Ориджи. Часть 2

Аполлине Наш Уровень Отношений. Встреча

читать дальшеЭто короткий задел - что-то вроде пролога - для другой, наверно, более внятной и цельной истории. Сюжет его - “мы странно встретились и странно разошлись (это начало прекрасной дружбы)”. Сеттинг - огромный постапокалиптический(?) космический(?) корабль с традиционной разноуровневой иерархией. На элитных верхних уровнях с хорошими условиями жители здоровы и полностью человекоподобны, чем ниже уровень - тем хуже и мрачнее жизнь его обитателей и тем больше у них жутковатых мутаций. Но если кто-то уже успел подумать про мрачную антиутопию, то зря - это комедия, и все в ней представлено в забавном и неугнетающем свете. Главные герои - парочка чудаков, у копа с уровня 2.2 уши летучей мыши и змеиные глаза, у владельца бара с уровня 3.1 - дополнительная пара рук. Их знакомство начинается с погони в стиле французско-итальянских комедий и заканчивается золушкиным побегом наоборот, где вместо бала - попойка, а вместо туфельки - плащ.
Надо сказать, текст написан - хм, пусть будет небрежно. Временами это даже вызывает ностальгию) Можно, например, шаблонные анекдоты составлять по мотивам некоторых абзацев: заходят как-то в бар мужчина, детектив, Алан и Зит, а бармен сложил руки у них на голове:
Эд успел перейти на сторону Алана и, оказавшись за спиной детектива, стянул с него шарф. Зит попытался натянуть его обратно, но бармен положил руки ему на плечи, и шарф остался там же. Тем временем верхние руки Эд сложил на голове мужчины и с интересом начал ощупывать его уши. Алан недовольно дёрнул ухом, чем вызвал лишь больше интереса у увлёкшегося бармена. Тогда детектив запрокинул голову и сверкнул глазами, но Эд только миленько улыбнулся, что-то сказав...
Здесь можно увидеть капслок как средство особой выразительности:
— ВСЕ РУКИ! — уточнил мужчина... — Я всё ещё НИЧЕГО не слышу! Ты меня глушишь!
Где-то на задворках болтовни и бесцельного взаимодействия героев валяются обрывки сюжета. Появление героя на нижнем уровне объясняется в нем бесхитростно:
Это было нужно для дела.
Зато коротко и ясно) “Чего-то ему там надо”-линия продолжается странной врезкой с участием парочки “сожителей”, прописанных примерно никак, которые разводят руками, перекидываются парой не относящихся к делу реплик и тут же исчезают. Вслед за ними исчезает и все недодетективная составляющая - за ненадобностью.
Алан пытался сдержать разочарование. Он и не думал, что в этом случае всё так сложно. Казалось, просто покажет женщине улику, и она скажет, что может по ней определить. Но гляди ж ты, не всё так просто!
Так рассуждает полицейский детектив в этой вселенной - и это, кстати, очень органично и для него, и для окружающих. В принципе, если предположить, что мутации повлияли на мозг и поведение обитателей корабля, просто автор забыл телеграфировать нам об этом инфодампом, тогда все складывается. Такая вот своеобразная аушка - корабль чудаков.
Однако есть и хорошие новости)
После перечисления недостатков, наверно, прозвучит не слишком логично (возможно, мутации героев были заразны), но вопреки всему этот текст меня развлек. В его обрывочной непродуманности есть обаяние легкой болтовни ни о чем, какая-то подкупающая беззаботность, и мне не пришлось принуждать себя к чтению. Он настрочен по фану и, как ни странно, в нем ощущается живость. Автору искренне нравятся его герои, их странненькое поведение, необременительный треп и нелепый флирт, нравится придуманный им мир со всеми его детальками. Кстати, здесь есть одна вещь, которую я по-читательски очень люблю и всегда отмечаю в текстах. Попробую объяснить покороче.
Иногда, придумав какие-то особенности персонажам или сеттингу, авторы не идут дальше их упоминания где-нибудь в начале, а потом в худшем случае - теряют по дороге, в лучшем - используют по назначению, когда требуется - в ситуациях, для которых они и были придуманы. И реже, чем мне хотелось бы, эти фишки встраиваются в реальность, используются не напрямую. У героя четыре руки - волей автора) То, что он не забывает об этом - на всем протяжении текста вторая пара рук не “теряется” ни разу, мы ее видим все время - это первый левел. А второй - вот:
Там был такой классный кардиган! — Эд выглядел сначала очень радостным, но потом помрачнел. — Пришлось, правда, из него жилетку делать.
Бармен продемонстрировал свои две пары рук, поясняя так необходимость надругательства над кардиганом.

