Авторские вселенные Vol.1

Впечатления от текстов с авторскими вселенными, включая ориджиналы и фанфики с меткой AU. Осторожно, обзор со спойлерами!

Опереточный злодей
Ориджинал, автор: Zhaconda Crowling

«Опереточный злодей» — история про вампиров и упырей в послереволюционном сеттинге. Она напоминает стерео-открытку, где изображение меняется в зависимости от угла взгляда: каждый увидит что-то своё и будет прав. Есть здесь и романтика, и социально-политический подтекст, а ещё вопросы о добре и зле, этике и морали, сути человечности и злодейства. Эта сложная конструкция упакована в простую форму и написана увлекательно. Сперва цепляет название, затем эффект усиливает очаровательная иллюстрация, а сам текст затягивает так, что не можешь толком ни есть, ни спать, пока не дойдешь до последней строчки.

Слог у автора очень приятный, описания живописные, диалоги раскрывают характеры, дают информацию о мире и двигают сюжет. Композиция с двумя временными линиями работает на усиление эффекта от развязки. Технически все сделано очень здорово.

Мир, в котором происходит действие, похож на альтернативную версию нашего. Недавно отгремела революция, страна с трудом приходит в себя, кругом бардак, эпидемии, да еще и нежить разных мастей. Вечная бюрократия, описание быта глубинки, речь местных, густо приправленная диалектизмами, нависающий над всеми грозный призрак Москвы — всему этому легко поверить, как и тому, что упыри состоят на службе и ходят в больницу «столоваться», получая кровь по талонам. Привычное ловко замешано с фантастическим, а реальные факты плотно, но аккуратно переплетены с вымышленными.

Ощущение от прочтения «Опереточного Злодея» похоже на сцену, где Ренфильд ведет Платонина к курганам по тайной тропе. Автор словно берет за читателя руку и ведет в лес, где вроде бы все знакомо, но чем дальше, тем «чудесатее», и отчаянно хочется узнать все до самой сути, заглянуть в темноту и даже потрогать, несмотря на последствия. Этакое приключение с погружением. Притом погружение очень постепенное, плавное: пара слов тут, пара фраз там. Общее полотно вырисовывается совсем мелкими штрихами. Кропотливая работа, напоминающая голландскую живопись: независимо от размера холста каждая мелочь аккуратнейшим образом прописана крошечной кисточкой.

Описываемый временной период помню в основном по школьной программе и не могу в полной мере оценить историческую часть, но автор старался максимально пояснить и политическую, и социальную обстановку, вворачивая факты о событиях и быте. Достаточно подробно, достоверно, но без флера лекции по истории. В тексте много сносок, которые снабжают дополнительной информацией и проясняют детали.

Разобраться в законах, по которой живет вселенная, в разных видах нежити и их отличиях друг от друга не так-то легко, а тут еще и особенности разных религий, и ритуалы, и кланы, и многое другое. К счастью, эта информация подаётся дозировано, без перебора. Ближе к концу все кусочки мозаики собираются в единую картину, на каждый вопрос находится ответ, все развешенные по сценам ружья стреляют, и заканчиваешь читать историю с чувством глубокого удовлетворения.

Отдельно хочется упомянуть про многочисленные отсылки. Особенно понравилось про «аметистоглазых» — тонко, автор, тоненько! «Ох уж эти сказочники», «венгерскоподданный» и многое другое — находить такое было приятно, как припрятанные конфетки.

«Злодей в черном всем» Ренфильд колоритен, очарователен и противоречив. Когда кажется, что он уже стал понятен, автор вводит эпизод, который наглядно показывает — всё не то, чем кажется. Ренфильд — шкатулка не просто с двойным, а с тройным дном; у него в запасе много масок, и остаётся лишь догадываться, когда он играет, прикрываясь одной из них, а когда показывает мельком своё истинное лицо.

Второстепенные персонажи прописаны очень живо. Инквизитор раскрывается как весьма любопытная личность, притом еще и с вотэтоповоротом. Особо милы сердцу пришлись те персонажи, которых вроде бы и нет: Ида Мееровна и Аркадий Волкович. При том, что оба остаются «за кадром», они воспринимаются как объемные, противоречивые фигуры: увлеченная наукой, заботливая Шохина, имеющая, по всей видимости, склонность к педофилии и набиравшая гарем из молодых, симпатичных и неглупых мальчиков; Аркадий Волкович — карьерист, прагматик, стратег, лавирующий в системе, словно большая хищная рыба. То, что он собственноручно казнил оскотинишихся шохинских мальчишек, говорит о многом. Сикорский несет ответственность, как и положено патриарху, судит и карает — сурово, но справедливо.

