все мнения

Авторские вселенные Vol.2
Вторая часть впечатлений от текстов с авторскими вселенными, включая ориджиналы и фанфики с меткой AU. Осторожно, спойлеры!

save our souls
фэндом: Detroit: Become human, автор: Bianca

Перед прочтением хорошо бы пристегнуть ремни. Будет трясти! Главное ощущение от текста — напряжение, такое сильное, что ближе к финалу его можно резать ножом.

Автор ходит с козырей, с порога замешивает крайне густую кашу: в первой же сцене происходит аварийная посадка (скорее, крушение) на дикой планете. Потом читателю дают немного «подышать в пакетик» и показывают момент до приземления, а там — рейтинговая сцена. Затем ситуация закручивается совсем туго, и в самый наивысшей точке врывается флешбек из прошлого, в этот раз — про первую встречу героев. Она довольно мирная и даже забавная.

Подышали? Ну и хватит, значит, пора приближаться к самой кульминации, когда хороший конец кажется таким призрачным, что сердце сжимается от страха. Автор мастерски играет с напряжением, немного отпускает его в нужные моменты, как раз для того, чтобы потом сцены экшена и драма ударили сильнее.

Язык — простой и функциональный, «красивости ради красивости» здесь нет, что отлично вписывается в фокал Гэвина. Простыми фразами задан чёткий ритм. Короткие предложения, много действий, обрывки лихорадочных мыслей — всё это опять-таки работает на руку, подчёркивает напряжение и шоковое состояние, в котором пребывает герой. В описываемой ситуации некогда останавливаться и разглядывать пейзаж или любоваться закатом, и Гэвин этого не делает. Реальность обрисована крупными мазками, Гэвин её фильтрует, словно через крупное сито: таится ли здесь опасность, может ли это помочь выбраться с планеты? Если нет, то не стоит внимания.

Более подробно про саму вселенную: это космическая AU, где андроиды и не андроиды вовсе, а модули разумных кораблей. Но, как ни странно, в одиночку они не могут пилотировать себя в космосе, для этого им нужен человек-навигатор. Автор не жадничает и даёт довольно много информации по лору, притом делает это по случаю, что выглядит совершенно органично и ни разу не сбивается на скучную лекцию по матчасти. Фишку с тем, что Коннор и есть корабль, можно разгадать по одной фразе в самом начале текста:

В боку корабля здоровенная пробоина, в ней искрит проводка, вокруг искореженных кусков металла налипла обгоревшая трава и грязь, все залито тириумом, и Гэвину едва удается удержать себя от того, чтобы бездумно броситься внутрь, рискуя сжечь руки или отрезать себе голову краями дыры.
Гэвин и Коннор узнаваемы. Это здорово, поскольку в AU всегда есть некоторый риск съехать в ООС. Особенно очевидно характеры проявляются в сцене первой встречи, где Коннор ведёт себя высокомерно (и правда, как принцесса, фыркает и воротит нос от всех навигаторов), а Гэвин — нахально и безрассудно. Описание их жёсткой притирки живо напоминает о стычках в департаменте. Коннор не может позволить так просто себя внуздать, ну а Гэвин не страдает излишней обходительностью.

Нюанс с коннектом — кинковый, отчасти каноничный и душевный. Для того, чтобы выстроить маршрут, навигатор подключается к системе, и его сознание синхронизируется с сознанием корабля. Конечно, в случае Гэвина и Коннора это не просто функциональный, но и глубоко эмоциональный момент.

Описание близости филигранно вплетено в текст. Она не подаётся в лоб, в этой истории в целом всё очень тонко сделано. Герои признаются друг другу в любви, притом неоднократно, но уверенность в их глубокой привязанности достигается отнюдь не этим, а заботой, нежностью и фразами типа:

Но Коннор беззвучно смеется, опрокидываясь на матрас, взмахивая ресницами, его улыбка освещает самые потаенные уголки души Гэвина, как обычно, превращая его из обычного контрабандиста во что-то лучшее – большее.
… и ещё готовностью Гэвина пойти на всё, что угодно, чтобы починить Коннора или остаться на планете и умереть вместе с ним, если улететь не получится.

А планета совсем не гостеприимна: джунгли, жуткие твари нескольких видов, живые лианы, таинственные артефакты древней цивилизации. В истории возникновения разумных кораблей остаются тёмные пятна, как и в биографии Коннора — не всё там чисто, — но в контексте это выглядит логично. Гэвин сам много не знает, да и не особо стремится узнать. Что было давно, его не интересует, а насчёт тайн Коннора — он уважает границы и не выпытывает подноготную.

Сцены экшена получились шикарные, однако вместе с этим удалось показать и глубокие, нежные чувства. Коннор и Гэвин — отличная команда. С учетом их слаженной работы хочется верить, что в итоге они решат все проблемы. Здорово было бы прочитать продолжение этой истории, но даже если его не будет, это та работа, к которой хочется возвращаться снова и снова.

Охота солнечного лиса
Фэндом: RPS (футбол), автор: Taess

Сказочная история про любовь футболистов — любопытная, неоднозначная и странная.

Впечатление странности сложилось из-за резкого контраста вполне себе достоверной реальности и сказочного аспекта. Хотя фантастический элемент выскакивает буквально с третьего абзаца, он долго воспринимался как красивая метафора, плод романтического воображения фокального персонажа. А когда Лука всерьёз поверил в сказку про Лиса и вышел из окна, до последнего казалось, что у героя поехала крыша на фоне эмоциональных качелей. Такая фантасмагория оставляет тревожное послевкусие.

Концепция мира мифологическая: единство и борьба противоположностей, цикличность вселенной, вечная погоня Солнечного Лиса за Зайцем. И те кусочки текста, в которых раскрывается мироустройство, даже написаны по-сказочному. На контрасте имеются описания быта: жена Луки готовит на кухне мясо, проходят сборы футболистов, подписываются контракты. После подобного реализма с трудом верится в правдивость сказки до самого конца, слишком уж реальность реальная, а сказка сказочная.

Автор использовал интересный приём с морзянкой. Не могу сказать, что зашифрованные фразы сильно повлияли на восприятие сути, но благодаря морзянке история визуально запомнилась ещё даже до прочтения.

Текст читается легко, язык приятный. Сюжет незамысловатый на первый взгляд — любовный треугольник, затем и квадрат, с двумя футболистами их женщинами; всё крутится вокруг того, что герои хотят, но не могут быть вместе. Диалоги Луки и Ивана показались слишком уж романтичными, но я очень далека от футбольного RPS и не знаю, что это: канон, фанон или авторское видение.

Круто, что серая мораль и правда серая. Попыток оправдать измену нет. Зато есть стыд, неловкость, напряжение и обречённость. Драма развивается последовательно: период покоя, жизнь в ожидании катастрофы, жизнь после неё, а потом катастрофа из эмоционально-символической становится вполне реальной — близится Апокалипсис. Даже редкие моменты близости героев отравлены ощущением неправильности происходящего:

Наутро Лука ненавидел себя. За то, что не мог отказаться от этих ночей, когда они будто парили вместе в небе, а потом рушились в адскую пропасть; за обещания, данные самому себе, вернувшись домой, рассказать обо всем Ване, чтобы разойтись с ней в разные стороны — навсегда, сначала, конечно, устроив ее жизнь, она же не виновата ни в чем; за то, как легко оказалось отшучиваться от подколок друзей по сборной. За то, как правильно все было.
Через всю историю прослеживается ожидание смерти, сперва эмоциональной, а затем и физической. Она и правда наступает, пусть и в виде перерождения, поэтому хороший финал ощущается горько-сладким.

Пять лет на Тибете
Ориджинал, автор: Alex Ogenskaia

Самое интересное в этой истории — детальное описание мира. Информации с лихвой и про политику, и про окружение, и, конечно, про местную расу разумных драконов. Сам главный герой выглядит не так, как все остальные (он человек или весьма близок к расе людей) и страдает от амнезии. На потере памяти держится главная интрига, за счёт этого и двигается сюжет.

Любопытная и с любовью прописанная деталь: Кро работает садовником, а растения на планете живые. Мало того, что цветочки не прочь укусить удачно подвернувшуюся руку, так ещё и распевают песни, как птицы. В городе произрастают домашние, менее агрессивные растения, а в джунглях — совсем дикие, способные сожрать потерявшегося туриста, например. Читать про такие подробности было интересно.

Много внимания уделено культуре жителей Тибета. Внешность, привычки, праздники, особенности быта и репродуктивные сложности описаны крайне подробно. Чувствуется, что автор очень любит и героев, и созданный им мир. Впрочем, мир, кажется, даже больше)

Или вот летучие осьминоги. Чёрт их знает, как, но летают же. Летят невысоко над землёй, лениво подгребая щупальцами, меняют цвет от нежно-сиреневого до насыщенного красного, а сами похожи... Кро не знает, на кого они похожи и с какой стороны у них вообще лица (или хотя бы глаза). Он крепко держит Сайнура за руку, потому что держаться за руку — единственное доступное драконидам приличное выражение привязанности и близости на публике. Ну, не считая переплетений хвостами, но у самого Кро хвост прискорбно отсутствует.
Структура у истории рваная, осколочная. Реальность смешивается с воспоминаниями и снами в произвольном порядке, и всё это перемежается рефлексией героя. Крутой приём, если предполагалось передать спутанность сознания персонажа, сомнения, раздрай в душе. Правда, в тексте это сочетается ещё и со скачками фокала, что вызывает ощущение некоторого сумбура.

Форма подачи информации о мироустройстве местами реализована скучновато, в режиме энциклопедии:

А есть вот что: на одну женщину приходится примерно пятнадцать мужчин, что ставит женщину в гораздо более выгодное положение в плане объема полагающихся ей прав. Женщины могут позволить себе выбирать и сексуальных партнеров, и отцов для детей, потому что — и тут дракониды выгодно отличаются от других гуманоидов — их женщины могут надолго консервировать в себе сперму своих любовников, выбирать лучшую по качеству, вообще устраивать всяческий отбор по любым параметрам.

Групповая демократия же заключается в том, что группы формируются вокруг женщин, и женщины формируют и принимают решения на основе мнения этой группы (кроме случаев, когда — на основе собственных предпочтений; и, в принципе, можно подать на неё в суд, и даже выиграть дело — если в этой жизни больше не планируешь секса с женщиной).

Возможно, целью было донести как можно больше всего и сразу. Иногда встречаются и небольшие шероховатости, вылезающие из-за отсутствия беты. Касаются они в основном повторов. Например, критическое количество женщин в приведённом кусочке или обилие одинаковых вводных конструкций.

Здорово, что в тексте ставится серьёзный вопрос о самоопределении и самоидентификации. Если лишить человека памяти, что останется? Будет ли он всё тем же или станет кем-то другим? У автора получилось не только провести экскурсию по Тибету, но и поднять непростые темы, не навязывая при этом своего мнения.
Интервью с модераторами Небукера 2021
Сегодня мы публикуем интервью с модераторами - о тонкостях их работы.


Привет. Представьтесь, пожалуйста, и расскажите о себе в паре слов: как давно в фандомах, как стали модераторами?

cattishGeneticist: Меня зовут Чита, и я ноунейм, который раз в пятилетку делает что-нибудь полезное: собирает фандомные обзоры, режет мышей и разливает всякие генетические жидкости по вёдрам на челлендж, мирит срачный тред статистикой или вот, модерирует Небукер. В широком смысле в фандомах я с двенадцати лет, как сейчас помню первый прочитанный фик (Сириус/Ремус, PG-13, кроссдрессинг), который вызвал у меня синий экран и наивное "но они же не геи!". Так выглядел первый шаг в бездну.
Модерировать Небукер я примчалась сразу, как увидела объявление — из ностальгии по дайри-тусовке и из желания приятно провести время с оргами, к которым испытываю нежные чувства.

Мина Мюррей: Я Мина Мюррей. В фандомах очень давно, с середины нулевых. Модератором стала тоже очень давно — обстоятельств приглашения уже не вспомню. Но наверное, как это обычно случается при организации фандомных мероприятий, пришел знакомый орг и спросил, не хочу ли помочь. Несколько лет была модератором RSYA, потом перешла на Небукер.

thegamed: Меня зовут Игра. Я узнала, что такое фандомы, наверное, в 2003, а активно стала участвовать в 2007.
Модерация всегда мне казалась ужасно сложным занятием, требующим внимательности - у меня обычно не получается все делать быстро, всегда кажется, что я что-то упускаю. Но - в силу обстоятельств - среди организаторских блоков работы к той околотехнической части, которой я занимаюсь, модерация ближе всего: много проблем замечают модеры, бывает нужно ответить на вопросы юзеров про разметку, добавление фандомов и пейрингов, немного исправлять код, если что-то криво встало, по просьбе пользователей редактировать и удалять работы и аккаунты. Если вопрос сложный, то дальше с проблемами верстки я иду к Максу, а с багами - к Тивел. Всякую внутреннюю статистику - сколько работ и фандомов в каком размере за какие даты подано - часто тоже выгружаю и считаю я; в прошлом году мы использовали статистику РСИЯ, чтобы прикинуть, каким будет адекватное деление номинаций по размеру, например.
Так что на самом деле модерю я не очень много и в основном либо когда загрузка большая, либо когда решаем спорные вопросы с модераторами или коллективно с другими оргами. И вот в этих случаях я уже читаю медленно и внимательно.


читать дальшеСколько времени в день (неделю) уходит на модерацию?

Мина Мюррей: По-разному. Зависит — самое очевидное — от количества поданных работ. Тут есть закономерность: в начале недели часто бывает затишье. Авторы обычно подаются утром и вечером, в основном вечером. Поэтому получается, что модерацией работ мы нередко занимаемся тоже вечером или ночью.

cattishGeneticist: В последний день приёма ушло несколько часов. В другие дни — от нескольких минут до пары часов. Дольше, когда приходится внимательно читать длинный фик.
Я лично модерировала в основном ночью, потому что в недели приёма вела преимущественно вечерне-ночной образ жизни. Ну и сами работы чаще приносили вечером.


Делятся ли обязанности (номинации, категории, вопросы) между модерами, или все делают всё?

cattishGeneticist: Все делают всё, что могут и хотят. Только в последний день приёма, когда мы в шесть рук приняли около полутора сотен работ, мы распределялись, чтобы не мешать друг другу. Обычно в этом нет необходимости.

Мина Мюррей: Нет, мы ничего не делим. Модерация по принципу «кто первый встал, того и фики». То есть — заходишь на сайт, видишь работы на модерации, идешь проверять.


Какие впечатления от модерации в этом году? Сильно ли поменялся процесс по сравнению с прошлым? А состав работ?

Мина Мюррей: В этом году процесс значительно упростился, в заявке на конкурс появилось поле «примечания для модератора». Я обычно проверяю тексты в три этапа. Первый — проверка даты публикации. Второй — проверка на наличие слэша. И третий — проверка на соответствие правилам, а также технические мелочи: правильно ли указана номинация, какая это по счету работа автора на конкурсе в этом году и так далее.
И вот подробно заполненные «примечания» сокращают эту работу до минимума. Очень здорово, когда автор размещает ссылку на публикацию своей работы, когда описывает, какого возраста персонажи или сколько им лет на момент сцены с высоким рейтингом. Был случай, когда автор, убрав текст под кат по главам, написал в примечании, в каких частях искать рейтинговые сцены. Думаю, ни для кого не секрет, что мы используем ключевые слова, когда проверяем тексты.
Чем больше света автор прольет на потенциально спорные моменты — тем быстрее работа пройдет модерацию. Это тоже не секрет — тексты, соответствие которых правилам не очевидно, мы читаем целиком, а потом обсуждаем, и на это уходит немало времени.
Что касается состава, то в целом все примерно так же, как всегда. Возможно, в этом году было чуть больше текстов с преслэшем, чем обычно.

thegamed: Для себя я отмечаю, что со временем все становится разнообразнее и неопределеннее. Мне сложно говорить о каких-то долгосрочных тенденциях - я мало знаю о модерации на РСИЯ, но у меня есть впечатление, что, например, вводить дополнительные пункты с критериями новизны работ никогда раньше не было необходимости. О редактировании даже речи не шло особенно - все решали для себя самостоятельно.
А в прошлом году сразу у многих авторов возникли вопросы - можно ли подавать дописанный или существенно дополненный текст. В этом году с появлением номинации олдскула возникли и обратные вопросы - что и насколько можно поменять, чтобы отредактировать старый текст так, чтобы он не стал новым.
В какой-то небольшой доле текстов транс-персонажи и гендерсвитч-персонажи были всегда, так что здесь ничего нового. В этом году было даже меньше вопросов, связанных с гендерной проблематикой, чем в прошлом - тогда пришлось обдумать, как в понимание фразы «между персонажами одного пола/гендера» вписываются, например, небинарные герои. Но я думаю, что количество таких работ еще вырастет, хоть, возможно, и не в ближайшие пару лет.
Было несколько кейсов с автопереводами, и с каким-то общим подходом мы определились уже в этом году.
Отдельная история - это циклы. Если в прошлые годы были авторские циклы и серии, то сейчас появились переводные серии и - более того - переводные серии, составленные из работ разных авторов. Мы решили трактовать этот случай как соавторский цикл, переводчик запросил разрешение всех авторов не только на перевод, но и на объединение в одну работу.
Есть еще другой тип кейсов - ориджинал или фанфик, - и по сравнению с прошлым годом случаи стали сложнее: тексты в историческом сеттинге могут оказаться ориджиналами, а могут - РПС (например, главные герои - оригинальные персонажи, а второстепенные - кто-то известный, считать их фоном эпохи или персонажами, определяющими категорию РПС?); могут ли оригинальными считаться полностью переработанные персонажи, даже имена сохранились только у части из них? а если имена другие, а внешность сохранена, но кроме нее тоже ничего общего?
У меня есть мысль, что, с одной стороны, многие вопросы поднимаются, потому что сами фандомы с течением времени становятся больше и разнообразнее, а с другой стороны, эти вопросы становятся более видимыми, потому что в случае с Небукером иначе организовано общение с участниками: информация о спорных моментах собирается в одном и том же месте.

cattishGeneticist: Самые приятные. По ощущениям процесс стал ещё налаженнее, а решения по спорным вопросам — единодушнее. Очень сильно помогали заполненные примечания для модератора со ссылками на первую публикацию и указаниями на спорные места, большое спасибо авторам за них! <3
Этот год в некотором роде уникален, потому что часть неподходящих работ можно было не отклонять, а посылать в олдскул или в ньюскул. Некоторые номинации слегка оскудели, а в составе особых изменений не заметила, хотя всегда здорово видеть новые фандомы. Жду феникса-ГП после третьего фильма.

Ньюскул?

cattishGeneticist: Ньюскулом неофициально называем все номинации, которые не олдскул) То есть дата публикации работы должна быть позднее последнего дня приёма на Небукер в прошлом году.

То есть кто-то пробовал прислать в олдскул новые фики?

cattishGeneticist: Был один фик, в целом старый, но последняя глава недавняя — а имеет значение именно дата публикации полного текста. А так чаще всего это касалось сильно отредактированных старых работ)



Принципы модерации можно прочесть в правилах конкурса, и в основном они касаются текстов. А есть ли какие-то рекомендации и правила в отношении видео и арта?

cattishGeneticist: Большую часть этих принципов можно экстраполировать и на визуальные работы, включая критерии новизны. Некоторые правила мягче: размер и продолжительность визуальной работы ограничены только здравым смыслом. Если для текстов необходимо, чтобы слэш/фемслэш был однозначным и не допускал квирбейтингово-дженовой трактовки, то для видео достаточно, если в камеру пронзительно смотрит один мужик, а потом другой; персонажи артов и вовсе могут быть на двух отдельных работах, если они составляют единый ансамбль, или изображён один персонаж, а от второго остался только характерный предмет, скажем, клановая лента.

Мина Мюррей: Во всех случаях, которые не зафиксированы в правилах, мы руководствуемся здравым смыслом. А условия участия в нетекстовых номинациях в целом мягче, чем в текстовых. Например, если на арте изображены двое персонажей одного пола — это обычно достаточный критерий «слэшности», даже если ничего заметно романтического не происходит. Или наоборот — в этом году мы одобрили арт, на котором был изображен один персонаж, присутствие второго осталось за кадром, но при этом отчетливо считывалось. То же касается видео.


Отличается ли модераторское восприятие от читательского? Или для вас тексты выглядят одинаково, неважно, открыты они для модерации или для чтения?

Мина Мюррей: Если рассматривать с этой точки зрения, то когда я открываю ссылку из рабочего кабинета на сайте Небукера, «читательского» восприятия для меня как бы не существует. На него нет времени. Работы оцениваются по соответствию правилам конкурса. Но конечно, могу отметить для себя: «это хорошо написано, надо бы потом прочитать». Или когда мы читаем тексты целиком — это все еще проверка на соответствие правилам, но мы же их буквально читаем, так что складывается и читательское впечатление тоже.

cattishGeneticist: Небо и земля. Во время премодерации я не читаю текст, я его проверяю. Выискиваю поиском по странице нужные места и рассматриваю их, отбрасывая значительную часть текста как белый шум. Правда, бывают и исключения: некоторые фики оказываются столь хороши, что я всё бросаю и падаю в текст с головой. Прекрасные ощущения.
Другой важный аспект — расширение горизонтов. Приходится читать работы какоридж, работы, которые иначе я бы никогда не открыла — и зачастую они меня приятно удивляют.

thegamed: Восприятие, конечно, разное. Для меня самая существенная разница - в оценке размера. Когда открываешь текст как читатель - в нем всего-то двадцать тысяч слов, это на пару часов или, может, на вечер. Когда открываешь текст как модератор (или как член жюри) - это уже кажется приличным объемом.


Какие у вас есть лайфхаки, чтобы быстро отмодерить работу (кроме поиска по слову "член")? Что может облегчить вашу задачу? А что - усложнить?

Мина Мюррей: Выше уже упоминала, что нам теперь очень облегчают задачу подробно заполненные «примечания для модератора». «Член» я, кстати, редко ввожу (простите) — использую «поцеловал» или «целует», можно даже на рейтинг текста не смотреть.
Усложняет задачу отсутствие совпадений в ключевых словах. Тут вступает диагональное чтение. А если и это не помогло, читаю текст от начала до конца.

cattishGeneticist: Поиск по "поц", "цел". Это основные с членом. Дополнительные (зачитывать с возрастающим отчаянием): "губ", "рот", "бедр", "пальц" (для фемслэша), "люб". После этого я сдаюсь и иду читать фик. Например, в одной работе весь слэш держался на словах "муж" и "супруг". Усложнить жизнь могут дженовые макси, в которых слэша меньше, чем в каноне, по которому фик (и я не имею в виду китайские новеллы).

Сильно экономит время ссылка на первую публикацию работы (или примечание, что публикации не было). Если нет секса или поцелуев, описанных традиционными словами, то пригодится указание на то, где искать слэш/фем. Если работа в чём-то погранична (гет, графичный секс с несовершеннолетними, зоо и т.д.), то поможет объяснение, почему ваша работа всё-таки должна пройти (весь гет в первой главе, а остальные двадцать — слэш), (героям вот только что исполнилось восемнадцать, там упоминается день рождения), (котики разумны, они общаются телепатически).

Стоит отмечать только места, способные вызвать вопросы: скажем, расписывать, что Джон и Шерлок совершеннолетние тругендерные мужчины — излишне, если только в вашем фике Шерлок не называет себя “она”, а Джон не играет в песочнице.

Некоторые авторы так далеко зашли в заботе о модераторах, что даже давали ссылку на гуглдок со сравнением старой и новой версий текста, чтобы можно было быстро определить, это ещё олдскул или уже ньюскул. Этим они купили моё сердечко! <3


Как принимаете решение в спорных случаях, например, при пограничном количестве гета? А слэша? Как определяете, где проходит грань, отделяющая слэшный низкорейтинг от низкорейтингового джена?