Как должен одеваться четырехрукий персонаж? Этому вот приходится носить жилетки и натягивать отдельно отрезанные от разных кофт рукава) Обычно за сюжетом и идеей такие мелочи выпадают, а ведь они придают живости происходящему.
В общем, некоторые тексты наваливаются на читателя железобетонным а в т о р с т а р а л с я, а поперек этого большими буквами проступает “автор получал удовольствие”. По-моему, это единственный резон заниматься любым хобби - написанием текстов в том числе.


Anka-Marsiannka Пётр и его сложности

читать дальшеУ этого текста странноватая структура и логика. Я честно попыталась разобраться и после первого чтения пересматривала текст еще раз от начала к концу, поэтому отзыв будет похож на пересказ теленовеллы “Просто Мария Петр” по сериям)
Первая глава начинается стандартной пвп-шкой - герой выходит в вирт ради ни к чему не обязывающего секса.
Случайным парнером Петра оказывается некий драконид - и, что бы это ни значило, это мало что меняет в происходящем. Мы узнаем, что дракониды - суровые доминанты и нежные любовники, если повезет (?), а еще они урчат и рычат - ну, или это индивидуальная особенность данной особи.
В остальном нц-а довольно шаблонна:
пальцы мимолетно скользнули по полоске голого живота над самым ремнем
в голове не остается ни одной связной мысли, лишь блаженная пустота
Незнакомец слитным движением входит до упора
Есть небольшой перебор с “накрываниями”:
Горячий, влажный рот накрывает изнывающий член
Его качает на острых волнах удовольствия, ноги, кажется, подкашиваются, пальцы поджимаются, и вот-вот его накроет
незнакомец снова накрывает губы Петра своими
Ничего стремного, смешного или сильно раздражающего - просто фразы, которые любой читатель слэша со стажем больше двух лет угадывает с первого слова, а бывалый райтер может строчить, не приходя в сознание.
Неопределенно-личные конструкции показались мне здесь искусственными - хотя я понимаю, зачем они автору нужны
его целуют в шею
увлекают прочь от сцены
губы сминают новым поцелуем
А в сочетании с именем героя у всего появляется какой-то оттенок комичности
Петра подхватывают за задницу
Незнакомец снова и снова врывается в Петра под единственно верным углом
Он резко и глубоко входит в Петра
Пусть это будет личная придирка от жителя Петербурга)
В конце главы мы узнаем, что дракониды моногамны и
э, моралисты? традиционалисты?
Появляются вопросы - наш нехарактерный представитель? бунтарь? Для моралиста и традиционалиста он подснял Петра в вирте подозрительно ловко, будто не в первый раз проворачивает такой номер.
Во второй главе знакомый дракониду подонок подпаивает и насилует Петра. Драконид сообщает в техподдержку и занимается комфортингом. Выясняется, что после случайного секса с аватаром Петра драконид глубоко влюблен и мир без Петра ему теперь не мил - такой вот киберпанковый “Солнечный удар”. В общем и целом, все идет по канонам типичного отношенческого текста - дальше по плану обычно душевные терзания разной степени интенсивности, качели любит-не любит-плюнет-поцелует, а потом хэппи-энд.
Но эта история делает другой поворот.
Третья глава сообщает нам (всегда мечтала написать что-нибудь с хрестоматийным “Глава икс, в которой наш герой /строчек пять спойлеров/”):
с Петром творится непонятное
И действительно творится - причем не только с ним. С этой главы непонятное начинает твориться и с сюжетом текста, с его хронологией, системой персонажей, миром в целом и - как следствие - с читателем.