Внимание к деталям очень сильно отозвалось в душе. Мелкие штучки, такие как упоминание авангардистов (особенно Татлина), были как бальзам на сердце. Или тема с сахаром: в эпизоде, где Ренфильд впервые приходит в сторожку, Сережа угощает его рафинадом с мыслью, что навь это любит. В самом финале, где инквизитор стесняется попросить побольше сахара в чай, чтобы не выдать себя, это выстреливает сильно и правильно, зарождая догадку, которая впоследствии подтверждается. Тема насекомых и меда аккуратно следует через весь текст, как рефрен, чтобы завершиться финальным аккордом. Сцена, где Сережа исследует трупы съеденных Ренфильдом упырей, набирает невероятную силу именно благодаря детали с муравьем. Это окончательно добивает его — осознание, что Ренфильд не просто сожрал жертв, а обмазал их медом и положил в муравейник, реализовав сценарий секса, от которого Сережа отказался. Бам! И это валит с ног, оглушает; не хочется верить, но все слишком очевидно; хочется оправдать Ренфильда, но такому нет оправдания. И вот именно после этого Сергей и ломается, соглашаясь считать Ферку злодеем.

Это особенно трагично на фоне тех нежных отношений, которые успели сложиться у них с Сережей. То, как Ренфильд обустраивает гнездо, как заботится о своем «младшем наложнике», как они спят в обнимку — очень трогательно, чувственно и местами кинково. Немного жаль, что в тексте рейтинг R, но воображение легко восполняет пробелы красочными картинами близости героев, притом обязательно с активным участием полосатого хвоста!

«Опереточный злодей» — история про природу зла и его первопричины. А еще — про человечность. Действительно ли Ренфильд злодей и безумец? Жертва ли он? Или же жестокий мститель, своего рода Бэтмен, который карает тех, кто не подчинятся закону человеческому? Логика его проста: для людей (тех, кто мыслит и действует по-людски) — человеческие законы, а для чудовищ — законы чудовищ:

«Кровь есть жизнь — это, конечно, моя реплика, но не поэтому. А чтобы те, которые по-человечески не понимают, знали: с теми, для кого людской закон — так, плюнуть и растереть, будет разговаривать чудовище».

Если мыслить в этих категориях, получается, что Платонин все еще остался Человеком. Чудовищем он не стал. По крайней мере, пока что:

«Но ты все еще можешь сам по себе осволочиться, — пожал плечами Ренфильд. — Бессмертие штука долгая, свихнуться и оскотиниться можно и без всяких шишек. Нарушишь человечьи законы — я приду и тебя убью. На тебе моя метка, Серж, не посрами»

Что есть зло и злодей ли Ренфильд — единственный вопрос, на который автор не дает ответа. Читатель должен решить это сам.

Весь путь, все, что произошло, это своего рода испытание для Платонина. Сам Сергей — чистая, невинная душа, мальчик-одуванчик, который искренне не понимает, как можно перейти на темную сторону Силы и начать творить всякие ужасы. То, как он соблазняется Ренфильдом и проникается к нему сочувствием, становится наибольшим его испытанием, и в конце он держит экзамен, результат которого определит, жить ему или умереть.

Личная догадка: если бы Сережа продолжил оправдывать злодея после всего, что узнал, скорее всего, это решило бы дело не в его пользу. Это означало бы, что он ступил на скользкую дорожку к тому, чтобы «осволочиться». Каждый ступает на нее по разным причинам, и иногда к ней приводят добрые намерения, как в случае с Сережей. Ренфильд выбрал Платонина, заклеймил его, приблизил к себе и «причастил», то есть уже подпустил очень близко. Он рассказал Сереже про себя всю правду, как прямо, так и опосредованно. Злодей Ренфильд или нет, но все происходит согласно его плану, даже его собственное поражение. Он нашел в Сереже своеобразного сверчка Джимини, который, пользуясь богомоловым вето, смог бы его сдерживать. Но Ренфильд должен сперва убедиться и испытать принципы Платонина на прочность. Может быть, через какое-то время Ферка снова объявится, как и обещал, и, если Сергей сделает все правильно, у них все получится. Надеюсь, Сережа поступит по совести и окончательно докажет, что достоин жизни, любви и оказанного ему доверия. Даже если для этого придется заманить Ферку в ловушку.