Мина Мюррей: Измеряем количество слов в гетных и слэшных сценах. Помимо объема оцениваем роль отношений в сюжете. С дженом по-другому — спорный текст читает несколько человек, и потом по сумме обсуждений выносится решение.

cattishGeneticist: С гетом — расчленяем работу на кусочки и сравниваем объём, сюжетный вклад, уровень подробностей пейрингового контакта. Эндгейм имеет значение! Примерно одинаковое количество гета и слэша/фема ещё допустимо.
Грань между слэшем и дженом проходит по линии "можно ли это объяснить дженово". Один мужик целует другого в лобик и подтыкает одеялко — а может, тот второй болен, превратился в ребёнка, борется с вселенцами-мозгошмыгами? Этого недостаточно. Мужик чувствует жар и тесноту в штанах во время снятия мерок другим симпатичным мужиком? Уже не очень дженово.

thegamed: Работу в таких случаях смотрят три или четыре человека, и модеры, и орги. Если работа идет на отклонение, то проверить и согласиться с отклонением должен хотя бы один орг. Какие-то существенные разногласия возникают редко, но бывает так, что приходится вспоминать прецеденты, чтобы оставаться последовательными (так было в случае с автопереводом - в прошлом году текст, переведенный самим автором, был подан в номинацию переводов; в этом году текст, который сам автор рассматривает как аналог англоязычной исходной версии, мы разрешили подать в авторские номинации; остановились на том, что автор сможет сам выбрать номинацию - переводы или авторскую - исходя из того, как он видит свою роль).
Хотя я вообще скорее сторонник того, чтобы иметь какой-то четкий и однозначный критерий отбора, а не просто прошлые решения, понимаю, что в случае, допустим, с текстами такое будет работать далеко не всегда: например, при сравнении слэшной и гетной линии мы хоть и измеряем примерный объем текста, который им отведен, все-таки не можем руководствоваться количеством слов, когда это количество какое-то близкое, и перевес идет на два предложения. Мы в целом постарались уйти от счетных критериев в случаях, когда это возможно.
Обычно все разночтения трактуются в пользу автора. Конкретно в случае с низким рейтингом мы пытаемся найти в тексте хотя бы некоторые однозначные свидетельства романтической вовлеченности или сексуального интереса - того, что нельзя было бы трактовать как близкую, но дженовую дружбу, восхищение более опытным коллегой или заботу о родственнике.


Часто ли приходится читать тексты вдумчиво, чтобы разобраться, можно пропустить их или нет?

Мина Мюррей: Если в сравнении с прошлыми годами — то да, чаще, чем раньше. Что примечательно, это далеко не всегда работы с дженовым сюжетом на переднем плане. Бывали тексты, в которых между персонажами существовало романтическое притяжение, которое играло в сюжете немалую роль, но в итоге оставалось непроявленным.

cattishGeneticist: Относительно общего количества работ — не так уж часто, но периодически приходится. Обычно это связано с поисками слэша в джене или с установлением объёма и содержательности правок старых работ.

Много ли в этом году было отклоненных работ? А исправленных и принятых после одной и более попыток?

Мина Мюррей: Нет, не очень много — меньше, чем в прошлые годы, по ощущениям. Но у нас действительно было несколько текстов, в которые авторам пришлось вносить правки.

cattishGeneticist: Отклонили 21 работу, из них: 8 за джен, 4 за андерэйдж, 3 за вторую работу в олдскуле, 2 за гет, 1 за некрофилию, 1 за перевод в олдскуле, 1 за старый перевод, 1 за несамостоятельность текста (требовалось знание приквела).
Со второго раза приняли: 4 (вырезали запрещённый контент).
Ещё 9 потребовали переписки с автором для приведения работ в соответствие с правилами.
Отдельным кейсом были 3 работы с плагиатом, снятые позже.


Бывало такое, что авторы не соглашались с вашим решением? Что вы делали в таких случаях?

Мина Мюррей: Если не считать историю с плагиатом классиков, не припоминаю, обычно все относятся с пониманием.

cattishGeneticist: В прошлом году были такие авторы, и у некоторых нашлись аргументы, которые мы приняли во внимание и изменили своё решение. В этом году весомых аргументов у авторов не нашлось (слэш Шрёдингера, слэш в глазах смотрящего нам не подходит).


Что дольше всего проходило у вас модерацию и почему?

Мина Мюррей: Дольше всего модерацию проходят длинные преслэшные тексты — пока мы всё прочитаем, пока обсудим. Также однажды автору пришлось переписать довольно большой текст, чтобы возраст персонажа соответствовал правилам. Это заняло несколько дней. Случалось, что мы отправляли участнику конкурса письмо с вопросами по тексту, а автор не заходил на сайт, тогда работа тоже висела долго.

cattishGeneticist: Кажется, фик NC-17 с семнадцатилетним. Но там большая часть времени ушла просто на ожидание реакции автора.

thegamed: Как-то у нас был довольно большой фактически дженовый текст, который я с интересом прочитала - и который мы отклонили в итоге.


Какой самый запоминающийся кейс? Были курьезные ситуации?

thegamed: Фанфик по невышедшему канону заставил нас задуматься, что в принципе считать «вышедшим каноном» - трейлер? пилот? пара глав/серий? хотя бы один сезон сериала? Потому что РПС-то по невышедшему сериалу, когда у сериала уже известен каст, писать точно можно.

cattishGeneticist: Пожалуй, самый запомнившийся случай — как автор хотел убрать двоичный код из фика, потому что посчитал его текстом на иностранном языке, который нельзя)) Были ещё ситуации: персонажи живут вместе, спят в одной кровати, что это? Конечно, джен!

Мина Мюррей: Авторы иногда промахиваются с номинацией, поэтому, условно, можно встретить арт в «Западных сериалах» или фанфик по «Mo Dao Zu Shi» — в «фильмокнигах». Не знаю, можно ли это отнести к курьезам.
Кейса более запоминающегося, чем компилятивные тексты, у нас пока не было, по-моему.


После истории с плагиатом проверяли все остальные тексты этого года антиплагиатом? А конкретно тексты юзера, создавшего прецедент? Планируется ли включать такую проверку на следующем Небукере как часть обязательных модераторских проверок?

cattishGeneticist: Мы проверяли тексты только по прямой просьбе на форуме. Прогонять через антиплагиат абсолютно все работы мы не планируем.

thegamed: Мы все же исходим из базового доверия к участникам.


Какой была самая необычная нца, которую пришлось читать?

cattishGeneticist: Из того, что _пришлось_ читать — фемслэшная некрофилия, наверное. Из того, что я зацепила взглядом и не смогла оторваться — ксенофильский овипозишн.

thegamed: В прошлом году это были инопланетяне, которые вынашивали в себе яйца, содержащие кислоту. Мне кажется, она нас всех впечатлила.

Мина Мюррей: Если в прошлом году, то в тексте «Беззаботные дни» (250, работа удалена с сайта). В этом году, по совпадению, тоже инопланетяне: «Процедура» (1784).


А что конкретно там было необычного?

Мина Мюррей: Запоминающаяся сквичность? Насчет прошлогоднего текста уже точно не вспомню, а в этом году — да, брр (в хорошем смысле).


Есть ли у вас свои любимые и нелюбимые авторы, номинации, жанры?

Мина Мюррей: Как у читателя — да, а как модератор при проверке текста я не обращаю большого внимания на автора, номинацию или жанр. Хотя романсовые тексты легче проверять, может, это считается за «любимый жанр».

cattishGeneticist: Конечно, есть! Любимые авторы: те, которых я уже читала, желательно прямо на последней ФБ, и могу одобрить не глядя. Также те, которые дают ссылку на работу и иными способами помогают мне. Нелюбимые авторы: пишут в шапке одно, а по факту в тексте другое. Любимый жанр: PWP, легко искать слэш. Есть любимые каноны, нет любимых номинаций, за все переживала, наполнятся-не наполнятся.


Какая номинация была самой сложной?

Мина Мюррей: Традиционно для меня это «Игры». Не то чтобы сложно, скорее, приходится чуть больше гуглить, потому что я мало знакома с канонами.

cattishGeneticist: Номинация олдскула была самой интересной. Благодаря ей добавилась обязанность проверять объём и значимость правок. Зато некоторые старые работы смогли попасть в ньюскул, что в случае переводов и визуальных работ — единственная возможность участвовать в конкурсе.


А колумнистов модерируют? Если да, это тоже делаете вы?

Мина Мюррей: Модерируют, но не мы.

cattishGeneticist: Колумнистов модерируют уже орги, мы их черновики не видим.


Чем еще занимаются модераторы, кроме проверки текстов при приеме на конкурс? Видела комментарии на форуме техподдержки, что проверяете список канонов на наличие дублей, это так? Есть ли другие обязанности?

Мина Мюррей: Да, проверяем. Также, бывает, ловим какие-то баги, тестируем функционал сайта.

cattishGeneticist: Отвечаю на посильные вопросы на форуме. Правлю замеченные ошибки в списках фандомов и персонажей. Ловлю баги для техотдела. Помогаю авторам расставить слэши / в шапке. Приглядываю вполглаза на настроениями в ленте комментариев.


Чему вы научились благодаря модерации?

Мина Мюррей: Никому нельзя верить.

cattishGeneticist: Не стесняться читать тексты кусками, перескакивая через наименее интересующие моменты.


Каким было первое впечатление от модерации, когда только приступили? Оно изменилось со временем?

cattishGeneticist: Когда я только принималась модерировать, мне казалось, что моя задача — не пущщать неподходящие работы. Очень быстро я стала смотреть на это иначе. Моя задача — пропустить как можно больше работ на конкурс, а неподходящие по возможности помочь исправить и всё равно пропустить.

Мина Мюррей: Пожалуй, да. Я уже не помню прямо первого впечатления, но мне тогда казалось, что это очень несложное занятие — открыл текст, нашел слэш, нажал кнопку "одобрить". Но потом выяснилось, что есть нюанс. И еще один. И еще. И еще. Со временем количество нюансов растет, а часов в сутках не прибавляется. Но не хочу, чтобы это прозвучало как жалоба, это не она. Модераторская работа в первую очередь интересная, а уже потом все остальное. Ежегодный фандомный срез по авторам, фандомам, жанрам, кинкам и темам — очень любопытно наблюдать, как все меняется.


Планируете ли модерировать в следующем году?

Мина Мюррей: Пока не знаю, но скорее всего да.

cattishGeneticist: Всегда.


Хотите сказать что-нибудь нашим читателям? :)

Мина Мюррей: Хочу еще раз поблагодарить авторов, писавших примечания.

cattishGeneticist: Было весело, приходите ещё! :3

Большое спасибо, что нашли время ответить на наши вопросы!



***

На этом мы с вами не прощаемся - следите за нашими обновлениями.

Если у вас есть идеи/пожелания или вы хотите помочь - пишите в личку Пушистой Ламе.

Задать вопросы и озвучить предложения по работе нового раздела можно на форуме. Там же можно предложить темы для выпусков и вопросы - самые интересные мы передадим героям наших интервью.
Большая история любви
Во вступлении хочу сказать, что я люблю большие тексты. При прочих равных предпочитаю их всем остальным; заныривая в новый фандом, отфильтровываю в архивах фики по размеру и начинаю с самых объемных. Конечно же, размер — не гарантия качества. Но мне нравится, когда с историей и героями можно провести много времени, погрузиться в подробно прописанный мир или прочувствовать все пятьдесят оттенков томительного слоуберна, а потом возвращаться мыслями к разным эпизодам, если прерываешь чтение. Такое логичнее искать в крупных макси, и на НеБукере мне хотелось бы отозваться о некоторых из них.


«Черная птица с красным пером» 2sven (канон: Mo Dao Zu Shi)

читать дальшеЕсли бы не заинтриговавшее саммари и примечания, я не забралась бы, наверное, дальше первой главы.
Она тускловатая, холодно-отстраненная, хотя мы с разбегу попадаем в сцену, где Лань Ванцзи получает удары дисциплинарным кнутом. Это один из самых драматичных моментов в его жизни. Вэй Усянь мертв. Или не мертв, а пропал неизвестно куда. Только-только отгремела битва, в которой весь заклинательский мир, объединившись, выступил против любимого человека Лань Ванцзи, а Лань Ванцзи оказался бессилен помочь и спасти его.
Словом, от сцены ожидаешь невероятного эмоционального накала.
Здесь его нет, и я, как читатель, ощутила фальшь, но из-за завлекательной шапки решила прочесть еще парочку глав. Вдруг сухость повествования — это не баг, а фича? Вдруг таким образом автор передает, как герой прячется от боли — и физической, и душевной — куда-то очень глубоко в себя?
Спойлер: скоро я забыла, что мне вообще нужна была какая-то там эмоциональность 😊

Если описать свои впечатления от работы в двух словах, то это будет «свежий взгляд», и обеспечили мне его оригинальные персонажи, которые здесь прописаны ярко и самобытно. В фандомах преобладает точка зрения «Зачем мне ваши ОСы в фике про любимых героев?», и я, в целом, ее разделяю, но именно эта история меня захватила и понесла, как горная река, в эпизоде, где Цэцэг и ее братья взбираются по скалам посмотреть на лотосы.

Мне очень понравились главы про Великую степь. То, что заклинательские земли показаны не замкнутой системой с семью локациями, а частью большого, нашего мира. То, что при этом не возникает диссонанса и кринжа, как от экспериментов вроде «Маша в Хогвартсе» или «Гарри Поттер и бандитские разборки лихих девяностых». Думаю, тут большая заслуга автора, который устроил взаимопроникновение цивилизаций, стоящих на более-менее сходном уровне общественного развития, и сильные стороны одних (заклинательство, знания) уравновешены сильными сторонами других (дисциплина, военный опыт, многочисленность). Представители обеих культур выписаны бережно и с любовью. Никто никому не служит фоном, чтобы посиять. Ни одно оружие не оказывается в чьих-то руках волшебной ядерной бомбой, которой все остальные ничего не могут противопоставить. Никто не оказывается беззащитным маленьким котиком в кругу злобных орков. Эта сбалансированность отдельно приятна. Да, есть противопоставление условных «мистиков» и условных «технократов», но раскол между ними не настолько глубок, чтобы с одного берега на другой было не перепрыгнуть.

Мне понравились и мелкие бытовые детали, которые работают на атмосферу, на более глубокое проникновение в образ жизни простых людей. Это и разные сапоги (а разные они потому что...), и дома из дерева, которые легко сжечь (а значит, люди, построившие их...), и грибы Ланей, и архитектура Пристани Лотоса, и клятвы на золоте, и лекарская рутина. Очень много удачных находок, но больше всего меня впечатлила песня про синюю реку, особенно, когда Цзян Чэн вспоминает ее, глядя на ханское войско. Обожаю элементы мифотворчества — зарождение народных примет, песен, поверий. Такие вещи, кажется, отзываются в самом сердце.

Тема «Каждый клан управляет своей стихией» не впервые встречается мне в фиках по «Магистру», поэтому не стану подробно на ней останавливаться, но все-таки отмечу, как она здесь возведена в абсолют. Уничтожение врага привело к глобальной катастрофе, к нарушению гармонии в мире, и в этом, как мне кажется, чувствуются отголоски восточной мудрости.

Скажу немного и о персонажах.

В шапке обозначен dark!Цзян Чэн. Его методы и предпочтения действительно спорные, а местами откровенно отдают живодерством, но нельзя отрицать, что он возродил из пепла клан, который при нем превратился в реальную силу и на равных говорит с союзом трех побратимов. Чтобы ослабить его, потребовались вторжение иномирных захватчиков и подстава от Цзинь Гуанъяо. Цзян Чэн здесь состоялся как глава клана. Мне кажется, именно это в каноне было для него основополагающим. Потому, наверное, его дарковость для меня прошла по разряду «Не мы такие, жизнь такая» и совершенно не покоробила.

Цзинь Гуанъяо обрисован болезненно гордым, способным записать на свой счет даже то, чего никто не подразумевал, и это прекрасно контрастирует с его внешними пресмыкательством и угодливостью. Он заискивает, пытается встать вровень с заклинательской элитой, вместе с тем в глубине души презирает всех их, но презирает не потому, что считает себя лучше, а от бессилия, неспособности возвыситься. Суть персонажа уловлена очень метко, как мне кажется.

Интересное развитие получили и второстепенные персонажи. Тогон-Хан при первой встрече кажется порывистым, недалеким человеком, но потом раскрывается как опытный политик и военачальник. Цэцэг тоже приятно удивляет своей смелостью, животным чутьем на неприятности и умением быстро ориентироваться в стрессовых обстоятельствах. Шихо — вообще маленькое обаятельное украшение этого текста, ждала ее глав и радовалась.

И вместе со всем этим, главная пара, Вэй Усянь и Лань Ванцзи, остались для меня безликими. За их приключениями было интересно наблюдать, но любимых героев под этими именами я не опознала. Сложно судить, виной ли тому «Свежий взгляд», который я хвалила выше?..

Но, кроме «свежего взгляда», есть в этом фике моменты, которые будто сошли со страниц новеллы. Например, советы кланов воссозданы просто чудесно. Здесь и возвышенные споры, и грызня, и множество представленных позиций, и борьба за шкурные интересы под маской благопристойности. То же самое могу сказать и о сцене в храме Пяти Бессмертных: оправдания Цзинь Гуанъяо и реакция Лань Сичэня абсолютно узнаваемы и каноничны, просто десять из десяти.

Закончить этот отзыв хотелось бы отвлеченным размышлением. Каждый автор, если он пишет не первый день, приходит в новый фандом со своим багажом. У кого-то это любимые типажи персонажей, у кого-то — любимые тропы в фиках, у кого-то — неповторимый стиль и необычные сравнения. Я знаю 2sven, как автора ориджей, — возможно, именно поэтому в тексте выпуклее и интереснее получилось все оригинальное, а взятое из канона как будто поблекло?

В любом случае, результат получился достойным, богатым на яркие образы и любопытные трактовки.



«Убить Койота» Zola (канон: Red Dead Redemption 2)

читать дальшеЧитала как оридж.
Обычно в текстах такого объема не особенно важно, знаешь ли ты канон, потому что автор по ходу повествования излагает все необходимое о мире и о героях, но, наверное, здесь мне это не помогло.
Да, прошлое Артура и Чарльза достаточно подробно дано во флешбеках, но все равно остается слишком много вопросов — и непонятно, к кому они, к автору или сценаристам игры. Все равно очень чувствуется, что фик плотно опирается на первоисточник. Некоторые динамичные и драматичные моменты опущены, упомянуты буквально в двух словах, а другим — бытовым, повседневным — уделено много внимания.
Конечно, последний пункт нельзя поставить автору в вину. Нежелание пересказывать игру — вполне естественно, да и с каких пор для фика привязка к канону стала недостатком?
Но одному рандомному как-ориджевому читателю это помешало по достоинству оценить работу 😳

Фик показался мне неровным: кое-где скомканным, кое-где малость затянутым, хотя безусловно приятным. Не отнять походного обаяния у эпизодов, где банда вечерами собирается вокруг костра и поет песни под гитару. Встреча с бизонами — совершенно шикарна, поневоле проникаешься их величием и силой. Отлично описаны прерии: единение с природой, простор, свобода, море колышущихся трав. Поневоле понимаешь, насколько лишний в этой картине человек, а особенно человек с ружьем. То же самое могу сказать об охоте в зимнем лесу — чувствуешь каждую похрустывающую от мороза веточку, будто своими глазами видишь каждый след на снегу. Необычайно тронуло, что герои относятся к своим лошадям не как к бездушным средствам передвижения, а с теплотой и заботой. Глава о «лучшем отеле штата Нью-Остин», наверное, доставила мне больше всего удовольствия — люблю, когда герои обустраиваются на новом месте, занимаются простой физической работой, налаживают быт. Ну и индейская романтика не оставила равнодушной, хотя текст совершенно не о том.

Кое-какие сцены вызвали недоумение — например, когда Артур с Датчем очутились на тропическом острове. Читаешь и думаешь: «Корабль? Остров? Стоп, только что же банк грабили, откуда?». Понятно, что это эпизод игры, и я не имею претензий к сюжетному ходу как таковому. Но все-таки ожидаешь, что, если у героев впереди будет морское путешествие, автор заранее повесит на стену соответствующее ружье. Здесь хватило бы даже «Не удастся ограбление, скроемся по морю» — вполне допустимая ремарка в тексте на 180 тысяч слов, пусть она и сообщает что-то общеизвестное для людей, игравших в «Red Dead Redemption». С «ружьем» эпизод уже смотрелся бы гораздо естественнее. Текст от этого стал бы более монолитным и взаимосвязанным.

Несмотря на то, что история посвящена одним и тем же героям, что она развивается более-менее линейно (банда кочует из города в город, отношения между Чарльзом и Артуром становятся все ближе), мне не хватило в ней именно монолитности. Она рассыпается на квесты. Предположу, что здесь вылезает специфика первоисточника, больше заточенного на экшн, но что хорошо для игры, то в литературном тексте выглядит несколько искусственно. По фику складывается впечатление, что, куда бы герой ни приехал, он обязательно ввяжется во все приключения подряд, хотя сам охотно осел бы в какой-нибудь дыре подальше от неприятностей.

Перестрелкам и дракам, как мне кажется, не хватает текстового «мяса». Эмоций. Напряжения. Описания, как прыгнул, как побежал, как пальнул в того, другого, а в процессе боялся, что промажет, как, может, у него на лбу пот выступил или отлить захотелось невовремя. Как подкладывал динамит и думал, что будет делать, если он не взорвется. Где-то оно есть, но часто я не испытывала вовлеченности в эти сцены, как будто сижу на мягком стуле в тепле и безопасности, расслабленно кликаю мышкой, а на экране разлетаются кишки, брызжет кровь, но мне, в целом, это не слишком интересно, так что я смотрю на побоище вполглаза — и так ведь понятно, что мой персонаж победит.

Ну, и чисто технические вопросы. Почему герои обращаются к незнакомцам «партнер»? Почему не «сэр» или «эй, парень», к примеру? Почему они называют друг друга «мисс такая-то» и «мистер такой-то» внутри банды, где люди знают друг друга давно и прошли вместе через огонь и воду? Понятно, когда так обращаются к тем, кто стоит выше в иерархии, но когда люди с равным положением — почему не по имени или прозвищу? По-моему, в маргинальной среде такая церемонность выглядит инородно.

Еще меня царапнуло то, что все злодеи оказываются гомофобами и расистами, а все гомофобы и расисты — обязательно злодеями. Картинка получается слишком черно-белой и предсказуемой. Когда Чарльз считает Билла козлом из-за того, что он оскорбляет самого Чарльза и представителей его расы, это смотрится естественно — ведь выпады Билла задевают его напрямую. Когда Артур считает Билла козлом, это тоже выглядит естественно — ведь Артур привязан к Чарльзу. Но когда следом Билла осуждают все «правильные» белые гетеросексуальные участники банды (хотя на дворе начало XX века), а потом еще выясняется, что он садист, который кончает от издевательств над людьми, это уже выглядит перегибом. Мне кажется, выкручивание контрастов на максимум не идет на пользу тексту, тем более, что в саммари обещали неоднозначность.

Если и дальше развивать тему персонажей, хочу отсыпать комплиментов тому, как выстроена сюжетная линия Датча. Очень понравилось, чем в итоге обернулся установленный им закон: «Никаких отношений в банде», как раскрылся он сам. Его трансформация из названого отца банды в не-буду-спойлерить-кого выглядит любопытно и психологически достоверно, как мне показалось.

В целом, читать этот фик было приятно. Отношения между главными героями выстраиваются неспешно, гармонично. Сами они оказываются людьми с убеждениями и кодексом чести. Благородные разбойники — известный троп, иногда он приходится не к месту, но в идиллический пейзаж, где над озером растут вишни, у лесной землянки поблескивает льдом река, а человек прячется вместе с лошадьми от пыльной бури, идеально вписались именно они. Прошел год, природа очистилась от грязи, и из банды уцелели только те, в чьей душе сохранилось немного чистоты. Они и заслужили счастье.



«Аксиома Марии» gentleman-bastard; Элайджа Бейли (каноны: Harry Potter, Fullmetal Alchemist)

читать дальшеЭтот фик у меня ассоциируется со старым фотоснимком цвета сепии, где фон давно выцвел и размылся, а в центре композиции — два почти белых лица.
Не потому что мир истории прописан плохо. Я бы сказала, даже наоборот — он подается очень детально, но производит настолько мрачное, отталкивающее впечатление, что в него не хочется вглядываться. Другое дело — главные герои.
Но обо всем по порядку.