Выясняется, что у Петра давняя глубокая депрессия - до того об этом не было ни слова. Он не идет к мозгоправу, не просит о встрече драконида Эрлиха, хотя очень хочется, а решает понарошку умереть в вирте. Хочет лайтово - на пятнадцать минут, а выходит - на шесть лет (но это не точно).
И тут вдруг откуда ни возьмись на нас выпрыгивает самый живой, интересный и любовно прописанный автором персонаж этого текста - виртуальный Харон наоборот, проводник из мира виртуально мертвых в мир живых - с котом и огромным “рулоном” самовоспроизводящейся шаурмы. Куда там меланхоличному Петру с его обезличенным драконидом. Автор как будто просыпается (и мы вместе с ним), пускается в детальные описания, выдает отличную речевую характеристику, удачными штрихами обозначает законы и устройство виртуального мира, в тексте появляется движение, вместе с шаурмой самозарождается бодрый сюжет. На мой вкус, Капитон, его трак, шаурма и кот - лучшее, что здесь есть, такой дефибриллятор не только для застрявшего в виртуальном лимбе Петра, но и для всего текста. Когда они пропадают из кадра, случается “мы его теряем”, и герои снова падают в меланхолический бульон флэшбеков и статично там плавают.
На самом деле, как читатель я с удовольствием потребляю меланхолические бульоны: все эти мучительно сладкие поцелуи, щемящую нежность, прикосновения к лицу, недоговоренности и фразы ни о чем - и они тут неплохи, честно.
Но на небольшом объеме выходит не связная история, а пэчворк с грубыми швами, это сбивает настрой.
Читатель настроился на пвп с херт-комфортом - оп, происходит скачок в статично-созерцательную полупритчу. Перестроился на эту волну - оп, мини-роуд стори с бравым спасателем. Не успел моргнуть - уже пастельные зарисовки о чувствах.
И ладно бы, побольше объема и подготовленные переходы сгладили бы картину. Но тут творящееся с Петром непонятное выходит на новый уровень.
Заявку о его пропаже, оказывается, подал драконид Эрлих - и почему-то шесть лет назад. Сначала я посчитала это следствием разницы в течении времени между виртолимбом и реальностью. Успела представить беднягу драконида, который тоскует все эти шесть лет по Петру, как моногамный традиционалист-моралист, и загрустить. Но мои предположения оказались неверны.
В реальном мире прошло по-прежнему восемнадцать дней. Эрлих не зачах от горя. Тогда откуда взялись шесть лет?
Объяснение меня озадачило. Петр, написано в тексте, раньше был/ощущал себя другим Петром (?), и у него шесть лет назад(??) уже мог быть роман с Эрлихом(???) - но это не точно.
Эрлих знал прежнего Петра и по какой-то причине это скрыл. Если это так, то, пожалуй, объяснима тревожащая нежность Эрлиха: они могли быть любовниками.
Сложновато. Я понадеялась на более внятное объяснение дальше.
Но вот все содержимое мыслей Петра на этот счет:
Значит, когда Эрлих узнает, что его с тем Петром связывают только ID и генетический материал, он потеряет интерес. Такие как Эрлих вряд ли западают на тело. Но кроме тела Петр не может предъявить ни единого обрывка воспоминаний. Может, поэтому Эрлих не объявился раньше, когда его только нашли? Может, он ещё тогда всё узнал, а в том клубе, встретившись в живую, просто не смог сдержаться? Значит, это было эхо прошлого? Что ж, Пётр понимает, он и сам не остановился при второй встрече, хотя зарекался.

Пётр отключился.

