнесись Вадим к ней проще. Что контроль — над собой и другими — нужно ослабить. Что за доброжелательность никто не сочтет его слабым. Но Вадим не услышит и не поверит, и потому Максим молчит. А если говорит, то так, что бы попасть сразу в сердце. И, конечно, бьет — физически.
То есть Максиму - “наказывающему” - игра не нравится, он понимает, что и Вадиму - “жертве” - тоже. Можно было бы с ним поговорить, рассуждает Максим, но Вадим же все равно ничего не поймет, так что продолжаем его бить. Звучит логично)
Психическое состояние ничего не понимающего Вадима при этом таково:
Это первый раз, когда Вадиму хочется решить проблему суицидально. Сдохнуть — и все.
Хороший тамада, и конкурсы интересные. При этом ближе к концу мы читаем:
Максим вдруг понимает, что в последнее время Вадим и правда подуспокоился.
Подуспокоился мыслями о суициде, видимо) Способность к эмпатии у Максима поражает воображение.
Нет, люди - странные существа и творят такое, что волосы становятся дыбом, для этого достаточно почитать сводку любого райотдела полиции, но мы-то читаем не сводку, а художественный текст - в нем должны угадываться логика и мотивация героев. Автор, впрочем, это понимает и даже озвучивает возникающие очевидные вопросы устами героя, но ответов не дает:
От самого себя противно — как он до этого докатился? Просто вот — как? Он, взрослый мужик, 28 лет как никак, и позволяет драть себя, как мальчишку. Вадим запрещает себе погружаться глубже, искать причину. Он не хочет знать, зачем это делает из раза в раз.
На мой взгляд, это неверибельный внутренний монолог. Человек нерефлексирующий - такие, конечно же, существуют - не задается вопросами, не размышляет, а просто живет. Человек же, мучительно копающийся в себе, как Вадим, будет искать ответы.
С монологом не очень получилось, может, в диалоге выйдет лучше?
— Зачем тебе это? — голос у Вадима почти не дрожит.
— А тебе?
— Я не знаю.
— Тебе нравится боль?
— Нет.
— Унижение?
— Нет.
— Тебе становится легче после?
Вадим качает головой. Слова не идут с языка.
— Тогда зачем?
— Я… — во рту сухо, как в пустыне. — Не знаю. Я не знаю.

Очень загадочно, очень)
Хорошо, что в финале герои спустя семь месяцев молчаливых взаимных пыток все же решили поговорить словами через рот - немножко односторонне правда, с вербализацией у Вадима, надо признать, есть некоторые сложности. Но не беда, успешный психолог-самородок Максим не теряется и смело ставит на Вадиме новый эксперимент. На этот раз, к счастью, намного более мягкий и наконец-то доставляющий удовольствие им обоим. И то славно)
В общем, это не тот текст, который стоит воспринимать отражением реальности, а то станет страшновато, и да, он не без недостатков. При этом к достоинствам его я бы отнесла эмоционально-кинковую составляющую, которая вполне может тронуть любителей.