В этом тексте атмосфера главенствует над детективным сюжетом (весьма крепким и увлекательным), главенствует над отношенческой частью (весьма горячей и трогательной). На нее обращаешь внимание прежде всего. Вокруг героев воссоздан объемный мир — с подковерной борьбой фракций, общественным недовольством, обывательским равнодушием к чужому горю. Все это очень настоящее, и потому внушает жуть. Хорошо описано, как герои сталкиваются с процессами, им неподвластными, как чувствуют безысходность, как держатся и продолжают бороться, когда я бы на их месте давно опустила руки.

Часть Лондона, которую контролирует Генштаб, воспринимается островком света и упорядоченности посреди моря хаоса. Оно каждый день наступает, и чтобы хотя бы оставаться на прежних позициях, герои должны выбиваться из сил, вести почти безнадежную битву со стихией народных протестов. Как тут не вспомнить хрестоматийное: «Историй всего четыре. Одна, самая старая — об укрепленном городе, который штурмуют и обороняют герои. Защитники знают, что город обречен мечу и огню, а сопротивление бесполезно...»

Однако есть и то, что вышибало меня из текста. В примечаниях указано: «время действия — альтернативный Лондон 1910-х годов». Прекрасная, интереснейшая эпоха, но я не смогла ее ощутить, даже делая скидку на стимпанк и очень условную историчность аниме, с которым кроссовер. Начать стоит, собственно, с подачи времени. 3:34, 7:11, 12:34 — это восприятие человека, который пользуется электронными часами, а не часами со стрелками. Такие часы появились только во второй половине XX века (вместе со стандартом писать время через двоеточие). То же самое с понятиями «синдром отмены» и «паническая атака». Но все-таки Лондон у нас альтернативный, так что не буду слишком уж придираться к мелочам.

Язык текста — богатый, но без аляпистой цветистости, скупой, но удивительно точный в формулировках. Иногда останавливаешься над строкой, чтобы покрутить в голове образ, и думаешь: «Черт побери, очень метко сказано». Особенно это касается передачи эмоций и внутреннего состояния персонажей — возможно, здесь слишком громко говорит мое личное, но, как правило, больше всего в чужих работах восхищает именно то, что тебе самой не удается.

Перейду к героям.

Мне очень понравилось, сколько женщин в кадре. Их много, и они разные: работают в силовых структурах, посвящают себя семье, имеют алхимический дар, занимают посты во властной верхушке, держат пабы, просто ходят по улицам. Создается впечатление, будто всякий раз, когда перед авторами вставала задача придумать эпизодического персонажа, они осознанно выбирали в пользу женщин. И пусть это не вполне отвечает историческим реалиям (как, например, женщины на полицейской службе), по-моему, такое решение можно только приветствовать. Хотя лично мне хотелось бы видеть побольше персонажей из «Гарри Поттера» на второ- и третьестепенных ролях. Да, еще больше ☺

Гермиона — трудоголик и довольно жесткий человек, но в то же самое время все послабления режима, все либеральные перемены последних лет исходят именно от нее. Рон — хранитель домашнего очага и абсолютно органичен на своем месте. Язва и верный друг Панси. Безответно влюбленный Теодор Нотт. Генри Пикеринг и его сестра Констанция — о, эта мелкая зависть, из-за которой ты на реактивной тяге горы свернешь и свергнешь правительство заодно.

Ну и конечно главные герои. Те самые светлые лица в центре фотоснимка.

Гарри — уставший, но целеустремленный, горящий на работе, но еще не выгоревший. Очень импонирует его спокойная уверенность в себе. То, насколько он доброжелателен, человеколюбив, открыт, готов дарить свое тепло буквально каждому. Парадоксально, но эти качества не превращают его в мессию, просветленного и недостижимого, а наоборот — как будто приближают к читателю. Он — не нравственный идеал, а бро, которого, наверное, хотел бы иметь рядом каждый.

Драко — вечно в защитной позе и в прямом, и в переносном смысле. Зажатый, не ожидающий от мира добра по умолчанию. Со своим «Комплексом фиктивного подонка», чтобы, не дай бог, на него не возложили высоких ожиданий. Отношение Драко к увечью до боли достоверно. Как он вытесняет мысли о протезе, цепляется за призрачную надежду, что у Гарри есть философский камень, причем поначалу сам понимает, насколько это оторвано от реальности, но камень разом решил бы столько его проблем, так удобно избавил бы от мук выбора, что в один прекрасный момент Драко просто вписывает его в свою картину мира как данность, и когда камня у Гарри не оказывается, это становится для него потрясением.

За развитием их отношений интересно следить. Интересно отмечать, как по-разному каждый из них видит самого себя и другую половинку пейринга. Выделять первые ростки симпатии, принятие и яростное отрицание собственных чувств. Очень подкупает спокойная тональность текста, без бурных страстей, без резких перепадов, благодаря этому все происходящее кажется искренним и настоящим. В расследовании никто никому не смотрит в рот, способности Малфоя и Поттера хорошо взаимодополняются. То, о чем не догадался один, о том догадался другой. А как они вместе осознают одно и то же — это дарит мощнейшее чувство единения и общности, наверное, даже более яркое, чем при одновременном оргазме. Здорово и то, что в отношениях никто из них не забывает о прежних жизненных ценностях, не теряет мозги, а обретает что-то новое.

Наверное, можно сказать, что этой истории не хватает сказочности и доброты «Гарри Поттера», но в ней есть свет. Она дарит надежду на чудо. Не громкое, с дымом и фейерверками, а скромное, почти незаметное, как одуванчик, выросший в подворотне среди отбросов. И кто скажет, какое из чудес лучше?
Как красиво вымыть раму и не слить читателя
Вы заметили, в этом году их стало заметно больше – наших и переводных текстов с экспериментами. Не всегда одинаково понятных, но меня все равно ужасно радует. Обожаю эксперименты с формой – и делать, и читать. Понимаю каждого автора, который берётся пробовать такое, как родного: иногда не выходит просто взять и написать “мама мыла раму”. Воображение и минимальная начитанность способны заставить маму сделать это сотнями разных способов. Самое простое: выделение мамы, рамы или всего процесса курсивом, жирным, подчеркиванием, цветом. Дальше - например, mama myla ramu. Или амам алым умар. Или 14.1.14.1 14.29.13.1 18.1.14.21. Или вообще

мммммммммммммммммммммм
мммммммммммммммммммм
мммммммммммммммммм
ммммммммммммммммм
мммммммамаммммммм
мммммммммммммммм
мммммммыламмммммм
ммммммммммммммммм
ммммммрамумммммммм
мммммммммммммммммм
ммммммммммммммммммм
мммммммммммммммммммм
мммммммммммммммммммммм

Ну, вы поняли. Я ещё ничего не писал про машинный код и ленюсь форматировать из мамы и рамы геометрические фигуры, а также подключать сюда изображения. Короче мама может мыть раму бесконечно творчески, другой вопрос: для чего. В “Рыжем море безмятежности” автор, например, предупреждает сразу: в сознании главного героя присутствует он сам, двадцать четыре внутренних голоса и две глубинные структуры мозга. Сразу после этого поясняется: курсивом в тексте разговаривают внутренние голоса, жирным шрифтом древний рептильный мозг, жирным курсивом лимбическая система. Я бы на месте автора написал Древний Рептильный Мозг. Это явно персонаж, двадцать пятый (как кадр) внутренний голос. Потому что вряд ли автор в здравом уме и трезвой памяти пытался моделировать то, что называют рептильным мозгом в специальной литературе, фразами вроде “Но в твой тур по «ебись-оно-все-конем» включена только поездка на твоё любимое море.” Я не знаком с игрой (но ознакомился с содержанием), поэтому мало что знаю про Гарри Дюбуа кроме того, что в каноне у него были проблемы с памятью после запоя. Рожденный в фантастическом мире Элизиума, он для чего-то цитирует Блока во сне, пока его внутренние голоса пользуются-классическим-приемом-ранних-переводчиков-стивена-кинга-писать-через-тире-все-подряд. Наяву не лучше: сперва на место Блока приходит Булгаков, потом Древний Рептильный Мозг обзывает главного героя “жертвой внезапно обрушившегося пубертата” (постироничный прием постмезозоя, не иначе), а дальше оказывается (по крайней мере, такую версию нам предлагает напарник и пейринг главного героя), что таким образом Гарри слышит окружающий мир и пропускает его сквозь себя. Но в общем-то все, зачем нужны тексту эти голоса-в-голове - передавать привычный для первого секса набор внутренних сомнений. Для такой задачи количество курсива и жирного текста чуть более чем избыточно.

Еще один классический прием игры с формой - использование в тексте общения в соцсетях, на имиджбордах или в чатах, ему столько же лет, сколько интернету. Примечания к “Космическим героям” больше напоминают начало пьесы. “ДартВейдер69 (дамагер, гладиатор) - Энакин, 21 год, студент последнего курса факультета IT, молодой специалист, любит скорость, космос и сай-фай, имеет некоторые комплексы ирл; Переговорщица (саппорт, чародейка, неко) - Оби-Ван, 35 лет, широко известен в узких кругах, сложный тип…” и так далее по всем персонажам. Надо сказать, это заметно помогает поначалу, когда совершенно не выходит по репликам отличить второстепенных персонажей. Чат здесь перебивается сменным фокалом - состоявшийся писатель фантастических романов Оби-Ван знакомится с хамоватым и трогательно неловким студентом Энакином в мморпг, они все больше времени проводят вместе, но Оби-Ван никак не соберется с силами сообщить, какого он в реальной жизни пола. Сюжет настолько линеен и предсказуем, что кажется: читаешь текст про интернет-роман середины девяностых. Ничего неожиданного в конце не произойдёт, все не заснувшие читатели, которые любят тихий романс, останутся довольны. Вот тут как раз технический приём на своём, пусть и немного запылившемся месте.

Прадеду чатов, эпистолярному жанру тоже нашлось место на нынешнем НеБукере. У него английское название “Letters to Home” (зачем здесь-то, кстати?); несмотря на знакомство с каноном по паре серий и аннотации про персонажей – отлично заходит какоридж. С каноническими подробностями наверняка было бы еще глубже, но это вообще отличный пример того, что хороший текст про людей и без всех потерянных из-за незнания деталей остается хорошим текстом про людей. Осторожно, там умирают.

Первая часть “Natura perfecta” тоже оформлена недочатами-недоперепиской между научными сотрудниками, их родственниками и так далее, она мучительно нетороплива, персонажи тонут в категорической неспособности автора воссоздать живую речь. Они несмешно шутят, обсуждая совершенно недостоверный мир вокруг, хотя казалось бы, в аушке будущего именно проработке внешнего мира стоило бы уделить чуть больше внимания. Если автору и знаком процесс работы в лаборатории (а на это намекает свободное использование медицинской лексики), к сожалению, это не вышло передать на письме, поэтому герои кажутся в лучшем случае ролевиками, которые эмулируют плохо понятные им процедуры, играя в научный процесс, примерно как дети играют в магазин или поликлинику. Это убивает и всякое сходство персонажей с каноническими, юмор вообще довольно сложный жанр. К сожалению, многие считают иначе. Те самоотверженные естествоиспытатели, которые прорвутся сквозь все вышеописанное, занимающее примерно половину текста – непременно удивятся, насколько читабельными окажутся так называемые “экстры” с разными фокалами. Пожалуй, самый явный случай из всех упоминающихся здесь текстов, когда эксперимент с формой не чрезмерен или недоработан, а попросту вреден.

В повествовании от имени Баки, потерявшего и постепенно обретающего память в “От семени плод, от плода семя”, автор сперва эпизодически использует курсив для выделения настоящих имен главных героев, а потом вдруг решает перечеркнуть имя Стива - дважды в течение пары соседних абзацев. И хватит, дальше главные герои встречаются мириться и заканчивать текст условным хэппи-эндом. Не подкрепленный ни смыслом, ни повторным употреблением прием не работает, оставляя читателя в легком недоумении. Впрочем, с учетом размера текста, многие рискуют этого попросту не заметить.

“Осьминог в молоке” с первого предложения подкупает тем, что предлагает мыть раму, точнее выражать эмоции скованному, крайне интровертному персонажу двоичным кодом. Но не всегда, а время от времени. Отсутствие удобных гиперссылок или всплывающих примечаний заметно тормозит линейное чтение текста: нужно то ли все время спускаться вниз, к примечаниям, то ли открывать в соседнем окне декодер. Иными словами, красивая оформительская идея лично для меня заметно портит удовольствие от чтения забавного крэкового текста (осьминог в названии не зря!), потому что никакого фана дополнительная рутина автоматического декодирования, увы, не приносит. Для того, чтобы она сделалась осмысленной, не хватает ещё какого-то шага, например чуть большего нарушения четвёртой стены или чуть более сложной загадки.

Заслуженный золотой рекордсмен форматирования этого года, если я, конечно, ничего не пропустил (но готов дополнять!) - “Сомнамбулический романс” начинается с отчета, из-за которого мне пришлось познакомиться с оригиналом. Здесь используется “цензурирование” некоторых фрагментов, местами декоративное, местами превращающее чтение в ребус. К сожалению, русское “Насилие во сне, ❚❚❚❚❚❚ жертвы, по-видимому, была ❚❚❚❚❚❚❚❚❚❚. Подозревается удар тупым предметом. Физических последствий не наблюдается” читается гораздо хуже оригинального “IN-DREAM VIOLENCE, VICTIM'S ❚❚❚❚ APPEARS TO HAVE BEEN SEVERELY ❚❚❚❚❚❚ ❚❚. BLUNT FORCE TRAUMA SUSPECTED. NO PHYSICAL REPERCUSSIONS” за счет упущенного переводчиком наречия. Это не единственный вопрос к переводу, но здесь мы разбираем не его. Оригинал прекрасен, в нем Париж с бесконечным, бездонным, развернутым в подпространстве Лувром, яркими и трогательными персонажами, драмами и их решениями. Форму здесь диктует один из канонов, и сбитые, рассыпающиеся буквы, и стрелки, ведущие от подглавок то вниз, то в сторону, то вверх – чудесно вписываются в Inception, о котором я знаю только то, что такой сеттинг существует. А значит, даже не вовлеченному ни в корейский рпс, ни в декорации читателю текст словами и формой рассказывает главное: живую человеческую историю.
В которой все на своем месте, даже помянутый в начале отчет.
Три вопроса к жюри Небукера 2021: часть третья
Сегодня мы публикуем третью и последнюю на данный момент часть ответов на мини-опрос. Теперь вы можете нам помочь, рассказав на форуме, что вы хотели бы узнать у жюри. Из самых интересных вопросов мы составим новый мини-опрос.

Хотим сразу напомнить: отзывы на свои номинации жюри пишут по мере возможности и по собственному выбору, так что спрашивать у них про конкретные работы не нужно, это в опрос точно не войдет:)


Вот что мы спросили у жюри:

1) Какие у вас первые впечатления от номинации?
2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?
3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?


Rudaxena, Аниме и манга

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Очень переживала за наполняемость номинации. До сих пор не могу внутренне принять, что аниме-фандомы не так активны, как раньше, и продолжаю искренне верить, что ещё не вечер :) Спасибо большое всем, кто пришёл! Надеюсь, что небольшой недобор не омрачит ваши впечатления от участия, всё-таки шорты - это просто формальность. Главное, что фандомы продолжают жить, будем гореть ими вместе ❤️

Конечно, до начала приёма работ всегда есть предположения, какие придут каноны. Мне отчего-то казалось, что будет много тех, с которыми я не знакома. Вместо этого была удивлена, когда в номинации одна за другой начали появляться работы по старым горячо любимым канонам. Это погрузило меня в состояние умиротворения и светлой ностальгии, в котором я и пребываю до сих пор. Пока я прочитала далеко не все тексты, поэтому делать выводы рано, но мне очень нравится, насколько разнообразной и при этом сбалансированной выглядит номинация: на любой вкус и каноны (от самых олдовых до бодрых новинок), и жанры (даже хорроры, мистика и детективы, которые я люблю всем сердцем). Мне кажется, сезон будет очень интересным :)

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Помимо стандартных критериев вроде грамотности, логики повествования, стилистики, композиционной целостности, общей адекватности и пр., я всегда обращаю внимание на то, насколько убедительно автор передаёт атмосферу. Не так важно, какие он использует приёмы (описания, внутренние монологи, диалоги и т.д.), - главное, чтобы текст становился объёмным, “осязаемым”. Всегда заметно, насколько сам автор “вовлечён” в текст, какую цель преследует: рассказать историю или показать себя. Когда он горит, пишет с любовью и/или задором, это впечатляет, захватывает, сглаживает в восприятии отдельные огрехи - если, конечно, они вообще есть. Очень важно, чтобы концовка не уступала по уровню проработанности другим частям текста, иначе это может серьёзно испортить впечатление.

Не люблю, когда автор держит читателя за дурака. Помимо того, что это сразу чувствуется, такой подход редко работает на руку и самому тексту. Также я всегда обращаю внимание на матчасть. Конечно, автор не обязан быть специалистом в любой области, о которой он решил написать, но всё-таки желательно, чтобы текст был правдоподобен и органичен хотя бы на общем уровне, чтобы в нём было "мясо", а не только бесплотный дух :) Для этого нужны и детали, “крючки”, которые цепляют и помогают прочувствовать текст. Он уже не выветрится из головы сразу же после прочтения, наоборот, крепко останется в памяти, к нему захочется возвращаться.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

В эмоциональном плане мне непросто даётся работа со сквикающими текстами, особенно когда несколько идёт друг за другом. Технически же на оценку работы это, конечно, не влияет. Да и самих сквиков у меня мало, поэтому, к счастью, такое бывает нечасто :) В остальном согласие идти в жюри подразумевает отказ от вкусовщины. Я не испытываю проблем с тем, чтобы высоко оценить работу, которая мне субъективно не нравится, если при этом я понимаю, что текст качественный, сильный и заслуживает высокого или даже призового места. НОТП тем более ни на что не влияет, так как я легко абстрагируюсь: в моей голове у ОТП всегда всё как надо, и этого мне достаточно 😁 Да и в целом я стараюсь никогда не говорить “никогда”: бывало, как читатель на разных мероприятиях я увлекалась работами по НОТП и дочитывала до конца, не обращая внимания на нелюбимых персонажей или жанр/ сквики/ не слишком понятный мне сеттинг незнакомого канона-кроссовера и пр.



Achenne, Игры

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Маловато будет((( В этом году как-то игор меньше, то ли играют меньше, то ли еще что. В мелкоиграх, впрочем, получше дела обстоят, а так да, маловато будет.

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Насколько грамотно написано - я не бегу за каким-то сумасшедшим "стилем", но чтобы просто было понятно, кто на ком стоял и зачем.

Насколько есть и как построен сюжет (если это не ПВП).

Насколько хорошо прописаны герои (даже если незнакомый фандом, все равно - характеры либо прописаны, либо ну не очень).

Общее впечатление - удалось ли передать то, что было задумано (конечно, в голову автора не залезешь, но если написано в шапке автором же "хоррор", а в тексте пьют чай с печеньками и один раз испугались мимопробегавшую мыш (кродеться), то это не хоррор, утрирую, но как-то так).

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Стараюсь не обращать внимание, что поделать. Каждый кинк чей-то сквик и так далее. Кроме того, лично у меня мало сквиков, таких, чтобы "нет, я это точно читать не буду", пожалуй, нет, а НОТП... бывает, конечно, но тут уже оцениваю нейтрально, по возможности. На оценку наличие-отсутствие кинков или сквиков, отп/нотп не влияет.



Дамария, РПС

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Спасибо, что пришли. Спасибо, что пришли не как в олдскул.

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Стиль. Сюжет. Мораль.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

С интересом и отвращением.



Леориэль, Зарубежные сериалы

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

В сериалах никогда не угадаешь, какие фендомы, пейринги и каноны принесут и в этом часть интриги.
Люблю, читая номинацию, открыть для себя новый сериальный канон. В прошлом году посмотрела сериал Will про Шекспира, надеюсь и в этом году чем-то новым проникнуться благодаря работам из номинации.

В этом году принесли больше детективов, чем в прошлом. Не знала, что у сериала Коломбо активный фендом, например.

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Владение автора русским языком и способность понятно выразить свою мысль.
В 15+ фиках еще внимание обращаю на сюжет.

Самое главное, наверное, насколько работа запомнилась и выделялась по сравнению с другими. Ценю, когда ее легко и интересно было читать.
Некоторые фики-победители прошлых лет до сих пор помню и рекомендую.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Спокойно брала в шорт работы со сквиками и нотп, когда они были прекрасно написаны. Не возникало особых проблем.



Emma Frost, Олдскул

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

"Это не номинация, а Ноев ковчег". Хотя мы и ожидали большого наплыва, конечно. Кроме действительно олдскульных, можно здесь увидеть тексты по фандомам, которые не совсем вписываются в понятие "олдскул", но вписываются в заданные критерии, так что это своего рода внутренняя рсия на небукере. Неизбежно появляется вопрос, а как оценивать все эти тексты в рамках одной номинации в соотнесении друг с другом. Старый добрый олдскул писался совсем по другим стандартам, нежели тексты последних лет.

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Давайте оставим в стороне такие базовые критерии, как грамотность и умение строить связное повествование. Если говорить конкретно о нашей номинации, здесь гораздо большее количество факторов задействовано. Допустим, есть тексты, написанные в начале 2000-х, которые сейчас вызывают искреннюю ностальгию, и даже если технически они слабее, чем тексты 2010-х, они способны произвести более яркое впечатление. У старых фандомных текстов появляется исторический контекст, аура "олдскульности", которую заметит и неофит, и тот читатель, который сам себе олдскул и сидит в разных фандомах много лет. Харизма текста иногда может сработать куда эффективнее, чем ремесленный навык.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Соглашаясь стать членом жюри, ты автоматически на это подписываешься, вот тут как раз техническое качество текста должно быть доминирующим критерием. Но ведь и восприятие сквиков тоже часто зависит от способностей автора. Многие фандомные тропы становятся массовыми сквиками еще и потому, что их принято подавать определенным образом, а не только из-за того, чем они являются сами по себе. Но у меня не так много сквиков в принципе, я даже не смогла бы перечислить их вот так навскидку.



Shun, Азиатские новеллы и дорамы

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Моя самая первая реакция была: «а почему так мало фиков по «Далеким странникам», я, что, зря дораму смотрела?» 🤣 (спойлер: в любом случае не зря, очень хорошая дорама).
К счастью, потом фики по ДС донесли, часть из них я уже прочитала и нахожусь в приятном предвкушении от остальных текстов. Все каноны в номинации знакомые, любимые, так что у меня намечается отличная осень. Хотя немного необычно оценивать героев из дорам и новелл, я по большей части всегда была в РПС фэндомах и жюрила РПС номинации. Но по крайней мере, из того, что я успела просмотреть, можно сделать вывод — в нашей номинации точно не будет скучно. У нас есть слизни!

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Не буду оригинальна. В первую очередь я обращаю внимание на логику сюжета, раскрытие героев и язык автора. Но, наверное, самым главным для меня является фан автора. Обычно видно, когда автор горит каноном, героями, как ему хочется побольше рассказать о мире. В такие тексты проваливаешься с головой, от них очень сложно оторваться, и я всегда мысленно накидываю баллы за внутренний огонь.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Точно так же как работы со своими кинками и отп. Я абстрагируюсь от предпочтений читателя, они никак не влияют на мою оценку. Одна из причин, почему я люблю жюрить: читаешь много текстов, с которыми иначе бы не познакомился, это сильно расширяет собственные горизонты. Вот где бы еще я прочитала про Ким Ченына и Трампа, а это оказался лучший фик номинации в прошлом году.




На этом наш первый мини-опрос завершен, спасибо всем участникам и читателям! Впереди нас ждет интервью с модераторами - о тонкостях их работы. Следите за обновлениями!

Если у вас есть идеи/пожелания или вы хотите помочь - пишите в личку Пушистой Ламе.