Моя способность соображать тоже(
Здесь что-то потеряно, автор не дописал кусок текста и оборвал нить - не знаю, случайно или потому что считает, что “сложностей Петра” не бывает много, - и это подпортило мне впечатление.
Кстати, достаточно было удалить этот кусок с шестью годами и прежним Петром, и тогда последний лоскут встроился бы в общее полотно. Эрлих нырнул в виртолимб и силой своей любви выдернул Петра в реальность, герои нежно обнимаются, хэппи-энд. И все (кроме того что они говорят друг другу: м?) было бы нормально.
А так осталось ощущение наметанной на скорую руку, но не до конца простроченной заготовки.
И тем не менее это запоминающийся текст - благодаря шаурме второй части с виртопутешествиями и Хароном-Капитоном)


Лис Алисы Кошки-мышки

читать дальшеЭто чисто кинковый текст - мы все знаем, для чего они пишутся и читаются, и я предполагаю, свою функцию он выполняет добросовестно. Без снобизма отношусь к честным дрочилкам на конкурсе, жанр не хуже прочих, может быть хорошо и не очень реализован, единственное - о них довольно сложно отзываться не любителю, эти тексты не должны быть универсальными, все-таки рейтинговая составляющая в них - главная.
В обсуждениях любого текста с меткой бдсм регулярно разворачиваются дискуссии о соответствии поступков и поведения героев эталонам некоего правильного_бдсм из палаты мер и весов, и редкий текст единогласно признается тематически-благодатным - это, похоже, такой умозрительно-дистиллированный конструкт, недостижимый на практике. Не возьмусь судить в этом направлении, наверняка здесь, как и везде, найдется еретическое отпадение от каноничного триединства разумности-добровольности-безопасности (волнуюсь, насколько опасен ожог от капсикама с теплой водой, но поверю автору - что не сильно), однако мне-дилетанту с кинковой стороны - в самом описании игр героев - этот текст показался работающим. Думаю, он тронет свою ЦА.
Но я, пользуясь случаем, выступлю в роли чувака с уравнениями в порноролике из известной копипасты) Потому что у меня возникли кое-какие вопросы как системного характера, так и конкретные.
На мой сторонний взгляд, этот текст довольно типичен для своей ниши - заметная часть прочитанных мной бдсм-текстов в сеттинге современности были ну очень похожими на него. Выборка абсолютно нерелевантна - пусть звездочки означают “согласно исследованию среди меня”) Но все-таки выскажу соображения.
Смущает меня - и не только в этом тексте - общая* трафаретность внесценарного/неигрового взаимодействия бдсм-персонажей и схематичность их в целом.
Такие тексты - и этот тоже - часто имеют схожую структуру и строятся “сессионно”, как сами игры или как порноролики с закадровыми вставками: знакомство (смотрите, никто не монстр и не злодей, никто не жертва, все по согласию), потом ролевая часть с вынесенной за скобки условностью (все как будто по-настоящему, только по-игрушечному), а в конце - “разоблачение фокуса” (все живы-здоровы и улыбаются, ни одно животное не пострадало). К этому никаких претензий - любой кинковый текст откатывает свою программу по нужным пунктам. Хуже, когда люди в составе этого представления превращаются в игровые маски не только внутри “сессионной” части - это оправдано кинком, но и вне ее - там, где они из игры выходят.
Сабмиссивный парнер в бдсм-текстах* еще худо-бедно бывает наделен какими-то человеческими чертами - здесь это такой инфантильный, не слишком уверенный в себе раздолбай лет двадцати пяти, рассуждающий и разговаривающий скорее, как старшеклассник или студент первого-второго курса.
Расстроенно махнув рукой и показав язык собственному отражению...
«Котик-наркотик, блин», — фыркает про себя Мыш...
Мыш какое-то время тупит, потом, опомнившись, втаскивает себя через порог. Знает ведь Кота уже больше года, но каждый раз офигевает...
Не очень понятно, как ему, сыну профессора-философа, “умненькому технарю, еще по школе отличавшемуся способностями”, получившему хорошее образование, “успешно трудоустроившемуся в ставшей популярной и высокооплачиваемой IT-сфере” с “доходными «леваками»”, прекрасными отношениями в семье (“в душу не лезут, просто любят и поддерживают”), друзьями и легкодоступными перепихонами в анамнезе, удалось сохранить незамутненную детскую непосредственность и приобрести такую низкую самооценку:
Можно вывезти мальчика из деревни, но вот деревню из мальчика… «Как был мудилой из нижнего тагила, так и остался», — фыркает он про себя.
Ему бы гнать Мыша поганой метлой, как надоест — но почему-то не гонит. Значит, еще не надоел. Может, привык, а может и жалеет, кто его знает. Жалости Мыш не хочет, но не сомневается — то, чего бы ему хотелось, ему в любом случае не светит, куда уж ему со своим посконным рылом да в суконный ряд.