Magnus Kervalen Освобождение
читать дальшеЕсли б я любила загадки в стиле Кэрролла, то спросила бы у кого-нибудь: что общего между антиутопией и модой? Но спрашивать мне не у кого, так что собираюсь ответить на вопрос сама)
Разумеется, все нижесказанное только мое личное и глубоко субъективное соображение дилетанта.
Так вот, в моде иконой стиля чаще всего становится тот, кто может уловить и реализовать тренд раньше, чем его почувствуют остальные - по крайней мере, большинство, тот, кто отразит коллективное настроение, прежде чем его осознает сам коллектив. Так же и хорошая антиутопия чаще всего озвучивает пугающие или опасные общественные тенденции до того, как они станут очевидной и понятной всем затвердевшей системой. Это не единственная цель создания антиутопий, но актуальность, даже пред_актуальность и делает их интересными. Их ценность для современников в выставлении на свет смутно ощущаемого, но пока не осознанного и в попытке предотвратить, возможно, непредотвратимое. Такое “Предчувствие гражданской войны” в словах.
Антиутопия рассказывает о гипотетическом пессимистичном будущем, но связанном с настоящим - вытекающим из идей и настроений, которые рождаются на наших глазах, но мы слепы и смотрим не туда.
К чему было это долгое отступление.
Я увидела в данном тексте кальку с давно мертвого общественного устройства. Кальку забавную, с легко читаемыми аналогиями, проработанным - как это любят формулировать в отзывах и критериях - миром, системой взаимоотношений между персонажами, с раскрытыми характерами, крепким сюжетом и множеством других достоинств. Но для меня это антиутопия о прошлом - она не предугадывает того, что будет, отталкиваясь от того что есть, она повторяет то, что уже было и больше не вернется в том же самом варианте.
Как антиутопия или шарж этот текст смотрелся бы свежо, будь он написан во времена расцвета Стругацких - они посмеивались над системой и попинывали ее, пока она еще была жива, - или сразу после слома системы, когда существовала опасность ее возрождения. А эксгумировать давно похороненный труп, чтоб нарисовать его карикатурно отзеркаленное отражение, мне лично не кажется захватывающей идеей. За прошедшее время написано столько текстов, воссоздающих подобие и раннего военного коммунизма, и сталинского тоталитаризма, и позднесоветского застоя в разных альтернативных вселенных, сделать что-то принципиально новое в этой нише, мне кажется, сложно. (Из последнего, что попадалось на глаза с сюжетом “коммунистические реалии на другой планете”, - Антонов “Время войны”, напомнило похожей аналогией обращения: “товарищ Маленков” - “лицо Бранивой” - “добруг Аджасов”).
При этом интерес и желание автора выше любых такого рода соображений, автору захотелось и было интересно, он рисует свою картину, у него свое переосмысление темы, свои образы и мир. И это его святое право)
Заканчивая с авторской идеей, хочу сказать, что как читатель, пожалуй, с интересом прочитала бы о продолжении изложенных событий - оно как раз было бы больше приближено к современности и перекликалось бы с ней. Какой станет жизнь этой феодальной_планеты_с_ресурсами под властью тех, кто клятвенно обещал взять “данью” и “не лезть в душу”, не ломать традиций. Что-то подсказывает, что градус антиутопичности следующего этапа этого будущего тоже будет на уровне. Финал с открытием “границ” между мирами показался мне не обещающим ничего хорошего ни главному герою, ни его окружению, ни его народу. В этом ключе и в заголовке читается сарказм.
Что касается персонажей.
Главгер Вард Аджасов - личность для меня отталкивающая. Сквозь текст пунктиром идут намеки о том, что он вроде бы неплохой, совестливый и трепетно-ранимый человек, - по крайней мере, таким его воспринимают и Вершина-”товарищ Сталин”, и сестра-советница Неверика, и лидер местных повстанцев/бывший друг семьи. Все вокруг его любят, оберегают от потрясений, щедро прощают ему малодушие и бесхребетность - но мне неясно за что. Чем он компенсирует трусость и недалекость - мягкотелостью? Считаю большой ошибкой путать доброту со слабостью, доброта всегда требует мужества и воли, которых у Варда нет. Единственный его по-настоящему хороший, осознанный и требующий некоторой смелости поступок - спасение мальчика из лап усмирительницы колониальных планет Кату-Ату. И то, в страхе перед последствиями такой своей неслыханной дерзости Вард полтекста дрожал как лист. Все остальное якобы-хорошее в нем - пустое “жалейство”. Вард грустит, красится, мямлит, тянет резину, делает положенное по должности - и все. Предыдущего направителя Потока убили тайные сторонники Державы, избавление от Кату-Ату происходит случайно, вундервафельный артефакт он получает то ли волей провидения, то ли того же сопротивления - этот момент от меня ускользнул, но при появившейся возможности от кулона Вард почти с охотой избавляется, как от очередного непосильного груза ответственности. Даже чудовищный приказ казнить каждого десятого человека на его родной планете не встряхивает его, а заставляет только вяло ужаснуться, как верх решительности позвонить Вершине (“товарищ Сталин не в курсе”) - этот шаг дается ему нечеловеческим усилием, а от осознания “товарищ Сталин в курсе” он окончательно впадает в бездейственное отчаяние. Когда на кону стоят жизни тысяч людей. Редкий эгоизм и равнодушие ко всему и всем.
И открытие разлома он позволяет, только когда все вокруг начинают трясти его как грушу. Все, включая дядюшку Шо’дуджьона и спасенного мальчика, - гораздо более цельные и решительные люди, у всех есть стержень, понимание ситуации, воля что-то изменить, кроме Варда, который весь текст плавает в сиропе из своих недочувств и страха, как инфузория-туфелька.
Его любовная линия такая же жалкая, как и он сам, не случайно он для Вершины только “копия” оригинала - соратника Ксамоктлана, “злого копа” режима, который берет на себя все “грязные” решения. Вард - эрзац-заменитель для Вершины, но и собственная якобы-любовь Варда к нему только вяло-пассивное принятие. Вообще мелькнула мысль, что эти чувства Варда - удобная психологическая маскировка для самооправданий и отмазок, неосознанный механизм психозащиты. Я люблю = я не думаю, не ставлю под сомнение, не решаю, слепо верю.
Рейтинговая составляющая тут забавна тем, что это такое воплощение пошлых смешков потомков над нездоровым отношением к вождю у мужчин прошлого: “Ты кого больше любишь, меня или товарища Сталина? Конечно, товарища Сталина”. Тут любовь к товарищу Сталину происходит буквально)
Кстати, линия Вершины и Ксамоклтана, упомянутая вскользь, меня чем-то зацепила. Были ли у Вершины настоящие чувства к Ксамоктлану, отвечал ли тот ему, был ли Ксам всегда “пустым” и “гнилым”, как характеризует Неверика. В начале его образ выглядит более объемным, чем в конце, он заинтересовывает, а потом превращается в тень-функцию. Его история манкурта схожа с судьбой Кату-Ату и прочих “интернатских” детей с даром направителей. В тексте упоминалось, что Поток разрушает физически и морально, значит ли это, что пустота и безжалостность - следствие его воздействия? Потому что и Тчемэль - малоприятный персонаж того же толка. В них во всех есть общее.
В Кату-Ату же - очень живом персонаже из второстепенных - я лично узнала легендарную хунвейбинку Сун Биньбинь (которая, кстати, сейчас до сих пор жива и прекрасно здравствует в США, что иронично, и даже преподает в Чикагском университете, сорри за оффтоп) - хотя это наверняка собирательный образ всех этих подростков-опричников прокоммунистических режимов восточного извода - Китай с его культурной революцией, красные кхмеры. Героиня показалась мне забавно-цельной, она именно жестокий и морально изуродованный, но ребенок: а кормить будут? а подарки? а концерт? а расскажи интересное? ладно, а теперь хочу пытать!
В общем, несмотря на высказанные мной в начале - повторюсь, сугубо субъективные - размышления, сравнение этого текста поневоле идет с изданными произведениями, а не в рамках: вот здесь автору изнасилование удалось не так хорошо, как в соседней пвп-шечке, - что достойно уважения. Это действительно серьезный текст с идеей, к стилю его написания, языку, композиции вопросов у меня нет. В нем есть заставляющая задуматься история, и тех, кого всегда волнует тема личности внутри системы, она точно привлечет.

2020.10.31 15:02