Задать вопросы и озвучить предложения по работе нового раздела можно на форуме. Там же можно предложить темы для выпусков и вопросы - самые интересные мы передадим героям наших интервью.
Авторские вселенные Vol.1
Впечатления от текстов с авторскими вселенными, включая ориджиналы и фанфики с меткой AU. Осторожно, обзор со спойлерами!

Опереточный злодей
Ориджинал, автор: Zhaconda Crowling

«Опереточный злодей» — история про вампиров и упырей в послереволюционном сеттинге. Она напоминает стерео-открытку, где изображение меняется в зависимости от угла взгляда: каждый увидит что-то своё и будет прав. Есть здесь и романтика, и социально-политический подтекст, а ещё вопросы о добре и зле, этике и морали, сути человечности и злодейства. Эта сложная конструкция упакована в простую форму и написана увлекательно. Сперва цепляет название, затем эффект усиливает очаровательная иллюстрация, а сам текст затягивает так, что не можешь толком ни есть, ни спать, пока не дойдешь до последней строчки.

Слог у автора очень приятный, описания живописные, диалоги раскрывают характеры, дают информацию о мире и двигают сюжет. Композиция с двумя временными линиями работает на усиление эффекта от развязки. Технически все сделано очень здорово.

Мир, в котором происходит действие, похож на альтернативную версию нашего. Недавно отгремела революция, страна с трудом приходит в себя, кругом бардак, эпидемии, да еще и нежить разных мастей. Вечная бюрократия, описание быта глубинки, речь местных, густо приправленная диалектизмами, нависающий над всеми грозный призрак Москвы — всему этому легко поверить, как и тому, что упыри состоят на службе и ходят в больницу «столоваться», получая кровь по талонам. Привычное ловко замешано с фантастическим, а реальные факты плотно, но аккуратно переплетены с вымышленными.

Ощущение от прочтения «Опереточного Злодея» похоже на сцену, где Ренфильд ведет Платонина к курганам по тайной тропе. Автор словно берет за читателя руку и ведет в лес, где вроде бы все знакомо, но чем дальше, тем «чудесатее», и отчаянно хочется узнать все до самой сути, заглянуть в темноту и даже потрогать, несмотря на последствия. Этакое приключение с погружением. Притом погружение очень постепенное, плавное: пара слов тут, пара фраз там. Общее полотно вырисовывается совсем мелкими штрихами. Кропотливая работа, напоминающая голландскую живопись: независимо от размера холста каждая мелочь аккуратнейшим образом прописана крошечной кисточкой.

Описываемый временной период помню в основном по школьной программе и не могу в полной мере оценить историческую часть, но автор старался максимально пояснить и политическую, и социальную обстановку, вворачивая факты о событиях и быте. Достаточно подробно, достоверно, но без флера лекции по истории. В тексте много сносок, которые снабжают дополнительной информацией и проясняют детали.

Разобраться в законах, по которой живет вселенная, в разных видах нежити и их отличиях друг от друга не так-то легко, а тут еще и особенности разных религий, и ритуалы, и кланы, и многое другое. К счастью, эта информация подаётся дозировано, без перебора. Ближе к концу все кусочки мозаики собираются в единую картину, на каждый вопрос находится ответ, все развешенные по сценам ружья стреляют, и заканчиваешь читать историю с чувством глубокого удовлетворения.

Отдельно хочется упомянуть про многочисленные отсылки. Особенно понравилось про «аметистоглазых» — тонко, автор, тоненько! «Ох уж эти сказочники», «венгерскоподданный» и многое другое — находить такое было приятно, как припрятанные конфетки.

«Злодей в черном всем» Ренфильд колоритен, очарователен и противоречив. Когда кажется, что он уже стал понятен, автор вводит эпизод, который наглядно показывает — всё не то, чем кажется. Ренфильд — шкатулка не просто с двойным, а с тройным дном; у него в запасе много масок, и остаётся лишь догадываться, когда он играет, прикрываясь одной из них, а когда показывает мельком своё истинное лицо.

Второстепенные персонажи прописаны очень живо. Инквизитор раскрывается как весьма любопытная личность, притом еще и с вотэтоповоротом. Особо милы сердцу пришлись те персонажи, которых вроде бы и нет: Ида Мееровна и Аркадий Волкович. При том, что оба остаются «за кадром», они воспринимаются как объемные, противоречивые фигуры: увлеченная наукой, заботливая Шохина, имеющая, по всей видимости, склонность к педофилии и набиравшая гарем из молодых, симпатичных и неглупых мальчиков; Аркадий Волкович — карьерист, прагматик, стратег, лавирующий в системе, словно большая хищная рыба. То, что он собственноручно казнил оскотинишихся шохинских мальчишек, говорит о многом. Сикорский несет ответственность, как и положено патриарху, судит и карает — сурово, но справедливо.

Внимание к деталям очень сильно отозвалось в душе. Мелкие штучки, такие как упоминание авангардистов (особенно Татлина), были как бальзам на сердце. Или тема с сахаром: в эпизоде, где Ренфильд впервые приходит в сторожку, Сережа угощает его рафинадом с мыслью, что навь это любит. В самом финале, где инквизитор стесняется попросить побольше сахара в чай, чтобы не выдать себя, это выстреливает сильно и правильно, зарождая догадку, которая впоследствии подтверждается. Тема насекомых и меда аккуратно следует через весь текст, как рефрен, чтобы завершиться финальным аккордом. Сцена, где Сережа исследует трупы съеденных Ренфильдом упырей, набирает невероятную силу именно благодаря детали с муравьем. Это окончательно добивает его — осознание, что Ренфильд не просто сожрал жертв, а обмазал их медом и положил в муравейник, реализовав сценарий секса, от которого Сережа отказался. Бам! И это валит с ног, оглушает; не хочется верить, но все слишком очевидно; хочется оправдать Ренфильда, но такому нет оправдания. И вот именно после этого Сергей и ломается, соглашаясь считать Ферку злодеем.

Это особенно трагично на фоне тех нежных отношений, которые успели сложиться у них с Сережей. То, как Ренфильд обустраивает гнездо, как заботится о своем «младшем наложнике», как они спят в обнимку — очень трогательно, чувственно и местами кинково. Немного жаль, что в тексте рейтинг R, но воображение легко восполняет пробелы красочными картинами близости героев, притом обязательно с активным участием полосатого хвоста!

«Опереточный злодей» — история про природу зла и его первопричины. А еще — про человечность. Действительно ли Ренфильд злодей и безумец? Жертва ли он? Или же жестокий мститель, своего рода Бэтмен, который карает тех, кто не подчинятся закону человеческому? Логика его проста: для людей (тех, кто мыслит и действует по-людски) — человеческие законы, а для чудовищ — законы чудовищ:

«Кровь есть жизнь — это, конечно, моя реплика, но не поэтому. А чтобы те, которые по-человечески не понимают, знали: с теми, для кого людской закон — так, плюнуть и растереть, будет разговаривать чудовище».

Если мыслить в этих категориях, получается, что Платонин все еще остался Человеком. Чудовищем он не стал. По крайней мере, пока что:

«Но ты все еще можешь сам по себе осволочиться, — пожал плечами Ренфильд. — Бессмертие штука долгая, свихнуться и оскотиниться можно и без всяких шишек. Нарушишь человечьи законы — я приду и тебя убью. На тебе моя метка, Серж, не посрами»

Что есть зло и злодей ли Ренфильд — единственный вопрос, на который автор не дает ответа. Читатель должен решить это сам.

Весь путь, все, что произошло, это своего рода испытание для Платонина. Сам Сергей — чистая, невинная душа, мальчик-одуванчик, который искренне не понимает, как можно перейти на темную сторону Силы и начать творить всякие ужасы. То, как он соблазняется Ренфильдом и проникается к нему сочувствием, становится наибольшим его испытанием, и в конце он держит экзамен, результат которого определит, жить ему или умереть.

Личная догадка: если бы Сережа продолжил оправдывать злодея после всего, что узнал, скорее всего, это решило бы дело не в его пользу. Это означало бы, что он ступил на скользкую дорожку к тому, чтобы «осволочиться». Каждый ступает на нее по разным причинам, и иногда к ней приводят добрые намерения, как в случае с Сережей. Ренфильд выбрал Платонина, заклеймил его, приблизил к себе и «причастил», то есть уже подпустил очень близко. Он рассказал Сереже про себя всю правду, как прямо, так и опосредованно. Злодей Ренфильд или нет, но все происходит согласно его плану, даже его собственное поражение. Он нашел в Сереже своеобразного сверчка Джимини, который, пользуясь богомоловым вето, смог бы его сдерживать. Но Ренфильд должен сперва убедиться и испытать принципы Платонина на прочность. Может быть, через какое-то время Ферка снова объявится, как и обещал, и, если Сергей сделает все правильно, у них все получится. Надеюсь, Сережа поступит по совести и окончательно докажет, что достоин жизни, любви и оказанного ему доверия. Даже если для этого придется заманить Ферку в ловушку.

Диггер и его голем
фэндом: Detroit: Become human, автор: Shelen

Этот текст — прекрасный пример, как можно укомплектовать историю, развитие отношений, пару рейтинговых сцен и достоверное описание мира в небольшой объем.

Вселенная Детройта пережила катаклизм, с тех пор прошло более двух тысяч лет. Андроиды — големы — почти все уничтожены или исчезли, а редкие выжившие экземпляры стали редкой диковинкой. Диггеры — мусорщики, которые с риском для жизни выходят в опасные Пустоши в поисках трофеев прошлого: деталей, схем, обломков механизмов.

Для такого маленького текста читателю дается информации с лихвой. Особенно здорово, что автор прописал и новую экосистему: хищные растения, грызунов, насекомых. Передвижные города, плазменное оружие, ошейники с репеллентами — все это выглядит логично, колоритно и ловко встроено в повествование. Мы не видим большой экспозиции, не в курсе, почему случился катаклизм и что происходило две тысячи лет. Это логично, ведь сам Гэвин ничего об этом не знает. Ему и не особо-то интересно — он далек от политики, его жизнь потенциально коротка и сложна, он думает лишь о том, как продлить ее чуть подольше и заработать пропуск в Нью-Йорк, добыв и продав побольше ценных деталей.

Гэвин здесь не перестал быть Гэвином: любит ввернуть крепкое словцо, любопытен и неуживчив, не лишен честолюбия и амбиций, но не слишком смелых. Упомянутый конфликт с коллегой-Коннором удачно отсылает к канону. Да и сама встреча с RK900 начинается с драки — не могут же они просто так сойтись, и правда!

Здесь много деталей: незаживающая язва на шее от инъекций репеллента, могила Ричарда, блондинки-близняшки Камски, упоминание язвительной Норд, Кэры и других персонажей. И каждая деталь не повисает в воздухе, а несет сюжетную функцию. Все имеет смысл, все важно, и это делает текст концентрированным, как шот, который пьешь залпом, но долго потом ощущаешь приятное послевкусие.

Нельзя не упомянуть отдельно про секс. Описание подробное, но не пошлое, а чувственное. Момент с нанесением репеллента — просто нечто. И спокойствие Девятки, и волнение Гэвина, и даже то, что он так быстро кончил — здорово, правда. Голодный до ласки и шокированный Гэвин вряд ли бы смог прореагировать иначе, да и деловой подход Коннора очень узнаваем. Момент с заменой сердечника был неожиданным. Автор мастерски провернул фишку с контрастным душем: сперва напугал вероятной гибелью Девятки, потом подбросил вариант спасения и сразу вместе с ним — очень внезапно — эротический элемент:

«Он вытащил серый, безжизненный сердечник, не удержался и погладил край пустой выемки. Внутренности корпуса конвульсивно дрогнули, на пальцы плеснуло синим, Девять глухо вскрикнул, и Гэвин взмок от макушки до пяток. Нащупал второй рукой рабочий сердечник, но в разъем вставил не его, а снова собственные пальцы. Ощупал ровные, чуть скользкие края, втолкнул два внутрь. Думал, что полость для сердечника будет твердой, и удивился, когда гладкие, скользкие от синей крови стенки сдавили пальцы»

Мне понравилась авторская находка с проникновением не туда, куда можно ожидать, и не тем, чем хотелось бы. Сцена представляется живо, словно видишь все своими глазами. Горячо и необычно)

Пара несостыковок, не повлиявших на общее впечатление

«…к тому же угорь оказался старым и мясистым, шкурка легко отделялась от тушки, капал жир» — понятия не имею, легко ли отделяется шкурка именно от угря, но в целом от сырой рыбы ее не так-то просто отодрать. А жир капать может только с горячей, приготовленной тушки, даже самая жирная рыба в сыром виде выглядит просто как мякоть.

«Голем старательно вылизывал каждую клеточку тела» — может быть, подразумевался каждый сантиметр? Чтобы клеточку вылизать, надо и изнутри тоже постараться)

Кроме того, не очень ясно, как такой опытный диггер оказался в катакомбах без фонарика. Он мог его потерять, батареи могли разрядиться, но о таком здорово бы упомянуть. Ещё не совсем понятно, почему за две тысячи лет Девять не лишился всего тириума, с учётом его состояния.


Финал с прощанием — сильная сцена. Сперва Девять решился отпустить Гэвина, а потом Гэвин отпустил Девять. Если бы на этом история и закончилась, было бы грустновато, но все равно здорово. А уж то, что автор приготовил напоследок, окончательно согрело сердечко) Андроидам все-таки удалось реализовать заявленное в самом названии игры — стать людьми. И это воодушевляет!

Гребаные птицы
фэндом: Мстители, авторы: necessary evil и may4090

Итак, это соулмейт-AU, где каждый человек при рождении получает птичье яйцо. В дальнейшем из него вылупляется птица, которая должна помочь найти своего соулмейта, а до тех пор она (или он) будет верным спутником, кем-то вроде деймона из «Темных начал». Концепция любопытная, а название намекает, что птицы играют важную роль в этой истории. Проблема Стива обозначена сразу, буквально в первом же абзаце: его птенец так и не вылупился из яйца, что служит причиной личных переживаний и даже травли со стороны сверстников.

Читателя окунают в мир с головой без долгих прелюдий. Это здорово, долгие вступления с матчастью редко бывает интересно читать. Конфликт обозначен сразу, парой штрихов обрисованы исходные условия и представлены главные герои — завязка бодрая и многообещающая. Хотя интриги нет — с самого начала очевидно, что Баки и есть тот самый соулмейт, предназначенный Стиву, — но подогревает интерес то, как именно произойдет воссоединение.

Приятно, что в тексте упоминается, какие птицы достались остальным Мстителям. Особенно порадовала Наташина сова. У Тони Старка птицы нет — он уже нашел соулмейта (возможно, это Пеппер. Об этом в тексте не говорится, остается догадываться). То, как птички дополняют портрет героев — интересная задумка, и даже сам выбор породы говорит кое-что о характерах персонажей.

Некоторые важные моменты описаны довольно кратко. Особенно это заметно в кульминации, где весь конфликт решается одним диалогом. Даже для соулмейт-AU все-таки хотелось бы побольше обоснования, особенно с учетом обстоятельств, в которых герои снова встретились спустя столько лет. Баки — уже не просто Баки, а Зимний Солдат, но этот немаловажный факт, кажется, совершенно не волнует Стива.

После первой встречи и узнавания Стив, по идее, должен был впасть в глубокую рефлексию насчет отношений с Баки или хотя бы заняться его поисками. Вместо этого Кэп гнездится: сперва встречается с риэлтором, потом — со Старком, при этом не ясно, как эти сцены должны двигать сюжет или раскрывать героев.

Исходя из описания и завязки, от этой истории ожидаешь массу фишек и приколов с птицами. Они есть, но меньше, чем хотелось бы. Более-менее подробно описаны лишь взаимодействие Курицы Баки и Гребаного Лебедя Стива, а остальные лишь упоминаются вскользь.

Многое в лоре так и остается невыясненным. Могут ли птички-компаньоны умереть — невольно задаешься вопросом, читая про схватку с непосредственным участием Лебедя. Связаны ли новые птицы со своего рода «перерождением» Стива в Капитана Америку и Баки — в Зимнего Солдата, или была какая-то другая причина? Куда делся попугай Баки и первое яйцо Стива? Эти и другие вопросы остаются без ответа. Кроме того, трудно поверить, что Кэп, с его старомодным воспитанием и некоторой чопорностью, мог назвать своего павлина Гребаным лебедем.

Отношения Баки и Стива полны нежности и трогательной заботы друг о друге, читать про них тепло и приятно. Язык истории простой и функциональный, без излишних «красивостей», что согласуется с общим юмористическим тоном. В целом можно сказать, что у авторов получилось придумать любопытный, с большим потенциалом мир. Хочется пожелать вдохновения и сил на написание продолжения или приквела, который бы еще глубже раскрыл лор, персонажей и их отношения.
Три вопроса к жюри НеБукера 2021: часть вторая
Сегодня мы публикуем вторую часть ответов на наш опрос.

Вот что мы спросили у жюри:

1) Какие у вас первые впечатления от номинации?
2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?
3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?


Элайджа Бейли, Игры

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

В этом году — а где весь Геншин? У меня столько Геншина в твитленте, что относительно небольшое его количество на Небукере немного удивило, но как пошутил (или нет) мой друг, геншинофандом слишком занят фармингом смолы, ему не до того.

Если в целом — была приятно удивлена, увидев «Невервинтер Найтс» и «Анчартед»/«Томб Райдер» в списке фандомов. Очень люблю игрономинацию за это в том числе: помимо текстов по новым интересным вотпрямщас фандомам можно наткнуться на что-нибудь ностальгическое. Это всегда круто.

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Я люблю тексты, которым удаётся меня развлечь. Это не значит, что тексты должны быть весёлыми или смешными, нет, триллеры, драмы и хорроры тоже прекрасно развлекают. Если фик меня захватил, сюжетом ли, персонажами или стилем повествования, то я могу простить ему что угодно, в том числе какие-то огрехи бетинга. Или даже его полное отсутствие :) Ну, бывает и такое, чоуж.

Это не единственный критерий — я ценю структуру, нравится, когда каждая сцена на своём месте, когда видно, что всё сделано для чего-то: раскрытия персонажей, создания атмосферы, продвижения по сюжету. Люблю, когда автору удаётся ясно донести мысль, какой бы она ни была.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Не думаю, что у меня есть прямо-таки ярковыраженные сквики и нотп. По крайней мере, на Небукере мне такого ещё не попадалось. Есть кинки, которые не мои, и пейринги, к которым я равнодушна. В любом случае, некинки я оцениваю так же, как кинки, а пейринги, к которым равнодушна, — так же, как отп.



sassynails, Западные книгофильмы

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Первые впечатления хорошие. На мой взгляд, много сильных работ. Я ожидала, что в связи с оживляжем в фандоме Этерны будет сильный перекос и номинация будет выглядеть монофандомной с редкими вкраплениями чего-то еще, и приятно удивлена разнообразием фандомов.

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Для меня очень важно, чтобы текст был целостным относительно себя самого, во всех аспектах. Если ООС относительно канона - то пусть сам по себе характер персонажа будет верибельным и проработанным. Если задан сходу ритмичный темп - пусть он будет выдержан до конца. Это реально касается всего: стиля, формы, содержания, сюжета, развития и раскрытия персонажей, антуража и проработки мира. Я могу читать практически любой текст, любой направленности, если внутри него ничего не выбивается из общей структуры, или если уж выбивается - то все сразу, и это становится неотъемлемым элементом структуры текста. И еще важен баланс всех составляющих текста, например, чтобы форма не затмевала собой содержание, чтобы не было инфодампов, абзацев ради абзацев, чтобы если были филлеры - то уместные, и т.д.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

А легко. Пожалуй, даже легче, чем наоборот, потому что мне проще оценивать текст, если я в него эмоционально не вовлекаюсь. Но я очень хорошо могу оценить моменты, которые вовлекут и вызовут эмоции у любителей пейринга или тропа. НОТП для меня вообще не проблема, я могу поверить в любой пейринг, если там есть интересная динамика, взаимодействие, хорошо проработанное общее поле. Мне даже обоснуй не так важен, если это ПВП, например. Кроме того, я скорее буду обращать внимание на то, как сквик/НОТП написан, а не на сам троп/НОТП. Я в принципе верю, что хороший автор любой троп может написать убедительно, и много раз видела это в исполнении многих фандомных авторов.

Мне наоборот сложнее с текстами про любимые тропы/кинки/пейринги, потому что трусы сразу в клочья и объективность может сделать ручкой.



Andrew_Clean, Комиксы и экранизации

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Сразу оговорюсь, что прочитал далеко еще не все присланное. Мои первые впечатления.
Очень рад : а) участникам, которые присылают тексты в номинацию впервые, а также тем, кто вернулся;
б) стилевому и жанровому разнообразию;
несколько удивило: а) однообразие фандомов - "Мстители" с ответвлениями и "Майор Гром", оба фандома чрезвычайно круты, но хотелось бы большего, а так - на 50+ текстов кроме них только 3 текста по другим фандомам; б) а где фем?

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Предпочту воздержаться от ответа на этот вопрос.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Прекрасно. В этом случае удается абстрагироваться от личных пристрастий и оценивать максимально объективно. Сложнее, когда читаешь текст со своим ОТП и кинками и понимаешь, что он слабо написан. К счастью или несчастью, у меня редкие ОТП и кинки, их в этом году в моей номинации нет.



Terra Celtika, Аниме и манга

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Sic transit gloria mundi. Ничего нет плохого в том, что какие-то фандомы отгорели, и люди перешли в другие, я сама давно не пишу по аниме. Но все равно немного грустно смотреть на опустевшую номинацию и вспоминать, какое месилово в ней было когда-то на РСИЯ.

Много фиков по «Атаке титанов» я и ожидала, а вот фики по «Юри на льду» приятно удивили, не думала, что их будет столько. И еще «Блич», «Гинтама» и «Реборн» – обрадовалась им, как родным, спасибо, что пришли.

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

В первую очередь – умение автора рассказать историю, донести до читателя свою мысль. На это влияет множество факторов, начиная с композиции и заканчивая банальными опечатками, которые могут сильно испортить впечатление, если их много. ООС, штампы, кинки и сквики, специфический стиль, да почти что угодно может быть приемом, использованным для выражения авторской идеи. Этой идее не нужно быть супероригинальной или глубокой, но даже в PWP хочется верить, что персонажи упали и начали трахаться, потому что это им нужно, а не потому что автор заставил.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Годы бетинга на фестах и ФБ научили меня читать все подряд :) Сквики для меня имеют значение только в фиках по отп, которые я читаю для себя, для погружения в отношения любимого пейринга. А нотп, который действительно мог бы помешать воспринимать тексты, у меня всего один, и он в другой номинации.



Salome, Переводы

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Откуда столько китайцев?! Нет, я на самом деле понимаю, конечно, откуда, но где-то в глубине души не перестаю дивиться, почему фики про китайцев переводят с английского и кто героически убедил всех освоить систему Палладия и не скатываться в транслитерацию пиньиня.

Если серьезно, то много достойных работ (в разных фандомах), выбор будет непростым.

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Тут жюри переводов, конечно, проще — фик написал англоязычный автор, если что, претензии к нему)

Во-первых, надо убедиться, что переводчик правильно понял, чтО хотел сказать автор, во-вторых, что он изложил это на связном русском языке. Когда оба эти условия соблюдены (что бывает далеко не всегда), можно наконец посмотреть, насколько перевод стилистически соответствует оригиналу. Ну и в последнюю очередь — учитывая, что мы все тут добровольно собрались и контракты издательств над нами не висят — выбор текста на перевод тоже может сыграть роль: и насколько сложную задачу взвалил на себя переводчик, и годный ли фик вообще взял для перевода.



3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Пока я оцениваю переводы, сквикнуть меня может только калька, неправильно понятое выражение или отсебятина) Ну правда, в режиме жюри абстрагируешься от личных пристрастий.

Мне еще помогает то, что в этом году я неожиданно упала в чисто русскоязычный фандом — вероятность того, что по Кустам принесут перевод с английского, стремится к нулю, а нотп бывают в основном там, где горишь. Ну и да, за столько лет в мультифандоме успеваешь свои сквики превратить в кинки и наоборот, а также побетить, попереводить и даже написать свои нотп.