Диггер и его голем
фэндом: Detroit: Become human, автор: Shelen

Этот текст — прекрасный пример, как можно укомплектовать историю, развитие отношений, пару рейтинговых сцен и достоверное описание мира в небольшой объем.

Вселенная Детройта пережила катаклизм, с тех пор прошло более двух тысяч лет. Андроиды — големы — почти все уничтожены или исчезли, а редкие выжившие экземпляры стали редкой диковинкой. Диггеры — мусорщики, которые с риском для жизни выходят в опасные Пустоши в поисках трофеев прошлого: деталей, схем, обломков механизмов.

Для такого маленького текста читателю дается информации с лихвой. Особенно здорово, что автор прописал и новую экосистему: хищные растения, грызунов, насекомых. Передвижные города, плазменное оружие, ошейники с репеллентами — все это выглядит логично, колоритно и ловко встроено в повествование. Мы не видим большой экспозиции, не в курсе, почему случился катаклизм и что происходило две тысячи лет. Это логично, ведь сам Гэвин ничего об этом не знает. Ему и не особо-то интересно — он далек от политики, его жизнь потенциально коротка и сложна, он думает лишь о том, как продлить ее чуть подольше и заработать пропуск в Нью-Йорк, добыв и продав побольше ценных деталей.

Гэвин здесь не перестал быть Гэвином: любит ввернуть крепкое словцо, любопытен и неуживчив, не лишен честолюбия и амбиций, но не слишком смелых. Упомянутый конфликт с коллегой-Коннором удачно отсылает к канону. Да и сама встреча с RK900 начинается с драки — не могут же они просто так сойтись, и правда!

Здесь много деталей: незаживающая язва на шее от инъекций репеллента, могила Ричарда, блондинки-близняшки Камски, упоминание язвительной Норд, Кэры и других персонажей. И каждая деталь не повисает в воздухе, а несет сюжетную функцию. Все имеет смысл, все важно, и это делает текст концентрированным, как шот, который пьешь залпом, но долго потом ощущаешь приятное послевкусие.

Нельзя не упомянуть отдельно про секс. Описание подробное, но не пошлое, а чувственное. Момент с нанесением репеллента — просто нечто. И спокойствие Девятки, и волнение Гэвина, и даже то, что он так быстро кончил — здорово, правда. Голодный до ласки и шокированный Гэвин вряд ли бы смог прореагировать иначе, да и деловой подход Коннора очень узнаваем. Момент с заменой сердечника был неожиданным. Автор мастерски провернул фишку с контрастным душем: сперва напугал вероятной гибелью Девятки, потом подбросил вариант спасения и сразу вместе с ним — очень внезапно — эротический элемент:

«Он вытащил серый, безжизненный сердечник, не удержался и погладил край пустой выемки. Внутренности корпуса конвульсивно дрогнули, на пальцы плеснуло синим, Девять глухо вскрикнул, и Гэвин взмок от макушки до пяток. Нащупал второй рукой рабочий сердечник, но в разъем вставил не его, а снова собственные пальцы. Ощупал ровные, чуть скользкие края, втолкнул два внутрь. Думал, что полость для сердечника будет твердой, и удивился, когда гладкие, скользкие от синей крови стенки сдавили пальцы»

Мне понравилась авторская находка с проникновением не туда, куда можно ожидать, и не тем, чем хотелось бы. Сцена представляется живо, словно видишь все своими глазами. Горячо и необычно)

Пара несостыковок, не повлиявших на общее впечатление

«…к тому же угорь оказался старым и мясистым, шкурка легко отделялась от тушки, капал жир» — понятия не имею, легко ли отделяется шкурка именно от угря, но в целом от сырой рыбы ее не так-то просто отодрать. А жир капать может только с горячей, приготовленной тушки, даже самая жирная рыба в сыром виде выглядит просто как мякоть.