А вот бдсм-доминант - это обычно* фигура, ведущая себя (вне ролевой игры), как механический болванчик, снисходительно произносящий приторную штамповку, с характерным самоощущением исполненного своей значимости “взрослого” рядом то ли с ребенком, то ли с умственно иным. Признаюсь в пристрастности - я не выношу бдсм-доминантов, но это далеко не единственный тип героев, который мне несимпатичен - и эти другие бывают живыми и разными, а доминанты словно вырезаны по одному лекалу. Если он хочет приблизиться к званию правильного и хорошего, то обязан стать сплавом стальной Сью, гиперопекающей бабушки и доморощенного горе-психолога. Почему у них выхолащиваются любые выпадающие из этого загона черты, почему им отказано в индивидуальности* - ради кинка? Они должны тащить свои роли, как крест, и в обычную жизнь - это продолжение того же кинкового банкета? Схематизация поведения и характеров - обязательное ли условие для кинка? Возможно, легкая степень дегуманизации и правда должна присутствовать, чтобы лишнее человеческое не отвлекало от откатки обязательной программы.
В этом тексте от сияния доминанта слепит глаза:
Кот потрясающий топ
Кот с его природным изяществом умудряется смотреться элегантно и даже шикарно хоть в мешке, хоть в ватнике.
Кот до неприличия красивый!
Кот, жилистый и поджарый, отличается удивительной силой
Кот словно из другого мира.
Тело у Кота… Умереть — не встать.
Ему дьявольски к лицу этот холодный, безупречный цвет
И дело не в фокале влюбленного Мыша (да пусть бы и так, влюбленность не равна умственной отсталости, должен же герой видеть в человеке, которого якобы любит, хоть что-то за рамками кинковой вывески), есть и объективная реальность:
у Кота своя шикарная квартира… богемная тусовка, свое креативное агентство, какие-то вечные выставки-презентации-перформансы…
Миллионер, плейбой, филантроп… и скромник каких мало:
У меня до чертиков скучная работа, которая выжирает практически все мое время, и мне меньше всего хотелось тебя ею грузить. Я и в мыслях не держал, что тебе может быть интересно.
Да, у кинка свои механизмы, но что стало бы, если бы Кот сиял и лицемерил чуть меньше, а Мыш не выглядел бы слегка недоразвитым не только по ходу игры, но и вне ее, - не включилось бы?
В общем, мне увиделась здесь общая* тенденция такого типа кинковых текстов. Она мне не очень понятна. Возможно, все дело в том, что это не моя чашка чаю.
Ну и конкретика. Я опять нашла повод для пессимизма в происходящем(
Если воспринимать героев не пиноккио, а настоящими мальчиками, то можно заметить, что в конце Мыш эмоционально расшатан, на грани нервного срыва, у него неадекватно низкая самооценка, совершенно не получается без потерь выходить из игрищ с Котом и сбиты личностные ориентиры - я, например, сомневаюсь, что его чувство к Коту действительно любовь.
А Кот - если он не программа-голограмма (это логично встроилось бы в ситуацию, кстати, если бы это был воображаемый партнер из головы Мыша) - на редкость эмоционально глух и, мягко говоря, не очень честен и порядочен.
Он вынудил Мыша открыться в момент слабости, почувствовать себя беззащитным и уязвимым не только внутри их совместной игры, но уже за ее пределами - я не психолог, но по по-житейски мне это кажется не слишком уместным и травмирующим ходом. И в ответ на эту уязвимость выдал порцию сдобренной слащавым сюсюканьем пассивной-агрессивной манипуляции:
если ты загоняешься, что можешь меня разочаровать — это уже какая-то нездоровая хрень, малыш
Я думал, ты знаешь. Но если нет — прости, что не сказал, не донес так, чтобы ты услышал.
То есть ты полтора года считаешь, что я тебя тупо использую для временных потрахушек?
Чтобы убедиться в том, что это был очень просчитываемый с его стороны выпад, достаточно увидеть ответ Мыша:
— Нет, — пугается Мыш. — Нет, что ты. Я вовсе не это имею в виду.
Фактически Кот повесил вину/ответственность за такое нестабильное внутреннее состояние, такие мысли, такие сомнения на самого Мыша.
Я полтора года с тобой не разговаривал ни о чем постороннем, никуда тебя не звал, не ввел тебя в круг своего общения, ни в каком качестве не представлял близким, не открывался тебе ни с какой стороны, кроме сессионной.
Мне не приходило в голову, что тебе бы этого хотелось, Мышонок.
Да ладно! Звучит правдоподобно.
Что ты видишь такого в наших отношениях, что обязательно должно мне наскучить? И почему сомневаешься?
Прости, я вообще не думал, что ты видишь все иначе.
С тобой что-то не так, малыш, ты видишь все неправильно.
Заметим, он ни разу не говорит, что они встречаются, определенно и утвердительно, он говорит:
Мы вроде как полтора года встречаемся…
Дьявольская разница.
Он не отвечает на вопрос прямо:
— ...Мы встречаемся? Правда?
— Ну… А как это еще назвать? Ну давай скажем отношаемся, или как еще?