Мы скоро вернемся с третьей частью опроса. Следите за обновлениями!

Если у вас есть идеи/пожелания или вы хотите помочь - пишите в личку Пушистой Ламе.

Задать вопросы и озвучить предложения по работе нового раздела можно на форуме. Там же можно предложить темы для выпусков и вопросы - самые интересные мы передадим героям наших интервью.
История — это гвоздь. Исторический слэш на Небукере
Меня зовут Пауль, я не историк, но я люблю исторический слэш. Больше всего я радуюсь, когда автор не просто пересказывает исторические события, добавляя диалоги и — опционально — постельные сцены, но использует историю как материал или, вернее, как набор продуктов, из которых готовит блюдо: мелко режет, смешивает, добавляет специи, обжаривает, украшает зеленью или ягодами с кокосовой стружкой.
Чтобы было нагляднее, вот два примера.


trueila
“Королевские прятки”


Англия, рубеж XIII и XIV веков. Из многочисленных исторических лиц, действующих в тексте, лично мне были более-менее известны только Эдуард II (вернее, он пока ещё не II, а только наследник трона) и его фавориты Пирс Гавестон и Хью Диспенсер-младший, но это совершенно не мешало при прочтении. Даже заботливо приложенные ссылки на Вики не потребовалось открывать. Автор очень умело ввёл в повествование всех персонажей, реально существовавших и вымышленных. Расстановка сил, интересы, взаимоотношения, характеры и бэкграунд — все сразу стало понятно. Я не берусь рассуждать о том, насколько это все соответствует исторической действительности. Для меня как для читателя достаточно того, что ясная, подробная и вполне убедительная картина происходящего есть у автора и я могу легко в ней разобраться.

“Королевские прятки” я бы назвал слэш-версией рыцарского романа. Здесь есть приключения, путешествия, спасение девы в беде, благородный враг, взявшийся помогать герою в трудный момент, идеальный рыцарь, чья идеальность меня утомила бы в любом другом тексте, но в данном случае выглядит уместно, долг и честь, а также, разумеется, любовь и испытания во имя любви. В этих испытаниях главный герой, легкомысленный средневековый мажор, взрослеет и приближается к совершенству.

Любовная линия вполне горяча, особенно до того, как пэйринг успешно сложился: юст и моральные терзания показались мне увлекательнее воцарившейся затем идиллии — настолько прочной, что ее пришлось разрушать внешними злодейскими силами.
Интрига построена по беспроигрышному рецепту из наших дней, включающему также ложный хэппи-энд, за которым следует вотэтоповорот, однако рецепт применён изящно и непринужденно, и следить за перипетиями очень интересно. Можно лишь посетовать, что выбираются из передряги герои слишком легко.

Язык и проблема стилизации — самое скользкое место любого исторического текста. Язык “Королевских пряток” простой и нейтральный. Кажется, что так могли разговаривать люди во все времена. Да, понятно, что это иллюзия, но факт остаётся фактом: ни прямая речь, ни авторская не коробит читателя и не разрушает настроение текста, за исключением редких неудач, вроде слова “мелкий” (обращение к младшему родственнику) или “тройничок” (в смысле, секс втроём). Но “нейтральный” язык — не значит бедный или невыразительный. Нет, он вполне образный, но без чрезмерности.

Также без чрезмерности автор презентует менталитет и приметы эпохи. Нам не дают забыть о том, в какое время происходит действие (так, матушка главного героя считается жутко ученой, потому что в библиотеке у неё несколько десятков книг, всевозможные святые угодники поминаются с должной частотой и так далее), но обходятся без педантизма. Можно удивляться толерантному отношению некоторых героев к гомосексуальности, но это в конце концов принимаешь: люди во все времена были разные, могут быть и толерантными ещё до изобретения собственно толерантности, почему нет? История таит в себе много удивительного и не укладывающего в наши стереотипы о других эпохах. Особенно квир-история богата на такие неожиданности.

“Королевские прятки” — отличный пример того, как органично можно вписать в подлинный исторический сеттинг вымышленные приключения. Следующий текст полностью основан на реальных событиях, но исторический сюжет обогащен подтекстами, которых в научных и даже в научно-популярных трудах не найдешь.

Бомонт Флетчер
“Змеи”


Фик по сериалу “Борджиа” (не тому, который с Джереми Айронсом), но, как по мне, для успешного прочтения смотреть сериал необязательно, зато не помешает прочесть Макиавелли. Если настолько полное погружение не входит в ваши планы, хотя бы просто погуглите заговор Маджоне. Да, это тот самый случай, когда ссылки на Википедию были бы в тему.

Автор (вернее, авторы: вряд ли я раскрою секрет, если уточню здесь, что Бомонт Флетчер — это тандем под общим псевдонимом) не стремится облегчить жизнь читателю. Композиционно “Змеи” сложны просто изуверски. Фокус, ПОВ, хронология — все перетасовано. Вышла весьма изысканная конструкция, но связность повествования безжалостным образом принесена в жертву красоте, и лично я не уверен, что эта жертва оправдана.

Язык красив и экспрессивен — иногда чрезмерно. Он и раздражает своей поэтичностью и избыточностью, и завораживает, подчиняя своему прихотливому ритму.

“Змеи” — история о том, как Чезаре Борджиа успешно взял Фаэнцу, но не стал ни грабить, ни притеснять местное население. Его соратники были этим закономерно недовольны и объяснили для себя этот нелепый гуманизм страстной любовью, которая вспыхнула между Чезаре и юным правителем Фаэнцы Асторре Манфреди. Ну, у них были и другие причины для недовольства. Амбиции, жажда мести, жажда власти, алчность, похоть сплелись как змеи в корзине. “Желания всех, кто вступил в эту игру, оказались ненасытными, как бездна”. Понятно, что разрешиться это все не могло иначе, нежели отборным гуро, которого, впрочем, почти не покажут в кадре, но масштаб вполне представим.

В наше время авторы избегают писать романтических злодеев, и напрасно — в умелых руках получаются чрезвычайно эффектные образы. Чезаре Борджиа в “Змеях” — один из них. Он почти сверхчеловек: мудр, проницателен и коварен, внешне бесстрастен, окружён опаснейшими тварями — ядовитыми змеями и пардусами. В самых эффектных сценах он показан в тёмной опочивальне, в которой горит лишь очаг. Он умеет многозначительно и пугающе молчать. Он искуситель и погубитель. Асторре Манфреди влюбляется в него, увидев во сне.

Окружение Чезаре питает к нему несколько более сложные чувства, нежели можно ожидать от кондотьеров в отношении своего успешного, но деспотичного и поэтому чертовски неудобного предводителя. Эротическая привлекательность чорного властелина для подданных, даже вроде бы гетеросексуальных, — феномен известный и хорошо изученный. Поэтому связь Чезаре с Асторре вызывает ревность, которую кондотьеры сами не осознают как следует. Поэтому, рискну предположить, и сам Асторре вызывает у некоторых из них желание — как нечто, принадлежащее чорному властелину, как часть его.

Так исторические события приобретают гомоэротический подтекст, убедительный и органичный. Далеко не весь исторический слэш может похвастаться тем, что в любовную линию веришь без всяких допущений и игры в поддавки с автором, и неважно, правда это или нет. Если все так и было на самом деле, мы никогда не узнаем.
Три вопроса к жюри НеБукера 2021: часть первая
Итак, прием завершен, жюри приступило к знакомству с поданными работами… А мы запускаем новый формат: опросы и интервью, в которых будем разговаривать с теми, кто причастен к конкурсу - членами жюри, участниками и читателями, победителями прошлых лет и модераторами конкурса. Пока материалы будут публиковаться в разделе “Мнения”, но если формат приживется, для него будет создан отдельный раздел.

А начинаем мы с небольшого опроса членов жюри этого года. Спасибо всем, кто согласился и нашел время ответить на наши вопросы!

Вот что мы спросили у жюри:

1) Какие у вас первые впечатления от номинации?
2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?
3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Сегодня мы публикуем первую часть ответов.

Персе, РПС и Олдскул

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Я уже сделала первые робкие шаги в китаефэндомах, надеюсь, что всё уже скоро смогу читать не какоридж (у них, конечно, слишком затягивающие каноны)), а вот остальные фэндомы мне знакомы, здесь никаких заминок не будет. Первые впечатления от номинации олдскула смешанные - это странное чувство, когда надо оценивать авторов, которыми ты зачитывалась и восхищалась или восхищаешься до сих пор, по-белому завидуя таланту. Я страшно рада тому, что в номинации так много самых разных работ, чем больше читать, тем лучше ❤️‍🔥

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Читатель я довольно лояльный, но мне важны некоторые вещи.

• Не совсем однообразный язык (можно и без особой пестроты образов и ошеломительных метафор, только бы увлекало).
• Замысел автора, который раскрывается по ходу текста - герой проходит через трансформацию, герой, несмотря ни на что, не меняется, герой честно дрочит на другого героя - что угодно, лишь бы было ясно, что вложено в текст.
• Раскрытие характеров, адекватность поведения персонажей в заданных автором рамках мира.
• Наличие, собственно, слэшной линии (или фемслэшной). текст, где отношения персонажей на пятом плане и до самого финала читаются как джен, чтобы в финале герои торопливо, как будто вспомнив, перепихнулись (или поцеловались) - или не сделали того вовсе, я, возможно, оценю не так высоко, как текст, где слэшная линия прописана с большим вниманием.

Возможно, мне бы больше зашли тексты, написанные с задором и горящие любовью к канону, но по моему опыту чтения у хорошего автора никогда нельзя различить работу "кровью сердца" и "написал на коленке, лишь бы номинацию не слили" - так что я исхожу из того, что все авторы пылают и пишут с любовью вотпрямщас к вотпрямним, и поджигают своим фаном читателя (меня!) судя по тому, что я уже успела бегло пробежать, таких работ ужасно много, а во все фэндомы хочется сразу немедленно упасть. Спасибо вам, ребята, за шанс припасть к годноте, которую иначе я пропустила бы в своей песочнице ❤️‍🔥

Грамотность почти не влияет на мою оценку - я сама иногда под влиянием момента допускаю в своих фичках такие ошибки, за которые перед моими чудесными бетами после жуть как стыдно. Как говорится, бывает )) Если вы в авторской речи не употребляете "ложит", we're good!

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Тексты оцениваю совершенно ровно - как читатель я порадуюсь наличию в номинации "своих" фэндомов, как жюри я очевидно поставлю более качественный текст с нотп, например, выше беспомощного текста с отп.

Желаю всем нам хорошо провести время, найти новых классных авторов и много отличных текстов ❤️



Sabira, Западные сериалы

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Каких-то особых первых впечатлений от номинации не было, хотя, конечно, очень ждала первые работы — они в каком-то смысле задают тон всей движухе. Не ожидала увидеть Supernatural: в том году фиков по этому фандому нам не прислали. В остальном Небукер был по-хорошему предсказуем — принесли тексты по разным канонам, и свеженьким, и весьма почтенным; разной тематики, жанров и атмосферы.

Ах да, первое время немного волновалась: где же тексты? Но, по-хорошему, не сомневалась, что принесут. Сама, будучи автором, отправляла все в последний момент😂

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Я много лет писала по фану, сейчас работаю в диджитале и занимаюсь текстами профессионально и разнообразно: я сценаристка, контентмейкер и редактор. Поэтому тексты я оцениваю одновременно со всяких разных точек зрения: и фандомного автора, и внефандомного спеца.

В первую очередь для меня важно, как сделана сама история — например, все ли в порядке с логикой и построением, насколько органично в заданных условиях ведут себя персонажи.
Здорово, если есть развитие персонажей, какое-то изменение при переходе из точки А в точку Б. Впрочем, это больше критерий для миди-макси, для мини это желательное, но необязательное условие.

Вообще люблю, когда четко вижу: ага, автор подумал, что именно пишет и хочет сказать. Хотя бы на уровне "тут мы плачем, тут смеемся, а здесь пора подрочить".

Немаловажен язык. У меня нет предубеждений "что можно, а что нельзя": язык хорош тем, что можно в нем вообще все, вопрос только в уместности.
Обращаю внимание на лексику, стилистику и соответствие исторической эпохе. Если хорошо знаю канон, могу "проверить голос персонажа" на некое внутренне соответствие. (Тут приведу пример во избежание недопониманий. Скажем, мне трудно представить, чтобы Питер Хейл из Тинвульфа на полном серьезе произнес "че-кого, как дела, пацанята", но, слава богу, такого в присланных текстах и не было😁)

Оцениваю работу с матчастью. Насколько автор внимательно к ней отнесся, все ли ок, например, с историческим аспектом описываемых событий. Если что-то вызывает сомнения, иду в гугл и проверяю.

Плюс, конечно, смотрю на историю целиком — какие эмоции она у меня вызывает? Есть ли ощущение цельности и законченности, нет ли у меня теперь тысячи вопросов к автору, увлекла ли она меня саму как читателя? Впрочем, последнее — самый неважный критерий)

Грамотность и оформление текста мне безразличны. Да, приятно, когда хорошо вычитано, верно оформлена прямая речь, запятые на своих местах и дефисы с тире не перепутаны. Но Небукер конкурс авторов, а не корректоров.

И, самое последнее — очень люблю, когда чувствую в истории фан автора. Что вот писал человек, и его страшно перло в процессе. В таких историях часто бывают разные мелкие огрехи, но за атмосферой их почти не замечаешь и заряжаешься эмоциями. Мне такие тексты интересны больше, чем "вылизанные, но выхолощенные". Хотя, при оценке приходится крепко подумать, что поставить в приоритет.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Когда я читаю текст как жюри, я не в роли читателя как такового. Моя работа — прогнать историю по фильтрам, описанным в пункте выше, и тут не до сквиков или нотп. Пожалуй, это сравнимо с подходом беты: приходится отключить эмоции от текста и работать именно с текстом, а не отвлекаться на свои мыслечувства😁
Кроме того, я в фандомах 17 лет: какие уж там сквики после всего прочитанного) С нотп аналогично. Плюс, я не сужу тексты по фандомам, по которым горю — соответственно, проблема нотп в принципе снимается.

Пользуясь случаем: спасибо авторам, приславшим свои работы в номинацию "западные сериалы". Вы все крутые, независимо от того, как произойдет дальнейшее распределение текстов по шортам и местам — вы написали фики и принесли их на конкурс, это супер!



Jolis, Ориджи

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

К первым впечатлениям можно отнести, пожалуй, удивление: текстов меньше, чем я ожидала. Всегда считала, что ориджиналов пишут много при любых внешних обстоятельствах, а авторы их активно вписываются в любую движуху. Особенно странным для меня выглядит недобор (на данный момент) малой формы. Крупные тексты действительно могут появляться у авторов не каждый год, а мини, как мне казалось, обычно пишутся легче и чаще. Хотя ещё не вечер)

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Мне сложно выделить какой-то универсальный и неизменный набор критериев, у меня он ассоциируется с прокрустовым ложем. Руководствуюсь комплексным впечатлением. Тексты как люди, у них своя харизма: бывают "вот вроде все в них есть, а чего-то не хватает", а бывают "и вроде ничего такого, а что-то в них есть".

Мне кажется ценной способность текста увлекать, включать в происходящее, вызывать эмоции и искренний интерес к героям. Я из тех читателей, которые воспринимают написанное живым или искусственным - последнее бывает сделано качественно, но оставляет равнодушным, а первое почти всегда результат хорошего исполнения.

Важна лёгкость восприятия, очень важен язык и стиль - но как средство, на 200% солидаризируюсь с Шопенгауэром в том, что "стиль получает красоту от мысли, а не мысль от стиля", хотя питаю слабость к фонетически красивым вещам.

Спокойно отношусь к мелким, непринципиальным косякам, даже композиционным или логическим, если они компенсируются чем-то более важным, к недовычитанности - у меня нет маркеров-ойвсе, после которых я тут же делаю далеко идущие выводы о тексте.

В общем, все индивидуально в каждом отдельном случае)

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

В ориджах нет нотп, что понятно, но бывает раздражающая динамика в отношениях, вызывающие отторжение герои - своеобразные эмоциональные сквики. Они влияют на настроение при чтении, но не на оценку. Думаю, что легко отличу неприятный лично мне, но объективно хороший текст от плохого, хотя и приятного) То же относится и к сквикам в привычном понимании - в модусе читателя я бы не открыла текст с триггерными предупреждениями, но как член жюри могу от них отключиться. В любом случае, сквики не кажутся мне существенным фактором, влияющим на оценку.



Herbst Regen, Арт

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Было страшно, что в этом году пришлют меньше. Но обошлось. Очень рада, что людям не лень) Я никогда не смотрю на арты до процесса: неудобно определяться, когда к некоторым ты уже привык, а другие со свежим впечатлением. Зато я посмотрела фандомы) Наличие ОЭ удивило, но там вроде сериал будет, а вот Коломбо! Вот это да!

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

У меня арты, и там все довольно просто) Есть два главных критерия: “идея” (соответствует ли рисунок тематике конкурса + история) и “целесообразность” средств ее изображения. Делаешь анализ и заполняешь мысленно табличку: был ли смысл компоновать вот так, идут ли во благо выразительности именно эти средства, как они применены… Это может показаться размытым и непонятным, но если хоть раз делал анализ, то понимаешь, насколько жесткие это рамки.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

С рисунками и проще, и сложнее. Каждый из нас ежедневно видит то, что бы не очень хотелось. Этого не избежать, тут не прокатывает “не нравится - не читай”. Или привыкаешь, или развивается “баннерная слепота”. Все уже отработано)


Ginger_Elle, Азиатские новеллы и дорамы

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Только начала читать номинацию, прочитала 5 текстов из крупных, так что судить об уровне текстов в целом сложно. Заметила, что в этом году поменялся состав фандомов: мало текстов по Аватару короля, зато появились по WoH. И лично мне жаль, что принесли только один фик по Эрхе, я надеялась, будет больше.

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Один из главных критериев – как это сделано: хорошо, так себе или плохо. Примерно, как с каким-нибудь механизмом, автомобилем, например. Каждая деталь для чего-то нужна и все стоят на нужных местах и не отваливаются в процессе. В зависимости от этого машина едет хорошо, едет кое-как или вообще не едет. В выверенном тексте (или механизме), опять же, нет лишнего. Есть полезные ништяки, без которых тоже всё работало бы, но они приятные и делают автомобиль лучше, например, подогрев стекла. Их аналоги в тексте смотрятся хорошо, а что-то сравнимое с аквариумом на 500 литров на крыше, которое не танцуется с остальным, тормозит сюжет и мешает ему, – идёт в минус. Для меня хороший текст – это вот такая система, где всё согласованно работает на авторский замысел.

Второй момент – это стиль. Если продолжить сравнение: то можно собрать работающего и едущего франкенштейна, но красивым он не будет, а есть и красивые, радующие глаз машины. В таком тексте слова подобраны правильно и сочетаются друг с другом, нет неуклюжих выражений, перегруженных предложений. Ну и приятно ехать так, чтобы дух захватывало, чтобы о шестеренках забыть и по тексту несло. Такое бывает, когда автор горит и умеет передать эти эмоции.

На опечатки и прочее внимания не обращаю. Сейчас читаю прекраснейший текст, где есть проблемы с расстановкой запятых, и это никак не повлияет на мою оценку.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Ни сквики, ни нотп не пугают, у меня их мало. Главное, что кем бы герои ни были и что бы ни делали, они оставались собой и выглядело всё это правдоподобно.

Если вопрос об объективности оценки, то это нарабатываемый скилл. Я не думаю, что могу достичь абсолютной объективности, но есть хорошая привычка, которая очень помогает на работе – спрашивать себя и других: «Ты защищаешь это решение, потому что оно твоё или потому что оно лучшее». При оценке текстов на конкурсе я не могу себе сказать: «Тебе это нравится, потому что оно твоё», поэтому говорю что-то вроде «А теперь подумай, ты оценила ниже, потому что на самом деле есть недостатки или потому что не зашло? А эти недостатки существенные или ты просто пытаешься рационализировать выбор, который уже сделала?"



Toriya, Гарри Поттер

читать дальше1) Какие у вас первые впечатления от номинации?

Первые впечатления: «Где я? Где все? Что случилось?» Как будто возвращаешься в старое, проверенное временем и горячо любимое место, в котором всегда было весело, людно и шумно, и вдруг понимаешь, что остался один. Невозможно грустно, но закономерно. Я очень рада, что сейчас ситуация скорректировалась. Спасибо всем, кто пришел.

2) Какие критерии оценки работ для вас приоритетны?

Самое важное — это умение автора передавать свои мысли, идеи и фантазии читателю. Внятно, логично, по возможности грамотно и от души, так, чтобы не ты продирался сквозь текст, а текст вел тебя за собой. Самая лучшая история должна увлекать, хватать за грудки и не отпускать до самого последнего слова. Неважно, какими способами автор этого добивается: оригинальной композицией, захватывающим сюжетом, героями, которые порабощают твой мозг и сердце, соответствием канону или, наоборот, виртуозным альтернативным видением вселенной и характеров. Главное, чтобы и в текст, и в героев, и в ситуацию верилось. И она становилась хоть на пару часов, хоть на десять минут не чужой, а немного твоей.

3) Как вам удается оценивать работы со своими сквиками и нотп?

Абсолютно спокойно. Многолетняя мультифандомная практика дает возможность смотреть на все философски и знать, что любой твой сквик в один прекрасный момент может стать даже кинком. А нотп внезапно переквалифицироваться в отп. Чудеса случаются, надо только дать возможность какому-то автору их сотворить. К тому же, соглашаясь оценивать чьи-то работы, ты заранее выносишь за скобки все свои личные «вот это читаю, а это нет, вот тут люблю, а вон то уносите». Это просто перестает иметь значение. Я уже не раз после таких конкурсов и падала в новые фандомы, и влюблялась в незнакомых или заново понятых/увиденных героев, так что каждый текст открываю с ожиданием тех-самых-чудес. Даже маленький)



Мы скоро вернемся с продолжением опроса. Следите за обновлениями!

Если у вас есть идеи/пожелания или вы хотите помочь - пишите в личку Пушистой Ламе.

Задать вопросы и озвучить предложения по работе нового раздела можно на форуме. Там же можно предложить темы для выпусков и вопросы - самые интересные мы передадим героям наших интервью.
6. И еще кое-что
merry chris(tmas)
автор: Альисс

Есть в фике какой-то очарование наивности — хотела написать я, но не написала. Потому что он написан настолько плохо, что им можно пытать.
Местами напоминает сочинение не очень старательного школьника на тему “Что вижу, то пою”. Местами — попытку писать красиво и возвышенно. Провал по обоим пунктам.
Отмечу, что автор не стесняется экспериментировать, у него есть потенциал, мне кажется, и попадаются необычные образы.
Например:
Виктор оказался и здесь достаточно талантлив, чтобы раскрыть устрицу.
Судя по контексту, автор имел в виду “извлечь жемчужину” или “разомкнуть створки, выпустив на свет талант” (а то, что у Юри створки были закрыты настолько плотно, что все на нем поставили крест — это бесспорно), но судя по дальнейшему упоминанию Шекспира, тут должно быть что-то вроде “вскрыть мечом мир как устрицу”. Но в любом случае сформулировано так, что первая ассоциация — гастрономическая. И оттого сравнение выглядит смешно. Не нужно никакого таланта, чтобы пожрать устриц, эй. Заодно возникают вопросы — все остальные подвиги Виктора были такого же уровня эпической сложности?
Я в принципе стараюсь воздерживаться от советов, это вовлекает автора в отзыв больше необходимого, а я и так перегнула палку. Но не могу удержаться.
Точность. Вот что нужно тексту. Точность не только в словах, но и в отдельных сценах. Понимание, что именно автор пишет и зачем.
Проблемы текста состоят из двух базовых пунктов, тесно связанных друг с другом.
Первое — это плохо сформулированные предложения. Вплоть до нечитабельности.
Катание Юри, когда тот не «разваливался» и не начинал буквально вязнуть во льду, перенервничав, Крису нравилось уже не один сезон. В отличии от Виктора, даже спортсменов из одной с ним разминки замечающего не всегда — о прямых конкурентах все равно расскажут тренеры, а остальные пусть сначала себя проявят.
Второе — мусор в содержимом. Как будто автор точно не знает, о чем именно хочет рассказать, и оттого история размывается, ветвится на неважные эпизоды, которые ни к чему не ведут и ни на что не работают. Например: зачем Крис утопил телефон? Просто эпизод ради эпизода, такие обычно выходят, когда текст “не идет”, и нужно “расписаться”.
Или вот, противоречит сам себе:
— Что ты тут делаешь? — не этими словами Крис планировал начинать Сочельник. И к неожиданным гостям в родительском доме он был не готов. Абсолютно не готов. Даже к таким. Особенно к таким.
Он застыл, растерянно кусая губы. На мгновение захотелось позвать маму, и, как в детстве, обиженно, спросить, почему Виктор открывает дверь их дом. Ну, то есть, на самом деле, Виктор в доме его родителей на Рождество — вещь слишком традиционная, чтобы считаться странной. Виктор проводил с Крисом и его семьей зимние праздники последние лет… семь? Точную цифру Крис назвать затруднялся, а вот мама точно помнит, если ее спросить.