«Голем старательно вылизывал каждую клеточку тела» — может быть, подразумевался каждый сантиметр? Чтобы клеточку вылизать, надо и изнутри тоже постараться)

Кроме того, не очень ясно, как такой опытный диггер оказался в катакомбах без фонарика. Он мог его потерять, батареи могли разрядиться, но о таком здорово бы упомянуть. Ещё не совсем понятно, почему за две тысячи лет Девять не лишился всего тириума, с учётом его состояния.


Финал с прощанием — сильная сцена. Сперва Девять решился отпустить Гэвина, а потом Гэвин отпустил Девять. Если бы на этом история и закончилась, было бы грустновато, но все равно здорово. А уж то, что автор приготовил напоследок, окончательно согрело сердечко) Андроидам все-таки удалось реализовать заявленное в самом названии игры — стать людьми. И это воодушевляет!

Гребаные птицы
фэндом: Мстители, авторы: necessary evil и may4090

Итак, это соулмейт-AU, где каждый человек при рождении получает птичье яйцо. В дальнейшем из него вылупляется птица, которая должна помочь найти своего соулмейта, а до тех пор она (или он) будет верным спутником, кем-то вроде деймона из «Темных начал». Концепция любопытная, а название намекает, что птицы играют важную роль в этой истории. Проблема Стива обозначена сразу, буквально в первом же абзаце: его птенец так и не вылупился из яйца, что служит причиной личных переживаний и даже травли со стороны сверстников.

Читателя окунают в мир с головой без долгих прелюдий. Это здорово, долгие вступления с матчастью редко бывает интересно читать. Конфликт обозначен сразу, парой штрихов обрисованы исходные условия и представлены главные герои — завязка бодрая и многообещающая. Хотя интриги нет — с самого начала очевидно, что Баки и есть тот самый соулмейт, предназначенный Стиву, — но подогревает интерес то, как именно произойдет воссоединение.

Приятно, что в тексте упоминается, какие птицы достались остальным Мстителям. Особенно порадовала Наташина сова. У Тони Старка птицы нет — он уже нашел соулмейта (возможно, это Пеппер. Об этом в тексте не говорится, остается догадываться). То, как птички дополняют портрет героев — интересная задумка, и даже сам выбор породы говорит кое-что о характерах персонажей.

Некоторые важные моменты описаны довольно кратко. Особенно это заметно в кульминации, где весь конфликт решается одним диалогом. Даже для соулмейт-AU все-таки хотелось бы побольше обоснования, особенно с учетом обстоятельств, в которых герои снова встретились спустя столько лет. Баки — уже не просто Баки, а Зимний Солдат, но этот немаловажный факт, кажется, совершенно не волнует Стива.

После первой встречи и узнавания Стив, по идее, должен был впасть в глубокую рефлексию насчет отношений с Баки или хотя бы заняться его поисками. Вместо этого Кэп гнездится: сперва встречается с риэлтором, потом — со Старком, при этом не ясно, как эти сцены должны двигать сюжет или раскрывать героев.

Исходя из описания и завязки, от этой истории ожидаешь массу фишек и приколов с птицами. Они есть, но меньше, чем хотелось бы. Более-менее подробно описаны лишь взаимодействие Курицы Баки и Гребаного Лебедя Стива, а остальные лишь упоминаются вскользь.

Многое в лоре так и остается невыясненным. Могут ли птички-компаньоны умереть — невольно задаешься вопросом, читая про схватку с непосредственным участием Лебедя. Связаны ли новые птицы со своего рода «перерождением» Стива в Капитана Америку и Баки — в Зимнего Солдата, или была какая-то другая причина? Куда делся попугай Баки и первое яйцо Стива? Эти и другие вопросы остаются без ответа. Кроме того, трудно поверить, что Кэп, с его старомодным воспитанием и некоторой чопорностью, мог назвать своего павлина Гребаным лебедем.

Отношения Баки и Стива полны нежности и трогательной заботы друг о друге, читать про них тепло и приятно. Язык истории простой и функциональный, без излишних «красивостей», что согласуется с общим юмористическим тоном. В целом можно сказать, что у авторов получилось придумать любопытный, с большим потенциалом мир. Хочется пожелать вдохновения и сил на написание продолжения или приквела, который бы еще глубже раскрыл лор, персонажей и их отношения.
2021.10.07 23:42