Что мешает сказать простое “да”? К чему эта риторичность? Что значит "давай скажем" - спрашивали тебя одного, вот ты и скажи.
Он прекрасно понимает, что делает. Он не зовет Мыша никуда на самом деле. Только отшучивается:
— Например, вместо постели поволок бы тебя на какой-нибудь скучный тупой сейшн, — смеется Кот.
Как смешно. Ты же сам не хочешь вместо постели на скучный тупой сейшн, правда, мышонок? Есть два стула - на одном пики точеные скучный тупой сейшн, на другом - ну вы знаете. Третьего не дано.
И, кстати, теперь вся проработка тревожащего пиздеца - официально в зоне ответственности Мыша:
А пока — обещай мне говорить сам, если тебя что-то беспокоит. Хорошо?
Ловко. Угадайте ответ Мыша с трех раз. Угадайте, сколько раз он по личной инициативе затеет разговор о том, что отношения с Котом его тревожат и выбивают из колеи.
Но вишенка на торте, конечно, ответ самого Кота на признание в любви:
мне приятно это слышать
*тут очень сложный смайл*
Итого в корзине Кота: комплимент его безусловной охуенности, закрепление статуса-кво ни к чему не обязывающих отношений, избавление от необходимости что-то решать, признание в любви.
Итого в корзине Мыша: сюсюканье, комплимент про лучшего нижнего (из неопределенного количества), признание "ты не можешь меня разочаровать, пока стараешься на сессиях изо всех сил угодить мне", чувство вины за свои эмоции и свою неправильность, единоличная ответственность за все дальнейшее развитие отношений, “я вас услышал” - что-то среднее между “спасибо за ненужную информацию” и “иди на хуй”, поцелуй.
Вот такое вот печальное увиделось.
Тут самое время вернуться к началу отзыва, вспомнить, что это чисто кинковый текст, а мы все знаем, для чего они пишутся и читаются, и открыть наконец форточку) Сессионная часть по-прежнему вне моих компетенций претензий)
2021.11.07 17:02