Крис удивляется, что в доме родителей его встречает Виктор, потому автор с какой-то целью поясняет, эй, Крис, вообще-то Виктор последние семь лет проводит с ними всеми Рождество. Но даже после этого Крис продолжает жить своей жизнью и изумляться.
Думаю, задумка была написать милую рождественскую комедию, в которой все знают, что Виктор влюблен в Криса, кроме самого Криса. Но из-за исполнения вышел грустный рассказ о слабоумном мальчике без телефона.

Из плюсов отмечу, что это первый фик, где обыграно название на английском.
Зачем в тексте эпилог про совершенно другой пейринг, я понять не смогла.

Что можно сделать с текстом? Отложить на полгодика. Перечитать. Переписать каждое предложение до максимальной степени читабельности. На этом этапе не нужна пурпурная проза. Текст нужно сделать технически понятным.
Далее разобрать каждый эпизод — нужен он или нет, если нужен, то зачем (да, мы все пишем свои истории кровью сердца, и я тоже, но лишнее лучше удалить). Когда есть ответ на вопрос “зачем” — переписать эпизод так, чтобы этот ответ читался из текста.
Ведь если отжать всю воду, продраться через дремучий лес яхонтовости и кирпичности, можно найти симпатичную историю. С симпатичными, узнаваемыми персонажами.

Общее впечатление: 1/10. Один балл накинула за название на английском

Тесное сотрудничество
автор: Riru

Этот фик мне понравился.
Точка зрения Ло и его грубоватая речь очень подошли самой истории, читалось легко, и я не заметила, как провалилась в текст.
Тут еще такая штука: бывает, читаешь себе спокойно, а потом фокальный персонаж как начнет дрочить на товарища, что прямо читаешь и обмахиваешься платочком.
Причем автор это не рассказывает, не показывает, читатель сам делает выводы.
Вот мне понадобилось два платочка.
Такой получился чувственный текст, причем Ло сам не понимает — насколько его взгляд на Дрейка плотский, причем не в хирургическом смысле. Кстати, этот мелкий самообман мне тоже понравился.
Описание креста, частей тела — Ло любуется, и не осознает этого.

Отдельно понравилось, как ловко и изящно автор вкинул интригу, и также изящно ее разрешил. Конечно же, читателя с самого начала интересовало, почему же, почему же у этих двоих все постоянно идет не так. Вроде бы мелочь, но легко захватывает внимание — и держит его в параллель с развитием отношением. И разгадка очень удачно ложится на сам текст, на его настроение, подходит ему.

И я вот думаю. Может, все дело в том, что мне очень понравился Дрейк? Серьезный, чуть неловкий и зажатый, очень серьезно относящийся к Ло. И при всем при этом ему явно импонирует чувство юмора Ло, чувствуется скрытое веселье.
Все-таки обаятельные герои — моя слабость.

Про порно скажу отдельно. Очень часто романс заканчивается сексом. Это самый простой, частый, эффектный, эффективный (какой угодно) вариант кульминации, логическое завершении истории взаимного влечения, этакая точка с запятой в отношениях. И мне всегда интересно, как автор вписывает секс. И вписывает ли. Даже не в смысле подрочить, а как он чисто технически исполняет такую специфическую часть работы.

В этом фике секс есть, а порно нет. С одной стороны, жаль — мне понравилось, как написан весь текст, было бы интересно посмотреть, как автор написал бы порно. С другой стороны, автору виднее, получилась бы у него эта часть или нет. А вдруг бы не получилась? И тогда все впечатления насмарку.
С третьей стороны, автор и тут остался верен себе. Он не стал писать секс. зато описал его последствия.
И это, знаете, такое порно, что воображение пустилось вскачь, мозг вскипел и срочно потребовался третий платочек.
Ло на всякий случай посмотрел на свои ноги. На тонких бедрах красовались симметричные черные полосы в форме длинных пальцев. А кроме них ничего и не было. Блядь.
— Скажи мне, что ты не про синяки, — спокойно начал он.
На это Дрейк всё-таки вскочил:
— Да! Да, я про синяки, а ещё про укусы по всей твоей тощей спине, шее и… у тебя кровь из плеча идёт, — тупо закончил Дрейк, как-то испуганно оглядывая Ло.
Он что, покраснел? Хмурый и смущённый Дрейк. Мог ли этот день стать лучше.


И правда.

Общее впечатление: 8/10. За Дрейка
5. Кто-то тут не очень умный
Между прошлым и будущим
автор: тау кита 77

Иногда я думаю, что у неплохих авторов просто кинк на тупых героев.
Сквало красивый и тупой, Ямамото умный и бейсболист.
А ведь все так хорошо начиналось.

Тот случай, когда с самого начала захватывает узнаваемым миром, узнаваемыми героями, причем первые предложения — это зачастую шатко, непонятно, читаешь текст и не знаешь, куда выведут ощущения.
А потом одна деталь — и картинка складывается, авторский мир проникает в тебя, и думаешь — хорошо-то как. Для меня такой деталью стал образ Луссурии.

В большом кресле, поджав под себя ноги, уютно устроился Луссурия: одной рукой помахивал хвостом обмотанного вокруг шеи фиолетового боа, в другой — книга, которая с одинаковым успехом могла оказаться и пошлым дамским романчиком, и «Пиром» Платона, и учебником суахили, — любовно обернутая в розовую с блестками бумагу.
— Не хочешь меня заменить? Там как раз твой боксер будет.
— Спасибо, для такого ленивого вечера он слишком...
— Экстремальный?
— Живой, я бы сказал, но твое определение тоже сойдет. Так что нет, милый.


Уже в дверях, не удержавшись, Сквало спросил:
— Суахили?
— Почти, — рассеянно проронил Луссурия. — Венгерский.
И снова уткнулся в книгу.


С большим удовольствием читала. Автор неторопливо раскладывал детектив, осторожными такими мазками рисовал пробуждающиеся чувства Сквало, точнее — осознание его чувств. Само описание мне казалось скуповатым, но все-таки основной линией в тексте был детектив, параллельно которого шел романс, так что это было объяснимо.
А потом…
Нет, сюда просится это видео, просто чтоб вы понимали мои чувства:
https://www.youtube.com/watch?v=A6y_6XArlaU

— Слушай, — решил уточнить Сквало, когда паззлы в голове встали на свои места, — а что, у Джузеппе есть какой-то знакомый ученый, который способен сделать коробочки?
— Ученого нет, — Энрико успел доесть мороженое и скреб по донышку креманки, собирая подтаявшие остатки. — Но оружейник есть.
***
Облегчение — так Сквало мог описать свое состояние. Через пару дней можно будет вернуть Коррадо матери, попутно аккуратно подкинув информацию о разработках коробочек за спиной Вонголы и убрав в сторону одного из претендентов на место дона Семьи Микели чужими руками.

Подождите.
Подождите, автор. Хорошо, у Сквало паззл сошелся, а мы? А я? А мне? А почему? Почему я не чувствую облегчения? Что это за “рухнули на софу — растрепанная Жози принялась приводить себя в порядок”? А как Сквало дошел до мысли такой…
А гдеее?!

Ну, то есть… Я понимаю, что детектив — это не самое важное в романтической истории про Сквало и Ямамото. Но звездочки вместе рассказа о том, почему убийца — именно дворецкий, и как уважаемый детектив до этого додумался, это все равно на мой вкус перебор. Возможно, если бы до этого текст менее успешно прикидывался детективом, я не была бы настолько разочарована.
И дальше встал второй вопрос. Если это не детектив, а антураж, то где тогда романс? Намеков на чувства Сквало было маловато, потенциально интересная линия (о том, что в будущем этих двоих что-то связывало, точнее, что Ямамото был влюблен в Сквало из будущего) оказалась за кадром, по сути, одно робкое упоминание, которое, если ты не шипппер, нужно разглядывать под лупой, в настоящем у этих двоих никакого развития нет, поцелуй внезапен как Леви в пачке тянет носочек — и это все?
Нет, не все. Еще в тексте есть экшен. Все мы понимаем, что если герой узнал, кто преступник, то он пойдет в логово врага:
а) один
б) не подготовившись
в) никому ничего не сказав.
А все потому что Сквало красивый, но тупой.
Причем мы все понимаем, что здравый смысл — последнее, ради чего пишутся такие сцены. Кинк на деву в беде — прекрасный кинк. Если при этом дева орет и матерится, то дайте два. Не будь кинка, Сквало бы скучно позвонил своим людям, назвал адрес, операцию бы подготовили, всех выебали, но кого бы тогда спасал Ямамото?
Другое непонятно. Что помешало Сквало сказать Ямамото (да кому угодно), куда он собирается? И кинк остался бы цел, и Сквало не совсем тупой.
А то Ямамото догадался сообщить Хибари, мол, если через час не вернусь, иди по этому адресу и убивай там всех, кого встретишь, а Сквало — нет. И до своих лет он дожил, видимо, потому что профессия у него спокойная, а сам он — красивый блондин с волосами до жопы.

Итого — двенадцать тысяч слов, в которых вместо детектива — звездочки, вместо романса — Леви в пачке исполняет танец маленьких лебедей, а экшн такой, что плакать хочется.
Читатель в моем лице фрустрирован и опечален.

Но Штирлиц знал, что лучше всего запоминается первое и последнее слово. Поэтому о снова о хорошем. Очень понравилось ружье со следом Дождя. Изящно получилось, и неожиданно, выстрелило вовремя и в нужный момент.
Я бы даже сказала, что именно ради этого "ружья" у нас Сквало такой тупой (иначе как бы Ямамото блеснул своей охуенностью, догадливостью и умением использовать животных из коробочки).
Если так, то мне грустно. Потому что с одной стороны я понимаю желание навертеть вокруг пришедшей в голову детали немаленькое миди. С другой - как-то мне кажется не для этого мы читаем и пишем романсовые пейринговые фики.

Общее впечатление: 5/10. За Луссурию и взятый след.

Пестики-тычинки
автор: J.Jey Will

Есть такие фики, про которые только вздохнуть и развести руками. Весь текст до ебли — этакий картонный задник к главному действу, автор так-сяк налепил какой-то антураж, и так сойдет. Иногда мне все это напоминало то ли конспект, то ли изложение вида “перескажите но чтоб не больше страницы”. Мох пружинил, деревья сплетались с кронами, под пологом сумрак, Куроо турист с фотоаппаратом, а теперь приступим к главному.
На порно подрочила, но сразу скажу — порно очень на любителя. Написано оно (с литературной точки зрения) примерно как и весь текст, но при этом достаточно откровенно и грязно. Мне лично такое нравится.
Еще мне нравится, что Куроо выебли, считаю — за тупость надо ебать.

Общее впечатление: 4/10. Спасибо, подрочила.
4. Классические жанры
Худший способ скучать
автор: lisa_lis

Классический романс — одна штука.
История легко идет, и текст такой летний, солнечный, горячий, словно отдает накопленную за день жару. Разбросанные тут и там незамысловатые крючки, которые, тем не менее, надежно цепляют, заставляют предвкушать.
Яркие узнаваемые герои — все до одного, из-за таких текстов еще раз вспоминаешь, почему ты их всех так любишь, и почему любишь романтику — тоже.
История юста, осознания, как пыльным мешком по голове — и все это раскрывается перед читателем постепенно, так что невольно начинаешь сопереживать и вовлекаться в историю.
Особенно понравился Цукишима — очень он вышел у автора выпуклый, неловкий, угловатый, очень зажатый, и одновременно с этим — глубоко и тонко чувствующий, кинковый образ задрота в очках и его внутреннего мира.
Его дурная влюбленность в обормота Куроо показана очень скупо, в одной сцене, но она такая, что автору нет нужды повторять, читатель верит безоговорочно.
Даже Цукишиму можно застать врасплох, и это до того отчаянно и остро описано, что ничуть не удивляешься, почему Куроо никак не отпускает. Хотя тот вообще большой специалист залезть под кожу, а потом содрать пластырь и изумляться — да как же так вышло-то, люди добрые, ничего не сделал, только вошел.
В какой-то момент я насторожилась — мне показалось, что текст скатывается к нелюбимому мной тропу: “окружающие мудрожественно сводят пару”, но, к счастью, только показалось. Автор хорошо прошел по грани, отделяющей этот троп от здорового троллинга товарищей-гиен.

Общее впечатление: 8/10. Потому что могу.

love me now
автор: TlokeNauake

Анекдот вспомнила.
— Дорогой, я купила тебе подарок.
— Тащи скорее!
— Сейчас надену!

Старый добрый PWP для любителей ретро. В наш век осуждения “проблематик” и яойных штампов — глоток ностальгии, и это не ирония. Если вам надоело, что герои проговаривают согласие на секс друг с другом, если вам хочется почитать, как нижний ломается, а потом его предает тело, а верхний шантажирует “или мой кинк, или никакого секса” — этот текст для вас. Не без недостатков, конечно, но в последнее время выбирать не приходится.
Можно отлично подрочить, не включая голову.
У меня не получилось.

Дело бы так.
Вот, говорит Дазай, тебе кимоно, надевай, будем трахаться.
Чуя — да ни за што, да за кого ты меня принимаешь, да я бы никогда!
И читатель в моем лице примерно половину текста — столько, сколько ломается Чуя, — недоумевает — а что такого-то в примерке кимоно? Ну, мужское от женского отличается количеством частей (15 и 5, и в женское еще еще поди облачись правильно) и расцветкой. Причем мужские кимоно тоже бывают яркие. Нипанятна. Этот вопрос долго меня занимал и мешал сосредоточиться на главном.
И в общем, когда Дазай наконец-то сломил сопротивление Чуи (шантажом, угрозами и отказом от секса)...
Аккуратно подведенные карандашом глаза казались чужими. И слишком яркими ― особенно на фоне угольно-чёрных, на удивление длинных и густых ресниц. Чуя решил обойтись без пудры, но скулы подкрасил румянами, а губы ― ярко-красной помадой, от чего те сразу стали казаться более пухлыми, чем есть.
Подождите. Но ведь речь шла только о кимоно?
У меня две версии:
1. Чуя сам себе придумал дополнительную повинность и долго об нее бякался. Но ничего, Дазаю сюрприз будет.
2. Автор считал само собой разумеющимся, что к женской одежде прилагается декоративный макияж и блядство. Но ничего, читателю сюрприз будет.
Дальнейшее я читала со сложным лицом.
Чуя не стал звать Дазая домой ― почему-то это казалось неправильным. Вернее, не так ― неуместным. Переться в квартал красных фонарей, конечно, тоже было не вариантом, поэтому Чуя предпочёл компромисс ― снял квартиру, которая, в его понимании, вполне соответствовала образу жилища профессиональной жрицы любви: огромная кровать, тяжёлые портьеры, минимум лишней мебели и ванная, в которой можно устраивать заплыв.



Чувак, это просто кимоно. Причем судя по описанию — псевдокимоно, обычный халат с поясом. Что у тебя в голове? Почему трахаться дома в кимоно — неправильно? Почему улица красных фонарей — не вариант? Зачем нужен компромисс? И, главное, кому? Так много вопросов, так мало ответов.
К счастью, на этом прелюдия закончилась, и стороны приступили к сексу.
Описание секса мне понравилось, но иногда горячие моменты перебивались мыслевставками, которые выбрасывали из процесса.
Например:
― Да, вот так. Продолжай, сучка, я хочу кончить в твоё прекрасное рабочее горло.
Чуя мог бы сказать, что их желания совпадают, но говорить ему сейчас было не очень удобно, поэтому он лишь кивнул и промычал что-то невразумительное, продолжая отсасывать и вкладывая в это максимум страсти и сил.

Тут мало того, что предложение (мысли Чуи) само по себе неудачное, безотносительно момента — длинная нудная гусеница; так автор еще и рассказывает, а не показывает. И в итоге кинковый дерти-толк оказывается моментально задушен авторской речью.

С точки зрения общей структуры фик мне показался неудачно скомпонованным. Возможно, это вкусовщина, но мне кажется, что в тексте (особенно если это порно) эмоциональное развитие должно идти параллельно пронографическому
Здесь же все эмоциональное развитие сосредоточилось в первой части (неуверенность в отношениях и чувствах, признание Дазая, что ему никто, кроме Чуи, не нужен), а порно пришлось строго на вторую часть. Если бы эти две линии шли параллельно, читать было бы и интереснее, и горячее, мне кажется.
И финальное осознание Чуи не выглядело бы комично. Потому что после:
Мне никто больше не нужен, Чуя. Был бы нужен ― меня бы сейчас здесь не было, пойми ты это, наконец. (примерно первая тысяча слов)
Чуя выглядит откровенным идиотом:
― Ты меня любишь, ― выдохнул он. ― Чёрт бы тебя побрал, Дазай, ты меня любишь! (примерно последняя тысяча слов)
Вот это поворот! Ничто не предвещало! Брэйкинг ньюс!
То есть он и так-то по всему фику умом не блещет, а это такая красивая вишенка на пирог прелесть какой стервозной дурочки. Серьезно, Чуя, зачем-то же такой крутой Дазай трахает такое унылое говно как ты? Это любовь, не иначе. Такой вот Чуя может случиться даже с лучшими из нас.

В целом мне понравился посыл фика — любой кинк хорош, если он с любимым человеком, и стесняться тут нечего, если вам обоим это приносит удовольствие; и хорошо, когда страсть и любовь идут рука об руку. Но исполнение на мой взгляд сильно подкачало.

Общее впечатление: 3/10. Минус два балла за английское название.
3. Не погуглишь - не прочтешь
something you can't hide (crab apocalypse)
автор: Haziran

Хм, название на английском, давайте же погуглим, что нас ждет.
источник

Apocalypse crabs are extraordinarily unpleasant demonic crustaceans which breathe huge clouds of seething chaos at you, inflicting multiple chaos effects on you if you don't have mutation resistance. They are also capable of unpredictable damage in melee due to their chaos-branded attacks, and they are very resistant to both fire and cold. They can be found in the Abyss.

Я слышала, что канон Жожо своеобразный, но чтобы настолько… А, нет, показалось, это вообще не про Жожо.
Милая слэшная история про то, как один любит, но боится настоящих чувств, второй вроде как замечает, но не верит в настоящие чувства. И в конце текста эти два одиночества наконец-то договариваются.
Читать было легко, герои показались симпатичными, сам текст — классический романс с юстом, он ни подо что не маскируется, сущность свою не скрывает, и этим подкупает.
Мне понравилось, как автор показал одну штуку: некое абстрактное решение всех межличностных проблем методом “говорим словами через рот” работает не всегда. Не везде. Не со всеми. Иногда люди не хотят слушать. Не могут. Не умеют. Да и говорить не всегда получается.

Общее впечатление: 4/10. Минус два балла за название на английском, crab apocalypse, серьезно? Да, русским тут не обойтись, слишком много смыслов.

Аттрактор
автор: Velemoren

Интересное незнакомое слово в названии. Пойду, погуглю.

Аттра́ктор (англ. attract — привлекать, притягивать) — компактное подмножество фазового пространства динамической системы, все траектории из некоторой окрестности которого стремятся к нему при времени, стремящемся к бесконечности.

Ага, идея понятна, и в данном конкретном случае я бы предпочла маленькую сноску, чтобы не гуглить. Вряд ли автор писал свой текст с прицелом на специалистов по синергетике и теории хаоса.

Но по порядку.

Есть в фанфикшене по сененам такой тип текстов — это какбы русреал, но не русреал, а анимереал. Например, если в каноне подростки бьют друг другу морды, хлещет кровища, ломаются кости, а потом все вытирают сопли и идут вместе пить чай, то в таком фанфикшене тумблер “реалистик” выкручен на полную — драма, все превозмогают, дети-убийцы с отнятым детством, долги за коммуналку, и где-то на горизонте маячат сточные канавы бытия.
Аттрактор — типичный представитель такого фанфикшена. Выпускной, все мрачно бухают, потому что впереди война и “завтра он в последний раз проснётся в общежитии, среди привычного бодрого безумия, а затем уйдёт навсегда.”

История про то, что сублимация в работу — не выход из положения, иногда нужно просто потрахаться. Идея мне нравится, я такое одобряю, но получилось:
1 — затянуто, 2 — бессвязно, и отдельным пунктом — по большей части конспективно.
Например, мне совершенно непонятно, зачем давать столь длинную экспозицию о жизни героев с восемнадцати до тридцати лет. Такой прием (Васе было пятнадцать, когда…; Пете было двадцать, когда…; Коле было девяносто, когда…) в данном случае не играет, потому что не цепляет ничем, там нет крючков, которые бы удерживали внимание. Это именно что расстановка фигурок на доске: намеки на нетрадиционную ориентацию, отращивание кос, грив и тому подобное. Причем с задачей своей такие вступление не справилось — отношения начинаются неожиданно, никаких особенных предпосылок к ним нет, просто Бакуго становится героем номер один, просто было бы неплохо пощупать Мидорию. Э?
Аналогичное “Э?” возникает, когда в кадре появляется следующий герой, Киришима, и Бакуго с Мидорией демонстрируют укладывают его к себе в постель, по-дружески. Ничего плохого в этом нет, но помните, мы про вступление и его цель? Вот и получается, что во вступлении автор рассказал много о чем, кроме того, что нас ждет в тексте. Хотя ладно, про Тодороки с длинной косой он честно предупредил. Хотя она потом никак не "сыграла", но от образа мне избавиться не удалось.
Что касается конспективности, то после введения следует кусочек семейной жизни Мидории и Бакуго, за ним — краткий пересказ боевки “герои против злодеев”, после которой случился четверничок. Все эти части можно читать как отдельные зарисовки, от объединения в один текст смысла в них не прибавилось.
Финал скомканный, его можно описать одной фразой.
Бакуго Кацуки недавно исполнилось тридцать два. И он искренне не понимает, откуда у них дома завёлся Двумордый.
Вот и читатель этого тоже не понял.
И самое главное — причем тут аттрактор?

Может быть, если бы автор расписал свою историю как полноценный текст, впечатление было бы иное. А пока это просто конспект фанона.

Общее впечатление: 3/10. Хотя этот фик все же немного лучше фика про котика, обоссавшего Тетрадь смерти
2. Не самые здоровые отношения
2004
автор: smerkalos

Если кто-то любит читать про больные отношения, то этот фик определенно для вас.
Еще особенности: нелинейное повествование, немолодые и, прямо скажем, не очень красивые герои, первый раз.
Текст тяжелый, причем эта “тяжесть” задается с самого начала. Минимум красок и эмоций в повествовании, все серо-стальное, как обшивка самолета, и такое же “глухое”. Два человека, которые не понимают друг друга, накрепко связанные старой драмой, и которые не могут разбить свою эмоциональную связь — хотя пытаются хоть как-то, в том числе сексом.
У них не получается, конечно.
И автор тащит читателя по всему тексту, то и дело возвращаясь в прошлое, а потом закольцовывает историю.
Я долго думала над концовкой и пришла к выводу — как все-таки странно у некоторых проявляется любовь.
Не могу сказать, что текст мне понравился, — я не люблю такие тексты. Но он был интересным и оставил сильное впечатление.

Общее впечатление: 8/10.

Лето для души
автор: midrifmonster

Многие знания — многие печали. В данном случае я бы предпочла не знать канон и героев, текст бы мне, возможно, понравился больше.
Канон Юри на льду не основан, конечно, на реальных событиях, но создатели как могли бережно (насколько в принципе это возможно в аниме) перенесли на экран фигурнокатательный мир. Он условен и схематичен, тем не менее — отчаянно узнаваем, и этому, как мне кажется, аниме обязано такой популярностью. Он — та самая подложка, тот айсберг, на верхушке которого устроилась коротенькая канонная история.
В этом тексте за основу берутся канонные события, но меняются бессвязно, хаотично, без какой-то системы. Например, у Юры не мама, а папа. Почему? Ну, просто так. Дедушка умер — где-то за кадром. Почему? А чтобы папа мог запрещать Юре заниматься фигурным катанием. На начало текста Юре двенадцать, профессиональных тренировок у него либо не было, либо были очень давно. Все мы понимаем, что окажись Юра в свои двенадцать лет (никто бы его не взял, но допустим) у самого золотого тренера, он бы не смог угнаться ни за одним из потенциальных соперников.
Я не смогла увидеть во всех этих отклонениях от канона и здравого смысла какой-то системы. Не смогла увидеть причины, по которым автор выбрал такой вариант реальности.
Потому что сама идея, осторожно, сейчас будет спойлер, — читать дальшесама идея, что настоящая любовь между двумя никак не связанными людьми важнее любой предопределенности, — ложится на канон как родная. Что изменилось бы, если бы Юра остался тем, кем он был в каноне — восходящей звездой первой величины? Если бы, как и в каноне, занимался у Фельцмана? Ничего. Ничего бы не изменилось с точки зрения глобальной задумки автора.
Наверное, это моя основная претензия к тексту. И ее можно было бы проигнорировать, если бы в остальном история была плавной и увлекательной. Но она произвела на меня впечатление очень сырой, рыхлой работы. Как будто добрая половина “картинки” осталась у автора в голове. Или напротив — ее, этой картинки, не было вовсе, и автор выдумывал детали на ходу, не задумываясь, во что превращается текст.
Надо было трогательную сцену, где Юра ковырял ботинком и стеснялся, потому что денег нет на кино, значит, денег нет или мало даже на кино, Отабек платит. Понадобилось автору, чтобы Юра (Юра ведь гордый) заплатил за тренировку — и из рюкзака появилась “толстая пачка помятых соток, полтинников, тысячных”.
И так по всему тексту — постоянно повисают вопросы, вопросы, вопросы. В начале к автору большой кредит доверия, и читатель думает после очередного резкого поворота — о, наверное, это ружье, наверное, оно скоро выстрелит. Но чем дальше, тем больше таких вот пустышек, которые просто авторская небрежность. И среди них теряется настоящее ружье — подводки автора к тому, куда в действительности собрался Юра. И каково его истинное положение.
Плоттвист в финале был бы хорош, если бы не два “но”.
Судя по этому плоттвисту, Отабек видит Милу впервые в жизни — а это невозможно чисто технически. Даже в этой реальности они должны быть неплохо знакомы. Ладно, они должны хотя бы регулярно видеться, мир фигурки невелик, соревнований немного.
И судя по этому плоттвисту, Отабек вытер о Милу ноги под девизом “ты же моя душа, ты и так все поймешь, а у меня тут возлюбленный ревнует, бегу за ним”.
Возможно, я драматизирую. Но как-то это, хм, не по-человечески, что ли? Уж полминуты объясниться, обменяться телефонами можно выкроить, верно? Или, по версии автора, Юра бы не понял?
Неприятная история, неприятный Отабек, жалкий Юра.

Общее впечатление: 4/10. За идею
Улыбайтесь, сейчас вылетит олдскул
Я шестнадцать лет в фандоме, за это время дети рождаются и заканчивают школу, а мне наконец открылось, как понятно сформулировать для себя слово «олдскул», тот заметный процент от общего массива русскоязычных фанфиков, которые писали примерно до конца нулевых, а потом как-то застеснялись и почти перестали. Так вот, олдскул – это, как немецкое порно с сантехником: жанровый текст, лишенный всего лишнего. Задействованные участники только кажутся бездарными актерами, проговаривающими картонные реплики с натянутым выражением лиц. Их задача – не отвлекать вас от главного: сейчас вылетит хуй. И начнёт хуярить. Настоящие человеческие эмоции и тем более логика олдскулу противопоказаны. Они отвлекают от того, чтобы дрочить на схему взаимодействия героев (далеко не обязательно рейтинговую, пусть аналогия с порно не вводит в заблуждение). Но вместе с тем декорации нужны, потому что подстегивают фантазию. Ведь мало кто дрочит на конкретного сантехника, которого соблазняет дева в пеньюаре, или некстати заглянувшего к ним Делового Чувака с Бумагами (наверняка Важными), но это задаёт ситуацию, которая включает воображение, где пользователь сам подставит себе нужные лица и места. Декорации настраивают ваше воображение на поездку по понятному маршруту, плюшевому или тернистому - зависит исключительно от вашего вкуса. Если вы совпали с автором, вы прощаете ему все. Если нет - автор пишет кошмарный пафос (сиропный ужас, ужасный оос, здесь мог бы быть ваш любимый пейоратив).

Мир олдскула, как правило, выписан бегло, но ярко: фигурирующие там корпорации непременно “крупнейшие”, желающие попасть в них люди измеряются “десятками, если не сотнями”, работенка в них непыльная, “всего-то дел – разбирать каракули начальства, забивать их в компьютер, систематизировать, писать несложную сопроводиловку для потенциальных проверок”, и так уж выходит, что главный герой по делопроизводству лучший на курсе, чему именно его там научили – ни автор, ни читатель олдскула не задумываются дольше, чем нужно для прочтения слова “делопроизводство”. Как в детской игре “вы поедете на бал?” запрещено говорить “да” и “нет” и носить черное с белым – олдскулу противопоказано сближение с реальностью. Быстро, двумя словами задать схему и бежать дальше. Вопросом, как живой человек способен проработать в престижном учреждении под беспалевным названием Розенкройц (которое позволяло чувствовать себя принадлежащим к “узкому кругу избранных, самой что ни на есть элиты") несколько недель и не понимать, чем оно занимается, автор ни в коем случае не задается. И читатель не задается. Потому что это не живой человек, это персонаж немецкого порно, простите, олдскульной схемы Брэд Кроуфорд (характеристики: высокий, красивый, серьёзный, не вмешивается без необходимости). Его (и автора, и читателя) устраивает ответ: “кажется, там занимались разработкой лекарств”. Да, он ежедневно работает с бумагами “заместителя по научной работе", значит он научился заносить данные в компьютер не читая, или не разбирает ни единого знака из того, что видит. Неважно, блин, отстаньте. Кроуфорд уже в Розенкройце, сейчас начнётся полный Шульдих.
Сюжет “Неучтенной переменной”, на примере которой я уже какое-то время описываю ттх олдскула, разворачивается стремительно, без лишних отклонений: вот Кроуфорд встречает Шульдиха в лифте, он по-прежнему не хочет «и секунды лишней думать о том, что его, по всей вероятности, не касалось», но Шульдих тут же шлёт ему порнографические картинки в голову. Это не удивляет Кроуфорда, как и то, что он вносит в компьютер данные экспериментов над паранормами. Ему мерещится собственное убийство и он уезжает «из пригорода» где находится Розенкройц в центр города, чтобы мертвецки напиться. Мы по-прежнему не знаем, что это за город, зачем нам.
Мотивации главного героя даже не притворяются человеческими: только два дня спустя после инцидента он «припомнил, что забивал в таблицу характеристики на какие-то объекты», которые, кажется, «были одушевленными. А еще там упоминались некие паранормальные способности. Вот же чушь собачья. Неужели Розенкройц – очередной институт, набитый псевдоучеными, изучающими НЛО или магические свойства кофе?» Кроуфорду хочется не думать об этом, а «улечься на диван, накрыться толстым одеялом и проспать часов хотя бы тридцать, и чтобы потом ничего из произошедшего за последние несколько суток не было в помине». Ему поневоле начинаешь симпатизировать, ну кому из нас не хотелось спрятаться под одеялом от слишком сложной ебанины окружающего мира, что мы все, в общем-то, и делаем, – и одеяло, в которое мы зарываемся, сюрприз, называется олдскул. Под ним не надо задумываться о лишних причинно-следственных связях, чужой член начинает маячить перед глазами без никаких натужных оправданий. Моргнул – и ты уже за стеклом, вместе с Шульдихом, экспериментаторы ждут от вас взаимодействия, потому что нечего было так громко мысленно дрочить. Есть ли у кого-то, дочитавшего до этого места, сомнения, что все у крольдихов закончится хорошо? Автору даже не надо доводить их до настоящей постели, путь накатан, надрочен и понятен с первой пары фраз.

Есть еще один занятный поджанр олдскула, который с первого взгляда совсем не похож на описанный выше фик: ритмические тексты. Их главная задача погружать читателя в атмосферу. Немедленно и беспощадно. Одно время их называли паланик-стайлом, старательно заимствуя друг у друга нехитрые приемы построения, интуитивно понятные любому человеку со слухом.
Вот смотрите, каждое предложение в абзаце должно быть короче предыдущего. Их три-четыре, не больше, после отбивки еще одно, короткое. Видите, всего на несколько слов, но это работает. Короче, еще короче.
Это помогает нагнетать.
Я узнаю их сразу, с первой ноты, я сломал о них не одну ручку, когда этот стиль еще не стал в мультифандоме мейнстримом. Так что отлично понимаю автора “#парфенопы”, который самим названием намекает: здесь все будет нихуя не просто, сирена-самоубийца еще повиляет хвостиком на небесах. Между мыслями о гендере Юпитер, отрывками из телепередач и рекламой: “#наамои #скорофест #какэлита” самообучающиеся машины тренируются петь колыбельную, чипы в головах стоят не просто так и вот-вот сработают. Главному герою повезет (или нет, сложно сказать, дочитайте и решите для себя сами), на нем система опять не сработает, мозг Катце спасется, но для чего - совершенно непонятно. Этот текст не будет отвечать на банальные вопросы про фабулу или сюжет. Купаясь в ритмических повторах, переливаясь мелкими деталями, он либо попадет в жилу и станет любимым, либо вызовет сплошное недоумение: ну хорошо, довольно много отсылок. А сказать-то все-таки автору тут хотелось о чем? И все эти второстепенные оригинальные персонажи – для чего они, в чем их задача?
“—Знакомься: Гензель и Гретель, — говорит мисс Мэдж. — Звёзды моей экспозиции. Раньше люди давали имена оружию, люди ощущали, что делают, когда спускали курок… А теперь компьютеры сами решают, какие меры защиты принимать. Человек не участвует. Человек снял с себя ответственность! Позавчера похожим оружием прострелили головы тем ребятам.
Зачем он это вспомнил?”

И это тоже немецкое порно с сантехником, просто оно не про секс, а про эмоциональное ощущение от сеттинга, оригинального или выдуманного, прочувствовав которое, требуется срочно поделиться им с читателем, впечатать его в читателя, зафиксировать. Продолжать пока хватает слов. Не стесняться громкости. Выкрутить ее на максимум. Продолжать.
“Во тьме не разглядеть лица. Лишь отдельные черты, на которые падает аварийный алый свет: сплетённые кольца у плеча, твёрдая линия челюсти, волнистая прядь возле рта. Прикосновение получается коротким. Он успевает ощутить только, как под его губами размыкаются напряжённые тёплые губы, а потом стук сверху повторяется и что-то звенит на высокой мёртвой ноте, и времени спрашивать больше нет.”
Забудьте о логике, олдскул либо вставляет, либо нет.
Художественность текста имеет мало отношения к эмоциональному заряду.
Красота в глазах читателя. Сантехник в глазах читателя. И тот мужик с бумагами – каждый для себя решает, юрист он, бухгалтер или школьный учитель.
Не придирайтесь к инструментам.
1. Старое и любимое
Хорошая традиция — начинать с анекдота. Поддерживаю.

Бежал ежик, бежал, забыл, как дышать, взял и помер. Вспомнил — побежал дальше.

Мои впечатления касаются только текстов. Я старалась говорить про "что", а не про "как". В моих отзывах много вкусовщины, знания канона, незнания канона, недоумения, непонимания, нет буквы ё, ругать проще чем хвалить, все, что можно понять не так, будет понято не так.

Ваш ежик.


Чужие фантазии
автор: Буша

Мне кажется, это тот тип текста, который хорошо читать под настроение. У меня такое настроение было, поэтому я прочла его без особых проблем.
К сожалению, “дочитал” — оказался чуть ли не единственным плюсом фика лично для меня.
Но обо всем по порядку.

В истории задается несколько линий, которые автор ведет с самого начала текста и до его конца.
Линия взаимоотношений из прошлого.
Линия взаимоотношений в настоящем.
Линия отношений с Камуи и Абуто.
Линия отношений Камуи и Такасуги.
Все эти линии обозначены, автор о них не забывает, но при этом никак не развивает и ничем не заканчивает.
Линия из прошлого нужна только для того, чтобы периодически давать понять читателю, каким опасным хулиганом может быть Камуи, а еще это обоснование, почему у него нет телефона.
Линия отношений с нынешними одноклассниками — просто декорация, на заднике которой кто-то жует, или чему-то учит, или вот — дает задание, которое служит поводом для общения наших героев.
И мы плавно переходим к двум центральным линиям: отношениям с Абуто и Такасуги.
Отношения Абуто просто есть. Камуи с Абуто трахаются в своих немых, взаимных, но очень материальных фантазиях, а затем Камуи надоедает, потому что он, по всей видимости, приглядел для себя Такасуги. “По всей видимости” — потому что из текста мотивы Камуи совершенно неясны. Герои остаются друзьями, и на этом линия пары уходит в песок, оставив после себя недоумение. Были ли эти отношения важны? Почему они решили расстаться? Как ко всему этому относится Абуто? Ответов на эти вопросы я не увидела.
Линия с Такасуги выводится основной, но при всем объеме текста (14486 слов), отношения падают на героев как рояль с балкона, оставляя читателя в недоумении. Непонятно, что нашел Камуи в Такасуги, особенно если учесть, что отношения у него уже были. Непонятно, что нашел Такасуги в Камуи. Непонятно, с чего они начали сходиться. Непонятно, почему автор так скупо подводил их к этим самым отношениям.
Из необычного — в этой линии был конфликт. Конфликт заключался в следующем: Такасуги видит, что к Камуи пришел Абуто, после чего пропадает с радаров Камуи, а тот начинает за ним бегать, чтобы — что? Видимо, объяснить, что тот все не так понял.
Короче говоря, конфликт тут такой, что лучше бы его не было.
Итого впечатления: текст длится и длится, он мог быть начат и закончен в любом месте, и ничего бы не изменилось.
Из плюсов — душевное порно. Оно выделялось из всего потока равномерного и аморфного “ничего” относительной бодростью и живостью.

Общее впечатление: 4/10. За порно.


Неучтенная переменная
автор: Илана Тосс

Этот текст — версия зарождения команды Шварц, еще один взгляд на Розенкройц.
Любопытно, что автор не стал выписывать исчадий ада, волокущих в свои застенки несчастных паранормов. Это ученые, которым в первую очередь интересно, что может получиться из людей со сверхспособностями.
Это и плюс, и минус текста. С одной стороны, повествование построено так, что с напряжением ждешь, когда над наивным Кроуфордом захлопнется крышка железного ящика, и когда этого не происходит, кажется, будто весь наш саспенс вылетел в трубу. С другой — это все-таки нетривиальное решение, и такое развитие событий бодрит, особенно на фоне привычных историй о душегубах из Розенкройц.
Образ Кроуфорда мне показался спорным. Конечно, автор имеет право на свой взгляд, но канона для этих двоих исчезающе мало. И лишать героев тех немногих черт, что делают их узнаваемыми — немного странно. Не скажу, что образ вышел плохим или неинтересным, но я не узнала в этом ограниченном задроте Кроуфорда.
Сама история показалась мне торопливой, немного скомканной, а жаль, в такую идею — появление дара в столь позднем возрасте и попытки смириться с ним, — хотелось бы погрузиться основательнее. Впрочем, отношений Кроуфорда и Шульдиха это тоже касается.

Будь текст немного больше, ему бы пошло на пользу. Раза в три побольше.
Общее впечатление: 6/10. За ностальгию.


Кира
автор: Chaton du Soleil

Истории про то, как один персонажнейм взял котика, который досаждал другому персонажнейму, должны быть написаны либо хорошо, либо одно из двух.
Эта история — одно из двух. Бедный язык, штампы, канцеляризмы, плохой юмор, неузнаваемые персонажи — пока текст уверенно возглавляет список худших текстов номинации.

Пять с половиной тысяч слов котик издевался над одним из героев, издевался скучно, без огонька. Герой как мог вел партизанскую войну — возможно, предполагалось, что это будет забавно и мило.
К сожалению, герой получился просто тупой и беспомощный.
Финальная шутка про обоссанную тетрадь смерти, считаю, автору не удалась.
Слэш в тексте нашелся, но ситуацию не спас. Он был внезапный и неожиданный, в духе всего текста.

Из хорошего. Мне понравилась шутка про колонию.

ЦитатаК концу недели Лайт твёрдо понял, что кот разделяет мнение милитаристической Японии: у каждой империи должны быть колонии. Так, освоив здание штаб-квартиры и назначив себя её единоличным правителем, хвостатый Кира начал искать, кого бы подчинить, дабы прочнее утвердить свою власть в глазах остального мира. Эл его гладил и, следовательно, сразу получал статус политической неприкосновенности. Связываться с Ватари было страшно, Ягами-старший сам кого угодно мог подчинить, а Айдзава не считался, поскольку не жил на территории штаб-квартиры. Оставались ещё Мацуда с Моги, но, по всей видимости, были признаны экономическим балластом. Тогда кот решил колонизировать Лайта.

Общее впечатление: 3/10. Балл набросила только потому, что прочитала не всю номинацию, возможно, там найдется хуже.


Дождь смывает все следы
автор: seane

Мне нравится, как в тексте использован прием “пейринг глазами стороннего человека”. Не только исполнением, но и тем, что наблюдатель — не просто прохожий, а активный участник истории и одновременно — часть жизни одного из героев. Текст начался на нем, и на нем же закольцевался.
Мне не нравится прием с забвением, точнее, удалением части воспоминаний, но именно здесь он хорошо ложится на сюжет — выхваченный кусок чужой жизни, который заканчивается именно там, где нужно.
Но мне иррационально жаль, что для Саторре эта история закончилась — она для этого слишком хороша. И немного жаль Занзаса, который своими руками убил память о себе единственного человека, с которым был когда-то дружен. Из текста мне показалось, что для него это важно.
Читать было пронзительно тоскливо, как будто заглянул в чужую яркую жизнь в щелочку из чулана обывателей, где кричат чайки, бегают дети, солнечно, грязь, опрокинутое небо и огромная чужая жизнь.
И легенды о силе Вонголы — как все-таки жаль, что Саторре их не запомнит.

Общее впечатление: 7/10. За эстетический дроч на Сквало и Занзаса.
наши любимые тропы. слоубилд, часть вторая
На примере текстов из первого обзора видно, что слоубилду совершенно не важен временной промежуток между завязкой и выяснением отношений. «По ту сторону страха» в четыре раза превосходит «Любовь к деньгам (это как к жизни, только к деньгам)» по объёму, но описывает всего несколько дней. Точно так же совершенно неважен рейтинг текста, герои могут ни разу не поцеловаться в кадре, но их отношения задевают сильнее, чем подробная постельная сцена. И наоборот. За счет чего развивается – и наоборот, теряется – динамика отношений, мы и поговорим ниже.


«Дорога домой» – классическое для слоубилда построение, где два героя неторопливо ощупывают друг друга на протяжении нескольких сезонов сериала. Первый же диалог между Гараком и Баширом долго балансирует вокруг расового вопроса, поначалу толерантный федерал и огрызающийся кардассианец кажутся слишком избитым вступлением, но именно за счет этого для тех, кто попробует читать текст какоридж, ставится главная вешка: с самоидентификацией у Гарака все сложно, а чтобы компенсировать это – он весь мир старается держать от себя на расстоянии вытянутой руки, представляясь себе хладнокровным манипулятором. Так, доктора Башира он бы давно “блицкригнул”, но лучше оставит “тайным оружием”.

“Даже Гарак столько не пил, когда думал, что вы погибли” – совсем скоро услышит Башир, в воображаемом мире которого Гарак тоже погиб. Поэтому настоящего Гарака он обнимает, а тот предсказуемо замыкается от такого обращения и привычно язвит. В его внутренней речи здесь и везде Башир выглядит слишком наивным, слишком открытым, слишком откровенным, пушистый котеночек, а не доктор Башир. Ее даже многовато – внутренней речи, – она повторяется и не добавляет ничего свежего, и так уже понятно, что Гарак попался, просто сам себе никогда этого не скажет.

На помощь развитию отношений приходит космическая лихорадка, которая заставляет часть станции испытать к другой части станции неистовое влечение. Прогулявшись с Гараком за руку, доктор Башир узнает, что болезни “подвержены только те, кто во время приступов лихорадки находился рядом с заболевшим и у кого это могло… э… актуализировать уже существующие влечения”. И, оставшись в одиночестве, неистово фантазирует. Фанфик следует законам канона, здесь - глава комикрелифа. Надо же, спать с лучшим другом, это вообще как.

Я слишком давно (и кажется, не полностью) смотрел сериал, поэтому не могу отделить, где текст следует за каноном, напоминая о том, что происходит снаружи, а где предлагает свои сюжетные ходы, но к середине этот краткий пересказ предыдущих серий начинает утомлять и главное - он, кажется, не нужен здесь никому. Очень понятно авторское желание нарисовать вокруг персонажей какой-то активно шевелящийся мир, чтобы их действия не висели в вакууме. Но при том, насколько чудесным и все более глубоким выходит погружение героев друг в друга, – настолько же пресным выглядит этот внешний сюжет. В этом тексте всего два живых персонажа, на остальных у автора не хватило красок, поэтому рука тянется их проматывать.

Их первый романтический поцелуй на балконе Башир истерически прерывает, все еще не уверенный в том, чего хочет – и я поддерживаю иллюстратора, который выбрал именно этот момент, он очень hot. Дальше автор понятным образом стремится побыстрее избавить доктора от лишнего препятствия в лице девушки, которая в следующей же сцене предлагает им расстаться (не из-за Гарака, конечно, по своим причинам). Но Лита получается такая же бесцветная, как и остальные силуэты вокруг главной пары, вся ее сюжетная необходимость сводится к тому, чтобы Башир терзался вместо того, чтобы дать Гараку прямо на том балконе. Это еще одна совершенно лишняя сцена – по крайней мере такая, какой она написана.

Освободившись от девушки, Башир идет штурмовать Гарака и в самый неловкий момент говорит злосчастное “пусть это даже на один раз”. Замечательный прием слоубилда, идеально несвоевременно ляпнутая бестактность. Не хочу спойлерить, чем это заканчивается, читайте сами, но все настолько же hot, как на балконе… а дальше опять бездна краткого содержания последующих серий до момента, пока они снова через хренаста дней не встретились. Ну зачем же так, все опять опустилось. И хотя дальше все вроде бы следует законам жанра – герои встречаются в тюрьме (!), преодолевают опасность и выживют (!!), признаются друг другу (!!!), признаны командой (!!!!) – та химия, ради которой страницу за страницей глотаешь фанфик по незнакомому канону – рассеивается без следа.

Но возможно, любителям романтических концовок, которые дорисуют все остальное сами, это как раз зайдет.


* * *


Объемному ориджу “Враги объединятся” с первых строк не хватает живого языка. Главный герой Миха, например, опасается, что его несдержанность может вызвать между вампирами и оборотнями “дипломатический скандал”, а средняя попытка описать его профессинализм выглядит примерно так: “Включив ноутбук, он вывел на экран без того вызубренные дела своих боевиков и начал изучать их заново.” Но сперва кажется, что сейчас начнется сюжет, который все исправит.
В самом сеттинге, от которого изрядно (как Михе кровососами) попахивает очередным производным от вселенной World of Darkness (вампиры, оборотни, фейри, маги, все в одном мире, все против всех) не было бы ничего плохого, если бы он не был идеальным подспорьем для drinking game “штампы вампиров и оборотней мира”. Оборотень чует вампира и ненавидит этот запах (чек), минивампир потерялся и жрет все подряд (чек), старые вампиры живут в роскоши (чек), между вампирами и оборотнями долго шла война (чек), травоядные оборотни опасаются хищников (чек), корпорация сверхъестественных существ (чек) и так далее, а все пространство между этими штампами заполнено фразами вроде: “Обычный, скучный шрифт на белом фоне казался сейчас каким угодно, только не скучным.” У старого знакомого Михи вампира Алинского “холодный образ профессионального убийцы”, конечно, “не вязался с огненно-рыжими волосами, пушистыми светлыми ресницами и обильной россыпью веснушек” (и немедленно выпил). Автору нравится слово “текучка”, им можно замещать все лишние события, но проблема в том, что все не замещенные, а описанные встречи – такие же текуче-никакие, густо пересыпанные канцеляритом.
В одном стоит отдать тексту должное: прочитав половину, по-прежнему сомневаешься, кто здесь главному герою пейринг. Проходит день за днем, оборотень Миха открывает и закрывает ноутбук, читая что-то важное, совместно с одним вампиром Алинским тренирует боевиков, совместно с другим вампиром Вениамином ведет расследование и в целом неплохо проводит время, третьего вампира Сашку регулярно прикармливает из жалости, а тот все ходит и ходит к нему, ходит и ходит. Потом Миха, словно сжалившись над читателем, сам признается: ему нравится Вениамин. Но и это он делает чудовищно пресно: “Не будь тот вампиром, Миха бы давно уже попытался перевести их отношения в другую плоскость, тем более он видел, чувствовал ответный интерес.” Беда в том, что этот интерес полтекста спустя совершенно не заводящий. Герои уже даже напиваются вместе (любимый ускоритель слоубилдов), а от них по-прежнему ничего не ждешь, потому что не веришь в них самих. Даже когда вампир Вениамин впервые делает что-то умеренно живое – возвращается только для того, чтобы поцеловать своего оборотня, а потом сбегает по ступенькам и быстро уезжает – Миха не оставляет читателю ни малейшего шанса подрочить, растягивая на два абзаца штампованную рефлексию о “точках соприкосновения”, “серьезных отношениях” и “злосчастном мирном договоре”. Мимо, кстати, прошла еще одна новообращенная вампирка, сорвавшаяся с цепи (чек), а описывать окружающий героев мир автор вконец утомился, поэтому вампир Вениамин возвращается “с благоухающими едой пакетами, расцвеченными узнаваемым логотипом пафосного ресторана”; за ужином он рассуждает такими же пафосными логотипами: “Мы хотели мира. Сначала просто деэскалации обстановки, потом старались хоть немного притушить ненависть между нашими расами.” Всех уже изрядно жалко. Миху, который не прочь попробовать, вампира Вениамина со страшными тайнами, убитой надежды на интересные отношения, времени. Все окружение Михи по очереди зубодробительно шаблонно интересуется его новым партнером; удивляется, что это вампир; принимает. Даже вы уже, скорее всего, устали это читать.

Но смотрите, зачем я так долго об этом пишу: с каждым из троих вампиров у оборотня Михи свое взаимодействие. Алинский - его лучший враг, но ничего личного, “все воевали и мы воевали”, а теперь они вынуждены притираться друг к другу, командуя общей группой. Сашка - влюбляется в Миху по-детски, как цыпленок в будильник, и истошно ревнует, увидев в его квартире Вениамина. К Вениамину Миха приходит первым и по делу, но потом тот начинает попадаться на каждом шагу, становясь все ближе и приятнее.
Все это на фоне внезапного перемирия между вампирами и оборотнями, где любая ошибка неминуемо приведет к плохим последствиям. Из такой расстановки открывается огромное количество возможностей: Вениамин может оказаться не тем, за кого себя выдает; Миху может подставить врагоприятель Алинский; что-то случайное может выкинуть минивампир Сашка; перемирие сорвано в последний момент – и что дальше, дорогие Ромео и Джульетта, ну мало ли мы все читали этих классических, но от того не менее приятных ходов, за которыми всякий раз тянемся к мм-романам.

Чудесная, в общем, могла бы выйти история для любителей городской готики.
Но не вышла.
Камелот и далекая-далекая галактика
Хочу начать обзоры с того, что уже когда-то читала, и потому могу смело порекомендовать широкой общественности.

Рыцарь и дракон

Волшебная сказка о волшебной сказке должна дважды подчиняться законам жанра, и повесть arcane выходит из прокрустова ложа невредимой. Снаружи, сюжетно это с большой любовью сделанный оммаж целому сонму английских сказочных произведений: улыбаются и очевидные артуровские легенды, и киплинговский Пак, и «Сон в летнюю ночь» где-то рядом (тема сна вообще очень важна, но об этом позже). Ни понятный, линейный сюжет, ни приятный, легкий к прочтению, нарочито спокойный язык повествования не отвлекают читателя от главного.
Это, конечно, история любви, но любовь кажется мне не самой главной ее темой. В первую очередь для меня «Рыцарь и дракон» воплощение прекрасной метафоры Апдайка про все то, что, как целлофан между розами, не дает цветкам соприкоснуться. Ангельская природа и Азирафеля, и Кроули приводит к тому, что их чувства, которые возникли изначально, где-то за скобками повествования, совершенно не могут найти выхода. Это две герметично замкнутые системы; их гармония поверена алгеброй, и идеальные механизмы могут только что-то одно: либо исполнять свой долг, как Азирафель, игнорируя полностью свои желания и свою личность, следуя приказам, либо угасать, засыпать, как угасает и засыпает Кроули, будто гаджет без подзарядки.
Весь сюжет работает, в сущности, на одно: чтобы, сталкиваясь с окружающим миром, друг с другом, с собственным выкипающим внутри желанием, герои потеряли совершенство. Потому что любовь, как и все человеческое, не идеальна. Она неловка, она жадна, она чуть-чуть избыточна, она про потные ладони и глупые словечки и ужасную неловкость, страх и переживание сделать что-то не то, про потерю сияния и обретение огня. Все, что происходит между людьми, ангелами и демонами в этой повести, рассказывает про третий путь, путь человека. Дисгармоничный, непонятный, переплетенный, как лоза. Путь детей и друидов; мне кажется - идеальный выбор ведущих.
Это очень чувствуется в описании рейтинговых сцен: сперва, когда первые границы пройдены, они все больше про красоту и бесстрастное, платоническое желание сделать другому приятно, потом они становятся жадными - как будто секс один из консервных ножей, язык, которым говорит Кроули и который нервически старается усвоить Азирафель. И, наконец, секс превращается в диалог, в расслабленный процесс выражения приязни - когда герои возвращаются в эдемский сад на земле, закольцовывая этим свою историю.
Кроме главной любовной линии, повесть приносит совершенно волшебную и акварельную, будто бы боковым зрением показанную историю Ланселота и Гавейна, и эти образы именно за счет акварельности получились такими обаятельными, что хочется теперь прочитать еще один миди про то, как у них все случилось.
Моим личным огромнейшим удовольствием были размышления Азирафеля о природе вещей, как виньетки оформлявшие каждую главу. В голове у ангела холодно, грустно и очень красиво, это оказалось как-то необыкновенно созвучно моему собственному представлению о сверхчеловеческом сочетании необходимой для ангела-хранителя эмпатии и полнейшего непонимания эмоциональных принципов организации человечества.
И вот еще, в самое сердечко - история детей, их потомства и их земли, которая становится обретенным райским садом. Какой Мильтон ❤️

Живая сила

В этой упоительной истории, как в коре дерева, постоянно течет сок: равномерно поднимается вверх, и то, что снаружи кажется цельным и недвижимым, на самом деле наполнено жизнью. Запутанная политическая интрига отражает, как в глади озера, не менее запутанные поиски Оби-Ваном своего истинного желания, своей настоящей интенции в отношении учителя; диковинные декорации и красота чуждого мира содержат в себе совершенно человеческую историю жадности.
Это история про легкость. Легкость во всем - в принятии своих чувств, в поступках, совершаемых по велению сердца, тогда как разум может быть обманут, смущен, в ритме повествования, в описании мира, наполненного приглушенным светом и воздухом.
Ан-танийцы когда-то умели летать; умение было утрачено, но крылья остались. Точно так же когда-то все умели чувствовать живую силу, но потерялось и это. Цивилизация, сложности, непроговоренное - огромная тяжесть, которая в самом начале давит и на мир, и на героев, не находящих выхода чувствам. Но постепенно Оби-Ван отказывается от тяжести; он поступает импульсивно, ошибается, позволяет себе себя простить, позволяет себе ощутить гнев на учителя, жажду, страдание - ощутить и принять все это. И выйти на ровный, спокойный свет любви. Того сорта любви, который автор справедливо считает единственно возможным между героями; не потому, что нельзя, а потому, что другого, в целом, не нужно. Секс, случившийся во сне и даже там оказавшийся робким и осторожным, всего лишь тень от истинной близости полного принятия, отброшенная на стену.
В конце свет воссиял.
Ради этого, в сущности, мы и читаем любовные романы - ради слез на глазах, ради катарсического ощущения самой возможности встать так близко друг к другу, не причиняя боли, не калеча ни себя, ни другого. Любовь - это сложный танец с выпущенными крыльями, как в финале произведения. Все линии замкнулись друг на друга, все ружья выстрелили, ничто не было потеряно, как это и происходит в Силе.
Детективный сюжет сам по себе очень хорош: с нужным количеством вотэтоповоротов, не перегруженный, достаточно динамичный. Отдельное наслаждение - проработка авторского мира, обычаи, нравы, необыкновенной красоты описание пейзажей, и вся тема экологической катастрофы как отражения гибели всего общества. Болота надо беречь, тогда они берегут вас.
Наши любимые тропы. Слоубилд, часть первая
Помните анекдот: два поезда вышли одновременно навстречу друг другу по одноколейке, должна была произойти катастрофа, но ее не случилось – поезда не встретились! Почему? – спросите вы.
Значит, не судьба.
Именно за это ощущение, часто встречающееся в середине слоубилдов, я их обожаю: когда два поезда неумолимо прут на лобовое столкновение, но при этом уверены, что никогда в жизни, ни за что, не у нас, не получится.
Осторожно: в этой серии разбираем динамику отношений, поэтому без спойлеров не обойдется.



любовь к деньгам (это как к жизни, только к деньгам)

С первых же строчек этот текст ласково отодвигает канон в сторону – но главный герой при этом остается совершенно достоверным и, что еще важнее, живым. Этому Мэн Яо не нужно нарываться на унижения в Башне Кои, он туда попросту не идет. Успешно продает самое дорогое мамино сокровище - подаренную Цзинь Гуаншанем жемчужину – в соседнем городе, и на вырученные деньги выкупает маму с подругой из веселого дома. Он то ли немного умнее, то ли чуть менее испорчен полубезумной мамой, поэтому зарабатывает на жизнь как умеет, точно знает свое место и терпеть не может заклинателей.
Но так получается, что в лавку, где он торгует посудой, врывается, спасаясь от преследователей, Лань Сичэнь – и Мэн Яо сперва его прячет, потом трогательно выпроваживает Вэней и только после этого узнает, какого непростого человека спас. И тут, совершенно неожиданно для него самого, в маленькой расчетливой ящерице просыпается что-то, что заставляет забыть про деньги.
Голос автора здесь легкий, очень нежный и прохладный одновременно. “В белом вы слишком бросаетесь в глаза. Ваш рост и ваша красота и так вас выдадут, но хотя бы не сразу”, – говорит Мэн Яо, собираясь купить Лань Сичэню одежду, и отказывается принимать от него драгоценности взамен. Но один камень тот все-таки уговаривает Мэн Яо взять. В отличие от маминой жемчужины, с этим камнем Мэн Яо не расстается.
Он не боец, но хорошо умеет считать – и без труда делает себе карьеру у Вэнь Жоханя. Он легко уходит от неловких вопросов, когда слов “очень люблю деньги” становится мало, трезвый и почти не обидчивый. Он дожидается, пока к нему будут сходиться все данные о поступлениях со всех земель, – и таким образом имеет подробные сводки о том, где находится армия Вэнь Жоханя. Он передает их Лань Сичэню через третьи руки, в надежде, что тот “не подвел его и действительно понимал его устремления.”
Но стоит войне закончиться, а им увидеться – Мэн Яо понимает, что оказался в той же ловушке, в которую в свое время попала мама. Вот заклинатель, вот камень на сердце.
Поэтому, услышав вопрос, что же заставило его пойти служить к Вэнь Жоханю, Мэн Яо решает, что слишком задержался вблизи Лань Сичэня.
“– Деньги, – твердо сказал он, собрав все силы. – Я человек низкий и подлый, я хочу жить в богатстве и процветании, и беспокоиться только о том, чтобы кухня не испортила блюда на ужин.”
А ведь Лань Сичэнь в свое время давал ему стирать свою ленту. И кто тут кого еще понял не так?
В этом небольшом тексте нет ничего лишнего, время течет тихо, словно речная вода – и вот у Яо все больше и больше денег (все как он хотел), но он все больше и больше интересуется делами заклинателей (и находит ответы); единственный, кому он долго не осмеливается писать, при этом помогая всеми доступными способами, – это Лань Сичэнь. Но потом тот присылает с братом нефритовую бирку, правда о том, что она означает, Мэн Яо приходится догадаться самому. В шапке фика написано “юмор, драма” и это именно они и есть. Очень сложные, красивые отношения, выписанные чудесным простым языком, самый короткий по объему знаков слоубилд, который мне приходилось читать за последние несколько лет – по крайней мере таким он воспринимается – и какой же он убедительный. Ничего лишнего, это как будто не фик даже, а рисунок тушью. Разве что эпилог кажется пристегнутым к тексту в спешке – но возможно, здесь мы с автором просто разошлись в фанонах.

По ту сторону страха

Два героя много времени проводят в дороге. Они вроде как друзья, но уже посматривают друг на друга с совершенно другими мыслями. И тут подворачивается деревня, в которой все получается само собой. Идеальное пространство для слоубилда, идеальная пара для слоубилда, казалось бы, что может пойти не так?
“Он чувствовал себя и по-дурацки, и попросту неуютно: обычно осмотр места нападения давал ему хоть какие-то улики” – пишут авторы о Геральте, который “пошел исследовать место происшествия в одиночку”, а до этого упоминают “детективные изыскания” Лютика, – тем самым камня на камне не оставляя от условного позднего средневековья, в котором должно было бы, следом за Сапковским, разворачиваться действие фанфика. Любые анахронизмы допустимы, если они обоснованы, но здесь на это не стоит надеяться: в тексте несвойственные сеттингу и просто неловкие выражения встречаются постоянно. Франна любит “нагнетать”, плачи у крестьян “полуритуальные”, жесты “экспрессивные”, Геральт забыл “прокачать навыки взломщика”, картошка стынет “чисто метафорически”, а сцену драки, растянувшуюся на абзац зачем-то завершает отдельное предложение: “Все произошло буквально за несколько секунд.” При этом от текста не возникает ощущения, что авторы слишком любят звук своего голоса. Скорее, они очень плохо себя слышат – например, когда Геральт идет через деревню, “большинство селян, встретившихся им на пути (...) смотрят на него неодобрительно и даже угрожающе” – такие уточняющие конструкции, неловкие попытки законспектировать воображаемую картинку, встречаются очень часто. И вот, на фоне мучительно долгих хождений по селу, которое дружно не любит Геральта, у ведьмака с Лютиком происходит общение. Чуть более живое, чем все остальные декорации этого кейса, но весьма неровное. Ничто не предвещает слэша, но вдруг из-за кустов выезжает целый абзац неловких рассуждений Геральта: “В принципе, идти с ней было все равно что идти с Лютиком, болтала и шумела она ничуть не меньше. Единственное отличие заключалось в том, что на нее Геральт не мог как следует ругнуться. Впрочем, нет, существовали и другие отличия. Например, Франна была женщиной. И даже вполне симпатичной женщиной, молодой, новоиспеченной вдовой, при этом явно не склонной особенно страдать по мужу. Тут она перед Лютиком имела явное преимущество. Правда, зачем их вообще сравнивать, тем более по такому признаку? Лютик все-таки мужчина. Хотя это совершенно не важно. То есть важно, конечно, но не в данной ситуации. С другой стороны, насколько это вообще важно? В большинстве случаев это не имеет особого значения. В частности для самого Геральта…” С этого места читатель должен ждать рифму “розы”, но Лютик ничего особого не делает, вместо этого еще тысяч через десять слов оказывается, что “Геральт не мог нянчиться с ним всю жизнь. Не мог и, разумеется, не хотел. Рано или поздно их пути должны были разойтись — и все же лучше, если это произойдет по их доброй воле, а не под гнетом обстоятельств.” Проходит совсем немного времени, и Геральт вдруг замечает, что волосы у Лютика “в последнее время сильно отросли, и с левой стороны каштановый локон завитком лежал прямо на стоячем воротнике камзола и кончиком, очевидно, щекотал кожу.” В общем, ведьмак ничего такого в себе еще не подозревает, но руку – поправить чужие волосы - уже тянет. А Лютик натужно припоминает схожий кейс, который чуть не закончился смертью Геральта, и ощутимо волнуется. С описанием достоверных человеческих эмоций и динамики отношений здесь, к сожалению, сложилось не лучше, чем с декорациями. Очень сильно испугавшись демона (точнее, за Геральта), Лютик внезапно набрасывается на ведьмака с поцелуем, от которого тот предсказуемо столбенеет, потом они долго не могут заснуть на сеновале, потом выясняют отношения, и тут тексту почти становится легче, ведь больше не надо описывать ничего громоздкого, но следом за ними уже несется один из хороших крестьян, потому что кейс еще не закончился.
“Нет ничего опасней людей, у которых сбит моральный компас” – философски отмечает Геральт, разобравшись с чародеем-недоучкой. Нет ничего печальней слоубилда, в котором картонные декорации сочетаются с полным отсутствием химии между героями: как правило все-таки либо одно, либо другое такие тексты спасает.
Ни знание, ни незнание канона здесь не поможет.
Наши любимые тропы. Дружба живая и мертвая
Крепкая дружба - чудесный сюжетный элемент, придающий остроты любому слэшу. Ведь если сдружился пейринг – герой, который решится потом проявить инициативу, сделает довольно крупную ставку. А если лучший друг кто-то третий, он совершенно не обязательно лишний, бывает совсем наоборот. Авторы двух текстов, о которых пойдет речь ниже, добились главного: и в одном, и в другом случае будущий рейтинг не подчиняет себе дружбу, не превращает ее в картонный элемент, ступеньку для притаившегося за углом секса. Дружеские отношения здесь совершенно разные, но в обоих случаях живые. И этим они наполняют жизнью все остальное.


Подобно текущей воде

В таких условиях их невозможно представить себе пейрингом. Сами смотрите: есть наследный принц, у которого был лучший друг детства, много лет назад погибший вместе с целой армией. Но потом оказалось, что друг выжил, сменил имя и заметно поумнел, хоть и не слишком-то похож на себя – болезненный, еле стоящий на ногах, но все такой же благородный, зубы сводит. Они вместе преодолевают кучу неприятностей, и тут вдруг другу становится лучше, он выпрашивает у наследного принца разрешения ехать на войну. Где благополучно умирает, потому что именно в этом заключался его последний план. А принцу никто не сообщает об этом до самого конца, зачем же его наследному высочеству беспокоиться раньше времени.
Дальше есть даос, искусный врач, хозяин Архива Ланъя – такого себе просвещенного шпионского узла, знающего все обо всех, но старательно сохраняющего нейтралитет для вида. И у этого даоса есть лучший смертельно больной друг, которого он много лет лечит, но в итоге вынужден смириться: если тот хочет умереть, последний раз почувствовав себя почти здоровым, а не существовать еще пару лет и все равно умереть – отказывать ему нельзя. Поэтому даос остается рядом и помогает до самого конца.
И вот они встречаются – уже после смерти их общего друга. Один, которому ничего не говорили, и второй, который молчал. И это кажется непреодолимым барьером. Но нет же.
Фабулу этого текста сложно проспойлерить, она изложена на первых же страницах: через месяц после гибели друга и советника наследный принц Цзинъянь едет в горы и просит у Линь Чэня показать ему могилу Мэй Чансу. Оба тихо (спойлер: далеко не всегда) казнятся из-за того, что случилось, оба поначалу не очень-то хорошо друг к другу настроены (спойлер: и это местами такая нежная дженовая ревность, которую крайне редко пишут и еще реже пишут хорошо), но терпят друг друга – в память о мертвеце. За время пути чувство долга переплавляется в совсем другое чувство. Неторопливо выстраивая их взаимодействие в живописных лесных декорациях, автор очень мягко стелет, но под нежными описаниями – мелкая стеклянная крошка. Все закончится хорошо для всех, кому приятно думать, что такие отношения, нечаянно завязавшись, способны закончиться хорошо. Текст на это, по крайней мере, всеми силами намекает.

Скорее всего понравится: любителям неожиданных неудобных пейрингов и нежного стекла; может зайти и какоридж – отношения тут достаточно живые сами по себе, так что подробностей о том, что успел натворить великий стратег Мэй Чансу перед смертью и отчего он настолько тяжело болел, знать не обязательно.
Скорее всего не зайдет: нелюбителям рафинированного пафоса, в рамках стилизации его здесь немало.

v stardust

С РПСом проще, чем с другими фиками: читать его можно без предварительного знакомства с каким-то отдельным произведением. Все равно что смотреть новое кино с любимыми актерами в главных ролях, а если актеры еще и не любимые – то это просто так кино, затянет само или нет, без оглядки на знакомую внешность или черты характера.
В этом университетском слоубилде долгое время не можешь понять, что же тебя не отпускает. Схема отношений отчетливо просматривается сразу: жизнь Тэхена – маминого сына, мальчика в футляре, пастельного и осторожного, – с попаданием в орбиту ослепительно яркого Чонгука дает трещину, из нее вылупляется какой-то совершенно новый человек, опасно влюбленный, способный на все свои накопленные деньги купить электрогитару... а Чонгук, хватаясь за нее, проникновенно поблагодарит: ты мой самый лучший друг! И тем самым поставит самый страшный диагноз им отношениям. А потом еще и девушку на вечеринку приведет, ой все.
Окружающие условности университета восьмидесятых то от души умиляют, то смущают отсутствием чего-то живого, постоянно поминаемая "революция" кажется даже не то чтобы картонной, а какой-то латексной. Напоминает о “бизнесменах в дорогих костюмах, делающих важные дела с бумагами” и “мафии с пистолетами, которая ездит на разборки за что-то серьёзное с другой мафией”. Достаточно для фона, но для струны, на которую, как на стержень, накручиваются отношения – не хватает жизни. Однако все выписано достаточно старательно, чтобы – если что-то зацепило – можно было “довоображать” себе на месте намеченных контуров живое, населенное шумным культурным процессом полотно. А цепляет, не позволяя оторваться, мальчик в мамином свитере, выкуривающий первую сигарету, красящий волосы в оранжевый. Тэхен выходит гораздо более настоящим, чем окружающие его декорации, плотным, цельным и очень живым. Я не читал шапку и не знал, хэппи-энда ждать или нет, так что за него было в какой-то момент прямо совсем стремно.
Было бы смешно, окажись этот контраст на самом деле приемом.

Скорее всего понравится: любителям тревожного слоубилда с хорошим концом, не заморачивающимся деталями, категорически можно какоридж.
Скорее всего не понравится: тем, кто слишком серьезно относится к подробностям и не любит фраз-плейсхолдеров из анекдота про “приборы-триста”, когда персонажи рассуждают о культурных процессах вокруг них, например.